Решение ЕСПЧ от 17.03.2020
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Решение ЕСПЧ от 17.03.2020. 41743/17. 17.03.2020. https://bukva.ai/docs/reshenie-4174317
«О приемлемости жалобы № 41743/17 и 16 других жалоб дело „Евгений Михайлович Шмелев и другие (Yevgeniy Mikhaylovich Shmelev and Others) против Российской Федерации“»
(Вместе с <Перечнями заявителей>)
[неофициальный перевод] <1>
РЕШЕНИЕ
О ПРИЕМЛЕМОСТИ ЖАЛОБЫ № 41743/17 И 16 ДРУГИХ ЖАЛОБ
ДЕЛО «ЕВГЕНИЙ МИХАЙЛОВИЧ ШМЕЛЕВ И ДРУГИЕ
(YEVGENIY MIKHAYLOVICH SHMELEV AND OTHERS)
ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» <1>
(СМ. ПРИЛОЖЕНИЯ)
<1> Перевод с английского языка И.В. Артамоновой.
По делу «Евгений Михайлович Шмелев и другие против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая 17 марта 2020 г. Палатой в составе:
Пауля Лемменса, Председателя Палаты Суда,
а также при участии Милана Блашко, Секретаря Секции Суда,
рассмотрев вышеуказанные жалобы, поданные в разные даты, как указано в Приложении,
ПРОЦЕДУРА
1. Перечень жалоб по настоящему делу представлен в Приложениях. Все заявители содержались в различных следственных изоляторах и в различных местах лишения свободы в Российской Федерации до или после их осуждения по уголовным делам.
2. Их жалобы на нарушения статей 3 и 13 Конвенции в связи с материально-бытовыми условиями содержания под стражей были коммуницированы властям Российской Федерации, которые в 2018 и 2019 годах представили свои замечания. По некоторым делам власти Российской Федерации не оспаривали предполагаемые нарушения, по другим они представили односторонние декларации с предложением признать нарушения и выплатить заявителям денежные суммы. К моменту обмена сторон замечаниями содержание некоторых заявителей под стражей уже завершилось, а другие по-прежнему содержались под стражей.
3. 10 января 2020 г. власти Российской Федерации предоставили дополнительную информацию о новом Законе о компенсации и просили считать его новым средством правовой защиты по жалобам на условия содержания под стражей в соответствии со статьями 3 и 13 Конвенции. Заявителям было предложено представить в ответ свои комментарии.
4. Личные обстоятельства заявителей и ответы властей Российской Федерации подробно изложены в Приложениях.
A. Содержание заявителей в следственных изоляторах
5. Семь заявителей по жалобам № 66806/17, 75804/17, 77181/17, 77265/17, 19294/18, 31682/18 и 32545/18 содержались в следственных изоляторах (далее — СИЗО) в различных регионах Российской Федерации. Они жаловались на недостаток личного пространства и на иные условия их содержания под стражей, которые, по их мнению, нарушали требования статьи 3 Конвенции. Заявители по жалобам № 77181/17, 77265/17, 19294/18, 31682/18 и 32545/18, ссылаясь на статью 13 Конвенции, утверждали, что они не имели в своем распоряжении эффективного внутригосударственного средства правовой защиты по их жалобам на ненадлежащие условия содержания под стражей.
6. Содержание под стражей заявителей по жалобам № 66806/17, 19294/18, 31682/18 и 32545/18 завершилось к моменту обмена замечаниями. Власти Российской Федерации не оспаривали, что условия их содержания под стражей были равносильны бесчеловечному и унижающему достоинство обращению, либо, как в отношении жалобы № 66806/17, утверждали, что имелись доказательства обратного (см. ниже Приложение I).
B. Содержание заявителей в исправительных колониях после их осуждения
7. Десять заявителей по жалобам № 41743/17, 60185/17, 74497/17, 1249/18, 9152/18, 14988/18, 17991/18, 19837/18, 21542/18 и 29155/18 содержались в исправительных колониях в различных регионах Российской Федерации после их осуждения за совершение уголовных преступлений. Они жаловались на недостаток личного пространства и иные условия их содержания под стражей. Кроме того, заявители по жалобам № 41743/17, 60185/17, 74497/17, 1249/18, 17991/18, 21542/18 и 29155/18 утверждали, что в их распоряжении не было эффективного внутригосударственного средства правовой защиты, как предусмотрено статьей 13 Конвенции, по их жалобам на ненадлежащие условия содержания под стражей.
8. Содержание под стражей заявителей по жалобам № 41743/17, 60185/17, 14988/18, 17991/18 и 21542/18 завершилось к моменту обмена сторонами замечаниями. Власти Российской Федерации не оспаривали, что заявители по жалобам № 74497/17, 9152/18, 17991/18, 21542/18 и 29155/18 как минимум в течение некоторых периодов времени содержались в условиях, которые были равносильны бесчеловечному и унижающему достоинство обращению.
C. Соответствующие законодательство Российской Федерации и правоприменительная практика
1. Материально-бытовые условия содержания под стражей в следственных изоляторах
9. Статья 23 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее — Закон о содержании под стражей в следственном изоляторе) в действующей редакции предусматривает, что содержащимся под стражей лицам создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Каждому содержащемуся под стражей лицу должны предоставляться индивидуальное спальное место, а также постельные принадлежности, посуда и столовые приборы и средства гигиены по необходимости. Все камеры должны быть обеспечены вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере 4 кв. м.
2. Материально-бытовые условия содержания осужденных к лишению свободы
10. Статья 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее — УИК РФ) от 8 января 1997 г. № 1-ФЗ в действующей редакции предусматривает, что норма жилой площади в расчете на каждого осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее 2 кв. м, в тюрьмах — 2,5 кв. м, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами — 3 кв. м, в воспитательных колониях — 3,5 кв. м, в лечебных исправительных учреждениях — 3 кв. м, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы — 5 кв. м.
11. Согласно части второй статьи 99 УИК РФ осужденным предоставляются индивидуальные спальные места, постельные принадлежности, индивидуальные средства гигиены и одежда по сезону.
12. Типовой распорядок дня осужденных, отбывающих наказание в исправительных колониях, изложен в Постановлении Европейского Суда по делу «Сергей Бабушкин против Российской Федерации» (Sergey Babushkin v. Russia) от 28 ноября 2013 г., жалоба № 5993/08 <1>, § 22.
<1> См.: Российская хроника Европейского Суда. 2014. № 4 (примеч. редактора).
3. Последние изменения в законодательстве Российской Федерации и правоприменительной практике
13. 31 октября 2019 г. и 10 января 2020 г. власти Российской Федерации направили в Европейский Суд письма с информацией об изменениях в законодательстве Российской Федерации и правоприменительной практике, в которых были перечислены меры, направленные на сокращение случаев ненадлежащих условий содержания под стражей, и указывались новые внутригосударственные средства правовой защиты в этом отношении.
14. В частности, они подчеркнули, что органы власти Российской Федерации достигли значительных успехов в решении вопросов, сформулированных в Постановлении Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» (Ananyev and Others v. Russia) от 10 января 2012 г., жалобы № 42525/07 и 60800/08 <2>, и в вышеупомянутом Постановлении Европейского Суда по делу «Сергей Бабушкин против Российской Федерации». Соответствующие изменения включали в себя принятие нового Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее — КАС РФ), внесение изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации (далее — УК РФ) и в соответствующую практику Верховного Суда Российской Федерации. Власти Российской Федерации также проинформировали Европейский Суд о принятии 27 декабря 2019 г. Закона о компенсации (см. ниже), который установил право на компенсацию за нарушения условий содержания под стражей.
<2> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2012. № 8 (примеч. редактора).
(a) Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации
15. 15 сентября 2015 г. вступил в силу КАС РФ.
16. Статья 6 КАС РФ устанавливает общие принципы административного судопроизводства. Эти принципы, среди прочего, включают независимость судей, равенство всех перед законом и судом, осуществление административного судопроизводства в разумный срок и исполнение судебных актов по административным делам в разумный срок, гласность и открытость судебного разбирательства, состязательность и равноправие сторон административного судопроизводства при активной роли суда.
17. В главе 5 КАС РФ изложены нормы, касающиеся представительства в суде. Согласно частям 1 и 3 статьи 55 КАС РФ представителями в суде по административным делам могут быть адвокаты и «иные лица», обладающие полной дееспособностью, имеющие высшее юридическое образование и полномочия для ведения дела.
18. Обязанность доказывания законности решений возлагается на соответствующих административных ответчиков. Указанные органы обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений (часть 2 статьи 62 КАС РФ).
19. Статья 85 КАС РФ (по состоянию на июль 2019 года) предусматривает возможность применения мер предварительной защиты, если существует явная опасность причинения вреда интересам административного истца.
20. Статьи 103 и 104 КАС РФ предусматривают уплату государственной пошлины, кроме случаев, когда имеются веские основания для освобождения от ее уплаты, уменьшения ее размера или отсрочки ее уплаты. Согласно действующим положениям Бюджетного кодекса Российской Федерации <1> государственная пошлина при подаче искового заявления о признании действий (бездействия) должностных лиц незаконными составляет 300 рублей. Компетентный суд вправе освободить истца от уплаты государственной пошлины, уменьшить ее размер, а также отсрочить ее уплату в зависимости от финансового положения лица (часть 7 статьи 333.19 и часть 2 статьи 333.20 Бюджетного кодекса Российской Федерации).
<1> Здесь и далее в этом параграфе так в тексте. Вероятно, имеется в виду Налоговый кодекс Российской Федерации (примеч. переводчика).
21. В соответствии со статьей 188 КАС РФ суд может распорядиться о немедленном исполнении его решения, если любое промедление может нанести значительный ущерб охраняемым публичным или частным интересам.
22. Глава 22 КАС РФ регулирует производство об оспаривании решений или действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица, если, по мнению административного истца, они нарушают его права и свободы.
23. Согласно части 1 статьи 218 КАС РФ лицо может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица, если оно полагает, что нарушены его права и свободы. Жалоба может затрагивать любые решения, действия или бездействие, которые нарушают права и свободы соответствующего лица, создают препятствия к осуществлению его прав и свобод или возлагают на него какие-либо обязанности или ответственность. Административный истец должен указать сведения об оспариваемом решении, действии (бездействии), административный орган, ответственный за принятие оспариваемого решения или за совершение оспариваемого действия (бездействия), соответствующие права, нормативные правовые акты, которым противоречат оспариваемые решение, действие (бездействие), а также иную значимую информацию, в том числе сведения о ранее предпринятых попытках оспорить соответствующие решение, действие (бездействие) и об ответах компетентных органов (часть 2 статьи 220 КАС РФ).
24. По общему правилу административное исковое заявление должно быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда лицу стало известно о нарушении его прав. Компетентный суд вправе продлить указанный срок при наличии веских оснований (статья 219 КАС РФ). Такие административные исковые заявления рассматриваются судом в течение одного месяца, а Верховным Судом Российской Федерации — в течение двух месяцев со дня поступления, если иное не предусмотрено для отдельных категорий дел (часть 1 статьи 226 КАС РФ).
25. Суд может истребовать необходимые доказательства по ходатайству сторон или по собственной инициативе (часть 12 статьи 226 КАС РФ).
26. Суд может вызывать представителей соответствующих административных ответчиков в судебное заседание. В случае их неявки суд может наложить судебный штраф (часть 7 статьи 226 КАС РФ).
27. При рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органов суд проверяет законность решения, действия (бездействия) в части, которая оспаривается. При проверке законности этих решения, действия (бездействия) суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении, и выясняет соответствующие обстоятельства (часть 8 статьи 226 КАС РФ). Суд выясняет следующие вопросы: нарушены ли права административного истца, соблюдены ли сроки обращения в суд и соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих полномочия органа на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия); основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия). Суд также выясняет, соответствует ли содержание оспариваемого решения или характер оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения (часть 9 статьи 226 КАС РФ). Административный истец обязан доказать, что его права нарушены и что исковое заявление подано в надлежащий срок. На органы государственной власти возлагается обязанность доказывания их полномочий на принятие оспариваемого решения или на совершение оспариваемого действия (бездействия), соблюдения порядка принятия оспариваемого решения или совершения оспариваемого действия (бездействия), оснований для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), а также соблюдения законодательства Российской Федерации (часть 11 статьи 226 КАС РФ).
28. В случае удовлетворения административного иска суд указывает на необходимость совершения действий и устанавливает для этого соответствующий срок (часть 3 статьи 227 КАС РФ).
29. Суд может отказать в удовлетворении административного иска, если он признает оспариваемые решения, действия (бездействия), принятые или совершенные компетентным органом или должностным лицом, законными и не нарушающими права граждан (часть 2 статьи 227 КАС РФ).
30. Сторона судебного разбирательства может обжаловать решение суда по административному иску (статья 228 КАС РФ). Решение по апелляционной жалобе вступает в силу в день его вынесения (статья 186 и часть 5 статьи 227 КАС РФ).
31. КАС РФ требует отправки судебного решения в день его вступления в законную силу (часть 7 статьи 227 КАС РФ). Суд и административный истец должны быть проинформированы об исполнении судебного решения не позднее одного месяца с момента его получения (часть 9 статьи 227 КАС РФ).
32. Согласно части 3.1 статьи 353 КАС РФ исполнительный лист по решению о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок вместе с копией соответствующего судебного акта направляется судом в орган, уполномоченный исполнять решение о присуждении компенсации, не позднее следующего дня после принятия решения суда в окончательной форме независимо от наличия ходатайства об этом взыскателя. Такой исполнительный лист должен содержать реквизиты банковского счета взыскателя.
(b) Уголовный кодекс Российской Федерации
33. 3 июля 2018 г. в часть третью статьи 72 УК РФ Федеральным законом № 186-ФЗ были внесены изменения. Они коснулись механизма исчисления сроков на основе коэффициентов, посредством которого время содержания лица в следственном изоляторе могло быть засчитано в срок отбывания наказания в виде лишения свободы. В частности, часть 3.1 статьи 72 УК РФ устанавливает следующие коэффициенты: один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима и один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении. Коэффициенты не применяются к лицам, которые отбывают наказание в виде лишения свободы в колонии строгого или особого режима.
34. Части 3.2 и 3.3 статьи 72 УК РФ конкретизируют ситуации, когда повышенные коэффициенты не применяются, в частности, при отбывании наказания за совершение некоторых тяжких преступлений, а также в отношении срока нахождения осужденного, отбывающего наказание, в штрафном или дисциплинарном изоляторе.
35. В соответствии с частью 3.4 статьи 72 УК РФ время содержания лица под домашним арестом засчитывается из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей в следственном изоляторе или в срок лишения свободы.
(c) Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации
36. В 2018 и 2019 годах в статьи 108 и 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) был внесен ряд изменений, которые регулируют срок содержания под стражей в следственном изоляторе и порядок продления такого срока.
37. Согласно части восьмой статьи 109 УПК РФ в новой редакции ходатайство о продлении срока содержания под стражей должно содержать сведения о следственных и иных процессуальных действиях, произведенных в период после избрания меры пресечения, а также основания и мотивы дальнейшего продления срока содержания под стражей. Судья должен оценивать указанный в ходатайстве срок исходя из конкретных следственных и иных процессуальных действий. Если одним из мотивов продления срока содержания обвиняемого под стражей является необходимость производства следственных действий, приведенных в предыдущих ходатайствах, то в ходатайстве указываются причины, по которым эти действия не были произведены в установленные ранее сроки. Суд вправе продлить содержание под стражей на меньший срок, чем указано в ходатайстве, если сочтет его достаточным для выполнения объема указанных следственных и иных процессуальных действий.
38. При отказе в удовлетворении ходатайства о продлении срока содержания под стражей судья по собственной инициативе и при соблюдении определенных условий вправе избрать в отношении обвиняемого иную меру пресечения в виде запрета определенных действий, залога или домашнего ареста (часть 7.1 статьи 108 УПК РФ).
39. В часть 1.1 статьи 108 УПК РФ были внесены изменения, в соответствии с которыми заключение под стражу в качестве меры пресечения не может быть применено в отношении некоторых категорий обвиняемых в совершении преступлений в сфере предпринимательской деятельности (индивидуальные предприниматели или члены органа управления коммерческой организации).
(d) Постановления и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации
(i) Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 г. № 36 <1>
<1> Имеется в виду Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» (примеч. редактора).
40. 27 сентября 2016 г. Пленум Верховного Суда Российской Федерации принял постановление, разъяснив некоторые процессуальные вопросы применения КАС РФ. Верховный Суд Российской Федерации уточнил вопросы территориальной компетенции судов, исчисления сроков подачи административных исковых заявлений и апелляционных жалоб, правил представительства, подачи коллективных административных исковых заявлений, ведения протокола судебного заседания и так далее. Верховный Суд Российской Федерации напомнил, что согласно статье 85 КАС РФ суд может принять меры предварительной защиты, например, обязав соответствующий государственный орган совершить определенные действия или воздержаться от совершения определенных действий (см. выше § 19).
(ii) Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от декабря 2018 года № 47 <2>
<2> Имеется в виду Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (примеч. редактора).
41. В Постановлении от декабря 2018 года № 47 Пленум Верховного Суда Российской Федерации (далее — Постановление № 47) уточнил некоторые вопросы, возникающие при применении КАС РФ в делах, связанных с нарушением условий содержания под стражей.
42. В Постановлении № 47 указывается, что любые меры, ограничивающие свободу лиц, охватываются понятием «содержание под стражей», включая административное задержание, доставление в отдел органа внутренних, содержание в помещении суда до проведения слушания, перевод между исправительными учреждениями и так далее. Помещение в места принудительного содержания и перемещение физических лиц в транспортных средствах должны соответствовать требованиям законодательства Российской Федерации, а также международным обязательствам Российской Федерации. При рассмотрении соответствующих жалоб суды должны принимать во внимание документы, подготовленные компетентными международными организациями, в том числе Организацией Объединенных Наций и Советом Европы (пункт 1 Постановления № 47).
43. Права и обязанности лишенных свободы лиц регулируются законодательством и международными обязательствами Российской Федерации. Примеры таких прав и обязанностей изложены в пункте 2 Постановления № 47. К ним относятся, в частности, следующие права: на личную безопасность и охрану здоровья, на получение юридической помощи, на обращение в государственные органы и в общественные наблюдательные комиссии, на доступ к правосудию, на получение информации, непосредственно затрагивающей реализацию прав соответствующих лиц, на материально-бытовое обеспечение, включая обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий, питания и прогулок, право на образование и досуг. Любое содержание под стражей, в том числе перемещение в транспортных средствах, должно осуществляться в соответствии с принципами уважения человеческого достоинства и применимыми правовыми требованиями и должно исключать незаконное физическое или психологическое жестокое обращение. Любое нарушение таких требований является нарушением условий содержания под стражей и запрещенное обращение (пункт 3 Постановления № 47).
44. Нарушение условий содержания под стражей является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой. Они могут оспаривать действия или бездействие должностных лиц, если такие действия или бездействие приводят или могут привести к нарушению стандартов условий содержания под стражей (пункт 4 Постановления № 47).
45. В Постановлении № 47 разъяснен ряд процессуальных вопросов, например, связанных с территориальной компетенцией судов, правом иметь адвоката или представителя, в отношении коллективных административных исковых заявлений лишенных свободы лиц (пункт 6 Постановления № 47). В нем перечислены должностные лица, которые вправе подать административное исковое заявление в защиту прав и законных интересов лишенных свободы лиц, в том числе прокуроры и уполномоченные по правам человека (пункт 7 Постановления № 47).
46. Суд вправе освободить лицо от уплаты государственной пошлины, если он сочтет, что ее уменьшение или отсрочка ее уплаты окажутся недостаточными для обеспечения беспрепятственного доступа лишенного свободы лица к правосудию, например, если это лицо не имеет источника дохода и не имеет денежных средств (см. выше § 20) (пункт 8 Постановления № 47).
47. Суды принимают все необходимые меры, способствующие эффективному участию лишенных свободы лиц в судебном производстве, а также разъясняют им право на ведение дела через представителя (см. выше § 17). Любые уведомления или процессуальные меры должны учитывать конкретное положение лишенного свободы лица (пункт 9 Постановления № 47). Суды должны обеспечивать лишенным свободы лицам реальную возможность проведения конфиденциальных и длительных консультаций с адвокатами или представителями (пункт 16 Постановления № 47). Судебное заседание может проводиться полностью или в части посредством видеоконференц-связи. Компетентный суд вправе поручить суду по месту нахождения лишенного свободы лица получить его объяснения по обстоятельствам дела или совершить иные процессуальные действия (пункт 10 Постановления № 47).
48. В пункте 11 Постановления № 47 Верховный Суд Российской Федерации пояснил, что применение мер предварительной защиты в таких производствах возможно при наличии реальной угрозы жизни или здоровью лишенного свободы лица (см. выше § 19). В данных случаях меры предварительной защиты могут предусматривать, например, перевод в другое помещение или проведение медицинского освидетельствования. При этом административное исковое заявление должно быть рассмотрено в максимально короткий срок.
49. Что касается сроков, в пункте 12 Постановления № 47 Верховный Суд Российской Федерации пояснил, что содержание под стражей может носить длящийся характер. Административные исковые заявления могут быть поданы в течение всего срока содержания под стражей, а также в течение трех месяцев после его прекращения (см. выше § 24).
50. Пункты 13 и 24 Постановления № 47 касаются обязанности доказывания и получения доказательств (см. выше §§ 18 и 27). Лишенные свободы лица должны представить подробное описание ситуации, которая нарушает их права, и приложить соответствующие доказательства, например, описание условий содержания, медицинские заключения, копии обращений в органы государственной власти и ответы на эти обращения, или представить сведения об иных лишенных свободы лицах, которые могут подтвердить их утверждения. В Постановлении № 47 указано: «Учитывая объективные трудности собирания доказательств нарушения условий содержания лишенных свободы лиц, суд оказывает административному истцу содействие в реализации его прав... в том числе для выявления и истребования доказательств по собственной инициативе». В качестве примеров таких мер в Постановлении № 47 предусматривается возложение на административного ответчика обязанности произвести видео- или фотосъемку помещений мест принудительного содержания, сообщить сведения о точных размерах помещений, данные о температуре воздуха и освещенности в них или назначить экспертизу. Если суд приходит к выводу, что условия содержания под стражей являются ненадлежащими, он может признать такой вывод в качестве факта, не требующего дальнейшего доказывания, в последующих производствах. При принятии указанных мер суды устанавливают разумный срок и при необходимости учитывают бюджетные ограничения. С другой стороны, суды должны учитывать необходимость принятия срочных мер при наличии угрозы жизни или здоровью лишенных свободы лиц.
51. В Постановлении № 47 уточняется, какие признаки могут свидетельствовать о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц. К ним относятся переполненность камер, невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, недостаточное количество санитарно-гигиенических помещений, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, нарушение требований к уровню шума, к качеству еды и питьевой воды. В то же время суды должны принимать во внимание смягчающие факторы, например, если незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено доступом лишенных свободы лиц к иным помещениям, в частности, для занятий спортом, досугом и профессиональной деятельностью. Особое внимание следует уделять уязвимым категориям лишенных свободы лиц, в том числе беременным женщинам, кормящим матерям, инвалидам и несовершеннолетним (пункты 14 и 15 Постановления № 47).
52. Постановление № 47 достаточно подробно устанавливает порядок рассмотрения административных дел, связанных с предоставлением медицинской помощи, условиями перевозки лишенных свободы лиц и определением конкретного места отбывания уголовного наказания, при которых необходимо принимать во внимание защиту семейных отношений, применение специальных средств и физической силы сотрудниками исправительных учреждений. В отношении последнего в Постановлении № 47 четко предусматривается, что никакие обстоятельства, включая распоряжения вышестоящих органов или должностных лиц, тяжесть совершенных лицом правонарушений, не могут признаваться оправданием для применения к нему запрещенных видов обращения или служить основанием для освобождения виновных от ответственности (пункты 17 — 20 Постановления № 47). Суд должен официально направить соответствующую информацию в следственные органы, если он обнаружит признаки преступлений в действиях должностных лиц (пункт 21 Постановления № 47).
53. Суду следует проверять все аспекты условий содержания под стражей, при необходимости выходя за пределы административного искового заявления. Суд должен тщательно проверять любой отказ лишенного свободы лица от административного иска и может не принять такой отказ, если он противоречит законодательству или препятствует защите публичных интересов (пункт 22 Постановления № 47). Перевод лишенного свободы лица в иное место принудительного содержания либо его освобождение не являются основанием для прекращения производства по административному делу. Суд должен в полном объеме исследовать вопрос о том, были ли соблюдены права лишенного свободы лица в рассматриваемый период и были ли устранены негативные последствия возможных нарушений (пункт 23 Постановления № 47).
54. В случае удовлетворения административного иска (см. выше § 28) расходы и издержки, понесенные административным истцом, включая расходы по уплате государственной пошлины, подлежат взысканию с административного ответчика. В течение одного месяца со дня вступления в силу решения суда административный ответчик обязан сообщить суду о мерах, принятых во исполнение судебного решения. В случае несообщения суду в указанный срок об исполнении судебного решения, а также если такое решение суда должно быть исполнено в более короткий срок, суд выдает исполнительный лист в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве». Суд вправе постановить, что ситуация требует немедленного исполнения его решения, если любое промедление может нанести непоправимый ущерб публичным или частным интересам (см. выше § 21). Наконец, суд может признать необходимым опубликование судебного решения о признании нарушений условий содержания под стражей в указанном им средстве массовой информации (пункты 25 — 27 Постановления № 47).
(iii) Разъяснения Президиума Верховного Суда Российской Федерации
55. 31 июля 2019 г. Президиум Верховного Суда Российской Федерации издал ответы на вопросы, поступившие из судов, по применению положений статьи 72 УК РФ в новой редакции (см. выше § 33). В частности, он разъяснил порядок исчисления сроков содержания под стражей в следственном изоляторе (с даты фактического задержания) и сроков лишения свободы. Президиум Верховного Суда Российской Федерации подчеркнул, что соответствующие лица подлежат немедленному освобождению, если суд постановит, что согласно новому порядку исчисления сроков срок назначенного наказания полностью поглощается, и что новые коэффициенты применяются к приговорам, вынесенным до вступления в силу соответствующих коэффициентов. Он также дал разъяснения по иным практическим вопросам.
56. Согласно информации, предоставленной властями Российской Федерации в письме от 31 октября 2019 г., применение коэффициентов, установленных Федеральным законом № 186-ФЗ (см. выше § 33), затронуло более 110 000 осужденных. Последствия применения коэффициентов были сравнимы с широкомасштабной амнистией: уже в апреле 2019 года 10 402 человека были освобождены от отбывания наказания, а для еще 85 916 осужденных сроки отбывания наказания были сокращены. Указанный федеральный закон также затрагивал лиц, приговоренных к наказанию, не связанному с лишением свободы.
57. Верховный Суд Российской Федерации регулярно осуществляет выпуск тематических обзоров соответствующих международных стандартов и практики на русском языке. С января 2015 года Секретариат Верховного Суда Российской Федерации опубликовал тематические обзоры применимых стандартов, касающихся бесчеловечного и унижающего достоинство обращения. Верховный Суд Российской Федерации напоминает судам о необходимости учитывать эти стандарты в отдельных делах, в частности, при вынесении решения о присуждении компенсации морального вреда. Последние два обзора были подготовлены в декабре 2018 и 2019 годов. Указанные документы насчитывают свыше 300 и 500 страниц соответственно и содержат ссылки на сотни постановлений и решений Европейского Суда, на доклады Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство видов обращения или наказания (далее — ЕКПП) и на другие примеры международной практики. В отдельных разделах цитируются решения Европейского Суда по присуждению справедливой компенсации, вынесенные по соответствующим делам против Российской Федерации. В обзоре от декабря 2019 года около 180 страниц посвящены переводу сотни постановлений, вынесенных Европейским Судом, с подробным описанием каждой особенности дела, которая была принята во внимание в группах дел. Обзор также содержит примеры конкретных жалоб, по которым факт нарушения не был установлен или которые Европейский Суд в коллегиальном составе признал неприемлемыми для рассмотрения по существу.
58. В частности, обзоры охватывают следующие области:
- условия содержания под стражей, включая отдельные подразделы о переполненности камер, предоставлении индивидуального спального места, о наличии достаточного освещения и вентиляции, состоянии санитарно-гигиенических помещений, о качестве еды, об организации отдыха, об одиночном заключении, об уязвимых заключенных, а также примеры сотен постановлений Европейского Суда по соответствующим делам;
- вопросы оказания медицинской помощи находящимся под стражей лицам, в том числе отдельные подразделы, касающиеся наиболее распространенных заболеваний, таких как ВИЧ и туберкулез, вопросы оказания психиатрической помощи, предупреждения самоубийств и причинения вреда самому себе, связанные с требованиями обеспечения медицинской конфиденциальности, квалификации и независимости медицинского персонала, а также согласия на предоставление медицинской помощи;
- условия перевозки находящихся под стражей лиц с представлением многочисленных примеров из прецедентной практики Европейского Суда по соответствующим делам;
- утверждения о жестоком обращении с находящимися под стражей лицами, в том числе отдельные подразделы, касающиеся применения силы и специальных средств со стороны должностных лиц, процессуальных и позитивных обязательств по предупреждению жестокого обращения и по расследованию достоверных утверждений о жестоком обращении;
- конкретные вопросы, возникающие в контексте содержания в психиатрических стационарах;
- распределение бремени доказывания в делах, касающихся жестокого обращения.
59. Федеральный закон № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее — Закон о компенсации) был принят 27 декабря 2019 г. и вступил в силу через 30 дней, 27 января 2020 г. Данным законом были внесены изменения в три законодательных акта: в Закон о содержании под стражей в следственном изоляторе (см. выше § 9), в УИК РФ и КАС РФ (см. выше § 15).
60. Внесенные изменения предоставили содержащимся под стражей лицам право на получение денежной компенсации за нарушение условий их содержания под стражей, установленных законодательством и международными договорами Российской Федерации. Компенсация может быть получена в соответствии с КАС РФ, и ее присуждение не обусловлено установлением вины органов государственной власти или государственных служащих.
61. КАС РФ был дополнен отдельным положением о праве на компенсацию за ненадлежащие условия содержания под стражей и о процессуальных гарантиях ее получения. В КАС РФ была внесена новая статья 227.1, которая гласит:
«Статья 227.1. Особенности подачи и рассмотрения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении»
1. Лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
2. Административное исковое заявление, поданное в соответствии с частью 1 настоящей статьи, должно содержать сведения, предусмотренные статьей 220 настоящего Кодекса, требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также реквизиты банковского счета лица, подающего такое заявление, на который должны быть перечислены средства, подлежащие взысканию.
3. Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.
4. При рассмотрении судом... интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа...
5. При рассмотрении административного искового заявления... суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.
6. Если в административном исковом заявлении содержится требование о возмещении вреда, причиненного нарушением условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении имуществу и (или) здоровью административного истца, суд принимает решение о переходе к рассмотрению этого требования по правилам гражданского судопроизводства в соответствии со статьей 16.2 настоящего Кодекса <1>.
<1> Так в тексте. Должно быть «статьей 16.1 настоящего Кодекса» (примеч. переводчика).
7. Решение суда по административному делу об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих и о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении должно отвечать требованиям, предусмотренным статьей 227 настоящего Кодекса, а также дополнительно содержать:
а) сведения об условиях содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, о характере и продолжительности нарушения, об обстоятельствах, при которых нарушение допущено, и о его последствиях;
б) обоснование размера компенсации и наименование органа (учреждения), допустившего нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении;
в) мотивы, по которым присуждается компенсация или по которым отказано в ее присуждении;
а) в случае отказа в присуждении компенсации — указание на это;
б) в случае присуждения компенсации — указание на это и сведения о размере компенсации, наименование органа, осуществляющего полномочия главного распорядителя средств федерального бюджета в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации и представлявшего интересы Российской Федерации по делу о присуждении компенсации.
8. Копии решения суда в трехдневный срок со дня принятия решения в окончательной форме направляются административному истцу, административному ответчику, в орган, на который в соответствии с федеральным законом возложены обязанности по исполнению судебных актов о присуждении компенсации, а также иным заинтересованным лицам.
9. Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации».
62. Законом о компенсации часть 3.1 статьи 353 КАС РФ (см. выше § 32) дополнена положением о том, что исполнительный лист автоматически выдается судами в случаях удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей.
63. Статья 5 Закона о компенсации содержит переходные положения, в соответствии с которыми настоящий закон вступает в силу по истечении 30 дней со дня его официального опубликования 27 декабря 2019 г. В течение 180 дней со дня вступления в силу указанного закона лицо, подавшее в Европейский Суд жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, в отношении которой не вынесено решение по вопросу о ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты в связи со вступлением в силу данного закона, может обратиться в суд в порядке, установленном этим законом, с заявлением о присуждении компенсации. В заявлении должны быть указаны сведения о жалобах, поданных в Европейский Суд, в том числе дата подачи жалобы и ее номер.
64. К проекту федерального закона о компенсации, направленному в Государственную Думу Правительством Российской Федерации, прилагалась пояснительная записка. В качестве довода в пользу принятия Закона о компенсации в пояснительной записке прямо делалась ссылка на прецедентную практику Европейского Суда и на необходимость исполнения вышеуказанного пилотного Постановления Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации». Финансово-экономическое обоснование содержало следующие пункты:
«...в некоторых делах Европейский Суд присуждал заявителям по 2-3 тыс. евро, а в других делах сумма компенсации составила (в зависимости от обстоятельств дела) порядка 20 — 70 тыс. евро... Присуждаемые в конкретных делах суммы определяются Европейским Судом с учетом длительности содержания заявителей под стражей и в местах отбытия наказаний или их транспортировки (если соответствующие условия не отвечали международным стандартам), а также оценки этих условий и того, какой вред они причинили пострадавшим лицам...»
Нельзя не учитывать и того, что российскими властями в последние годы предпринят ряд мер по улучшению условий содержания в учреждениях пенитенциарной системы, и реализация этих мер продолжается в рамках федеральной целевой программы «Развитие уголовно-исполнительной системы на 2018 — 2026 годы», утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 6 апреля 2018 г. № 420.
С учетом изложенного для создания в Российской Федерации эффективных (с учетом рекомендаций Европейского Суда) средств правовой защиты представляется оправданным использование суммы 3 тыс. евро на одного заявителя при расчете компенсаций, необходимых для выплаты по решениям национальных судов.
...информация о рассмотрении дел по искам о возмещении ущерба и компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания приведена в статистической отчетности Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации.
Так, в 2015 году на рассмотрении в российских судах находились 5 805 дел по искам лиц, содержащихся (содержавшихся) под стражей, осужденных к лишению свободы о возмещении ущерба и компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей (в исправительных учреждениях). В 2016 и 2017 годах количество дел снизилось до 5 620 и 4 653 соответственно.
Кроме того, как отмечено выше, в настоящее время на рассмотрении Европейского Суда находится около 450 некоммуницированных дел рассматриваемой категории, которые в случае создания эффективных национальных средств правовой защиты могут быть возвращены на национальный уровень и стать предметом рассмотрения российских судов.
Таким образом, ежегодный объем средств, выделяемых из федерального бюджета и необходимых на реализацию законопроекта, будет составлять:
3 000 евро* x 5 500 дел = 16 500 000 евро
- В зависимости от характера и продолжительности нарушения, обстоятельств, при которых нарушение допущено, последствий нарушения.
3 000 евро (по курсу 77 рублей за 1 евро) — средний размер компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительных учреждениях, предложенный российскими властями и согласованный с Европейским Судом;
5 500 дел — количество возможных заявлений о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительных учреждениях.
Также на исполнение исполнительных листов о взыскании судебных расходов потребуется 18 909 000 рублей (5 500 дел x 3 438 рублей (среднее значение выплат по исполнительному листу о взыскании судебных расходов))».
D. Соответствующие документы Комитета министров Совета Европы
65. 6 — 7 июня 2017 г. на 1288-м заседании Комитет министров Совета Европы рассмотрел планы действий, представленные властями Российской Федерации в контексте исполнения Постановлений Европейского Суда по делам «Ананьев и другие против Российской Федерации» и «Калашников против Российской Федерации» <1>, и принял Решение № CM/Del/Dec(2017)1288/H46-24 <2>, в котором он приветствовал принятие мер общего характера:
<1> Постановление Европейского Суда по делу «Калашников против Российской Федерации» (Kalashnikov v. Russia) от 15 июля 2002 г., жалоба № 47095/99. См.: Путеводитель по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2002 год (примеч. редактора).
<2> См. Российская хроника Европейского Суда. 2017. № 3 (примеч. редактора).
«...4) приветствуют предоставление властями Российской Федерации подробной информации о значительном прогрессе, достигнутом в отношении переполненности, неудовлетворительных условий содержания под стражей в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации, информация о котором, в частности, представлена в обновленных планах действий от 17 и 26 апреля 2017 г.,»
5) приветствуют в этой связи предоставление информации об усилиях, предпринятых в рамках Федеральной целевой программы «Развитие уголовно-исполнительной системы» по улучшению условий содержания и проведению реконструкции учреждений мест лишения свободы, включая больничные отделения в них,
6) с интересом отмечают усиление механизмов контроля и надзора за соответствием условий содержания под стражей требованиям Конвенции,
7) также приветствуют дальнейшие меры, принимаемые для решения проблемы переполненности мест содержания под стражей, путем обеспечения скорейшего проведения уголовного расследования и снижения случаев применения меры пресечения в виде заключения под стражу, в частности, с помощью использования альтернативных мер пресечения,
8) в отношении эффективности внутригосударственных средств правовой защиты с интересом отмечают, что предоставленная информация о том, что с сентября 2015 года новый Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации устанавливает новые превентивные средства, позволяющие судам предпринимать конкретные меры в делах, связанных с неудовлетворительными условиями содержания под стражей, а также о том, что количество случаев их применения подлежит уточнению,
9) соответственно, предлагают властям Российской Федерации предоставлять дальнейшую информацию о новых средствах правовой защиты, в частности, в отношении механизмов, гарантирующих, что судебные пошлины и иные расходы не влияют на доступность этих средств, о пределах приемлемости жалоб, бремени доказывания, пределах и характере назначаемых компенсационных мер, а также о последствиях неисполнения вынесенных решений,
10) в отношении компенсационных средств правовой защиты с интересом отмечают появляющуюся практику судов Российской Федерации присуждать денежную компенсацию в делах, касающихся неудовлетворительных условий содержания под стражей, а также текущую законодательную работу по включению в Кодекс административного судопроизводства положений, позволяющих получать такую компенсацию, в частности, в сочетании с ходатайствами о конкретных компенсационных действиях,
11) предлагают властям Российской Федерации рассмотреть иные возможные компенсационные меры, такие как систему смягчения приговоров (см., например, окончательную Резолюцию по делу «Торреджиани и другие против Италии» (Torreggiani and Others v. Italy) № CM/ResDH(2016)28),
12) выражают удовлетворение по поводу того, что власти Российской Федерации предприняли значительные усилия по обеспечению скорейшего разрешения аналогичных дел, ожидающих рассмотрения Европейским Судом, в свете указаний, содержащихся в пилотном Постановлении Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации»,
13) призывают власти Российской Федерации продолжать предпринимать усилия по завершению процесса исполнения по настоящей группе дел и регулярно сообщать Комитету министров о достигнутом прогрессе, в частности, посредством оценки последствий принятых мер, включая статистические данные, а также отмечают в этой связи, что следует уделить внимание публикации докладов Европейского комитета по предотвращению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения (КПП), особенно, недавних».
66. 29 апреля 2019 г. власти Российской Федерации представили обновленный план действий по исполнению пилотного Постановления Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» (DH-DD(2019)473), который охватывал ряд мер общего характера по устранению недостатков в виде неудовлетворительных условий содержания под стражей и отсутствия эффективного внутригосударственного средства правовой защиты (см. ниже § 72).
67. В пояснительной записке для 1348-го заседания Комитета министров Совета Европы 4 — 6 июня 2019 г. (DH) (N CM/Notes/1348/H46-23) <1> кратко изложена информация, предоставленная властями Российской Федерации:
<1> См.: Российская хроника Европейского Суда. 2020. № 1 (примеч. редактора).
«Материально-бытовые условия содержания под стражей»
Властями Российской Федерации во исполнение настоящей группы дел было принято много важных мер для улучшения материальных условий содержания лиц под стражей (см., в частности, промежуточные Резолюции ResDH(2003)123, CM/ResDH(2010)35 и упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации»). Последние меры, о которых было сообщено, могут быть кратко описаны нижеследующим образом.
6 апреля 2018 г. Правительство Российской Федерации утвердило Федеральную целевую программу «Развитие уголовно-исполнительной системы на 2018 — 2026 годы» (далее — программа), согласно которой планируется потратить около 54,9 млрд рублей (примерно 763 млн евро). Она охватывает как учреждения досудебного содержания, так и учреждения, где отбывают наказания после вынесения приговора, подведомственные Федеральной службе исполнения наказаний (далее — ФСИН). Целью программы является приведение условий содержания в соответствие с российскими и международными стандартами.
В программу включены реконструкция и строительство 366 зданий и закупка 16 300 единиц оборудования для создания около 16 800 рабочих мест для заключенных.
В 2018 году уже завершены следующие работы:
- 135 зданий были отремонтированы (или перестроены);
- 183 СИЗО были реконструированы;
- были созданы три исправительных центра (для обязательных работ), а также 27 мест, используемых в качестве исправительных центров, рассчитанных примерно на 1 700 мест...
Сокращение количества случаев для применения предварительного заключения
Для сокращения количества лиц, лишенных свободы во время проведения предварительного расследования (до вынесения приговора), в последнее время были приняты следующие меры.
С декабря 2018 года изменения, внесенные в статью 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, требуют от следователей предоставлять больше конкретных причин, по которым они ходатайствуют перед судом о продлении срока предварительного заключения, особенно в случаях, когда обвиняемому необходимо изучить материалы дела после истечения максимального периода применения такой меры. Данные изменения также требуют от судей указывать дату, до которой продляется срок содержания под стражей, который не может продляться более чем на три месяца каждый раз.
В то же время была введена новая альтернативная ограничительная мера, запрет на определенные действия, наряду с механизмом контроля за ее применением. С момента ее введения, 29 апреля 2018 г., суды Российской Федерации применили ее примерно в отношении 1 000 человек...
Необходимо отметить, что в целом вместимость российских СИЗО составляет 129 400 мест, что существенно превышает количество лиц, содержащихся в них. Был принят ряд мер, направленных на перевод заключенных из переполненных учреждений в менее загруженные близлежащие учреждения временного содержания под стражей, если это возможно. В результате в 2018 году СИЗО в семи регионах перестали быть переполненными. Еще в четырех регионах, включая г. Москву, количество лиц, содержащихся в СИЗО, существенно сократилось. Текущая положительная динамика может быть также продемонстрирована следующими данными:
- следователями подано меньше ходатайств на первоначальное помещение в СИЗО (135 000 в 2016 году, 126 000 в 2017 году, 114 000 в 2018 году);
- судами удовлетворено меньше таких ходатайств (122 000 в 2016 году, 113 000 в 2017 году, 102 000 в 2018 году);
- аналогично удовлетворено меньше запросов на продление содержания в СИЗО (в 2016 году — 228 000 ходатайств, из которых удовлетворены 223 000, в 2018 году — 217 000 ходатайств, из которых удовлетворены 210 000);
- общее количество лиц, содержащихся в СИЗО, сократилось с 117 500 человек в 2016 году до 99 800 на 1 января 2019 г.
...Сокращение частоты применения меры наказания в виде лишения свободы (пункты 32.4 - 32.5 настоящего плана действий)
Для сокращения количества лиц, лишенных свободы после вынесения приговора, приняты следующие меры.
1 января 2017 г. в Уголовный кодекс Российской Федерации введена новая мера уголовного наказания — принудительные работы (статья 53.1). Данное наказание заключается в размещении в «исправительных центрах для принудительных работ». Согласно законодательству Российской Федерации это не считается лишением свободы (Уголовный кодекс Российской Федерации, глава 9, статьи 43 — 59). В 2017 и 2018 годах суды применили новое наказание примерно в 3 000 случаев...
В целом количество заключенных, отбывающих наказание, сократилось в 2018 году на 7% по сравнению с 2017 годом и на 17,2% по сравнению с 2013 годом, что составило 34,4 тыс. и 96,5 тыс. человек соответственно.
1. Судебные средства правовой защиты
...Кроме того, как указано в плане действий, суды уже присуждают компенсацию за ненадлежащие условия содержания на основании процедуры, предусмотренной КАС РФ (в случае, если такие жалобы поданы в течение трех месяцев после окончания рассматриваемого периода содержания): в 2018 году судами Российской Федерации были рассмотрены 4 000 жалоб о компенсации материального и морального вреда, причиненного плохими условиями содержания, из которых были удовлетворены около 2 800 (примерно 70%). Были выплачены около 83,8 млн рублей (примерно 1,15 млн евро) в качестве компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей (в среднем 410 евро на каждую жалобу).
Доступ к судебным средствам правовой защиты обеспечивается путем оплаты госпошлины, которая является крайне низкой, обусловлена финансовой ситуацией истца и может быть выплачена с задержкой или в рассрочку, а также по решению суда может быть вовсе отменена. Власти Российской Федерации предоставили множество примеров, иллюстрирующих льготы, связанные с уплатой госпошлины...».
68. На том же 1348-м заседании 4 — 6 июня 2019 г. Комитет министров Совета Европы изучил информацию, предоставленную властями Российской Федерации, и принял Резолюцию № CM/Del/Dec(2019)1348/H46-23 <1>, в которой указывалось следующее:
<1> См.: Российская хроника Европейского Суда. 2019. № 3 (примеч. редактора).
«...В отношении мер общего характера»
6) в отношении материальных условий содержания приветствуют существенный достигнутый прогресс, призывают власти Российской Федерации предоставить информацию о дальнейших действиях в данном направлении, включая соответствующие статистические данные, и в очередной раз отмечают интерес, который вызвала публикация докладов Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ЕКПП) в отношении Российской Федерации;
7) отмечают меры, принятые для улучшения условий содержания лиц с ограниченными возможностями, но призывают власти Российской Федерации предоставить дополнительную информацию относительно принятых мер и их влияния, принимая во внимание комментарии, данные со стороны негосударственных организаций;
8) приветствуют меры, принятые для сокращения переполненности тюрем, в частности, путем сокращения применения меры предварительного заключения и наказаний в виде лишения свободы, а также путем сокращения более чем на 30% числа лиц, находящихся в условиях предварительного заключения, и осужденных лиц;
9) тем не менее с озабоченностью отмечают, что Европейский Суд по-прежнему выносит постановления о переполненности мест лишения свободы, и призывают власти Российской Федерации предоставить информацию о принимаемых мерах для решения данной проблемы;
10) в отношении средств судебной защиты приветствуют предоставленную информацию о применении профилактических мер, включая разъяснения, предоставленные Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2018 года по вопросам распределения бремени доказывания, полномочий судов по помощи заключенным в сборе доказательств согласно процедуре, изложенной в Кодексе административного судопроизводства Российской Федерации, и сокращения судебных пошлин; в то же время призывают власти Российской Федерации предоставить дополнительную информацию о работе данного средства защиты, а именно в отношении числа жалоб, поданных в суды, и мерах, принятых для вступления решений судов в силу;
11) приветствуют подготовку и внесение в Государственную Думу законопроекта, направленного на создание эффективной меры воздействия, способной заполнить определенные пробелы в существующей законодательной базе, такие как незамедлительное рассмотрение заявлений о превентивных мерах и компенсациях, а также призывают власти Российской Федерации принять данный закон в возможно короткие сроки; в данном контексте призывают власти Российской Федерации пояснить стандарты компенсации, установленные данным законопроектом;
12) также в данном контексте с интересом отмечают существующую судебную практику присуждения компенсации за плохие условия содержания;
13) призывают власти Российской Федерации пояснить, каким образом заключенных уведомляют о их правах согласно Кодексу об административном судопроизводстве; призывают также пояснить практические аспекты подачи жалоб, включая роль, которую играет администрация тюрьмы, доступ к юридическому представительству и доступность и сохранение доказательств в тюрьмах; приветствуют дальнейшие усилия, в частности со стороны Верховного Суда Российской Федерации, по повышению осведомленности судов о стандартах, касающихся эффективного изучения действий, осуществляемых согласно данной процедуре, принимая во внимание требования статьи 6 Конвенции;
14) приветствуют информацию о прокурорском, ведомственном и общественном мониторинге условий содержания и предлагают властям Российской Федерации предоставить более подробную информацию, касающуюся работы общественных наблюдательных комиссий, в частности в отношении состава их членов, права на личную беседу с заключенными и результаты визитов...».
ЖАЛОБЫ
Заявители жаловались в соответствии со статьей 3 Конвенции на ненадлежащие условия содержания под стражей. Некоторые заявители также жаловались в соответствии со статьей 13 Конвенции на отсутствие эффективного внутригосударственного средства правовой защиты в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей (см. ниже Приложения).
ПРАВО
I. Объединение жалоб для их рассмотрения в одном производстве
69. Учитывая схожесть предмета жалоб № 66806/17, 17991/18, 19294/18, 21542/18, 31682/18 и 32545/18, а также выводы в отношении их приемлемости, Европейский Суд считает целесообразным рассмотреть их в одном производстве.
II. Предполагаемое нарушение статей 3 и 13 Конвенции в связи с условиями содержания под стражей в следственных изоляторах
70. Заявители по семи жалобам, указанным в Приложении I, утверждали, что условия их содержания под стражей в следственных изоляторах нарушали требования статьи 3 Конвенции. Некоторые заявители также утверждали, что они не имели в своем распоряжении эффективного внутригосударственного средства правовой защиты от такого нарушения, как это предусмотрено статьей 13 Конвенции. В частности, данные заявители жаловались на то, что они содержались в переполненных камерах, а также на другие аспекты их содержания под стражей (см. Приложение I). Статьи 3 и 13 Конвенции гласят:
«Статья 3. Запрещение пыток»
Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию...
Статья 13. Право на эффективное средство правовой защиты
Каждый, чьи права и свободы, признанные в Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве».
A. Вынесение пилотного постановления и последующие процедуры на уровне Европейского Суда
71. Европейский Суд рассматривал проблему ненадлежащих условий содержания под стражей в следственных изоляторах Российской Федерации в многочисленных постановлениях, начиная с упомянутого выше Постановления по делу «Калашников против Российской Федерации».
72. По вышеупомянутому делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» Европейский Суд вынес свое пилотное Постановление. В соответствии со статьей 46 Конвенции он постановил, что существует структурная проблема, связанная с переполненностью камер в следственных изоляторах (см. ibid., §§ 188 - 189), и кратко изложил ее причины, а также необходимые меры общего характера по предупреждению и снижению уровня переполненности камер (см. ibid., §§ 204 - 209). Европейский Суд рекомендовал создать эффективные внутригосударственные средства правовой защиты как превентивного, так и компенсаторного характера (см. ibid., §§ 210 - 231). Европейский Суд принял решение о том, что, «принимая во внимание основополагающий характер права, гарантированного статьей 3 Конвенции, важность и актуальность жалоб на бесчеловечное и унижающее достоинство обращение, [он] не считает целесообразным откладывать рассмотрение подобных дел». При этом он предложил властям Российской Федерации предоставить возмещение сотням заявителей, которые подали аналогичные жалобы в Европейский Суд до вынесения указанного Постановления (см. ibid., §§ 235 - 239).
73. Согласно базе данных Европейского Суда на дату вынесения упомянутого выше Постановления по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» примерно 250 prima facie обоснованных жалоб против Российской Федерации ожидают своего рассмотрения, и основным доводом в них являются неудовлетворительные условия содержания под стражей. Европейский Суд истолковал указанные данные как свидетельство наличия длящейся структурной проблемы (см. ibid., § 184).
74. После вынесения вышеупомянутого Постановления Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» Европейский Суд зарегистрировал более 1 700 жалоб против Российской Федерации, содержащих prima facie обоснованные утверждения о ненадлежащих условиях содержания под стражей в следственных изоляторах. Данные жалобы были поданы заявителями из различных регионов Российской Федерации, хотя две самые большие группы жалоб касались следственных изоляторов в городах Санкт-Петербург (более 400 дел) и Москва (более 100).
75. После вынесения упомянутого выше Постановления по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» Европейский Суд установил нарушение статьи 3 Конвенции в связи с бесчеловечными и унижающими достоинство условиями содержания под стражей в следственных изоляторах Российской Федерации более чем в 100 делах. В ряде постановлений также был сделан вывод о нарушении статьи 13 Конвенции ввиду отсутствия эффективных внутригосударственных средств правовой защиты по жалобам заявителей на условия их содержания под стражей. Европейский Суд прекратил производство по более чем 500 жалобам, в которых приводились аналогичные утверждения о ненадлежащих условиях содержания под стражей в следственных изоляторах, на основании односторонних деклараций властей Российской Федерации или достигнутых сторонами мировых соглашений.
76. Свыше 1 450 аналогичных жалоб против Российской Федерации ожидали рассмотрения Европейским Судом в марте 2020 года.
77. 10 января 2020 г. власти Российской Федерации уведомили Европейский Суд о принятии нового Закона о компенсации и просили считать его эффективным внутригосударственным средством правовой защиты в отношении всех дел, в которых заявители утверждали о нарушении статей 3 и 13 Конвенции в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей, включая тех заявителей, которые уже подали жалобы в Европейский Суд.
78. Европейский Суд предложил заявителям по жалобам № 66806/17, 19294/18, 31682/18 и 32545/18, срок содержания под стражей которых завершился к моменту обмена сторонами замечаниями, представить свои комментарии в связи с утверждением о неприемлемости жалоб. Заявители в своих ответах поставили под сомнение эффективность и доступность средств правовой защиты, на которые ссылались власти Российской Федерации.
B. Обзор прецедентной практики Европейского Суда
79. В настоящем Решении Европейский Суд рассмотрит изменения в законодательстве и судебной практике Российской Федерации, которые произошли с момента вынесения упомянутого выше Постановления по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации». В частности, Европейский Суд исследует вопрос о том, имеются ли в настоящее время внутригосударственные средства правовой защиты компенсаторного и превентивного характера, которые могли бы обеспечить эффективное возмещение жертвам нарушений, вызванных переполненностью камер и иными нарушениями условий содержания под стражей в следственных изоляторах. Он также рассмотрит вопрос о том, были ли обязаны заявители по настоящему делу исчерпать такие средства правовой защиты. При этом Европейский Суд будет учитывать принципы, разработанные и применяемые в отношении стран, в которых существует структурная проблема, связанная с ненадлежащими условиями содержания под стражей.
1. Материально-бытовые условия содержания под стражей
80. Европейский Суд учитывал острый недостаток личного пространства в тюремных камерах в качестве аспекта, который имеет большое значение для определения того, были ли оспариваемые условия содержания под стражей «унижающими достоинство» по смыслу статьи 3 Конвенции. Таким образом, Европейский Суд рассматривал ситуации, когда заявителям предоставлялось менее 3 кв. м личного пространства в течение значительного периода времени в ситуациях, которые prima facie поднимали вопросы в соответствии с Конвенцией, см., например, Решение Европейского Суда по делу «Латак против Польши» ( £atak v. Poland) от 12 октября 2010 г., жалоба № 52070/08, где Европейский Суд оценил ответную реакцию на пилотное Постановление Европейского Суда по делу «Орховский против Польши» (Orchowski v. Poland) от 22 октября 2009 г., жалоба № 17885/04, и пилотное Постановление Европейского Суда по делу «Норберт Сикорский против Польши» (Norbert Sikorski v. Poland) от 22 октября 2009 г., жалоба № 17599/05, которые касались системной проблемы переполненности в исправительных учреждениях и следственных изоляторах Польши. В упомянутом выше Решении по делу «Латак против Польши» Европейский Суд принял во внимание законодательные изменения, в соответствии с которыми начальник исправительного учреждения мог уменьшить тюремное пространство до менее 3 (но не менее 2) кв. м на человека на определенный и ограниченный период времени в некоторых «исключительных или особых обстоятельствах», и которые устанавливали правовые средства для оспаривания применения данной меры (см. ibid., §§ 42 - 45, 80).
81. В более общем виде в Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу «Муршич против Хорватии» ( Muršiæ v. Croatia) от 12 марта 2015 г. <1>, жалоба № 7334/13 <2>, §§ 136 — 141, с дальнейшими ссылками, Европейский Суд отметил следующее:
<1> Так в тексте. Вероятно, должно быть «от 20 октября 2016 г.» (примеч. переводчика).
<2> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. Специальный выпуск. 2017. № 5 (примеч. редактора).
«136. С учетом вышеприведенных доводов Европейский Суд подтверждает преобладающую в его прецедентной практике норму площади, составляющую 3 кв. м на одного заключенного в общей камере как минимальное требование статьи 3 Конвенции.»
137. Когда в местах лишения свободы на одного заключенного в общей камере приходится менее 3 кв. м, дефицит личного пространства считается настолько серьезным, что возникает устойчивая презумпция нарушения статьи 3 Конвенции. Бремя доказывания лежит на властях государства-ответчика, которые, однако, могут опровергнуть эту презумпцию, доказав наличие факторов, способных в достаточной степени компенсировать дефицит личного пространства...
138. В обычных обстоятельствах устойчивая презумпция нарушения статьи 3 Конвенции может быть опровергнута лишь при одновременном существовании следующих факторов:
(1) уменьшение необходимой минимальной нормы площади, составляющей 3 кв. м на одного человека, является непродолжительным, эпизодическим и незначительным...
(2) оно сопровождается достаточно большой свободой передвижения за пределами камеры и содержательными занятиями вне камеры...
(3) общие условия содержания заявителя в соответствующем пенитенциарном учреждении в целом являются удовлетворительными, и в условиях содержания его под стражей нет других отягчающих обстоятельств...
139. Когда на одного заключенного в камере приходится от 3 до 4 кв. м личного пространства, это по-прежнему имеет важное значение при определении Европейским Судом удовлетворительности условий содержания под стражей. В таких случаях нарушение статьи 3 Конвенции будет установлено, если нехватка площади сопровождается иными неудовлетворительными физическими условиями содержания под стражей, в частности, в том, что касается возможности прогулок, доступа дневного света или свежего воздуха, наличия вентиляции, надлежащей температуры в камере, возможности уединяться при пользовании туалетом и соблюдения элементарных санитарно-гигиенических требований...
140. Кроме того, Европейский Суд подчеркивает, что в случаях, когда в пенитенциарном учреждении на одного заключенного в общей камере приходится более 4 кв. м личного пространства, а значит, вопроса о дефиците личного пространства не возникает, при определении Европейским Судом удовлетворительности условий содержания заявителя под стражей с точки зрения статьи 3 Конвенции по-прежнему имеют значение другие вышеуказанные аспекты физических условий содержания под стражей...
141. Наконец, Европейский Суд особо отмечает важность профилактических задач ЕКПП при осуществлении контроля за условиями содержания под стражей и стандартов, которые ЕКПП в связи с этим разрабатывает. Европейский Суд напоминает, что при разрешении жалоб на условия содержания под стражей он по-прежнему внимательно следит за этими стандартами и за тем, как их соблюдают государства-участники...».
2. Стандарты доказывания, применимые Европейским Судом в делах, касающихся условий содержания под стражей
82. Стороны часто оспаривают материально-бытовые условия содержания заявителей под стражей. Прецедентная практика Европейского Суда в контексте переполненности следственных изоляторов в Российской Федерации представлена в упомянутом выше Постановлении Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» (с дополнительными ссылками):
«...122. Европейский Суд сознает объективные трудности, испытываемые заявителями в обосновании их жалоб на условия содержания под стражей. В связи с ограничениями, вводимыми режимом следственного изолятора, от заключенных в действительности нельзя ожидать, что они могут предоставить фотографии своей камеры и дать точные данные по ее размерам, температуре или освещенности. Однако заявитель должен представить тщательную и последовательную оценку условий своего содержания под стражей, отражающую конкретные данные, такие как, например, даты перевода из одного исправительного учреждения в другое, которые позволят Европейскому Суду установить, что жалоба не является явно необоснованной или неприемлемой по иным основаниям. Только достоверное и обоснованное подробное описание предположительно унижающих человеческое достоинство условий содержания под стражей составляет достаточные доказательства жестокого обращения и служит основанием для коммуницирования жалобы властям государства-ответчика.»
123. Европейский Суд неоднократно устанавливал, что дела относительно неудовлетворительных условий содержания под стражей не во всех случаях характеризуются строгим применением принципа affirmanti incumbit probatio <1>, так как в некоторых случаях только власти государства-ответчика имеют доступ к информации, подтверждающей или опровергающей утверждения заявителя. Из этого следует, что после того, как Европейский Суд коммуницировал жалобу заявителя властям Российской Федерации, на них возлагается обязанность собрать и предоставить соответствующие документы. Непредставление властями государства-ответчика убедительных данных о материально-бытовых условиях содержания под стражей может привести к выводу об обоснованности утверждений заявителя...
<1> Affirmanti incumbit probatio (лат.) — доказывание возлагается на утверждающего (примеч. переводчика).
124. В предыдущих делах относительно условий содержания под стражей количество предоставляемых документов властями Российской Федерации было достаточно ограниченным, и убедительные доказательства, которые они представляли, обычно состояли из справок начальников соответствующих исправительных учреждений после коммуницирования им жалоб. Европейский Суд неоднократно указывал, что такие справки не содержали ссылок на оригинальную документацию исправительных учреждений и основывались больше на личной оценке, чем на каких-либо объективных данных, и по этой причине имели невысокую доказательную ценность...
125. Европейский Суд подчеркивает, что каждый раз власти Российской Федерации должны были объяснять причину непредоставления оригиналов документов, в частности, касавшихся числа сокамерников, содержавшихся вместе с заявителем. Власти Российской Федерации часто объясняли это тем, что жалоба была коммуницирована им по прошествии значительного количества времени и поэтому оригиналы документов следственного изолятора были уничтожены вследствие истечения срока их хранения. В связи с этим Европейский Суд отмечал, что уничтожение соответствующих документов не снимало с властей Российской Федерации обязанность подтвердить их доводы соответствующими доказательствами. Кроме того, он часто устанавливал, что власти Российской Федерации, по-видимому, не действовали с надлежащими вниманием и тщательностью в хранении документации исправительных учреждений, поскольку некоторые документы были уничтожены фактически после того, как власти Российской Федерации были уведомлены о том, что Европейский Суд рассматривает жалобу... В других случаях власти Российской Федерации предоставляли извлечения из оригиналов документов, однако они были несопоставимыми или относились к другому периоду времени, чтобы представлять собой достоверное опровержение жалобы заявителя на большую переполненность камер в соответствующий период времени...
126. Европейский Суд с сожалением отмечает, что служебные инструкции отдела специального учета никогда не были опубликованы и, очевидно, были засекречены и являлись документами для служебного пользования. Соответственно, Европейский Суд имел ограниченное представление о ведении отчетности и статистики в российской пенитенциарной системе, которое было основано на образцах документов, представлявшихся властями Российской Федерации в прошлых делах и настоящем деле. Из них особое значение для оценки жалобы о переполненности камер имеют книга количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе, и камерные карточки.
127. Дневные и ночные смены надзирателей вносят в книгу количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе, данные о количестве лиц, находящихся в каждой камере. Сведения вносятся в таблицу шириной в страницу, где две цифры обозначают количество спальных мест в камере и фактическое количество заключенных. Свою подпись на документе ставят дежурные надзиратели каждой смены.
128. Камерная карточка представляет собой учетную карточку, заполняемую в отношении вновь прибывшего лица в следственный изолятор. Она содержит имя, дату рождения, информацию о прошлой судимости и текущем уголовном деле, опись личных вещей и предметов, выданных в следственном изоляторе. Все перемещения из камеры в камеру отмечаются в отдельной таблице, в которой указываются номер камеры и дата перевода.
129. В совокупности книга количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе, и камерные карточки содержат сведения об общей ситуации в конкретном следственном изоляторе в течение соответствующего периода и конкретной ситуации в камере заявителя. Они позволяют Европейскому Суду установить, существовала ли и насколько серьезной была проблема переполненности исправительного учреждения, и если заключенные были неравномерно распределены по камерам, превышало ли число заключенных в камере заявителя ее проектную вместимость. Они также позволяют Европейскому Суду убедиться в том, что лица, чьи показания могут быть представлены заявителем в подтверждение жалобы, действительно находились в камере вместе с заявителем в течение соответствующего периода.
130. Признание полезности вышеуказанных документов для установления фактов в делах, касающихся условий содержания под стражей, тем не менее, не исключает привлечения иных доказательств, которые стороны могут представить в подобных делах. Как отмечалось выше, конвенционное разбирательство не устанавливает каких-либо процессуальных препятствий для приемлемости доказательств или определенного порядка для их оценки. Выводы Европейского Суда относительно фактов основаны на общей оценке всех доказательств, включая такие выводы, которые могут следовать из фактов и доводов сторон».
83. Проводя общую оценку всех представленных сторонами доказательств, Европейский Суд также принял во внимание общую или структурную проблему переполненности в пенитенциарных учреждениях Российской Федерации, проявляя, таким образом, доверие к утверждениям заявителей (см. Постановление Европейского Суда по делу «Александр Леонидович Иванов против Российской Федерации» (Aleksandr Leonidovich Ivanov v. Russia) от 23 сентября 2010 г., жалоба № 33929/03 <1>, § 34), а также к своим выводам, сделанным в предыдущих делах, касающихся условий содержания под стражей в тех же следственных изоляторах, где содержались заявители в соответствующие периоды времени.
<1> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2011. № 8 (примеч. редактора).
84. Оценивая общие условия содержания под стражей в конкретной стране, Европейский Суд также систематически ссылался на доклады ЕКПП (см., например, Постановление Европейского Суда по делу «Нешков и другие против Болгарии» (Neshkov and Others v. Bulgaria) от 27 января 2015 г., жалоба № 36925/10 и пять других жалоб, и Постановление Европейского Суда по делу «Шишанов против Республики Молдова» (Shishanov v. Republic of Moldova) от 15 сентября 2015 г., жалоба № 11353/06 <2>, §§ 57 - 60), а также на иные находящиеся в открытом доступе доказательства, в частности, на доклады и обзоры, подготовленные уполномоченными по правам человека, экспертами и неправительственными организациями (см., например, упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Нешков и другие против Болгарии», §§ 76 — 91, и Постановление Европейского Суда по делу «Варга и другие против Венгрии» (Varga and Others v. Hungary) от 10 марта 2015 г., жалоба № 14097/12 и пять других жалоб, §§ 31 — 33).
<2> См.: там же. 2016. № 2 (примеч. редактора).
3. Эффективные средства правовой защиты по делам, касающимся условий содержания под стражей: общие принципы и сравнительный обзор
85. Принципы, касающиеся эффективных средств правовой защиты в контексте условий содержания под стражей, были сформулированы в упомянутом выше Постановлении Европейского Суда по делу «Нешков и другие против Болгарии» (с дальнейшими ссылками), которое в соответствующих частях гласит:
«...181. Объем обязательства по статье 13 Конвенции зависит от характера жалобы потерпевшего в соответствии с Конвенцией. Что касается жалоб в соответствии со статьей 3 Конвенции на бесчеловечные или унижающие достоинство условия содержания под стражей, существуют два вида средств правовой защиты: улучшение этих условий и компенсация ущерба, причиненного ими. Следовательно, для лица, содержащегося в подобных условиях, средство правовой защиты, способное в кратчайшие сроки положить конец продолжающемуся нарушению, имеет наибольшую ценность и действительно необходимо с учетом особой важности, придаваемой праву, предусмотренному статьей 3 Конвенции. Однако после завершения оспариваемой ситуации, когда соответствующее лицо было освобождено или помещено в условия, отвечающие требованиям статьи 3 Конвенции, у него должно быть юридически закрепленное право на компенсацию за любое нарушение, которое уже имело место. Иными словами, в данной области превентивные и компенсационные средства правовой защиты должны дополнять друг друга, чтобы считаться эффективными...»
187. Таким образом, чтобы внутригосударственные средства правовой защиты в отношении условий содержания под стражей были эффективными, орган или суд, рассматривающий дело, должен оценивать их в соответствии с применимыми принципами, выработанными в прецедентной практике Европейского Суда по статье 3 Конвенции... Поскольку имеет значение реальная ситуация, а не ее вероятность, одной лишь ссылки на данную статью в решениях органов государств-ответчиков недостаточно. Фактически дело должно быть рассмотрено в соответствии со стандартами, вытекающими из прецедентной практики Европейского Суда.
188. Если орган или суд государства-ответчика, рассматривающий дело, прямо или по существу установит, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в отношении условий, в которых содержалось или содержится соответствующее лицо, он должен предоставить надлежащее возмещение.
189. В контексте превентивных средств правовой защиты таким возмещением в зависимости от характера лежащей в основе проблемы могут являться меры, которые затрагивают только заключенного, либо, например, в случае переполненности, меры более широкого спектра действия, способные разрешить ситуации массовых и одновременных нарушений прав заключенных в результате ненадлежащих условий содержания под стражей в конкретном исправительном учреждении...
190. В контексте компенсационных средств правовой защиты денежная компенсация должна быть доступна любому настоящему или бывшему заключенному, который содержался в бесчеловечных или унижающих достоинство условиях и обратился с соответствующей жалобой. Вывод о том, что условия не соответствовали требованиям статьи 3 Конвенции, служит основанием для устойчивой презумпции о причинении морального вреда потерпевшему. Нормы и правоприменительная практика государства-ответчика, регулирующие функционирование средств правовой защиты, должны отражать наличие данной презумпции, а не ставить присуждение компенсации в зависимость от способности истца доказать посредством внешних доказательств наличие морального вреда в форме моральных страданий...
191. Наконец, заключенным должна быть предоставлена возможность воспользоваться средствами правовой защиты без опасений подвергнуться наказанию или столкнуться с негативными последствиями в связи с этим...».
86. В своих пилотных и руководящих постановлениях, касающихся ненадлежащих условий содержания под стражей, Европейский Суд изучил средства правовой защиты в разных государствах — участниках Конвенции (см., в частности, Постановление Европейского Суда по делу «Торреджиани и другие против Италии» (Torreggiani and Others v. Italy) от 8 января 2013 г., жалоба № 43517/09 и шесть других жалоб, упомянутые выше Постановления Европейского Суда по делам «Нешков и другие против Болгарии», «Варга и другие против Венгрии», «Шишанов против Республики Молдова», и Постановление Европейского Суда по делу «Резмивеш и другие против Румынии» ( Rezmiveº and Others v. Romania) от 25 апреля 2017 г., жалоба № 61467/12 и три другие жалобы). Европейский Суд постоянно подтверждал свою прецедентную практику, в соответствии с которой превентивные и компенсационные средства правовой защиты в данном контексте должны дополнять друг друга.
87. Европейский Суд также изучил взаимосвязь между превентивными и компенсационными средствами правовой защиты и ее последствия для приемлемости индивидуальных жалоб, поданных в Европейский Суд. Таким образом, заявители, по-прежнему содержащиеся под стражей в условиях, которые они обжалуют, как правило, обязаны исчерпать доступные и эффективные превентивные средства правовой защиты до обращения в Европейский Суд (см., например, Решение Европейского Суда по делу «Стелла и другие против Италии» (Stella and Others v. Italy) от 16 сентября 2014 г., жалоба № 49169/09 и другие жалобы, § 67). Однако в случаях, когда неудовлетворительные условия содержания под стражей прекратились, использование компенсационного средства правовой защиты, такого как гражданский иск о возмещении ущерба, как правило, является эффективным средством правовой защиты в целях статьи 35 Конвенции. Соответственно, Европейский Суд приходил к выводу, что, если заявитель уже освобожден на момент обращения в Европейский Суд, то средство правовой защиты исключительно компенсационного характера в принципе может быть эффективным и может предоставить заявителю справедливое возмещение за предполагаемое нарушение статьи 3 Конвенции (см. Решение Европейского Суда по делу «Бизяк против Словении» (Bizjak v. Slovenia) от 8 июля 2014 г., жалоба № 25516/12, § 28).
88. Наконец, Европейский Суд неоднократно напоминал о том, что порядок рассмотрения судами государств-ответчиков таких дел, степень исполнения органами власти государств-ответчиков предписанных мер и оперативность, с которой органы государственной власти выплачивают компенсацию, присужденную в ходе таких разбирательств, могут влиять на вывод Европейского Суда по данному вопросу (см. упомянутое выше Решение Европейского Суда по делу «Стелла и другие против Италии», §§ 55 и 63, и Решение Европейского Суда по делу «Атанасов и Апостолов против Болгарии» (Atanasov and Apostolov v. Bulgaria) от 27 июня 2017 г., жалобы № 65540/16 и 22368/17, §§ 57 и 66).
4. Компенсационные средства правовой защиты
89. Во всех случаях, когда нарушение статьи 3 Конвенции уже имело место, Европейский Суд указывал, что вред, причиненный частному лицу, может быть возмещен с помощью компенсационного средства правовой защиты (см. Постановление Европейского Суда по делу «Алиев против Азербайджана» (Aliyev v. Azerbaijan) от 20 сентября 2018 г., жалобы № 68762/14 и 71200/14, § 138, и среди недавних примеров Постановление Европейского Суда по делу «Томов и другие против Российской Федерации» (Tomov and Others v. Russia) от 9 апреля 2019 г., жалоба № 18255/10 и пять других жалоб <1>, § 196). Применение эффективного компенсационного средства правовой защиты будет особенно важным с учетом принципа субсидиарности, чтобы заинтересованные лица не были вынуждены систематически обращаться в Европейский Суд с жалобами, которые требуют установления основных фактов или расчета денежной компенсации, что должно принципиальным образом и практически относиться к сфере внутренней юрисдикции (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации», § 221).
<1> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2019. № 7 (примеч. редактора).
90. Европейский Суд признавал финансовую компенсацию и в некоторых случаях возможность сокращения срока наказания в качестве надлежащих форм компенсационных средств правовой защиты (см. упомянутое выше Решение Европейского Суда по делу «Стелла и другие против Италии», §§ 56 — 63, и Решение Европейского Суда по делу «Драничеру против Республики Молдова» (Draniceru v. Republic of Moldova) от 12 февраля 2019 г., жалоба № 31975/15, §§ 35 — 40). Что касается сокращения срока наказания, Европейский Суд приходил к выводу, что сокращение срока наказания на один день за каждые 10 дней, проведенных в условиях содержания под стражей, несовместимых с положениями Конвенции, представляет собой надлежащее возмещение за неудовлетворительные условия содержания под стражей. Кроме того, такая мера, несомненно, способствовала решению проблемы переполненности камер за счет ускорения освобождения лиц, находящихся под стражей (см. упомянутое выше Решение Европейского Суда по делу «Стелла и другие против Италии», § 60). Европейский Суд пришел к такому же заключению в вышеупомянутом Решении по делу «Драничеру против Республики Молдова», § 38, в котором применимый коэффициент был более благоприятным, чем в Италии, и предусматривал сокращение срока наказания на два дня за каждый день, проведенный в ненадлежащих условиях содержания под стражей в следственном изоляторе. В обоих случаях финансовый аспект возмещения ущерба начнет применяться, только если заинтересованные лица по каким-либо причинам не смогут воспользоваться сокращением срока наказания на применимые коэффициенты.
91. Что касается размера присуждаемой финансовой компенсации, Европейский Суд неоднократно отмечал, что в соответствии с принципом субсидиарности власти государств-ответчиков следует наделить более широкими пределами усмотрения в отношении исполнения пилотного постановления и в оценке размера подлежащей выплате компенсации. Данная оценка должна проводиться в порядке, предусмотренном их правовой системой и традициями, и учитывать уровень жизни в соответствующей стране, даже если это приводит к выплате меньших сумм, чем те, что присуждает Европейский Суд в аналогичных случаях (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Коккьярелла против Италии» (Cocchiarella v. Italy), жалоба № 64886/01, § 80, ECHR 2006-V, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Курич и другие против Словении» ( Kuriæ and Others v. Slovenia) (справедливая компенсация), жалоба № 26828/06, § 141, ECHR 2014, упомянутое выше Решение Европейского Суда по делу «Бизяк против Словении», § 39, Решение Европейского Суда по делу «Анастасов и другие против Словении» (Anastasov and Others v. Slovenia) от 18 октября 2016 г., жалоба № 65020/13, § 71, и Решение Европейского Суда по делу «Ходжич против Словении» ( Hodžiæ v. Slovenia) от 4 апреля 2017 г., жалоба № 3461/08, § 13).
92. Европейский Суд уточнил свою прецедентную практику в Решении по делу «Домьян против Венгрии» ( Domján v. Hungary) от 14 ноября 2017 г., жалоба № 5433/17, § 28, с дальнейшими ссылками:
«Европейский Суд далее напоминает, что в контексте переполненности исправительных учреждений... он приходил к выводу о том, что компенсация, присужденная судом государства-ответчика и равная примерно 30% от компенсации, присуждаемой Европейским Судом... не представляется неразумной или непропорциональной. Европейский Суд пришел к аналогичному заключению в Решении по делу „Стелла и другие против Италии“... в котором размер компенсации, доступной на внутригосударственном уровне, составлял 8 евро за один день содержания под стражей в условиях, несовместимых с положениями статьи 3 Конвенции. Принимая во внимание экономические реалии, как они описаны властями Венгрии... Европейский Суд приходит к тому же выводу в отношении размера компенсации от 4 до 5,3 евро за один день содержания под стражей в ненадлежащих условиях в Венгрии. Кроме того, Европейский Суд подчеркивает в связи с этим, что предметом настоящей жалобы является потенциальная совместимость существующего в Венгрии механизма компенсации ad hoc, а не вопрос о том, утратил ли заявитель статус жертвы ввиду сумм, присужденных ему на внутригосударственном уровне. Второй вид оценки может быть произведен в каждом отдельном случае только после того, как соответствующее внутригосударственное средство правовой защиты было использовано...».
93. В вышеупомянутом Решении по делу «Атанасов и Апостолов против Болгарии» Европейский Суд рассмотрел эффективность компенсационного средства правовой защиты, введенного властями Болгарии во исполнение пилотного Постановления по делу «Нешков и другие против Болгарии». Данный механизм компенсации не предусматривал шкалу для присуждения сумм в качестве компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания под стражей. Вместо этого такие суммы «должны были определяться согласно общим нормам деликтного права Болгарии, по праву справедливости, и установление их размера должно быть предметом прецедентной практики». Европейский Суд установил, что отсутствуют основания исходить из того, что «суды Болгарии не будут надлежащим образом применять новые законодательные положения или не смогут разработать последовательную совокупность прецедентной практики по их применению. Однако они должны соблюдать осмотрительность, чтобы применять данные нормы в соответствии с положениями Конвенции и прецедентной практикой Европейского Суда (см. ibid., §§ 55 - 56).»
94. В качестве еще одного примера можно привести законодательство Республики Молдова, которое не устанавливает минимального размера компенсации, а только ее максимальный размер (5,10 евро за один день содержания под стражей в ненадлежащих условиях). В упомянутом выше Решении по делу «Драничеру против Республики Молдова» Европейский Суд напомнил, что размер компенсации, присуждаемый на внутригосударственном уровне, является важным фактором для оценки эффективности средства правовой защиты. Он не нашел оснований для вывода о том, что суды Республики Молдова «не будут обеспечивать выполнение новых внутригосударственных положений в полном объеме или что они не смогут сформировать последовательную и единообразную судебную практику в этом отношении. Тем не менее им следует обратить внимание на то, чтобы применение новых положений было бы совместимо с требованиями Конвенции и прецедентной практики Европейского Суда» (см. ibid., § 40).
95. Напротив, Европейский Суд отказывался признавать, что заявителям была предоставлена достаточная компенсация в случаях, когда суммы компенсации, присужденные на внутригосударственном уровне, были «несоизмеримо малы» и даже «приблизительно не достигали сумм, обычно присуждаемых Европейским Судом в сопоставимых обстоятельствах» (см. Постановление Европейского Суда по делу «Мироновас и другие против Литвы» (Mironovas and Others v. Lithuania) от 8 декабря 2015 г., жалобы № 40828/12 и шесть других жалоб, § 99). В случаях, когда компенсация ущерба, присуждаемая судами государств-ответчиков, является необоснованной по сравнению с размером компенсации, присуждаемой Европейским Судом в сопоставимых делах, такого возмещения ущерба будет недостаточно для того, чтобы лишить заявителя статуса жертвы в соответствии со статьей 3 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу «Никитин и другие против Эстонии» (Nikitin and Others v. Estonia) от 29 января 2019 г., жалоба № 23226/16 и шесть других жалоб, §§ 199 — 200).
96. Наконец, Европейский Суд отмечал, что усилия властей государства-ответчика «по смягчению проблемы переполненности... следует принимать во внимание при определении размера справедливой компенсации (см. упомянутое выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу „Муршич против Хорватии“, § 181, с дальнейшими ссылками).»
5. Превентивные средства правовой защиты
97. Что касается превентивных средств правовой защиты, в вышеупомянутом Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу «Муршич против Хорватии», § 71, с дальнейшими ссылками, Европейский Суд постановил:
«71. Относительно средств правовой защиты в связи с условиями содержания в тюрьмах Хорватии Европейский Суд приходил к выводу, что жалоба, поданная в компетентный судебный орган или в администрацию пенитенциарного учреждения, является эффективным средством правовой защиты, поскольку она может прекратить содержание заявителя под стражей в неудовлетворительных условиях. Кроме того, в случае неблагоприятного исхода у заявителя есть возможность обратиться с жалобой в Конституционный суд Хорватии... который вправе распорядиться о том, чтобы заявителя выпустили на свободу или перестали содержать под стражей в неудовлетворительных условиях...».
98. В вышеупомянутом Решении по делу «Стелла и другие против Италии» (§§ 46 — 55) Европейский Суд, оценивая меры, принятые властями Италии во исполнение пилотного Постановления Европейского Суда по делу «Торреджани и другие против Италии», согласился с тем, что жалоба, направленная судье, который отвечал за исполнение наказаний и обладал полномочиями по вынесению обязательных для исполнения решений относительно условий содержания под стражей, удовлетворяла требованиям прецедентной практики Европейского Суда. Аналогичным образом в Решении по делу «Домьян против Венгрии» (упомянутом выше, §§ 21 - 23), мера, принятая во исполнение пилотного Постановления Европейского Суда по делу «Варга и другие против Венгрии», а именно жалоба, направленная начальнику пенитенциарного учреждения, который имел право распоряжаться о переводе в другую камеру в пределах учреждения или о переводе в другое учреждение, и подлежавшая дальнейшему судебному пересмотру, была признана соответствующей требованиям прецедентной практики Европейского Суда. В таком же контексте жалоба, направленная следственному судье, который мог распорядиться об улучшении ненадлежащих условий содержания под стражей, была признана эффективным средством правовой защиты в Республике Молдова (см. упомянутое выше Решение Европейского Суда по делу «Драничеру против Республики Молдова», §§ 32 — 34).
99. В вышеупомянутом Решении по делу «Атанасов и Апостолов против Болгарии» Европейский Суд постановил, что законодательство Болгарии о введении превентивного средства правовой защиты соответствовало стандартам эффективности (§§ 48 - 56). Европейский Суд отметил, что средство правовой защиты предназначалось для непосредственного решения вопросов, возникающих в связи с поступающими жалобами на условия содержания под стражей, и что производства имели место в административном суде, который обеспечивал гарантии независимости и беспристрастности, а также ряд процессуальных гарантий, доступных в ходе состязательного судебного процесса. Европейский Суд подчеркнул, что средство правовой защиты было простым в использовании и не возлагало чрезмерного бремени доказывания на заключенного, напротив, суд должен был установить факты по собственной инициативе, прибегнув ко всем возможным источникам информации, и что на органе-ответчике лежало бремя доказывания законности его действий или бездействия. Быстрота действия средства правовой защиты также имела значение для анализа, равно как и возможность вынесения судебных постановлений, обязывающих администрации исправительных учреждений в установленный срок принять конкретные меры для предотвращения или прекращения нарушения условий содержания под стражей. Европейский Суд также отметил общее улучшение ситуации с переполненностью в исправительных учреждениях Болгарии и конкретные законодательные положения, гарантирующие предоставление 4 кв. м площади на каждого заключенного в качестве минимального санитарного требования. Таким образом, рассмотрев характеристики превентивного средства правовой защиты и общий контекст, в котором предполагалось его применение, Европейский Суд пришел к выводу, что данное средство правовой защиты предоставляло разумную перспективу возмещения ущерба (см. ibid., § 56).
100. Жалобы прокурору, как правило, не признавались эффективным средством правовой защиты (см. упомянутые выше Постановления Европейского Суда по делам «Нешков и другие против Болгарии», § 212, «Ананьев и другие против Российской Федерации», § 216, а также «Томов и другие против Российской Федерации», § 194). Только в тех случаях, когда переполненность или иные ненадлежащие условия содержания под стражей не свидетельствуют о наличии системной проблемы, подача жалобы уполномоченному прокурору может представлять собой эффективный превентивный механизм. В Решении по делу «Жировницкий против Чешской Республики» ( Žirovnický v. Czech Republic) (от 15 ноября 2016 г., жалобы № 60439/12 и 73999/12, §§ 100 — 106) Европейский Суд принял к сведению, что региональным прокурорам были даны особые поручения по осуществлению надзора за соответствием условий содержания под стражей законодательным нормам. Они могли, среди прочего, посещать исправительные учреждения и проводить конфиденциальные встречи с лицами, содержащимися под стражей. Эти лица имели право обращаться непосредственно в прокуратуру и требовать проведения таких встреч. В соответствии с законодательством Чешской Республики и указаниями генерального прокурора прокуроры были обязаны рассматривать подобные жалобы и ходатайства. При необходимости прокуроры могли выносить постановления, которые были обязательны для пенитенциарных служб и должны были немедленно исполняться. Кроме того, их реагирование могло быть оспорено в Конституционном суде Чешской Республики, который мог вынести окончательное решение о наличии предполагаемого нарушения прав заключенных и необходимости принятия обеспечительных мер, а также распорядиться о том, чтобы компетентные органы положили конец таким нарушениям (см. ibid.).
101. Напротив, в отсутствие указаний на то, что администрация исправительных учреждений будет рассматривать переполненность или опасные для здоровья условия содержания в исправительном учреждении в качестве уважительной причины для перевода или суды распорядятся о переводе заключенного из бесчеловечных или унижающих достоинство условий содержания под стражей, такое средство правовой защиты не может рассматриваться как предоставляющее достаточные перспективы благоприятного исхода дела. В данном контексте Европейский Суд также принимал во внимание, была ли проблема настолько широко распространена, что любое улучшение личной ситуации заключенного, находящегося в уже переполненном исправительном учреждении, могло быть осуществлено только за счет других лиц, содержащихся под стражей, и в ущерб интересам этих лиц. Европейский Суд также отмечал, что администрация исправительных учреждений не сможет удовлетворить большое количество одновременно поданных ходатайств, если проблема переполненности исправительных учреждений имеет структурный характер и в отсутствие надлежащих реформ для ее решения (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Мироновас и другие против Литвы», §§ 103 и 104, а также, a contrario, упомянутое выше Решение Европейского Суда по делу «Жировницкий против Чешской Республики», § 104).
102. В отношении Российской Федерации в вышеупомянутом недавнем Постановлении по делу «Томов и другие против Российской Федерации», § 192, с дальнейшими ссылками, затрагивающем системную проблему бесчеловечного обращения при перевозке заключенных, Европейский Суд постановил:
«192. Важной гарантией предотвращения нарушений, обусловленных ненадлежащими условиями содержания под стражей, является эффективная система подачи заключенными жалоб внутригосударственным властям... Чтобы быть эффективной, эта система должна гарантировать незамедлительное и тщательное рассмотрение жалоб заключенных, обеспечивать эффективное участие заключенных в производстве по жалобам и предоставлять большой выбор правовых средств для устранения установленного нарушения требований Конвенции. В итоге заключенные должны иметь возможность воспользоваться средствами правовой защиты, не опасаясь, что за это они подвергнутся наказанию или иным негативным последствиям...»
193. Подача жалобы в надзирающий орган власти обычно является более эффективным и быстрым способом рассмотрения жалоб, чем судебное разбирательство. Эти органы власти должны иметь право отслеживать нарушения прав заключенных, быть независимыми и уполномоченными расследовать обстоятельства жалобы с участием заявителя жалобы, иметь право выносить обязательные к исполнению и исполнимые решения.
194. В упоминавшемся выше Постановлении по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» Европейский Суд подчеркнул важность работы надзирающих прокуроров и подчеркнул способ, которым следовало изменить процедуру обращения в прокуратуру, чтобы соответствовать упомянутым выше требованиям... Эти выводы применимы также к жалобам на условия перевозки. Общественным наблюдательным комиссиям также может быть предоставлено больше полномочий по защите прав перевозимых заключенных. Однако чтобы они действительно работали эффективно, комиссии должны получить расширенные полномочия и право выносить обязательные к исполнению решения. Именно власти Российской Федерации должны решить, какой вид реформы можно применить...
195. Заключенный может также подать жалобу на нарушение его или ее прав и свобод в суд общей юрисдикции согласно положениям Кодекса административного судопроизводства, заменившего главу 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с 15 сентября 2015 г. ...Однако оговорки, которые Европейский Суд высказал в отношении судебного разбирательства в целом, также применяются и к производству согласно Кодексу административного судопроизводства. В частности, недостаточно точно известно, что новый вид производства наделил бы суды Российской Федерации надлежащими правовыми инструментами, позволяющими судам рассматривать проблемы, выходящие за рамки индивидуальной жалобы, и эффективно разрешать ситуации повторяющихся нарушений прав заключенных, обусловленных крайне ограничительной по своей природе правовой базой...».
103. Кроме того, Европейский Суд особенно внимателен к эффективности превентивного средства правовой защиты, если проблема переполненности исправительных учреждений имеет системный характер и, следовательно, существует риск того, что средство правовой защиты окажется бесполезным (см. упомянутые выше Постановления Европейского Суда по делам «Ананьев и другие против Российской Федерации», § 111, «Нешков и другие против Болгарии», § 210, и «Никитин и другие против Эстонии», все с дальнейшими ссылками).
104. В целом для того, чтобы превентивное средство правовой защиты в виде обращения в административный орган в связи с условиями содержания под стражей могло считаться эффективным, данный орган должен (a) быть независим от органов управления пенитенциарной системой, (b) обеспечивать эффективное участие содержащихся под стражей лиц в рассмотрении их жалоб, (c) гарантировать безотлагательное и тщательное рассмотрение жалоб содержащихся под стражей лиц, (d) иметь в своем распоряжении широкий спектр правовых инструментов в целях устранения проблем, лежащих в основе соответствующих жалоб, и (e) иметь право на принятие обязательных для исполнения решений (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации», §§ 214 - 216 и 219). Такое средство правовой защиты также должно гарантировать предоставление возмещения в кратчайшие разумные сроки (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Нешков и другие против Болгарии», § 183, с дополнительными ссылками).
C. Применение вышеизложенных принципов в настоящем деле
1. Изменения, произошедшие в Российской Федерации, с момента вынесения пилотного Постановления Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации»
105. Европейский Суд напоминает о руководящих принципах, которые он сформулировал для властей Российской Федерации в пилотном Постановлении по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» в отношении признаков, которыми должно обладать средство правовой защиты компенсаторного характера, чтобы считаться эффективным. В частности, денежная компенсация должна быть доступна для всех лиц, содержавшихся под стражей, ранее и в настоящее время, которые подвергались бесчеловечному или унижающему достоинство обращению и подали соответствующие жалобы. Вывод о том, что условия содержания под стражей не соответствуют требованиям статьи 3 Конвенции, создает устойчивую правовую презумпцию о том, что данные условия причинили моральный вред потерпевшему. Размер компенсации морального вреда не должен быть необоснованно меньшим по сравнению с суммой, присуждаемой Европейским Судом в подобных случаях (см. ibid., §§ 228 - 230, а также в отношении размера компенсации, который может быть признан приемлемым, см. упомянутое выше Решение Европейского Суда по делу «Домьян против Венгрии», §§ 27 — 28).
106. Далее Европейский Суд напоминает о том, что, хотя доступность эффективных внутригосударственных средств правовой защиты обычно оценивается на дату подачи жалобы, из этого правила могут быть сделаны исключения, если это оправдано обстоятельствами дела (см. Решение Европейского Суда по делу «Мюдюр Тургут и другие против Турции» ( Müdür Turgut and Others v. Turkey) от 26 марта 2013 г., жалоба № 4860/09, § 46), в частности, если рассматриваемое средство правовой защиты было введено в ответ на вынесение Европейским Судом пилотного постановления (см. упомянутое выше Решение Европейского Суда по делу «Атанасов и Апостолов против Болгарии», § 45, с дальнейшими ссылками). Если новые средства правовой защиты только что стали доступны, их анализ неизбежно будет основываться исключительно на регулирующих их законодательных положениях, а не на их практическом применении (см. ibid., § 47, а также упомянутые выше Решения Европейского Суда по делам «Домьян против Венгрии», §§ 31 — 34, и «Драничеру против Республики Молдова», § 26). Таким образом, Европейский Суд считает, что он может оценить эффективность положений, введенных Законом о компенсации после его вступления в силу, и принять решение о наличии или отсутствии у заявителей обязанности исчерпать соответствующие средства правовой защиты.
107. Новый Закон о компенсации вступил в силу 27 января 2020 г. Он предусматривает, что любое содержащееся под стражей лицо, которое утверждает, что условия его содержания под стражей нарушают законодательство или международные договоры Российской Федерации, может обратиться в суд. Новелла данного закона заключается в том, что содержащееся под стражей лицо может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за это нарушение. Производство по данным делам производится в соответствии с КАС РФ. Верховный Суд Российской Федерации выпустил ряд разъяснений и указаний относительно применения КАС РФ, в частности, в контексте рассмотрения жалоб содержащихся под стражей лиц (см. выше § 41 и et seq.).
108. Что касается сферы применения Закона о компенсации, внутригосударственные суды могут рассматривать жалобы, которые затрагивают различные недостатки содержания под стражей, в том числе вопросы переполненности камер и иные аспекты. Суды могут рассматривать требования и присуждать компенсацию без предварительного установления вины или неправомерного поведения каких-либо должностных лиц (см. выше §§ 27 и 44, а также подробные разъяснения в Постановлении № 47 Пленума Верховного Суда Российской Федерации относительно того, что может являться нарушением условий содержания под стражей, см. выше в § 51). Соответствующее законодательство Российской Федерации устанавливает площадь в размере 4 кв. м в качестве минимальной санитарной нормы на каждого содержащегося под стражей лица и требует, чтобы каждому лицу было предоставлено индивидуальное спальное место (см. выше § 9), что совместимо с минимальным стандартом, установленным статьей 3 Конвенции в ее толковании Европейского Суда.
109. Подача иска доступна непосредственно содержащемуся под стражей лицу. При этом применяются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам и сопровождаться уплатой государственной пошлины. Кроме того, иск должен быть подан в период содержания под стражей или в течение трех месяцев после его завершения (см. выше §§ 20, 23 и 24). Лица, жалобы которых находились на рассмотрении Европейского Суда на дату вступления в силу Закона о компенсации или были отклонены по причине неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты, должны в течение 180 дней с этой даты подать свои жалобы, независимо от даты окончания срока содержания под стражей, являющегося предметом жалобы (см. выше § 63). Административный суд должен будет рассмотреть вопрос о том, имело ли место нарушение условий содержания под стражей и в случае положительного ответа одновременно вынести решение по иску о компенсации. Любые вынесенные решения и постановления могут быть обжалованы в обычном порядке (см. выше § 30).
110. Что касается государственной пошлины, Европейский Суд отмечает, что пошлина за подачу данных жалоб является символической, и внутригосударственным судам даны разъяснения предусматривать отсрочку ее уплаты, уменьшение ее размера или полное освобождение от ее уплаты, если это может серьезно повлиять на доступ содержащегося под стражей лица к суду (см. выше §§ 20 и 46).
111. Таким образом, Европейский Суд убежден в том, что процессуальные требования, регламентирующие доступ к компенсационному механизму, просты и доступны и не возлагают чрезмерного бремени на истца ни в отношении применимой процедуры, ни в части расходов на судебное производство (см. аналогичные доводы в упомянутом выше Решении Европейского Суда по делу «Атанасов и Апостолов против Болгарии», § 60).
112. Рассмотрение жалоб сопровождается рядом процессуальных гарантий. Жалобы рассматриваются судом общей юрисдикции в ходе состязательного и публичного разбирательства. Истец имеет право на помощь адвоката или иного представителя по своему выбору, и его права на эффективное участие должны быть гарантированы в полном объеме. Тот факт, что суд имеет возможность принимать предварительные меры, является важным инструментом, который может применяться для вынесения постановления о переводе содержащегося под стражей лица в другое помещение или о его медицинском освидетельствовании, например, при наличии угрозы его жизни и здоровью (см. выше §§ 16, 17, 19 и 48). Кроме того, суды информированы о необходимости тщательным образом относиться к любому ходатайству об отзыве жалобы содержащихся под стражей лиц. Данное ходатайство может быть отклонено, если у суда имеются основания полагать, что оно было получено незаконно или не отвечает публичным интересам (см. выше § 53).
113. Рассмотрение административных исков основано на переносе бремени доказывания обратного на администрацию. Судам следует принимать во внимание трудности, с которыми сталкиваются содержащиеся под стражей лица при сборе доказательств, и им рекомендовано играть активную роль в обнаружении и получении доказательств. Так, в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации подчеркивается, что суды могут потребовать от администрации исправительного учреждения представить конкретные доказательства, относящиеся к утверждениям о переполненности камер или иных материально-бытовых условиях содержания под стражей, такие как размер соответствующего помещения, его фото- или видеосъемку, точные данные о температуре или освещенности или иные значимые экспертные заключения (см. выше §§ 18, 47 и 50).
114. КАС РФ устанавливает жесткие сроки рассмотрения административных исков: они должны быть рассмотрены в течение месяца. Кроме того, при наличии особых обстоятельств, требующих безотлагательного реагирования, суды должны рассматривать такие иски незамедлительно (см. выше §§ 24 и 49). Необходимо автоматически направлять исполнительный лист административному ответчику в течение одного дня с момента вынесения решения и независимо от наличия ходатайства об этом истца (см. выше §§ 32 и 62).
115. С учетом изложенного Европейский Суд приходит к выводу, что установленный порядок сопровождается необходимыми процессуальными гарантиями, такими как независимость и беспристрастность, право на юридическую помощь и другие гарантии, присущие состязательному судебному процессу. Предусмотрены меры безопасности, учитывающие особую ситуацию содержащихся под стражей лиц. Отсутствуют основания полагать, что подобные иски не будут рассмотрены в разумный срок или что компенсация не будет выплачена своевременно.
116. Закон о компенсации не определяет размер компенсации, которую суды могут присудить при установлении нарушения условий содержания под стражей. Он соотносит размер компенсации с признаками установленных нарушений, в частности, с их характером, продолжительностью, последствиями и вредом, причиненном здоровью заявителя, при его наличии (см. выше § 61). В то же время согласно пояснительной записке, прилагаемой к Закону о компенсации, для расчета его финансовых последствий и в бюджетных целях в качестве среднего размера компенсации предполагается сумма в размере 3 000 евро (см. выше § 64). Европейский Суд также отмечает, что в декабре 2018 и 2019 годов Верховный Суд Российской Федерации опубликовал обширные обзоры постановлений, вынесенных Европейским Судом против Российской Федерации, в которых были установлены нарушения различных аспектов условий содержания под стражей. Указанные обзоры содержат сотни недавно вынесенных постановлений по делам, затрагивающим различные вопросы, связанные с условиями содержания под стражей, которые представлены в обобщенном виде для сведения судей Российской Федерации (см. выше § 57).
117. Принимая во внимание вышеизложенное, Европейский Суд убежден в том, что органы государственной власти и суды Российской Федерации были в достаточной степени информированы о критериях, которые необходимо учитывать при определении размера компенсации, и о прецедентной практике Европейского Суда. Европейский Суд не усматривает непосредственного риска того, что суды Российской Федерации будут присуждать «несоизмеримо малую» компенсацию, которая даже «приблизительно не достигает сумм, обычно присуждаемых Европейским Судом в сопоставимых обстоятельствах» (соответствующие принципы прецедентной практики изложены выше в §§ 91 - 95).
118. В любом случае Европейский Суд подчеркивает, что предметом настоящего Решения является потенциальная эффективность внутригосударственного средства правовой защиты в соответствии с Законом о компенсации, а не вопрос о том, утрачивают ли заявители статус жертвы в связи с выплатой им сумм, присужденных на внутригосударственном уровне. Второй вид оценки может быть произведен в каждом отдельном деле только после того, как соответствующее внутригосударственное средство правовой защиты было использовано (см., mutatis mutandis, упомянутые выше Решения Европейского Суда по делам «Бизяк против Словении», § 43, и «Драничеру против Республики Молдова», § 40, а также Решение Европейского Суда по делу «Эдуард Николаевич Штольц и другие против Российской Федерации» (Eduard Nikolayevich Shtolts and Others v. Russia) от 30 января 2018 г., жалоба № 77056/14 и две другие жалобы <1>, § 110).
<1> См.: Российская хроника Европейского Суда. 2019. № 3 (примеч. редактора).
119. При таких обстоятельствах Европейский Суд считает, что новый Закон о компенсации в принципе представляет собой надлежащий и эффективный механизм получения компенсации и предоставляет заявителям разумные перспективы успешного рассмотрения их жалоб. Соответственно, при подаче жалобы на ранее допущенные нарушения статьи 3 Конвенции в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей заявители должны исчерпать данное средство правовой защиты до обращения в Европейский Суд.
120. Европейский Суд может изменить свой подход в отношении эффективности рассматриваемого средства правовой защиты, если практика судов Российской Федерации в дальнейшем будет свидетельствовать о том, что жалобы отклоняются по формальным основаниям, что производства по делам о компенсации чрезмерно длительны, что компенсационные выплаты недостаточны или не выплачиваются своевременно или что прецедентная практика судов Российской Федерации не соответствует требованиям Конвенции и прецедентной практике Европейского Суда (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу «Рутковский и другие против Польши» (Rutkowski and Others v. Poland) от 7 июля 2015 г., жалоба № 72287/10 и две другие жалобы, § 179 et seq., упомянутые выше Решения Европейского Суда по делам «Стелла и другие против Италии», § 63, «Атанасов и Апостолов против Болгарии», § 66, и «Эдуард Николаевич Штольц и другие против Российской Федерации», §§ 112 - 113). В ходе любого последующего пересмотра Европейским Судом будет устанавливаться, применяли ли органы власти Российской Федерации Закон о компенсации таким образом, чтобы это соответствовало пилотному постановлению и стандартам Конвенции в целом.
(b) Применение Закона о компенсации к ситуациям, когда содержание под стражей завершилось
121. В настоящем деле заявители утверждали, что условия их предварительного содержания под стражей не соответствовали стандартам, установленным в Российской Федерации, и представляли собой бесчеловечное и унижающее достоинство обращение в нарушение требований Конвенции. Содержание под стражей заявителей по жалобам № 66806/17, 19294/18, 31682/18 и 32545/18, которые указаны в Приложении I, завершилось (см. выше § 6). Власти Российской Федерации не оспаривали, что условия их содержания под стражей были равносильны бесчеловечному и унижающему достоинство обращению либо утверждали, что имелись доказательства обратного (см. утверждения властей Российской Федерации по каждому делу ниже в Приложении I). Вместе с тем они настаивали на том, что Закон о компенсации представляет собой эффективное внутригосударственное средство правовой защиты, которое заявители должны были исчерпать, но соответствующие заявители не согласились с этим либо не представили свои комментарии по данному вопросу (см. выше §§ 77 - 78).
122. Европейский Суд напоминает, что в случае завершения содержания под стражей компенсационного средства правовой защиты может быть достаточно, чтобы предоставить заявителям справедливую компенсацию за предполагаемое нарушение статьи 3 Конвенции (см. прецедентную практику, указанную выше в § 87). Соответственно, достаточно проверить, можно ли требовать от заявителей исчерпания такого средства правовой защиты.
123. Как указано выше, Европейский Суд может проанализировать эффективность вновь введенного внутригосударственного средства правовой защиты, даже если оно не было доступно на момент подачи жалобы, если данное средство правовой защиты вводится позднее в ответ на вывод Европейского Суда о наличии системной проблемы (см. выше § 106 и приведенную в нем прецедентную практику).
124. Европейский Суд пришел к заключению, что Закон о компенсации в принципе представляет собой надлежащий и эффективный механизм получения компенсации в случаях, когда возникают вопросы о неудовлетворительных условиях содержания под стражей. Европейский Суд установил, что такой механизм доступен непосредственно заинтересованным лицам, предусматривает необходимые процессуальные гарантии, присущие состязательному судебному процессу, что отсутствуют основания полагать, что подобные иски не будут рассмотрены в разумный срок или что компенсация не будет выплачена своевременно. Европейский Суд также пришел к выводу, что введенная система предлагает заявителям разумные перспективы успеха в отношении компенсационных выплат.
125. Закон о компенсации содержит переходные положения для того, чтобы любое лицо, чья жалоба на ненадлежащие условия содержания под стражей находилась на рассмотрении Европейского Суда на момент вступления указанного закона в силу, могло обратиться в суд в течение 180 дней после указанной даты (см. выше § 63). Это положение относится и к лицам, жалобы которых признаются Европейским Судом неприемлемыми для рассмотрения по существу в связи со вступлением в силу Закона о компенсации.
126. Европейский Суд признает, что у судов Российской Федерации еще не сложилась устойчивая практика в соответствии с Законом о компенсации. Тем не менее Европейский Суд уже установил, что сомнения в отношении перспектив применения средства правовой защиты, которое, как представляется, предполагает разумную возможность получения компенсации, не являются достаточным основанием для отказа от него (см. упомянутое выше Решение Европейского Суда по делу «Эдуард Николаевич Штольц и другие против Российской Федерации», § 111).
127. Соответственно, хотя внутригосударственное средство правовой защиты не было доступно заявителям на момент их обращения в Европейский Суд, сложившаяся ситуация оправдывает отступление от общего правила об исчерпании средств правовой защиты и требует, чтобы указанные заявители обратились за получением компенсации в соответствии с Законом о компенсации.
128. Европейский Суд признает, что в настоящее время невозможно выяснить результаты подачи заявителями исков в соответствии с новыми законодательными положениями. Вместе с тем, как Европейский Суд уже отмечал в подобных случаях, заявители смогут подать новые жалобы, если их иски в судах Российской Федерации окажутся безуспешными по тем или иным основаниям. Окончательная надзорная юрисдикция Европейского Суда сохраняется в отношении любых жалоб, поданных заявителями, которые в соответствии с принципом субсидиарности исчерпали доступные им механизмы получения компенсации (см. упомянутые выше Решения Европейского Суда по делам «Домьян против Венгрии», § 37, и «Эдуард Николаевич Штольц и другие против Российской Федерации», §§ 112 - 113). Европейский Суд оставляет за собой право оценивать соответствие применения практики судов Российской Федерации пилотному постановлению и стандартам Конвенции в целом, в том числе, в отношении стандарта доказывания, применяемого судами Российской Федерации (краткое изложение прецедентной практики см. выше в § 82).
129. Наконец, Европейский Суд учитывает ряд позитивных изменений, касающихся ситуации с содержанием под стражей в Российской Федерации, которые будут проанализированы ниже.
130. Ввиду вышеизложенного Европейский Суд приходит к выводу, что жалобы № 66806/17, 19294/18, 31682/18 и 32545/18 являются неприемлемыми для рассмотрения по существу ввиду неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты и должны быть отклонены в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции.
131. По указанным выше причинам Европейский Суд будет применять данный подход ко всем аналогичным жалобам, то есть к жалобам, поданным на нарушение статей 3 и 13 Конвенции, в связи с завершившимся содержанием под стражей.
(c) Иные средства правовой защиты и случаи продолжающегося содержания под стражей в следственных изоляторах
132. В дополнение к Закону о компенсации, который был подробно проанализирован выше, в законодательство и правоприменительную практику Российской Федерации был внесен ряд других изменений после принятия упомянутого выше пилотного Постановления Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации». Эти изменения могут иметь прямое отношение к вопросу об эффективности внутригосударственных средств правовой защиты в ситуациях предполагаемого нарушения условий содержания под стражей в следственных изоляторах, а также к устранению причины проблем.
133. Изменениями в УК РФ были установлены коэффициенты, в соответствии с которыми срок содержания под стражей в следственных изоляторах засчитывается в целях сокращения срока содержания под стражей в исправительных учреждениях, если обвиняемый был приговорен к наказанию в виде лишения свободы или к иным видам наказания, не связанным с лишением свободы. Эта мера была принята после вынесения упомянутого выше Постановления Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» и была призвана выразить реакцию на широко распространенную ситуацию, касающуюся ненадлежащих условий содержания под стражей в следственных изоляторах. Коэффициенты исчисления сроков и условия их применения различаются, но в наиболее распространенных случаях они приводят к сокращению срока лишения свободы на общих основаниях на полтора дня за каждый день, проведенный в следственном изоляторе, и на два дня в случае отбывания наказания в колонии-поселении (см. выше § 33). Данные меры имеют обратную силу. Они оказали значительное влияние: к октябрю 2019 года срок лишения свободы был сокращен для более 110 000 осужденных либо эти люди уже были освобождены (см. выше §§ 55 и 56).
134. Европейский Суд выше установил, что подобные меры не только представляют собой надлежащую форму возмещения ущерба для лиц, затронутых неудовлетворительными условиями содержания под стражей, но и способствуют решению проблемы переполненности камер за счет скорейшего освобождения заключенных (см. выше § 90 и указанные в нем прецеденты). Специфика законодательства Российской Федерации заключается в том, что, в отличие от других стран, в соответствии с ним сокращение срока лишения свободы применяется автоматически ко всем заинтересованным лицам без необходимости доказывания того, что условия содержания под стражей в следственном изоляторе были ниже требуемых стандартов, а также в том, что сокращение срока лишения свободы не исключает возможности получения денежной компенсации за те же периоды.
135. Кроме того, Европейский Суд принимает во внимание оценку Комитетом министров Совета Европы, inter alia, мер по устранению причин переполненности следственных изоляторов, улучшению материально-бытовых условий содержания в них, сокращению случаев назначения меры пресечения в виде содержания в следственных изоляторах, а также общее сокращение количества человек, содержащихся в следственных изоляторах за период с 2016 по 2019 год со 117 500 человек до 99 800 (см. выше §§ 66 - 68). Власти Российской Федерации реализуют программу проведения работ в следственных изоляторах, реконструируют многие из них и вводят в эксплуатацию новые. Одновременно с этим Комитет министров Совета Европы при проведении последней оценки предложил властям Российской Федерации «предоставить дополнительную информацию о действии средства правовой защиты, предусмотренного [КАС РФ], в частности, о количестве жалоб, поданных в суды, и о мерах, принятых во исполнение судебных решений». Таким образом, эффективность и конкретные последствия введения соответствующих мер для переполненности следственных изоляторов еще не были оценены.
136. Европейский Суд еще не имел возможности оценить, могли ли положения КАС РФ с учетом постановлений и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации являться эффективным средством правовой защиты, которое отвечало бы требованиям превентивного средства правовой защиты, сформулированным в прецедентной практике Европейского Суда (см. также предостережение, недавно высказанное в связи с этим в вышеупомянутом Постановлении Европейского Суда по делу «Томов и другие против Российской Федерации» об условиях перевозки заключенных, процитированном выше в § 102).
137. С учетом указаний, данных Европейским Судом в упомянутом выше Постановлении по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации», изменений в законодательстве и правоприменительной практике, а также оценки рассматриваемых мер Комитетом министров Совета Европы эффективность существующих превентивных механизмов в отношении продолжающегося содержания под стражей в следственном изоляторе еще предстоит определить. Такие средства правовой защиты могут принимать различные формы в соответствии с принципом субсидиарности (краткое изложение прецедентной практики Европейского Суда см. выше в §§ 97 - 103). Однако они должны соответствовать минимальным процессуальным требованиям, изложенным в прецедентной практике Европейского Суда, и способствовать организации улучшений ненадлежащих условий содержания под стражей или переводу лица из таких условий.
138. Европейский Суд также согласился с тем, что эффективность превентивных средств правовой защиты будет в значительной степени зависеть от того, являются ли переполненность исправительных учреждений и иные ненадлежащие условия содержания под стражей следствием структурной проблемы либо соответствующие механизмы призваны устранить отклонения от применимых стандартов в отдельных случаях (см. выше §§ 100 - 101).
139. Европейский Суд полагает, что на текущий момент он не располагает достаточной информацией, чтобы оценить эффективность подобного средства правовой защиты, в частности, судебного средства правовой защиты в соответствии с КАС РФ в ситуации, когда содержание заявителей под стражей еще продолжается (жалобы № 75804/17, 77181/17 и 77265/17). Таким образом, он предлагает сторонам представить дальнейшие комментарии, чтобы пояснить эффективность превентивных средств правовой защиты в отношении продолжающегося содержания под стражей в условиях, несовместимых с требованиями статьи 3 Конвенции.
2. Выводы
(a) Жалобы, объявленные неприемлемыми для рассмотрения по существу в связи с неисчерпанием внутригосударственных средств правовой защиты
140. По мнению Европейского Суда, в той части, в которой заявители по жалобам № 66806/17, 19294/18, 31682/18 и 32545/18 подали prima facie обоснованные утверждения о нарушении их прав ввиду ненадлежащих условий их завершившегося содержания под стражей, Закон о компенсации предоставляет им возможность получить компенсацию. Соответственно, эти заявители должны исчерпать данное средство правовой защиты прежде, чем их жалобы могут быть рассмотрены Европейским Судом. Жалобы указанных заявителей по статьям 3 и 13 Конвенции должны быть объявлены неприемлемыми для рассмотрения по существу в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции.
141. По вышеизложенным причинам Европейский Суд будет применять данный подход ко всем аналогичным жалобам, то есть к жалобам на нарушение статей 3 и 13 Конвенции в связи с завершившимся содержанием под стражей.
(b) Жалобы, коммуницированные властям Российской Федерации
142. По мнению Европейского Суда, на основании имеющихся в его распоряжении материалов он не может решить вопрос о приемлемости жалоб, поданных заявителями, содержание которых под стражей еще продолжается. Таким образом, в соответствии с подпунктом «c» пункта 2 правила 54 Регламента Европейского Суда необходимо предложить сторонам представить дополнительные письменные замечания по жалобам № 75804/17, 77181/17 и 77265/17.
III. Предполагаемые нарушения статей 3 и 13 Конвенции в связи с условиями содержания под стражей в исправительных колониях
143. Десять заявителей по жалобам № 41743/17, 60185/17, 74497/17, 1249/18, 9152/18, 14988/18, 17991/18, 19837/18, 21542/18 и 29155/18 утверждали, что условия их содержания в исправительных колониях не соответствуют стандартам, совместимым с требованиями статьи 3 Конвенции. Некоторые заявители указывали, что они не располагали эффективными средствами правовой защиты от таких нарушений, что противоречит статье 13 Конвенции. В частности, заявители жаловались на то, что они содержались в переполненных помещениях, а также на иные ненадлежащие условия их содержания под стражей. В отношении некоторых заявителей содержание под стражей завершилось к моменту обмена сторонами замечаниями (см. Приложение II).
A. Прецедентная практика Европейского Суда по делам, касающимся условий содержания под стражей в исправительных колониях в Российской Федерации
144. Первоначально Европейский Суд не устанавливал нарушения в делах против Российской Федерации, в которых поднимались вопросы об условиях содержания под стражей, по причине переполненности только в исправительных колониях. Так, в Решении по делу «Нурмагомедов против Российской Федерации» (Nurmagomedov v. Russia) (от 16 сентября 2004 г., жалоба № 30138/02) Европейский Суд отклонил жалобу заявителя на условия содержания под стражей в месте отбывания наказания (колонии) как явно необоснованную, отметив, что, хотя стандартами Российской Федерации предусмотрено 2 кв. м личного пространства на одного осужденного мужчину, отбывающего наказание в исправительной колонии,
«...данная цифра должна рассматриваться в контексте более широкой свободы передвижения заявителя с утреннего подъема до вечернего отбоя, когда осужденных запирали в камерах. В указанный период заявитель мог передвигаться по значительной части исправительной колонии, в том числе по спальному помещению, двору, а также по санитарным зонам. Заявитель не утверждал, что в его помещение не было доступа естественному освещению или свежего воздуха. Что касается площади, приходящейся на одного осужденного, Европейский Суд приходит к выводу, что свобода передвижения заявителя предоставляла ему беспрепятственный доступ к естественному освещению и свежему воздуху, компенсируя относительно малые размеры помещения у заявителя и недостаточность площади, приходящейся на одного осужденного...».
145. В 2013 году Европейский Суд рассмотрел данный вопрос более подробно в упомянутом выше Постановлении по делу «Сергей Бабушкин против Российской Федерации» и установил нарушение прав заявителя, гарантированных статьей 3 Конвенции, ввиду переполненности исправительной колонии, рассуждая следующим образом:
«52. ...Европейский Суд принимает к сведению признание властями Российской Федерации того факта, что... заявитель располагал в спальном помещении не более чем 1,55 кв. м личного пространства.»
53. Европейский Суд не упускает из виду то обстоятельство, что, как утверждали власти Российской Федерации и не оспаривал заявитель, в течение дня заявитель не был заключен в переполненном спальном помещении. Он имел право на не менее чем двухчасовую прогулку вне помещения. Также он мог работать в швейном цеху или оставаться в помещении, пока другие заключенные были на работе.
54. Тем не менее Европейский Суд полагает, что условия содержания заявителя в Исправительной колонии № ИК-2 не соответствовали стандартам, установленным статьей 3 Конвенции. В связи с этим Европейский Суд особо подчеркивает, что заявитель отбывал длительный срок лишения свободы. Его размещение в стесненных условиях спального помещения с примерно сотней заключенных, пусть лишь в ночное время, не было временным. Он находился в таких условиях, не пользуясь уединением, в течение 13 лет. По мнению Европейского Суда, этот факт сам по себе порождает вопрос с точки зрения статьи 3 Конвенции».
146. В вышеупомянутом Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу «Муршич против Хорватии» (§ 115) Европейский Суд отметил, что по вопросу о применении минимальной нормы площади в 3 кв. м на одного заключенного в общей камере в его прецедентной практике не проводится каких-либо различий между заключенными, отбывающими наказание, и лицами, содержащимися под стражей в следственных изоляторах. Данная позиция была подробнее разработана в аналогичных по существу постановлениях, вынесенных против Российской Федерации, а именно в Постановлении Европейского Суда по делу «Можаров и другие против Российской Федерации» (Mozharov and Others v. Russia) от 21 марта 2017 г., жалоба № 16401/12 и девять других жалоб <1>, §§ 8, 9 и 14, в котором Европейский Суд напомнил, что «чрезмерный недостаток пространства в тюремных камерах и переполненность имеют большое значение в качестве аспектов, которые следует учитывать в целях определения того, являются ли оспариваемые условия содержания под стражей „унижающими достоинство“ по смыслу статьи 3 Конвенции, и могут ли они свидетельствовать о нарушении как сами по себе, так и во взаимосвязи с другими недостатками». В этом же Постановлении Европейский Суд присудил заявителям различные суммы в качестве компенсации морального вреда за установленные нарушения, inter alia, в связи с «длительной задержкой подачи жалоб некоторыми заявителями».
<1> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2018. № 11 (примеч. редактора).
147. После вынесения упомянутого выше Постановления Европейского Суда по делу «Сергей Бабушкин против Российской Федерации» резко увеличилось количество жалоб, поданных против Российской Федерации в Европейский Суд, в которых заявители жаловались на ненадлежащие условия содержания в местах лишения свободы. В период с января 2013 года по февраль 2020 года осужденные подали свыше 4 300 потенциально обоснованных жалоб, в которых они утверждали, что условия их содержания в исправительных учреждениях были равносильны бесчеловечному и унижающему достоинство обращению. Соответствующие жалобы были территориально распределены и охватывали многие регионы Российской Федерации. Особенно большое количество жалоб было подано заключенными, содержащимися в исправительных учреждениях Нижегородской области (более 850 дел), в Республике Коми (более 300 дел) и в Костромской области (более 250 дел).
148. К марту 2020 года Европейский Суд вынес более 450 постановлений против Российской Федерации, в которых он установил нарушение статьи 3 Конвенции ввиду ненадлежащих условий содержания в местах лишения свободы. Кроме того, он прекратил производство по более чем 270 индивидуальным жалобам на основе достигнутых мировых соглашений или односторонних деклараций властей Российской Федерации. Согласно базе данных Европейского Суда в феврале 2020 года около 3 600 дел, касающихся условий содержания в местах лишения свободы в Российской Федерации, находились на его рассмотрении, ожидая первоначального или окончательного рассмотрения.
149. 10 января 2020 г. власти Российской Федерации просили Европейский Суд считать Закон о компенсации эффективным внутригосударственным средством правовой защиты в отношении всех дел, в которых заявители утверждали о нарушениях статей 3 и 13 Конвенции ввиду ненадлежащих условий содержания под стражей, включая жалобы, которые уже были поданы в Европейский Суд.
150. Европейский Суд предложил заявителям по жалобам № 17991/18 и 21542/18 прокомментировать утверждение властей Российской Федерации о неприемлемости жалоб. В своих ответах заявители ставили под сомнение эффективность и доступность средств правовой защиты, на которые ссылались власти Российской Федерации.
B. Мнение Европейского Суда
151. Прежде всего Европейский Суд отмечает, что применимые положения законодательства Российской Федерации устанавливали различные нормы личного пространства для содержания под стражей в следственных изоляторах (4 кв. м на каждого содержащегося под стражей человека, см. выше § 9) и для содержания осужденных мужчин в исправительных колониях или тюрьмах (2 и 2,5 кв. м соответственно, см. выше §§ 10 - 11). При этом Европейский Суд напоминает, что, «если в местах лишения свободы на одного заключенного... приходится менее 3 кв. м, дефицит личного пространства считается настолько серьезным, что возникает устойчивая презумпция нарушения статьи 3 Конвенции» (см. упомянутое выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Муршич против Хорватии», § 137, см. выше § 80).
152. Таким образом, для значительного количества лиц, содержащихся в исправительных колониях, ненадлежащие условия содержания под стражей предопределены нормами, установленными законодательством Российской Федерации. Чтобы оценить эффективность средств правовой защиты, Европейскому Суду необходимо провести различие между случаями, когда условия содержания заявителей под стражей не соответствовали нормам, установленным законодательством Российской Федерации, и случаями, когда минимально доступное пространство соответствовало нормам, предусмотренным законодательством Российской Федерации, но, тем не менее, затрагивало вопросы по статье 3 Конвенции.
1. Жалобы на условия содержания под стражей, не соответствующие нормам, установленным законодательством Российской Федерации
153. Власти Российской Федерации не оспаривали утверждения заявителей по жалобам № 17991/18 и 21542/18 о том, что они содержались в переполненных помещениях и располагали меньшим личным пространством, чем установленная законодательством норма в 2,5 кв. м на человека. Содержание их под стражей в таких условиях завершилось на момент обмена замечаниями (см. Приложение II).
154. Принимая во внимание вышеизложенные соображения об эффективности Закона о компенсации в случаях, когда содержание под стражей завершилось, а также тот факт, что стороны не оспаривают нарушение минимальных норм содержания под стражей, установленных законодательством Российской Федерации, Европейский Суд приходит к выводу о том, что указанные заявители оказываются в положении, аналогичном положению лиц, завершившееся содержание которых под стражей в следственных изоляторах нарушало нормы, установленные законодательством Российской Федерации (см. выше §§ 119, 124, 130 и 140). По приведенным выше причинам для них, а также для иных лиц, находящихся в аналогичной ситуации, новый Закон о компенсации в принципе является надлежащим и эффективным механизмом получения компенсации и предлагает разумные перспективы успеха.
155. С учетом вышеизложенного жалобы № 17991/18 и 21542/18, в которых поднимаются вопросы по статьям 3 и 13 Конвенции, должны быть отклонены в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции ввиду неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты.
156. По тем же основаниям, как указано выше, фактические или потенциальные заявители, находящиеся в аналогичной ситуации, то есть если их жалобы касаются завершившегося содержания под стражей в условиях, нарушающих применимые нормы, установленные законодательством Российской Федерации, также должны прежде воспользоваться компенсаторным средством правовой защиты, введенным в действие в январе 2020 года.
157. Как отмечено выше, эффективность данного средства правовой защиты может быть пересмотрена, если органы государственной власти Российской Федерации будут применять Закон о компенсации таким образом, который не будет соответствовать положениям Конвенции в целом и прецедентной практике Европейского Суда (см. выше § 120).
2. Случаи соответствия нормам, установленным законодательством Российской Федерации, но несоответствия минимальным стандартам, предусмотренным статьей 3 Конвенции
158. Заявители по жалобам № 41743/17, 60185/17 и 14988/18 ранее содержались под стражей в условиях, при которых каждый заявитель располагал менее чем 3 кв. м личного пространства. Заявители по жалобам № 74497/17, 1249/18, 9152/18, 19837/18 и 29155/18 по-прежнему содержались под стражей в подобных условиях на момент обмена замечаниями сторон.
159. Власти Российской Федерации не оспаривали, что каждый из этих заявителей содержался или содержится под стражей в течение относительно длительного периода времени в условиях, при которых они располагают не менее чем 2 кв. м жилой площади. Власти Российской Федерации ссылались на положения законодательства Российской Федерации (см. выше §§ 10 - 11) и утверждали, что данная ситуация не свидетельствовала о каком-либо нарушении прав заявителей. В то же время, как указано выше, последовательная практика Европейского Суда заключается в том, чтобы считать 3 кв. м жилой площади на человека в качестве соответствующего минимального стандарта, предусмотренного статьей 3 Конвенции. Даже до принятия упомянутого выше Постановления Большой Палаты Европейского Суда по делу «Муршич против Хорватии» Европейский Суд был готов признать любое уменьшение жилой площади до менее чем 3 кв. м на человека только в исключительных случаях и в строго определенных пределах (см. выше §§ 80 - 81).
160. Европейский Суд не упускает из виду тот факт, что новый Закон о компенсации прямо ссылается на условия содержания под стражей, «которые регулируются законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации» (см. выше § 61). Он также отмечает, что Верховный Суд Российской Федерации ссылался на «международные обязательства Российской Федерации» в качестве соответствующего стандарта при оценке соблюдения условий содержания под стражей, а также на необходимость учета документов, подготовленных компетентными международными организациями, такими как Совет Европы (см. выше §§ 42 - 43).
161. Европейский Суд также принимает к сведению иные меры общего характера, принятые властями Российской Федерации для решения этой проблемы, в том числе улучшение материально-бытовых условий содержания под стражей и общее сокращение количества лиц, содержащихся в следственных изоляторах и местах лишения свободы, а также положительную оценку таких мер Комитетом министров Совета Европы (см. выше §§ 66 - 68). Подобное развитие событий может иметь непосредственное отношение к вопросу об эффективности внутригосударственных средств правовой защиты в ситуациях предполагаемого нарушения условий содержания под стражей, а также к устранению источника проблемы.
162. Европейский Суд выше установил, что для оценки эффективности мер пресечения в контексте содержания под стражей в следственном изоляторе необходимо выяснить, соответствуют ли они минимальным процессуальным требованиям, сформулированным в прецедентной практике Европейского Суда, и способствуют ли они организации улучшений условий содержания под стражей или переводу лица из мест с ненадлежащими условиями содержания. Данная оценка должна проводиться с учетом мер, принятых властями Российской Федерации для устранения причин нарушений и улучшения общего положения (см. выше §§ 137 - 138). Аналогичным образом Европейский Суд полагает, что на текущий момент он не располагает достаточными материалами, чтобы оценить эффективность такого средства правовой защиты в отношении содержания под стражей в исправительных колониях, в частности, судебного средства правовой защиты в соответствии с КАС РФ. В связи с этим в соответствии с подпунктом «c» пункта 2 правила 54 Регламента Европейского Суда Европейский Суд предлагает сторонам представить дополнительные замечания в целях уточнения эффективности превентивных средств правовой защиты в отношении продолжающегося содержания под стражей в исправительных колониях в условиях, несовместимых с требованиями статьи 3 Конвенции.
3. Выводы
(a) Жалобы, объявленные неприемлемыми для рассмотрения по существу в связи с неисчерпанием внутригосударственных средств правовой защиты
163. По мнению Европейского Суда, в той части, в которой заявители по жалобам № 17991/18 и 21542/18 представили prima facie обоснованные утверждения о нарушении их прав ввиду ненадлежащих условий их завершившегося содержания в исправительных учреждениях в нарушение норм, установленных законодательством Российской Федерации, Закон о компенсации предоставляет им возможность получить компенсацию на внутригосударственном уровне. Соответственно, заявители должны исчерпать данное средство правовой защиты прежде, чем их жалобы могут быть рассмотрены Европейским Судом. Жалобы этих заявителей по статьям 3 и 13 Конвенции должны быть объявлены неприемлемыми для рассмотрения по существу в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции.
164. По вышеизложенным причинам Европейский Суд будет применять данный подход ко всем аналогичным жалобам, то есть к жалобам на нарушение статей 3 и 13 Конвенции в связи с завершившимся содержанием под стражей в исправительных учреждениях в нарушение норм, установленных законодательством Российской Федерации.
(b) Жалобы, коммуницированные властям Российской Федерации
165. Законодательство Российской Федерации устанавливает минимальные требования в 2 (или 2,5) кв. м жилой площади на одного осужденного мужчину в исправительных колониях определенного типа. Власти Российской Федерации утверждали, что некоторые заявители располагали указанным установленным законом минимальным личным пространством и что их права не были нарушены. Однако, как отмечалось выше, подобные условия сами по себе могут привести к переполненности, несовместимой с минимальным стандартом, предусмотренным Конвенцией.
166. Кроме того, Европейский Суд не может установить приемлемость жалоб, поданных заявителями, содержание которых в исправительных учреждениях продолжается, поскольку ему необходимо оценить эффективность превентивных средств правовой защиты.
167. Соответственно, Европейский Суд полагает, что на основе имеющихся в его распоряжении материалов он не решит вопрос о приемлемости этих жалоб. Таким образом, в соответствии с подпунктом «c» пункта 2 правила 54 Регламента Европейского Суда необходимо предложить сторонам представить дополнительные письменные замечания по жалобам № 41743/17, 60185/17, 74497/17, 1249/18, 9152/18, 14988/18, 19837/18 и 29155/18.
IV. Иные аналогичные жалобы
168. До рассмотрения указанных выше вопросов и до принятия властями Российской Федерации под контролем Комитета министров Совета Европы необходимых мер на внутригосударственном уровне Европейский Суд не будет рассматривать какие-либо жалобы, которые еще не были коммуницированы властям Российской Федерации, если единственная или основная жалоба касается переполненности и других аспектов ненадлежащих условий содержания под стражей в следственных изоляторах и местах лишения свободы в Российской Федерации. При этом Европейский Суд отмечает, что он может в любой момент объявить подобную жалобу неприемлемой или прекратить производство по ней, например, в случае заключения сторонами мирового соглашения или решения вопроса иными способами в соответствии со статьями 37 или 39 Конвенции. Однако Европейский Суд может продолжить рассмотрение жалоб, уведомление о которых уже было направлено властям Российской Федерации (см., mutatis mutandis, упомянутые выше Постановления Европейского Суда по делам «Торреджани и другие против Италии», § 101, и «Томов и другие против Российской Федерации», § 200).
НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ЕДИНОГЛАСНО:
решил объединить рассмотрение жалоб № 66806/17, 17991/18, 19294/18, 21542/18, 31682/18 и 32545/18 в одном производстве и объявил их неприемлемыми для рассмотрения по существу;
решил отложить рассмотрение жалоб № 41743/17, 60185/17, 74497/17, 75804/17, 77181/17, 77265/17, 1249/18, 9152/18, 14988/18, 19837/18 и 29155/18.
Совершено на английском языке, уведомление о настоящем Решении в письменном виде направлено 9 апреля 2020 г.
СЛЕДСТВЕННЫЕ ИЗОЛЯТОРЫ: ПЕРЕЧЕНЬ ЗАЯВИТЕЛЕЙ И ИХ ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА
| № п/п | Номер жалобы, дата ее подачи | Заявитель, год рождения | Представительница, ее местонахождение | Дата коммуницирования жалобы, статья Конвенции | Дата представления замечаний властями Российской Федерации | Следственный изолятор, регион | Период содержания под стражей (завершен/продолжается) | Площадь предоставленного личного пространства (кв. м) | Описание условий содержания под стражей заявителями | Описание условий содержания под стражей властями Российской Федерации |
|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|
| 1 | 66806/17, 22.08.2017 | Геннадий Владимирович Соколов, 1982 | - | 23.11.2017, статья 3 | 20.03.2018 | ИЗ-16/5, Республика Татарстан | С 15.02 по 17.09.2017, семь месяцев и три дня, завершен | 2,2 | Переполненность, плохое качество пищи, отсутствие или недостаточное количество пищи, заплесневелые или грязные камеры, заражение камеры насекомыми/грызунами, отсутствие доступа к свежему воздуху, неприятный запах в камере, содержание в одной камере с заключенными, страдающими заразной болезнью | Ссылаясь на справку, выданную начальником следственного изолятора, и выписки из журналов количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе, власти Российской Федерации утверждали, что заявитель в течение всего периода располагал не менее чем 4 кв. м личного пространства. В течение всего периода ему также предоставляли постельные принадлежности, столовые приборы и индивидуальное спальное место |
| 2 | 75804/17, 14.10.2017 | Евгений Викторович Дроздов, 1989 | - | 07.12.2017, статья 3 | 03.04.2018 | ИЗ-1, Приморский край | С 18.01.2015 по настоящее время, более четырех лет, 10 месяцев и двух дней | 1,2 | Переполненность, недостаточное количество спальных мест, ненадлежащая температура, невозможность уединиться при пользовании туалетом, отсутствие или ограниченный доступ к водопроводу, отсутствие или недостаточное естественное и электрическое освещение, заражение камеры насекомыми/грызунами, отсутствие или ограниченный доступ к душу, плохое качество пищи, отсутствие или недостаточное количество пищи, недостаток доступа к свежему воздуху. Заявитель также оспаривал доводы властей Российской Федерации, которые они представили в своих замечаниях. В частности, он отметил, что даже те редкие выписки из журналов количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе, свидетельствуют о том, что в камерах содержалось больше заключенных, чем это позволяет установленная вместимость камеры. На основании документов, представленных властями Российской Федерации, заявитель составил перечень дат, в которые он содержался в переполненных камерах | Власти Российской Федерации утверждали, что в течение всего периода заявитель располагал как минимум 4 кв. м личного пространства, индивидуальным спальным местом, необходимыми постельными принадлежностями и столовыми приборами. Ссылаясь на справки, выданные администрацией пенитенциарного учреждения, власти Российской Федерации также отметили, что остальные условия содержания заявителя под стражей полностью соответствовали установленным стандартам |
| 3 | 77181/17, 07.112017 | Александр Геннадьевич Ильин, 1995 | - | 12.04.2018, статьи 3 и 13 | 14.09.2018 | ИЗ-47/1, г. Санкт-Петербург | С 22.03.2017 по настоящее время, более двух лет, восьми месяцев и семи дней | 2 | Переполненность, отсутствие или ненадлежащая мебель, заплесневелые или грязные камеры, отсутствие доступа к свежему воздуху, отсутствие или недостаточное электрическое освещение, отсутствие или плохое качество постельных принадлежностей и постельного белья, ненадлежащая температура, отсутствие или ограниченный доступ к теплой воде, водопроводу и питьевой воде, невозможность уединиться при пользовании туалетом, заражение камеры насекомыми/грызунами, постоянный электрический свет, отсутствие или ограниченный доступ к досуговой или образовательной деятельности, плохое качество пищи, отсутствие или недостаточное количество пищи, отсутствие или ограниченный доступ к душу | Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель содержался в нескольких камерах площадью от 8 до 19,4 кв. м, в которых размещались от четырех до восьми заключенных. Так, камеры площадью 8 кв. м были оборудованы четырьмя кроватями, в то время как в больших камерах площадью 15,5 кв. м были три спальных места. У заявителя в течение всего периода имелись индивидуальное спальное место, постельные принадлежности и постельное белье. Камеры были оборудованы системой искусственной вентиляции. Власти Российской Федерации подтвердили свои утверждения копиями книг количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе |
| 4 | 77265/17, 13.12.2017 | Александр Александрович Васильев, 1989 | - | 12.04.2018, статьи 3 и 13 | 14.09.2018 | ИЗ-47/1, г. Санкт-Петербург | С 11.05.2017 по настоящее время, более двух лет, шести месяцев и 18 дней | 2 — 3,5 | Ненадлежащая температура, заражение камеры насекомыми/грызунами, отсутствие свежего воздуха, отсутствие или ненадлежащие санитарно-гигиенические условия, отсутствие или недостаточное естественное освещение, отсутствие или плохое качество постельных принадлежностей и постельного белья, невозможность уединиться при пользовании туалетом, отсутствие необходимой медицинской помощи, заплесневелые или грязные камеры, переполненность, воздействие табачного дыма, плохое качество питьевой воды, отсутствие или ограниченный доступ к водопроводу, отсутствие или ограниченный доступ к душу, отсутствие или ограниченный доступ к питьевой и теплой воде, плохое качество пищи | Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель содержался в нескольких камерах, большинство из которых имели площадь 8 кв. м и были оборудованы четырьмя кроватями. В течение всего периода у заявителя имелись индивидуальное спальное место, постельные принадлежности и постельное белье. Камеры были оборудованы системой искусственной вентиляции. Власти Российской Федерации подтвердили свои утверждения копиями книг количественного учета лиц, содержащихся в следственном изоляторе |
| 5 | 19294/18, 17.08.2017 | Игорь Васильевич Чабан, 1962 |
- | 30.08.2018, статьи 3 и 13 | 09.01.2019 | СИЗО-1, Ростовская область | С 11.03.2014 по 28.02.2017, два года, 11 месяцев и 18 дней, завершен | Примерно 3 | Сильная переполненность, отсутствие индивидуального спального места, отсутствие искусственной вентиляции, воздействие табачного дыма, грязные и зараженные камеры, отсутствие питьевой воды в камере в ночное время, неприятный запах из-за плохо функционирующей системы смыва в туалете, невозможность уединиться при пользовании туалетом, отсутствие постельных принадлежностей, скудная пища плохого качества, возможность принимать душ один раз в 10 дней в течение не более чем 20 минут, при этом пять душевых приходились на 11-16 заключенных. Заявитель отклонил одностороннюю декларацию, представленную властями Российской Федерации | Власти Российской Федерации представили одностороннюю декларацию. Они признали, что условия содержания И.В. Чабана под стражей в СИЗО-1 Ростовской области с 11.03.2014 по 28.02.2017 не соответствовали требованиям статьи 3 Конвенции и что он не располагал эффективным средством правовой защиты для подачи жалобы на ненадлежащие условия содержания под стражей в нарушение статьи 13 Конвенции |
| 6 | 31682/18, 28.05.2018 | Иван Витальевич Князевич, 1986 | - | 25.10.2018, статьи 3 и 13 | 18.02.2019 | СИЗО-1, г. Санкт-Петербург | С 15.02.2014 по 30.11.2017, три года, девять месяцев и 16 дней, завершен | Примерно 3 | В камерах площадью 7 кв. м содержались три заключенных, двухъярусная кровать была слишком маленькой для заявителя, плохое отопление и недостаточное освещение, воздействие табачного дыма, постельные принадлежности и постельное белье предоставлялись один раз в четыре года, невозможность уединиться при пользовании туалетом, туалет находился менее чем в метре от обеденного стола, плохое качество пищи, ограниченный доступ к душу, 45-минутная прогулка во дворе площадью 10 кв. м один раз в день, во дворе отсутствовала какая-либо защита от непогоды | Власти Российской Федерации не оспаривали условия содержания под стражей, описанные заявителем |
| 7 | 32545/18, 22.06.2018 | Александр Сергеевич Пашенцев, 1976 | Инесса Игоревна Фролова, г. Санкт-Петербург | 25.10.2018, статьи 3 и 13 | 18.02.2018 | СИЗО-1, г. Санкт-Петербург | С 15.05.2014 по 25.12.2017, три года, семь месяцев и 11 дней, завершен | 2 | Сильная переполненность, невозможность уединиться при пользовании туалетом, ненадлежащие санитарно-гигиенические условия, ненадлежащая температура, воздействие табачного дыма | Власти Российской Федерации не оспаривали условия содержания под стражей, описанные заявителем |
МЕСТА ОТБЫВАНИЯ НАКАЗАНИЯ: ПЕРЕЧЕНЬ ЗАЯВИТЕЛЕЙ И ИХ ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА
| № п/п | Номер жалобы, дата ее подачи | Заявитель, год рождения | Представительница, ее местонахождение | Дата коммуницирования жалобы, статья Конвенции | Дата представления замечаний властями Российской Федерации | Место отбывания наказания, регион | Период содержания под стражей (завершен/продолжается) | Площадь предоставленного личного пространства (кв. м) | Описание условий содержания под стражей заявителями | Описание условий содержания под стражей властями Российской Федерации |
|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|
| 1 | 41743/17, 17.05.201. | Евгений Михайлович Шмелев, 1983 | Виктория Павловна Прокофьева, г. Санкт-Петербург | 07.12.2017, статьи 3 и 13 | 03.04.2018 | ИК-6, Чувашская Республика | С 19.04.2010 по 17.11.2016, шесть лет, шесть месяцев и 30 дней, завершен | Примерно 2 | 1 200 заключенных содержались в отрядах по 100 человек, в жилых помещениях площадью 60 кв. м размещались от 40 до 50 заключенных. Переполненность, отсутствие искусственной вентиляции, душные жилые помещения, воздействие табачного дыма, неудовлетворительные санитарно-гигиенические условия: туалетная комната с четырьмя унитазами и пятью раковинами на 200 человек, отсутствие теплой воды, плохое качество холодной воды, недостаток душевого оборудования, плохое качество пищи. Заявитель представил цветные фотографии и письменные показания других заключенных. На фотографиях изображена большая комната с двумя длинными рядами двухъярусных кроватей, отделенных друг от друга узким проходом, который практически не оставляет места для передвижения. На нескольких фотографиях изображен туалет с пятью раковинами и двумя унитазами. В качестве унитазов использовались металлические поддоны, установленные на высоком постаменте и отделенные друг от друга двумя низкими перегородками. Кабина с унитазом была без дверей | Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель располагал 2 кв. м личного пространства в полном соответствии с требованиями статьи 99 УИК РФ. Остальные материально-бытовые условия (освещение, отопление, вентиляция, санитарно-техническое оборудование, питание) отвечали требованиям соответствующего законодательства Российской Федерации и статьи 3 Конвенции. Власти Российской Федерации ссылались на справку, выданную начальником колонии, со списком отрядов, в которых заявитель содержался на разные даты. В справках не описывались материально-бытовые условия содержания заявителя под стражей. Власти Российской Федерации также представили два постановления прокурора от 19.02.2015 и 27.01.2016, в которых отмечались некоторые недостатки, связанные с выдачей одежды заключенным, а также плохие условия содержания в карцерах колонии |
| 2 | 60185/17, 30.07.2017 | Александр Андреевич Громов, 1979 | Виктория Павловна Прокофьева, г. Санкт-Петербург | 05.10.2017, статьи 3 и 13 | 22.01.2018 | ИК-3, г. Санкт-Петербург и Ленинградская область | С 20.02.2015 по 14.02.2017, один год, 11 месяцев и 26 дней, завершен | 2 | В колонии отбывали наказание 1 600 заключенных при ее максимальной вместимости 1 505 человек. Заявитель проживал в комнате площадью 30 кв. м вместе с 19 другими заключенными. В комнате были ряды двухъярусных кроватей, в ней отсутствовали искусственная вентиляция и надлежащее отопление. Прочие жалобы: воздействие табачного дыма, неудовлетворительные санитарно-гигиенические условия: пять унитазов на 150 человек, непродолжительное время на утреннюю и вечернюю гигиену, отсутствие горячей воды, плохое качество холодной воды, недостаток душевого оборудования и времени для принятия душа, плохое качество пищи. Заявитель приложил письменные показания пяти заключенных, которые содержались в ИК-3 УФСИН по г. Санкт-Петербургу в период с 2014 по 2018 год | Власти Российской Федерации утверждали, что каждому заключенному были предоставлены не менее 2 кв. м личного пространства, индивидуальное спальное место, постельные принадлежности и столовые приборы. Все установленные законом требования, применимые к местам отбывания наказания, были соблюдены. Они приложили два отчета прокурора от 21.12.2016 и 31.01.2017. В отчете от 21.12.2016 указывалось, что как минимум в течение одной ночи в ноябре 2016 года трое заключенных не имели индивидуального спального места. В отчете от 31.01.2017 критиковалась администрация учреждения за то, что она разрешила заключенным организовать комнату для занятий спортом со спортивным оборудованием в нарушение требований законодательства Российской Федерации. Кроме того, в указанном отчете отмечалось неудовлетворительное состояние стен и потолка в спальных помещениях двух отрядов и содержалось указание на то, что количество заключенных в отрядах в два — четыре раза превышало максимальное количество, установленное правовыми нормами Российской Федерации |
| 3 | 74497/17, 20.12.2017 | Олег Юрьевич Бочаров, 1981 | - | 12.04.2018, статьи 3 и 13 | 14.09.2018 | ИК-49, Республика Коми | С 18.08.2016 по настоящее время, более двух лет и семи месяцев | Примерно 2 | Заявитель зачислен в отряд численностью не менее 100 человек. Отряд занимает общежитие с жилой площадью 185,4 кв. м. Двухъярусные кровати и другая мебель занимают почти все пространство в спальном помещении, ограничивая передвижение. Прочие условия: плохое санитарно-техническое оборудование, отсутствие отопления в туалете, отсутствие питьевой воды, плохое качество водопроводной воды | Власти Российской Федерации не оспаривали условия содержания под стражей, описанные заявителем |
| 4 | 1249/18, 10.11.2017 | Игорь Владимирович Тюрбеев, 1975 | - | 22.03.2018, статьи 3 и 13 | 23.07.2018 | ИК-5, Республика Мордовия | С 30.07.2013 по настоящее время, более шести лет и семи месяцев | 2 | Заявитель занимает спальные помещения площадью 80 кв. м вместе с 69 другими заключенными. В комнате установлены 40 двухъярусных кроватей, ограничивающих движение. Прочие жалобы: недостаточный доступ к естественному освещению, плохое качество электрического освещения, отсутствие системы искусственной вентиляции, заплесневелые и протекающие стены и потолок, комнаты кишат мышами и насекомыми, недостаток санитарно-технических помещений, отсутствие туалета в общежитии, недостаточное количество унитазов, невозможность уединиться при пользовании туалетом, грязные туалеты, недостаток душевого оборудования и времени для принятия душа, постельные принадлежности были плохого качества, недостаток и плохое качество пищи. Заявитель предоставил восемь цветных фотографий общежития, спального помещения и прачечной. На одной фотографии изображен фрагмент особенно ветхого помещения с отвалившейся от стены штукатуркой. Две фотографии демонстрируют ряды металлических двухъярусных кроватей с тонкими матрасами и заплесневелой стеной. На фотографиях прачечной видны заплесневелые и грязные стены и полы, ржавые раковины и сломанные краны | Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель находится в общежитии площадью 167,08 кв. м, которое оборудовано 83 кроватями. Таким образом, он пользуется личным пространством по установленной законом норме в 2 кв. м. Они представили три отчета прокурора от 30.10.2017, 30.01.2018 и 19.02.2018. Прокурор пришел к выводу, что жилищные и санитарные условия были «в целом удовлетворительными», пищевые нормы соблюдались, график дней купания и смены белья не нарушался, имелось достаточное количество умывальников и душей |
| 5 | 9152/18, 29.03.2018 | Владимир Владимирович Ефименко, 1966 | - | 05.07.2018, статья 3 | 31.10.2018 | ИК-11, Нижегородская область | С 25.08.2014 по настоящее время, более четырех лет и шести месяцев | Менее 2 | Заявитель занимает спальное помещение площадью 91,8 кв. м вместе с 49 заключенными. Прочие жалобы: неудовлетворительные санитарно-гигиенические условия, двор для прогулок площадью 70 кв. м часто использовался 360 заключенными одновременно, плохое качество пищи, не выдавались свежие фрукты, овощи или мясо | Без каких-либо комментариев власти Российской Федерации представили копии справок, выданных начальником колонии в августе 2018 года, и цветные фотографии помещений колонии. Максимальная вместимость колонии составляла 1 319 человек. В колонии в основном содержались бывшие сотрудники правоохранительных и судебных органов. До февраля 2018 года предел максимальной вместимости учреждения был превышен, поэтому требование о предоставлении 2 кв. м личного пространства не было соблюдено. Заявитель отбывает наказание в отряде из 82 заключенных, которые занимают жилое помещение площадью 165,7 кв. м. В его секции в общежитии площадью 43,9 кв. м содержится 22 заключенных. Благодаря мерам, принятым администрацией колонии, в том числе перевод в другую колонию, ходатайство о прекращении помещения заключенных в данную колонию и т. д., количество заключенных сократилось. В общежитии есть естественное и электрическое освещение. Имеются система искусственной вентиляции и центральное отопление. В каждом общежитии оборудованы туалеты. Унитазы установлены в металлических кабинах для обеспечения возможности уединения. Заключенные принимают душ два раза в неделю. В ванной комнате имеются 16 душей, которые могут одновременно использовать до 30 человек. Заключенные двух отрядов имеют общий двор для прогулок площадью 120 кв. м, который можно использовать в любое время суток без ограничений. У них также есть доступ по графику к тюремному спортивному центру и к другой части двора со спортивным оборудованием. Около 400 заключенных работают в колонии на швейном, деревообрабатывающем и металлообрабатывающем производствах, а также в пекарне и упаковочном цехе. На фотографиях, представленных властями Российской Федерации, изображена территория, прилегающая к общежитию, в том числе футбольное поле, двор для прогулок, зона со спортивным оборудованием, внешний двор с шахматными досками, пекарня, производственные помещения. Они также показали несколько комнат со скамейками и телевизором на стене. Фотографии спальных помещений или санитарных помещений не были представлены |
| 6 | 14988/18, 13.03.2018 | Дмитрий Анатольевич Усольцев, 1975 | - | 07.06.2018, статья 3 | 04.10.2018 | ИК-13, Свердловская область | С 21.01 по 26.09.2017, завершен | 2 | Заявитель занимал секцию площадью 8 кв. м вместе с семью другими заключенными. Летом в ней было жарко, а зимой холодно. Заключенным не была предоставлена надлежащая одежда. Пища была скудной, в рацион не были включены мясо, свежие овощи и фрукты | Ссылаясь на отчеты прокурора и справки, выданные начальником колонии, власти Российской Федерации отрицали факт переполненности колонии. В течение всего периода заявитель располагал не менее чем 2 кв. м личного пространства, индивидуальным спальным местом, постельными принадлежностями и столовыми приборами. Сначала он был зачислен в отряд № 7, а затем в № 2. Девяносто пять заключенных из отряда № 7 проживали в помещении площадью 238,2 кв. м (которое было оборудовано 119 кроватями); 85 заключенных из отряда № 2 — в помещении площадью 183,75 кв. м, в котором было 91 спальное место. Остальные условия в колонии соответствовали требованиям законодательства. Лица, содержавшиеся в отряде № 7, пользовались туалетом, оборудованным 14 раковинами, девятью унитазами и тремя писсуарами. Унитазы были разделены перегородками. Лица, содержавшиеся в отряде № 2, пользовались туалетом, оборудованным 13 раковинами, семью унитазами и двумя писсуарами. Спальные помещения имели большое количество окон, которые можно было открывать для проветривания. Централизованная система отопления функционировала надлежащим образом, и общежития отапливались в период с 15 сентября по 15 мая каждого года. Температура не опускалась ниже +180С. Санитарные условия в общежитиях были удовлетворительными. В спальных помещениях не было ни грызунов, ни насекомых. Заключенные могли принимать душ два раза в неделю в течение не менее чем 15 минут. После душа выдавался свежий комплект белья |
| 7 | 17991/18, 29.03.2018 | Виталий Сергеевич Трухманов, 1988 | - | 05.07.2018, статьи 3 и 13 | 31.10.2018 | ИК-11, Нижегородская область | С 21.11.2016 по 05.03.2018, завершен | Более 2 | Заявитель жаловался на следующие условия: переполненность, недостаточное количество туалетов и умывальников, отсутствие свежего воздуха, отсутствие или недостаток электрического освещения, наличие насекомых/грызунов, ненадлежащие одежда и гигиенические наборы, плохое качество пищи, отсутствие или ограниченный доступ к душу, отсутствие или ненадлежащие санитарные помещения, воздействие табачного дыма, недостаток места во дворе для прогулок | Власти Российской Федерации не оспаривали описание заявителя. Они не были готовы сделать одностороннее заявление по делу заявителя, учитывая, что период содержания его под стражей еще не завершился. Заявитель настаивал на том, что его содержание в данной колонии завершилось 05.03.2018, поскольку он был переведен в следственный изолятор в связи с другим уголовным делом |
| 8 | 19837/18, 09.04.2018 | Сослан Анатольевич Сабанов, 1978 | - | 05.07.2018, статья 3 | 31.10.2018 | ИК-11, Нижегородская область | С 14.08.2017 по настоящее время | 2 | Заявитель зачислен в отряд численностью от 110 до 130 человек. Отряд занимает четыре жилых помещения, заявитель находится в комнате площадью 90 кв. м, в которой размещаются 56 заключенных. Прочие жалобы: неудовлетворительное состояние санитарных помещений, а также помещений для принятия душа и умывания, недостаток времени и невозможность уединиться при совершении гигиенических процедур и пользовании туалетом, отсутствие системы искусственной вентиляции, душные и грязные комнаты, плохое качество пищи, отсутствие свежих фруктов и овощей, душ можно было принимать два раза в неделю | Власти Российской Федерации не представили каких-либо комментариев. Они направили справки, выданные начальником колонии, в которых отмечалось, что отряд из 113 заключенных размещался в помещении площадью 225,1 кв. м. Заявитель находился в секции № 2 площадью 63,2 кв. м, в которой содержался 31 заключенный. У каждого заключенного было индивидуальное спальное место. В секции имелись большие окна, которые можно было открывать, система искусственной вентиляции. Оставшиеся замечания были аналогичны замечаниям по делу В.В. Ефименко (выше см. жалобу № 9152/18) |
| 9 | 21542/18, 21.04.2018 | Валерий Владимирович Ногоманов, 1977 | Виктория Павловна Прокофьева, г. Санкт-Петербург | 27.09.2018, статьи 3 и 13 | 25.01.2019 | ИК-6, Чувашская Республика | С 16.04.2004 по 30.01.2018, завершен | Более 2 | Заявитель утверждал, что колония была сильно переполнена: в ней содержались около 1 800 заключенных, что превышало ее максимальную вместимость. Заявитель размещался в секции площадью 60 кв. м вместе с 40-50 заключенными. Они не имели достаточного количества индивидуальных спальных мест и использовали деревянные доски в качестве кроватей. Прочие жалобы: острый недостаток санитарно-технического оборудования, отсутствие или ограниченный доступ к водопроводу, воздействие табачного дыма, отсутствие доступа к свежему воздуху, плохое качество питьевой воды, отсутствие или ограниченный доступ к душу и горячей воде, ненадлежащая температура, совместное содержание в камерах с заключенными, страдающими заразными болезнями | Власти Российской Федерации не оспаривали доводы заявителя. Они просили Европейский Суд связаться с заявителем, поскольку у них возникли сомнения в подлинности подписи на формуляре жалобы и на доверенности для представления интересов заявителя. В.П. Прокофьева ответила, предоставив копию паспорта заявителя и доверенность, заверенную нотариусом и предоставлявшую ей необходимые полномочия |
| 10 | 29155/18, 03.06.2018 | Владимир Васильевич Извеков, 1975 | - | 27.09.2018, статьи 3 и 13 | 25.01.2019 | ИК-2, Забайкальский край | С 27.04.2016 по настоящее время | Менее 2 | Заявитель был зачислен в отряд численностью 120 человек, которые проживали в помещении площадью 189,1 кв. м. Основную часть помещения занимали двухъярусные кровати, стулья и тумбочки, ограничивающие движение. Большую часть дня заключенные проводили внутри помещения. Прочие жалобы: недостаточное отопление, кишащие насекомыми помещения, неудовлетворительные санитарно-гигиенические условия | Власти Российской Федерации не оспаривали условия содержания, описанные заявителем |