Статья 20.5. Оценка размера возмещения судебных расходовПостановление ЕСПЧ от 19.03.2019

(1) Полная компенсация судебных расходов покрывает все необходимые расходы, понесенные стороной в связи с иском, за исключением случаев, когда существуют причины для исключения расходов на основании специальных положений закона. При оценке того, были ли расходы необходимыми, суд принимает во внимание то, были ли они разумными ввиду важности дела. Сторона по делу может требовать разумного вознаграждения за свою собственную работу по делу, если работа была особенно масштабной или в противном случае должна была быть выполнена адвокатом или иным квалифицированным ассистентом...

(3) В делах, которые разрешаются после проведения устного слушания, сторона, которая просит возместить ей судебные расходы, должна представить расчет этих расходов. Данный расчет должен быть представлен в конце устного слушания. Если размер некоторых расходов неизвестен, расчет должен быть дополнен в срок, установленный судом. Статьи расходов должны быть обозначены таким образом, чтобы предоставить суду соответствующие основания для проведения оценки. В части, касающейся расходов на оплату услуг адвоката, должны быть указаны стоимость и количество часов работы в отношении следующих стадий производства по делу:

(a) период до направления судебной повестки или ответа, или судебной повестки о вызове в суд апелляционной инстанции или ответа на такую повестку;

(b) период до начала основного заседания или финального устного слушания, или до заседания суда апелляционной инстанции;

(c) период до завершения рассмотрения дела в текущей инстанции...».

48. Заявительница жаловалась на то, что власти Норвегии, не защитив в достаточной степени ее право на уважение личной жизни и обязав ее возместить судебные расходы в том размере, в каком они были определены в настоящем деле, действовали с нарушением статьи 8 Конвенции, которая гласит:

«1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, жилища и корреспонденции.»

2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц».

49. Власти Норвегии оспаривали данный довод.

50. Европейский Суд отмечает, что жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он далее отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

1. Доводы сторон

(a) Заявительница

51. Заявительница настаивала на том, что спорные комментарии были явно незаконными и что суды Норвегии не сопоставили права, пользующиеся защитой статей 8 и 10 Конвенции соответственно.

52. Заявительница признала, что дело о наследстве относилось к общественным интересам, но утверждала, что статьи, опубликованные Hegnar Online и двумя другими изданиями, не были взвешенными. Была сделана ссылка на заявления Комиссии по делам прессы о том, что Kapital и Finansavisen нарушили Кодекс поведения журналистов.

53. Несмотря на то, что Hegnar Online была установлена система «кнопок предупреждения» и некоторым сотрудникам была поставлена задача следить за контентом форума, этого было явно недостаточно. Подобная система была неспособна справиться с большим количеством публикуемых комментариев.

54. У заявительницы не было какой-либо возможности установить личности анонимных авторов комментариев, для этого ей пришлось бы обратиться в полицию и сообщить о происшествиях, но даже в таком случае установление их личностей не было бы гарантировано.

55. Признавая, что привлечение к ответственности за комментарии третьих сторон могло иметь некоторые негативные последствия для свободы выражения мнения в Интернете, заявительница утверждала, что интернет-сайт, о котором шла речь в настоящем деле, был одной из самых больших платформ для обсуждений в Норвегии и что его привлечение к ответственности не привело к значительным негативным последствиям.

56. Обязанность заявительницы оплатить судебные расходы ответчиков в размере около 49 964 евро (с процентами) в производстве в судах Норвегии являлась отдельной причиной, по которой статья 8 Конвенции была нарушена.

(b) Власти Норвегии

57. Власти Норвегии утверждали, что спорные комментарии не достигали того уровня серьезности или не были сделаны таким образом, что был причинен ущерб осуществлению лицом права на уважение личной жизни.

58. То, каким образом дело о наследстве освещалось в средствах массовой информации, было фоном для настоящего дела, и, кроме того, заявительница была известным адвокатом, в прошлом ведущей ток-шоу и активной участницей общественной дискуссии. Оценка городского суда в отношении контекста комментариев соответствовала прецедентной практике Европейского Суда, касающейся статьи 8 Конвенции.

59. Апелляционный суд рассмотрел меры, принятые ответчиками по делу, рассматриваемому судами страны, с целью предупредить или удалить комментарии диффамационного характера и оценил данные меры таким образом, который соответствовал критериям, разработанным Европейским Судом.

60. Власти Норвегии не оспаривали тот факт, что оспариваемые комментарии были сделаны анонимными лицами и что в то время отсутствовала система регистрации пользователей. Заявительница не предпринимала мер для того, чтобы установить личности авторов постов.

61. Выводы Европейского Суда, сделанные им в Решении по делу «Пил против Швеции» (Pihl v. Sweden) от 7 февраля 2017 г., жалоба № 74742/14 <4>, и сходство данного дела с настоящим ясно указывали на то, что по настоящему делу не было допущено нарушения.

---

<4> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. 2018. № 1 (примеч. редактора).

62. Что касается судебных расходов, власти Норвегии утверждали, что пункт 1 статьи 6 Конвенции был lex specialis и поэтому статья 8 Конвенции не могла быть применима. Постановление Европейского Суда по делу «Компания MGN Ltd против Соединенного Королевства» (MGN Ltd v. United Kingdom) от 18 января 2011 г., жалоба № 39401/04, касалось других фактов и статьи 10 Конвенции, и его мотивировка не могла применяться к статье 8 Конвенции. Суды Норвегии соизмерили затронутые в деле интересы в соответствии с Законом о судебных спорах и тем самым выполнили обязанность по обеспечению доступа к суду, при этом не было выявлено какого-либо неразумного отсутствия соразмерности между использованными средствами и преследуемой целью.

2. Мнение Европейского Суда

63. Европейский Суд напоминает, что понятие «личная жизнь» по смыслу статьи 8 Конвенции является широким и охватывает ряд аспектов, связанных с личной идентичностью, таких как имя и изображение лица, а также распространяется на физическую и психическую неприкосновенность лица (см., например, Постановление Европейского Суда по делу «Фон Ганновер против Германии» (Von Hannover v. Germany) от 24 июня 2004 г., жалоба № 59320/00, § 50, и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Парадизо и Кампанелли против Италии» (Paradiso and Campanelli v. Italy) от 24 января 2017 г., жалоба № 25358/12 <2>, § 159). Европейский Суд также признавал, что право лица на защиту репутации охватывается статьей 8 Конвенции как часть права на уважение личной жизни (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Беда против Швейцарии» ( Bédat v. Switzerland) от 29 марта 2016 г., жалоба № 56925/08 <3>, § 72, с дальнейшими ссылками).

---

<2> См.: там же. 2017. № 11 (примеч. редактора).

<3> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2018. № 10 (примеч. редактора).

64. Для того, чтобы статья 8 Конвенции могла быть применена, посягательство на личное достоинство и репутацию должно достигать определенную степень серьезности и должно осуществляться таким образом, который наносит ущерб осуществлению лицом права на уважение личной жизни (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Компания „Аксель Шпрингер АГ“ против Германии» (Axel Springer AG v. Germany) от 7 февраля 2012 г., жалоба № 39954/08, § 83, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Компания „Делфи АС“ против Эстонии» (Delfi AS v. Estonia) от 16 июня 2015 г., жалоба № 64569/09 <1>, § 137, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Денисов против Украины» (Denisov v. Ukraine) от 25 сентября 2018 г., жалоба № 76639/11 <2>, § 112).

---

<1> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2015. № 11 (примеч. редактора).

<2> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. Специальный выпуск. 2018. № 11 (примеч. редактора).

65. Европейский Суд отмечает, что в настоящем деле речь шла не о действиях государства, а о предполагаемом несоответствии защиты, предоставленной судами страны, праву заявительницы на уважение личной жизни. Хотя основной целью статьи 8 Конвенции является защита индивида от произвольного вмешательства в его права со стороны властей, данная статья предписывает государству не только воздерживаться от таких вмешательств: в дополнение к подобному негативному обязательству могут существовать позитивные обязательства, неотъемлемые от эффективного уважения личной и семейной жизни. Эти обязательства могут также предполагать принятие мер для обеспечения уважения личной жизни даже в сфере отношений индивидов между собой. Граница между позитивными и негативными обязательствами государства в соответствии со статьей 8 Конвенции не поддается четкому определению, тем не менее применимые принципы являются аналогичными. В обоих случаях необходимо принимать во внимание необходимость соблюдения справедливого равновесия между соответствующими конкурирующими интересами (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Фон Ганновер против Германии (N 2)» (Von Hannover v. Germany) (N 2) от 7 февраля 2012 г., жалобы № 40660/08 и 60641/08 <3>, §§ 98 - 99).

---

<3> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2019. № 10 (примеч. редактора).

66. В этой связи, что касается конкурирующих интересов, предусмотренных статьями 8 и 10 Конвенции, Европейский Суд установил следующие общие принципы, изложенные в упоминавшемся выше Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу «Компания „Делфи АС“ против Эстонии», § 139:

«139. Европейский Суд ранее уже заключал, что права, предусмотренные статьями 8 и 10 Конвенции, в принципе заслуживают уважения в равной степени и результат рассмотрения жалобы не должен зависеть от того, была она подана в Европейский Суд лицом, опубликовавшим оскорбительную статью, со ссылкой на статью 10 Конвенции или лицом, о котором упоминается в данной статье, со ссылкой на статью 8 Конвенции. Соответственно, в обоих случаях пределы усмотрения государства-ответчика должны быть одинаковы (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу „Компания Axel Springer AG против Германии“, § 87, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу „Фон Ганновер против Германии (N 2)“ (Von Hannover v. Germany) (N 2), жалобы № 40660/08 и 60641/08, § 106, ECHR 2012, с дополнительными ссылками на упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу „Компания Hachette Filipacchi Associés против Франции“, § 41, Решение Европейского Суда по делу „Тимчук против Румынии“ (Timciuc v. Romania) от 12 октября 2010 г., жалоба № 28999/03, § 144, и Постановление Европейского Суда по делу „Моузли против Соединенного Королевства“ (Mosley v. United Kingdom) от 10 мая 2011 г., жалоба № 48009/08, § 111). Когда внутригосударственные власти находят равновесие между этими двумя правами в соответствии с критериями, установленными в прецедентной практике Европейского Суда, ему будут нужны веские основания, чтобы подменить позицию внутригосударственных судов своей собственной точкой зрения (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу „Компания Axel Springer AG против Германии“, § 88, упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу „Фон Ганновер против Германии (N 2)“, § 107, с дополнительными ссылками на упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу „Компания MGN Ltd против Соединенного Королевства“, §§ 150 и 155, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу „Паломо Санчес и другие против Испании“ (Palomo Sánchez and Others v. Spain) от 12 сентября 2011 г., жалобы № 28955/06, 28957/06, 28959/06 и 28964/06, § 57). Иными словами, обычно, если от государства требуется соблюсти равновесие между разнонаправленными интересами частных лиц или противоречащими друг другу конвенционными правами, Европейский Суд признает, что оно пользуется широкой свободой усмотрения (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу „Эванс против Соединенного Королевства“ (Evans v. United Kingdom), жалоба № 6339/05, § 77, ECHR 2007-I, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу „Шассану и другие против Франции“ (Chassagnou and Others v. France), жалобы № 25088/94, 28331/95 и 28443/95, § 113, ECHR 1999-III, и Постановление Европейского Суда по делу „Ашби Дональд и другие против Франции“ (Ashby Donald and Others v. France) от 10 января 2013 г., жалоба № 36769/08 <4>, § 40).».

---

<4> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. 2018. № 1 (примеч. редактора).

67. При проведении анализа соразмерности Европейский Суд также определил следующие отдельные аспекты свободы выражения мнения, являющиеся уместными для конкретной оценки рассматриваемого вмешательства: контекст комментариев, меры, принятые компанией с целью предотвратить появление или для удаления комментариев диффамационного характера, возможность привлечения к ответственности авторов комментариев как альтернативы привлечения к ответственности посредника и последствия производства в судах страны для компании (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Компания „Делфи АС“ против Эстонии», §§ 142 - 143, и Постановление Европейского Суда по делу «Венгерская ассоциация провайдеров интернет-контента и компания Index.hu Zrt против Венгрии» (Magyar Tartalomszolgáltatók Egyesülete and Index.hu Zrt v. Hungary) от 2 февраля 2016 г., жалоба № 22947/13 <1>, § 69).

---

<1> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. 2016. № 6 (примеч. редактора).

68. Таким образом, вопрос заключается в том, обеспечили ли власти Норвегии в настоящем деле соблюдение справедливого равновесия между правом заявительницы на уважение личной жизни, предусмотренным статьей 8 Конвенции, и правом новостного агентства и владельца форума на свободу выражения мнения, закрепленным в статье 10 Конвенции.

69. В этой связи Европейский Суд прежде всего отмечает, что комментарии о заявительнице были признаны городским судом не имеющими диффамационного характера по смыслу статей 246 и 247 Уголовного кодекса Норвегии (см. выше § 43), тогда как Апелляционный суд не счел необходимым высказаться по поводу того, были ли они диффамационными. Европейский Суд также полагает, что отсутствует необходимость тщательно рассматривать характер спорных комментариев, поскольку они в любом случае не являлись языком ненависти или призывами к насилию (см. для сравнения упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Компания „Делфи АС“ против Эстонии», §§ 18, 114 и 162, и упоминавшееся выше Решение Европейского Суда по делу «Пил против Швеции», §§ 23 — 25).

70. Что касается имевшихся у заявительницы возможностей обратиться с требованиями к анонимному пользователю (или анонимным пользователям), которые опубликовали комментарии, Европейский Суд не усматривает причин оспаривать утверждение заявительницы о том, что она столкнулась бы с серьезными препятствиями, если бы попыталась это сделать.

71. В отношении контекста, в котором были сделаны комментарии, Европейский Суд принимает во внимание тот факт, что Hegnar Online был большим коммерческим новостным порталом и что его форумы пользовались популярностью. Однако из постановлений судов Норвегии не следует, что форумы были особенно интегрированы в презентацию новостей и, таким образом, могли рассматриваться как продолжение редакционных статей.

72. Что касается мер, принятых Hegnar Online, представляется, что существовала устоявшаяся система действий модераторов, которые отслеживали контент, хотя в постановлении Апелляционного суда сказано, что они не могли обнаружить большое количество незаконных комментариев, чтобы удалить их по собственной инициативе. Кроме того, читатели могли нажать на «кнопки предупреждения» для того, чтобы выразить свою реакцию на комментарии (см. выше § 37). Наконец, из материалов настоящего дела следует, что на предупреждения реагировали и иными способами, в том числе по электронной почте.

73. В настоящем деле комментарии № 1 и 2 не были замечены модераторами, но 17 ноября 2017 г. в течение 13 минут после отправления уведомления адвокат заявительницы получил электронное письмо, в котором говорилось, что комментарии были удалены (см. для сравнения упоминавшееся выше Решение Европейского Суда по делу «Пил против Швеции», § 32, в котором незаконный комментарий был удален через день после направления уведомления). Комментарии находились в онлайн-доступе с 6 по 8 ноября 2010 г. соответственно. Комментарий № 3, опубликованный 30 ноября 2010 г., был удален по собственной инициативе модератора до получения уведомления 3 декабря 2010 г. Основываясь на общей оценке, Апелляционный суд счел не имеющим отношения к делу то обстоятельство, что оспариваемые комментарии были упомянуты в письме в Комиссию по делам прессы и что таким образом глава Hegnar Online узнал, что заявительница среагировала на комментарии, которые она рассматривала как сексуальное домогательство. После общего изучения и оценки мер, принятых для того, чтобы следить за комментариями на форуме, и принимая во внимание, что контроль осуществлялся после публикации и что авторы комментариев не были обязаны регистрироваться, а также конкретные ответы, полученные заявительницей на ее уведомления, Апелляционный суд счел, что компания, которой принадлежал новостной портал, и его редактор действовали надлежащим образом (см. выше §§ 36 - 39).

74. Европейский Суд отмечает, что дело заявительницы было рассмотрено по существу двумя судебными инстанциями на внутригосударственном уровне, прежде чем Верховный суд Норвегии отказался рассматривать его по существу (см. для сравнения упоминавшееся выше Решение Европейского Суда по делу «Пил против Швеции», § 36). Суды Норвегии рассмотрели все аспекты дела (см. выше § 67). В соответствии с принципами, установленными в упомянутом выше Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу «Компания „Делфи АС“ против Эстонии», § 139 (см. выше § 66), отсутствуют основания для замены точки зрения судов Норвегии мнением Европейского Суда.

75. Принимая во внимание вышеизложенное, Европейский Суд приходит к выводу, что суды страны действовали в рамках предоставленной им свободы усмотрения при установлении баланса между правами заявительницы, гарантированными статьей 8 Конвенции, и правом новостного портала и владельцев форумов на свободу выражения мнения, предусмотренным статьей 10 Конвенции.

76. Что касается жалобы на присуждение компенсации судебных расходов, Европейский Суд отмечает, что судебные расходы не включали в себя каких-либо процентов, подлежащих выплате в случае успешного завершения дела, или подобных им выплат. Дело было полностью рассмотрено в двух судебных инстанциях, и обе инстанции добросовестно проверили и значительно снизили размер подлежащей выплате компенсации (см. выше §§ 29 и 40). Принимая во внимание обстоятельства дела, суды Норвегии решили, что отсутствовали основания для того, чтобы отступить от общего правила, согласно которому выигравшей стороне должна быть присуждена компенсация судебных расходов.

77. Несмотря на то, что необходимо принимать во внимание общий уровень расходов, связанных с рассмотрением дела в определенном суде (см., например, Решение Европейского Суда по делу «Компания AS Dagbladet против Норвегии» (AS Dagbladet v. Norway) от 20 февраля 2018 г., жалоба № 60715/14, § 33, и Решение Европейского Суда по делу «Компания Avisa Nordland AS против Норвегии» (Avisa Nordland AS v. Norway) от 20 февраля 2018 г., жалоба № 30563/15, § 48), Европейский Суд отмечает, что на заявительницу была возложена обязанность выплатить значительные суммы. Однако принимая во внимание характер требований, заявленных в судах страны, предмет дела, Европейский Суд не считает, что в настоящем деле надлежит ставить под сомнение оценку судов Норвегии относительно компенсации судебных расходов и издержек, в том числе ввиду того, что Апелляционный суд принял во внимание «благосостояние сторон» и их «соответствующие возможности» (см. выше § 40). При таких обстоятельствах у Европейского Суда отсутствует необходимость рассматривать довод властей Норвегии о том, что пункт 1 статьи 6 Конвенции является lex specialis, поскольку в любом случае Европейский Суд считает, что права заявительницы, гарантированные статьей 8 Конвенции, были надлежащим образом защищены, и по делу не было допущено нарушения данной статьи Конвенции.

1. объявил жалобу приемлемой для рассмотрения по существу;

2. постановил, что по делу не было допущено нарушения статьи 8 Конвенции.

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 19 марта 2019 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Европейского Суда.

---