Постановление ЕСПЧ от 27.01.2011
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 27.01.2011. 41938/04. 27.01.2011. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-4193804
«Дело „Кононов (Kononov) против Российской Федерации“ (жалоба № 41938/04) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод
с английского] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «КОНОНОВ (KONONOV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» (Жалоба № 41938/04)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 27 января 2011 года)
<*> Перевод с английского Т.Е. Матвеевой.
По делу «Кононов против Российской Федерации» Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Христоса Розакиса, Председателя Палаты,
а также при участии Серена Нильсена, заместителя Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 6 января 2011 г.,
вынес в указанный день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 41938/04, поданной против Российской Федерации в Европейский суд по правам человека (далее — Европейский суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином Российской Федерации Михаилом Евгеньевичем Конововым (далее — заявитель) 30 сентября 2004 г.
2. Интересы заявителя представлял П.А. Финогенов, адвокат, практикующий в г. Москве. Власти Российской Федерации были представлены бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека В.В. Милинчук.
3. 3 сентября 2007 г. Председатель Первой секции коммуницировал жалобу властям Российской Федерации.
ФАКТЫ
4. Заявитель родился в 1979 году и в настоящее время отбывает наказание в виде лишения свободы в Алтайском крае.
I. Обстоятельства дела
5. Заявителю было предъявлено обвинение в хранении огнестрельного оружия и нескольких кражах. Предварительное расследование было завершено в сентябре 2003 года, и затем дело заявителя и четырех других лиц было представлено на рассмотрение в Горно-Алтайский областной суд (далее — областной суд).
6. В ходе предварительного судебного слушания дела, состоявшегося 28 ноября 2003 г., председательствующий судья поставил в известность ответчиков об их правах, в том числе о праве на бесплатную правовую помощь, праве на встречи со своим адвокатом без каких-либо ограничений, о правах на обжалование решения суда, на участие в судебном слушании по делу об обжаловании и на самостоятельную защиту в суде без использования каких-либо средств правовой защиты.
7. 11 февраля 2004 г. областной суд признал заявителя виновным и приговорил его к 12 годам тюремного заключения.
8. В резолютивной части решения суд первой инстанции указал, что данное решение суда может быть обжаловано в Верховном суде Российской Федерации в течение десяти дней. Началом отсчета срока подачи апелляционной жалобы для ответчиков стал день выдачи копии решения суда. Для других участников судебного процесса началом отсчета данного срока стал день провозглашения решения суда. В то же время в решении не было указано о праве ответчиков на подачу ходатайства о принятии необходимых мер для их участия в судебном слушании по делу об обжаловании решения суда.
9. Заявитель и его адвокат, который был избран заявителем и представлявший его интересы в суде первой инстанции, обжаловали решение областного суда по материальным и процессуальным основаниям, но не заявили о желании принять участие в судебном слушании в суде апелляционной инстанции. В иске было указано, в частности, что решение суда первой инстанции не было основано на обстоятельствах дела, а также что приговор ответчикам вынесен на основании доказательств, полученных с нарушением уголовно-процессуального законодательства. Спустя некоторое время заявитель отказался от услуг представителя в связи с нехваткой финансовых средств.
10. 13 июля 2004 г. Секретариат Верховного суда Российской Федерации направил заявителю судебную повестку о явке на судебное слушание об апелляции следующего содержания:
«Для информации... Судебное слушание по делу Кононова, Краснова, Лукьянова, Мирошниченко, Непомнящих состоится 27 июля 2004 г. в 10».
Заявителю вручили судебную повестку 15 июля 2004 г.
11. 27 июля 2004 г. Верховный суд Российской Федерации провел прения сторон. Заявитель и его адвокат не явились. Верховный суд не рассматривал вопроса о том, были ли они уведомлены надлежащим образом о предстоящем слушании, тогда как в случае отсутствия соответствующего уведомления рассмотрение их апелляционной жалобы должно было быть перенесено на другой день. Государственный обвинитель и один из соответчиков заявителя присутствовали на заседании и внесли свои представления. Обвинитель, в частности, представил ходатайство о переквалификации преступления и поддержал решение областного суда в его остальной части. В тот же день Верховный суд Российской Федерации вынес постановление, в соответствии с которым апелляция заявителя была отклонена как необоснованная, и оставил в силе решение областного суда в полном объеме.
II. Применимые национальное законодательство и практика
A. Участие в апелляционном производстве
12. В резолютивной части решения суда суд первой инстанции должен указывать информацию о способе и сроках подачи апелляции. Кроме того, в нем должны содержаться разъяснения в отношении права осужденного или оправданного лица ходатайствовать об участии в рассмотрении дела в апелляционной инстанции (пункт 3 статьи 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, далее — УПК РФ).
13. В случае, если осужденный изъявляет желание участвовать в рассмотрении апелляции, он (она) должен(а) указать это в кассационной жалобе (пункт 2 статьи 375 УПК РФ).
14. Стороны должны быть уведомлены о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы не позднее, чем за 14 дней до дня судебного заседания (пункт 2 статьи 376 УПК РФ).
15. Осужденный, содержащийся под стражей, заявивший о своем желании присутствовать при рассмотрении жалобы, вправе участвовать в судебном заседании непосредственно либо изложить свою позицию путем использования систем видеоконференц-связи (пункт 3 статьи 376 УПК РФ).
16. На судебном заседании апелляционный суд должен рассмотреть апелляционную жалобу заявителя и возражения противной стороны. Апелляционный суд должен обладать полномочиями для рассмотрения доказательств и дополнительных материалов дела, представленных сторонами в обоснование их доводов (статья 377 УПК РФ).
17. Апелляционный суд может принять решение 1) об оставлении судебного решения без изменений, а жалобы без удовлетворения, 2) об отмене приговора и прекращении уголовного дела, 3) об отмене судебного решения и о направлении дела на новое судебное разбирательство, либо 4) об изменении судебного решения (статья 378 УПК РФ).
18. В ходе рассмотрения апелляционной жалобы решение суда может быть отменено или изменено вследствие несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным судом. Нарушение уголовно-процессуального законодательства и неправильное применение уголовного законодательства также может являться основанием для отмены или изменения решения суда (статья 379 УПК РФ).
B. Юридическая помощь
19. В случае, если обвиняемый обращается с ходатайством о предоставлении ему бесплатной юридической помощи либо интересы правосудия требуют представительства адвоката, компетентный государственный орган в лице следователя, обвинителя или суда должен предоставить обвиняемому юридическую помощь (статьи 50 и 51 УПК РФ).
20. Конституционный Суд Российской Федерации в своем Определении от 18 декабря 2003 г. № 497-О подтвердил применимость требований статьи 51 УПК РФ к апелляционному производству.
C. Принудительное обеспечение исполнения решения суда первой инстанции
21. Решение суда первой инстанции вступает в законную силу и становится обязательным к исполнению в день рассмотрения апелляции, если суд оставил его в силе (пункт 3 статьи 390 и пункт 1 статьи 392 УПК РФ).
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пунктов 1 и 3 статьи 6 Конвенции
22. Заявитель жаловался на то, что власти Российской Федерации не предоставили ему право принимать участие в рассмотрении апелляции и не обеспечили ему эффективное представительство адвоката в рамках оказания юридической помощи до рассмотрения апелляционной жалобы. При этом он ссылался на пункт 1 и подпункт «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции, соответствующие положения которой гласят:
«1. Каждый в случае спора о его гражданских правах... имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела... судом...»
3. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права:
...c) защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника...».
A. Доводы сторон
23. По мнению властей Российской Федерации, заявитель не сообщил компетентным органам о своем желании принять участие в судебном заседании. Он мог указать это в апелляционной жалобе, либо в момент получения извещения о рассмотрении апелляции, однако не воспользовался ни одной из этих двух возможностей.
24. В отношении представительства заявителя в апелляционном суде, власти Российской Федерации отмечали, что в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции его защиту осуществлял адвокат по его собственному выбору. Последний надлежащим образом выполнил свои обязанности: представил несколько заявлений, допросил свидетелей, изучил материалы судебных заседаний и представил две апелляционные жалобы в отношении решения суда первой инстанции. Также он был уведомлен о судебном заседании, но не присутствовал на нем. В своих дальнейших заявлениях власти Российской Федерации утверждали, что договор между заявителем и его представителем действовал исключительно в период рассмотрения дела в суде первой инстанции, и заявитель не уведомил власти о том, что он отказался от услуг адвоката в связи с отсутствием финансовых средств.
25. В соответствии с вышеуказанными доводами власти Российской Федерации считали, что жалобы заявителя являются явно необоснованными. Национальным органам власти не может быть представлено обвинение в отсутствие заявителя на судебном заседании по рассмотрению апелляционной жалобы либо в отсутствие его представителя в апелляционном суде. В обеих инстанциях именно заявитель не воспользовался надлежащим образом своими правами.
26. В заключение власти Российской Федерации утверждали, что заявитель имел возможность представить ходатайство о надзорном порядке пересмотра судебных приговоров в отношении апелляционного производства. Кроме того, использование заявителем оскорбительных выражений в заявлениях, сделанных в суде, было расценено как злоупотребление правом подачи жалоб в соответствии с пунктом 3 статьи 35 Конвенции.
27. Заявитель поддержал свою жалобу. Он утверждал, что судебные власти не разъяснили ему его права в отношении участия в рассмотрении его дела в апелляционном порядке, и он не был уведомлен о порядке дальнейшего судопроизводства. Если власти Российской Федерации расценили его поведение как отказ от своих прав, они должны были получить от него соответствующее заявление в письменном виде. Заявитель также утверждал, что он не имел возможности получить юридическую помощь адвоката, которого выбрал ранее, так как апелляционный суд должен был назначить ему адвоката, который бы представлял его на судебном заседании.
B. Мнение Европейского суда
1. Приемлемость жалобы
28. Поскольку власти Российской Федерации утверждали, что заявитель не исчерпал все возможные внутригосударственные средства правовой защиты, поскольку не предъявил иска о пересмотре дела в порядке надзора, Европейский суд напоминает, что согласно его постоянной практике заявление о пересмотре дела не является мерой, которую необходимо использовать в рамках пункта 1 статьи 35 Конвенции (см. Постановление Европейского суда от 29 января 2004 г. по делу «Бердзенишвили против Российской Федерации» (Berdzenishvili v. Russia), жалоба № 31697/03, и Постановление Европейского суда от 26 июня 2008 г. по делу «Шулепов против Российской Федерации» (Shulepov v. Russia), жалоба № 15435/03, § 23). Следовательно, возражения властей Российской Федерации по этому вопросу должны быть отклонены.
29. Также Европейский суд напоминает, что за исключением дел особой сложности иск может быть отклонен как неправомерный только в случае, если он умышленно основан на недостоверных фактах (см. Постановление Европейского суда от 16 сентября 1996 г. по делу «Акдивар и другие против Турции» (Akdivar and Others v. Turkey), Reports 1996-IV, § 53 - 54, Постановление Европейского суда от 6 апреля 2000 г. по делу «И.С. против Болгарии» (I.S. v. Bulgaria), жалоба № 32438/96, Постановление Европейского суда по делу «Варбанов против Болгарии» (Varbanov v. Bulgaria), жалоба № 31365/96, § 36, ECHR 2000-X). Принимая во внимание аргументы, приведенные заявителем по настоящему делу, Европейский суд не считает, что они содержат злоупотребления правом подачи жалобы. Таким образом, возражения властей Российской Федерации должны быть отклонены.
30. Европейский суд полагает, что данная жалоба не является явно необоснованной в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Следовательно, жалоба должна быть объявлена приемлемой.
2. Существо дела
i) Право участия в рассмотрении апелляции
31. Европейский суд напоминает, что он придерживается принципа справедливого судебного разбирательства, при котором лицо, которому предъявлено обвинение в уголовном преступлении, должно в соответствии с общими принципами иметь право на надлежащее представительство и участие в рассмотрении дела судом первой инстанции (см. Постановление Европейского суда от 12 февраля 1985 г. по делу «Колоцца против Италии» (Colozza v. Italy), § 27 и 29, Series A, № 89).
32. В государствах-участниках Конвенции, в которых действуют апелляционные или кассационные суды, должны соблюдаться гарантии, предусмотренные статьей 6 Конвенции (см. Постановление Европейского суда от 19 мая 2009 г. по делу «Куликовский против Польши» (Kulikowski v. Poland), жалоба № 18353/03, § 59). Таким образом, личное присутствие обвиняемого при рассмотрении его жалобы в апелляционном порядке не имеет такого же решающего значения, как его присутствие при рассмотрении дела в суде первой инстанции (см. Постановление Европейского суда от 19 декабря 1989 г. «Камасинский против Австрии» (Kamasinski v. Austria), § 106, Series A, № 168). Порядок, в соответствии с которым в судах апелляционной инстанции применяется статья 6 Конвенции, зависит от характерных особенностей конкретного судопроизводства, при этом должны быть приняты во внимание совокупность судопроизводства в национальном правопорядке, а также функции апелляционного суда (см. Постановление Европейского суда по делу «Юссила против Финляндии» (Jussila v. Finland), жалоба № 73053/01, § 40 - 42, ECHR 2006-XIII, и Постановление Европейского суда от 26 мая 1988 г. по делу «Экбатани против Швеции» (Ekbatani v. Sweden), § 27, Series A, № 134).
33. Европейский суд отмечает, что статья 6 Конвенции ни по сути, ни по духу не препятствует отказу лица по собственной воле как прямо, так и косвенно от своих прав, связанных с гарантиями данного законодательного положения (см. Постановление Европейского суда по делу «Эрми против Италии» (Hermi v. Italy), жалоба № 18114/02, § 73, ECHR 2006-XII). Таким образом, отказ, если это является целесообразным в отношении Конвенции, должен быть выражен недвусмысленным образом и сопровождаться минимальными гарантиями, соизмеримыми с его значимостью, а также не должен противоречить каким-либо важным общественным интересам (см. там же). Например, если Европейский суд полагает, что обвиняемый косвенно, вследствие своего образа действий, отказался от существенного права, гарантированного статьей 6 Конвенции, то необходимо отметить, что он обоснованно мог предвидеть последствия своего поведения (см. Постановление Европейского суда от 9 сентября 2003 г. по делу «Джонс против Соединенного Королевства» (Jones v. United Kingdom), жалоба № 30900/02, и Постановление Европейского суда от 1 марта 2006 г. по делу «Сейдовик против Италии» (Sejdovic v. Italy), жалоба № 56581/00, § 87, упомянутое выше Постановление Европейского суда по делу «Эрми против Италии», § 74, и Постановление Европейского суда от 11 декабря 2008 г. по делу «Пановиц против Кипра» (Panovits v. Cyprus), жалоба № 4268/04, § 68).
ii) Право на бесплатную юридическую помощь в апелляционном судопроизводстве
34. Право, хотя и не абсолютное, каждого обвиняемого в уголовном преступлении на эффективную юридическую защиту официально назначенного в случае необходимости адвоката, является одним из основополагающих принципов справедливого судебного разбирательства (см. Постановление Европейского суда от 23 ноября 1993 г. по делу «Пуатримоль против Франции» (Poitrimol v. France), § 34, Series A, № 277-A). Лицо, которому предъявлено обвинение в уголовном преступлении, не утрачивает права на защиту только в связи с отсутствием на судебном разбирательстве (см. Постановление Европейского суда от 31 марта 2005 г. по делу «Мариани против Франции» (Mariani v. France), жалоба № 43640/98, § 40). Решающим значением для справедливости системы уголовного правосудия является наличие надлежащей защиты обвиняемого как в суде первой инстанции, так и в апелляционном суде (см. Постановление Европейского суда от 22 сентября 1994 г. по делу «Лала против Нидерландов» (Lala v. Netherlands), § 33, Series A, № 297-A, и Постановление Европейского суда от 22 сентября 1994 г. по делу «Пелладоа против Нидерландов» (Pelladoah v. Netherlands), § 40, Series A, № 297-B).
b) Применимость вышеуказанных принципов в данном деле
35. Европейский суд отмечает, что в российском уголовном судопроизводстве апелляционные суды обладают полномочиями рассматривать вопросы права, а также вопросы факта, касающиеся как уголовной ответственности, так и вынесения судебного решения. Апелляционные суды имеют право изучать доказательства и дополнительные материалы, представленные непосредственно сторонами. В результате судебного рассмотрения апелляционные суды могут отказать в удовлетворении иска и оставить в силе решение суда первой инстанции, либо отменить решение суда и прекратить уголовное судопроизводство, отменить решение суда и направить дело на новое расследование или внести изменения в решение суда (см. § 17 и 18 настоящего Постановления).
36. В настоящем деле заявитель был приговорен судом первой инстанции к 12 годам лишения свободы. Он обжаловал приговор по правовым и фактическим основаниям. Таким образом, Европейский суд может сделать вывод о том, что апелляционное судопроизводство обладало большой значимостью для заявителя, и для соблюдения принципа справедливого судебного разбирательства было необходимо присутствие обвиняемого на судебном заседании по рассмотрению апелляции.
37. Далее Европейский суд отмечает, что на судебном заседании присутствовал государственный обвинитель и делал устные заявления суду. Данные заявления были связаны с ходатайством о том, чтобы оставить в силе приговор в отношении обвиняемого. При таких обстоятельствах с целью соблюдения принципа состязательности в судопроизводстве было необходимо принять меры для обеспечения присутствия заявителя на рассмотрении его жалобы в суде апелляционной инстанции. Кроме того, в решении Верховного суда Российской Федерации не было упоминаний об отсутствии заявителя на слушании дела (см. § 11 настоящего Постановления).
38. Европейский суд напоминает, что заявитель не представил иска о том, что он не был уведомлен о дате рассмотрения его жалобы в апелляционной инстанции. В связи с этим необходимо установить, принимая во внимание обстоятельства дела, имел ли место косвенный отказ заявителя вследствие его образа действий от своего права участвовать в рассмотрении апелляции и самому защищать свои интересы.
39. Заявитель утверждал, что ему был известен порядок действий, необходимый для участия в рассмотрении апелляционной жалобы. Европейский суд отмечает, что в начале судебного процесса председательствующий судья уведомил обвиняемых об их праве на бесплатную юридическую помощь, на обжалование решения суда и на участие в рассмотрении апелляции (см. § 6 настоящего Постановления).
40. В соответствии с законодательством Российской Федерации заявитель имел неоспоримое право на участие в судебном заседании лично либо посредством видеосвязи, или в другой форме, указанной в соответствующем ходатайстве об участии (см. § 15 настоящего Постановления). Европейский суд полагает, что требование в отношении наличия данного ходатайства не противоречит гарантиям статьи 6 Конвенции, если данный порядок судопроизводства четко прописан в национальном законодательстве и соблюдается всеми участниками судопроизводства, в том числе и судами.
41. Власти Российской Федерации утверждали, что внутригосударственным органам власти не может быть поставлено в вину отсутствие заявителя на судебном заседании по рассмотрению его апелляционной жалобы. Власти Российской Федерации полагали, что заявитель должен был представить ходатайство об участии в заседании либо в самой апелляционной жалобе либо при получении извещения о судебном заседании. Однако заявитель не представил соответствующего ходатайства и вследствие этого не воспользовался своей возможностью присутствовать в апелляционном суде.
42. Европейский суд, изучив материалы дела и применимое национальное законодательство, отмечает три специфические особенности настоящего дела. Во-первых, в соответствии с УПК РФ лицо, осужденное судом первой инстанции и находящееся под стражей в период апелляционного судопроизводства, может присутствовать на судебном заседании по рассмотрению его апелляции при условии наличия соответствующего заявления о данном желании (см. § 15 настоящего Постановления). Во-вторых, суды первой инстанции Российской Федерации должны известить об этом условии ответчиков в резолютивной части решения суда (см. § 12 настоящего Постановления). В-третьих, в настоящем деле установлено, что, провозгласив Решение суда от 11 февраля 2004 г. и известив стороны о сроках подачи апелляций, областной суд не разъяснил обвиняемым требование о необходимости уведомления судебных органов власти в апелляционной жалобе либо каким-либо иным образом о своем желании присутствовать на рассмотрении апелляции (см. § 8 настоящего Постановления).
43. Установлено, что в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции защиту заявителя представлял выбранный им адвокат. Затем заявитель отказался от его услуг. В любом случае Европейский суд считает, что, даже принимая во внимание тот факт, что в обязанности адвоката входило известить заявителя об особенностях апелляционного судопроизводства, председательствующий судья, являвшийся основным защитником справедливости судопроизводства, не может быть освобожден от обязательства, связанного с разъяснением обвиняемому его процессуальных прав и обязанностей, а также с контролем по их надлежащему выполнению (см. в качестве примера Постановление Европейского суда от 24 сентября 2002 г. по делу «Кускани против Соединенного Королевства» (Cuscani v. United Kingdom), жалоба № 32771/96, § 39, Постановление Европейского суда от 14 октября 2008 г. по делу «Тимергалиев против Российской Федерации» (Timergaliyev v. Russia), жалоба № 40631/02, § 59, и Решение Европейского суда от 21 сентября 1993 г. по делу «Кремзов против Австрии» (Kremzow v. Austria), § 68, Series A, № 268-B).
44. При подобных обстоятельствах Европейский суд готов принять доводы заявителя о том, что он не предполагал, что отсутствие особого ходатайства об участии в судебном заседании приведет к рассмотрению апелляционной жалобы без его присутствия. Таким образом, невозможно сделать вывод о том, что он однозначно отказался от своего права присутствия в апелляционном суде и личной защиты.
45. В отношении права на юридическую защиту в апелляционном судопроизводстве Европейский суд уже рассмотрел несколько дел против Российской Федерации, в которых не было обеспечено представительство заявителей в апелляционных судах. Принимая во внимание некоторые факторы: (а) тот факт, что российские апелляционные суды уполномочены проводить полный пересмотр дела и рассматривать дополнительные материалы, которые не были изучены в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, (б) серьезность обвинений в отношении заявителя и (в) степень тяжести вынесенного ему приговора, — Европейский суд полагает, что в интересах правосудия и с целью проведения объективного разбирательства обвиняемые должны быть надлежащим образом представлены в апелляционном суде. Исходя из изложенного Европейский суд пришел к выводу, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции, а также подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции в делах «Самошенков и Строков против Российской Федерации» (Samoshenkov and Strokov v. Russia) (Постановление от 22 июля 2010 г., жалобы № 21731/03 и 1886/04, § 69), «Шилбергс против Российской Федерации» (Shilbergs v. Russia) (Постановление от 17 декабря 2009 г., жалоба № 20075/03, § 123), «Потапов против Российской Федерации» (Potapov v. Russia) (Постановление от 16 июля 2009 г., жалоба № 14934/03, § 24) и «Шулепов против Российской Федерации» (Shulepov v. Russia) (Постановление от 26 июня 2008 г., жалоба № 15435/03, § 34 - 39).
46. В настоящем деле Европейский суд отмечает два существенных обстоятельства. Во-первых, в ходе судопроизводства в первой инстанции защита заявителя осуществлялась выбранным им адвокатом. Он обжаловал приговор заявителя, но затем заявитель отказался от его услуг. Во-вторых, заявитель не уведомил соответствующие органы власти о том, что он отказался от помощи адвоката.
47. Согласно национальному процессуальному законодательству любой обвиняемый имеет право обратиться в апелляционный суд с ходатайством о предоставлении ему или ей бесплатной юридической помощи. Затем органы власти должны произвести оценку ходатайства и, если этого требуют интересы правосудия, назначить представителя с целью гарантии соблюдения прав на защиту в соответствии со статьей 6 Конвенции (см. § 19 и 20 настоящего Постановления). Заявитель был должным образом извещен о данной процедуре (см. § 6 настоящего Постановления). Следовательно, именно заявитель должен был представить ходатайство о назначении ему представителя для его эффективного участия в рассмотрении апелляции. Тем не менее он не сделал этого (см. для сравнения Постановление Европейского суда от 2 ноября 2010 г. по делу «Сахновский против Российской Федерации» (Sakhnovskiy v. Russia), жалоба № 21272/03, § 20, в котором заявитель до рассмотрения апелляции представил ходатайство о назначении ему адвоката для осуществления своей защиты на судебном заседании по рассмотрению апелляции в связи с тем, что его защитник не мог присутствовать на заседании). Учитывая обстоятельства настоящего дела, Европейский суд не считает, что властям Российской Федерации может быть вменено обвинение об отсутствии представительства интересов заявителя на апелляционном слушании, состоявшемся 27 июля 2004 г.
48. В свете вышеизложенных обстоятельств Европейский суд приходит к выводу о том, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции, а также подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции в отношении отсутствия заявителя на рассмотрении его апелляционной жалобы.
49. Относительно неназначения бесплатного адвоката в ходе рассмотрения апелляции, Европейский суд считает, что не имело места нарушение пункта 1 статьи 6, а также подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции.
II. Иные предполагаемые нарушения Конвенции
50. Заявитель жаловался со ссылкой на пункты 1 и 2 статьи 6 Конвенции на то, что судебное разбирательство по его делу не было беспристрастным и в его отношении была нарушена презумпция невиновности. Он также жаловался со ссылкой на статью 13 Конвенции на отсутствие эффективных внутренних средств правовой защиты.
51. Принимая во внимание представленные материалы, и насколько предмет жалобы относится к его юрисдикции, Европейский суд не усматривает признаков нарушения прав и свобод, предусмотренных Конвенцией.
52. Следовательно, в данной части жалоба подлежит отклонению как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.
III. Применение статьи 41 Конвенции
53. Статья 41 Конвенции предусматривает:
«Если Европейский суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
54. Заявитель требовал 1500000 евро в качестве компенсации материального и морального ущерба, причиненного ему в результате нарушения его прав, установленных Конвенцией.
55. Власти Российской Федерации отметили, что заявитель не представил каких-либо документов в качестве доказательств обоснованности требования о компенсации материального ущерба. В отношении возмещения морального вреда они заявили, что доводы заявителя не могут служить основанием для выплаты ему каких-либо компенсаций. В любом случае власти Российской Федерации полагали, что сам факт установления нарушения будет являться достаточной справедливой компенсацией.
56. Европейский суд полагает, что заявитель не представил достаточных доказательств в обоснование своих требований о возмещении причиненного материального ущерба, и в связи с этим отклоняет их. Вместе с тем Европейский суд считает, что заявитель перенес переживания и разочарование вследствие невозможности по вине властей Российской Федерации принять участие в судебном заседании по вопросу рассмотрения его апелляционной жалобы, а также поскольку его дело не было рассмотрено с учетом его права на защиту, что не может быть компенсировано одним признанием нарушения. Оценивая обстоятельства дела на справедливой основе, Европейский суд присуждает заявителю 4800 евро по данному основанию плюс сумму судебных издержек.
B. Судебные расходы и издержки
57. Заявитель требовал компенсации судебных расходов и издержек, понесенных им в разбирательстве дела в национальных судах и Европейском суде. Он не указал какой-либо конкретной суммы.
58. Власти Российской Федерации отметили, что заявитель не представил какого-либо документа в качестве доказательства обоснованности своего требования.
59. В соответствии с прецедентным правом Европейского суда заявитель имеет право на возмещение судебных расходов и издержек только в том случае, если они действительно имели место, были неизбежны, а также обоснованы в отношении денежной суммы. В данном случае заявитель не указал заявленную сумму компенсации расходов и издержек, а также не предоставил доказательств (квитанций, расписок и так далее), на основании которых Европейский суд смог бы произвести оценку размера понесенных расходов. Таким образом, Европейский суд полагает, что не имеется достаточных оснований для выплаты какой-либо компенсации.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
60. Европейский суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:
-
признал жалобу в отношении неявки заявителя на судебное заседание по рассмотрению его апелляционной жалобы, состоявшееся 27 июля 2004 г., и отсутствия юридического представительства на данном судебном заседании приемлемой, а в остальной части — неприемлемой;
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 и подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции в отношении отсутствия заявителя на судебном заседании по рассмотрению его апелляционной жалобы;
-
постановил, что не имело место нарушение пункта 1 и подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции в отношении назначения адвоката для бесплатной защиты на судебном заседании по рассмотрению апелляционной жалобы заявителя;
a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю 4800 евро (четыре тысячи восемьсот евро) в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты, а также любые налоги, начисляемые на указанную сумму;
b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 27 января 2011 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF KONONOV v. RUSSIA (Application No. 41938/04)
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Kononov v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
and {Soren} Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 6 January 2011,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 41938/04) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a Russian national, Mr Mikhail Yevgenyevich Kononov («the applicant»), on 30 September 2004.
2. The applicant was represented by Mr P.A. Finogenov, a lawyer practising in Moscow. The Russian Government («the Government») were represented by Mrs V. Milinchuk, former representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. On 3 September 2007 the President of the First Section decided to give notice of the application to the Government.
THE FACTS
4. The applicant was born in 1979 and is currently serving his prison sentence in the Altay Region.
I. The circumstances of the case
5. The applicant was charged with possession of firearms and several counts of robbery. The pre-trial proceedings were concluded in September 2003 and then the case against the applicant and four other persons was submitted to the Altay Regional Court for trial.
6. During the preliminary hearing on 28 November 2003, the presiding judge informed the defendants of their procedural rights, including, in particular, the right to free legal assistance, the right to meet with their lawyers without restrictions, the right to bring an appeal against a trial court's judgment, the right to participate in the appeal hearing and the right to defend themselves through all lawful means.
7. On 11 February 2004 the Regional Court convicted the applicant as charged and sentenced him to twelve years' imprisonment.
8. In the operative part of its judgment, the trial court informed that any appeal had to be lodged with the Supreme Court of the Russian Federation within ten days. The time-limit for the defendants started running from the day when they were served with a copy of the judgment. For other participants in the proceedings, it would run from the day of pronouncement of the judgment. There was no further information as to the right of the defendants to ask the authorities to ensure their participation in an appeal hearing.
9. Both the applicant and his counsel, who he had chosen and who had represented him at the trial, lodged their appeals challenging the Regional Court's judgment on factual and legal grounds, without stating the wish to take part in the appeal hearing. They claimed, in particular, that the trial court's findings had not been based on the facts of the case and that the court had used for the applicant's conviction the evidence obtained in breach of the criminal procedural law. It appears that some time later the applicant discharged his representative owing to a lack of financial means.
10. On 13 July 2004 the Registry of the Supreme Court despatched a summons for an appeal hearing. It contained several words:
«For information... the case of Kononov Krasnov Lukyanov Miroshnichenko Nepomnyashchikh is to be heard on 27 July 2004 at 10».
The applicant was served with the court notification on 15 July 2004.
11. On 27 July 2004 the Supreme Court held an oral hearing. The applicant and his lawyer did not appear. The appeal court did not examine the question whether they had been duly summoned and, if they had not, whether the examination of their appeals should have been adjourned. The public prosecutor and one of the applicant's co-defendants were present and made their submissions. The prosecutor, in particular, asked to re-categorise the crime and uphold the trial court's judgment in the remaining part. On the same date the Supreme Court delivered a judgment by which it dismissed the applicant's appeal as being unsubstantiated and upheld his conviction and sentence in their entirety.
II. Relevant domestic law and practice
A. Participation in the appeal proceedings
12. In the operative part of a judgment, a trial court shall inform of the manner and the time-limit for lodging an appeal. Furthermore, it shall explain that a convicted or acquitted person has a right to ask that his or her participation in an appeal hearing be ensured (Article 309 § 3 of the Code of Criminal Procedure).
13. If a convicted person wishes to take part in an appeal hearing, he or she shall indicate this in the statement of appeal (Article 375 § 2).
14. The parties shall be notified of the date, time and venue of an appeal hearing no later than fourteen days in advance (Article 376 § 2).
15. A convicted person, who is held in custody and has expressed the wish to be present at the appeal hearing, shall be entitled to participate in the court session either directly or by video link (Article 376 § 3).
16. At the hearing, the appeal court shall hear the statement of the appellant and the objection by the opposing party. The appeal court shall be empowered to examine evidence and additional materials provided by the parties in support of their arguments (Article 377).
17. The appeal court may decide (1) to dismiss the appeal and uphold the judgment, (2) to quash the judgment and terminate the criminal proceedings, (3) to quash the judgment and remit the case for a fresh trial, or (4) to amend the judgment (Article 378).
18. A judgment shall be quashed or amended on appeal if there is an inconsistency between the conclusions reached by the trial court and the facts of the case established by that court. Violation of procedural law and wrongful application of criminal law, as well as unfairness of the judgment, shall also constitute grounds for reversing or changing the judgment (Article 379).
B. Legal aid
19. In case an accused requests free legal assistance or the interests of justice require that the defence be represented, the relevant authority, that is an investigator, a prosecutor, or a court, shall appoint him or her legal-aid counsel (Articles 50 — 51 of the Code of Criminal Procedure).
20. The Constitutional Court of the Russian Federation, in its decision No. 497-O of 18 December 2003, confirmed the applicability of the requirements of Article 51 of the Code to the appellate proceedings.
C. Enforcement of trial court's judgment
21. A trial court's judgment becomes final and binding on the day of the appeal hearing, provided that it was upheld by the appeal court (Article 390 § 3 and Article 392 § 1 of the Code of Criminal Procedure).
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 §§ 1 and 3 of the Convention
22. The applicant complained that the national authorities had failed to ensure his right to take part in the appeal hearing and to ensure his effective representation, by legal aid counsel, before the appeal court. He relied on Article 6 §§ 1 and 3 (c) of the Convention, the relevant parts of which read as follows:
«1. ...[E]veryone is entitled to a fair... hearing... by an independent and impartial tribunal...»
3. Everyone charged with a criminal offence has the following minimum rights:
(c) to defend himself in person or through legal assistance of his own choosing...»
A. The parties' submissions
23. According to the Government, the applicant did not inform the relevant authorities of his wish to take part in the appeal hearing. He could have done so either in his statement of appeal, or when he was notified of the appeal hearing but failed to avail himself of both opportunities.
24. As regards the applicant's representation before the appeal court, the Government submitted that during the trial, he had been defended by counsel of his own choosing. The latter had effectively fulfilled his duties: he had submitted a number of applications, had questioned witnesses, had studied the court record and, finally, had brought two appeals against the judgment of the trial court. He had also been notified of the appeal hearing but had not appeared. In their further submissions, the Government stated that the agreement between the applicant and his representative had exclusively concerned the representation before the first-instance court and that the applicant had not informed the authorities that he had discharged his lawyer due to a lack of financial means.
25. For the above reasons, the Government considered that the applicant's complaints were manifestly ill-founded. The national authorities could not be blamed for the applicant's absence in the appeal hearing, or for the lack of his representation before the appeal court. In both instances, it had been the applicant who had failed to exercise effectively his procedural rights.
26. Finally, they stated that the applicant could have applied to a supervision review court for the revision of the appeal proceedings. Besides, the use by the applicant of an offensive language in his submissions to the Court had amounted to an abuse of the right of application within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention.
27. The applicant maintained his complaint. He argued that the judicial authorities had not explained his right to take part in the appeal hearing and that he had not been aware of the procedure to follow. If the authorities had taken his conduct as a waiver of his rights, they should have obtained his respective written statement. He could not afford legal assistance by a lawyer of his own choosing therefore the appeal court should have appointed legal aid counsel to represent him.
B. The Court's assessment
1. Admissibility
28. In so far as the Government may be understood to claim that the applicant failed to exhaust available domestic remedies because he did not apply for supervisory review proceedings, the Court reiterates that, according to its constant practice, an application for supervisory review is not a remedy to be used for the purposes of Article 35 § 1 of the Convention (see Berdzenishvili v. Russia (dec.), No. 31697/03, 29 January 2004; and Shulepov v. Russia, No. 15435/03, § 23, 26 June 2008). The Government's objection in this respect must therefore be dismissed.
29. The Court further reiterates that, except in extraordinary cases, an application may only be rejected as abusive if it was knowingly based on untrue facts (see Akdivar and Others v. Turkey, judgment of 16 September 1996, Reports of Judgments and Decisions 1996-IV, §§ 53 — 54; I.S. v. Bulgaria (dec.), No. 32438/96, 6 April 2000; and Varbanov v. Bulgaria, No. 31365/96, § 36, ECHR 2000-X). Having regard to the statements made by the applicant in the present case, the Court does not consider that they amounted to an abuse of the right of petition. Accordingly, it dismisses the Government's objection.
30. The Court notes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. No other grounds for declaring this complaint inadmissible have been established. It must therefore be declared admissible.
2. Merits
(i) Right to take part in the appeal hearing
31. The Court reiterates that it flows from the notion of fair trial that a person charged with a criminal offence should, as a general principle, be entitled to be present and participate effectively in the first-instance hearing (see Colozza v. Italy, 12 February 1985, §§ 27 and 29, Series A No. 89).
32. In the Contracting States where courts of appeal or of cassation exist, the guarantees of Article 6 must be complied with (see Kulikowski v. Poland, No. 18353/03, § 59, 19 May 2009). However, the personal attendance of the defendant does not necessarily take on the same crucial significance for an appeal hearing as it does for the trial (see Kamasinski v. Austria, 19 December 1989, § 106, Series A No. 168). The manner in which Article 6 is applied to proceedings before courts of appeal depends on the special features of the proceedings involved — account must be taken of the entirety of the proceedings in the domestic legal order and of the role of appeal court therein (see Jussila v. Finland [GC], No. 73053/01, §§ 40 — 42, ECHR 2006-XIII; Ekbatani v. Sweden, 26 May 1988, § 27, Series A No. 134).
33. It is observed that neither the letter nor the spirit of Article 6 of the Convention prevents a person from waiving of his or her own free will, either expressly or tacitly, entitlement to the guarantees of this provision (see Hermi v. Italy [GC], No. 18114/02, § 73, ECHR 2006-XII). However, such a waiver must, if it is to be effective for Convention purposes, be established in an unequivocal manner, be attended by minimum safeguards commensurate with its importance, and should not run counter to any important public interest (ibid). For example, the Court considers that before an accused can be said to have implicitly, through his conduct, waived an important right under Article 6, it must be shown that he could reasonably have foreseen what the consequences of his conduct would be (see Jones v. the United Kingdom (dec.), No. 30900/02, 9 September 2003 and Sejdovic v. Italy [GC], No. 56581/00, § 87, 1 March 2006, Hermi, cited above, § 74 and Panovits v. Cyprus, No. 4268/04, § 68, 11 December 2008).
(ii) Right to free legal assistance in the appeal proceedings
34. Although not absolute, the right of everyone charged with a criminal offence to be effectively defended by a lawyer, assigned officially if need be, is one of the fundamental features of a fair trial (see Poitrimol v. France, 23 November 1993, § 34, Series A No. 277-A). A person charged with a criminal offence does not lose the benefit of this right merely on account of not being present at the trial (see Mariani v. France, No. 43640/98, § 40, 31 March 2005). It is of crucial importance for the fairness of the criminal justice system that the accused be adequately defended, both at first instance and on appeal (see Lala v. the Netherlands, 22 September 1994, § 33, Series A No. 297-A and Pelladoah v. the Netherlands, 22 September 1994, § 40, Series A No. 297-B).
(b) Application of these principles to the present case
35. The Court observes that in the Russian criminal procedure, appeal courts have jurisdiction to deal with questions of law, as well as with questions of facts pertaining both to criminal liability and to sentencing. The appeal courts are empowered to examine evidence and additional materials submitted by the parties directly. As a result of the examination, the appeal courts may dismiss an appeal and uphold a trial court's judgment, quash a judgment and terminate criminal proceedings, quash a judgment and remit a case for a fresh trial, or amend a judgment (see paragraphs 17 and 18 above).
36. In the present case, the applicant was sentenced by the trial court to twelve years' imprisonment. He contested his conviction on legal and factual grounds. It can be concluded, therefore, that the appeal proceedings were of capital importance for the applicant and that it was essential for the fairness that he took part in the appeal hearing.
37. It is further noted that the public prosecutor was present at the hearing and made oral submissions to the court. Those submissions were directed at having the applicant's conviction upheld. In such circumstances, in order to maintain the adversarial character of the proceedings, it was incumbent on the appeal court to take measures at ensuring the applicant's presence. However, the judgment of the Supreme Court was silent on the issue of the applicant's absence from the hearing (see paragraph 11 above).
38. The applicant did not claim that he was unaware of the date set for the examination of his appeal. It remains to be determined whether, in the circumstances of the case, he can be said to have implicitly, through his conduct, waived his right to appear before the appeal court and defend himself.
39. The applicant argued that he had not known what steps he should have taken in order to take part in the appeal hearing. The Court notes that at the beginning of the trial, the presiding judge informed the defendants of their rights to free legal assistance, to bring an appeal against the judgment, and to participate in the appeal hearing (see paragraph 6 above).
40. Under Russian law, the applicant had an indisputable right to participate in the hearing, directly or by video link, on condition that he made a request to ensure his participation in either form (see paragraph 15 above). The Court considers that the requirement to make such request would not in itself contradict the guarantees of Article 6, if the procedure is clearly set out in the domestic law and complied with by all participants of the proceedings, including the courts.
41. The Government asserted that the national authorities could not be blamed for the applicant's absence from the appeal hearing. He could have requested to ensure his participation either in his appeal, or when he was notified of the hearing. He failed to do so and, for that reason, lost his opportunity to appear before the appeal court.
42. The Court, having considered the submitted materials and the relevant domestic law, notes three specific features of the present case. First, according to the Russian Code on Criminal Procedure, a person convicted by a trial court and detained in custody pending appeal proceedings can take part in an appeal hearing on the condition that he or she has duly indicated such a wish (see paragraph 15 above). Second, trial courts in Russia are required to apprise defendants of this condition in the operative part of their judgments (see paragraph 12 above). Third, in the present case it appears that, having pronounced its judgment of 11 February 2004 and having informed the parties of the time-limit for lodging appeals, the Regional Court did not explain to the defendants the requirement to point out to the judicial authorities, in a statement of appeal or otherwise, their wish to attend the appeal hearing (see paragraph 8 above).
43. It is observed that during the trial proceedings the applicant was assisted by counsel of his own choosing. However, later he discharged his representative. In any event, the Court considers that, even assuming that it was a part of the lawyer's duty to inform the applicant about peculiarities of appeal procedure, the presiding judge, being the ultimate guardian of the fairness of the proceedings, cannot be absolved of his or her responsibility to explain to the defendant the procedural rights and obligations and secure their effective exercise (see, for example, Cuscani v. the United Kingdom, No. 32771/96, § 39, 24 September 2002, Timergaliyev v. Russia, No. 40631/02, § 59, 14 October 2008 and Kremzow v. Austria, 21 September 1993, § 68, Series A No. 268-B).
44. In such circumstances, the Court is prepared to accept the applicant's argument that he cannot have been expected to appreciate that the failure to make a special request to ensure his participation in the appeal hearing would result in his appeal being examined in his absence. It cannot be said, accordingly, that he unequivocally waived his right to appear before the appeal court and defend himself in person.
45. As to the right to legal assistance in the appeal proceedings, the Court has already examined several cases against Russia in which applicants had not been represented before appeal courts. Taking into account several factors — (a) the fact that Russian appeal courts were empowered to fully review the case and to consider additional arguments which had not been examined in the first-instance proceedings, (b) the seriousness of the charges against the applicant and (c) the severity of the sentence which he had faced — the Court considered that the interests of justice demanded that, in order to receive a fair hearing, the defendants should have had legal representation at the appeal hearing. The Court accordingly found a violation of Article 6 § 1 in conjunction with Article 6 § 3 (c) of the Convention in cases Samoshenkov and Strokov v. Russia, Nos. 21731/03 and 1886/04, § 69, 22 July 2010, Shilbergs v. Russia, No. 20075/03, § 123, 17 December 2009; Potapov v. Russia, No. 14934/03, § 24, 16 July 2009; and Shulepov v. Russia, No. 15435/03, §§ 34 — 39, 26 June 2008.
46. In the present case, the Court notes two particular circumstances. First, during the proceedings in the first-instance court, the applicant was represented by counsel of his own choosing. The latter submitted the appeal against the applicant's conviction but was then discharged. Second, the applicant did not inform the relevant authorities about the dismissal of his lawyer.
47. According to the domestic procedural law, any defendant may ask an appeal court to provide him or her with free legal assistance. Then, it is for the authorities to assess the request and, if the interest of justice so require, to appoint a representative so that the defence rights were secured to an extent compatible with Article 6 of the Convention (see paragraphs 19 and 20 above). The applicant was duly informed of this procedure (see paragraph 6 above). Therefore, the onus was on him to request legal representation for the effective participation in the appeal hearing. He, however, did not do so (compare Sakhnovskiy v. Russia [GC], No. 21272/03, § 20, 2 November 2010, where the applicant made a request, prior to the appeal hearing, to be assigned a lawyer to represent him in the appeal proceedings because his counsel was unable to attend the hearing). In view of the circumstances of the case, the Court does not find that the absence of any representative in the appeal hearing of 27 July 2004 was imputable to the national authorities.
48. In the light of the foregoing considerations, the Court concludes that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention taken in conjunction with Article 6 § 3 (c) as regards the applicant's absence at the appeal hearing.
49. As regards the alleged failure to appoint a legal-aid lawyer for the appeal hearing, the Court finds that there has been no breach of Article 6 § 1 of the Convention taken in conjunction with Article 6 § 3 (c).
II. Other alleged violations of the Convention
50. The applicant complained under Article 6 §§ 1 and 2 that the court had been biased and that his presumption of innocence had been violated. He also complained under Article 13 of a lack of effective domestic remedies.
51. Having considered his submissions in the light of all the material in its possession, the Court finds that, in so far as the matters complained of are within its competence, they do not disclose any appearance of a violation of the rights and freedoms set out in the Convention.
52. It follows that this part of the application must be declared inadmissible as being manifestly ill-founded, pursuant to Article 35 §§ 3 and 4 of the Convention.
III. Application of Article 41 of the Convention
53. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
54. The applicant claimed 1,500,000 euros (EUR) in respect of pecuniary and non-pecuniary damage incurred as a result of the infringement of his rights set out in the Convention.
55. The Government noted that the applicant had failed to submit any document to substantiate his claims for pecuniary damage. As regards his claims for non-pecuniary damage, they submitted that the applicant's allegations should not give rise to an award of any compensation under this head. In any event, they considered that the finding of a violation would constitute sufficient just satisfaction.
56. The Court considers that the applicant has failed to substantiate his claim of pecuniary damage incurred and, for that reason, rejects it. On the other hand, the Court considers that the applicant must have suffered non-pecuniary damage as a result of the authorities' failure to ensure his participation in the appeal hearing and to present his case in accordance with his defence rights, and that this would not be adequately compensated by the finding of a violation alone. Making its assessment on an equitable basis, it awards the applicant EUR 4,800 under this head, plus any tax that may be chargeable.
B. Costs and expenses
57. The applicant claimed costs and expenses incurred before the domestic courts and before the Court. He did not indicate any specific amount.
58. The Government noted that the applicant had failed to submit any document to substantiate his claims under this head.
59. According to the Court's case-law, an applicant is entitled to the reimbursement of costs and expenses only in so far as it has been shown that these have been actually and necessarily incurred and were reasonable as to quantum. In the present case, the applicant did not indicate the amount of costs and expenses claimed. Nor did he provide any evidence (receipts, vouchers, etc.) on the basis of which the Court could assess the quantum of the expenses incurred. Therefore, the Court considers that there is no call to award him any sum on that account.
C. Default interest
60. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the complaints concerning the applicant's absence from the appeal hearing on 27 July 2004 and the lack of legal representation at this hearing admissible and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 §§ 1 and 3 (c) of the Convention as regards the applicant's absence at the appeal hearing;
3. Holds that there has been no violation of Article 6 §§ 1 and 3 (c) of the Convention as regards the alleged failure to appoint a legal-aid lawyer for the appeal hearing;
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, EUR 4,800 (four thousand eight hundred euros), in respect of non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable, to be converted into Russian roubles at the rate applicable at the date of settlement;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amount at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
5. Dismisses the remainder of the applicant's claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 27 January 2011, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.