Постановление ЕСПЧ от 11.03.2021

«Дело „Икрамов и другие (Ikramov and Others) против Российской Федерации“ (жалоба № 25742/17 и 6 других жалоб) [рус., англ.]»

(Вместе со «Списком жалоб в соответствии с пунктом 3 статьи 5 Конвенции (чрезмерная длительность содержания под стражей)»)

<1> Перевод с английского ООО «Развитие правовых систем».

<2> Настоящее Постановление вступило в силу 11 марта 2021 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 28 Конвенции (примеч. редактора).

По делу «Икрамов и другие против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая Комитетом в составе:

Дариана Павли, Председателя Комитета Суда,

Дмитрия Дедова,

Пеэтера Роосма, судей,

а также при участии Лив Тигерштедт, исполняющей обязанности заместителя Секретаря Секции Суда,

рассмотрев дело в закрытом заседании 18 февраля 2021 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:

1. Дело было инициировано на основании жалоб, поданных в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) в различные даты, указанные в таблице в Приложении.

2. Данные жалобы были коммуницированы властям Российской Федерации.

3. Список заявителей и соответствующие фактические обстоятельства, имеющие отношение к жалобам, указаны в прилагаемой таблице.

4. Заявители жаловались на чрезмерную длительность содержания под стражей. Кроме того, некоторые заявители подали дополнительные жалобы на нарушение различных положений Конвенции.

5. Принимая во внимание схожий характер существа указанных жалоб, Европейский Суд считает целесообразным рассмотреть их в рамках одного производства.

II. Ходатайство властей о прекращении производства по жалобам № 4715/19 и 13050/19 в соответствии с пунктом 1 статьи 37 Конвенции

6. Власти Российской Федерации представили односторонние декларации в отношении жалоб № 4715/19 и 13050/19, в которых не содержалось достаточно оснований для вывода о том, что соблюдение прав человека по смыслу положений Конвенции не требует от Европейского Суда продолжения рассмотрения дела (см. пункт 1 статьи 37 Конвенции in fine). Суд отклоняет ходатайство властей о прекращении производства по данным жалобам и, соответственно, продолжит рассмотрение дел по существу (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Тахсин Аджар против Турции» (предварительные возражения) (Tahsin Acar v. Turkey) (preliminary objections), жалоба № 26307/95, § 75, ECHR 2003-VI).

III. Предполагаемое нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции

7. Заявители жаловались главным образом на то, что их содержание под стражей было необоснованно длительным. Они ссылались на пункт 3 статьи 5 Конвенции, который предусматривает следующее:

«3. Каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с подпунктом „c“ пункта 1 настоящей статьи... имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд».

8. Европейский Суд отмечает, что общие принципы, касающиеся права на обращение в суд в разумные сроки или на освобождение до суда, гарантированные пунктом 3 статьи 5 Конвенции, были изложены в ряде его предыдущих решений (см., среди многих других прецедентных постановлений, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Кудла против Польши» ( Kud³a v. Poland), жалоба № 30210/96, § 110, ECHR 2000-XI; и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Маккей против Соединенного Королевства» (McKay v. United Kingdom), жалоба № 543/03, § 41 — 44, ECHR 2006-X, с дальнейшими ссылками).

9. В ведущем Постановлении Европейского Суда по делу «Дирдизов против Российской Федерации» (Dirdizov v. Russia) от 27 ноября 2012 г., жалоба № 41461/10 <3>, уже было установлено нарушение в отношении вопросов, аналогичных рассматриваемым в настоящем деле.

<3> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2013. № 9 (примеч. редактора).

10. Рассмотрев все представленные ему материалы, Европейский Суд не усматривает каких-либо обстоятельств или доводов, которые позволили бы ему прийти к иному выводу относительно приемлемости и существа данных жалоб. Принимая во внимание свою прецедентную практику по рассматриваемому вопросу, Суд полагает, что длительность предварительного заключения заявителей, являющаяся предметом рассмотрения в настоящем деле, была чрезмерной.

11. Соответственно, данные жалобы являются приемлемыми для рассмотрения по существу и свидетельствуют о нарушении пункта 3 статьи 5 Конвенции.

IV. Другие предполагаемые нарушения в соответствии с прочно сложившейся прецедентной практикой Европейского Суда

12. В жалобах № 25742/17, 4715/19 и 13050/19 заявители подали другие претензии, в которых также поднимались вопросы в рамках Конвенции, с учетом соответствующей прочно сложившейся прецедентной практики Европейского Суда (см. прилагаемую таблицу). Данные жалобы не являются явно необоснованными по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции и не являются неприемлемыми для рассмотрения по существу по каким-либо иным основаниям. Следовательно, они должны быть объявлены приемлемыми для рассмотрения по существу. Изучив все материалы, находящиеся в его распоряжении, Суд приходит к выводу, что в свете его устоявшейся прецедентной практики они также указывают на наличие нарушений (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Свинаренко и Сляднев против Российской Федерации» (Svinarenko and Slyadnev v. Russia), жалобы № 32541/08 и 43441/08 <4>, ECHR 2014 (извлечения), касающееся использования металлических клеток во время судебных заседаний; Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Идалов против Российской Федерации» (Idalov v. Russia) от 22 мая 2012 г., жалоба № 5826/03 <5> в связи с отсутствием оперативного рассмотрения вопросов содержания под стражей; и Постановление Европейского Суда по делу «Коршунов против Российской Федерации» (Korshunov v. Russia) от 25 октября 2007 г., жалоба № 38971/06 <6> в связи с отсутствием возможности получения компенсации за нарушение права на судебное разбирательство в разумный срок или на освобождение до суда.

<4> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. 2014. № 11 (примеч. редактора).

<5> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2013. № 5 (примеч. редактора).

<6> См.: там же. 2008. № 4 (примеч. редактора).

V. Остальные жалобы

13. В жалобе № 7318/18 заявитель жаловался на условия его содержания под стражей в соответствии со статьей 3 Конвенции.

14. Европейский Суд отмечает, что 17 марта 2020 г. он принял Решение по делу «Шмелев и другие против Российской Федерации» (Shmelev and Others v. Russia), жалоба № 41743/17 и 16 других жалоб <7>, установив, что новое компенсационное средство правовой защиты, предусмотренное российским Законом о компенсации <8>, является эффективным средством правовой защиты, в частности, во всех случаях содержания под стражей в прошлом и некоторых случаях содержания в исправительных учреждениях, предположительно нарушающих положения законодательства Российской Федерации. Таким образом, Суд отклоняет жалобы заявителя в этой связи ввиду неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты. Соответственно, эта часть жалобы № 7318/18 должна быть признана неприемлемой для рассмотрения по существу на основании пунктов 1 и 4 статьи 35 Конвенции.

<7> См.: там же. 2020. № 5 (примеч. редактора).

<8> Так в тексте (примеч. переводчика).

VI. Применение статьи 41 Конвенции

15. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения. Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

16. Принимая во внимание имеющиеся у него документы и свою прецедентную практику (см., в частности, Постановление Европейского Суда по делу «Пастухов и Елагин против Российской Федерации» (Pastukhov and Yelagin v. Russia) от 19 декабря 2013 г., жалоба № 55299/07 <9>), Европейский Суд считает целесообразным присудить заявителям денежные суммы, указанные в прилагаемой таблице.

<9> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2014. № 12 (примеч. редактора).

17. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процентных пункта.

1. решил объединить рассмотрение жалоб в одно производство;

2. отклонил в соответствии с пунктом 1 статьи 37 Конвенции ходатайство властей Российской Федерации на основании представленной ими односторонней декларации о прекращении производства по жалобам № 4715/19 и 13050/19;

3. объявил жалобы на чрезмерную продолжительность содержания под стражей и другие жалобы в соответствии с устоявшейся прецедентной практикой Суда, изложенные в прилагаемой таблице, приемлемыми, а остальную часть жалобы № 7318/18 — неприемлемой для рассмотрения по существу;

4. постановил, что по данным жалобам имело место нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции в связи с чрезмерной продолжительностью содержания под стражей;

5. постановил, что имело место нарушение Конвенции в отношении других жалоб, поданных в соответствии с устоявшейся прецедентной практикой Суда (см. прилагаемую таблицу);

6. постановил:

(a) что власти государства-ответчика в течение трех месяцев должны выплатить заявителям суммы, указанные в таблице в Приложении, переведенные в валюту государства-ответчика по курсу, установленному на день выплаты;

(b) что по истечении указанного трехмесячного срока и до произведения окончательной выплаты на данные суммы начисляется простой процент в размере предельной годовой кредитной ставки Европейского центрального банка, существующей на период невыплаты, плюс три процентных пункта.

Составлено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 11 марта 2021 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Европейского Суда.

<10> Плюс любые налоги, которые могут быть взысканы с заявителей.

<*> This judgment is final but it may be subject to editorial revision.

In the case of Ikramov and Others v. Russia,

The European Court of Human Rights (Third Section), sitting as a Committee composed of:

Darian Pavli, President,

Dmitry Dedov,

Peeter Roosma, judges,

and Liv Tigerstedt, Acting Deputy Section Registrar,

Having deliberated in private on 18 February 2021,

Delivers the following judgment, which was adopted on that date:

1. The case originated in applications against Russia lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») on the various dates indicated in the appended table.

2. The Russian Government («the Government») were given notice of the applications.

3. The list of applicants and the relevant details of the applications are set out in the appended table.

4. The applicants complained of the excessive length of their pre-trial detention. Some applicants also raised other complaints under the provisions of the Convention.

5. Having regard to the similar subject matter of the applications, the Court finds it appropriate to examine them jointly in a single judgment.

II. The Government's request to strike out applications Nos. 4715/19 and 13050/19 under Article 37 § 1 of the Convention

6. The Government submitted unilateral declarations in respect of applications nos. 4715/19 and 13050/19 which did not offer a sufficient basis for finding that respect for human rights as defined in the Convention does not require the Court to continue its examination of the cases (Article 37 § 1 in fine). The Court rejects the Government's request to strike the applications out and will accordingly pursue its examination of the merits of the case (see Tahsin Acar v. Turkey (preliminary objections) [GC], no. 26307/95, § 75, ECHR 2003-VI).

III. Alleged violation of Article 5 § 3 of the Convention

7. The applicants complained principally that their pre-trial detention had been unreasonably long. They relied on Article 5 § 3 of the Convention, which reads as follows:

Article 5 § 3

«3. Everyone arrested or detained in accordance with the provisions of paragraph 1 (c) of this Article shall be... entitled to trial within a reasonable time or to release pending trial. Release may be conditioned by guarantees to appear for trial.»

8. The Court observes that the general principles regarding the right to trial within a reasonable time or to release pending trial, as guaranteed by Article 5 § 3 of the Convention, have been stated in a number of its previous judgments (see, among many other authorities, Kud³a v. Poland [GC], no. 30210/96, § 110, ECHR 2000-XI, and McKay v. the United Kingdom [GC], no. 543/03, §§ 41 — 44, ECHR 2006-X, with further references).

9. In the leading case of Dirdizov v. Russia, no. 41461/10, 27 November 2012, the Court has already found a violation in respect of the issues similar to those in the present case.

10. Having examined all the material submitted to it, the Court has not found any fact or argument capable of persuading it to reach a different conclusion on the admissibility and merits of these complaints. Having regard to its case-law on the subject, the Court considers that in the instant case the length of the applicants' pre-trial detention was excessive.

11. These complaints are therefore admissible and disclose a breach of Article 5 § 3 of the Convention.

IV. Other alleged violations under well-established case-law

12. In applications nos. 25742/17, 4715/19 and 13050/19, the applicants submitted other complaints which also raised issues under the Convention, given the relevant well-established case-law of the Court (see the appended table). These complaints are not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 (a) of the Convention, nor are they inadmissible on any other ground. Accordingly, they must be declared admissible. Having examined all the material before it, the Court concludes that they also disclose violations of the Convention in the light of its well-established case-law (see Svinarenko and Slyadnev v. Russia [GC], nos. 32541/08 and 43441/08, ECHR 2014 (extracts), concerning the use of metal cages in court hearing rooms; Idalov v. Russia [GC], no. 5826/03, 22 May 2012, concerning lack of a speedy review of detention matters; and Korshunov v. Russia, no. 38971/06, 25 October 2007, as regards the lack of an enforceable right to compensation for a violation of the right to trial within a reasonable time or to release pending trial).

V. Remaining complaints

13. In application no. 7318/18 the applicant complained about conditions of his detention under Article 3 of the Convention.

14. The Court notes that on 17 March 2020 it adopted a decision in the case of Shmelev and Others v. Russia (applications nos. 41743/17 and 16 others), finding that the new compensatory remedy envisaged by the Russian Compensation Act was effective, in particular, for all cases of past pre-trial detention and some situations of correctional detention allegedly in breach of domestic provisions. The Court therefore rejects the applicant's complaints in this regard for failure to exhaust domestic remedies. This part of application no. 7318/18 should thus be declared inadmissible pursuant to Article 35 §§ 1 and 4 of the Convention.

VI. Application of Article 41 of the Convention

15. Article 41 of the Convention provides:

«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»

16. Regard being had to the documents in its possession and to its case-law (see, in particular, Pastukhov and Yelagin v. Russia, no. 55299/07, 19 December 2013), the Court considers it reasonable to award the sums indicated in the appended table.

17. The Court considers it appropriate that the default interest rate should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.

1. Decides to join the applications;

2. Rejects the Government's request to strike applications nos. 4715/19 and 13050/19 out of its list of cases under Article 37 of the Convention on the basis of the unilateral declarations which they submitted;

3. Declares the complaints concerning the excessive length of pre-trial detention and the other complaints under well-established case-law of the Court, as set out in the appended table, admissible, and the remainder of the application no. 7318/18 inadmissible;

4. Holds that these complaints disclose a breach of Article 5 § 3 of the Convention concerning the excessive length of pre-trial detention;

5. Holds that there has been a violation of the Convention as regards the other complaints raised under the well-established case-law of the Court (see the appended table);

6. Holds

(a) that the respondent State is to pay the applicants, within three months, the amounts indicated in the appended table, to be converted into the currency of the respondent State at the rate applicable at the date of settlement;

(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points.

Done in English, and notified in writing on 11 March 2021, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.

<*> Plus any tax that may be chargeable to the applicants.