«Руководящие принципы Комитета министров, касающиеся механизмов урегулирования споров в режиме онлайн в гражданском и административном судопроизводстве — Пояснительная записка» (CM(2021)36-add5 final)

(Вместе с «Памяткой по вопросам кибербезопасности...»)

(Утверждены 16.06.2021 на 1407-м заседании Комитета Министров Совета Европы на уровне представителей)

(16 июня 2021 года)

---

<*> Перевод с английского ООО «Развитие правовых систем».

<**> Документ подготовлен Европейским комитетом по правовому сотрудничеству (CDCJ) и утвержден 16 июня 2021 г. на 1407-м заседании Комитета Министров Совета Европы на уровне представителей.

ОБЩИЕ ЗАМЕЧАНИЯ

Почему нужен новый документ?

1. Техники и механизмы урегулирования споров в режиме онлайн (далее — УСО) играют все более важную роль в урегулировании споров в государствах-членах Совета Европы. УСО может улучшить доступ к правосудию путем содействия более быстрому и менее затратному доступу к судам, тем самым делая процесс урегулирования споров более эффективным и оптимальным.

2. Однако широкое использование УСО также может ограничить доступ к правосудию в результате создания технологических барьеров для тех, кто лишен возможности пользоваться технологиями. Кроме того, необходимо обратить внимание на проблемы аутентификации и идентификации сторон, цифрового разрыва, кибербезопасности и защиты персональных данных.

3. Для обеспечения справедливого урегулирования споров необходимо разработать надлежащие и адекватные руководящие принципы о защите прав человека при использовании УСО. В государствах — членах Совета Европы данное требование также следует из гарантий, закрепленных в Конвенции о защите прав человека и основных свобод (СЕД № 5, далее — Европейская Конвенция о правах человека), особенно из судебных гарантий, закрепленных в статьях 6 и 13 Конвенции. На настоящий момент существует мало таких стандартов на международном, европейском и внутригосударственном уровне. Настоящие Руководящие принципы призваны рекомендовать стандарты формирования законодательства и практики, а также восполнения существующих пробелов.

4. Настоящие Руководящие принципы предлагают ряд базовых мер, которые должны приниматься органами исполнительной, законодательной и судебной власти государств-членов, а также разработчиками, изготовителями и поставщиками УСО с целью обеспечения того, что УСО не подрывает человеческое достоинство, права человека и основные свободы.

5. Целью настоящих Руководящих принципов является не установление обязательных юридических стандартов, а, скорее, предоставление государствам-членам практического инструмента для обеспечения соответствия техник и механизмов УСО требованиям статей 6 и 13 Европейской Конвенции о правах человека и принципам, разработанным в прецедентной практике Европейского Суда по правам человека, касающейся данных статей. Руководящие принципы не накладывают на государства-члены каких-либо обязательств по введению УСО в их соответствующее законодательство или по расширению использования УСО.

Рабочий метод и процесс подготовки проекта

6. Вопрос, касающийся УСО, относится к компетенции Европейского комитета по правовому сотрудничеству (далее — ЕКПС), который представляет собой межправительственный орган Совета Европы, осуществляющий деятельность по установлению стандартов в области гражданского и административного права.

7. В 2016 году было проведено исследование относительно возможности проведения ЕКПС работы по вопросам механизмов УСО со ссылкой на статьи 6 и 13 Европейской Конвенции о правах человека.

8. В продолжение этого в 2017 году ЕКПС принял решение начать в качестве первого этапа такой работы подготовку технического исследования. Данное техническое исследование было завершено и представлено ЕКПС на его 93-м пленарном заседании (14 — 16 ноября 2018 г.).

9. Данная работа была продолжена подготовкой настоящих Руководящих принципов, нацеленных на обеспечение соответствия механизмов УСО статьям 6 и 13 Европейской Конвенции о правах человека. Руководящие принципы были основаны на предложениях, полученных от членов ЕКПС, и были подготовлены в ходе заседаний 2019 — 2020 годов. Группа по подготовке проекта принимала во внимание опыт функционирования механизмов УСО, существующих в государствах-членах.

Примеры отдельных государств

• В Литве представление документов и оплата судебных пошлин онлайн, а также онлайн доступ к материалам дел возможны во всех гражданских и административных делах через централизованную систему электронного правосудия LITEKO; суды обычно принимают официальные документы в цифровой форме (приказы, решения, постановления, определения, уведомления, повестки и так далее), которые проходят аутентификацию с помощью защищенных электронных подписей и имеют ту же юридическую силу, что и аналогичные документы, составленные на бумажных носителях; в 2019 году около 74% материалов гражданских и административных дел были цифровыми, другие были смешанными (цифровые и бумажные); аукционы по продаже имущества в рамках исполнительного производства проводятся только в электронной форме; в гражданском и административном производстве может использоваться видео-конференц-связь, поскольку почти в каждом суде есть не менее одного набора соответствующего оборудования или есть возможность использования мобильной видео-конференц-связи, и каждый зал судебного заседания оснащен оборудованием для цифровой аудиозаписи. В ответ на пандемию Covid-19 всем судьям Литвы была предоставлена возможность работать из дома через удаленный доступ к системе правосудия LITEKO. Были предприняты шаги для начала более активного использования видео-конференц-связи и телеконференцсвязи с помощью распространенных частных инструментов (таких как видео-конференц-связь) для перевода устных судебных заседаний в виртуальные цифровые заседания. Для обеспечения безопасности и стабильности системы электронного правосудия были приняты дополнительные меры кибербезопасности.
• Во Франции существует возможность инициировать производство по административным и коммерческим делам онлайн на специально предназначенных для этого порталах, а также представлять суду документы в электронной форме. В гражданском производстве также возможно использование видео-конференц-связи.
• В Греции все процессуальные акты (то есть исковые заявления, жалобы и так далее) и подтверждающие документы (письменные заявления с прикрепленными файлами в качестве доказательств) могут быть представлены в электронной форме юристами с использованием защищенной электронной подписи. Также в ходе основного производства допускается использование видео-конференц-связи.
• В Ирландии существует судебная онлайн платформа для некоторых небольших исков. Кроме того, доступны также следующие возможности: онлайн-система электронного лицензирования для обработки заявлений о выдаче лицензий, в том числе на реализацию алкогольной продукции, проведение игр и лотерей и так далее; система урегулирования вопросов о судебных расходах, которая позволяет заявлять требования онлайн; онлайн-система судебных штрафов, которая делает возможной электронную оплату штрафов, назначенных районными судами; а позволяет обращаться в данный суд с жалобой онлайн. Также были приняты дополнительные меры для предоставления возможности проведения удаленных судебных заседаний по гражданским делам, представления судам документов в электронной форме до начала производства (eFiling), удаленного представления «заявлений о достоверности сведений» (Statements of Truth) как альтернативы показаниям под присягой и удаленного проведения судебных заседаний или рассмотрения жалоб для соответствующих органов.
• В Польше процедура получения судебных приказов о выплате денежных средств является полностью электронной. Заявление подается через индивидуальный аккаунт, созданный на специальной платформе. Все акты и документы доступны онлайн.
• В Португалии производство о выселении, целью которого является исполнение решений о прекращении договоров аренды, может быть инициировано на онлайн-платформе ( Balcão Nacional de Arrendamento). В судах используется электронная платформа Citius. Представители сторон могут пользоваться ею для представления документов и извещений процессуального характера. В административных и налоговых органах используется онлайн-система SITAF, через которую представители сторон также могут представлять документы процессуального характера, получать извещения и удаленно знакомиться с материалами дел. Обе системы (Citius and SITAF) также используются в работе судов низшей инстанции и прокуроров. У сторон производства есть онлайн-доступ к документам, которые касаются их дел. Справки, касающиеся судопроизводства, также могут быть получены онлайн. Во всех судах государства есть не менее одного зала для видео-конференц-связи, и во всех залах судебных заседаний установлены системы аудиозаписи.
• В Бельгии создан Центральный реестр платежеспособности (RegSol), цифровая платформа, позволяющая кредиторам, сотрудникам государственных органов, получившим соответствующее разрешение, и заинтересованным сторонам инициировать производство по делу о банкротстве, следить за ходом такого производства в коммерческом суде и получать доступ к его материалам.
• В Соединенном Королевстве действуют: 1) онлайн-платформа MONEYCLAIMS и 2) платформа УСО для рассмотрения дел, инициированных авиапассажирами.
• В Венгрии искусственный интеллект используется для анонимной онлайн-базы судебных решений (с функцией поиска данных).

В Турции используется Национальная судебная информационная система «UYAP», которая позволяет судам и физическим лицам осуществлять процессуальные действия онлайн.

10. В настоящих Руководящих принципах в полной мере учитываются принятые Комитетом Министров в 2019 году Руководящие принципы, касающиеся электронных доказательств в гражданском и административном производстве (далее — Руководящие принципы, касающиеся электронных доказательств).

Структура и содержание

11. В настоящих Руководящих принципах в основном соблюдена структура принципов, разработанных в прецедентной практике Европейского Суда по правам человека, касающейся статьи 6 Европейской Конвенции о правах человека, и удобно собранных в составленном Европейским Судом документе под названием «Руководство по статье 6 Европейской Конвенции о правах человека — право на справедливое судебное разбирательство (гражданско-правовой аспект)».

12. Несмотря на то, что в настоящих Руководящих принципах часто используется сослагательное наклонение, когда речь идет о принципах, вытекающих из Европейской Конвенции о правах человека и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека, это не должно толковаться как преуменьшение юридической силы Европейской Конвенции о правах человека.

ПРЕАМБУЛА

13. Настоящие Руководящие принципы применяются к механизмам УСО, использующимся в судебном производстве по гражданским (в том числе коммерческим) и административным спорам, независимо от того, являются ли они обязательными или добровольными (см. определение «суда» ниже в § 18). В полной мере признается разнообразие правовых систем государств-членов, и Руководящие принципы призваны носить достаточно общий характер для того, чтобы подходить ко всем различным правовым системам. В частности, Руководящие принципы не содержат каких-либо рекомендаций для государств-членов относительно того, следует ли пользоваться техниками и механизмами УСО в рамках их правовых систем. С другой стороны, Руководящие принципы не являются просто декларацией принципов, но призваны служить практическим советом и руководством.

ЦЕЛЬ И СФЕРА ДЕЙСТВИЯ

14. Настоящие Руководящие принципы касаются, в частности, ключевых принципов справедливого судебного разбирательства и эффективного средства правовой защиты в их толковании Европейским Судом по правам человека в его прецедентной практике, например, принципа равенства сторон.

15. Руководящие принципы призваны помочь государствам-членам обеспечить соответствие техник и механизмов УСО статьям 6 и 13 Европейской Конвенции о правах человека, не ограничивая при этом преимущества, которые может иметь УСО, в частности, в том, что касается сокращения судебных расходов. В этом контексте необходимо напомнить, что положения Европейской конвенции о правах человека должны толковаться в свете условий сегодняшнего дня с учетом преобладающих экономических и социальных условий (см. Постановление Европейского Суда по делу «Маркс против Бельгии» (Marckx v. Belgium) от 13 июня 1979 г., жалоба № 6833/74, § 41, и Постановление Европейского Суда по делу «Тайрер против Соединенного Королевства» (Tyrer v. United Kingdom) от 25 апреля 1978 г., жалоба № 5856/72, § 31).

Ключевые положения Европейской конвенции о правах человека

Прецедентная практика Европейского Суда, касающаяся пункта 1 статьи 6 Конвенции, предусматривает следующее: «Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Судебное решение объявляется публично, однако пресса и публика могут не допускаться на судебные заседания в течение всего процесса или его части по соображениям морали, общественного порядка или национальной безопасности в демократическом обществе, а также когда того требуют интересы несовершеннолетних или для защиты частной жизни сторон, или — в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо — при особых обстоятельствах, когда гласность нарушала бы интересы правосудия».

Прецедентная практика Европейского Суда, касающаяся статьи 13 Конвенции, предусматривает следующее: «Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве».

Руководящие принципы касаются:

• справедливого процесса;
• прозрачности использования УСО и требований, предъявляемых к судебным заседаниям;
• особых вопросов, связанных с информационно-технологическим характером механизмов УСО;
• других вопросов (не вытекающих из прецедентной практики Европейского Суда по правам человека).

16. Широко распространена путаница относительно использования термина «УСО». Часто под ним понимают электронный вариант альтернативного урегулирования споров (далее — АУС), которое обычно осуществляется за рамками суда. Одним из примеров является Платформа Европейского союза по урегулированию споров в режиме онлайн. Однако настоящие Руководящие принципы касаются использования новых технологий в рамках существующих судебных производств. Этим обусловлен и предмет настоящих Руководящих принципов: они касаются того, каким образом применяющиеся в ходе судопроизводств гарантии, предусмотренные в статьях 6 и 13 Европейской Конвенции о правах человека, могут быть обеспечены при использовании электронных механизмов урегулирования споров, другими словами, каким юридическим и техническим условиям данные механизмы должны соответствовать, чтобы отвечать требованиям статей 6 и 13 Европейской Конвенции о правах человека. Урегулирование споров за пределами суда и не связанное с судом, то есть АУС, не входит в сферу действия статей 6 и 13 Конвенции и потому намеренно исключено из сферы действия настоящих Руководящих принципов. Однако государства-члены могут принять решение распространить действие настоящих Руководящих принципов на АУС, такое как арбитраж или медиация, в соответствующей мере и при наличии необходимости. Принимая такое решение, государства-члены должны понимать, что настоящие Руководящие принципы адаптированы к существующему судебному производству и нацелены на него. Это означает, что не все конкретные руководящие принципы могут непосредственно применяться и что государствам-членам, возможно, необходимо будет далее их адаптировать к применению mutatis mutandis в рамках механизмов АУС.

17. Настоящие Руководящие принципы не применяются к внутреннему управлению электронными делами в судах, в том числе, например, к механизмам распределения дел между судьями.

ОПРЕДЕЛЕНИЯ

Суд

18. Использовано широкое определение «суда» с целью охватить все органы власти, наделенные полномочиями по урегулированию юридических споров с использованием УСО в рамках гражданского и административного производства. Сделана прямая ссылка на понятие «суд» по смыслу статьи 6 Европейской Конвенции о правах человека, чтобы сфера действия настоящих Руководящих принципов соответствовала сфере действия статьи 6 Конвенции. В своих постановлениях Европейский Суд по правам человека установил критерии для признания того или иного органа власти судом по смыслу статьи 6 Европейской Конвенции о правах человека, и данные критерии в полной мере отражены в настоящих Руководящих принципах. Руководящие принципы касаются производств в органах, наделенных правом принятия решений, и только тех производств, которые являются судебными по своему характеру. Данное разграничение важно, поскольку другие полномочия таких органов могут не носить судебного характера. Настоящие Руководящие принципы не применяются к бесспорным и односторонним производствам, в которых отсутствует спор относительно прав (см. Решение Европейского Суда по делу «Алавердян против Армении» (Alaverdyan v. Armenia) от 24 августа 2010 г., жалоба № 4523/04, § 35; Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Кипр против Турции» (Cyprus v. Turkey) от 10 мая 2001 г., жалоба № 25781/94).

Урегулирование споров в режиме онлайн

19. Термин «урегулирование споров в режиме онлайн (УСО)» впервые появился в конце 1990-х годов и на протяжении двух десятилетий развивался вместе с распространением Интернета и, в частности, покупок и других сделок онлайн. Изначально понятие ассоциировалось только с механизмами АУС, предполагавшими использование электронной коммуникации, которое особенно удобно в делах, в которых стороны находятся далеко друг от друга. Термин «УСО» до сих пор широко используется как синоним электронного АУС. Например, в Регламенте № 524/2013 Европейского парламента и Совета от 21 мая 2013 г. сфера действия данного документа ограничена «внесудебным урегулированием споров, касающихся договорных обязательств, вытекающих из заключенных онлайн договоров купли-продажи или оказания услуг между потребителем — резидентом Союза и продавцом — резидентом Союза». Однако стоит отметить, что с годами значение термина «УСО» было расширено также на техники и механизмы, которые дополняют, ускоряют и упрощают многие функции традиционных судов.

20. Иногда может быть сложно провести различие между понятием «УСО» и другими близкими, но отличными понятиями, такими как понятие «киберправосудие». Последнее означает общее инкорпорирование технологий в систему правосудия. Согласно «Руководящим принципам, касающимся направления изменений в сторону киберправосудия» (ЕКЭП/CEPEJ, декабрь 2016 года) киберправосудие «широко понимается как охватывающее все ситуации, в которых применение ИКТ является, по крайней мере, частью процесса урегулирования спора либо в судах, либо за рамками судов». Следовательно, понятие киберправосудия шире, чем понятие УСО, и включает в себя как механизмы УСО, так и другие.

21. Для целей настоящих Руководящих принципов термин «УСО» охватывает технологии, которые используются для урегулирования спора, осуществляемого удаленно путем использования компьютеров, в том числе мобильных устройств, и Интернета. УСО само по себе не является формой урегулирования споров, но, скорее, отсылает к информационной технологии (ИТ), используемой в рамках существующих судебных производств. УСО предоставляет новые способы доступа к существующим типам судебных производств. Это не новый вид разбирательства и не альтернатива любому подобному судебному разбирательству. УСО предоставляет новые способы доступа к существующим видам судебных разбирательств. Данное понятие вытекает из продолжающейся трансформации внутригосударственных судебных систем, которые принимают более цифровую форму с удаленным доступом для сторон. Механизмы УСО созданы для упрощения электронных коммуникаций и разрешения дела без необходимости физического представления документов или физического присутствия в судебных заседаниях. Исходя из этого в подготовленных ЮНСИТРАЛ (Комиссией ООН по праву международной торговли) Технических комментариях по урегулированию споров в режиме онлайн (г. Нью-Йорк, 2017 год) УСО определяется как «механизм урегулирования споров посредством использования электронных сообщений и других информационно-коммуникационных технологий».

22. Настоящие Руководящие принципы охватывают такие техники УСО, как:

i) системы/платформы для подачи документов онлайн, напрямую доступные для сторон и/или их представителей для целей представления документов (таких как исковые заявления, встречные исковые заявления, отзывы на исковые заявления и так далее);

ii) онлайн-системы для хранения, обработки и оценки электронных доказательств;

iii) искусственный интеллект, техники анализа и автоматизации большого объема данных, в той мере, в какой они затрагивают судопроизводства;

iv) платформы для проведения судебных заседаний онлайн, например, с помощью аудиосвязи и видео-конференц-связи, в том числе для получения устных показаний свидетелей и экспертов.

Искусственный интеллект (ИИ)

23. Искусственный интеллект (далее — ИИ) охватывает широкую и быстро развивающуюся сферу информационно-коммуникационных технологий (далее — ИКТ), которая делает возможным автоматизированное мышление. ИИ создает потенциал для принятия автоматизированных решений, рекомендаций и прогнозов и тем самым делает производство по гражданским и административным делам более эффективным, доступным и недорогим.

24. Однако важно понимать, что УСО не сводится к ИИ. Не все механизмы УСО включают в себя компоненты ИИ. УСО является более широким понятием, охватывающим все виды механизмов урегулирования споров в режиме онлайн, в том числе инструменты автоматизации, которые не обязательно включают в себя элементы ИИ. Различие между УСО и ИИ проводится во всех Руководящих принципах. Хотя требования соблюдения гарантий, вытекающих из статей 6 и 13 Европейской Конвенции о правах человека, применимы ко всем механизмам УСО независимо от того, включают ли они в себя элементы ИИ или нет, некоторые вопросы в этом контексте имеют еще большее значение по отношению к механизмам ИИ. Особенно важное значение имеют вопросы, касающиеся автоматизированного принятия решений без участия человека и возможности пересмотра таких решений.

25. Система ИИ — это информационная система, функционирующая в форме программного обеспечения или интегрированная в то или иное оборудование, решающая сложные задачи и функционирующая как в физическом, так и в цифровом измерении. Такая система функционирует путем получения представлений об окружающей действительности путем сбора и интерпретации собранных, структурированных и неструктурированных данных, формулирования выводов на основе доступных знаний, обработки информации, полученной на основе таких данных, с целью принятия решений относительно того, какие действия наиболее необходимы для достижения поставленной цели.

26. Для целей настоящих Руководящих принципов использовано определение ИИ, закрепленное в Европейской этической хартии об использовании искусственного интеллекта в судебных системах и окружающих их реалиях, принятой Европейской Комиссией по эффективности правосудия (ЕКЭП/CEPEJ) 3 — 4 декабря 2018 г. В Хартии закреплены пять принципов, которые направляют развитие инструментов ИИ во всех европейских судебных системах. Данные пять принципов отражены в Руководящих принципах, посвященных ИИ. Настоящие Руководящие принципы также принимают во внимание определение ИИ, предложенное Европейской Комиссией в его сообщении по вопросам ИИ и в дальнейшем уточненное независимой группой экспертов высокого уровня по искусственному интеллекту, созданной Европейской Комиссией. Руководящие принципы также следуют определению системы ИИ, которое содержится в Рекомендации Совета Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР/OECD) по искусственному интеллекту, принятой в 2019 году.

Информационно-коммуникационные технологии (ИКТ)

27. Термин «ИКТ» означает «Информационно-коммуникационные технологии», то есть технологии, которые предоставляют доступ к информации через телекоммуникации. Последние включают в себя Интернет, беспроводные сети, мобильные телефоны и другие предназначенные для коммуникации устройства. Например, пользователи УСО могут общаться в режиме реального времени с помощью таких технологий, как система мгновенного обмена сообщениями, VoIP <*> и видео-конференц-связь.

---

<*> Технология VOIP (Voice over IP) используется для передачи голоса по интернет-сетям.

ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ

Принцип 1

28. Создание доверия по отношению к УСО крайне важно для надлежащего использования ИКТ в судах. В настоящее время распространены ситуации, когда у людей, даже судей, есть сомнения по поводу использования механизмов УСО, в частности, когда речь идет об использовании компонентов ИИ. Основная сложность заключается в том, как государства-члены могут построить и укрепить доверие по отношению к УСО. Это может быть сделано только путем единообразного применения ключевых принципов справедливого судебного разбирательства и эффективного средства правовой защиты в их толковании Европейским Судом по правам человека в его прецедентной практике, в контексте существующих судебных производств. Данные основные принципы необходимо далее разъяснять и переносить в плоскость ИКТ. Конкретные трудности, связанные с применением данных принципов в контексте УСО, требуют анализа и принятия соответствующих мер.

29. Настоящие Руководящие принципы могут использоваться государствами-членами для создания прочной юридической и этической базы для использования УСО. Отправной точкой разработки механизмов УСО должен стать правозащитный подход, чтобы сделать правосудие оптимально эффективным. Государства-члены также могут строить и укреплять доверие по отношению к УСО путем разъяснения общественности того, что использование УСО предназначено не для того, чтобы полностью заменить существующие судебные производства, а, скорее, для того, чтобы дополнить их и создать дополнительные возможности для доступа к правосудию. УСО должно рассматриваться как вспомогательное дополнение к судебному принятию решений, позволяющее облегчить работу судей, а не как нечто обязательное. УСО должно быть адаптировано к потребностям судей и других пользователей и никоим образом не должно нарушать гарантии и процессуальные права, такие как право на справедливое рассмотрение дела судом. УСО должно улучшать процесс отправления правосудия, упрощать доступ пользователей к судам и укреплять гарантии, закрепленные в статье 6 Европейской Конвенции о правах человека: доступ к правосудию, беспристрастность, независимость суда, справедливость и разумный срок производства.

Прецедентная практика Суда Европейского союза

Упомянутая выше судебная защита, вытекающая из статей 6 и 13 Европейской Конвенции о правах человека, обеспечивается до тех пор, пока электронные средства не являются единственными средствами доступа к производству по делу (Постановление Суда ЕС по делам «Росальба Алассини и Филомена Калифано против компании „Винд СпА“, „Лючия Анна Джорджия Яконо против компании „Телеком Италия СпА“ и „Компания „Мультисервис Срл“ против компании „Телеком Италия СпА“ (Rosalba Alassini and Filomena Califano v. Wind SpA, Lucia Anna Giorgia Iacono v. Telecom Italia SpA and Multiservice Srl v. Telecom Italia SpA) от 8 марта 2010 г., рассмотренные в одном производстве дела NN C-317/08 — C-320/08, §§ 58 и 60).»

Принцип 2

30. УСО может способствовать более эффективному доступу к правосудию. Однако главным препятствием для более широкого использования УСО является доступ к технологиям. У некоторых людей нет необходимых навыков или возможностей для использования технологий для того, чтобы их споры разрешались онлайн («цифровой разрыв»). Например, они могут не уметь пользоваться цифровыми приложениями или не иметь доступа к Интернету, компьютеру или иным инструментам или технологиям. У данной группы людей должна быть возможность получать соответствующую помощь. Государства-члены должны развивать УСО таким образом, чтобы адекватно реагировать на цифровой разрыв. Например, может быть сохранена возможность использовать механизмы УСО или отказаться от такого использования. Власти могут создавать специальные службы помощи в зданиях судов или в учреждениях по оказанию юридической помощи. Для общественности могут быть созданы программы помощи. Использование пилотных схем и получение обратной связи от пользователей также способствуют преодолению проблемы цифрового разрыва. Как объясняется в Руководящих принципах, у механизмов УСО должен быть простой и ориентированный на пользователей интерфейс, чтобы позволить как можно большему числу людей пользоваться технологией.

Принцип 3

31. Данный принцип требует, чтобы, когда конкретное использование механизмов УСО не носит какого-либо особого характера, процессуальные вопросы разрешались на основе тех же норм, которые обычно применяются к соответствующим судебным производствам. УСО может и должно подчиняться тем же стандартам надлежащего процесса, которые применяются к судебному производству офлайн, в частности, независимости, нейтральности и беспристрастности. Любые изменения общих процессуальных норм, произведенные в связи с особым характером того или иного механизма УСО, не должны подрывать принципов справедливого судебного разбирательства и эффективного средства правовой защиты.

Принцип 4

32. Важно, чтобы стороны по делу, производство по которому ведется с использованием УСО, были надлежащим образом идентифицированы с целью избежать мошеннического использования личных данных. Несоответствие между цифровыми и физическими личными данными может создавать проблемы идентификации сторон. В первую очередь суды должны принимать меры к тому, чтобы установить личность сторон. Такие безопасные механизмы включают в себя, в частности: i) сертификаты электронных подписей, которые иногда называют «цифровым удостоверением личности» лица; ii) подтверждение личности оператором платежной системы, использованной для оплаты судебной пошлины онлайн; iii) службы обеспечения доверия общественности, предоставляющие технологические механизмы, обеспечивающие надлежащую идентификацию.

РУКОВОДЯЩИЕ ПРИНЦИПЫ

Справедливое судебное разбирательство

Доступ к правосудию

Руководящий принцип 1

33. Правосудие существует для всех. Во многих государствах-членах заявители могут обратиться в суд, не будучи представленными адвокатом; поэтому особенно важно сделать весь процесс легко понятным для пользователей. Для повышения доступности в ходе разработки УСО должна обеспечиваться максимальная простота интерфейса для пользователей. При наличии возможности должна обеспечиваться доступность инструментов УСО 24/24, 7/7 с оперативных систем различных стационарных и мобильных устройств. УСО должно позволять сторонам использовать стандартные формуляры, загружать связанные с производством документы и получать своевременные ответы. Посредством УСО суды могут также осуществлять коммуникацию в режиме реального времени. В той мере, в какой позволяет правовая система государства, технические инструменты, доступные в рамках УСО, могут обеспечить гибкость используемого в ходе производства языка, например, за счет встроенных программ перевода в случаях, когда производство ведется на разных языках ввиду участия сторон из разных стран или культур. Принцип ориентированности на пользователя не должен ограничиваться ориентированностью на стороны по делу и их представителей — инструменты УСО должны также быть ориентированы на судей и других сотрудников судов.

Руководящий принцип 2

34. Сторонам необходим доступ ко всей необходимой информации. Поэтому важно предоставлять пользователям надлежащую помощь, информацию и обратную связь. В ходе разработки УСО пользователям может быть предоставлен быстрый доступ к поддержке (например, справочным материалам). Это касается информации о том, как подать заявление и как отслеживать ход производства по делу. УСО может структурировать сам процесс для сторон. Это также означает, что урегулирование споров путем УСО может осуществляться практически везде, что сделает производство по делу удобным и простым для сторон.

Прецедентная практика Европейского Суда по правам человека

Когда соответствующий закон предоставляет лицу возможность подать жалобу, не будучи представленным адвокатом, суды должны консультировать заявителей относительно того, каким образом исправить формальные недостатки поданных ими жалоб (см. Постановление Европейского Суда по делу «Венде и Кукувка против Польши» (Wende and Kukówka v. Poland) от 10 мая 2007 г., жалоба № 56026/00, § 54).

Великая хартия судей

В пункте 14 о «доступе к правосудию и прозрачности» «Великой хартии судей», принятой Консультативным Советом Европейских Судей (КСЕС/CCJE) в 2010 году, подчеркивается, что «правосудие должно быть прозрачным, и должна публиковаться информация о функционировании судебной системы».

Примеры отдельных государств: Польша

В Польше заявителям предоставлена возможность поиска всей соответствующей информации о необходимых формальных требованиях и технических вопросах на веб-сайте электронного суда (общая информация об электронном суде, информация для заявителей, для ответчиков, примеры правильного и неправильного составления заявлений, часто задаваемые вопросы, правила проведения оплаты онлайн и так далее).

Руководящий принцип 3

35. По сути, каждой из сторон должна быть предоставлена справедливая и равная возможность выражать свою позицию по делу применительно как к вопросам факта, так и к вопросам права, и у каждой стороны должно быть право ответить и опровергнуть доводы противоположной стороны. У обеих сторон должна быть доступная и адекватная возможность ознакомиться с представленными по делу доказательствами и соответствующими материалами. УСО ускоряет рассмотрение дела, но также может приводить к перегруженности информацией (которая замедляет обработку информации). Из-за этого при том, что споры должны разрешаться в разумный срок, каждой из сторон должен предоставляться разумный период времени для направления ответа.

Прецедентная практика Европейского Суда по правам человека

Принцип равенства сторон предполагает, что каждой из сторон должна быть предоставлена разумная возможность представить дело — в том числе доказательства — в условиях, которые не ставят ее в заведомо невыгодное положение по отношению к другой стороне (см. Постановление Европейского Суда по делу «Летинчич против Хорватии» ( Letinèiæ v. Croatia) от 3 мая 2016 г., жалоба № 7183/11, § 48).

Руководящий принцип 4

36. Разработка УСО должна руководствоваться международно-признанными техническими стандартами, такими как принцип «разработка для всех» (Design for All) в контексте ИКТ. Это предполагает ориентированный на пользователя подход и то, что использованию УСО не должно препятствовать ни существование барьеров, обусловленных их технической разработкой и их функциями, ни неизбежная стоимость такого использования. Следование данным стандартам сделает контент доступным для широкого круга людей, таких как лица с ограниченными возможностями, и сделает УСО более доступным для пользователей в целом. В частности, имплементация УСО не может быть ограничена только текстовой коммуникацией — она должна допускать и делать возможной визуальную и аудиокоммуникацию (видео- и аудиоконференции). Должно поощряться развитие систем УСО, делающих возможными более эффективные типы коммуникации. Это не исключает разработки систем УСО, предоставляющих возможность различных типов коммуникации (текст, аудио, видео или различные ИКТ). УСО должно функционировать надлежащим образом, чтобы обеспечивать конфиденциальность коммуникации, делая возможным контакт, не обремененный какими-либо препятствиями практического или иного характера (см. Постановление Европейского Суда по делу «Марчелло Виола против Италии» (Marcello Viola v. Italy) от 5 октября 2006 г., жалоба № 45106/04, § 63 — 77, и Постановление Европейского Суда по делу «Голубева против Российской Федерации» (Golubeva v. Russia) от 17 декабря 2009 г., жалоба № 1062/03).

Руководящий принцип 5

37. В самой природе УСО заложен потенциал для экономии средств и создания экономической альтернативы традиционным видам производства. Следовательно, разумно ожидать, что стоимость использования УСО для сторон должна быть как минимум нейтральной по отношению к стоимости доступа к системе правосудия с использованием имеющихся на месте ресурсов. Если существуют общие принципы освобождения от судебных расходов и оплаты юридической помощи, они также должны применяться в рамках УСО.

Руководящий принцип 6

38. Стороны должны быть извещены о намерении проведения производства по их делу с использованием инструмента УСО, включающего в себя механизм ИИ. В частности, у сторон есть право получать информацию о причинах обработки данных с помощью ИИ в их деле. Это право распространяется и на информацию о последствиях, вытекающих из данных причин. Данное требование прозрачности также подтверждается во всех существующих рекомендациях, кодексах этики и руководящих принципах, устанавливающих этические стандарты для разработки, имплементации и использования ИИ, принятых Советом Европы, органами ООН, Европейским союзом, Организацией Экономического Сотрудничества и Развития и другими международными организациями. Данные стандарты должны соблюдаться разработчиками, инженерами, поставщиками, администраторами и профессиональными пользователями УСО.

Равенство сторон

Руководящий принцип 7

39. Из Руководящих принципов ясно, что УСО не должно лишать сторону права быть заслушанной судом. Права на доступ к суду, на состязательное производство и на эффективное средство правовой защиты являются основополагающими правами, которые гарантированы Европейской Конвенцией о правах человека. Интересы обеспечения эффективности и оперативности производства, хотя и являются важными, не могут оправдывать нарушения данных прав.

Руководящий принцип 8

40. Независимость и беспристрастность процессов принятия решений с помощью УСО являются важными требованиями, направленными на обеспечение соответствия данных процессов стандартам Европейской Конвенции о правах человека. Доверие по отношению к УСО строится путем исключения любых намеков на предвзятость по отношению к одной из сторон. Пункт 1 статьи 6 Европейской Конвенции о правах человека ясно гласит, что суд должен быть независимым и беспристрастным. Это еще более важно для УСО, поскольку в случае его использования может возникнуть ситуация, когда стороны физически не присутствуют в суде, и в связи с этим могут возникнуть проблемы с доверием к суду.

Руководящий принцип 9

41. Знакомство с материалами дела, в том числе с теми, которые были представлены другими сторонами, и доступ к таким материалам являются одними из главных требований справедливого судебного разбирательства. Кроме того, материала дела, в том числе все соответствующие метаданные, должны быть достаточно точными и детализированными, чтобы позволить сторонам оспорить их содержание, если они того пожелают. Если одной из сторон не хватает времени, у нее должна быть возможность просить о предоставлении ей дополнительного времени. Руководящие принципы распространяются не только на доступ к документам, представленным другими сторонами, но и на материалы дела, которые часто включают документы, исходящие от самого суда.

Прецедентная практика Европейского Суда по правам человека

Требование «состязательности», закрепленное в статье 6 Европейской Конвенции о правах человека, предполагает возможность знать о представленных другой стороной замечаниях или доказательствах и представлять свои замечания по ним. «Состязательность» означает, главным образом, что соответствующие материалы и доказательства предоставлены обеим сторонам (см. Постановление Европейского Суда по делу «Руис-Матеос против Испании» (Ruiz-Mateos v. Spain) от 23 июня 1993 г., жалоба № 12952/87, § 63).

Доказательства

Руководящий принцип 10

42. Важно убедиться в том, что стороны по делу, производство по которому ведется с использованием УСО, не поставлены в невыгодное положение из-за отсутствия доступа к цифровым услугам или отсутствия у них понимания того, как последние функционируют. УСО должно быть максимально ориентировано на пользователей и не должно функционировать таким образом, который может навредить интересам одной из сторон. См. более подробную информацию в Руководящих принципах, касающихся электронных доказательств (особенно в части, касающейся основных принципов).

Руководящий принцип 11

43. Использование электронных доказательств может создавать особые трудности для стороны, которая желает оспорить подлинность или неприкосновенность таких доказательств. УСО должно предоставлять соответствующие гарантии для того, чтобы не усложнять процесс такого оспаривания. Для этой цели могут использоваться инструкции, типовые формы и другие инструменты. Например, если одна из сторон оспаривает электронные доказательства, стороне, которая ссылается на данные доказательства, может быть предписано доказать их подлинность, например, путем представления метаданных или получения соответствующего предписания для получения дополнительных данных от других лиц, таких как поставщики трастовых услуг. Надежность электронных данных может быть доказана любым путем, например, с помощью защищенных электронных подписей или других аналогичных способов идентификации и обеспечения неприкосновенности данных. Должны соблюдаться положения законодательства государства, определяющие доказательственную ценность государственных (официальных) электронных систем, которые генерируют электронные доказательства. Кроме того, сторонам должно быть разрешено оспаривать доказательства, полученные от экспертов, если такие доказательства могут определить исход производства. Во всех данных случаях УСО должно способствовать применению международных стандартов к анализируемым данным, в частности, стандартов, публикуемых международными организациями стандартизации, такими как Международная Организация по Стандартизации (ИСО/ISO). Стандартизация образцов коммуникации может привести к значительному увеличению эффективности. См. более подробную информацию в Руководящих принципах, касающихся электронных доказательств (в частности, Руководящие принципы 17 — 24, раздел об относимости электронных доказательств).

Руководящий принцип 12

44. Особые трудности могут возникнуть при исследовании доказательств в судах, использующих механизмы УСО. Данные трудности указывают на необходимость обеспечения последовательности при исследовании доказательств. Важно избегать расхождений прецедентной практики и способствовать правовой определенности. В этой связи в рамках соответствующей правовой системы сторонам может быть разрешено ссылаться на решения, ранее вынесенные судами по аналогичным или идентичным делам. Это может помочь сторонам структурировать доказательства на основе таких ранее вынесенных решений или типовых форм, размещенных судами на их веб-страницах. Государства-члены могут издавать особые рекомендации, например, по вопросу формата данных, представляемых в качестве доказательств. Такие решения, однако, не должны подрывать независимость судей.

Эффективность производства

Руководящий принцип 13

45. Поскольку большое количество постановлений Европейского Суда по правам человека касается нарушения статьи 6 Европейской Конвенции о правах человека в контексте чрезмерной длительности судебного производства, крайне важно, чтобы государства-члены прилагали больше усилий для устранения данной проблемы. Эффективность производства требует отсутствия неоправданных задержек. В этом отношении УСО предоставляет определенные преимущества. Кроме того, благодаря использованию компонентов ИИ работа судов может быть еще значительно улучшена. Использование компонентов ИИ может ускорить производство и обеспечить более полный анализ дела. Эффективность производства может быть достигнута только при условии, что процесс оптимизирован настолько, насколько это возможно. В частности, суд может требовать физического присутствия сторон только тогда, когда это необходимо. УСО может помочь избежать необходимости физического присутствия не только самих сторон, но и других участвующих в деле лиц, чье присутствие требовалось бы в ином случае, что часто приводит к проблемам и замедляет ход производства. В судах многих государств-членов используется видео-конференц-связь с лицами, которые находятся на большом расстоянии, для обеспечения, например, явки в суд свидетелей и экспертов. Надлежащая разработка УСО также означает, что УСО допускает оплату судебных пошлин онлайн. См. более подробную информацию в Руководящих принципах, касающихся электронных доказательств (в частности, Руководящие принципы 1 — 5, раздел об устных показаниях, полученных путем удаленной связи).

Прецедентная практика Европейского Суда по правам человека

Требуя рассмотрения дел в «разумный срок», Европейский Суд подчеркивает важность отправления правосудия без задержек, которые могут поставить под угрозу его эффективность и надежность (см. Постановление Европейского Суда по делу «Н. против Франции» (H. v. France) от 24 октября 1989 г., § 58, Series A, № 162-A; Постановление Европейского Суда по делу «Катти Клише дела Грандж против Италии» (Katte Klitsche de la Grange v. Italy) от 27 октября 1994 г., жалоба № 12539/86, § 61).

Ответственность государства может быть установлена не только в случае задержек рассмотрения конкретного дела, но и в случае отсутствия мер по увеличению соответствующих ресурсов в ответ на рост количества нерассмотренных дел в судах или на структурные проблемы судебной системы, вызывающие задержки. Таким образом, для решения проблемы неразумных задержек в ходе судебного производства от государства может требоваться ряд законодательных, организационных, бюджетных и других мер (см. Постановление Европейского Суда по делу «Рутковский и другие против Польши» (Rutkowski and Others v. Poland) от 7 июля 2015 г., жалоба № 72287/10 и две другие жалобы, § 128).

Руководящий принцип 14

46. Необходимо уделять особое внимание обеспечению того, чтобы производство не замедляли без необходимости технические трудности. Всегда должны быть предусмотрены альтернативы на случай, если система ИКТ проходит техническое обслуживание или если в ее работе возникают технические проблемы, с целью избежать любых негативных последствий для работы суда. Такие технические трудности не должны ставить стороны в невыгодное положение, и в случае необходимости должна существовать возможность корректировки процессуальных сроков, пропуск которых может приводить к тем или иным санкциям.

Руководящий принцип 15

47. Для обеспечения эффективного, своевременного и адекватного урегулирования споров и их деэскалации государства-члены могут использовать для урегулирования споров модель пирамиды, в которой суд является последней ступенью. Урегулирование споров путем заключения мировых соглашений с использованием АУС может способствовать дальнейшей экономии ресурсов и достижению более удовлетворительных результатов для сторон, нежели судебное рассмотрение спора. Однако попытки урегулирования спора с использованием АУС до обращения в суд должны быть разумными и не должны приводить к ограничению или отказу в доступе к суду, который является основополагающим правом, закрепленным в статье 6 Европейской Конвенции о правах человека. Использование упомянутых выше методов и техник не должно создавать существенных задержек или существенно увеличивать судебные расходы для сторон.

Вынесение судебного решения

Руководящий принцип 16

48. Извещение сторон о результатах производства с использованием УСО важно по трем причинам: (1) для обеспечения равенства информации между сторонами; (2) для обеспечения возможности проверки результатов процесса и в случае необходимости, их обжалования; (3) для определения направлений развития законодательства. В случае УСО наиболее важными факторами являются контроль со стороны общественности и требование завершения производства в разумный срок и соблюдения гарантий надлежащего процесса.

Руководящий принцип 17

49. Данный принцип вытекает из права на публичное оглашение судебного решения. Пункт 1 статьи 6 Европейской Конвенции о правах человека ясно гласит, что судебное решение должно оглашаться публично. Однако это не требует зачитывания судебного решения в открытом судебном заседании. Допускаются другие средства оглашения судебного решения, такие как предоставление копий судебного решения по заявлению соответствующего лица (см. Постановление Европейского Суда по делу «Мозер против Австрии» (Moser v. Austria) от 21 сентября 2006 г., жалоба № 12643/02, § 101). В каждом деле форма публичного оглашения должна оцениваться в свете конкретных особенностей рассматриваемого производства (см. Постановление Европейского Суда по делу «Претто и другие против Италии» (Pretto and Others v. Italy) от 8 декабря 1983 г., жалоба № 7984/77, § 26; и Постановление Европейского Суда по делу «Аксен против Германии» (Axen v. Germany) от 8 декабря 1983 г., жалоба № 8273/78, § 31). Например, полный текст судебного решения может быть опубликован на веб-сайте суда.

В соответствии с прецедентной практикой Европейского Суда по правам человека требование публичного оглашения судебного решения соблюдено, если текст решения был передан в секретариат суда и тем самым к нему был обеспечен доступ всех желающих (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Претто и другие против Италии» (Pretto and Others v. Italy), §§ 27 - 28).

Право на мотивированное решение

Руководящий принцип 18

50. Каждое судебное решение, вынесенное по итогам производства с использованием УСО или с помощью УСО, должно быть ясным, чтобы позволить всем участникам дела понять, почему суд придерживается определенной позиции (см. Постановление Европейского Суда по делу «Серявин и другие против Украины» (Seryavin and Others v. Ukraine) от 10 февраля 2011 г., жалоба № 4909/04, §§ 55 — 62). УСО не ограничивает права на получение объяснений по поводу принятого судом решения. В последнем достаточно подробно должны быть обозначены его мотивы. Пределы обязанности мотивировать принятое решение зависят от его характера и от обстоятельств дела. Главные доводы сторон требуют рассмотрения, а также конкретного и ясного ответа. Должным образом мотивированные решения необходимы, во-первых, для обеспечения учета судом соответствующих доводов сторон при вынесении решения и, во-вторых, для того, чтобы помочь стороне решить, существуют ли достаточные основания для обжалования данного решения. Только путем вынесения мотивированного решения может быть обеспечен контроль общественности за отправлением правосудия. Это означает, что как минимум исход дела должен быть известен сторонам.

Исполнение судебного решения

Руководящий принцип 19

51. Исполнение окончательного и обязательного решения, принятого в рамках механизма УСО, должно рассматриваться как неотъемлемая часть «права на суд» для целей статьи 6 Европейской Конвенции о правах человека. Каждая сторона имеет право на исполнение судебного решения, и задержки исполнения никогда не должны нарушать право стороны на справедливое судебное разбирательство. Право на исполнение судебных решений имеет еще большую важность в контексте административного производства (см. Постановление Европейского Суда по делу «Шархи и другие против Албании» (Sharxhi and Others v. Albania) от 11 января 2018 г., жалоба № 10613/16, § 92). УСО может способствовать ускорению исполнительного производства так же, как и ускорению судебной стадии производства. Например, законом государства может быть предусмотрено, что электронный исполнительный документ направляется напрямую судебному приставу через ИТ-систему. Электронная коммуникация с судебными приставами делает контроль за исполнением судебных решений более быстрым и простым.

Прецедентная практика Европейского Суда по правам человека

«Было бы невозможно полагать, что пункт 1 статьи 6 Конвенции, подробно описывая процессуальные гарантии, предоставляемые сторонам, — гарантии справедливости, публичности и оперативности процесса — не касался бы исполнения судебных решений... Исполнение решения, вынесенного любым судом, должно, таким образом, рассматриваться как неотъемлемая часть „судебного разбирательства“ для целей статьи 6 Европейской Конвенции о правах человека» (см. Постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против Российской Федерации» (Burdov v. Russia) от 7 мая 2002 г., жалоба № 59498/00, § 34). Неразумно долгие задержки исполнения обязательного судебного решения, таким образом, могут нарушать Конвенцию (см. Постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против Российской Федерации» (N 2) (Burdov v. Russia (N 2) от 15 января 2009 г., жалоба № 33509/04, § 66).

Примеры отдельных государств: Литва

Большинство судебных приказов о выплате денежных средств исполняются в рамках онлайн-процедуры и цифрового делопроизводства. Судебные приказы обычно выдаются в форме цифровых официальных документов с защищенными электронными подписями, которые могут быть электронным способом направлены судебному приставу для исполнения.

Право на судебный пересмотр по делам, принятие решений по которым является полностью автоматизированным

Руководящий принцип 20

52. Не может быть одного простого ответа на вопрос о том, как должно осуществляться право на пересмотр решения, принятого с использованием элементов УСО, поскольку это зависит от характера и сферы действия соответствующих элементов. Когда УСО выполняет лишь субординационную роль, помогая судье в производстве, нет причин отходить от стандартных правил обжалования, применимых в рамках производства, не предполагающего использования элементов УСО. Однако вопрос приобретает важное значение, когда инструменты УСО используются для принятия полностью автоматизированных решений. Случаи использования УСО для принятия полностью автоматизированных решений включают в себя как малозначительные дела, процесс рассмотрения которых легко автоматизировать, поскольку они являются простыми с юридической точки зрения, так и сложные дела, предполагающие использование сложных механизмов ИИ.

53. Однако именно в этом контексте вступает в игру статья 13 Европейской Конвенции о правах человека. Статья 13 Конвенции предусматривает, что каждый, чьи права и свободы, признанные в Европейской Конвенции о правах человека, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе. Стороны должны иметь возможность оспорить полностью автоматизированные решения и требовать осуществления такого пересмотра в суде. Европейский Суд по правам человека не уточняет, на каком уровне должно обеспечиваться данное средство правовой защиты. В основном можно представить две модели: решать, будет ли пересмотр возможен на том же судебном уровне или на более высоком уровне обжалования, надлежит государствам-членам. Использование УСО может открыть новые возможности восстановления нарушенных прав в судебных системах государств. Ввиду уникального характера УСО власти государства-члена могут принять решение создать независимо от существующих механизмов пересмотра дополнительный механизм пересмотра на том же уровне, на котором было принято автоматизированное решение. Или власти государства-члена могут обеспечить пересмотр такого решения судом на существующем уровне обжалования. В любом случае данный Руководящий принцип не требует обеспечения автоматического пересмотра автоматизированных решений или смены существующей модели пересмотра.

Прецедентная практика Европейского Суда по правам человека

Статья 13 Конвенции, напрямую выражающая обязательство государств по защите прав в первую очередь и главным образом в рамках своей правовой системы, устанавливает дополнительную гарантию для индивидов с целью обеспечения эффективного осуществления ими своих прав (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Кудла против Польши» ( Kud³a v. Poland) от 26 октября 2000 г., жалоба № 30210/96, § 152).

Консультативный Совет Европейских Судей — Заключение N (2014) 14

Использование ИТ в европейских судах не должно отражаться на человеческом и символическом лицах правосудия... Правосудие остается и должно оставаться гуманным, поскольку оно имеет дело, прежде всего, с людьми и их спорами.

Прозрачность использования УСО и требования к судебным заседаниям

Прозрачность разработки и функционирования механизмов УСО

Руководящий принцип 21

54. Прозрачность УСО имеет крайне важно значение. Как разработку, так и функционирование УСО нужно делать понятными для общественности, давая объяснения на простом и понятном языке с целью обеспечения доступа к правосудию. Общественности должны быть понятны последствия использования УСО, общественность также должна быть убеждена, что УСО работает надлежащим образом и что его результаты справедливы. Данный Руководящий принцип выходит за пределы простого требования раскрытия базовой информации о разработке и использовании УСО в Интернете. Чтобы задействовать общественность, могут использоваться различные методы. Стратегии и политика коммуникации включают в себя пресс-релизы, видеообзоры, вебинары и публикации в социальных сетях. Государства-члены могут разъяснять общественности, что использование УСО делает правосудие более доступным, потому что не требует физического присутствия в суде, обеспечивая экономию расходов на транспорт и позволяя сторонам представлять документы электронным способом или обеспечивая уверенность и снижая стресс для лиц, которые представляют себя в суде самостоятельно.

Публичные и устные судебные заседания

Руководящий принцип 22

55. Работа традиционного суда (здания судов) не нуждается в разъяснениях и может контролироваться представителями общественности путем посещения судебных заседаний. Дело может обстоять иначе, если производство или отдельные заседания проводятся удаленным и электронным способом с помощью механизмов УСО. Необходимо помнить, какова цель публичного судебного заседания: обеспечить контроль общественности за судебными решениями и производствами. Обеспечение прозрачности процесса таким способом является формой ответственности, которая содействует справедливости. Данная функция общественного контроля может также обеспечиваться в делах, производство по которым ведется удаленно, с помощью инструментов УСО. Здесь данная цель может быть достигнута традиционными и новыми способами. С технической точки зрения, цифровые суды могут быть созданы как открытые суды, возможно, даже более открытые, чем традиционные здания судов. Конкретное техническое решение зависит от того, как устроен конкретный процесс. Например, когда заседания в здании суда заменены виртуальными судебными заседаниями, УСО может делать возможным контролируемый открытый доступ к виртуальным заседаниям и информации, не предполагающий необходимости физического присутствия наблюдателей в зале судебного заседания. При использовании УСО организации традиционных судебных заседаний не требуется, однако последние могут использоваться для обеспечения публичности заседаний при использовании инструментов УСО для удаленного (виртуального) присутствия в заседаниях сторон, свидетелей, экспертов или некоторых из них; в то же время судьи и/или наблюдатели должны физически присутствовать в залах судебных заседаний или иных физических помещениях, в которых могут транслироваться судебные заседания. В любом случае, однако, требование публичности судебных заседаний не накладывает на государства-члены обязанности предоставления доступа к виртуальным судебным заседаниям для неограниченного числа одновременных трансляций для публики; так, количество мест в зале судебного заседания также ограничено. В рамках любого такого варианта должны приниматься во внимание надлежащие гарантии защиты персональных и иных конфиденциальных данных, обеспечения достаточной кибербезопасности и других принципов, которых касаются настоящие Руководящие принципы.

Руководящий принцип 23

56. Целью УСО не является закрытие судов и залов судебных заседаний. Его цель заключается в повышении эффективности. Право на устное судебное заседание не обязательно требует физического присутствия, и видео-конференц-связь может являться надлежащим способом обеспечения прав сторон, например, если последние добровольно отказываются от своего права физически присутствовать в судебном заседании (см. Постановление Европейского Суда по делу «Владимир Васильев против Российской Федерации» (Vladimir Vasilyev v. Russia) от 10 января 2012 г., жалоба № 28370/05 <*>, § 81 - 90). Видео-конференц-связь, которая позволяет сторонам видеть и слышать друг друга в режиме реального времени (и в ходе которой предусмотрено, что, например, свидетелям не подсказывают ответы на вопросы лица, которые не видны на экране, и что личность свидетелей должным образом установлена), может в зависимости от дела также функционировать как «устное» заседание (при условии, что технология работает с обеих сторон трансляции и что может быть сохранена ее запись). Для обеспечения участия сторон в производстве не всегда требуется проведение устного судебного заседания. Допустимо письменное производство с использованием механизмов УСО при условии, что у сторон есть право на устное судебное заседание в форме пересмотра на том же уровне юрисдикции или проведения нового судебного заседания на стадии обжалования. Например, в административном производстве проведение устных судебных заседаний соответствующим органом обязательно только по некоторым делам, и больший акцент делается на широко признанном праве на активное участие в производстве на любой его стадии. Такое участие требует не проведения устных судебных заседаний, но возможности выражения стороной своего мнения по поводу материалов дела, в том числе собранных доказательств и ходатайств, заявленных противоположной стороной (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Вильхо Эскелинен и другие против Финляндии» (Vilho Eskelinen and Others v. Finland) от 12 апреля 2007 г., жалоба № 63235/00, § 74). Использование УСО может повышать эффективность письменного производства.

---

<*> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2013. № 2 (примеч. редактора).

Другие вопросы прозрачности, в том числе общественный контроль

Руководящий принцип 24

57. Гарантии независимости и беспристрастности судебной власти должны быть эффективным образом инкорпорированы в производство с использованием УСО (см. Постановление Европейского Суда по делу «Компания „Агрокомплекс“ против Украины» (Agrokompleks v. Ukraine) от 6 октября 2011 г., жалоба № 23465/03, § 136). УСО должно быть прозрачным с точки зрения информации о личности и аффилированности поставщиков УСО, а также участников и управляющих механизмами УСО. Государствам-членам надлежит разработать политику выявления и урегулирования конфликтов интересов в рамках УСО.

Руководящий принцип 25

58. Гарантии, закрепленные в пункте 1 статьи 6 Европейской Конвенции о правах человека, включают в себя обязанность составления всех документов, генерируемых УСО, в том числе окончательного судебного решения и других постановлений и извещений на простом и ясном языке. Язык данных документов должен быть таким, чтобы обеспечить сторонам возможность эффективного осуществления любого имеющегося у них права на обжалование.

Руководящий принцип 26

59. Процессуальные нормы, применимые в УСО, должны ясно отражать процесс урегулирования спора. Данные нормы должны соответствовать требованиям общества, учреждения и правовой базы, которым они служат. В частности, УСО должны включать в себя процедуры нивелирования факторов, которые могут повредить справедливому использованию УСО. Например, в рамках УСО может быть необходимо скрыть или отобразить различные сведения в зависимости от стадии производства и вида пользователя. В этом отношении в рамках УСО могут применяться меры по снижению рисков и повышению безопасности, которые обычно используются в других секторах, в том числе в системах оплаты онлайн, банковской сфере и системе здравоохранения. Данные процедуры должны быть включены в архитектуру УСО.

Руководящий принцип 27

60. Соответствующая информация может публиковаться на сайте суда доступным и ориентированным на пользователей способом. Например, на сайте суда могут использоваться технологии преобразования текста в голосовые записи. Хорошее управление информацией УСО обеспечивает подлинность и надежность информации, возможность ее быстрого и простого получения, хранения в течение надлежащего срока, безопасного и надлежащего удаления и надежной защиты. Прозрачность процессуальных норм, применимых к УСО, способствует повышению доверия, подотчетности, открытости и эффективности.

Особые вопросы, связанные с информационно-технологическим характером механизмов УСО

Кибербезопасность

Руководящий принцип 28

61. Система правосудия уязвима в связи со все более сложными и многочисленными кибератаками на суды. С использованием УСО связан страх увеличения количества нарушений безопасности, которые поставят под угрозу неприкосновенность судебной системы и данных, которыми она оперирует. Угрозы кибербезопасности являются реальной опасностью для судебных систем. Существует риск того, что судебные документы и доказательства могут быть предметом манипуляций и атак. Нарушение безопасности может приводить к подделке данных или разглашению конфиденциальной информации. В связи с этим судам следует рассмотреть вопрос о механизмах повышения безопасности данных. Существуют способы предупреждения таких нарушений ИКТ (например, путем снижения риска появления атак) и/или нивелирования их последствий (например, путем заблаговременного планирования последовательности действий в случае атаки). Важно обеспечивать надлежащий уровень кибербезопасности систем УСО и их неприкосновенность. Механизмы УСО требуют защиты для того, чтобы помешать посторонним взломать систему и получить недоступную для общественности информацию. Что касается права на доступ к информации, должны существовать ограничения с целью обеспечить невозможность для сторон получить доступ к информации, которую они не имеют права получать. Это требует безопасной идентификации и контроля доступа.

62. В Приложении к настоящему Пояснительному меморандуму находится памятка по вопросам кибербезопасности для государств-членов.

Руководящий принцип 29

63. Важно интегрировать безопасность в концепцию УСО. Безопасность должна обеспечиваться на протяжении всего жизненного цикла механизма УСО за счет процессов разработки и развития, которые должны постоянно эволюционировать с целью снижения риска причинения вреда в результате недобросовестного использования. Необходимо следовать двум основным принципам: «безопасность на основе продуманных действий» (security-by-design) и «безопасность по умолчанию» (security-by-default). Первый означает, что всем, кто принимает участие в разработке и развитии информационно-технических продуктов, услуг и процессов, делающих возможным УСО, следует на самых ранних стадиях разработки и развития принимать меры для наибольшей возможной защиты данных продуктов, услуг и процессов таким образом, чтобы презюмировать возможность кибератак, а также предугадать и минимизировать их последствия. Принцип «безопасность на основе продуманных действий» должен применяться на самых ранних стадиях разработки и развития для обеспечения безопасности УСО. Принцип «безопасность по умолчанию» означает, что информационно-технологические продукты, услуги и процессы, которые делают возможным УСО, сделаны и настроены таким образом, который обеспечивает наивысший уровень безопасности, позволяющий первому пользователю получить настройки по умолчанию, обеспечивающие наивысший возможный уровень безопасности, тем самым снимая с пользователей бремя надлежащей настройки информационно-технологического продукта, услуги или процесса.

64. Сертификация играет важную роль в укреплении доверия по отношению к продуктам, услугам и процессам, использующимся для УСО, а также их безопасности. Она включает в себя комплексный набор правил, технических требований, стандартов и процедур. Для отражения риска для кибербезопасности сертификат может отсылать к трем уровням безопасности (базовому, существенному, высокому), которые соответствуют уровню риска, связанного с планируемым использованием продукта, услуги или процесса, с точки зрения возможности и последствий инцидента. Достижение некоторых уровней сертификации может требовать наличия на уровне государства соответствующей правовой базы, допускающей и регулирующей тестирование и этический взлом (государственных) информационно-технологических систем.

Защита прав человека, в том числе защита персональных данных

Руководящий принцип 30

65. Законодательным, исполнительным и судебным органам государств-членов, а также разработчикам, производителям и поставщикам УСО надлежит постоянно оценивать возможные негативные последствия техник и механизмов УСО для прав человека и основных свобод и придерживаться с учетом данных последствий превентивного подхода, основанного на надлежащем предупреждении рисков и принятии соответствующих мер. На всех стадиях обработки, в том числе на стадии сбора данных им следует придерживаться подхода «права человека на основе продуманных действий» и избегать возможных злоупотреблений, в том числе тех, которые могут быть непреднамеренными или скрытыми, а также рисков дискриминации или иных негативных последствий для прав человека и основных свобод.

Руководящий принцип 31

66. Необходимо обеспечивать соответствие всей обработки персональных данных с использованием механизмов УСО законодательству о защите персональных данных. Ключевыми элементами, которые лежат в основе данного подхода, являются законность, справедливость, целевая обусловленность и соразмерность обработки данных. Другими важными требованиями являются обеспечение подотчетности, прозрачности, безопасности данных и управления рисками, а также способность продемонстрировать соблюдение данных требований.

Руководящий принцип 32

67. Защита персональных данных должна быть приоритетом и нуждается в предоставлении надлежащих ресурсов. Ненадлежащая защита может стать препятствием для доступа к суду. Данный риск должен быть уравновешен за счет обучения сотрудников судов по вопросам защиты данных, проведения ясной политики защиты данных, наличия ясных руководящих принципов в области защиты данных, проверок защиты данных и эффективной имплементации их результатов. Современные режимы защиты данных (такие как пересмотренная Конвенция о защите физических лиц в отношении автоматизированной обработки персональных данных (СЕД № 108)) играют важную роль в защите прав и интересов субъектов данных. Особо важно, чтобы государства-члены учитывали Руководящие принципы, касающиеся искусственного интеллекта и защиты данных, принятые в 2019 году Консультативным Комитетом Конвенции о защите физических лиц в отношении автоматизированной обработки персональных данных Совета Европы.

68. «Технические и организационные меры» по смыслу настоящих Руководящих принципов — это функции, процессы, контрольные механизмы, системы, процедуры и меры, принимаемые с целью защиты и сохранения персональных данных, обрабатываемых в рамках системы УСО. Данные меры требуются для безопасности обработки, предупреждения нарушений, обеспечения подходящих процессоров, фиксации деятельности, связанной с обработкой, и прочной основы для защиты прав и свобод пользователей УСО. Конкретные меры включают в себя, помимо прочего: i) защиту от неразрешенного доступа к конфиденциальным данным, таким как персональные данные, секретная деловая информация и ноу-хау и другие виды потенциально конфиденциальной информации, собранной в ходе производства с использованием УСО; ii) обеспечение неприкосновенности данных с целью исключить возможность нежелательного изменения или удаления данных, касающихся электронных процессуальных документов, в том числе самого судебного постановления или доказательств; iii) выявление мошеннических действий сторон, поскольку онлайн судье может быть труднее установить личность сторон.

Руководящий принцип 33

69. Имплементация УСО может создавать угрозу для неприкосновенности личной жизни индивидов и потому должна быть дополнена этическими и правозащитными соображениями. Должен соблюдаться надлежащий баланс между необходимостью раскрытия данных и неприкосновенностью личной жизни субъектов данных. К разработке и развитию механизмов УСО необходимо подходить ответственно, применяя принципы «личная жизнь на основе продуманных действий» и «личная жизнь по умолчанию». В соответствии с принципом «личная жизнь по умолчанию» суд должен обеспечивать обработку персональных данных при максимальной защите личной жизни, а принцип «личная жизнь на основе продуманных действий» означает, что в рамках УСО на самых ранних стадиях разработки должны применяться технические и организационные меры таким образом, чтобы обеспечить соблюдение принципов неприкосновенности личной жизни и защиты данных с самого начала.

Руководящий принцип 34

70. Существует риск того, что для целей снижения стоимости имплементации УСО государства-члены будут принимать решения о передаче платформ УСО внешним поставщикам в обмен на доступ к персональным данным пользователей. Также возможно, что УСО будет осуществляться через посредство компаний, модель бизнеса которых основана на отслеживании данных. Соображения обеспечения неприкосновенности личной жизни требуют, чтобы отслеживание, профилирование и выявление целевой аудитории для коммерческих целей не были включены в концепцию систем УСО, поскольку такая деятельность может иметь серьезные последствия для личной свободы и автономии индивидов и может привести к причинению вреда и дискриминации. В случае полного или частичного аутсорсинга механизмов УСО с поставщиками должен заключаться комплексный договор об обработке данных, включающий гарантии соблюдения законодательства о защите данных и обеспечения прав субъектов данных.

Другие вопросы (не вытекающие из прецедентной практики Европейского Суда по правам человека)

Тестирование, мониторинг, модернизация, исследования и разработка

Руководящий принцип 35

71. Для обеспечения технологического прогресса поощряются усилия государств-членов по содействию достижениям в сфере УСО путем самостоятельного создания и поддержания таких механизмов или поддержки неправительственных и/или частных проектов и программ. Развитие механизмов УСО должно финансироваться при наличии необходимости и возможности государственными органами с целью укрепления доверия общественности к УСО. Целью такого финансирования может быть создание обстановки, способствующей развитию УСО в соответствии со статьями 6 и 13 Европейской Конвенции о правах человека. Во главе изменений в сфере киберправосудия должны стоять суды, а не технологии. Соответствующие исследования могут восполнить пробелы юридических и технических знаний и улучшить функционирование УСО.

Руководящий принцип 36

72. Целью тестирования УСО является проверка соблюдения конкретных юридических, процессуальных и технических требований. В ходе тестирования УСО можно проверить, например, каждый ли ввод данных пользователем приводит к желаемому результату в рамках приложения УСО. Тестирование должно быть основано на таких качественных факторах, как надежность, пригодность для использования, неприкосновенность, безопасность, способность выполнять свои функции, эффективность, портативность, надежность эксплуатации и совместимость. Применение в достаточной мере в экспериментальном порядке и внесение соответствующих изменений до применения на практике обеспечивают эффективность и адекватную дополнительную ценность. Тесное и постоянное сотрудничество с будущими пользователями помогает минимизировать любые расхождения между заявленными на бумаге потребностями и тем, как специалисты в области ИТ решают обусловленные этими потребностями вопросы на практике, и позволяет переориентировать предлагаемые технические решения, когда это возможно и не влияет на время реализации или стоимость проекта. Испытания в рамках экспериментирования предоставляют возможность получить обратную связь от ряда первых пользователей до утверждения следующей стадии проекта или его развертывания в более широком масштабе.

Руководящий принцип 37

73. Надлежащая разработка механизмов УСО требует, чтобы между теми, кто разрабатывает технологию, и теми, кто несет ответственность за урегулирование споров, был налажен конструктивный диалог. Кто именно должен участвовать в нем и в какой степени, надлежит решать государствам-членам, и это зависит от конкретного вида соответствующего УСО. Некоторые механизмы требуют большего участия заинтересованных лиц, например, использование компонентов ИИ, некоторые — меньше. Судебные органы должны быть активно привлечены к участию на стадиях тестирования и экспериментирования. В этом контексте также важно обеспечить, чтобы УСО не лишало судей их способности принимать решения. Однако судьи — не единственные лица, которые могут принимать участие в разработке. В диалог также могут быть включены другие заинтересованные лица, такие как юристы, адвокаты, сотрудники судов и те, кто обращается или обратился в суд. Разработчики технологий должны стремиться лучше понимать судебную систему и сотрудничать с судьями и сотрудниками судов для обеспечения соответствия архитектуры ИКТ потребностям как судов, так и общественности. Архитектура УСО также должна быть гибкой и способной адаптироваться к практике, в том числе судебной. См. более подробную информацию в Руководящих принципах, касающихся направления изменений в сторону киберправосудия (обзор используемых инструментов и резюме наилучшей практики), от 7 декабря 2016 г., Европейская Комиссия по эффективности правосудия (ЕКЭП/CEPEJ).

Руководящий принцип 38

74. УСО должно оставаться на том же уровне предоставляемых услуг и технологических инноваций, что и сегодня. Каждый механизм УСО проходит через цикл развития с момента изначального планирования до момента утилизации. Механизм УСО имеет циклическую структуру, что означает, что он постоянно совершенствуется через соответствующие изменения и модернизацию. Необходимо систематически заменять устаревшее оборудование и программное обеспечение, усиливать безопасность и в целом регулярно производить улучшения. Каждым государством-членом должны быть определены наилучшие практики для различных стадий развития УСО.

Повышение осведомленности, обучение и подготовка

Руководящий принцип 39

75. Повышение осведомленности, обучение и подготовка физических и юридических лиц играют ключевую роль для успешной эксплуатации механизмов и техник УСО и для обеспечения его развития и использования. Необходимо принимать меры для улучшения как базовых, так и развитых цифровых навыков различных социально-экономических групп. Это включает в себя улучшение цифровых навыков пожилых людей и иных целевых групп, таких как лица с ограниченными возможностями. В качестве основных поставщиков судебных услуг и механизмов УСО государственные органы власти должны также обладать надлежащими знаниями и навыками. Они включают в себя умение развивать механизмы УСО путем использования адаптивного веб-дизайна для общества и бизнеса в соответствии с Европейской Конвенцией о правах человека с целью создания и укрепления доверия общественности по отношению к УСО.

Рекомендация Комитета Министров Rec(2004)4 государствам-членам о Европейской Конвенции о правах человека в рамках университетского образования и профессиональной подготовки

Комитет Министров рекомендует государствам-членам, inter alia, удостовериться в том, что «университетское образование и профессиональная подготовка в отношении Европейской Конвенции о правах человека и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека в достаточной степени существуют на внутригосударственном уровне и что такое образование и подготовка являются, в частности... составной частью программ подготовки к экзаменам на государственном или местном уровне для поступления на работу по различным юридическим профессиям, а также программ начальной подготовки и повышения квалификации судей, прокуроров и адвокатов».

В продолжение Рекомендации Rec(2004)4 Рабочая группа III Комитета экспертов по системе Европейской Конвенции о правах человека (DH-SYSC) отметила, inter alia, что государствам-членам надлежит, в частности, повышать эффективность такого университетского образования и профессиональной подготовки за счет предоставления каждой категории лиц необходимых инструментов для выполнения обязательств, вытекающих из Европейской Конвенции о правах человека. Для этой цели государства-члены должны обеспечивать наличие ориентированной на качество и доступной профессиональной подготовки. Кроме того, профессиональная подготовка должна проводиться по мере возможности лицами хорошо знакомыми с системой Европейской Конвенции по правам человека и обладающими практическим опытом в соответствующей профессиональной области (см. документ DH-SYSC-III(2019)01 Rev, §§ 2 и 5).

Руководящий принцип 40

76. Государствам-членам необходимо убедиться в том, что механизмы УСО ориентированы на пользователей и являются доступными, справедливыми, прозрачными, ответственными и финансово жизнеспособными. Судьи, практикующие юристы и все участники судопроизводства должны понимать, что использование УСО может привести к большей автоматизации, большей скорости обработки информации, большей эффективности и снижению стоимости урегулирования споров. Это означает, что может быть разрешено большее количество споров, а значит, в конечном счете, обеспечен лучший доступ к урегулированию споров и экономии средств. УСО также может революционно изменить доступ к правосудию, например, для лиц, которым доступ к суду кажется сложным. Развитие методов обучения онлайн может использоваться для распространения таких сведений об использовании УСО среди всех соответствующих профессий.

Руководящий принцип 41

77. Доступ к междисциплинарной подготовке по вопросам функционирования УСО необходим для судей и практикующих юристов, а также сотрудников судов. Представители юридических профессий, участвующие в урегулировании споров, должны иметь достаточные навыки и пройти достаточную подготовку для выполнения своих обязанностей. Цифровая компетентность таких лиц означает, что они должны знать о развитии технологий и, в частности, следить за достижениями в области информационно-технологической безопасности. Эксперты обычно подчеркивают необходимость наличия надлежащих средств защиты и контроля и ставят акцент на важности предоставления сотрудникам судов возможности пройти подготовку по вопросам информационно-технологической безопасности для коммуникации онлайн. Государствам-членам надлежит принимать меры для обеспечения судьям, практикующим юристам и сотрудникам судов помощи экспертов в области права и ИТ, когда в процессе использования УСО требуются специальные знания о толковании и применении законодательства. Подготовка по вопросам УСО может охватывать конкретные трудности, связанные с УСО, такие как кибербезопасность. Важна осведомленность о более широком цифровом контексте и использовании новых технологий, таких как облачные вычисления, трастовые услуги или блокчейн.

Руководящий принцип 42

78. Поощряются усилия судей по развитию навыков использования механизмов УСО и применению наилучших практик такого использования. Последние касаются, например, риска того, что некоторым лицам (с физическими или психическими особенностями, находящиеся в невыгодном социальном положении или пожилые) доступ к правосудию будет казаться сложным. Для предупреждения таких ситуаций поощряются усилия судей по расширению работы с юристами, которые обычно оказывают помощь находящимся в невыгодном положении или маргинальным группам. Другой риск заключается в том, что отсутствие дискреционных полномочий и оценки дела человеком может приводить к вреду и стереотипам. Данный риск также может быть предупрежден судьями в ходе пересмотра (см. выше §§ 52 - 53). Поощряются усилия судей по повышению осведомленности и понимания рисков для данных, безопасности и неприкосновенности частной жизни.

Руководящий принцип 43

79. Поощряются в случае их необходимости, изменения образовательного процесса в юридических вузах и предоставления студентам базы цифровых юридических навыков, чтобы научить их пользоваться технологиями при предоставлении юридических услуг. Наилучшие практики включают в себя новые модели обучения, такие как повышение уровня обучения онлайн, получившего развитие в ходе кризиса, вызванного пандемией. Юридическое образование и юридические профессии могут следовать таким наилучшим практикам, чтобы не отставать от технологических достижений, в частности, интеграции механизмов УСО в системы правосудия. Важно, чтобы студенты не забывали о законодательстве о правах человека. Студенты также должны знать, что суды теперь используют искусственный интеллект для оптимизации своей работы. В этой связи наилучшая практика состоит в предоставлении студентам возможности узнать не только о существующей правоприменительной практике, но и о том, в каком направлении она развивается. Для того, чтобы считаться профессионалом, компетентным в цифровой области, необходим широкий круг знаний и навыков. В ходе обучения могут использоваться примеры из реальной жизни.

В ходе разработки УСО государствам-членам надлежит обеспечивать следующее:

1. Защита данных при их хранении, передаче или иной обработке:

a) от случайного или неразрешенного хранения, обработки, доступа или раскрытия на протяжении всего жизненного цикла информационно-технологического продукта, услуги или процесса, используемых в рамках УСО;

b) от случайного или неразрешенного уничтожения, утери или изменения или недоступности на протяжении всего жизненного цикла информационно-технологического продукта, услуги или процесса, используемых в рамках УСО.

2. Управление доступом пользователей через безопасную идентификацию и аутентификацию: лица, программы или оборудование, которым разрешен доступ, должны иметь доступ только к тем данным, услугам или функциям, на которые распространяются их права доступа.

3. Идентификация и документация известных зависимостей и уязвимых мест:

a) современные информационно-технологические продукты и системы часто включают и опираются на технологии и компоненты, предоставленные третьими сторонами, например, модули программного обеспечения, библиотеки или интерфейсы программирования приложений. Такая «зависимость» может «создавать дополнительные риски для кибербезопасности, поскольку уязвимые места компонентов, предоставленных третьими сторонами, также могут отражаться на безопасности информационно-технологических продуктов, услуг и процессов, использующихся для УСО. Во многих случаях выявление и документирование таких зависимостей позволяют конечным пользователям информационно-технологических продуктов, услуг и процессов улучшить управление рисками для кибербезопасности путем, например, оптимизации управления в области снижения уязвимости кибербезопасности пользователей и восстановительных процедур.»

b) Кроме того, таких зависимостей и уязвимых мест в некоторой степени можно избежать за счет предоставления по мере возможности необходимых средств для внутренних разработки и развития.

4. Фиксация доступа к данным, их использования и обработки: чтобы фиксировать, к каким данным, услугам или функциям был получен доступ, какие из них были использованы или иным образом обработаны в какое время и кем.

5. Предоставление возможности ознакомления с информацией, указанной в пункте 4: чтобы можно было проверить, к каким данным, услугам или функциям был получен доступ, какие из них были использованы или иным образом обработаны, в какое время и кем.

6. Тестирование уязвимости: проверка отсутствия у информационно-технологических продуктов, услуг и процессов, использующихся для УСО, известных уязвимых мест.

Тестирование уязвимости может требовать наличия на уровне государства правовой базы, допускающей и регулирующей тестирование и этический взлом (государственных) информационно-технологических систем.

7. Обеспечение резервных возможностей и технической поддержки: для своевременного восстановления доступности и доступа к данным, услугам и функциям в случае инцидента физического или технического характера.

8. Безопасность на основе продуманных действий и безопасность по умолчанию: информационно-технологические продукты, услуги и процессы, используемые для УСО, должны быть безопасными на основе продуманных действий и по умолчанию.

9. Новейшее оборудование и программное обеспечение: для информационно-технологических продуктов, услуг и процессов, используемых для УСО, должно использоваться новейшее оборудование и программное обеспечение, которое лишено общеизвестных уязвимых мест и включает механизмы безопасного обновления.

С целью минимизации рисков для кибербезопасности и максимизации доверия можно требовать сертификации кибербезопасности информационно-технологических продуктов, услуг и процессов, используемых для УСО. Например, для государств — членов ЕС: можно требовать сертификации в рамках Регламента (EU) 2019/881 Европейского парламента и Совета от 17 апреля 2019 г. об Агентстве ЕС по кибербезопасности (ENISA) и о сертификации кибербезопасности информационно-коммуникационных технологий, которым был отменен Регламент (EU) № 526/2013 (Европейский Акт о кибербезопасности).

Библиография

1. Руководящие принципы Комитета Министров Совета Европы, касающиеся электронных доказательств в гражданском и административном производстве (приняты 30 января 2019 г. на 1335-м заседании Комитета министров на уровне представителей), CM(2018)169-add1final.

2. Урегулирование споров онлайн и соблюдение права на справедливое судебное разбирательство и право на эффективное средство правовой защиты (статьи 6 и 13 Европейской Конвенции о правах человека). Техническое исследование механизмов урегулирования споров онлайн. Подготовлено профессором Джулией Хёрнле (Julia Hörnle ), Лондонский университет королевы Марии, Мэтью Хьювитсоном (Matthew Hewitson) (Южная Африка) и Ильей Чернохоренко (Украина), Страсбург, 1 августа 2018 г., CDCJ(2018)5.

3. Руководство по статье 6 Европейской Конвенции о правах человека, Право на справедливое судебное разбирательство (гражданско-правовой аспект), обновлено 31 августа 2019 г., Совет Европы/Европейский Суд по правам человека. 2019 год.

4. Исследование последствий передовых цифровых технологий (в том числе систем ИИ) для понятия ответственности в правозащитном контексте. Подготовлено Экспертным комитетом по правозащитным измерениям автоматизированной обработки данных и различных форм искусственного интеллекта (MSI-AUT). Докладчик: Карен Йен (Karen Yeung), DGI(2019)05.

5. Руководящие принципы, касающиеся искусственного интеллекта и защиты данных, T-PD(2019)01.

6. Европейская этическая хартия об использовании искусственного интеллекта в судебных системах и окружающих их реалиях, Совет Европы, Европейская Комиссия по эффективности правосудия (ЕКЭП/CEPEJ), 3 — 4 декабря 2018 г.

7. «Европейские судебные системы, эффективность и качество правосудия: использование информационных технологий в судах Европы», исследования ЕКЭП/CEPEJ № XX, издание 2016 года (данные 2014 года).

8. Консультативный совет европейских судей (КСЕС/CCJE), Заключение N (2011)14 «Правосудие и информационные технологии (ИТ)».

9. Рабочая группа Комитета экспертов по системе Европейской Конвенции о правах человека (DH-SYSC), Рабочая группа III по имплементации Рекомендации Rec(2004)4, Наилучшие практики государств, иллюстрирующие принципы, закрепленные в Приложении I к пересмотренной Рекомендации Rec(2004)4 (документ DH-SYSC-III(2019)01 Rev), 2019 год.

10. Великая хартия судей, Совет Европы, Консультативный совет европейских судей (КСЕС/CCJE), 2010 год.

11. Конвенция о защите частных лиц в отношении автоматизированной обработки данных личного характера (СЕД № 108); см. http://rm.coe.int/convention-108-convention-for-the-protection-of-individuals-with-regar/16808b36f1 (страница проверена 20 ноября 2020 г.)

12. Парламентская Ассамблея Совета Европы, Резолюция 2054(2015) «Доступ к правосудию и Интернету: потенциал и трудности», доклад от 10 ноября 2015 г., документ № 13918.

13. Регламент (EU) 2019/881 Европейского парламента и Совета от 17 апреля 2019 г. об Агентстве ЕС по кибербезопасности (ENISA) и о сертификации кибербезопасности информационно-коммуникационных технологий, которым был отменен Регламент (EU) № 526/2013 (Европейский Акт о кибербезопасности) (https://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/HTML/?uri=CELEX:32019R0881&from=EN) (страница проверена 20 ноября 2020 г.)

14. Рекомендация Совета ОЭСР об искусственном интеллекте, OECD/LEGAL/0449, принята 22 мая 2019 г., https://legalinstruments.oecd.org/en/instruments/OECD-LEGAL-0449 (страница проверена 20 ноября 2020 г.)

15. Рабочая группа экспертов высокого уровня по вопросам искусственного интеллекта при Европейской Комиссии, «Определение ИИ: основные возможности и научные дисциплины». Разработано для целей Рабочей группы экспертов высокого уровня по вопросам искусственного интеллекта, г. Брюссель, 18 декабря 2018 г., https://ec.europa.eu/digital-single-market/en/news/ethics-guidelines-trustworthy-ai (страница проверена 20 ноября 2020 г.)

16. Byrom N., Digital Justice: HMCTS data strategy and delivering access to justice. Report and recommendations, The Legal Education Foundation, октябрь 2019 года.

17. Hörnle J., Cross-border Internet Dispute Resolution, Cambridge University Press 2009 год.

18. Hörnle J., Encouraging Online Alternative Dispute Resolution (ADR) in the EU and Beyond, European Law Review 2013, Volume 38 (2), рр. 187 — 208.

19. Технические комментарии ЮНСИТРАЛ по урегулированию споров в режиме онлайн, г. Нью-Йорк, 2017 год.

20. Стандарты и практика урегулирования споров в режиме онлайн, Корпорация по управлению доменными именами и IP-адресами (Internet Corporation for Assigned Names and Numbers — ICANN). https://www.icann.org/en/system/files/files/odr-standards-of-practice-en.pdf (страница проверена 20 ноября 2020 г.)

21. Рабочая группа III ЮНСИТРАЛ (Урегулирование споров в режиме онлайн), 33-я сессия, г. Нью-Йорк, 2016 год. Урегулирование споров в режиме онлайн применительно к трансграничным электронным коммерческим сделкам. A/CN.9/WG.III/WP.140, https://undocs.org/en/A/CN.9/WG.III/WP.140 (страница проверена 20 ноября 2020 г.)

22. Rainey B. et al, Jacobs White & Ovey, The European Convention on Human Rights, Oxford University Press, 2014.

23. Carneiro D. et al., ODR: an Artificial Intelligence Perspective, Artificial Intelligence Review 2014, Volume 41, pp. 211 — 240.

24. Altreas N. et al., Predicting judicial decisions of the European Court of Human Rights: a Natural Language Processing perspective, Peer J Computer Science Open Access (опубликовано 24 октября 2016 г.) https://peerj.com/articles/cs-93.pdf (страница проверена 20 ноября 2020 г.).

25. Loutocký P., Online dispute resolution and the latest development of UNCITRAL model law, in: Cofola International 2015: current challenges to resolution of international (cross-border) disputes: conference proceedings (ed. K. Drlièková ), Brno 2015, pp. 243 — 256.

26. Scherer M., Artificial Intelligence and Legal Decision-Making: The Wide Open?, Journal of International Arbitration 2019, vol. 36, no. 5, pp. 539 — 574.

27. Hanriot M., Online dispute resolution (ODR) as a solution to cross border consumer disputes: the enforcement of outcomes, McGill journal of dispute resolution 2015, Volume 2, pp. 1 — 22.

28. Uzelac A., van Rhee C. H. (eds.), Transformation of Civil Justice, Ius Gentium: Comparative Perspectives on Law and Justice, Springer International Publishing 2018.

29. Vitkauskas D. and Dikov G., Protecting the right to a fair trial under the European Convention on Human Rights: A handbook for legal practitioners, Council of Europe 2017: https://rm.coe.int/protecting-the-right-to-a-fair-trial-under-the-european-convention-on-/168075a4dd (страница проверена 20 ноября 2020 г.)

---