III. Дальнейшая помощь

Статья 14Линии действий № DGII(2005)6 Комитета министров Совета Европы

Актуально на 06.11.2026.

Как цитировать: Статья 14. Линии действий N DGII(2005)6 Комитета министров Совета Европы. DGII(2005)6. https://bukva.ai/docs/printsipy-dgii20056/statya-14

Преамбула

Комитет министров,

a) считая, что терроризм представляет серьезную опасность для прав человека, угрожает демократии и направлен главным образом на дестабилизацию образованных на законных основаниях правительств и подрыв основ плюралистического гражданского общества, а также рушит идеал жизни без страха, принадлежащий каждому человеку;

b) однозначно осуждая все террористические акты как преступные и не имеющие оправдания, независимо от того, где и кем они совершены;

c) осознавая, какие страдания перенесли лица, потерпевшие от террористических актов, и их близкие, и считая, что эти лица должны почувствовать, что национальная и международная общественность солидарна с ними и поддерживает их;

d) осознавая в этой связи важную роль, которую играют ассоциации, созданные для защиты жертв террористических актов;

e) признавая Линии действий по правам человека и борьбе против терроризма, принятые 11 июля 2002 г. на 804 заседании представителей министров, в качестве постоянного и всеобщего источника;

f) подчеркивая, в частности, обязанность государств принимать в рамках своей юрисдикции по противодействию террористическим актам меры, необходимые для защиты фундаментальных прав человека, особенно права на жизнь;

g) напоминая также, что все принимаемые государствами меры по борьбе с терроризмом должны не нарушать права человека и принцип верховенства закона, исключать все формы произвола, дискриминации или расизма, а их реализация должна находиться под соответствующим контролем;

h) считая, что настоящие Линии действий направлены на учет нужд и проблем жертв террористических актов и определяют способы оказания им помощи и защиты их фундаментальных прав, исключая все формы произвола, дискриминации или расизма;

i) считая, что настоящие Линии действий ни при каких обстоятельствах не должны толковаться как ограничивающие каким-либо образом Линии действий от 11 июля 2002 г.;

Принимает следующие Линии действий и предлагает государствам-членам выполнять их и обеспечить их широкое распространение среди органов, ответственных за борьбу с терроризмом и защиту жертв террористических актов, а также среди представителей гражданского общества.

I. Принципы

1. Государства должны обеспечить предоставление лицам, которым был причинен непосредственный физический или психологический вред в результате террористического акта, и их близким услуг и применение в их отношении мер, предписанных в настоящих Линиях действий. Для целей настоящих Линий действий эти лица считаются жертвами.

2. Предоставление этих услуг и применение этих мер не должны зависеть от факта установления личности, ареста, уголовного преследования или осуждения лица, совершившего террористический акт.

3. Государства должны обращаться с жертвами террористических актов, уважая их достоинство, частную и семейную жизнь.

II. Неотложная помощь

Для удовлетворения первоочередных потребностей жертв террористических актов государства должны обеспечить им бесплатное предоставление соответствующей (медицинской, психологической, социальной и материальной) неотложной помощи, а также по их просьбе предоставить им духовную помощь.

III. Дальнейшая помощь

1. Государства должны оказывать жертвам террористических актов соответствующую медицинскую, психологическую, социальную и материальную помощь на более продолжительной основе.

2. Если жертва обычно не проживает на территории государства, на котором был совершен террористический акт, это государство должно сотрудничать с государством проживания, чтобы потерпевший мог получить такую помощь.

IV. Расследование и уголовное преследование

1. Если в результате совершения террористического акта имелись жертвы, государство должно начать результативное официальное расследование.

2. В рамках такого расследования особое внимание должно быть уделено жертвам террористического акта, независимо от того, подали ли они официальную жалобу.

3. Если по окончании расследования принято решение не передавать дело подозреваемого в совершении террористического акта на рассмотрение в суд, государства должны предоставить жертвам этого террористического акта право ходатайствовать о пересмотре данного решения компетентным органом.

V. Эффективный доступ к закону и правосудию

Государства должны обеспечить эффективный доступ жертв террористических актов к закону и правосудию, предоставив им:

i) право на обращение в компетентный суд с гражданским иском в поддержку своих прав, и

ii) правовую помощь, в случае необходимости.

VI. Отправление правосудия

1. Государства должны сделать все возможное в соответствии с национальным законодательством, чтобы предать лиц, подозреваемых в совершении террористических актов, правосудию и в разумный срок получить решение компетентного суда.

2. Государства должны обеспечить, чтобы положение жертв террористических актов было должным образом признано в течение уголовного процесса.

VII. Компенсация

1. Жертвы террористических актов должны получить справедливую, соответствующую и своевременную компенсацию причиненного им вреда. Если компенсация не может быть предоставлена из иных источников, в частности путем конфискации имущества исполнителей, организаторов и пособников террористических актов, государство, на территории которого был совершен террористический акт, должно способствовать предоставлению компенсации причиненного жертвам непосредственного физического и психологического вреда, независимо от их национальности.

2. Получение жертвами террористических актов компенсации должно быть максимально легким, независимо от их национальности. С этой целью государство, на территории которого был совершен террористический акт, должно создать механизм предоставления справедливой и соответствующей компенсации с помощью простой процедуры и в разумный срок.

3. Государства, граждане которого стали жертвами террористического акта, совершенного на территории другого государства, должно поощрять административной сотрудничество с компетентными органами этого государства, чтобы их граждане могли легче получить компенсацию.

4. Помимо компенсации материального вреда государствам рекомендуется рассмотреть возможность принятия, с учетом различных обстоятельств, иных мер, направленных на смягчение негативных последствий террористического акта для потерпевших от него.

VIII. Защита частной и семейной жизни жертв террористических актов

1. Государства должны принять соответствующие меры, направленные на предотвращение, насколько это возможно, неуважения частной и семейной жизни жертв террористических актов, в частности, при проведении следственных действий и предоставлении помощи после совершения террористического акта, а также в рамках процесса, инициированного жертвами террористического акта.

2. В случае необходимости, государства должны, в соответствии с принципом свободы выражения, поощрять средства массовой информации и журналистов принять саморегулирующие меры, чтобы обеспечить защиту частной и семейной жизни жертв террористических актов в рамках их информационной деятельности.

3. Государства должны обеспечить, чтобы жертвы террористических актов могли прибегнуть к эффективному средству правовой защиты, если они делают имеющее спорный характер заявление о нарушении их права на уважение частной и семейной жизни.

IX. Защита достоинства и безопасности жертв террористических актов

1. На всех стадиях процесса при обращении с жертвами террористических актов необходимо принимать во внимание их личную ситуацию, права и достоинство.

2. Государства должны заботиться о защите и безопасности жертв террористических актов и, в случае необходимости, принимать меры для защиты их личности, особенно если они выступают в качестве свидетелей.

X. Информирование жертв террористических актов

Государства должны соответствующими способами предоставлять жертвам террористических актов информацию о деянии, причинившем им страдания, за исключением случаев, когда жертвы заявили, что не желают получать такую информацию. С этой целью государства должны:

i) создать соответствующие пункты для информирования жертв террористических актов об их правах, существовании органов, оказывающих поддержку жертвам террористических актов, и возможности получения помощи, практической и юридической консультации, возмещения вреда или компенсации;

ii) обеспечить предоставление жертвам террористических актов соответствующей информации о ходе расследования, заключительном решении органов предварительного расследования, дате и месте проведения судебных заседаний и условиях, на которых они могут ознакомиться с принятыми решениями.

XI. Специальная подготовка лиц, оказывающих помощь жертвам террористических актов

Государства должны поощрять специальную подготовку лиц, оказывающих помощь жертвам террористических актов, и предоставлять необходимые для этого средства.

XII. Усиленная защита

Настоящие Линии действий не ограничивают право государств предоставлять более благоприятные услуги и применять более благоприятные меры, нежели описанные в настоящих Линиях действий.

ИСТОЧНИКИ, ИСПОЛЬЗОВАННЫЕ ПРИ ПОДГОТОВКЕ ЛИНИЙ ДЕЙСТВИЙ О ЗАЩИТЕ ЖЕРТВ ТЕРРОРИСТИЧЕСКИХ АКТОВ

Вступление

Этот документ был подготовлен Секретариатом в сотрудничестве с председателем группы специалистов по правам человека и борьбе с терроризмом (DH-S-TER). Он не должен приниматься в качестве пояснительного доклада или меморандума к настоящим Линиям действий.

Преамбула

Комитет министров,

1. Первая часть этого пункта повторяет пункт «а» преамбулы Линий действий, принятых в июле 2002 года. Выражение «без страха» взято из второго пункта преамбулы Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН Резолюцией 217А(III) от 10 декабря 1948 г.

2. Формулировка взята из пункта «b» преамбулы Линий действий, принятых в июле 2002 г.

3. Этот пункт заимствован из Линий действий от 11 июля 2002 г.

4. В этой связи стоит упомянуть принятую Европейской комиссией против расизма и нетерпимости (ECRI) Рекомендацию общей стратегии № 8 о противодействии расизму при борьбе с терроризмом от 17 марта 2004 г.

5. В Рекомендации 1426(1999) Парламентской ассамблеи Совета Европы от 23 сентября 1999 г. «Европейские демократические государства перед лицом терроризма» Комитету министров предложено рассмотреть возможность «о введении принципа более полной защиты жертв террористических актов на национальном и международном уровнях»;

6. Необходимо напомнить принятые 6 октября 2004 г. Рекомендацию 1677 (2004) и Резолюцию 1677 (2004) Парламентской ассамблеи «О террористической угрозе в государствах-членах Совета Европы». В Рекомендации Комитету министров предлагается «как можно быстрее завершить работу над разработкой линий действий о правах жертв и соответствующих обязанностях государств-членов предоставить необходимую помощь и создать форум для обмена положительным опытом и достижениями в области подготовки специалистов между государствами-членами». Резолюция «призывает национальные парламенты: „i“ разработать целостный и скоординированный подход к противодействию терроризму на всех стадиях, включая создание законодательной базы, регулирующей: „d“ защиту и реабилитацию жертв террористических актов, а также предоставление им компенсации вреда».

7. Кроме того, в Резолюции № 1 о борьбе с международным терроризмом, принятой Министрами на 24-ой Европейской конференции министров юстиции (Москва, 4 — 5 октября 2001 г.) Комитету министров предлагается «(c) пересмотреть существующее или, в случае необходимости, принять новое законодательство, регулирующее: iv. улучшения системы защиты, поддержки жертв террористических актов и членов их семей и предоставления им компенсации». В Резолюции № 1 о борьбе с терроризмом, принятой министрами на 25-ой Европейской конференции министров юстиции (София, 9 — 10 октября 2003 г.) это предложение повторено.

8. Наконец, пункт 1 принятой Европейской комиссией против расизма и нетерпимости (ECRI) Рекомендации общей стратегии № 8 о противодействии расизму при борьбе с терроризмом от 17 марта 2004 г. Правительствам государств-членов рекомендовано «принимать все надлежащие меры, особенно посредством международного сотрудничества,... чтобы поддерживать жертв терроризма...».

9. Выражение «предлагает государствам-членам выполнять их и обеспечить их широкое распространение среди органов, ответственных за борьбу с терроризмом» взято из последнего предложения преамбулы Линий действий от 11 июля 2002 г.

I. Принципы

10. Определение. Ни Европейская конвенция по правам человека, ни прецедентное право Европейского суда не содержат определения жертвы террористического акта, и даже слова «жертва». Европейский суд всегда предпочитал использовать казуистичный подход.

11. ООН в Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью, принятой 29 ноября 1985 г. Генеральной Ассамблеей (A/RES/40/34) дает следующее определение:

«1. Под термином „жертвы“ понимаются лица, которым индивидуально или коллективно был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав в результате действия или бездействия, нарушающего действующие национальные уголовные законы государств-членов, включая законы, запрещающие преступное злоупотребление властью.»

2. В соответствии с настоящей Декларацией то или иное лицо может считаться «жертвой» независимо от того, был ли установлен, арестован, предан суду или осужден правонарушитель, а также независимо от родственных отношений между правонарушителем и жертвой. Термин «жертва» в соответствующих случаях включает близких родственников или иждивенцев непосредственной жертвы, а также лиц, которым был причинен ущерб при попытке оказать помощь жертвам, находящимся в бедственном положении, или предотвратить виктимизацию.

3. Положения, содержащиеся в настоящей Декларации, применимы ко всем лицам без каких-либо различий, независимо от расы, цвета кожи, пола, возраста, языка, вероисповедания, национальности, политических или иных взглядов, культурных убеждений или практики, имущественного, сословного или семейного положения, этнического или социального происхождения и нетрудоспособности».

12. В свою очередь статья 1 Рамочного решения Совета Европейского Союза от 15 марта 2001 г. о статусе потерпевших в уголовном процессе (2001/220/JHA) гласит, что для целей этого Рамочного решения:

«a) под „жертвой“ понимается физическое лицо, которому был прямо причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания или материальный ущерб в результате действия или бездействия, нарушающего уголовные законы государств-членов...».

13. Кроме того, Европейский суд признает, что семья жертвы в некоторых случаях может считаться жертвой:

дело «Кипр против Турции» 10 мая 2001 г., § 156:

«Европейский суд напоминает, что решение вопроса о том, является ли член семьи „исчезнувшего лица“ жертвой обращения, несовместимого со статьей 3 Конвенции, будет зависеть от существования особых факторов, которые придает страданиям упомянутого лица масштаб и характер, отличные от эмоциональных переживаний, которые можно рассматривать как неизбежно причиненные родственникам жертвы тяжкого нарушения прав человека. Соответствующую роль играет степень семейного родства, — в таком контексте определенное значение будут иметь узы, связывающие родителей с детьми, особый характер отношений между ними, те моменты, свидетелем которых данный член семьи явился в период обсуждаемых событий, степень участия данного члена семьи в попытках получить информацию относительно исчезнувшего лица и то, каким образом власти реагировали на эти запросы. Европейский суд также напоминает, что суть такого нарушения заключается не столько в самом факте „исчезновения“ члена семьи, сколько в реакции властей и их отношении к возникшей ситуации, когда их поставили в известность о данном факте. Что особенно касается последних, так это то, что родственник может прямо заявить о том, что является жертвой действий властей (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу „Чакичи против Турции“ ( Çakici v. Turkey), жалоба № 23657/94, § 98, Reports 1999-IV)».

14. Пункт 2 Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью, принятой 29 ноября 1985 г. Генеральной Ассамблеей ООН (A/RES/40/34) гласит, что: «То или иное лицо может считаться жертвой независимо от того, был ли установлен, арестован, предан суду или осужден правонарушитель...»

15. Пункт 4 Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью, принятой 29 ноября 1985 г. Генеральной Ассамблеей ООН (A/RES/40/34) уточняет, что: «К жертвам следует относиться с состраданием и уважать их достоинство...».

16. Пункт 1 статьи 2 Рамочного решения Совета Европейского Союза от 15 марта 2001 г. о статусе потерпевших в уголовном процессе (2001/220/JHA) гласит: «Государства-члены должны и далее делать все возможное, чтобы во время процесса с жертвами обращались с должным уважением к их достоинству, и признать права и законные интересы жертв, особенно в рамках уголовного процесса».

II. Неотложная помощь

17. Пункт 4 Рекомендации № R(87)21 Комитета министров Совета Европы государствам-членам о помощи жертвам и предупреждении виктимизации рекомендует правительствам государств-членов «обеспечить получение жертвами и их семьями, особенно наиболее уязвимыми, в частности... неотложной помощи для удовлетворения их первоочередных потребностей...».

18. Слову «assistance» было отдано предпочтение по сравнению со словом «help», в частности, потому что оно было использовано в нескольких статьях Европейской социальной хартии (пересмотренной) (CETS № 163 от 3 мая 1996 г.): см., например, статью 13 «Право на социальную и медицинскую помощь (assistance)».

19. Несмотря на то, что в тексте Европейской конвенции по правам человека не содержится прямого упоминания права на медицинское обслуживание или права на медицинскую помощь, Европейский суд ясно дал понять, что в некоторых случаях на государство может быть возложена обязанность предоставлять медицинскую помощь, предотвращающую нарушение статьи 2 Конвенции (Право на жизнь) или статьи 3 (Запрещение пыток).

20. В § 219 своего Постановления по делу «Кипр против Турции» от 10 мая 2001 г. Европейский суд указал:

«Европейский суд отмечает, что может возникнуть проблема в соответствии со статьей 2 Конвенции, которая наглядно показывает, что власти Договаривающейся Стороны подвергают риску жизнь отдельного человека путем отказа ему в медицинском обслуживании при том, что она (Сторона) занимается организацией здравоохранения для населения в целом. В связи с этим Европейский суд отмечает, что пункт 1 статьи 2 Конвенции предписывает этой Стороне не только воздержаться от умышленного и незаконного лишения жизни, но также обязывает ее принять необходимые меры по защите жизни тех, кто находится под ее юрисдикцией (см. Постановление Европейского суда по делу „L.С.B. против Соединенного Королевства“ (L.C.B. v. United Kingdom) от 9 июня 1998 г., Reports 1998-III, р. 1403, § 36)».

21. В Постановлении по делу «Ильхан против Турции» (Ilhan v. Turkey) от 27 июня 2000 г., § 76:

«Европейский суд обращает внимание, что данные три дела <*> касались позитивного обязательства государства защищать жизнь личности от посягательств третьих сторон или от риска заболевания в соответствии с первым предложением пункта 1 статьи 2 Конвенции».

<*> Примечание Секретариата: «Осман против Соединенного Королевства» (Osman v. United Kingdom) (Постановление от 28 октября 1998 г.), «Яша против Турции» ( Yaºa v. Turkey) (Постановление от 2 сентября 1998 г.), «L.C.B. против Соединенного Королевства» (L.C.B. v. United Kingdom) (Постановление от 9 июня 1998 г.).

22. Европейский суд повторил свою позицию в Постановлении от 1 марта 2001 г. по делу «Берктай против Турции» (Berktay v. Turkey) (§ 154).

23. В Решении о приемлемости № 65653/01 по делу «Нитецки против Польши» (Nitecki v. Poland) от 21 марта 2002 г. Европейский суд напомнил, что:

«Европейский суд напомнил, что пункт 1 статьи 2 Конвенции обязывает государство не только от умышленного и незаконного причинения смерти, но и принимать соответствующие меры для защиты жизни людей, находящихся в его юрисдикции. Нельзя исключать, что действия и бездействие государственных органов в области политики здравоохранения в некоторых случаях могут возложить на них ответственность за нарушение статьи 2 (см. Решение Европейского суда по делу „Пауэлл против Соединенного Королевства“ (Powell v. United Kingdom) от 4 мая 2000 г., жалоба № 45305/99).»

По делам, касающимся заявлений о медицинской небрежности, Европейский суд утверждал, что позитивные обязанности государства по защите жизни в соответствии со статьей 2 включают обязанность разработки для больниц предписаний по защите жизни больных и обязанность создания эффективной судебной системы для установления причин смертей, произошедших в больницах, и привлечения к ответственности соответствующих медицинских работников (см., среди прочих источников, Решение Европейского суда по делу «Эриксон против Италии» (Erikson v. Italy) от 26 октября 1999 г., жалоба № 37900/97; Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Кальвелли и Чильо против Италии» (Calvelli and Ciglio v. Italy), жалоба № 32967/96, § 49, ECHR 2002).

Кроме того, в отношении объема позитивных обязанностей государства по предоставлению медицинской помощи Европейский суд заявил, что может стать вопрос о нарушении статьи 2 Конвенции, если доказано, что власти Договаривающегося государства поставили в опасность жизнь человека, отказав ему в медицинском обслуживании, которое оно обязано предоставлять всему населению (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Кипр против Турции», жалоба № 25781/94, § 219, ECHR 2001-IV)».

24. Европейская комиссия по правам человека признала, что при определенных обстоятельствах на государства в соответствии со статьей 3 возложена позитивная обязанность по предоставлению неотложной медицинской помощи. В этом отношении представляет интерес касающееся заключенного лица дело «Хуртадо против Швейцарии» (Hurtado v Switzerland), по которому Европейская комиссия в своем докладе признала единогласно, что в отношении заявителя была нарушена статья 3 Конвенции вследствие отказа предоставить ему неотложную медицинскую помощь. Данное дело завершилось заключением мирового соглашения (Постановлением от 28 января 1994 г. дело было исключено из списка рассматриваемых Европейским судом дел). См. также § 46 Постановления по делу «МакГлинчи против Соединенного Королевства» (McGlinchey v. United Kingdom) от 29 апреля 2003 г.:

«Статья 3 Конвенции налагает на государство обязанность содержать заключенных в условиях, соответствующих уважению человеческого достоинства и обеспечить, чтобы способ исполнения меры пресечения не причинял им страданий или сложностей, интенсивность которых превышала бы недопустимый уровень страданий, присущий любому лишению свободы, а также чтобы, учитывая практические требования заключения, должным образом защищались здоровье и благополучие заключенного, в частности предоставлялась требуемая медицинская помощь (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу „Аэртс против Бельгии“ (Aerts v. Belgium) от 30 июля 1998 г., Reports 1998-V, p. 1966, § 64 и далее; Постановление Большой палаты Европейского суда по делу „Кудла против Польши“ ( Kud³a v. Poland), жалоба № 30210/96, § 94, ECHR 2000-XI)».

III. Дальнейшая помощь

25. Что касается социальной помощи, Европейский суд отметил, что нарушение статьи 3 Конвенции может быть установлено в отдельных случаях, если очень мал размер пенсии и других пособий по социальному страхованию. В связи с этим см. Решение о неприемлемости, принятое Европейским судом по делу «Лариошина против Российской Федерации» от 23 апреля 2002 г.:

«...Европейский суд считает, что жалоба на абсолютно недостаточный размер пенсии и других социальных выплат в целом может возникнуть на основании статьи 3 Конвенции, запрещающей бесчеловечное или унижающее достоинство обращение».

26. Пункт 4 Рекомендации № R(87)21 Комитета министров Совета Европы государствам-членам о помощи жертвам и предупреждении виктимизации рекомендует Правительствам государств-членов «обеспечить получение жертвами и их семьями, особенно наиболее уязвимыми, в частности... дальнейшей медицинской, психологической, социальной и материальной помощи».

26. Что касается прецедентного права Европейского суда, см. вышеупомянутые отрывки в части, относящейся к Линиям действий II (Неотложная помощь), которые могут быть применены mutatis mutandis к дальнейшей помощи.

28. Кроме того, статьи 11 и 14 пересмотренной Европейской социальной хартии (CETS № 163, 3 мая 1996 г.) гласят:

«Статья 11»

Право на охрану здоровья

В целях обеспечения эффективного осуществления права на охрану здоровья Стороны обязуются принять, непосредственно или в сотрудничестве с государственными или частными организациями, соответствующие меры, направленные, в частности, на:

устранение, насколько это возможно, причин болезни.
предоставление услуг консультационного и просветительского характера, направленных на укрепление здоровья и здорового образа жизни и на развитие чувства личной ответственности за свое здоровье.
предотвращение, насколько это возможно, эпидемических, эндемических и других заболеваний, а также несчастных случаев.

Право на получение услуг со стороны социальных служб

В целях обеспечения эффективного осуществления права на социальное обслуживание Стороны обязуются:

содействовать деятельности или созданию служб, которые, используя методы социальной работы, способствовали бы благосостоянию и развитию как отдельных лиц, так и групп в обществе, а также их адаптации к социальной среде.
поощрять участие отдельных лиц, а также добровольных или иных организаций в создании и деятельности таких служб».

29. Наконец, пункт 14 Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью, принятой 29 ноября 1985 г. Генеральной Ассамблеей ООН (A/RES/40/34) гласит:

«Жертвам следует оказывать необходимую материальную, медицинскую, психологическую и социальную помощь по правительственным, добровольным, общинным и местным каналам».

30. Европейский суд признал, что официальное расследование должно проводиться во всех случаях убийства частных лиц в результате использования силы и что данная обязанность государства не ограничивается случаями, когда установлено, что убийство совершено государственным служащим:

дело «Юлькю Екинчи против Турции» (Ulku Ekinci v. Turkey), 16 июля 2002 г., § 144:

«Европейский суд напомнил, что в соответствии с его прецедентным правом обязанность защищать право на жизнь, вытекающая из статьи 2, вместе с содержащейся в статье 1 общей обязанностью государства „обеспечивать каждому, находящемуся под его юрисдикцией, права и свободы, определенные в настоящей Конвенции“ подразумевает, что должно проводиться эффективное официальное расследование в какой-либо форме, если убийство было совершено в результате применения силы. Данная обязанность государства не ограничивается случаями, когда установлено, что убийство совершено государственным служащим. Также не имеет значения, подали ли члены семьи убитого или иные лица официальное заявление об убийстве в компетентный орган предварительного расследования. Уже то, что соответствующие органы получили известие об убийстве мужа заявительницы ipso facto затрагивает содержащуюся в статье 2 Конвенции обязанность провести эффективное расследование обстоятельств смерти (см., для сравнения, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу „Танрикулу против Турции“ (Tanrikulu v. Turkey), жалоба № 23763/94, § 101 и 103, ECHR 1999-IV). Характер и степень изучения обстоятельств, при которых расследование остается эффективным, зависят от обстоятельств конкретного дела. Оценку необходимо осуществлять на основе совокупности ответствующих фактов и с учетом практических реалий следственной работы (см., для сравнения, Постановление Европейского суда по делу „Великова против Болгарии“ (Velikova v. Bulgaria), жалоба № 41488/98, § 80, ECHR 2000-VI)».

Дело «Тепе против Турции» (Tepe v. Turkey), 9 мая 2003 г., § 195:

«Учитывая фундаментальное значение права на защиту жизни, статья 13 Конвенции требует, помимо выплаты компенсации в соответствующих случаях, проведения подробного и эффективного расследования, в результате которого могут быть установлены и наказаны лица, совершившие убийство, и которое предусматривало бы доступность процесса расследования для лица, подавшего жалобу (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу „Кайа против Турции“ (Kaya v. Turkey), p. 330 — 331, § 107)».

Дело «Финукейн против Соединенного Королевства» (Finucane v. United Kingdom), 1 июля 2003 г., § 71:

«70. В данном контексте подразумевается требование о быстроте и должной осмотрительности (см. Постановление Европейского суда по делу „Яша против Турции“ ( Yaºa v. Turkey) от 2 сентября 1998 г., Reports 1998-IV, pp. 2439 — 2440, § 102 — 104; Постановление Большой Палаты Европейского суда по делу „Чакичи против Турции“ ( Çakici v. Turkey), жалоба № 23657/94, ECHR 1999-IV, § 80, 87 и 106; упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу „Танрикулу против Турции“, § 109; Постановление Европейского суда по делу „Махмут Кайа против Турции“ (Mahmut Kaya v. Turkey), № 22535/93, ECHR 2000-III, § 106 - 107). Хотя могут иметься препятствия и трудности, препятствующие проведению расследования в конкретной ситуации, быстрый ответ государственных органов при расследовании убийства в целом может считаться существенным для поддержания доверия общества принципу законности и для предупреждения случаев соучастия в неправомерных актах и терпимости к ним (см., например, упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу „Хью Джордан против Соединенного Королевства“, § 108, 136, 140)».

32. Европейский суд признал, члены семьи убитого должны участвовать в расследовании в пределах, необходимых для защиты их законных интересов, так как без этого расследование не может считаться «эффективным».

33. Дело «Слимани против Франции» (Slimani v. France), 27 июля 2004 г., § 32 и 47:

«32. ...По делам такого рода Европейский суд подчеркивал, что в них должен в достаточном объеме содержаться элемент общественного контроля за расследованием и его результатами, чтобы обеспечить отчетность ответственных лиц как на практике, так и в теории. Европейский суд уточнил, что если требуемые пределы общественного контроля могут варьироваться в зависимости от дела, близкие потерпевшего в любом случае должны участвовать в расследовании в пределах, необходимых для защиты их законных интересов (см., в частности, Постановление Европейского суда по делу „Хью Джордан против Соединенного Королевства“ (Hugh Jordan v. United Kingdom) от 4 мая 2001 г., жалоба № 24746/94, § 109; упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу „МакКерр против Соединенного Королевства“, § 115, и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу „Эдвардз против Соединенного Королевства“, § 73); Европейский суд счел, что то же самое относится и к случаям, когда кто-либо погибает, находясь во власти государственных органов».

«47. Тем не менее, как ранее отмечал Европейский суд, во всех случаях, когда заключенный погибает при подозрительных обстоятельствах, статья 2 Конвенции обязывает власти страны, при получении соответствующих сведений, по собственной инициативе провести „официальное и эффективное расследование“, позволяющее установить причины смерти и личность возможных виновников смерти, а также наказать виновных: власти не могут оставлять родственникам погибшего инициативу подачи официальной жалобы или принятия на себя ответственности за расследование. Кроме того, следует добавить, что такое расследование может быть признано „эффективным“, только если близкие жертвы участвуют в процессе в пределах, необходимых для защиты их законных интересов (см. выше § 29 — 32).»

По мнению Европейского суда, требование от близких погибшего подавать жалобу и предъявлять гражданско-правовой иск, чтобы иметь возможность участвовать в процессе, противоречит этим принципам. Европейский суд счел, что власти страны, при получении сведений о смерти человека при подозрительных обстоятельствах, по собственной инициативе должны провести расследование, к которому должны быть привлечены, также по их инициативе, и родственники погибшего».

34. Дело «МакКерр против Соединенного Королевства» (McKerr v. United Kingdom), 4 мая 2001 г., § 148 и 159 — 160:

«148. ...Европейский суд пришел к выводу о том, что право семьи погибшего, чья смерть расследуется, участвовать в разбирательстве требует того, чтобы принятые процессуальные нормы обеспечивали необходимую защиту их интересов, хотя это может быть не в прямых интересах тех представителей полиции и сил безопасности, которые причастны к данным событиям. Европейский суд не убежден в том, что интересы заявителя как ближайшего родственника погибшего были законно и в полной мере защищены в этом отношении».

«159. ...как считал Европейский суд, требования статьи 2 Конвенции, тем не менее, могут быть соблюдены, если одновременно при попытке принимать во внимание другие законные интересы, такие, как национальные интересы или защита имеющих отношение к следствию материалов, эти положения предусматривают необходимые гарантии в доступной и эффективной форме. В нынешнем случае задействованные процедуры такого равновесия не достигли.»

160. Европейский суд отметил, что недостатки в отношении прозрачности и эффективности, отмечавшиеся выше, вступают в противоречие с целью, обозначенной национальными судами и состоящей в том, чтобы развеять подозрения и опровергнуть слухи. Выдерживаемые должным образом процедуры по обеспечению подотчетности представителей государства крайне необходимы для сохранения доверия общественности и нейтрализации той законной озабоченности, которая может возникнуть в результате применения силы со смертельным исходом. Отсутствие таких процедур только подольет масла в огонь опасений по поводу злонамеренности, как об этом, в частности, свидетельствуют материалы, представленные заявителем в отношении предполагаемой политики стрельбы на поражение».

35. Наконец, пункт 1 статьи 10 Рамочного решения Совета Европейского Союза от 13 июня 2002 г. о борьбе с терроризмом гласит:

«Государства-члены обеспечивают, чтобы расследование и преследование, касающиеся преступлений, охватываемых настоящим Рамочным решением, не зависят от заявлений и обвинений потерпевших, по крайней мере, если преступление было совершено на территории государства-члена».

36. Кроме того, Европейский суд признал необходимость общественного контроля за расследованием и его результатами:

«Финукейн против Соединенного Королевства», 1 июля 2003 г., § 71:

«71. По этим же причинам в расследовании должен присутствовать элемент общественного контроля самого расследования или его результатов, для обеспечения соответствия теории практике. Степень общественного контроля зависит от обстоятельств дела. Но близкие родственники жертвы должны принимать участие во всех делах в пределах, обеспечивающих соблюдение его или ее интересов (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу „Гюлеч против Турции“, p. 1733, § 82; упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу „Огур против Турции“, § 92; упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу „Гюль против Турции“, § 93; а также недавние дела Северной Ирландии, например, упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу „МакКерр против Соединенного Королевства“, § 148)».

37. Что касается случаев, когда власти государства решают не передавать дело подозреваемого в совершении террористического акта в суд, например, за недостаточностью доказательств, пункт 7 Рекомендации № R(85)11 Комитета министров государствам-членам о статусе потерпевших в уголовном праве и уголовном процессе уточняет, что «потерпевший должен иметь право ходатайствовать о пересмотре компетентным органом решения о прекращении уголовного дела или право инициировать дело путем прямого обращения в суд».

i) право на обращение в компетентный суд с гражданским иском в поддержку своих прав, и

ii) правовую помощь, в случае необходимости.

38. Выражение «эффективный доступ к закону и правосудию» было заимствовано из Рекомендации № R(93)1 Комитета министров государствам-членам об эффективном доступе к закону и правосудию для самых бедных граждан.

39. Принципы, изложенные в Рекомендации № R(81)7 Комитета министров о мерах по повышению доступности правосудия применимы, mutatis mutandis, к жертвам террористических актов и должны реализовываться во всех государствах-членах.

40. Наконец, пункт 6 Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью, принятой 29 ноября 1985 г. Генеральной Ассамблеей ООН (A/RES/40/34), гласит:

«6. Следует содействовать тому, чтобы судебные и административные процедуры в большей степени отвечали потребностям жертв путем:»

a) предоставления жертвам информации об их роли и об объеме, сроках проведения и ходе судебного разбирательства и о результатах рассмотрения их дел, особенно в случаях тяжких преступлений, а также в случаях, когда ими запрошена такая информация;

b) обеспечения возможности изложения и рассмотрения мнений и пожеланий жертв на соответствующих этапах судебного разбирательства в тех случаях, когда затрагиваются их личные интересы, без ущерба для обвиняемых и согласно соответствующей национальной системе уголовного правосудия;

c) предоставления надлежащей помощи жертвам на протяжении всего судебного разбирательства;

d) принятия мер для сведения к минимуму неудобств для жертв, охраны их личной жизни в тех случаях, когда это необходимо, и обеспечение их безопасности, а также безопасности их семей и свидетелей с их стороны и их защиты от запугивания и мести;

e) предотвращения неоправданных задержек при рассмотрении дел и выполнения постановлений или решений о предоставлении компенсации жертвам».

41. Европейский суд признал также, что дела в отношении подозреваемых должны рассматриваться в разумный срок. См., например:

дело «Мутимара против Франции» (Mutimara v. France), 8 июня 2004 г., § 69 — 74. В данном деле Европейский суд вынес решение против Франции за слишком долгий срок процесса по рассмотрению жалобы, поданной против лица, предположительно осуществлявшего геноцид в Руанде:

«69. Европейский суд напомнил, что разумность срока процесса оценивается с учетом критериев, закрепленных в прецедентном праве Европейского суда, в частности, сложности дела, поведения заявителя и компетентных органов (см., среди прочих источников, Постановление Европейского суда по делу „Дустали против Франции“ (Doustaly v. France) от 22 апреля 1998 г., Reports 1998 II, p. 857, § 39; Постановление Европейского суда по делу „Слиман-Каид против Франции (N 3)“ ( Slimane — Kaïd v. France (N 3)) от 6 апреля 2004 г., жалоба № 45130/98, § 38) и обстоятельств дела, которые в настоящем деле требуют глобальной оценки (см. Постановление Европейского суда по делу „Версини против Франции“ (Versini v. France) от 10 июля 2001 г., жалоба № 40096/98, § 26; и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу „Слиман-Каид против Франции“).»

70. В настоящем деле Европейский суд отметил, что процесс, начавшийся 1 августа 1995 г. (жалоба заявителя с предъявлением гражданского иска), все еще находится на рассмотрении следственного судьи, в настоящее время в общей сложности в течение восьми лет и более восьми месяцев.

71. Европейский суд счел, что дело представляло определенную трудность, о чем свидетельствует, в частности, принятие многочисленных международных отдельных требований. Но это, само по себе, не оправдывает столь долгий срок процесса.

/.../

74. Учитывая обстоятельства дела и несмотря на их специфичность, Европейский суд счел, что нельзя считать «разумным» срок, составляющий в общей сложности почти девять лет, ушедших на проведение предварительного следствия, все еще не завершенного».

42. Европейский суд признал, что позицию жертв следует принимать во внимание при расследовании и рассмотрении уголовного дела; кроме того, они должны иметь право подать гражданский иск, чтобы получить, по крайней мере, символическую компенсацию или защитить гражданские права:

Дело «Перес против Франции» (Perez v. France), 12 февраля 2004 г., (Большая палата), § 70 - 72:

«70. Европейский суд... отметил, что Конвенция не гарантирует ни права на „личную месть“, к которому апеллирует заявитель, ни actio popularis. Таким образом, не может быть самостоятельно допущено право преследовать третьих лиц или осуждать их за совершение уголовного преступления: оно должно неотъемлемо следовать за осуществлением жертвой права на подачу гражданского иска в соответствии с национальным законодательством, даже если его единственной целью является получение символической компенсации или защита гражданского права, например, права на „хорошую репутацию“ (см. Постановление Европейского суда по делу „Голдер против Соединенного Королевства“ (Golder v. United Kingdom) от 21 февраля 1975 г., Series A, № 18, p. 13, § 27; упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу „Хелмерс против Швеции“, p. 14, § 27; и Постановление Европейского суда по делу „Толстой-Милославский против Соединенного Королевства“ (Tolstoy Miloslavsky v. United Kingdom) от 13 июля 1995 г., Series A, № 316-B, p. 78, § 58).»

/.../

72. Кроме того, Европейский суд отметил необходимость защищать права жертв и место, которое отводится им в уголовном процессе. Из-за того, что требования, присущие понятию «справедливое судебное разбирательство» не обязательно одинаковы в гражданско-правовых спорах и в уголовных делах, о чем свидетельствует тот факт, что для гражданско-правовых споров отсутствуют подробные положения вроде пунктов 2 и 3 статьи 6 (см. Постановление Европейского суда по делу «Домбо Бехеер Б.В.» против Нидерландов» (Dombo Beheer B.V. v. Netherlands) от 27 октября 1993 г., Series A, № 274, p. 19, § 32), не следует, что Европейский суд может не интересоваться судьбой потерпевших и принижать их права... Наконец, Европейский суд обратил внимание на Рекомендации R(83)7, R(85)11, R(87)21 Комитета министров (см. выше § 26 - 28), в которых перечисляются права, которые может отстаивать потерпевший в рамках уголовного права и уголовного процесса».

43. Как отметил выше Европейский суд, Рекомендации № R(83)7, R(85)11, R(87)21 содержат перечень прав, которые могут отстаивать потерпевшие в рамках уголовного права и уголовного процесса. В частности, пункт 29 Рекомендации № R(83)7 Комитета министров государствам-членам об участии общества в уголовной политике предусматривает, что правительства государств-членов должны помогать потерпевшим «создав эффективную систему правовой помощи жертвам, чтобы они могли иметь доступ к правосудию при любых обстоятельствах». Кроме того, пункт 4 Рекомендации № R(87)21 Комитета министров государствам-членам о помощи жертвам и предупреждении виктимизации гласит, что власти государств-членов «обеспечивают получение жертвами и их семьями, особенно наиболее уязвимыми, в частности... помощи во время уголовного процесса, уважая при этом позицию стороны защиты».

44. Статья 6 (Специальная помощь потерпевшему) Рамочного решения Совета Европейского Союза от 15 марта 2001 г. о статусе потерпевших в уголовном процессе (2001/220/JHA) гласит: «Государства-члены обеспечивают доступ потерпевших к консультациям об их роли в процессе, как предусмотрено в пункте 1 „f“iii» статьи 4, в случае необходимости предоставляемым бесплатно, и в соответствующих случаях к правовой помощи в соответствии с пунктом 1 «f»ii» статьи 4, если они могут приобрести статус стороны в уголовном процессе».

45. Пункт 6 Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью, принятой 29 ноября 1985 г. Генеральной Ассамблеей ООН (A/RES/40/34), гласит:

c) предоставления надлежащей помощи жертвам на протяжении всего судебного разбирательства;

46. Линии действий XVII от 11 июля 2002 г. (Компенсация жертвам террористических актов) напоминает, что: «Если компенсация не может быть предоставлена из иных источников, в частности путем конфискации имущества исполнителей, организаторов и пособников террористических актов, государство, на территории которого был совершен террористический акт, должно способствовать предоставлению компенсации жертвам вреда, причиненного их здоровью и личности».

47. В Резолюции 2002/35, озаглавленной «Права человека и терроризм», Комиссия ООН по правам человека «приветствует доклад Генерального Секретаря (А/56/190) и предлагает ему и далее выяснять мнение государств-членов о влиянии терроризма во всех его формах и проявлениях на пользование всеми правами человека и фундаментальными свободами в полном объеме и о способах удовлетворения потребностей и чаяний жертв терроризма, в том числе путем возможного создания фонда добровольных пожертвований для жертв терроризма, а также о способах и средствах реабилитации жертв терроризма и их реинтеграции в общество, включая выясненные сведения в доклады, представляемые Комиссии и Генеральной Ассамблеи».

48. Кроме того, в своей Резолюции 1566(2004), принятой на 5053 заседании 8 октября 2004 г., Совет Безопасности ООН:

«10. поручает далее рабочей группе, учрежденной пунктом 9, рассмотреть возможность создания международного фонда для выплаты компенсаций жертвам террористических актов и их семьям, который мог бы финансироваться за счет добровольных взносов, которые могли бы частично состоять из активов, конфискованных у террористических организаций, их членов и спонсоров, и представить свои рекомендации Совету».

49. Наконец, что касается компенсации, полезно напомнить статью 75 Римского статута Международного уголовного суда:

«Статья 75»

Возмещение ущерба потерпевшим

1. Суд устанавливает принципы, касающиеся возмещения ущерба потерпевшим или в отношении потерпевших, включая реституцию, компенсацию и реабилитацию. На этой основе Суд может в ответ на поступившую просьбу или, в исключительных случаях, по своей собственной инициативе определить в своем решении масштабы и размер любого ущерба, убытков и вреда, причиненных потерпевшим или в их отношении, и заявляет о принципах, на основании которых он действует.

2. Суд может вынести постановление непосредственно по отношению к осужденному о возмещении ущерба потерпевшим или в отношении потерпевших в надлежащей форме, включая реституцию, компенсацию и реабилитацию.

В соответствующих случаях Суд может вынести постановление о выплате суммы в порядке возмещения ущерба в Целевой фонд, предусмотренный в статье 79.

3. Прежде чем выносить постановление в соответствии с настоящей статьей, Суд может запрашивать и принимает во внимание представления от осужденного, от потерпевших, прочих заинтересованных лиц или заинтересованных государств или от их имени.

4. Осуществляя свои полномочия в соответствии с настоящей статьей, Суд, после вынесения решения о признании лица виновным в совершении преступления, подпадающего под юрисдикцию Суда, может определить, существует ли необходимость в том, чтобы в целях исполнения любого постановления, которое он может вынести согласно настоящей статье, были приняты меры в соответствии с пунктом 1 статьи 93.

5. Государство-участник исполняет решение, вынесенное на основании настоящей статьи, как если бы положения статьи 109 были применимы к данной статье.

6. Ничто в настоящей статье не должно толковаться как ущемляющее права потерпевших в соответствии с национальным или международным правом».

50. Пункт 11 Директивы Совета Европейского Союза 2004/80/СЕ от 29 апреля 2004 г., касающейся выплаты компенсации жертвам преступлений, гласит, что: «Следует создать систему сотрудничества между властями государств-членов, чтобы увеличить доступность компенсации в случаях, когда преступление было совершено в государстве-члене, не являющемся государством проживания жертвы».

51. Пункт 8 Рекомендации № R(85)11 Комитета министров государствам-членам о статусе потерпевших в уголовном праве и уголовном процессе уточняет, что «на всех стадиях процесса потерпевшего необходимо допрашивать с учетом его личной ситуации, его прав и достоинства».

52. Пункт 9 Рекомендации № R(87)21 Комитета министров государствам-членам о помощи жертвам и предупреждении виктимизации призывает Правительства государств-членов «принимать меры для предупреждения раскрытия службами помощи жертвам третьим лицам сведений личного характера, касающихся жертв, без их согласия».

53. Пункт 6 «d» Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью, принятой 29 ноября 1985 г. Генеральной Ассамблеей ООН (A/RES/40/34), гласит:

/.../

54. В этом контексте следует упомянуть Рекомендацию № R(97)19 Комитета министров государствам-членам о показе насилия в электронных средствах массовой информации и Рекомендацию N (99)5 о защите частной жизни в Интернете.

55. Первый пункт был принят отчасти под влиянием пункта 8 Рекомендации № R(85)11 Комитета министров государствам-членам о статусе потерпевших в уголовном праве и уголовном процессе, который уточняет, что «на всех стадиях процесса потерпевшего необходимо допрашивать с учетом его личной ситуации, его прав и достоинства».

56. Пункт 6 «d» Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью, принятой 29 ноября 1985 г. Генеральной ассамблеей ООН (A/RES/40/34), гласит:

/.../

57. Европейский суд признал, что при определенных обстоятельствах члены семьи «пропавшего лица» могут быть объектами бесчеловечного обращения по смыслу статьи 3 Конвенции, если власти государства не реагируют на попытки получения информации о пропавшем лице.

дело «Кипр против Турции», 10 мая 2001 г., § 156 - 157:

«156. ...Европейский суд напомнил, что вопрос о том, является ли член семьи „пропавшего человека“ жертвой обращения, противоречащего статье 3, зависит от наличия специальных факторов, которые придают страданиям соответствующего лица степень и характер, отличные от душевных страданий, неизбежно испытываемых родственниками лица, ставшего жертвой серьезного нарушения прав человека. К этим факторам относятся... попытки члена семьи получить информацию о пропавшем лице и реакция государственных органов на эти попытки...»

157. ...Для Европейского суда молчание властей государства-ответчика, видя реальную обеспокоенность родственников пропавшего лица, достигает уровня суровости, который может считаться бесчеловечным обращением в соответствии с о статьей 3 Конвенции».

58. Пункт 2 Рекомендации № R(85)11 Комитета министров государствам-членам о статусе потерпевших в уголовном праве и уголовном процессе гласит, что «полиция должна сообщить жертве обо всех возможностях получения помощи, практической или правовой консультации, компенсации от преступника и государства».

59. Пункт 4 Рекомендации № R(87)21 Комитета министров государствам-членам о помощи жертвам и предупреждении виктимизации гласит, что Правительства государств-членов «обеспечивают получение жертвами и их семьями, особенно наиболее уязвимыми, в частности... информации о правах жертв».

60. Пункт 3 Рекомендации № R(85)11 Комитета министров государствам-членам о статусе потерпевших в уголовном праве и уголовном процессе гласит, что «жертва должна иметь возможность получить информацию о результатах полицейского расследования».

61. Пункт 6 этой же Рекомендации предусматривает также, что «жертве следует сообщить о заключительном решении органов предварительного расследования, если только он не укажет о своем нежелании получать такую информацию».

62. Наконец, пункт 9 Рекомендации № R(85)11 Комитета министров государствам-членам о статусе потерпевших в уголовном праве и уголовном процессе гласит, что «жертве следует сообщить о: дате и месте судебного заседания в отношении преступления, причинившего ему страдания; его возможностях получить реституцию и компенсацию в рамках уголовного процесса, а также правовую помощь и консультацию; способах узнать результаты дела».

63. Статья 4 («Право на получение информации») Рамочного решения Совета Европейского Союза от 15 марта 2001 г. о статусе потерпевших в уголовном процессе (2001/220/JHA) гласит, в частности, что: «Государства-члены принимают необходимые меры для обеспечения того, чтобы, по крайней мере, в случаях, когда существует опасность для жизни и здоровья жертвы вследствие освобождения преследуемого или осужденного лицо, в случае необходимости о данном решении сообщалось жертве».

64. Пункт 11 преамбулы Рамочного решения Совета Европейского Союза от 15 марта 2001 г. о статусе потерпевших в уголовном процессе (2001/220/JHA) предусматривает, чтобы «лицам, контактирующим с жертвами, предоставлялась необходимая и адекватная подготовка, так как это имеет значение не только для жертв, но и для достижения целей процесса». Статья 14 данного документа уточняет:

«Статья 14»

Подготовка персонала, участвующего в процессе или иным
образом контактирующего с жертвами

1. Через свои службы или путем финансирования организаций, оказывающих поддержку жертвам, государства-члены должны поощрять инициативы, позволяющие персоналу, участвующему в процессе или иным образом контактирующему с жертвами, получить надлежащую подготовку, сосредоточенную в частности на понимании потребностей наиболее уязвимых слоев населения.

2. Пункт 1 применяется, в частности, к служащим полиции и профессиональным юристам».

65. Пункт 16 Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью, принятой 29 ноября 1985 г. Генеральной ассамблеей ООН (A/RES/40/34), гласит, что: «Работникам полиции, системы правосудия, здравоохранения, социальных служб и другому соответствующему персоналу следует проходить подготовку, позволяющую обеспечить понимание ими потребностей жертвы и руководящих принципов оказания надлежащей оперативной помощи».