Постановление ЕСПЧ от 21.06.2011
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 21.06.2011. 5335/05. 21.06.2011. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-533505
«Дело „Пономаревы (Ponomaryovi) против Болгарии“ (жалоба № 5335/05) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ПОНОМАРЕВЫ (PONOMARYOVI) ПРОТИВ БОЛГАРИИ» (Жалоба № 5335/05)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ <**>
(Страсбург, 21 июня 2011 года)
30 августа 2011 г. в тексте Постановления исправлены ошибки
в соответствии с правилом 81 Регламента Суда
<*> Перевод с английского Г.А. Николаева.
<**> Постановление вступило в силу 28 ноября 2011 г. (прим. редактора).
По делу «Пономаревы против Болгарии» Европейский суд по правам человека (Четвертая секция), заседая Палатой в составе:
Николаса Братцы, Председателя Палаты,
Винсента А. Де Гаэтано, судей,
а также при участии Лоренса Эрли, Секретаря Секции Суда,
заседая 31 мая 2011 г. за закрытыми дверями,
вынес следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 5335/05, поданной 8 февраля 2005 г. в Европейский суд по правам человека (далее — Европейский суд) против Республики Болгария двумя гражданами Российской Федерации — Анатолием Владимировичем Пономаревым и Виталием Владимировичем Пономаревым (далее — заявители) — в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция).
2. Интересы заявителей представлял В. Стоянов, адвокат, практикующий в г. Пазарджик (Болгария). Власти Болгарии были представлены сотрудницей Министерства юстиции, Уполномоченной Болгарии при Европейском суде М. Димовой (M. Dimova).
3. Власти Российской Федерации, уведомленные о своем праве вступить в дело (пункт 1 статьи 36 Конвенции и пункт 1 правила 44 Регламента Суда) <*>, сообщили письмом от 25 декабря 2007 г., что не намерены воспользоваться этой возможностью.
<*> Имеется в виду третьей стороной (прим. редактора).
4. Заявители, в частности, утверждали, что подверглись дискриминации, поскольку в отличие от болгарских граждан и некоторых категорий иностранцев они были обязаны оплачивать получение среднего образования.
5. Решением от 18 сентября 2007 г. Европейский суд признал жалобу частично неприемлемой. Решением от 10 февраля 2009 г. он прекратил производство по части жалобы и признал еще одну часть неприемлемой, а в остальной части жалобу приемлемой для рассмотрения по существу.
6. Заявители и власти Болгарии подали дополнительные письменные объяснения (пункт 1 правила 59 Регламента Суда).
7. После изменения состава секций Европейского суда 1 февраля 2011 г. жалоба была передана для дальнейшего производства по делу в Четвертую секцию Европейского суда.
8. 3 мая 2011 г. председатель Четвертой секции отклонил ходатайство заявителей о нераскрытии их личности (пункт 3 правила 47 Регламента Суда).
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
A. Предварительная информация по делу
9. Первый заявитель, Анатолий Пономарев, родился 15 июня 1986 г. в г. Кустанай Казахской Советской Социалистической Республики (ныне — Республика Казахстан). Его брат, второй заявитель, Виталий Пономарев, также родился там же 6 июня 1988 г. В 1990 году они переехали в Москву (Российская Федерация) со своей матерью, А.Р., гражданкой России. В 1992 году их мать развелась с их отцом, V.P., также гражданином России. Место пребывания последнего остается неясным; он мог поселиться в другой стране, возможно, в Германии. Также представляется, что заявители не поддерживали каких-либо контактов с отцом после развода родителей.
10. 6 августа 1993 г. мать заявителей вышла замуж за болгарского гражданина. В 1994 году семья поселилась в г. Пазарджик (Болгария). Мать заявителей получила постоянный вид на жительство в связи с браком с болгарским гражданином, а заявители приобрели право проживания в Болгарии на основании вида их матери.
11. В 1994 году заявители поступили в болгарскую начальную школу, а впоследствии — в среднюю школу. По-видимому, оба они свободно владели болгарским языком.
12. Их мать не имела работы с 1998 года. Ее муж владел небольшим бизнесом интернет-кафе, который власти, по-видимому, закрыли в 2005 году.
13. 15 июня 2004 г. Анатолию Пономареву исполнилось 18 лет, и он, соответственно, должен был получить самостоятельный вид на жительство, чтобы законно проживать в Болгарии. В сентябре 2004 г. он обратился в иммиграционный орган и был уведомлен о том, что для получения постоянного вида на жительство он вначале должен покинуть Болгарию, получить специальную визу в болгарском посольстве за границей, возвратиться в страну и обратиться за временным разрешением на жительство; только впоследствии он мог бы обратиться за выдачей постоянного вида на жительство.
14. 28 сентября 2004 г. консульский департамент Министерства иностранных дел Болгарии уведомил Анатолия Пономарева, что не будет настаивать на его выезде из страны для получения специальной визы и что он может получить ее в Болгарии. Затем заявитель обратился за выдачей постоянного вида на жительство. Однако, поскольку он не смог собрать средства, необходимые для уплаты пошлины (составлявшие чуть более 1300 болгарских левов), 22 февраля 2005 г. иммиграционные власти возвратили его заявление без рассмотрения.
15. В октябре 2005 г. оба заявителя, ссылаясь на отсутствие имущества или дохода, просили комиссию по освобождению от уплаты безнадежных долгов в пользу государства, учрежденную президентом республики, освободить их от пошлин. 31 мая 2006 г. комиссия отклонила их ходатайства, найдя, что их задолженность не является безнадежной.
16. Тем временем, 17 февраля и 8 марта 2006 г., иммиграционные власти уведомили заявителей о том, что им выданы постоянные виды на жительство, и предложили получить их. 11 мая 2006 г. заявители уплатили требуемые пошлины и получили документы, подтверждающие постоянное разрешение на проживание. Общая сумма, уплаченная Анатолием Пономаревым, составляла 1 375 левов 26 стотинок, а Виталием Пономаревым — 1415 левов 26 стотинок. Они собрали необходимую сумму путем получения банковского кредита.
B. Оплата школьного обучения Анатолия Пономарева
17. 9 февраля 2005 г., когда Анатолий Пономарев обучался в последнем классе средней школы, начальник региональной образовательной инспекции Министерства образования Болгарии направил директору его школы письмо, в котором запрашивал, оплатил ли заявитель обучение в школе в качестве иностранца, не имеющего постоянного вида на жительство, и, если нет, приняты ли меры для взыскания этой суммы. Через два с половиной месяца, 26 апреля 2005 г., образовательная инспекция в Пазарджике провела совещание с участием директора школы. На этом совещании присутствовали также представители иммиграционных органов и обсуждался вопрос о мерах, которые следует принять во исполнение пункта 4 (3) дополнительных положений Закона о народном просвещении 1991 года (см. § 32 настоящего Постановления) в отношении заявителя.
18. 28 апреля 2005 г. директор школы предложила заявителю уплатить 800 евро за обучение, в противном случае он не мог бы посещать занятия, и ему не выдали бы справку об окончании учебного года. Она ссылалась на Решение министра образования от 20 июля 2004 г., установившее размер оплаты иностранцами обучения в болгарских учебных заведениях в соответствии с вышеупомянутым пунктом 4 (3).
19. Заявитель обжаловал распоряжение директора школы. 5 июля 2005 г. Пазарджикский областной суд частично отменил распоряжение. Он установил, что не имеется данных о получении заявителем постоянного вида на жительство. Таким образом, он мог посещать занятия только в случае оплаты обучения. Однако факт неуплаты, ввиду возможности взыскания оплаты, не означал, что ему не может быть выдана справка об окончании предыдущего учебного года. В этой части распоряжение, таким образом, являлось незаконным.
20. Обе стороны — заявитель и директор школы — обжаловали это решение. 13 июня 2006 г. Высший административный суд (Реш. № 6381 от 13 юни 2006 г. по адм. д. № 10496/2005 г., ВАС, V о.) оставил решение нижестоящего суда без изменения. Он полностью поддержал его мотивировку и добавил, что факт получения первым заявителем постоянного вида на жительство (см. § 16 настоящего Постановления) означает лишь, что в дальнейшем он может обучаться в болгарской школе бесплатно. Однако в период, относящийся к обстоятельствам дела, он не имел постоянного статуса резидента и был обязан вносить требуемую плату. В части выдачи справки об окончании соответствующего учебного года решение нижестоящего суда являлось правильным, поскольку уклонение заявителя от оплаты являлось условием допуска к обучению, но не могло служить основанием для отказа в признании диплома, если заинтересованное лицо уже прошло обучение.
21. По-видимому, школа заявителя на практике не препятствовала ему в посещении занятий, но выдача аттестата средней школы была задержана примерно на два года, что, в свою очередь, задержало его поступление в университет.
C. Разбирательство в связи с обжалованием в суд решения министра
22. Анатолий Пономарев отдельно обжаловал Решение министра об установлении платы от 20 июля 2004 г. (см. § 18 настоящего Постановления). Он, inter alia, утверждал, что возложение на иностранцев обязанности оплаты обучения в болгарских школах являлось дискриминационным.
23. 10 января 2006 г. (Реш. № 349 от 10 януари 2006 г. по адм. д. № 5034/2005 г., ВАС, V о.) состав Высшего административного суда из трех человек отклонил его жалобу. Он, в частности, установил, что льготы на основе гражданства широко распространены во многих странах. Кроме того, статья 14 Конвенции прямо не запрещает дискриминацию по данному признаку. Если оно предусмотрено законом или международным договором, различие в обращении с лицами на основе их гражданства не составляет дискриминацию. Кроме того, иностранцы, имеющие постоянный вид на жительство, не обязаны оплачивать обучение. Однако заявитель не доказал, что имеет такой вид на жительство.
24. Рассмотрев апелляционную жалобу заявителя, специальный состав Высшего административного суда из пяти человек оставил без изменения Решение нижестоящего суда от 13 июня 2006 г. (Реш. № 6391 от 13 юни 2006 г. по адм. д. № 2249/2006 г., ВАС, петчленен с-в), полностью поддержав его мотивировку.
D. Оплата школьного обучения Виталия Пономарева
25. 31 октября 2005 г., когда Виталий Пономарев учился в предпоследнем классе средней школы, директор последней предложил ему уплатить за обучение 1300 евро, в противном случае он был бы отстранен от посещения школы и не получил бы справки об образовании за учебный год.
26. Заявитель обратился с жалобой в суд, inter alia, указав, что нарушены его права, предусмотренные Конвенцией. 4 апреля 2006 г. Пазарджикский областной суд отклонил его жалобу. Он не усмотрел доказательств того, что заявитель имел постоянный вид на жительство или что процедура выдачи такого вида на жительство продолжалась. Таким образом, он мог продолжать обучение только в случае внесения требуемой платы. Это не нарушает его права на образование, поскольку иностранцы могут обучаться в болгарских школах только в случае внесения требуемой платы.
27. Заявитель обжаловал это решение. 13 декабря 2006 г. (Реш. № 12503 от 13 декември 2006 г. по адм. д. № 6371/2006 г., ВАС, V о.) Высший административный суд оставил решение нижестоящего суда без изменения. Он указал, что в случае получения заявителем постоянного вида на жительство (см. § 16 настоящего Постановления) в дальнейшем он мог бы обучаться в болгарской школе бесплатно. Однако поскольку в период, относящийся к обстоятельствам дела, он не имел статуса постоянного резидента, он обязан был внести требуемую плату.
28. 20 марта 2007 г. директор школы, в которой учился заявитель, предложил ему уплатить 1300 евро за обучение в 2004/2005 учебном году и ту же сумму за обучение в 2005/2006 учебном году.
29. По-видимому, на практике заявитель не был отстранен от посещения школы в 2004 — 2006 годах. Он утверждает, что ему не разрешали посещать школу в течение определенных периодов, но суд при рассмотрении иска школы (см. § 30 настоящего Постановления) установил после проверки доказательств, что в этот период он посещал школу беспрерывно.
30. 6 июня 2007 г. школа заявителя предъявила к нему иск, требуя уплаты за обучение. Решением от 18 февраля 2008 г. Пазарджикский районный суд удовлетворил иск и обязал заявителя уплатить школе 2600 евро, не считая процентов. Он также установил, что заявитель должен уплатить эту сумму, поскольку в период, относящийся к обстоятельствам дела, он не имел постоянного вида на жительство, дающего право на бесплатное обучение. Рассмотрев жалобу заявителя, 7 мая 2008 г. Пазарджикский областной суд отменил решение нижестоящего суда и отклонил иск. Школа подала кассационную жалобу. 25 ноября 2008 г. Верховный кассационный суд принял жалобу к рассмотрению и Решением от 29 апреля 2010 г. Реш. № 1012 от 29 април 2010 г. по гр. д. № 3446/2008, ВКС, 1 г. о.) отменил решение Пазарджикского областного суда и удовлетворил иск, обязав заявителя уплатить школе эквивалент 2600 евро, а также проценты (общая сумма составляла 6394 лева 45 стотинок) и 350 левов издержек. Он, inter alia, отметил, что требование об оплате некоторыми категориями иностранцев обучения в школе вытекает непосредственно из действующего законодательства.
II. Применимое национальное законодательство
A. Конституция 1991 года
31. Соответствующие положения Конституции 1991 года предусматривают:
Иностранцы, пребывающие в Республике Болгария, обладают всеми правами и обязанностями, предусмотренными настоящей Конституцией, за исключением прав и обязанностей, которые Конституция и законы связывают с наличием болгарского гражданства».
1. Каждый имеет право на образование.
2. Школьное обучение до 16-летнего возраста обязательно.
3. Начальное и среднее образование в государственных и общинных школах является бесплатным. При определенных законом условиях обучение в высших государственных учебных заведениях является бесплатным...».
B. Закон о народном просвещении 1991 года
32. Согласно статье 6 Закона о народном просвещении 1991 года (Закон за народната просвета) обучение в государственных и муниципальных школах является бесплатным. Пункт 4 (1) дополнительных положений Закона позволяет всем иностранцам поступать в болгарские школы. Их обучение также является бесплатным, если они: a) имеют постоянный вид на жительство (пункт 4 (2), первоначально введенный в 1991 году); b) приняты по решению Совета министров или в соответствии с межправительственными соглашениями, предусматривающими это (то же положение с изменениями, внесенными в 1998 году), или c) относятся к возрасту обязательного школьного образования (до 16 лет), и их родители работают в Болгарии и являются гражданами государства-участника Европейского Союза или Европейской экономической зоны или Швейцарии (то же положение с изменениями, внесенными в мае 2006 г., изменения имели целью включения в болгарское законодательство положений Директивы Совета 77/486/ЕЕС об образовании детей трудовых мигрантов и вступили в силу в день присоединения Болгарии к Европейскому Союзу — 1 января 2007 г.). Иностранцы, не относящиеся ни к одной из этих категорий, должны вносить плату в размере, установленном министром образования. Выручка от этих поступлений должна использоваться исключительно на нужды образовательных учреждений, в которых обучаются заинтересованные лица (пункт 4 (3) с изменениями, внесенными в 1998 году).
III. Применимые нормы международного права
33. Пункт 1 статьи 2 и пункт 1 статьи 28 Конвенции ООН о правах ребенка 1989 года (ратифицированной Болгарией 3 июня 1991 г.) в соответствующих частях предусматривают:
Государства-участники уважают и обеспечивают все права, предусмотренные настоящей Конвенцией, за каждым ребенком, находящимся в пределах их юрисдикции, без какой-либо дискриминации, независимо от расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального, этнического или социального происхождения, имущественного положения, состояния здоровья и рождения ребенка, его родителей или законных опекунов или каких-либо иных обстоятельств».
1. Государства-участники признают право ребенка на образование, и с целью постепенного достижения осуществления этого права на основе равных возможностей они, в частности:
a) вводят бесплатное и обязательное начальное образование;
b) поощряют развитие различных форм среднего образования, как общего, так и профессионального, обеспечивают его доступность для всех детей и принимают такие необходимые меры, как введение бесплатного образования и предоставление в случае необходимости финансовой помощи;
c) обеспечивают доступность высшего образования для всех на основе способностей каждого с помощью всех необходимых средств...».
34. Статья 13 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (ратифицированного Болгарией 21 сентября 1970 г.) предусматривает следующее:
«1. Участвующие в настоящем Пакте государства признают право каждого человека на образование.»
Они соглашаются, что образование должно быть направлено на полное развитие человеческой личности и создание ее достоинства и должно укреплять уважение к правам человека и основным свободам. Они далее соглашаются в том, что образование должно дать возможность всем быть полезными участниками свободного общества, способствовать взаимопониманию, терпимости и дружбе между всеми нациями и всеми расовыми, этническими и религиозными группами и содействовать работе Организации Объединенных Наций по поддержанию мира.
2. Участвующие в настоящем Пакте государства признают, что для полного осуществления этого права:
a) начальное образование должно быть обязательным и бесплатным для всех;
b) среднее образование в его различных формах, включая профессионально-техническое среднее образование, должно быть открыто и сделано доступным для всех путем принятия всех необходимых мер и, в частности, постепенного введения бесплатного образования;
c) высшее образование должно быть сделано одинаково доступным для всех на основе способностей каждого путем принятия всех необходимых мер и, в частности, постепенного введения бесплатного образования;
d) элементарное образование должно поощряться или интенсифицироваться, по возможности, для тех, кто не проходил или не окончил полного курса своего начального образования;
e) должно активно проводиться развитие сети школ всех ступеней, должна быть установлена удовлетворительная система стипендий и должны постоянно улучшаться материальные условия преподавательского персонала».
35. Пункт 2 статьи 17 пересмотренной Европейской социальной хартии (которую Болгария ратифицировала 7 июня 2000 г., признав 62 из 98 пунктов, включая пункт 2 статьи 17) в соответствующих частях предусматривает:
«В целях обеспечения эффективного осуществления права детей и молодежи воспитываться в обстановке, способствующей полному развитию их личности, а также их физических и умственных способностей, Стороны обязуются, непосредственно или в сотрудничестве с государственными или частными организациями, принимать все надлежащие и необходимые меры для того, чтобы:»
- обеспечивать детям и молодежи бесплатное начальное и среднее образование, а также содействовать стабильной посещаемости в школах».
IV. Применимое сравнительное право
36. На основании полученных Европейским судом материалов относительно 26 государств-участников Совета Европы представляется, что в 17 государствах (в Бельгии, на Кипре, в Чешской Республике, Эстонии, Франции, Германии, Италии, Латвии, Люксембурге, Нидерландах, Португалии, России, Словении, Испании, Швейцарии, «бывшей югославской республике Македония» и Соединенном Королевстве) начальное и среднее образование является бесплатным и доступным для всех лиц, живущих или пребывающих в стране, независимо от иммиграционного статуса или иммиграционного статуса их родителей. Некоторые категории иностранцев должны вносить плату за начальное и среднее образование на Мальте и только в старших классах средней школы в Дании, Польше и Румынии. В пяти государствах (в Хорватии, Монако, Турции, Словакии и на Украине) некоторые неграждане могут столкнуться с трудностями поступления в школы по причине своего неопределенного статуса.
37. Срок обязательного обучения колеблется в различных государствах-участниках от 8 до 13 лет. В 11 государствах обязательное образование длится 8 или 9 лет, в десяти — от 10 до 11 лет и в 5 государствах — 12 или 13 лет. Однако можно утверждать, что в значительном большинстве (26 государств) обязательное образование охватывает начальное образование и младшие классы средней школы, и ученики обычно получают обязательное образование примерно в 16-летнем возрасте. Так обстоит дело в первой из двух групп, в которую входит 21 государство. Срок обучения различается в каждом государстве в зависимости от того, когда начинается, а не заканчивается обязательное обучение. Обучение в старших классах средней школы является обязательным только в небольшом количестве государств, являющихся предметом обзора (в Бельгии, Люксембурге, Португалии, «бывшей югославской республике Македония» и на Украине).
38. Конституционный Суд Испании рассматривал вопрос о праве на необязательное образование иностранных нерезидентов. Испанское законодательство, регулирующее права и свободы иностранцев и их социальную интеграцию, лишило иностранных нерезидентов права на необязательное образование. Суд в своем решении по жалобе № 236/2007 от 7 ноября 2007 г. признал это исключение неконституционным, поскольку оно лишало несовершеннолетних, не имеющих документов или не являющихся резидентами, права на доступ к необязательному образованию. Суд решил, что легальное или нелегальное пребывание несовершеннолетних в стране не может служить критерием для определения права на необязательное образование, которое является частью права на образование, гарантированного статьей 27 Конституции Испании. Суд отметил, что право на образование не ограничивается базовым образованием и распространяется также на более высокие, необязательные стадии образования. Он сослался на статью 2 Протокола № 1 к Конвенции и на тот факт, что в соответствии со статьей 1 Конвенции она применяется ratione personae <*> к любому лицу, включая нерезидентов или незаконно проживающих иностранцев.
<*> Ratione personae — «ввиду обстоятельств, относящихся к лицу, о котором идет речь», критерий, применяемый при оценке приемлемости жалобы Европейским судом (прим. переводчика).
39. В 1982 году по делу «Plyler v. Doe» (457 U.S. 202), в котором дети-иммигранты в штате Техас жаловались на лишение права на бесплатное образование в связи с незарегистрированным статусом, Верховный суд США постановил пятью голосами «за» и четырьмя — «против», что требование к незаконным иммигрантам в отличие от граждан и законно проживающих иностранцев об оплате школьного обучения лишило их равной защиты закона вопреки Четырнадцатой поправке к Конституции США.
V. Применимые материалы Совета Европы
40. В Резолюции 1509 (2006), принятой 27 июня 2006 г. под названием «О правах человека нелегальных мигрантов», Парламентская ассамблея Совета Европы выразила мнение о том, что «все дети имеют право на образование уровня начальной и средней школы в тех странах, в которых такое обучение является обязательным. Образование должно отражать их культуру и язык, и они должны иметь право на признание, включая надлежащую сертификацию, достигнутых стандартов» (пункт 13.6).
VI. Применимые статистические данные
41. Данные, опубликованные отделом народонаселения департамента ООН по экономическим и социальным вопросам («Тенденции международной миграции по данным ООН пересмотра 2008 года» (Trends in International Migrant Stock: The 2008 Revision), доступные на сайте http://esa.un.org/migration/), свидетельствуют о том, что в 2010 году в Болгарии находились 107245 иммигрантов, что составляло 1,4% населения. Согласно тому же источнику ежегодное изменение состава мигрантов в Болгарии в 2000 — 2010 годах составляло 0,6%.
42. Данные, опубликованные Международной организацией по миграции («Миграция в Болгарии, информация о стране за 2008 год» (Migration in Bulgaria, a Country Profile 2008), доступные на сайте http://publications.iom.int/bookstore/), свидетельствуют о том, что в 2006 году: в Болгарии находилось 55684 иностранцев с постоянными видами на жительство. Согласно тому же источнику число иностранцев, задержанных за незаконное проживание в стране, составляло: 400 в 2002 году, 454 — в 2003, 877 — в 2004 и 1190 — в 2005 году.
43. Согласно данным, опубликованным Национальным статистическим институтом Болгарии (доступным на сайте http://www.nsi.bg/), число учеников старших классов средней школы в 2003 — 2010 годах составляло: 166995 в 2003/2004 учебном году, 170482 в 2004/2005 учебном году, 170482 в 2005/2006 учебном году, 167988 в 2006/07 учебном году, 163050 в 2007/2008 учебном году, 156978 в 2008/2009 учебном году и 148627 в 2009/2010 учебном году. Значительное большинство их (не считая примерно 3500 в год) поступали в государственные школы. По-видимому, отсутствуют данные о доле болгарских граждан среди них или иммиграционном статусе. Однако имеются данные о гражданстве студентов высших учебных заведений (университетов, эквивалентных высших школ и колледжей). Число болгарских и иностранных студентов в таких учреждениях в 2003 — 2010 годах — 215682 болгар и 7952 иностранца в 2003/04 учебном году, 224530 болгар и 8300 иностранцев в 2004/2005 учебном году, 229649 болгар и 8652 иностранца в 2005/2006 учебном году, 244816 болгар и 9060 иностранцев в 2006/2007 учебном году, 251000 болгар и 9110 иностранцев в 2007/2008 учебном году, 260826 болгар и 9472 иностранца в 2008/2009 учебном году и 273202 болгар и 10034 иностранца в 2009/2010 учебном году.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение статьи 2 Протокола № 1 к Конвенции как таковой и во взаимосвязи со статьей 14 Конвенции
44. Заявители жаловались на то, что они подверглись дискриминации, поскольку в отличие от болгарских граждан и иностранцев, имеющих постоянный вид на жительство, на них была возложена обязанность внесения платы за получение среднего образования.
45. Поскольку предполагаемое дискриминационное обращение с заявителями лежит в основе их жалобы, Европейский суд находит целесообразным рассмотреть ее вначале в соответствии со статьей 14 Конвенции во взаимосвязи со статьей 2 Протокола № 1 к Конвенции (см., с необходимыми изменениями, Постановление Европейского суда по делу «Дарбю против Швеции» (Darby v. Sweden) от 23 октября 1990 г., § 28, Series A, № 187, Постановление Европейского суда по делу «Пла и Пунсернау против Андорры» (Pla and Puncernau v. Andorra), жалоба № 69498/01, § 42, ECHR 2004-VIII, и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Оршуш и другие против Хорватии» (Oršuš and Others v. Croatia), жалоба № 15766/03, § 143 — 145, ECHR 2010-...). Эти положения в соответствующих частях предусматривают следующее:
«Статья 14 Конвенции (Запрещение дискриминации)»
Пользование правами и свободами, признанными в настоящей Конвенции, должно быть обеспечено без какой бы то ни было дискриминации по признаку пола, расы, цвета кожи, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, принадлежности к национальным меньшинствам, имущественного положения, рождения или по любым иным признакам».
«Статья 2 Протокола № 1 к Конвенции (право на образование)»
Никому не может быть отказано в праве на образование...»
A. Доводы сторон
46. Заявители утверждали, что требование об оплате ими среднего образования являлось неоправданным. По их мнению, регулирование этого вопроса в национальном законодательстве не отличалось ясностью, влекло ошибки и злоупотребления и возлагало на них непропорциональное бремя. Неясно, кто должен был вносить эту плату: ученики, не имевшие дохода или имущества, или их родители. Плата не преследовала законную цель и не установила надлежащее равновесие между интересами лица и публичным интересом. В Болгарии среднее образование является условием любого трудоустройства, и отсутствие такого образования означает, что заинтересованные лица не смогут интегрироваться в общество или даже обеспечить себе средства к существованию. Согласно статье 28 Конвенции ООН о правах ребенка государство обязано оказывать содействие детям в их стремлении стать адекватными членами общества. Устанавливая непреодолимые препятствия для завершения их среднего образования, государство препятствовало их развитию в этом направлении. Требование о внесении заявителями платы являлось дискриминационным, поскольку они находились в таком же положении, что и их одноклассники. Согласно Конституции 1991 года все лица, проживающие в Болгарии, имеют одни и те же права и обязанности независимо от гражданства и статуса. Наконец, следует иметь в виду, что в период, относящийся к обстоятельствам дела, заявители были детьми и потому имели право на особую защиту в соответствии с Конвенцией о правах ребенка, которая являлась частью национального законодательства.
47. Власти Болгарии утверждали, что заявители не подвергались дискриминации при осуществлении права на образование. Они ссылались на положения законодательства, регулирующие обязанность некоторых иностранцев вносить плату за обучение, и подчеркивали, что в период, относящийся к обстоятельствам дела, заявители не относились к какой-либо из льготных категорий. Власти Болгарии также указывали, что полностью согласны с мотивировкой Высшего административного суда, и полагали, что требование об уплате разумных сумм за обучение в школе не могло считаться дискриминацией.
B. Мнение Европейского суда
1. Относятся ли факты дела к сфере действия одного или нескольких материально-правовых положений Конвенции?
48. Статья 14 Конвенции дополняет иные материально-правовые положения Конвенции и Протоколов к ней. Не имея независимого существования, она действует исключительно в отношении «пользования правами и свободами», провозглашенными в этих положениях. Хотя применение статьи 14 Конвенции не требует в качестве предварительного условия нарушения этих положений, она не может применяться, если спорные факты не относятся к сфере действия как минимум одного такого положения (см. в числе многих примеров Постановление Европейского суда по делу «Расмуссен против Дании» (Rasmussen v. Denmark) от 28 ноября 1984 г., § 29, Series A, № 87). Таким образом, запрещение дискриминации статьи 14 Конвенции применимо ко всем правам и свободам, которые в соответствии с Конвенцией и Протоколами к ней обязано обеспечивать каждое государство-ответчик. Оно применимо также к тем дополнительным правам, вытекающим из общего смысла любой статьи Конвенции, которую государство-ответчик добровольно обязалось соблюдать (см. Постановление Европейского суда по «Делу „касающемуся определенных аспектов законодательства об использовании языков в сфере образования в Бельгии“ против Бельгии» (Case «relating to certain aspects of the laws on the use of languages in education in Belgium» v. Belgium) (существо жалобы) от 23 июля 1968 г., pp. 33 — 34, § 9, Series A, № 6, Решение Большой палаты Европейского суда по делу «Стек и другие против Соединенного Королевства» (Stec and Others v. United Kingdom), жалобы № 65731/01 и 65900/01, § 39 и 40, ECHR 2005-X, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «E.B. против Франции» (E.B. v. France), жалоба № 43546/02, § 48, ECHR 2008-..., Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Андреева против Латвии» (Andrejeva v. Latvia), жалоба № 55707/00, § 74, ECHR 2009-..., и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Сейдич и Финци против Боснии и Герцеговины» (Sejdiæ and Finci v. Bosnia and Herzegovina) от 22 декабря 2009 г., жалобы № 27996/06 и 34836/06, § 39).
49. Таким образом, следует определить, относится ли ситуация заявителей к сфере действия статьи 2 Протокола № 1 к Конвенции. В этой связи необходимо, прежде всего, отметить, что нет оснований сомневаться в том, что среднее образование охватывается этим положением (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Лейла Шахин против Турции» (Leyla ªahin v. Turkey), жалоба № 44774/98, § 136, ECHR 2005-XI). Во-вторых, хотя это положение не может быть истолковано как возлагающее обязанность на государства-участников учреждать или субсидировать конкретные образовательные учреждения, любое государство, если оно это делает, должно обеспечить эффективный доступ к ним (см. упоминавшиеся выше «Дело „касающееся определенных аспектов законодательства об использовании языков в сфере образования в Бельгии“ против Бельгии» (существо жалобы), pp. 30 — 31, § 3 и 4, и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Лейла Шахин против Турции», § 137). Другими словами, доступ к образовательным учреждениям, существующим в определенный период, является неотъемлемой частью права, предусмотренного первым предложением статьи 2 Протокола № 1 к Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу «Кьелльсен, Буск Мадсен и Педерсен против Дании» (Kjeldsen, Busk Madsen and Pedersen v. Denmark) от 7 декабря 1976 г., § 52, Series A, № 23, Постановление Европейского суда по делу «Мюрсел Эрен против Турции» (M\dot{u}\dot{r}sel Eren v. Turkey), жалоба № 60856/00, § 41, ECHR 2006-II, Постановление Европейского суда по делу «Ирфан Темел и другие против Турции» (Ýrfan Temel and Others v. Turkey), жалоба № 36458/02, § 39, ECHR 2009-..., и упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Оршуш и другие против Хорватии», § 146). В настоящем деле заявители поступили в средние школы, учрежденные и обеспечиваемые болгарским государством, и посещали их (см. § 11 настоящего Постановления). Впоследствии от них потребовали ввиду их гражданства и иммиграционного статуса оплачивать обучение в школе с целью продолжения среднего образования (см. § 17 - 20, 25 - 28 и 30 настоящего Постановления). Отсюда следует, что их жалоба относится к сфере действия статьи 2 Протокола № 1 к Конвенции. Этого достаточно для применимости статьи 14 Конвенции.
2. Имело ли место различие в обращении между заявителями и иными лицами, находящимися в аналогичном положении?
50. Заявители — ученики средней школы — были обязаны оплачивать обучение в отличие от других лиц, находящихся в том же положении. Это объяснялось исключительно их гражданством и иммиграционным статусом, поскольку в соответствии с Законом о народном просвещении 1991 года только болгарские граждане и определенные категории иностранцев имеют право на бесплатное получение начального и среднего образования (см. § 32 настоящего Постановления). Таким образом, с заявителями явно обращались менее благоприятно, чем с другими лицами, находящимися в сходном положении, в связи с личными характеристиками.
3. Имело ли различие в обращении объективное и разумное оправдание?
51. Дискриминация означает различное обращение в отсутствие объективного и разумного оправдания с лицами, находящимися в относительно сходном положении; иными словами, является дискриминацией различие, которое не преследует законную цель, или если примененные средства для ее достижения не отличаются разумным соотношением пропорциональности к ней (см. в числе многих примеров Постановление Большой палаты Европейского суда о делу «D.H. и другие против Чешской Республики» (D.H. and Others v. Czech Republic), жалоба № 57325/00, § 175 и 196, ECHR 2007-...).
52. Государства пользуются некими пределами усмотрения при оценке того, оправдывают ли ситуации различное обращение. Эти пределы изменяются в зависимости от обстоятельств, предмета и основы дела (см. в числе других примеров упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Расмуссен против Дании», § 40). Так, государства обычно пользуются более широкими пределами усмотрения, когда речь идет об общих мерах экономической или социальной стратегии (см. Постановление Европейского суда по делу «Стек и другие против Соединенного Королевства» (Stec and Others v. United Kingdom), жалоба № 65731/01, § 52, ECHR 2006-VI, Постановление Европейского суда по делу «Ранки и Уайт против Соединенного Королевства» (Runkee and White v. United Kingdom) от 10 мая 2007 г., жалобы № 42949/98 и 53134/99, § 36, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Берден против Соединенного Королевства» (Burden v. United Kingdom), жалоба № 13378/05, § 60 in fine, ECHR 2008-..., упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Андреева против Латвии», § 83, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Карсон и другие против Соединенного Королевства» (Carson and Others v. United Kingdom), жалоба № 42184/05, § 61, ECHR 2010-..., Постановление Европейского суда по делу «Клифт против Соединенного Королевства» (Clift v. United Kingdom) от 13 июля 2010 г., жалоба № 7205/07, § 73, и Постановление Европейского суда по делу «J.M. против Соединенного Королевства» (J.M. v. United Kingdom) от 28 сентября 2010 г., жалоба № 37060/06, § 54). С другой стороны, должны быть выдвинуты весьма веские мотивы, чтобы Европейский суд мог считать совместимым с Конвенцией различие в обращении, основанное исключительно на гражданстве (см. Постановление Европейского суда по делу «Гайгусуз против Австрии» (Gaygusuz v. Austria) от 16 сентября 1996 г., § 42, Reports of Judgments and Decisions 1996-IV, Постановление Европейского суда по делу «Куа Пуарре против Франции» (Koua Poirrez v. France), жалоба № 40892/98, § 46, ECHR 2003-X, Постановление Европейского суда по делу «Лучак против Польши» (Luczak v. Poland), жалоба № 77782/01, § 48, ECHR 2007-XIII, упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Андреева против Латвии», § 87, Постановление Европейского суда по делу «Зейбек против Греции» (Zeïbek v. Greece) от 9 июля 2009 г., жалоба № 46368/06, § 46 in fine, Постановление Европейского суда по делу «Фоси против Греции» (Fawsie v. Greece) от 28 октября 2010 г., жалоба № 40080/07, § 35, и Постановление Европейского суда по делу «Саидун против Греции» (Saidoun v. Greece) от 28 октября 2010 г., жалоба № 40083/07, § 37).
53. Европейский суд, прежде всего, хотел бы подчеркнуть, что его задачей в настоящем деле не является разрешение вопроса о том, допустимо ли и в какой степени требование государств о внесении платы за обучение в средней школе или, по сути, любое обучение. Ранее он признавал, что право на образование по своей природе требует регулирования со стороны государства, и такое регулирование может изменяться в зависимости от времени и места в соответствии с потребностями и ресурсами общества (см. упоминавшееся выше «Дело „касающееся определенных аспектов законодательства об использовании языков в сфере образования в Бельгии“ против Бельгии» (существо жалобы), р. 32, § 5, Постановление Европейского суда по делу «Кемпбелл и Косанс против Соединенного Королевства» (Campbell and Cosans v. United Kingdom) от 25 февраля 1982 г., § 41, Series A, № 48, Решение Европейского суда по делу «Чифтчи против Турции» (Çiftçi v. Turkey), жалоба № 71860/01, ECHR 2004-VI, Постановление Европейского суда по делу «Мюрсел Эрен против Турции» (M\dot{u}\dot{r}sel Eren v. Turkey), жалоба № 60856/00, § 44, ECHR 2006-II, и Решение Европейского суда по делу «Конрад и другие против Германии» (Konrad and Others v. Germany), жалоба № 35504/03, ECHR 2006-XIII). Европейский суд должен определить лишь, если государство добровольно решило обеспечивать получение такого образования бесплатно, может ли оно отказать в этой льготе определенной группе лиц, поскольку понятие дискриминации охватывает случаи, когда лицо или группа подвергаются без надлежащего обоснования менее благоприятному обращению, чем другие, даже если Конвенция не обязывает к более благоприятному обращению (см. Постановление Европейского суда по делу «Абдулазиз, Кабалес и Балкандали против Соединенного Королевства» (Abdulaziz, Cabales and Balkandali v. United Kingdom) от 28 мая 1985 г., § 82, Series A, № 94, Постановление Европейского суда по делу «Юнал Текели против Турции» (\dot{U}nal Tekeli v. Turkey), жалоба № 29865/96, § 51 in limine, ECHR 2004-X (извлечения), Постановление Европейского суда по делу «Зарб Адами против Мальты» (Zarb Adami v. Malta), жалоба № 17209/02, § 73, ECHR 2006-VIII, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Кафкарис против Кипра» (Kafkaris v. Cyprus), жалоба № 21906/04, § 161 in limine, ECHR 2008-..., и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «J.M. против Соединенного Королевства», § 45 in fine).
54. Разъяснив пределы своей проверки, Европейский суд отмечает, что государство может иметь законные основания для ограничения использования ресурсоемких публичных услуг, таких как программы социального обеспечения, общественные блага и здравоохранение, временными и нелегальными иммигрантами, которые, как правило, не участвуют в их финансировании. Оно также может при определенных обстоятельствах оправданно различать некоторые категории иностранцев, проживающих на его территории. Например, привилегированное обращение с гражданами государств-участников Европейского Союза — часть которых была освобождена от оплаты школьного обучения, когда Болгария вступила в Евросоюз (см. § 32 настоящего Постановления) — может считаться основанным на объективном и разумном оправдании, поскольку Евросоюз создает особый правовой порядок, который, кроме прочего, установил собственное гражданство (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу «Мустаким против Бельгии» (Moustaquim v. Belgium) от 18 февраля 1991 г., § 49 in fine, Series A, № 193, и Постановление Европейского суда по делу «С. против Бельгии» (C. v. Belgium) от 7 августа 1996 г., § 38, Reports 1996-III).
55. Хотя подобные доводы в определенной степени применимы к сфере образования — составляющего одну из важнейших публичных услуг в современном государстве — они не могут быть перенесены в нее без оговорок. Действительно, образование представляет собой деятельность, которую сложно организовать, и ее функционирование требует существенных затрат, тогда как ресурсы, которые могут быть направлены властями на эти цели, ограничены. При разрешении вопроса о том, как регулировать доступ к образованию и, в частности, взимать ли плату за обучение, государство обязано установить равновесие между образовательными нуждами лиц, относящихся к его юрисдикции, и его ограниченной способностью обеспечивать их. Однако Европейский суд не может не учитывать, что в отличие от некоторых других публичных услуг (см. Решение Европейского суда по делу «Нитецкий против Польши» (Nitecki v. Poland) от 21 марта 2002 г., жалоба № 65653/01, и Решение Европейского суда по делу «Пентиакова и другие против Молдавии» (Pentiacova and Others v. Moldova), жалоба № 14462/03, ECHR 2005-I, в отношении здравоохранения, Решение Европейского суда по делу «Будина против Российской Федерации» (Budina v. Russia), жалоба № 45603/05, ECHR 2009-..., упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Карсон против Соединенного Королевства», § 64, упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Зейбек против Греции», § 37 — 40, и Решение Европейского суда по делу «Зубчевский против Швеции» (Zubczewski v. Sweden) от 12 января 2010 г., жалоба № 16149/08, в отношении пенсий, и Постановление Европейского суда по делу «Недзвецкий против Германии» (Niedzwiecki v. Germany) от 25 октября 2005 г., жалоба № 58453/00, § 24 и 33, Постановление Европейского суда по делу «Окпис против Германии» (Okpisz v. Germany) от 25 октября 2005 г., жалоба № 59140/00, § 18 и 34, Постановление Европейского суда по делу «Веллер против Венгрии» (Weller v. Hungary) от 31 марта 2009 г., жалоба № 44399/05, § 36, упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Фоси против Греции», § 27 — 28, и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Саидун против Греции», § 28 — 29, в отношении детских пособий), образование составляет право, имеющее прямую защиту в соответствии с Конвенцией. Оно прямо упомянуто в статье 2 Протокола № 1 к Конвенции (см. упоминавшееся выше «Дело „касающееся определенных аспектов законодательства об использовании языков в сфере образования в Бельгии“ против Бельгии» (существо жалобы), pp. 30 — 31, § 3). Это также весьма специфический вид публичной услуги, который не только прямо приносит пользу использующим ее, но также служит более широким общественным функциям. Действительно, Европейский суд уже имел случай подчеркнуть, что «[в] демократическом обществе право на образование... является необходимым для продвижения прав человека [и] играет... основополагающую роль...» (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Лейла Шахин против Турции», § 137). Кроме того, для достижения плюрализма и, таким образом, демократии общество имеет интерес в интеграции меньшинств (см. упоминавшееся выше Решение Европейского суда по делу «Конрад и другие против Германии»).
56. По мнению Европейского суда, свобода усмотрения государства в этой сфере возрастает вместе с уровнем образования, в обратной пропорции к важности этого образования для заинтересованных лиц и общества в целом. Так, на уровне высшего образования, которое до сих пор остается необязательным для многих людей, более высокая плата для иностранных граждан — и, более того, плата в целом — представляется обычным явлением и может, при настоящих обстоятельствах, рассматриваться как полностью оправданная. Обратная ситуация имеет место с обучением в начальной школе, которое обеспечивает грамотность и умение считать — а также интеграцию в общество и первые знания о нем — и является обязательным в большинстве стран (см. упоминавшееся выше Решение Европейского суда по делу «Конрад и другие против Германии»).
57. Среднее образование, о котором идет речь в настоящем деле, находится между двух указанных противоположностей. Это различие подтверждается разностью формулировок подпунктов «a», «b» и «c» пункта 1 статьи 28 Конвенции ООН о правах ребенка, первый из которых предлагает государствам вводить «бесплатное и обязательное начальное образование», тогда как второй и третий только призывают их поощрять «развитие различных форм среднего образования»... и принимать «такие необходимые меры, как введение бесплатного образования и предоставление в случае необходимости финансовой помощи», а также обеспечивать «доступность высшего образования для всех на основе способностей каждого с помощью всех необходимых средств» (см. § 33 настоящего Постановления). Это также подтверждается различием между этими тремя уровнями образования в Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах (см. § 34 настоящего Постановления). Однако Европейский суд учитывает тот факт, что по мере продвижения все большего количества стран к тому, что описывается как «основанное на знаниях» общество, среднее образование играет растущую роль в успешном личном развитии и в социальной и профессиональной интеграции заинтересованных лиц. Действительно, в современном обществе наличие лишь базовых знаний и навыков составляет препятствие для личного и профессионального развития. Оно препятствует заинтересованным лицам в приспособлении к их окружению, с далеко идущими последствиями для их социального и экономического благополучия.
58. Эти соображения свидетельствуют в пользу того, чтобы Европейский суд применял более строгий контроль при оценке пропорциональности меры, затрагивающей заявителей.
59. При оценке этой пропорциональности Европейскому суду не требуется при весьма специфических обстоятельствах данного дела определять, имело ли болгарское государство право лишать всех нелегализованных иностранцев льгот, связанных с образованием — таких как бесплатное образование — которые оно согласилось предоставлять своим гражданам и отдельным ограниченным категориям иностранцев. К функции Европейского суда не относится отвлеченное рассмотрение вопроса о соответствии Конвенции национального законодательства (см. в числе других примеров Постановление Европейского суда по делу «Макканн и другие против Соединенного Королевства» (McCann and Others v. United Kingdom) от 27 сентября 1995 г., § 153, Series A, № 324, Постановление Европейского суда по делу «Фам Хоанг против Франции» (Pham Hoang v.France) от 25 сентября 1992 г., § 33, Series A, № 243, Постановление Европейского суда по делу «Эчеберрия и другие против Испании» (Etxeberria and Others v. Spain) от 30 июня 2009 г., жалобы № 35579/03, 35613/03, 35626/03 и 35634/03, § 81, и Постановление Европейского суда по делу «Романенко и другие против Российской Федерации» (Romanenko and Others v. Russia) от 8 октября 2009 г., жалоба № 11751/03, § 39). Он должен сосредоточить свое внимание, насколько это возможно, на конкретных обстоятельствах рассматриваемого дела (см. в числе других примеров Постановление Европейского суда по делу «Ветштейн против Швейцарии» (Wettstein v. Switzerland), жалоба № 33958/96, § 41, ECHR 2000-XII, и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Зоммерфельд против Германии» (Sommerfeld v. Germany), жалоба № 31871/96, § 86, ECHR 2003-VIII). Поэтому Европейский суд в первую очередь учтет личную ситуацию заявителей.
60. В этой части Европейский суд, прежде всего, отмечает, что заявители не находились в положении лиц, прибывших в страну незаконно и затем предъявивших права на использование ее государственных услуг, включая бесплатное школьное образование (см. § 10 настоящего Постановления). Даже если заявители оказались в какой-то степени непреднамеренно в положении иностранцев, не имеющих постоянного вида на жительство (см. § 11 и 13 - 16 настоящего Постановления), власти не имели существенных возражений против их пребывания в Болгарии и, по-видимому, не проявляли серьезного намерения депортировать их (см. § 13 и 14 настоящего Постановления и окончательное решение о приемлемости жалобы в настоящем деле и для сравнения, mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу «Анакомба Юла против Бельгии» (Anakomba Yula v. Belgium), жалоба № 45413/07, § 38, ECHR 2009-... (извлечения)). Действительно, в период, относящийся к обстоятельствам дела, заявители приняли меры для легализации своего положения (см. § 13 - 16 настоящего Постановления). Таким образом, любые соображения, касающиеся необходимости остановить или повернуть вспять процесс незаконной иммиграции, явно неприменимы к делу заявителей (см., mutatis mutandis, Решение Европейской комиссии по делу «15 иностранных студентов против Соединенного Королевства» (15 Foreign Students v. United Kingdom) от 19 мая 1977 г., жалобы № 7671/76 и 14 других, Decisions and Reports (DR) 9, p. 185, Решение Европейской комиссии по делу «Сорабжи против Соединенного Королевства» (Sorabjee v. United Kingdom) от 23 октября 1995 г., жалоба № 23938/94, неопубликовано, Решение Европейской комиссии по делу «Дабхи против Соединенного Королевства» (Dabhi v. United Kingdom) от 17 января 1997 г., жалоба № 28627/95, не опубликовано, и Решение Европейского суда по делу «Викулов и другие против Латвии» (Vikulov and Others v. Latvia) от 25 марта 2004 г., жалоба № 16870/03).
61. Также нельзя утверждать, что заявители пытались злоупотреблять болгарской образовательной системой (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу «Веллер против Венгрии» (Weller v. Hungary) от 31 марта 2009 г., жалоба № 44399/05, § 36). Они поселились в Болгарии и обучались там не по своему выбору; они прибыли в страну в весьма юном возрасте в связи с тем, что их мать вышла замуж за болгарского гражданина (см. § 10 настоящего Постановления). Заявители не могли реально переехать в другую страну и посещать там среднюю школу (см. § 9 и 10 настоящего Постановления). Кроме того, не имеется данных о том, что заявители, которые полностью интегрировались в болгарское общество и свободно владеют болгарским языком (см. § 11 настоящего Постановления), имели особые образовательные потребности, которые могли потребовать дополнительного финансирования для их школ.
62. Однако болгарские власти не приняли ни один из этих факторов во внимание. Действительно, статья 4 (3) Закона о народном просвещении 1991 года и решение министра образования, вынесенное в июле 2004 г., об установлении размера платы в соответствии с этой статьей (см. § 18 и 32 настоящего Постановления) не предусматривали возможность ходатайства об освобождении от оплаты школьного обучения, и, по-видимому, власти не могли сделать этого.
63. Со своей стороны, Европейский суд находит, что при особых обстоятельствах дела требование о внесении заявителями платы за среднее образование в связи с их гражданским и иммиграционным статусом не было оправданным. Соответственно, имело место нарушение статьи 14 Конвенции во взаимосвязи со статьей 2 Протокола № 1 к Конвенции.
64. С учетом этого вывода необязательно рассматривать жалобу с точки зрения статьи 2 Протокола № 1 к Конвенции как таковой (см., mutatis mutandis, упоминавшиеся выше Постановление Европейского суда по делу «Дарбю против Швеции», § 35, Постановление Европейского суда по делу «Пла и Пунсернау против Андорры», § 64, и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Оршуш и другие против Хорватии», § 186).
II. Применение статьи 41 Конвенции
65. Статья 41 Конвенции предусматривает:
«Если Европейский суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
66. Заявители, прежде всего, требовали компенсацию материального ущерба. Анатолий Пономарев требовал возмещения 65 евро <*> и 1250 болгарских левов, которые он уплатил в качестве пошлины за получение постоянного вида на жительство, 500 болгарских левов, уплаченных в виде штрафа, 800 евро, уплаченных за обучение в школе, и 2500 левов, уплаченных в виде судебной пошлины и за услуги копирования, почтовые услуги и за перевод документов. Виталий Пономарев требовал возмещения 65 евро и 1250 болгарских левов, которые он уплатил в качестве пошлины за получение постоянного вида на жительство, 10000 евро, уплаченных за обучение в школе, в виде судебной пошлины и за перевод документов, а также 2350 левов в виде судебных расходов. Заявители не представили документов в поддержку этих требований, указав, что они представили эти документы на более ранней стадии разбирательства.
<*> Курс обмена евро и болгарского лева установлен законом (статья 29 (2) Закона о Болгарском национальном банке 1997 года и Решением № 223 Болгарского национального банка от 31 декабря 1998 г.). Один евро равен 1,95583 болгарского лева (BGN).
67. Заявители также требовали 50000 евро в пользу каждого из них в качестве компенсации морального вреда.
68. Власти Болгарии утверждали, что суммы, требуемые в качестве компенсации материального ущерба, не имеют отношения к установленному нарушению. Что касается требования морального вреда, они утверждали, что требуемые суммы являлись чрезмерными и неоправданными. По их мнению, любая компенсация по данному основанию должна отражать исключительно вред, который они претерпели вследствие нарушения, установленного Европейским судом, и не должна превышать обычные суммы, присуждаемые по таким делам.
69. После окончания разбирательства, возбужденного школой против Виталия Пономарева о взыскании с него оплаты за обучение (см. § 30 настоящего Постановления), этот заявитель дополнительно требовал 6744 болгарских лева 45 стотинок — совокупную сумму, которую он должен был внести в качестве оплаты, процентов и издержек в разбирательстве — в качестве компенсации материального ущерба. Власти Болгарии не комментировали это дополнительное требование.
70. Европейский суд отмечает, что суммы, уплаченные двумя заявителями за получение постоянного вида на жительство и первым заявителем в качестве штрафа за незаконное проживание в Болгарии (см. § 16 настоящего Постановления и решения о приемлемости жалобы в настоящем деле), не имеют причинной связи с установленным нарушением. Таким образом, компенсация в этом отношении не может быть присуждена. Что касается судебной пошлины и иных расходов, заявители не представили подробной разбивки, позволяющей Европейскому суду установить, связаны ли они с установленным нарушением и в какой степени. При таких обстоятельствах и с учетом пунктов 2 и 3 правила 60 Регламента Европейский суд отклоняет их требование в этой части.
71. Что касается сумм, предположительно уплаченных заявителями в качестве платы за обучение, Европейский суд признает, что они имеют прямую причинную связь с установленным в настоящем деле нарушением. Однако заявители не убедили Европейский суд в том, что они были вынуждены уплатить или в действительности уплатили данные суммы. При таких обстоятельствах Европейский суд не присуждает компенсацию в этой части (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу «Стил и Моррис против Соединенного Королевства» (Steel and Morris v. United Kingdom), жалоба № 68416/01, § 105, ECHR 2005-II).
72. С другой стороны, Европейский суд полагает, что заявители претерпели определенную степень разочарования в отношении дискриминации, жертвами которой они являлись. Вместе с тем суммы, требуемые ими в этом отношении, представляются чрезмерными. Оценивая указанные обстоятельства на справедливой основе, как того требует статья 41 Конвенции, Европейский суд присуждает каждому из заявителей 2000 евро в качестве компенсации морального вреда, а также любой налог, подлежащий начислению на указанную выше сумму.
B. Судебные расходы и издержки
73. Заявители требовали возмещения 4000 евро, потраченных на их юридическое представительство в болгарских судах и Европейском суде.
На основе информации, представленной юридическим представителем заявителей о том, что заявители пока не уплатили ему никаких сумм за юридические услуги, Европейский суд понимает это требование как предложение перечислить присуждаемую по данному основанию сумму их юридическому представителю В. Стоянову <*>.
<*> Исправлено 30 августа 2011 г.: добавлено это предложение.
74. Власти Болгарии оспаривали это требование как недоказанное и нереальное.
75. В соответствии с прецедентной практикой Европейского суда заявители имеют право на возмещение расходов и издержек только в части, в которой они были действительно понесены, являлись необходимыми и разумными по размеру. Кроме того, юридические издержки могут быть возмещены только в той степени, в которой они связаны с установленным нарушением (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «D.H. и другие против Чешской Республики», § 220). В настоящем деле с учетом информации, имеющейся в его распоряжении, и вышеупомянутых критериев и, отмечая, что часть жалобы признана неприемлемой, а другая часть исключена из списка дел, подлежащих рассмотрению (см. § 5 настоящего Постановления), Европейский суд находит разумным присудить заявителям совместно 2000 евро, а также любой налог, обязанность уплаты которого может быть возложена на заявителей в связи с этой суммой, которые должны быть выплачены их юридическому представителю В. Стоянову <*>.
<*> Исправлено 30 августа 2011 г.: в конце данного предложения добавлены слова «которые должны быть выплачены их юридическому представителю В. Стоянову».
C. Процентная ставка при просрочке платежей
76. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
-
постановил, что по делу допущено нарушение статьи 14 Конвенции во взаимосвязи со статьей 2 Протокола № 1 к Конвенции;
-
постановил, что отсутствует необходимость отдельного рассмотрения жалобы с точки зрения статьи 2 Протокола № 1 к Конвенции как таковой;
a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить следующие суммы, подлежащие переводу в болгарские левы по курсу, который будет установлен на день выплаты;
i) 2000 евро (две тысячи евро) первому заявителю, а также любой налог, начисляемый на указанную сумму, в качестве компенсации морального вреда;
ii) 2000 евро (две тысячи евро) второму заявителю, а также любой налог, начисляемый на указанную сумму, в качестве компенсации морального вреда;
iii) 2000 евро (две тысячи евро) совместно обоим заявителям, а также любой налог, обязанность уплаты которого в связи с указанной суммой может быть на них возложена в качестве компенсации судебных расходов и издержек, которые должны быть выплачены непосредственно их юридическому представителю В. Стоянову <*>;
<*> Исправлено 30 августа 2011 г.: добавлены слова «которые должны быть выплачены непосредственно их юридическому представителю В. Стоянову».
b) по истечении указанного трехмесячного срока и до произведения окончательной выплаты на указанные суммы начисляются простые проценты в размере предельной годовой ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента;
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 21 июня 2011 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF PONOMARYOVI v. BULGARIA (Application No. 5335/05)
<*> This judgment has become final under Article 44 § 2 (c) of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Ponomaryovi v. Bulgaria,
The European Court of Human Rights (Fourth Section), sitting as a Chamber composed of:
Vincent A. De Gaetano, judges,
and Lawrence Early, Section Registrar,
Having deliberated in private on 31 May 2011,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 5335/05) against the Republic of Bulgaria lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by two Russian nationals, Mr Anatoliy Vladimirovich Ponomaryov and Mr Vitaliy Vladimirovich Ponomaryov («the applicants»), on 8 February 2005.
2. The applicants were represented by Mr V. Stoyanov, a lawyer practising in Pazardzhik, Bulgaria. The Bulgarian Government («the Government») were represented by their Agent, Ms M. Dimova, of the Ministry of Justice.
3. The Government of the Russian Federation, having been informed of their right to intervene in the case (Article 36 § 1 of the Convention and Rule 44 § 1 of the Rules of Court), stated in a letter of 25 December 2007 that they did not wish to avail themselves of that opportunity.
4. The applicants alleged, in particular, that they had been discriminated against as, unlike Bulgarian nationals and certain categories of aliens, they had been required to pay fees in order to pursue their secondary education.
5. By a decision of 18 September 2007 the Court declared the application partly inadmissible. By a decision of 10 February 2009 it struck part of the application out of its list of cases and declared a further part inadmissible and the remainder admissible.
6. The applicants and the Government each filed further written observations (Rule 59 § 1 of the Rules of Court).
7. The application was later transferred to the Fourth Section of the Court, following a change in the composition of the Court's Sections on 1 February 2011.
8. On 3 May 2011 the President of the Fourth Section decided not to accede to the applicants' request that their identity not be disclosed to the public (Rule 47 § 3 of the Rules of Court).
THE FACTS
I. The circumstances of the case
A. Background to the case
9. The first applicant, Mr Anatoliy Ponomaryov, was born on 15 June 1986 in Kustanay, in the Kazakh Soviet Socialist Republic (now the Republic of Kazakhstan). His brother, the second applicant, Mr Vitaliy Ponomaryov, was also born there on 6 June 1988. In 1990 the two moved to Moscow, the Russian Federation, with their mother, Mrs A.P., a Russian national. In 1992 their mother divorced their father, Mr V.P., also a Russian national. The whereabouts of the latter remain unclear; it appears that he might have settled in another country, probably Germany. It also seems that the applicants have not kept any contact with their father since the divorce.
10. On 6 August 1993 the applicants' mother married a Bulgarian national. In 1994 the family settled in Pazardzhik, Bulgaria. The applicants' mother was then granted a permanent residence permit on the basis of her marriage to a Bulgarian national and the applicants were entitled to reside in Bulgaria on the basis of their mother's permit.
11. In 1994 the applicants enrolled in a Bulgarian primary school, and later in secondary schools. Both of them apparently speak fluent Bulgarian.
12. Their mother has been out of work since 1998. Her husband owned a small Internet café business, which was apparently shut down by the authorities in 2005.
13. On 15 June 2004 Mr Anatoliy Ponomaryov turned eighteen, and accordingly had to obtain an independent permit in order to continue residing in Bulgaria lawfully. In September 2004 he contacted the immigration authorities and was informed that, to obtain a permanent residence permit, he first had to leave Bulgaria, obtain a special visa from a Bulgarian embassy abroad, return to the country and apply for a temporary residence permit; only then could he apply for a permanent residence permit.
14. On 28 September 2004 the consular department of the Ministry of Foreign Affairs informed Mr Anatoliy Ponomaryov that it would not insist on his leaving the country to obtain a special visa and that he could get one in Bulgaria. The applicant then applied for a permanent residence permit. However, as he was unable to raise the money needed to pay the requisite fees (amounting in total to slightly over 1,300 Bulgarian levs (BGN)), the immigration authorities returned his application on 22 February 2005 without considering it.
15. In October 2005 both applicants, asserting that they had no property or income, asked the Commission for the Remission of Uncollectible State Debts, established by the President of the Republic, to waive the fees in respect of both of them. On 31 May 2006 the Commission rejected their requests, stating that their debts did not appear to be uncollectible.
16. In the meantime, on 17 February and 8 March 2006, the immigration authorities informed the applicants that they had been granted permanent residence permits and invited them to collect them. On 11 May 2006 the applicants paid the requisite fees and obtained documents certifying that they had permanent residence permits. Mr Anatoliy Ponomaryov paid a total amount of BGN 1,375.26 and Mr Vitaliy Ponomaryov a total amount of BGN 1,415.26. They managed to raise the money by taking out a bank loan.
B. Mr Anatoliy Ponomaryov's school fees
17. On 9 February 2005, when Mr Anatoliy Ponomaryov was in the final year of his secondary education, the head of the Regional Education Inspectorate of the Ministry of Education wrote to the head teacher of his school, inquiring whether the applicant had paid the school fees which he owed as an alien without a permanent residence permit and, if not, whether any measures had been taken to collect them. Two and a half months later, on 26 April 2005, the Education Inspectorate in Pazardzhik held a meeting with the head teacher. At that meeting, attended also by representatives of the immigration authorities, a discussion took place as to whether steps should be taken to enforce paragraph 4(3) of the additional provisions of the 1991 National Education Act (see paragraph 32 below) in respect of the applicant.
18. On 28 April 2005 the head teacher ordered the applicant to pay EUR 800 in fees, failing which he would be barred from attending classes and would not be issued with a certificate for having completed the school year. She relied on a decision of the Minister of Education of 20 July 2004 laying down the fees payable by aliens schooled in Bulgarian educational establishments under the above-mentioned paragraph 4(3).
19. The applicant sought judicial review of the head teacher's order. On 5 July 2005 the Pazardzhik Regional Court partly quashed and partly upheld the order. It found that there was no indication that the applicant had a permanent residence permit. He could therefore pursue his studies only if he paid the requisite fees. However, the fact that he had not paid them did not mean that he should not be issued with a certificate for having completed the previous school year, given that the amount could still be recovered from him. That part of the order was therefore unlawful.
20. Both the applicant and the head teacher appealed. On 13 June 2006 the Supreme Administrative Court (Реш. № 6381 от 13 юни 2006 г. по адм. д. № 10496/2005 г., ВАС, V о.) upheld the lower court's judgment. It fully agreed with its reasoning, and added that the fact that in the meantime the first applicant had been granted a permanent residence permit (see paragraph 16 above) meant solely that he could attend a Bulgarian school free of charge in the future. However, as at the relevant time he had not had permanent resident status, he had been obliged to pay the requisite fees. Concerning the issuance of a certificate for completion of the corresponding school year, the lower court's ruling had been correct, as payment of the fees was a precondition for attending classes but failure to pay could not serve as grounds for refusing to award a certificate if the individual concerned had already completed the year.
21. Apparently the applicant's school did not in practice prevent him from attending classes, but the issuance of his secondary school diploma was delayed by about two years, which in turn delayed his enrolment in university.
C. Proceedings for judicial review of the Minister's decision
22. Separately, Mr Anatoliy Ponomaryov sought review of the Minister's fee-setting decision of 20 July 2004 (see paragraph 18 above). He argued, inter alia, that it was discriminatory to require aliens to pay fees to attend Bulgarian schools.
23. On 10 January 2006 (Реш. № 349 от 10 януари 2006 г. по адм. д. № 5034/2005 г., ВАС, V о.) a three-member panel of the Supreme Administrative Court dismissed the application. It found, inter alia, that privileges granted on the basis of nationality were commonplace in many countries. Moreover, Article 14 of the Convention did not expressly prohibit discrimination on such grounds. If envisaged by a statute or an international treaty, the differential treatment of individuals on the basis of their nationality did not amount to discrimination. Moreover, aliens having permanent residence permits did not have to pay school fees. However, the applicant had not shown that he had such a permit.
24. On an appeal by the applicant, a five-member panel of the Supreme Administrative Court upheld the lower court's judgment on 13 June 2006 (Реш. № 6391 от 13 юни 2006 г. по адм. д. № 2249/2006 г., ВАС, петчленен с-в), fully concurring with its reasoning.
D. Mr Vitaliy Ponomaryov's school fees
25. On 31 October 2005, when Mr Vitaliy Ponomaryov was in the penultimate year of his secondary education, the head teacher of his school ordered him to pay EUR 1,300 in fees, failing which he would be barred from attending classes and would not be issued with a certificate for having completed the school year.
26. The applicant sought judicial review of this order, arguing, inter alia, that it infringed his rights under the Convention. On 4 April 2006 the Pazardzhik Regional Court dismissed his application. It found no indication that the applicant had a permanent residence permit or that a procedure for obtaining such a permit was under way. He could therefore pursue his studies only if he paid the requisite fees. This did not infringe his right to education, as aliens could attend Bulgarian schools provided they paid the requisite fees.
27. The applicant appealed. On 13 December 2006 (Реш. № 12503 от 13 декември 2006 г. по адм. д. № 6371/2006 г., ВАС, V о.) the Supreme Administrative Court upheld the lower court's judgment. It noted that, since the applicant had in the meantime been granted a permanent residence permit (see paragraph 16 above), he could attend a Bulgarian school free of charge in the future. However, as at the relevant time he had not had the status of permanent resident, he had been obliged to pay the requisite fees.
28. On 20 March 2007 the head teacher of the applicant's school invited him to pay EUR 1,300 in respect of his schooling during the 2004/05 school year and the same amount in respect of his schooling during the 2005/06 school year.
29. It seems that the applicant was in practice not barred from attending classes throughout the period 2004-06. He submitted that he had been prevented from doing so for certain periods of time, but the court examining a civil claim by his school against him (see paragraph 30 below) found, after reviewing the available evidence in this respect, that he had attended school without interruption during that period.
30. On 6 June 2007 the applicant's school brought a claim against him, seeking payment of the fees due. In a judgment of 18 February 2008 the Pazardzhik District Court allowed the claim and ordered the applicant to pay his school EUR 2,600 plus interest. It found that the applicant owed this amount because at the relevant time he had not had a permanent residence permit entitling him to be schooled free of charge. Following an appeal by the applicant, on 7 May 2008 the Pazardzhik Regional Court quashed the lower court's judgment and dismissed the claim. The school appealed on points of law. On 25 November 2008 the Supreme Court of Cassation accepted the appeal for examination, and in a judgment of 29 April 2010 (Реш. № 1012 от 29 април 2010 г. по гр. д. № 3446/2008 г., ВКС, г. о.), quashed the Pazardzhik Regional Court's judgment and allowed the claim, ordering the applicant to pay the school the equivalent of EUR 2,600 plus interest (the total sum came to BGN 6,394.45), and BGN 350 for costs. It observed, inter alia, that the requirement for certain categories of aliens to pay school fees stemmed directly from the applicable law.
II. Relevant domestic law
A. The 1991 Constitution
31. The relevant provisions of the 1991 Constitution read as follows:
«Aliens residing in the Republic of Bulgaria shall have all rights and obligations flowing from this Constitution except those rights and obligations in respect of which the Constitution and the laws require Bulgarian nationality.»
«1. Everyone shall have the right to education.»
2. School education up to the age of sixteen years shall be compulsory.
3. Primary and secondary education in State and municipal schools shall be free of charge. Education in higher educational establishments run by the State shall be free of charge under the conditions set out in the law. ...»
B. The 1991 National Education Act
32. Under section 6 of the 1991 National Education Act (Закон за народната просвета), education in State and municipal schools is free of charge. Paragraph 4(1) of the additional provisions of the Act allows all aliens to enrol in Bulgarian schools. Their education is also free of charge if they: (a) have a permanent residence permit (paragraph 4(2), as originally enacted in 1991); (b) have been enrolled following a decision of the Council of Ministers or under intergovernmental agreements so providing (the same provision, as amended in 1998); or (c) are of compulsory school age (under sixteen), and their parents work in Bulgaria and are nationals either of a Member State of the European Union or the European Economic Area, or of Switzerland (the same provision, as amended in May 2006; the amendment was intended to implement in Bulgarian law the provisions of Council Directive 77/486/EEC on the education of the children of migrant workers, and entered into force on the day of Bulgaria's accession to the European Union — 1 January 2007). Aliens who do not fall into any of these categories must pay fees in amounts fixed by the Minister of Education. The proceeds from these fees are to be used exclusively for the needs of the educational establishments where the persons concerned are being schooled (paragraph 4(3), as amended in 1998).
III. Relevant international law
33. Articles 2 § 1 and 28 § 1 of the 1989 United Nations Convention on the Rights of the Child (ratified by Bulgaria on 3 June 1991) read, in so far as relevant:
«States Parties shall respect and ensure the rights set forth in the present Convention to each child within their jurisdiction without discrimination of any kind, irrespective of the child's or his or her parent's or legal guardian's race, colour, sex, language, religion, political or other opinion, national, ethnic or social origin, property, disability, birth or other status.»
«States Parties recognize the right of the child to education, and with a view to achieving this right progressively and on the basis of equal opportunity, they shall, in particular:»
(a) Make primary education compulsory and available free to all;
(b) Encourage the development of different forms of secondary education, including general and vocational education, make them available and accessible to every child, and take appropriate measures such as the introduction of free education and offering financial assistance in case of need;
(c) Make higher education accessible to all on the basis of capacity by every appropriate means;
34. Article 13 of the International Covenant on Economic, Social and Cultural Rights (ratified by Bulgaria on 21 September 1970) reads as follows:
«1. The States Parties to the present Covenant recognize the right of everyone to education. They agree that education shall be directed to the full development of the human personality and the sense of its dignity, and shall strengthen the respect for human rights and fundamental freedoms. They further agree that education shall enable all persons to participate effectively in a free society, promote understanding, tolerance and friendship among all nations and all racial, ethnic or religious groups, and further the activities of the United Nations for the maintenance of peace.»
2. The States Parties to the present Covenant recognize that, with a view to achieving the full realization of this right:
(a) Primary education shall be compulsory and available free to all;
(b) Secondary education in its different forms, including technical and vocational secondary education, shall be made generally available and accessible to all by every appropriate means, and in particular by the progressive introduction of free education;
(c) Higher education shall be made equally accessible to all, on the basis of capacity, by every appropriate means, and in particular by the progressive introduction of free education;
(d) Fundamental education shall be encouraged or intensified as far as possible for those persons who have not received or completed the whole period of their primary education;
(e) The development of a system of schools at all levels shall be actively pursued, an adequate fellowship system shall be established, and the material conditions of teaching staff shall be continuously improved.
35. Article 17 of the revised European Social Charter (which Bulgaria ratified on 7 June 2000, accepting sixty-two of its ninety-eight paragraphs, including Article 17 § 2 below) reads, in so far as relevant, as follows:
«With a view to ensuring the effective exercise of the right of children and young persons to grow up in an environment which encourages the full development of their personality and of their physical and mental capacities, the Parties undertake, either directly or in co-operation with public and private organisations, to take all appropriate and necessary measures designed:»
2. to provide to children and young persons a free primary and secondary education as well as to encourage regular attendance at schools.»
IV. Relevant comparative law
36. On the basis of the material available to the Court in respect of twenty-six Member States of the Council of Europe, it appears that in seventeen States (Belgium, Cyprus, the Czech Republic, Estonia, France, Germany, Italy, Latvia, Luxembourg, the Netherlands, Portugal, Russia, Slovenia, Spain, Switzerland, «the former Yugoslav Republic of Macedonia» and the United Kingdom), primary and secondary education is free of charge and accessible to all persons living or residing in the country regardless of their immigration status or that of their parents. Certain categories of aliens are required to pay fees for their primary and secondary schooling in Malta, and only for their upper secondary schooling in Denmark, Poland and Romania. In five States (Croatia, Monaco, Slovakia, Turkey and Ukraine), certain non-nationals may experience difficulties in enrolling in schools because of their irregular status.
37. The length of compulsory education varies between Member States, from eight years at the bottom end of the spectrum to thirteen years at the top end. In eleven States compulsory schooling lasts for eight or nine years, in ten States it lasts for ten or eleven years, and in five States it lasts for twelve or thirteen years. However, it is possible to say that in the great majority of the twenty-six States surveyed, compulsory education encompasses primary and lower secondary education, with the pupil usually finishing compulsory education aged approximately sixteen. This is generally the case for the first two groups, which together comprise twenty-one States. The number of years differs in each State depending on what age compulsory education begins rather than ends. Upper secondary education is compulsory only in a minority of the States surveyed (Belgium, Luxembourg, Portugal, «the former Yugoslav Republic of Macedonia» and Ukraine).
38. The Spanish Constitutional Court has dealt with the issue of the right to post-compulsory education for non-resident aliens. A Spanish statute governing the rights and freedoms of aliens and their social integration excluded non-resident aliens from the right to post-compulsory education. The Constitutional Court, in judgment No. 236/2007 of 7 November 2007, declared that exclusion unconstitutional since it prevented undocumented or non-resident minors from having access to post-compulsory education. The court held that whether or not the minors were lawfully resident was not a criterion for granting the right to post-compulsory education, which was part of the right to education protected by Article 27 of the Spanish Constitution. It observed that the right to education was not limited to basic education and that it also applied to subsequent, post-compulsory education. The court referred to Article 2 of Protocol No. 1 to the Convention and to the fact that, in accordance with Article 1 of the Convention, the former applied ratione personae to any «person», including non-resident or illegal aliens.
39. In 1982, in the case of Plyler v. Doe (457 U.S. 202), in which immigrant children in the State of Texas complained that they had been deprived of the right to free education on account of their undocumented status, the Supreme Court of the United States held, by five votes to four, that the requirement for illegal aliens — as opposed to nationals and lawfully resident aliens — to pay school fees deprived them of the equal protection of the laws, contrary to the Fourteenth Amendment to the Constitution of the United States.
V. Relevant council of Europe material
40. In Resolution 1509 (2006), adopted on 27 June 2006 and entitled «Human rights of irregular migrants», the Parliamentary Assembly of the Council of Europe expressed the view that «all children have a right to education, extending to primary school and secondary school levels, in those countries where such schooling is compulsory. Education should reflect their culture and language and they should be entitled to recognition, including through certification, of the standards achieved» (point 13.6).
VI. Relevant statistical data
41. Data published by the United Nations Department of Economic and Social Affairs, Population Division (Trends in International Migrant Stock: The 2008 Revision, available at http://esa.un.org/migration/), shows that in 2010 there were 107,245 immigrants in Bulgaria, accounting for 1.4% of the population. According to the same source, the annual rate of change of the migrant stock in Bulgaria between 2000 and 2010 was 0.6%.
42. Data published by the International Organisation for Migration (Migration in Bulgaria, a Country Profile 2008, available at http://publications.iom.int/bookstore/) show that in 2006 in Bulgaria there were 55,684 aliens with permanent residence permits. According to the same source, the number of aliens apprehended as illegally present in the country was as follows: 400 in 2002, 454 in 2003, 877 in 2004 and 1,190 in 2005.
43. According to data published by the National Statistical Institute of Bulgaria (available at http://www.nsi.bg/), the number of students in upper secondary education during the period 2003-10 was as follows: 166,995 during the 2003/04 school year; 170,482 during the 2004/05 school year; 170,462 during the 2005/06 school year; 167,988 during the 2006/07 school year; 163,050 during the 2007/08 school year; 156,978 during the 2008/09 school year; and 148,627 during the 2009/10 school year. The vast majority of them (all but about 3,500 a year) were enrolled in public schools. No data appear to be available as to how many of those students were not Bulgarian nationals or as to their immigration status. By contrast, data exist on the nationality of students in higher education establishments (universities and equivalent). The numbers of Bulgarian and foreign students in such establishments during the period 2003-10 were as follows: 215,682 Bulgarians and 7,952 foreigners during the 2003/04 school year; 224,530 Bulgarians and 8,300 foreigners during the 2004/05 school year; 229,649 Bulgarians and 8,652 foreigners during the 2005/06 school year; 244,816 Bulgarians and 9,060 foreigners during the 2006/07 school year; 251,000 Bulgarians and 9,110 foreigners during the 2007/08 school year; 260,826 Bulgarians and 9,472 foreigners during the 2008/09 school year; and 273,202 Bulgarians and 10,034 foreigners during the 2009/10 school year.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 2 of Protocol No. 1 taken alone and in Conjunction with Article 14 of the Convention
44. The applicants complained that they had been discriminated against because, unlike Bulgarian nationals and aliens having permanent residence permits, they had been required to pay fees to pursue their secondary education.
45. Since the alleged discriminatory treatment of the applicants lies at the heart of their complaint, the Court considers it appropriate to examine it first under Article 14 of the Convention taken in conjunction with Article 2 of Protocol No. 1 (see, mutatis mutandis, Darby v. Sweden, 23 October 1990, § 28, Series A No. 187; Pla and Puncernau v. Andorra, No. 69498/01, § 42, ECHR 2004-VIII; and Oršuš and Others v. Croatia [GC], No. 15766/03, §§ 143 — 45, ECHR 2010-...). These provisions read, in so far as relevant, as follows:
Article 14 of the Convention (prohibition of discrimination)
«The enjoyment of the rights and freedoms set forth in [the] Convention shall be secured without discrimination on any ground such as sex, race, colour, language, religion, political or other opinion, national or social origin, association with a national minority, property, birth or other status.»
Article 2 of Protocol No. 1 (right to education)
«No person shall be denied the right to education. ...»
A. The parties' submissions
46. The applicants submitted that the requirement for them to pay fees for their secondary education had been unjustified. In their view, the manner in which domestic law regulated this matter bred a lack of clarity, led to errors and abuse and had imposed a disproportionate burden on them. It was unclear who was liable to pay the fees: the students, who had no income or property, or their parents. The fees did not pursue any legitimate aim and failed to strike a proper balance between the interests of the individual and the public interest. In Bulgaria, secondary education was a precondition for any sort of employment, and the lack of such education meant that those concerned would be unable to integrate properly or even ensure their livelihood. Under Article 28 of the United Nations Convention on the Rights of the Child, the State had the duty to assist children in their drive to become fully-fledged members of society. By erecting insuperable obstacles to the completion of their secondary education, the State was preventing them from developing in that way. The requirement for the applicants to pay fees had been discriminatory because they had been in an identical situation to the rest of their schoolmates. Under the 1991 Constitution, all individuals residing in Bulgaria had the same rights and obligations regardless of their nationality and status. Lastly, it had to be borne in mind that the applicants had been children at the material time and thus entitled to special protection under the Convention on the Rights of the Child, which was part of domestic law.
47. The Government submitted that the applicants had not been discriminated against in the exercise of their right to education. They referred to the legislative provisions governing the obligation for certain aliens to pay fees for their education and pointed out that at the relevant time the applicants did not fall into any of the exempted categories. The Government further stated that they fully concurred with the reasons given by the Supreme Administrative Court, and asserted that the requirement to pay reasonable amounts for schooling did not amount to discrimination.
B. The Court's assessment
1. Do the facts of the case fall within the ambit of one or more of the other substantive provisions of the Convention?
48. Article 14 complements the other substantive provisions of the Convention and its Protocols. It has no independent existence since it has effect solely in relation to «the enjoyment of the rights and freedoms» safeguarded by those provisions. Although the application of Article 14 does not presuppose a breach of those provisions, there can be no room for its application unless the facts at issue fall within the ambit of one or more of the latter (see, among many other authorities, Rasmussen v. Denmark, 28 November 1984, § 29, Series A No. 87). The prohibition of discrimination in Article 14 thus extends beyond the enjoyment of the rights and freedoms which the Convention and Protocols require each State to guarantee. It applies also to those additional rights, falling within the general scope of any Article of the Convention or its Protocols, which the State has voluntarily decided to provide (see Case «relating to certain aspects of the laws on the use of languages in education in Belgium» v. Belgium (merits), 23 July 1968, pp. 33 — 34, § 9, Series A No. 6; Stec and Others v. the United Kingdom (dec.) [GC], Nos. 65731/01 and 65900/01, §§ 39 and 40, ECHR 2005-X; E.B. v. France [GC], No. 43546/02, § 48, ECHR 2008-...; Andrejeva v. Latvia [GC], No. 55707/00, § 74, ECHR 2009-...; and Sejdiæ and Finci v. Bosnia and Herzegovina [GC], Nos. 27996/06 and 34836/06, § 39, 22 December 2009).
49. It must therefore be determined whether the applicants' situation fell within the scope of Article 2 of Protocol No. 1. On this point, it should firstly be noted that there is little doubt that secondary education is covered by that provision (see Leyla ªahin v. Turkey [GC], No. 44774/98, §§ 136, ECHR 2005-XI). Secondly, although that provision cannot be interpreted as imposing a duty on the Contracting States to set up or subsidise particular educational establishments, any State doing so will be under an obligation to afford effective access to them (see Case «relating to certain aspects of the laws on the use of languages in education in Belgium» (merits), pp. 30 — 31, §§ 3 and 4, and Leyla ªahin, § 137, both cited above). Put differently, access to educational institutions existing at a given time is an inherent part of the right set out in the first sentence of Article 2 of Protocol No. 1 (see Kjeldsen, Busk Madsen and Pedersen v. Denmark, 7 December 1976, § 52, Series A No. 23; M\dot{u}\dot{r}sel Eren v. Turkey, No. 60856/00, § 41, ECHR 2006-II; Ýrfan Temel and Others v. Turkey, No. 36458/02, § 39, ECHR 2009-...; and Oršuš and Others, cited above, § 146). In the instant case, the applicants had enrolled in and attended secondary schools set up and run by the Bulgarian State (see paragraph 11 above). They were later required, by reason of their nationality and immigration status, to pay school fees in order to pursue their secondary education (see paragraphs 17 — 20, 25 — 28 and 30 above). It follows that their complaint falls within the scope of Article 2 of Protocol No. 1. This is sufficient to render Article 14 of the Convention applicable.
2. Was there a difference in treatment between the applicants and others placed in an analogous situation?
50. The applicants — secondary school students — were, unlike others in their position, required to pay school fees. This was due exclusively to their nationality and immigration status, because under the 1991 National Education Act only Bulgarian nationals and certain categories of aliens are entitled to primary and secondary education free of charge (see paragraph 32 above). The applicants were thus clearly treated less favourably than others in a relevantly similar situation, on account of a personal characteristic.
3. Did the difference in treatment have an objective and reasonable justification?
51. Discrimination means treating differently, without an objective and reasonable justification, persons in relevantly similar situations; in other words, there is discrimination if the distinction at issue does not pursue a legitimate aim or the means employed to achieve it do not bear a reasonable relationship of proportionality to it (see, among many other authorities, D.H. and Others v. the Czech Republic [GC], No. 57325/00, §§ 175 and 196, ECHR 2007-...).
52. The States enjoy a certain margin of appreciation in assessing whether and to what extent differences in otherwise similar situations justify a different treatment. The scope of this margin will vary according to the circumstances, the subject matter and its background (see, among other authorities, Rasmussen, cited above, § 40). Thus, the States are usually allowed a wide margin of appreciation when it comes to general measures of economic or social strategy (see Stec and Others v. the United Kingdom [GC], No. 65731/01, § 52, ECHR 2006-VI; Runkee and White v. the United Kingdom, Nos. 42949/98 and 53134/99, § 36, 10 May 2007; Burden v. the United Kingdom [GC], No. 13378/05, § 60 in fine, ECHR 2008-...; Andrejeva, cited above, § 83; Carson and Others v. the United Kingdom [GC], No. 42184/05, § 61, ECHR 2010-...; Clift v. the United Kingdom, No. 7205/07, § 73, 13 July 2010; and J.M. v. the United Kingdom, No. 37060/06, § 54, 28 September 2010). On the other hand, very weighty reasons would have to be put forward before the Court could regard a difference of treatment based exclusively on the ground of nationality as compatible with the Convention (see Gaygusuz v. Austria, 16 September 1996, § 42, Reports of Judgments and Decisions 1996-IV; Koua Poirrez v. France, No. 40892/98, § 46, ECHR 2003-X; Luczak v. Poland, No. 77782/01, § 48, ECHR 2007-XIII; Andrejeva, cited above, § 87; Zeïbek v. Greece, No. 46368/06, § 46 in fine, 9 July 2009; Fawsie v. Greece, no. 40080/07, § 35, 28 October 2010; and Saidoun v. Greece, No. 40083/07, § 37, 28 October 2010).
53. The Court would emphasise at the outset that its task in the present case is not to decide whether and to what extent it is permissible for the States to charge fees for secondary — or, indeed, any — education. It has in the past recognised that the right to education by its very nature calls for regulation by the State, and that this regulation may vary in time and place according to the needs and resources of the community (see Case «relating to certain aspects of the laws on the use of languages in education in Belgium» (merits), cited above, p. 32, § 5; Campbell and Cosans v. the United Kingdom, 25 February 1982, § 41, Series A No. 48; Çiftçi v. Turkey (dec.), No. 71860/01, ECHR 2004-VI; M\dot{u}\dot{r}sel Eren, cited above, § 44; and Konrad and Others v. Germany (dec.), No. 35504/03, ECHR 2006-XIII). The Court must solely determine whether, once a State has voluntarily decided to provide such education free of charge, it may deny that benefit to a distinct group of people, for the notion of discrimination includes cases where a person or group is treated, without proper justification, less favourably than another, even though the more favourable treatment is not called for by the Convention (see Abdulaziz, Cabales and Balkandali v. the United Kingdom, 28 May 1985, § 82, Series A No. 94; \dot{U}nal Tekeli v. Turkey, No. 29865/96, § 51 in limine, ECHR 2004-X (extracts); Zarb Adami v. Malta, No. 17209/02, § 73, ECHR 2006-VIII; Kafkaris v. Cyprus [GC], No. 21906/04, § 161 in limine, ECHR 2008-...; and J.M. v. the United Kingdom, cited above, § 45 in fine).
54. Having thus clarified the limits of its inquiry, the Court starts it by observing that a State may have legitimate reasons for curtailing the use of resource-hungry public services — such as welfare programmes, public benefits and health care — by short-term and illegal immigrants, who, as a rule, do not contribute to their funding. It may also, in certain circumstances, justifiably differentiate between different categories of aliens residing in its territory. For instance, the preferential treatment of nationals of Member States of the European Union — some of whom were exempted from school fees when Bulgaria acceded to the Union (see paragraph 32 above) — may be said to be based on an objective and reasonable justification, because the Union forms a special legal order, which has, moreover, established its own citizenship (see, mutatis mutandis, Moustaquim v. Belgium, 18 February 1991, § 49 in fine, Series A No. 193, and C. v. Belgium, 7 August 1996, § 38, Reports 1996-III).
55. Although similar arguments apply to a certain extent in the field of education — which is one of the most important public services in a modern State — they cannot be transposed there without qualification. It is true that education is an activity that is complex to organise and expensive to run, whereas the resources that the authorities can devote to it are necessarily finite. It is also true that in deciding how to regulate access to education, and in particular whether or not to charge fees for it and to whom, a State must strike a balance between, on the one hand, the educational needs of those under its jurisdiction and, on the other, its limited capacity to accommodate them. However, the Court cannot overlook the fact that, unlike some other public services (see Nitecki v. Poland (dec.), No. 65653/01, 21 March 2002, and Pentiacova and Others v. Moldova (dec.), No. 14462/03, ECHR 2005-I, regarding health care; Budina v. Russia (dec.), No. 45603/05, ECHR 2009-...; Carson and Others, cited above, § 64; Zeïbek, cited above, §§ 37 — 40; and Zubczewski v. Sweden (dec.), No. 16149/08, 12 January 2010, regarding pensions; and Niedzwiecki v. Germany, No. 58453/00, §§ 24 and 33, 25 October 2005; Okpisz v. Germany, No. 59140/00, §§ 18 and 34, 25 October 2005; Weller v. Hungary, No. 44399/05, § 36, 31 March 2009; Fawsie, cited above, §§ 27 — 28; and Saidoun, cited above, §§ 28 — 29, regarding child benefits), education is a right that enjoys direct protection under the Convention. It is expressly enshrined in Article 2 of Protocol No. 1 to the Convention (see Case «relating to certain aspects of the laws on the use of languages in education in Belgium» (merits), cited above, pp. 30 — 31, § 3). It is also a very particular type of public service, which not only directly benefits those using it but also serves broader societal functions. Indeed, the Court has already had occasion to point out that «[i]n a democratic society, the right to education... is indispensable to the furtherance of human rights [and] plays... a fundamental role...» (see Leyla ªahin, cited above, § 137). Moreover, in order to achieve pluralism and thus democracy, society has an interest in the integration of minorities (see Konrad and Others, cited above).
56. In the Court's view, the State's margin of appreciation in this domain increases with the level of education, in inverse proportion to the importance of that education for those concerned and for society at large. Thus, at the university level, which to this day remains optional for many people, higher fees for aliens — and indeed fees in general — seem to be commonplace and can, in the present circumstances, be considered fully justified. The opposite goes for primary schooling, which provides basic literacy and numeracy — as well as integration into and first experiences of society — and is compulsory in most countries (see Konrad and Others, cited above).
57. Secondary education, which is in issue in the present case, falls between those two extremes. The distinction is confirmed by the difference of wording between paragraphs (a), (b) and (c) of Article 28 § 1 of the United Nations Convention on the Rights of the Child, the first of which enjoins States to «[m]ake primary education compulsory and available free to all», whereas the second and the third merely call upon them to «[e]ncourage the development of different forms of secondary education... and take appropriate measures such as the introduction of free education and offering financial assistance in case of need» and to «[m]ake higher education accessible to all on the basis of capacity by every appropriate means» (see paragraph 33 above). It is also confirmed by the differentiation between those three levels of education in the International Covenant on Economic, Social and Cultural Rights (see paragraph 34 above). However, the Court is mindful of the fact that with more and more countries now moving towards what has been described as a «knowledge-based» society, secondary education plays an ever-increasing role in successful personal development and in the social and professional integration of the individuals concerned. Indeed, in a modern society, having no more than basic knowledge and skills constitutes a barrier to successful personal and professional development. It prevents the persons concerned from adjusting to their environment and entails far-reaching consequences for their social and economic well-being.
58. These considerations militate in favour of stricter scrutiny by the Court of the proportionality of the measure affecting the applicants.
59. In assessing that proportionality the Court does not need, in the very specific circumstances of this case, to determine whether the Bulgarian State is entitled to deprive all unlawfully residing aliens of educational benefits — such as free education — which it has agreed to provide to its nationals and certain limited categories of aliens. It is not the Court's role to consider in the abstract whether national law conforms to the Convention (see, among other authorities, McCann and Others v. the United Kingdom, 27 September 1995, § 153, Series A No. 324; Pham Hoang v. France, 25 September 1992, § 33, Series A No. 243; Etxeberria and Others v. Spain, Nos. 35579/03, 35613/03, 35626/03 and 35634/03, § 81, 30 June 2009; and Romanenko and Others v. Russia, No. 11751/03, § 39, 8 October 2009). It must confine its attention, as far as possible, to the particular circumstances of the case before it (see, among other authorities, Wettstein v. Switzerland, No. 33958/96, § 41, ECHR 2000-XII, and Sommerfeld v. Germany [GC], No. 31871/96, § 86, ECHR 2003-VIII). The Court will therefore have regard primarily to the applicants' personal situation.
60. On that point, the Court observes at the outset that the applicants were not in the position of individuals arriving in the country unlawfully and then laying claim to the use of its public services, including free schooling (see paragraph 10 above). Even when the applicants found themselves, somewhat inadvertently, in the situation of aliens lacking permanent residence permits (see paragraphs 11 and 13-16 above), the authorities had no substantive objection to their remaining in Bulgaria and apparently never had any serious intention of deporting them (see paragraphs 13 and 14 above and the final admissibility decision in the present case; compare also, mutatis mutandis, Anakomba Yula v. Belgium, No. 45413/07, § 38, ECHR 2009-... (extracts)). Indeed, at the material time the applicants had taken steps to regularise their situation (see paragraphs 13 — 16 above). Thus, any considerations relating to the need to stem or reverse the flow of illegal immigration clearly did not apply to the applicants' case (contrast, mutatis mutandis, 15 Foreign Students v. the United Kingdom, Nos. 7671/76 and fourteen others, Commission decision of 19 May 1977, Decisions and Reports (DR) 9, p. 185; Sorabjee v. the United Kingdom, No. 23938/94, Commission decision of 23 October 1995, unreported; Dabhi v. the United Kingdom, No. 28627/95, Commission decision of 17 January 1997, unreported; and Vikulov and Others v. Latvia (dec.), No. 16870/03, 25 March 2004).
61. Nor can it be said that the applicants tried to abuse the Bulgarian educational system (see, mutatis mutandis, Weller, cited above, § 36). It was not their choice to settle in Bulgaria and pursue their education there; they came to live in the country at a very young age, because their mother had married a Bulgarian national (see paragraph 10 above). The applicants could not realistically choose to go to another country and carry on their secondary studies there (see paragraphs 9 and 10 above). Moreover, there is no indication that the applicants, who were fully integrated in Bulgarian society and spoke fluent Bulgarian (see paragraph 11 above), had any special educational needs which would have required additional financing for their schools.
62. However, the authorities did not take any of these matters into account. Indeed, since section 4(3) of the 1991 National Education Act and the fee-setting decision of the Minister of Education issued in July 2004 pursuant to that section (see paragraphs 18 and 32 above) made no provision for requesting exemption from the payment of school fees, it does not seem that the authorities could have done so.
63. The Court, for its part, finds that in the specific circumstances of the present case the requirement for the applicants to pay fees for their secondary education on account of their nationality and immigration status was not justified. There has therefore been a violation of Article 14 of the Convention taken in conjunction with Article 2 of Protocol No. 1.
64. In view of that conclusion, it is not necessary to examine the complaint under Article 2 of Protocol No. 1 taken alone (see, mutatis mutandis, Darby, § 35; Pla and Puncernau, § 64; and Oršuš and Others, § 186, all cited above).
II. Application of Article 41 of the Convention
65. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
66. The applicants claimed, firstly, compensation in respect of pecuniary damage. Mr Anatoliy Ponomaryov sought the reimbursement of 65 euros (EUR) <1> and 1,250 Bulgarian levs (BGN) which he had paid in fees in order to obtain a permanent residence permit, BGN 500 paid as a fine, EUR 800 paid in school fees and BGN 2,500 paid in court fees and for photocopies, postage and the translation of documents. Mr Vitaliy Ponomaryov sought the reimbursement of EUR 65 and BGN 1,250 which he had paid in fees in order to obtain a permanent residence permit, and BGN 10,000 paid in school and court fees and for the translation of documents, plus BGN 2,350 in litigation expenses. The applicants did not submit any documents in support of their claims, stating that they had submitted such documents earlier in the proceedings.
<1> The exchange rate between the euro and the Bulgarian is fixed by law (section 29(2) of the Bulgarian National Bank Act of 1997 and decision No. 223 of the Bulgarian National Bank of 31 December 1998). One euro (EUR) is equal to 1.95583 Bulgarian levs (BGN).
67. The applicants secondly claimed EUR 50,000 each in respect of non-pecuniary damage.
68. The Government submitted that the sums claimed in respect of pecuniary damage did not relate to the violation found. As to the claims in respect of non-pecuniary damage, they argued that the amounts sought were exorbitant and unjustified. In their view, any award under this head should reflect solely the damage sustained as a result of the violation found by the Court, and should not exceed the usual amounts awarded in such cases.
69. Following the conclusion of the proceedings brought by the school against Mr Vitaliy Ponomaryov to recover the fees owed by him (see paragraph 30 above), the latter claimed an additional BGN 6,744.45 in respect of pecuniary damage, corresponding to the total sum he had been ordered to pay in fees, interest and procedural costs. The Government did not comment on the additional claim.
70. The Court observes that there is no causal relationship between the violation found and the sums paid by the two applicants in fees for obtaining permanent residence permits and by the first applicant as a fine for residing illegally in Bulgaria (see paragraph 16 above and the admissibility decisions in the present case). No award can therefore be made in respect of those sums. As regards the court fees and other expenses, the applicants did not provide a breakdown allowing the Court to determine whether and to what extent they relate to the violation found. In these circumstances, and having regard to the terms of Rule 60 §§ 2 and 3 of its Rules, the Court rejects this part of the claim.
71. As regards the sums allegedly paid by the applicants in school fees, the Court is satisfied that there is a direct causal connection with the violation found in the present case. However, the applicants have not proved to the Court's satisfaction that they were forced to pay or actually paid the sums in question. In these circumstances, the Court does not make any award in respect of them (see, mutatis mutandis, Steel and Morris v. the United Kingdom, No. 68416/01, § 105, ECHR 2005-II).
72. On the other hand, the Court considers that the applicants suffered a certain amount of frustration on account of the discrimination of which they were victims. However, the amounts claimed by them in this respect appear excessive. Ruling on an equitable basis, as required by Article 41, the Court awards each of them EUR 2,000, plus any tax that may be chargeable.
B. Costs and expenses
73. The applicants sought the reimbursement of EUR 4,000 incurred for their legal representation at the domestic level and before the Court. On the basis of information provided by the applicants' legal representative according to which the applicants have not thus far paid him anything for his legal services, the Court understands the request as meaning that any amount awarded under this head be paid to the applicants' legal representative, Mr V. Stoyanov. <2>
<2> Rectified on 30 August 2011: this sentence was added.
74. The Government disputed the claim as unproven and unrealistic.
75. According to the Court's case-law, applicants are entitled to the reimbursement of their costs and expenses only in so far as it has been shown that these were actually and necessarily incurred and are reasonable as to quantum. Moreover, legal costs are only recoverable to the extent that they relate to any violation found (see D.H. and Others v. the Czech Republic, cited above, § 220). In the present case, having regard to the information in its possession and the above criteria, and noting that part of the application was declared inadmissible and another part struck out of the list (see paragraph 5 above), the Court considers it reasonable to award EUR 2,000 to the applicants jointly, plus any tax that may be chargeable to them, to be paid to their legal representative, Mr V. Stoyanov. <3>
<3> Rectified on 30 August 2011: «to be paid to their legal representative, Mr V. Stoyanov» added to the end of the sentence.
C. Default interest
76. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Holds that there has been a violation of Article 14 of the Convention taken in conjunction with Article 2 of Protocol No. 1;
2. Holds that it is not necessary to examine the application separately under Article 2 of Protocol No. 1 taken alone;
(a) that the respondent State is to pay, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, the following amounts, to be converted into Bulgarian levs at the rate applicable at the date of settlement:
(i) to the first applicant, EUR 2,000 (two thousand euros), plus any tax that may be chargeable, in respect of non-pecuniary damage;
(ii) to the second applicant, EUR 2,000 (two thousand euros), plus any tax that may be chargeable, in respect of non-pecuniary damage;
(iii) to both applicants jointly, EUR 2,000 (two thousand euros), plus any tax that may be chargeable to them, in respect of costs and expenses, payable directly to their legal representative, Mr V. Stoyanov; <4>
<4> Rectified on 30 August 2011: the words «payable directly to their legal representative, Mr V. Stoyanov» were added.
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
4. Dismisses the remainder of the applicants' claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 21 June 2011, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.