C. Бюджетный кодекс Украины от 21 июня 2001 г.
Статья 23Постановление ЕСПЧ от 26.04.2006
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Статья 23. Постановление ЕСПЧ от 26.04.2006. 3955/04. 26.04.2006. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-395504/statya-23
«1. Какие-либо бюджетные обязательства и платежи из бюджета можно осуществлять только при наличии соответствующего бюджетного назначения.»
36. Законом о государственном бюджете Украины на 2003 год предусматривалось, что списание средств из государственного бюджета по судебному решению, вынесенному в пользу сотрудников организации-получателя бюджетных ассигнований, которые имеют право на определенные привилегии, должно быть проведено с единого казначейского счета государственного казначейства Украины за счет и в пределах бюджетных ассигнований, определенных для финансирования этой организации.
37. Государственный бюджет Украины предусматривал 1067200 <*> украинских гривен для исполнения судебных решений, присуждающих выплаты судьям задолженностей по зарплате и привилегиям.
38. Статья 20-1 Закона предусматривает, что управления судебных приставов Министерства юстиции Украины несут ответственность за исполнение судебных решений в отношении долгов органов исполнительной власти Украины.
39. Указ Президента Украины от 3 марта 2003 г. № 182 предусматривает, что Государственный судебный департамент несет ответственность за организацию финансового планирования и финансирование судов, а также за подготовку сметы бюджетных нужд судов.
40. В соответствии со статьей 4 Положения Государственное казначейство Украины несет ответственность за исполнение государственного бюджета и осуществляет контроль за его расходованием.
41. Соответствующие выдержки из Рекомендации гласят:
1. Для эффективной работы судей должны быть созданы надлежащие рабочие условия, в частности, путем:
b) обеспечения такого статуса и вознаграждения судей, который был бы соразмерен их профессиональному авторитету и уровню ответственности;
42. Соответствующие выдержки из Пояснительного меморандума к Рекомендации гласят:
«29. Статус и заработная плата являются важными факторами, определяющими надлежащие условия труда (см. пункт 1.b). Статус, предоставленный судьям, должен соответствовать высокому положению их профессии, и их заработная плата должна представлять собой надлежащую компенсацию за бремя их ответственности. Эти факторы важны для независимости судей, в особенности признание важности их роли в качестве судей, выраженное в показателях должного уважения и надлежащего финансового вознаграждения.»
30. Пункт 1.b тесно связан с указанием в принципе I на все решения в отношении профессиональной жизни судей, которая явно включает в себя их статус и заработную плату».
43. Соответствующие выдержки из главы 6 Европейской хартии о статусе судей «Заработная плата и социальное обеспечение» гласят:
«6.1. Судьи, осуществляющие судебные функции в профессиональном качестве, имеют право на заработную плату, установленную в размере, позволяющем оградить их от давления, направленного на оказание влияния на их решения и в большей степени на их поведение в пределах отведенной им юрисдикции, тем самым ставящего под сомнение их независимость и беспристрастность».
44. Европейский суд счел, что с учетом их фактических и юридических обстоятельств жалобы должны быть объединены в одно производство в соответствии с пунктом 1 правила 42 Регламента Европейского суда.
45. Первый, второй и четвертый заявители жаловались на продолжительность неисполнения Решений Печерского районного суда г. Киева от 16 декабря 2002 г. Третий заявитель жаловался на продолжительность неисполнения Решения Печерского районного суда г. Киева от 14 января 2002 г. В своих доводах они ссылались на пункт 1 статьи 6 Конвенции, который гласит:
«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...».
46. Далее заявители жаловались на то, что власти Украины нарушили их право на уважение своей собственности, гарантированное статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции, которая гласит:
«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.»
Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов».
47. Второй заявитель жаловалась на то, что у нее отсутствовало эффективное средство правовой защиты по ее жалобе в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Конвенции относительно продолжительности неисполнения судебного решения, вынесенного в ее пользу, в нарушение статьи 13 Конвенции, которая гласит:
«Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве».
48. Власти Украины утверждали, что заявители не исчерпали внутригосударственные средства правовой защиты, поскольку они не подали жалобы во внутригосударственные суды, оспорив бездействие Государственного казначейства Украины и Государственного судебного департамента Украины, или не потребовали компенсации за ненадлежащее исполнительное производство или за обесценивание присужденных денежных сумм. Далее власти Украины утверждали, что поскольку судебные решения были исполнены, заявители больше не являлись жертвами указанных нарушений.
49. Заявители не согласились с этими доводами.
50. Европейский суд отметил, что по нескольким делам он рассмотрел и отклонил схожие возражения властей Украины (см. Постановление Европейского суда по делу «Ромашов против Украины» (Romashov v. Ukraine) от 27 июля 2004 г., жалоба № 67534/01, § 27 и 32). Европейский суд не усмотрел причин, чтобы отходить от своего предыдущего прецедентного права, и, соответственно, отклонил эти возражения.
51. Власти Украины утверждали, что пункт 1 статьи 6 Конвенции был неприменим к исполнительному производству, включавшему в себя первого, второго и четвертого заявителей, поскольку он не применялся к спорам между должностными лицами и государством. Далее они утверждали, что спор относился к вопросам публичного права и не подпадал под пределы гражданских прав и обязанностей.
52. Заявители с этим не согласились.
53. Европейский суд отметил, что судебная власть, не являясь частью обычной гражданской службы, тем не менее, является частью государственной службы. Судья несет определенную ответственность в области отправления правосудия в той сфере, в которой государство осуществляет суверенную власть. Следовательно, судья напрямую участвует в осуществлении полномочий, предоставленных публичным правом, и несет обязанности, предназначенные для защиты общих интересов государства (см. Решение Европейского суда по делу «Питкевич против Российской Федерации» (Pitkevich v. Russia) от 8 февраля 2001 г., жалоба № 47936/99).
54. Далее Европейский суд напомнил, что споры между административными органами власти и служащими, которые занимают должности, включающие в себя участие в осуществлении полномочий, предоставленных публичным правом, не охвачены гарантиями пункта 1 статьи 6 Конвенции (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Пеллегрен против Франции» (Pellegrin v. France), жалоба № 28541/95, § 64 - 67, ECHR 1999-VIII). При этих обстоятельствах Европейский суд счел, что статья 6 Конвенции неприменима в настоящем деле к спору относительно выплаты задолженностей по зарплате и судебных привилегий между рассматриваемыми заявителями, которые являются действующими судьями, и украинским государством. Соответственно, пункт 1 статьи 6 Конвенции неприменим к жалобам, поданным первым, вторым и четвертым заявителем.
55. Следовательно, эта часть жалоб заявителей не соответствует ratione materiae положениям Конвенции по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции и должна быть отклонена в соответствии с пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
56. Европейский суд отметил, что стороны не поднимали какого-либо возражения касательно приемлемости пункта 1 статьи 6 Конвенции в отношении исполнения судебного решения, вынесенного в пользу удаленного в отставку судьи. Тем не менее, Европейской суд напомнил свое обоснование в предыдущих схожих делах против Украины, в которых он установил, что пункт 1 статьи 6 Конвенции в своей гражданской составляющей применим к судебному разбирательству между уволившимся гражданским служащим и его бывшим работодателем, если спор относился к невыполненным финансовым обязательствам после увольнения (см. Решение Европейского суда по делу «Свинтицкий и другие против Украины» (Svintitskiy and Others v. Ukraine) от 18 января 2005 г., жалоба № 59312/00).
57. Следовательно, Европейский суд пришел к выводу, что пункт 1 статьи 6 Конвенции применим к жалобе относительно неисполнения вступившего в силу судебного решения в пользу третьего заявителя. Иных причин для объявления ее неприемлемой не установлено.
58. По причинам, указанным выше относительно пункта 1 статьи 6 Конвенции (см. § 48 - 50), Европейский суд отклонил возражение властей Украины, согласно которому данная часть жалобы является неприемлемой на основании неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты и отсутствия статуса жертвы. Кроме того, Европейский суд отметил, что власти Украины не поднимали каких-либо других возражений в отношении приемлемости жалоб заявителей в соответствии со статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции. Соответственно, Европейский суд пришел к выводу, что эти части жалоб не являются явно необоснованными или неприемлемыми по какому-либо иному основанию, указанному в статье 35 Конвенции. Следовательно, они должны быть объявлены приемлемыми для рассмотрения по существу.
59. Что касается жалобы второго заявителя в соответствии со статьей 13 Конвенции в отношении предполагаемого нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции, Европейский суд, уже установив, что пункт 1 статьи 6 Конвенции неприменим в настоящем деле (см. выше § 51 - 55), пришел к тому же выводу в отношении статьи 13 Конвенции (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Бальмер-Шафрот и другие против Швейцарии» (Balmer-Schafroth and Others v. Switzerland) от 26 августа 1997 г., Reports of Judgments and Decisions 1997-IV, § 42). Следовательно, жалоба второго заявителя на основании статьи 13 Конвенции в отношении предполагаемого нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции не соответствует ratione materiae положениям Конвенции по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции и должна быть отклонена в соответствии с пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
60. Власти Украины утверждали, что задержка в исполнении судебного решения, вынесенного в пользу третьего заявителя, произошла вследствие сложности исполнительного производства, отсутствия средств в государственном бюджете и технических ошибок, совершенных внутригосударственными судами (в частности, власти Украины ссылались на то, что ответчик, указанный в исполнительном листе, был неправильным, то есть им должен был быть Управление Государственного казначейства, а не Министерство финансов Украины).
61. Третий заявитель не согласился с этими доводами.
62. Европейский суд отметил, что неуплата долга по судебному решению произошла вследствие того, что государство-ответчик не предусмотрело соответствующей статьи расходов в государственном бюджете. Тем не менее, не предпринимая на протяжении двух лет и шести месяцев необходимых шагов для исполнения вступившего в силу судебного решения в настоящем деле, власти Украины лишили положения пункта 1 статьи 6 Конвенции их полезного действия (см. Постановление Европейского суда по делу «Шмалько против Украины» (Shmalko v. Ukraine) от 20 июля 2004 г., жалоба № 60750/00, § 43 — 47). Соответственно, Европейский суд пришел к выводу, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
63. Власти Украины в своих доводах оспаривали утверждение, согласно которому суммы, присужденные заявителям внутригосударственными судами, являлись имуществом по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, поскольку они относились к выплатам судебных привилегий, предоставленных государством. Далее власти Украины утверждали, что требования в отношении выплаты задолженности даже не считались законным ожиданием, поскольку они были направлены против неправильного государственного органа — Министерства финансов Украины вместо Государственного судебного департамента Украины. Кроме того, власти Украины ссылались на тяжелое финансовое положение государства (см. Постановление Европейского суда по делу «Раймондо против Италии» (Raimondo v. Italy) от 22 февраля 1994 г., Series A № 281-A, § 27 и 30) и технические трудности, возникшие в ходе исполнительного производства. Более того, власти Украины утверждали, что государство предприняло активные шаги для решения проблемы, поскольку оно выделило бюджетные ассигнования в размере 1067200 <*> украинских гривен для выплаты различных задолженностей. Далее власти Украины утверждали, что эти судебные решения были исполнены в полном объеме и без каких-либо ненадлежащих задержек и что, следовательно, отсутствовало какое-либо нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
64. Заявители утверждали, что государство несло ответственность за значительные задолженности перед ними и что, длительное время не выплачивая эти задолженности, государство лишило их фактического владения своим имуществом в нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
65. Европейский суд напомнил свое прецедентное право в том отношении, что невозможность для заявителя добиться исполнения судебного решения в его пользу является вмешательством в его право на уважение его собственности, как указано в первом предложении пункта 1 статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу «Бурдов против Российской Федерации» (Burdov v. Russia), жалоба № 59498/00, § 40, ECHR 2002-III; и Постановление Европейского суда по делу «Яшуниене против Литвы» ({Jasiuniene} <*> v. Lithuania) от 6 марта 2003 г., жалоба № 41510/98, § 45).
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
66. Европейский суд отметил, что вмешательство в права заявителей было частично оправдано ссылкой на трудности относительно выделения средств на судебные привилегии и исполнения указанных судебных решений с использованием средств государственного бюджета Украины. Эти трудности также частично относились к реформам в судебной системе Украины и внесению изменений в систему управления финансами судебной власти, с последующей передачей этих функций из Министерства финансов Украины в Государственный судебный департамент Украины.
67. По мнению Европейского суда, трудности, на которые ссылались власти Украины, несомненно, включали в себя законный общественный интерес, но помешали найти справедливый баланс между интересами государства и заявителей, которые, кроме того, несли ответственность за осуществление важных государственных функций при отправлении правосудия. В частности, Европейский суд отметил, что рассматриваемое гражданское судопроизводство относилось к компенсации за невыполнение государственными органами в период с 1995 по 2001 год своих законных обязательств по предоставлению заявителям судебных привилегий, предусмотренных Конституцией Украины и Законом Украины о судоустройстве Украины (см. выше § 33 - 34). Следовательно, Европейский суд счел, что ситуация заявителей, в частности, их особое положение в качестве независимых судебных должностных лиц, требовала, чтобы государственные органы исполнили без каких-либо задержек судебные решения и зарезервировали для этого необходимые денежные средства.
68. В частности, по мнению Европейского суда, своевременное необеспечение судей судебными привилегиями не соответствует необходимости обеспечения их способности осуществлять судебные функции независимо и беспристрастно в целях защиты от внешнего давления, направленного на оказание влияния на их решения и поведение (см. выше § 43). В связи с этим Европейский суд отметил соответствующие правовые инструменты Совета Европы, такие, как Рекомендация Комитета министров Совета Европы о независимости, эффективности и роли судей и Европейская хартия о статусе судей, которые подчеркивают важность этих факторов (см. выше § 41 - 42).
69. Европейский суд придерживается мнения, что необеспечение надлежащей и своевременной выплаты заработной платы судьям внутригосударственных судов и неопределенность, в которой они были оставлены, нарушили справедливый баланс между общественным интересом и необходимостью защиты права заявителей на уважение своей собственности. Соответственно, не исполняя судебные решения, вынесенные в пользу заявителей, национальные государственные органы в течение продолжительного периода времени мешали им получить в полном объеме судебные привилегии, на которые они имели законное право, что являлось обстоятельством, которое могло воспрепятствовать осуществлению ими своих судебных функций с необходимой ответственностью.
70. Следовательно, Европейский суд придерживается мнения, что невозможность для заявителей добиться исполнения судебных решений, вынесенных в их пользу, в течение одного года и четырех месяцев (в деле первого, второго и четвертого заявителей) и двух лет и шести месяцев (в деле третьего заявителя) нарушило их право на пользование своим имуществом по смыслу пункта 1 статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
71. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
72. Первый, третий и четвертый заявители требовали присудить им по 10000 евро в качестве компенсации морального вреда. Второй заявитель требовал присудить ей 15000 евро в качестве компенсации морального вреда. Они не требовали возмещения материального ущерба или судебных расходов и издержек.
73. Власти Украины утверждали, что требования заявителей были необоснованными, а требуемые суммы чрезмерными.
74. Европейский суд счел, что заявители, вероятно, понесли определенный моральный вред в результате установленных серьезных нарушений, который не может быть компенсирован самим фактом признания Европейским судом указанных нарушений. Исходя из принципа справедливости, как того требует статья 41 Конвенции, и принимая во внимание особое обстоятельство важности судебного статуса заявителей, Европейский суд счел разумным присудить первому, второму и четвертому заявителям 3000 евро в качестве компенсации морального вреда. Европейский суд также присудил третьему заявителю 5000 евро в качестве компенсации морального вреда.
75. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД ЕДИНОГЛАСНО:
-
объявил жалобы всех заявителей относительно предполагаемого нарушения статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, а также жалобу третьего заявителя относительно предполагаемого нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции приемлемыми, а остальные части жалоб неприемлемыми;
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в отношении третьего заявителя (жалоба № 8538/04);
-
постановил, что имело место нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в отношении всех четырех заявителей;
a) что государство-ответчик должно в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить первому, второму и четвертому заявителям по 3000 (три тысячи) евро каждому в качестве компенсации морального вреда плюс сумму любого налога, который может быть начислен на указанные суммы;
b) что государство-ответчик должно в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить третьему заявителю 5000 (пять тысяч) евро в качестве компенсации морального вреда плюс сумму любого налога, который может быть начислен на указанную сумму;
c) что присужденные суммы подлежат переводу в украинские гривны по курсу на день выплаты;
d) что с даты истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты простые проценты должны начисляться на эти суммы в размере, равном предельной годовой процентной ставке Европейского центрального банка плюс три процента;
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 26 апреля 2006 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
Клаудиа ВЕСТЕРДИЙК
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF ZUBKO AND OTHERS v. UKRAINE (Applications Nos. 3955/04, 5622/04, 8538/04 and 11418/04)
<*> This version was rectified on 3 October 2006 under Rule 81 of the Rules of the Court.
In the case of Zubko and Others v. Ukraine,
The European Court of Human Rights (Fifth Section), sitting as a Chamber composed of:
Mr J. Borrego Borrego, judges,
and Ms C. Westerdiek, Section Registrar,
Having deliberated in private on 3 April 2006,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
1. The case originated in four applications (Nos. 3955/04, 5622/04, 8538/04 and 11418/04) against Ukraine lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by four Ukrainian nationals, Mr Kostyantyn Antonovych Zubko, Ms Iryna Sergiyivna <*> Oleksiyenko, Mr Oleksandr Ivanovych Yankul and Mr Petro Mykolayovych Remez («the applicants»), on 2 and 5 January, 12 February and 3 March 2004 respectively.
<*> Rectified on 3 October 2006. The patronymic name of the applicant read Fedorovna in the former version of the judgment.
2. The Ukrainian Government («the Government») were represented by their Agent, Ms Zoryana Bortnovska, who was succeeded by Ms Valeriya Lutkovska, Deputy Minister of Justice.
3. On 9 September 2004 the Court decided to communicate the applications to the Government. Under the provisions of Article 29 § 3 of the Convention, it decided to examine the merits of the applications at the same time as their admissibility.
4. The first applicant was born in 1954, the second applicant in 1971 and the fourth applicant in 1963. The first, second and fourth applicants are judges who live in Kirovograd. The third applicant, a retired judge, was born in 1942 and currently lives in Gayvoron in the Kirovograd region.
5. In November 2002 the first applicant lodged complaints with the Pechersky District Court of Kyiv («the Pechersky District Court») against the Ministry of Finance and the State Treasury, seeking payment of salary arrears, life-term judicial benefits and compensation for delays in their payment.
6. On 16 December 2002 the district court allowed the applicant's claims. It ordered the Ministry of Finance and the State Treasury to pay the applicant 5,807.26 Ukrainian hryvnas <*> (UAH) in compensation.
7. On 9 July 2003 the Kyiv City Court of Appeal («the Court of Appeal») upheld this judgment and it became final.
8. On 11 August 2003 the Pechersky District Bailiffs' Service («the PBS») decided not to initiate enforcement proceedings in the case and informed the applicant that he should lodge the execution writs with the State Treasury.
9. On 22 September 2003 the State Treasury declined to enforce the judgment owing to a lack of budgetary funds, and stated that responsibility for enforcement lay with the State Judicial Administration.
10. On 6 November 2004 the applicant received the sum due to him under the judgment of 16 December 2002 (payment order No. 163). (The enforcement proceedings lasted from July 2003 to November 2004, that is, for about one year and four months.)
11. In November 2002 the applicant lodged complaints with the Pechersky District Court against the Ministry of Finance and the State Treasury, seeking payment of salary arrears, life-term judicial benefits and compensation for delays in their payment.
12. On 16 December 2002 the district court allowed the applicant's claims. It ordered the Ministry of Finance and the State Treasury to pay the applicant UAH 10,291.61 <*> in compensation.
13. On 9 July 2003 the Court of Appeal upheld this judgment and it became final.
14. On 11 August 2003 the PBS decided not to initiate enforcement proceedings in the case and informed the applicant that she should lodge the execution writs with the State Treasury.
15. On 5 February 2004 the State Treasury returned the writs of execution in respect of the judgment of 16 December 2002, which remained unenforced owing to a lack of funds in the State budget.
16. On 15 November 2004 the applicant received the sum due to her (payment order No. 173). (The enforcement proceedings lasted from July 2003 to November 2004, that is, for about one year and four months.)
17. On 22 March 2000 the third applicant retired, following a decision of the Verkhovna Rada to dismiss him.
18. In November 2001 the applicant lodged complaints with the Pechersky District Court against the Ministry of Finance and the State Treasury, seeking payment of salary arrears, life-term judicial benefits and compensation for delays in their payment.
19. On 14 January 2002 the Pechersky District Court allowed the applicant's claims. It ordered the Ministry of Finance and the State Treasury to pay the applicant UAH 4,822 <*> in compensation.
20. On 8 May 2002 the Court of Appeal upheld this judgment and it became final.
21. On 21 May 2003 the State Treasury declined to enforce the judgment owing to a lack of budgetary funds.
22. On 8 September 2003 the Kyiv City Department of Justice informed the applicant that the judgment could not be enforced owing to a lack of funds in the State budget for such expenditure.
23. On 8 September 2003 the Deputy Head of the State Judicial Administration informed the applicant that the judicial administration was not liable for payment of debts that had been incurred before it had been established.
24. On 22 December 2003 the PBS returned the writ of execution to the applicant on the ground that there were no funds in the budget of the State Treasury for the enforcement of such judgments.
25. On 6 November 2004 the applicant received the sum awarded to him by the judgment of 14 January 2002 (payment order No. 163).
26. On 30 November 2004 the applicant received the sum due to him in the form of a payment order (No. 3698) to his bank account). (The enforcement proceedings lasted from May 2002 to November 2004, that is, for about two years and six months.)
27. In November 2002 the fourth applicant lodged complaints with the Pechersky District Court against the Ministry of Finance and the State Treasury, seeking payment of salary arrears, life-term judicial benefits and compensation for delays in their payment.
28. On 16 December 2002 the district court allowed the applicant's claims. It ordered the Ministry of Finance and the State Treasury to pay the applicant UAH 5,978.34 <*> in compensation.
29. On 9 July 2003 the Court of Appeal upheld this judgment and it became final.
30. On 11 August 2003 the PBS decided not to initiate enforcement proceedings in the case and informed the applicant that he should lodge the writs with the State Treasury.
31. In October 2003 the applicant lodged the writs of execution with the State Treasury. On 10 November 2003 the State Treasury declined to enforce the judgment owing to a lack of budgetary funds, and stated that responsibility for enforcement lay with the State Judicial Administration.
32. On 6 November 2004 the applicant received the sum due to him (payment order No. 163). (The enforcement proceedings lasted from July 2003 to November 2004, that is, for about one year and four months.)
33. The relevant provisions of the Constitution of Ukraine read as follows:
«All expenditure by the State for social purposes, and the amounts and aims thereof, shall be determined by the State Budget Act.»
«Everyone shall have the right to work, including the possibility to earn his or her living by labour which he or she freely chooses or to which he or she freely agrees.»
... The right to timely payment for work shall be protected by law.»
«The independence and immunity of judges shall be guaranteed by the Constitution and the laws of Ukraine.»
... Influencing judges in any manner shall be prohibited.»
«Justice shall be administered by professional judges and, in cases determined by law, by lay assessors and jurors.»
Professional judges shall not belong to political parties or trade unions, take part in any political activity, hold a representative mandate, occupy any other paid position or perform other remunerated work except in the academic, teaching and creative spheres....»
«In the administration of justice, judges shall be independent and subject only to the law.»
«The State shall ensure the funding and proper conditions for the operation of the courts and the activity of judges. Expenditure for the maintenance of the courts shall be allocated separately in the State budget of Ukraine....»
34. Section 123 of the Judiciary Act provides that judges' salaries and social-security benefits shall be such as to ensure their financial independence and shall be determined in accordance with the Status of Judges Act. The amount of a judicial salary cannot be reduced.
35. The relevant provisions of the Budgetary Code read as follows (Law No. 2542):
«... Budgetary funds shall be spent for the purposes determined by budgetary allocations only...»
«...Budget commitments can be undertaken and payments from the State budget made only in so far as budgetary allocations exist for these purposes.»
36. The State Budget Act provides that the writing-off of funds from the State budget pursuant to a court judgment delivered in favour of the employees of an organisation in receipt of budgetary funds, who are entitled to certain benefits, shall be carried out from the single treasury account of the State Treasury at the expense and within the limits of the budget allocations fixed for financing that organisation.
37. The State budget provided UAH 1,067,200 <*> for the enforcement of judgments awarding judicial salaries and benefit arrears.
38. Section 20-1 of the Law provides that the bailiffs' departments of the Ministry of Justice shall be responsible for the enforcement of judgments concerning the debts of the executive branch of Government.
39. The Decree provides that the State Judicial Administration shall be responsible for organising the financial planning and accounting of the courts and for preparing an estimate of the courts' budgetary needs.
40. In accordance with section 4 of the Regulations, the State Treasury is responsible for the implementation of the State budget and for monitoring its expenditure.
41. The relevant extracts from the Recommendation read as follows:
1. Proper conditions should be provided to enable judges to work efficiently and, in particular, by:
b. ensuring that the status and remuneration of judges is commensurate with the dignity of their profession and burden of responsibilities;...»
42. The relevant extracts from the Explanatory Memorandum read as follows:
«29. Status and remuneration are important factors determining appropriate working conditions (see paragraph 1.b). The status accorded to judges should be commensurate with the dignity of their profession and their remuneration should represent sufficient compensation for their burden of responsibilities. These factors are essential to the independence of judges, especially the recognition of the importance of their role as judges, expressed in terms of due respect and adequate financial remuneration.»
30. Paragraph 1.b is closely bound up with the reference in Principle I to all decisions concerning the professional life of judges, which obviously includes their status and their remuneration.»
43. The relevant extracts from Chapter 6 of the European Charter on the Statute for Judges, «Remuneration and Social Welfare», read as follows:
«6.1. Judges exercising judicial functions in a professional capacity are entitled to remuneration, the level of which is fixed so as to shield them from pressures aimed at influencing their decisions and more generally their behaviour within their jurisdiction, thereby impairing their independence and impartiality.»
44. The Court considers that the applications should be joined in accordance with Rule 42 § 1 of the Rules of Court, given their common factual and legal background.
45. The first, second and fourth applicants complained about the lengthy non-enforcement of the judgments of the Pechersky District Court of Kyiv of 16 December 2002. The third applicant complained about the lengthy non-enforcement of the judgment of the Pechersky District Court of Kyiv of 14 January 2002. In their submissions they relied on Article 6 § 1 of the Convention, which reads as follows:
«In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a fair... hearing... by [a]... tribunal...»
46. The applicants further complained that the State had infringed their right to the peaceful enjoyment of their possessions, as guaranteed by Article 1 of Protocol No. 1, which provides:
«Every natural or legal person is entitled to the peaceful enjoyment of his possessions. No one shall be deprived of his possessions except in the public interest and subject to the conditions provided for by law and by the general principles of international law.»
The preceding provisions shall not, however, in any way impair the right of a State to enforce such laws as it deems necessary to control the use of property in accordance with the general interest or to secure the payment of taxes or other contributions or penalties.»
47. The second applicant complained that she had had no effective remedy in respect of her complaints under Article 6 § 1 of the Convention concerning the length of non-enforcement of the judgment given in her favour, in breach of Article 13, which reads as follows:
«Everyone whose rights and freedoms as set forth in [the] Convention are violated shall have an effective remedy before a national authority notwithstanding that the violation has been committed by persons acting in an official capacity.»
48. The Government alleged that the applicants had failed to exhaust domestic remedies, as they had not lodged applications with the domestic courts challenging the inactivity of the State Treasury and the State Judicial Administration or claiming compensation for improper enforcement proceedings or for the devaluation of the amounts awarded. They further alleged that, as the judgments had been enforced, the applicants were no longer victims of the violation claimed.
49. The applicants contested these arguments.
50. The Court notes that it has considered and rejected the Government's similar objections on a number of occasions (see Romashov v. Ukraine, No. 67534/01, §§ 27 and 32, 27 July 2004). The Court finds no reason to depart from its previous case-law, and accordingly dismisses these objections.
51. The Government submitted that Article 6 § 1 of the Convention was not applicable to the enforcement proceedings involving the first, second and fourth applicants, since it did not apply to disputes between public officials and the State. They further contended that the dispute concerned issues of public law and did not fall within the scope of civil rights and obligations.
53. The Court notes that the judiciary, while not being part of the ordinary civil service, is nonetheless part of the public service. A judge has specific responsibilities in the field of the administration of justice, a sphere in which States exercise sovereign powers. Consequently, the judge participates directly in the exercise of powers conferred by public law and performs duties designed to safeguard the general interests of the State (see Pitkevich v. Russia (dec.), No. 47936/99, 8 February 2001).
54. The Court further reiterates that disputes between administrative authorities and employees who occupy posts involving participation in the exercise of powers conferred by public law do not attract the guarantees of Article 6 § 1 (see Pellegrin v. France [GC], No. 28541/95, §§ 64 — 67, ECHR 1999-VIII). In these circumstances, the Court considers that Article 6 of the Convention is not applicable in the instant case to the dispute over the payment of arrears in judicial benefits between the applicants concerned, who are serving judges, and the Ukrainian State. Accordingly, Article 6 § 1 of the Convention does not apply to the cases brought by the first, second and fourth applicants.
55. It follows that this part of the applicants' complaints is incompatible ratione materiae with the provisions of the Convention within the meaning of Article 35 § 3 and must be rejected in accordance with Article 35 § 4.
56. The Court notes that the parties raised no objection as to the applicability of Article 6 § 1 of the Convention in relation to the enforcement of a judgment given in favour of a retired judge. Nevertheless, the Court reiterates its reasoning in previous, similar cases against Ukraine, where it found that Article 6 § 1 under its civil head was applicable to the judicial proceedings between a retired civil servant and his or her former employer when a dispute concerned outstanding financial obligations after retirement (see Svintitskiy and Others v. Ukraine (dec.), No. 59312/00, 18 January 2005).
57. Accordingly, the Court finds that Article 6 § 1 applies to the complaint concerning non-enforcement of the final judgment in the third applicant's favour. No other reason for declaring it inadmissible has been established.
58. For the reasons set forth above concerning Article 6 § 1 of the Convention (paragraphs 48 — 50), the Court dismisses the Government's objection that this part of the application is inadmissible on grounds of non-exhaustion of domestic remedies and lack of victim status. Furthermore, it notes that the Government did not raise any other objections to the admissibility of the applicants' complaints under Article 1 of Protocol No. 1. Consequently, the Court finds that these complaints are not manifestly ill-founded or indeed inadmissible on any other ground cited in Article 35 of the Convention. They must therefore be declared admissible.
59. As to the applicant's complaint under Article 13 of the Convention in respect of the alleged breach of Article 6 § 1, the Court, having already found that Article 6 § 1 of the Convention does not apply in the present case (see paragraphs 51 — 55 above), reaches the same conclusion with respect to Article 13 (see Balmer-Schafroth and Others v. Switzerland, judgment of 26 August 1997, Reports of Judgments and Decisions 1997-IV, § 42). It follows that the second applicant's complaint under Article 13 of the Convention in respect of the alleged breach of Article 6 § 1 is incompatible ratione materiae with the provisions of the Convention within the meaning of Article 35 § 3, and must be rejected in accordance with Article 35 § 4.
60. The Government contended that the delay in enforcement of the judgment given in the third applicant's favour had been due to the complexity of the enforcement proceedings, the lack of funds in the State budget and the technical errors committed by the domestic courts. (In particular, they mentioned that the defendant cited in the execution writs had been incorrect, that is to say, it should have been the State Treasury Department and not the Ministry of Finance.)
62. The Court notes that the non-payment of the judgment debt was due to the failure of the State to make provision for the appropriate expenditure in the State budget. However, by failing for two years and six months to take the necessary steps to comply with the final judicial decision in the present case, the Ukrainian authorities deprived the provisions of Article 6 § 1 of much of their useful effect (see Shmalko v. Ukraine, No. 60750/00, §§ 43 — 47, 20 July 2004). Accordingly, the Court concludes that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention.
63. The Government in their submissions disputed the assertion that the awards made by the domestic courts to the applicants constituted possessions within the meaning of Article 1 of Protocol No. 1, as they concerned payments for judicial benefits provided by the State. They further alleged that the claims in respect of the arrears granted did not even amount to legitimate expectations, as they had been directed against the wrong institution — the Ministry of Finance instead of the State Judicial Administration. The Government further referred to the difficult financial situation of the State (see Raimondo v. Italy, judgment of 22 February 1994, Series A No. 281-A, §§ 27 and 30) and the technical complications encountered in the course of the enforcement proceedings. Moreover, they contended that the State had taken active steps to solve the problem, as it had made a budgetary allocation of UAH 1,067,200 <*> for the payment of the various arrears. They further asserted that these judgments had been enforced in full and without undue delay, and that accordingly there had been no infringement of Article 1 of Protocol No. 1 to the Convention.
64. The applicants submitted that the State had been liable for the outstanding debts due to them and that, having failed to pay those debts for a long time, the State had deprived them of the actual possession of their property, in violation of Article 1 of Protocol No. 1.
65. The Court draws attention to its case-law to the effect that the impossibility for an applicant to obtain execution of a judgment in his or her favour constitutes interference with the right to the peaceful enjoyment of his or her possessions, as set out in the first sentence of the first paragraph of Article 1 of Protocol No. 1 (see, among other judgments, Burdov v. Russia, No. 59498/00, § 40, ECHR 2002-III, and {Jasiuniene} v. Lithuania, No. 41510/98, § 45, 6 March 2003).
66. The Court observes that the interference with the applicants' rights was justified partly by reference to complications concerning the allocation of funds for judicial benefits and the enforcement of the related judgments using funds from the State budget. These complications also related in part to reforms in the Ukrainian judicial system and to the introduction of changes in the system of administering the finances of the judiciary, with the subsequent transfer of these functions from the Ministry of Justice to the State Judicial Administration.
67. In the Court's opinion, the complications referred to by the Government undeniably involved a legitimate public interest, but prevented a fair balance from being struck between the State's interests and those of the applicants, who, moreover, were responsible for the exercise of important public functions in the administration of justice. In particular, the Court observes that the litigation at issue concerned compensation for the authorities' failure between 1995 and 2001 to comply with their legislative obligation to provide the applicants with the judicial benefits envisaged by the Constitution and the Judiciary Act (see paragraphs 33 — 34 above). The Court considers, therefore, that the applicants' situation, and in particular their sensitive status as independent judicial officers, required that the authorities enforce the judgments and earmark the necessary funds to that end without delay.
68. In particular, in the Court's view, the failure of the State to provide judicial benefits to judges in a timely manner is incompatible with the need to ensure their ability to exercise their judicial functions independently and impartially, in order to be shielded from outside pressures aimed at influencing their decisions and behaviour (see paragraph 43 above). In this connection the Court refers to the relevant legal instruments of the Council of Europe, such as the Recommendation of the Committee of Ministers on the Independence, Efficiency and Role of Judges and the European Charter on the Statute for Judges, which clearly stress the importance of these factors (see paragraphs 41 — 42 above).
69. The Court is of the opinion that the failure to ensure adequate and timely payment of the remuneration of domestic court judges, and the uncertainty in which they were left, upset the fair balance that has to be struck between the demands of the public interest and the need to protect the applicants' right to the peaceful enjoyment of their possessions. Consequently, by failing to comply with the judgments given in favour of the applicants, the national authorities for a considerable period prevented them from receiving in full the judicial benefits to which they were entitled by law, a circumstance liable to impede the exercise of their judicial functions with the necessary dedication.
70. The Court is therefore of the opinion that the impossibility for the applicants to obtain the enforcement of the judgments in their favour for a period of one year and four months (in the case of the first, second and fourth applicants) and two years and six months (in the case of the third applicant), breached their right to the peaceful enjoyment of their possessions within the meaning of the first paragraph of Article 1 of Protocol No. 1.
71. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
72. The first, third and fourth applicant each claimed EUR 10,000 in respect of non-pecuniary damage. The second applicant claimed EUR 15,000 in compensation for non-pecuniary damage. They made no claims as to pecuniary damage or costs and expenses.
73. The Government argued that the claims were unsubstantiated and the amounts claimed exorbitant.
74. The Court takes the view that the applicants may be considered to have suffered some non-pecuniary damage as a result of the serious violations found, which cannot be compensated by the Court's finding of a violation alone. Making its assessment on an equitable basis, as required by Article 41 of the Convention, and taking into account the special circumstance of the applicants' important judicial status, the Court considers it reasonable to award the first, second and fourth applicants the sum of EUR 3,000 each for non-pecuniary damage. It also awards the third applicant EUR 5,000 under this head.
75. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
1. Decides to join the applications;
2. Declares admissible the complaints of all the applicants with regard to the alleged violation of Article 1 of Protocol No. 1 to the Convention, as well as the third applicant's complaint concerning the alleged infringement of Article 6 § 1 of the Convention, and declares the remainder of the applications inadmissible;
3. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention in respect of the third applicant (application No. 8538/04);
4. Holds that there has been a violation of Article 1 of Protocol No. 1 to the Convention in respect of all four applicants;
(a) that the respondent State is to pay the first, second and fourth applicants, within three months from the date on which the judgment becomes final according to Article 44 § 2 of the Convention, EUR 3,000 (three thousand euros) each in respect of non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable;
(b) that the respondent State is to pay the third applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final according to Article 44 § 2 of the Convention, EUR 5,000 (five thousand euros) in respect of non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable;
(c) that the above amounts shall be converted into the national currency of the respondent State at the rate applicable at the date of settlement;
(d) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
6. Dismisses the remainder of the applicants' claims for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 26 April 2006, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.
Переход между статьями: Ctrl + ← / →