Постановление ЕСПЧ от 02.10.2012

«Дело „Йованович (Jovanovic) против Сербии“ (жалоба № 32299/08) [рус., англ.]»

---

<1> Перевод с английского языка Е.Г. Кольцова.

<2> Настоящее Постановление вступило в силу 2 января 2013 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 44 Конвенции (примеч. редактора).

По делу «Йованович против Сербии» Европейский Суд по правам человека (Вторая Секция), заседая Палатой в составе:

Франсуазы Тюлькенс, Председателя Палаты Суда,

Дануте Йочиене,

Драголюба Поповича,

Ишыль Каракаш,

Гвидо Раймонди,

Пауло Пинто де Альбукерке,

Хелен Келлер, судей,

а также при участии Стенли Найсмита, Секретаря Секции Суда,

рассмотрев дело в закрытом заседании 11 сентября 2012 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:

1. Дело было инициировано жалобой № 32299/08, поданной против Республики Сербия в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином этой страны Владетой Йовановичем (Vladeta Jovanoviæ ) (далее — заявитель) 18 июня 2008 г.

2. Интересы заявителя представлял адвокат В. Сойкич ( V.Sojkiæ ), практикующий в г. Крушеваце ( Kruševac ). Власти Сербии были представлены своим Уполномоченным при Европейском Суде С. Царичем ( S.Cariæ ).

3. Заявитель жаловался, в частности, на то, что его произвольно лишили возможности обращения в Верховный суд Сербии.

4. 3 ноября 2010 г. жалоба заявителя была коммуницирована властям Сербии. Палата Европейского Суда решила одновременно рассмотреть жалобу по вопросам приемлемости и по существу (пункт 1 статьи 29 Конвенции).

5. Заявитель родился в 1944 году и проживает в г. Крушеваце.

6. Обстоятельства дела, как они изложены сторонами, могут быть представлены следующим образом.

7. 14 января 2003 г. брат заявителя (далее — истец) предъявил иск против заявителя в муниципальный суд в г. Крушеваце (P. № 63/2003). Предметом иска было оспаривание действительности «договора пожизненного обслуживания» (ugovor o doživotnom izdržavanju ), заключенного между заявителем и его покойной матерью, в части, касающейся дома, в котором она проживала, и приобретения заявителем права собственности на дом после ее смерти. Цена иска (vrednost spora), указанная истцом, составляла 1 000 сербских динаров (далее — динар), что было эквивалентно примерно 15 евро.

8. 19 февраля 2003 г. заявитель кратко проинформировал суд о том, что он возражает против требований истца и не согласен с иском. Далее он сообщил, что, учитывая факт проведения основного разбирательства 27 февраля, он в ближайшее время планировал представить подробный письменный отзыв.

9. 27 февраля 2003 г. суд вынес решение о приостановлении производства по делу (doneo rešenje o mirovanju) до 27 июня 2003 г., так как ни одна из сторона не явилась на заседание.

10. 23 июня 2003 г. истец ходатайствовал о продолжении производство по делу.

11. Следующие три заседания, назначенные в период с сентября по ноябрь 2003 года, откладывались из-за проблем с вручением повесток сторонам или по ходатайству сторон.

12. 8 января 2004 г. суд провел краткое заседание. Истец подтвердил свои исковые требования, отметив, что он представит дополнительные доказательства после того, как заявитель представит отзыв на исковое заявление (odgovor na tužbu ). Заявитель ходатайствовал о приостановлении производства по делу до завершения разбирательства по другому делу. Суд предписал заявителю представить свой отзыв на исковое заявление и приостановил производство по делу на неопределенный срок.

13. В письменном отзыве, представленном 14 января 2004 г., заявитель прежде всего просил суд определить действительную цену иска.

14. 12 февраля 2004 г. суд вынес решение о приостановлении производства по делу (doneo rešenje o prekidu postupka) и попросил истца заплатить судебный налог (sudska taksa) исходя из цены иска, изначально указанной истцом.

15. 4 июля 2006 г. на первом заседании в рамках возобновленного производства муниципальный суд вынес решение об установлении действительной цены иска в размере 600 000 динаров (примерно 6 700 евро). Суд предписал истцу доплатить судебный налог в отношении разницы между первоначальной указанной ценой иска и ценой иска, определенной судом.

16. 5 декабря 2006 г. муниципальный суд вынес решение об удовлетворении исковых требований и признании оспариваемого договора частично недействительным. При этом муниципальный суд повторил, что цена иска составляла 600 000 динаров.

17. 27 марта 2007 г. районный суд в г. Крушеваце оставил вышеуказанное решение без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения, указав, что цена иска составляла 600 000 динаров.

18. 22 мая 2007 г. заявитель подал апелляционную жалобу по вопросам права (izjavio reviziju).

19. 5 сентября 2007 г. Верховный суд Сербии вынес решение о возвращении данной апелляционной жалобы, признав, что заявитель не имел права подавать апелляционную жалобу по вопросам права, учитывая цену иска, указанную в исковом заявлении от 14 января 2003 г., которая составляла 1 000 динаров, то есть гораздо меньше минимальной суммы, предусмотренной законом, которая равняется 300 000 динарам. Верховный суд Сербии отметил также без каких-либо разъяснений, что определение муниципальным судом в решении от 4 июля 2006 г. цены иска противоречило статье 40 Закона «О гражданском процессе».

20. Заявителю вручили решение Верховного суда Сербии до 27 декабря 2007 г.

21. Тем временем 23 ноября 2007 г. муниципальный суд приказал заявителю заплатить судебный налог, рассчитанный исходя из цены иска в размере 600 000 динаров.

22. Заявитель до сих пор не заплатил указанную сумму.

23. Статьи 35 — 40 Закона о гражданском процессе содержат общие правила определения цены иска в гражданском споре. Пункт 2 статьи 40 Закона о гражданском процессе предусматривает, что по требованиям неимущественного характера цена иска определяется и указывается в исковом заявлении истцом. Однако пункт 3 статьи 40 Закона о гражданском процессе предусматривает, что, когда цена иска, указанная истцом, является «очевидно завышенной или заниженной» и может повлиять, inter alia, на возможность подачи апелляционной жалобы по вопросам права, суд первой инстанции самостоятельно оценивает правильность определения цены иска. Данный вопрос должен разрешаться безотлагательно и надлежащим образом, самое позднее на предварительном судебном заседании (pripremno roèište ) или, если предварительное заседание не проводится, в ходе основного разбирательства (glavna rasprava) до рассмотрения дела по существу.

24. Статьи 227 — 320 Закона о гражданском процессе содержат правила подготовки и проведения основного разбирательства. В частности, пункт 2 статьи 284 Закона о гражданском процессе предусматривает, что предварительное судебное заседание не проводится, если гражданское дело рассматривается в первой инстанции судьей единолично. Пункт 5 статьи 297 Закона о гражданском процессе гласит, inter alia, что, когда сторона возражает по определенному вопросу, подает ходатайство или совершает иное процессуальное действие до того, как ответчик представит свои замечания по существу спора, ответчик как сторона может совершать такие процессуальные действия до того, как он представит свой отзыв на исковое заявление.

25. Пункт 3 статьи 382 Закона о гражданском процессе предусматривает, что апелляционная жалоба по вопросам права (revizija) «не принимается к рассмотрению» по спорам неимущественного характера с ценой иска, указанной истцом в исковом заявлении, «менее, чем 15 000... динаров».

26. В соответствии со статьями 383 и 394 — 397 Закона о гражданском процессе, inter alia, Верховный суд Сербии в случае принятия к рассмотрению апелляционной жалобы по вопросам права, поданной лицом, участвующим в деле, вправе отменить оспариваемое решение или отменить решение и направить дело для нового рассмотрения в нижестоящий суд. Наконец, статья 392 Закона о гражданском процессе предусматривает, inter alia, что Верховный суд Сербии возвращает любые апелляционные жалобы по вопросам права, которые он считает не подлежащими принятию к рассмотрению.

B. Изменения, внесенные в 2002 году в Закон «О гражданском процессе» (опубликованы в «ОГ ФРЮ» № 3/02)

27. В соответствии с пунктом 3 статьи 16, inter alia, была увеличена минимальная цена иска, при которой апелляционная жалоба по вопросам права принимается к рассмотрению, с 15 000 до 300 000 новых динаров.

C. Закон «О гражданском процессе» 2004 ГОДА (Zakon o parniènom postupku, опубликованный в «Официальной газете Республики Сербия», № 125/04)

28. Закон 2004 года «О гражданском процессе» вступил в силу 23 февраля 2005 г., заменив собой Закон 1977 года «О гражданском процессе». Тем не менее пункт 4 статьи 491 нового закона предусматривает, что по всем делам, инициированным до даты вступления этого закона в силу, применяются положения о производстве по апелляционной жалобе по вопросам права, действовавшие до 23 февраля 2005 г.

29. Пункт 10 статьи 422 предусматривает также, что дело может быть возобновлено, если Европейский Суд вынесет постановление по жалобе против Республики Сербия по аналогичному правовому вопросу.

D. Позиции, сформулированные в рекомендациях отделений по гражданским и коммерческим спорам Федерального суда, Верховных Судов и Верховных Военных Судов от 10 и 11 июня 1981 г. по вопросу о применении Закона 1977 года «О гражданском процессе»

30. Если исковые требования не имеют имущественного характера (пункт 2 статьи 40), то в качестве цены иска, пропорциональной оспариваемой части решения, для целей подачи апелляционной жалобы по вопросам права принимается цена иска, указанная истцом в исковом заявлении, или цена иска, установленная судом безотлагательно и надлежащим образом, самое позднее на предварительном судебном заседании, или, если предварительное заседание не проводится, на основном разбирательстве до рассмотрения дела по существу (пункт 3 статьи 40), то есть до того, как истец начал излагать доводы по своему иску (пункт 1 статьи 297).

31. В этом отношении, если суд не указал цену иска и ответчик не представил свои возражения против этого на предварительном заседании либо если предварительное заседание не проводилось, на первом заседании основного разбирательства до завершения представления отзыва на исковое заявление (пункт 5 статьи 297) и в дальнейшем ни суд, ни стороны не могут обсуждать цену иска.

ПРАВО

I. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции вследствие отсутствия у заявителя доступа к Верховному суду Сербии

32. Заявитель ссылался на статью 1, пункт 1 статьи 6, статьи 13 и 17 Конвенции, а также на статью 1 Протокола № 1 к Конвенции. По существу он жаловался на то, что Верховный суд Сербии произвольно отказался рассматривать его апелляционную жалобу, хотя у заявителя имелось право на использование данного средства защиты.

33. Поскольку окончательную правовую квалификацию обстоятельств любого дела, попадающего к нему на рассмотрение, осуществляет Европейский Суд, он считает, что вышеуказанная жалоба подлежит рассмотрению лишь на предмет нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу «Акдениз против Турции» (Akdeniz v. Turkey) от 31 мая 2005 г., жалоба № 25165/94, § 88, и Постановление Европейского Суда по делу «Добрич против Сербии» ( Dobriæ v. Serbia) от 21 июня 2011 г., жалобы № 2611/07 и 15276/07, § 25). Данное положение Конвенции в соответствующей части гласит:

«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на... разбирательство дела... судом, созданным на основании закона...».

A. Приемлемость жалобы для рассмотрения по существу

1. Соответствие жалобы положениям Конвенции ratione temporis

34. По мнению Европейского Суда, хотя власти Сербии не выдвинули возражения относительно юрисдикции Европейского Суда ratione temporis, данный вопрос требовал его рассмотрения (см., mutatis mutandis, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Блечич против Хорватии» ( Bleèiæ v. Croatia), жалоба № 59532/00, § 67, ECHR 2006-III).

35. Европейский Суд замечает, что в соответствии с общепризнанными принципами международного права Договаривающаяся Сторона несет ответственность по Конвенции лишь в отношении событий, произошедших после вступления ее в силу для этого государства. Далее Европейский Суд отмечает, что Сербия ратифицировала Конвенцию 3 марта 2004 г., а также что некоторые из событий, описанных в жалобе, произошли до этой даты. Европейский Суд, соответственно, имеет юрисдикцию ratione temporis для рассмотрения жалобы заявителя в части, касающейся событий, произошедших после 3 марта 2004 г. Вместе с тем для Европейского Суда для лучшего понимания контекста и при рассмотрении жалобы заявителя в целом также будут иметь значения события, произошедшие до этой даты (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу «Салонтайи-Дробняк против Сербии» (Salontaji-Drobnjak v. Serbia) от 13 октября 2009 г., жалоба № 36500/05, § 110).

2. Шестимесячный срок для подачи жалобы

36. Власти Сербии утверждали, что решение районного суда от 27 марта 2007 г. являлось окончательным для целей пункта 1 статьи 35 Конвенции. В любом случае жалоба первого заявителя была подана с нарушением срока подачи, независимо от того, признает ли Европейский Суд окончательным решение от 27 марта 2007 г. или решение от 5 сентября 2007 г. Датой подачи жалобы является не дата, указанная на жалобе (16 июня 2008 г.), и не дата, которую Европейский Суд признает подлежащей применению (18 июня 2008 г.), а дата, когда жалоба была получена Европейским Судом (14 июля 2008 г.).

37. Заявитель оспорил замечания властей Сербии, представив почтовую квитанцию, датированную 18 июня 2008 г.

38. Европейский Суд отметил, что предполагаемое нарушение в настоящем деле касается порядка рассмотрения Верховным судом Сербии вопроса о приемлемости апелляционной жалобы по вопросам права. Соответственно, окончательным решением для целей пункта 1 статьи 35 Конвенции было решение, принятое 5 сентября 2007 г. и врученное заявителю 27 декабря 2007 г.

39. В соответствии с прецедентной практикой конвенционных органов Европейский Суд обычно считает датой подачи жалобы дату первого сообщения, содержащего намерение подать жалобу и описывающего в общих чертах характер жалобы. Первое сообщение в Европейский Суд также прерывает течение шестимесячного срока. В отсутствие объяснений причин периода, продолжающегося как минимум несколько дней между датой, когда были написаны первоначальные замечания, и датой, когда они были направлены по почте, датой подачи жалобы считается последняя из указанных дат (см. Решение Европейского Суда по делу «Арслан против Турции» (Arslan v. Turkey) от 21 ноября 2002 г., жалоба № 36747/02, ECHR 2002-X (извлечения), Решение Европейского Суда по делу «Ружичкова против Чешской Республики» ( Rùžièková v. Czech Republic) от 16 сентября 2008 г., жалоба № 15630/05), а не дата получения жалобы Европейским Судом согласно календарному штемпелю (см. Постановление Европейского Суда по делу «Кипритчи против Турции» ( Kipritçi v. Turkey) от 3 июня 2008 г., жалоба № 14294/04, § 18).

40. Европейский Суд отмечает, что настоящая жалоба датирована 16 июня 2007 г., направлена по почте 18 июня 2007 г., что подтверждает штемпель с датой отправки на конверте. В отсутствие объяснений причин периода длительностью по крайней мере от нескольких дней между датой, когда была составлена жалоба, и датой, когда они были направлены по почте, датой подачи жалобы должна считаться последняя дата.

41. Соответственно, учитывая, что шестимесячный срок для подачи жалобы начал течь 28 декабря 2007 г., то есть на следующий день после получения заявителем решения Верховного суда Сербии (см. выше § 20, а также Постановление Европейского Суда по делу «Ворм против Австрии» (Worm v. Austria) от 29 августа 1997 г., жалоба № 22714/93 <1>, § 33, Reports 1997-V), а жалоба была подана 18 июня 2007 г., возражение властей Сербии подлежит отклонению.

---

<1> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. 2016. № 4 (примеч. редактора).

3. Существо жалобы

42. Европейский Суд считает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

B. Существо жалобы

1. Доводы сторон

43. Власти Сербии поддержали решение Верховного суда Сербии. Они утверждали, что заявитель своевременно не оспорил цену иска: он сделал это 14 февраля 2004 г., то есть после предварительного судебного заседания, проведенного 8 января 2004 г. Даже определение судом первой инстанции цены иска не соответствовало Закону «О гражданском процессе», поскольку суд вынес это решение слишком поздно. Что касается судебного приказа об оплате судебного налога, рассчитанного исходя из цены иска, заявитель мог попросить о возмещении ему разницы между судебным налогом, который ему предписали заплатить, и судебным налогом, рассчитанным исходя из цены иска, признанной Верховным судом Сербии. Соответственно, власти Сербии не могут быть признаны ответственными за то, что адвокат заявителя не оспорил цену иска своевременно и не подал заявление о возврате судебного налога (см. Постановление Европейского Суда по делу «Капуано против Италии» (Capuano v. Italy) от 25 июня 1987 г., § 28, Series A, № 119, и Постановление Европейского Суда по делу «Кардарелли против Италии» (Cardarelli v. Italy) от 27 февраля 1992 г., § 17, Series A, № 229-G).

44. Заявитель настаивал на своей жалобе.

2. Мнение Европейского Суда

45. Прежде всего следует отметить, что иск, предъявленный заявителем, касался его прав на недвижимое имущество, вследствие чего его жалоба очевидно попадала под действие статьи 6 Конвенции (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу «Зандер против Швеции» (Zander v. Sweden) от 25 ноября 1993 г., § 27, Series A, № 279 B).

46. Европейский Суд повторяет, что, хотя статья 6 Конвенции не обязывает Договаривающиеся Стороны создавать апелляционные или кассационные суды (см. среди прочих примеров Постановление Европейского Суда по делу «Делькур против Бельгии» (Delcourt v. Belgium) от 17 января 1970 г., Series A. № 11, §§ 25 — 26), если государство их учреждает, то от него требуется обеспечить, чтобы обращающиеся к закону люди пользовались бы в таких судах основополагающими гарантиями статьи 6 Конвенции, в том числе имели эффективный доступ к этим судам. Вместе с тем «право на суд», одним из аспектов которого является право на доступ к правосудию, не имеет абсолютного характера и подлежит ограничениям, разрешенным имплицитно, в частности, когда речь идет об условиях принятия апелляционной жалобы к рассмотрению, поскольку данное право по своей природе требует регулирования со стороны государства, пользующегося при этом определенными пределами усмотрения (см., например, Постановление Европейского Суда по делу «Гарсия Манибардо против Испании» (Garcia Manibardo v. Spain), жалоба № 38695/97, § 36, ECHR 2000-II, и Постановление Европейского Суда по делу «Мортье против Франции» (Mortier v. France) от 31 июля 2001 г., жалоба № 42195/98, § 33).

Однако эти ограничения не должны сокращать или умалять право лица на доступ к правосудию таким способом или в такой степени, чтобы нарушить саму суть права, в частности, подобные ограничения будут соответствовать пункту 1 статьи 6 Конвенции, если они преследовали правомерную цель, и если использованные средства были соразмерны этой цели (см. Постановление Европейского Суда по делу «Герэн против Франции» ( Guérin v. France) от 29 июля 1998 г., § 37, Reports 1998-V). Нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции отсутствует, когда заявителю отказано в рассмотрении его дела кассационным судом по причине его собственных процессуальных ошибок (см. Постановление Европейского Суда по делу «Бруалла Гомес дела Торре против Испании» (Brualla Gómez de la Torre v. Spain) от 19 декабря 1997 г., § 31, Reports 1997-VIII, Постановление Европейского Суда по делу «Компания „Эдификасьонес Марч Гальего С.А.“ против Испании» (Edificaciones March Gallego S.A. v. Spain) от 19 февраля 1998 г., Reports 1998-I, § 33, и см. для сравнения Постановление Европейского Суда по делу «Димова против Болгарии» (Dimova v. Bulgaria), жалоба № 31806/96, §§ 53 и 58, а также доклад Европейской комиссии по правам человека от 21 октября 1998 г.).

47. В настоящем деле Верховный суд Сербии отказал заявителю в доступе к надзорному производству, признав без указания мотивов, что определение цены договора (600 000 динаров) муниципальным судом 4 июля 2006 г. было осуществлено с нарушением статьи 40 Закона 1977 года «О гражданском процессе», в то время как цена иска, указанная в первоначальном исковом заявлении (1 000 динаров), была ниже установленного законом минимального размера цены иска для данной категории споров (300 000 динаров). Данное решение является явным вмешательством в право заявителя на доступ к суду.

48. Что касается правомерной цели данного вмешательства, установление минимального размера цены иска в качестве условия принятия к рассмотрению апелляционных жалоб Верховным судом Сербии является правомерным и разумным процессуальным требованием, учитывая самую суть роли Верховного суда Сербии как института, рассматривающего значимые вопросы (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Добрич против Сербии» ( Dobriæ v. Serbia), § 54). Соответственно, остается решить, было ли вмешательство в право заявителя на обращение в Верховный суд Сербии несоразмерным (см., например, Постановление Европейского Суда по делу «Гарзичич против Черногории» ( Garzièiæ v. Montenegro) от 21 сентября 2010 г., жалоба № 17931/07, § 33).

49. В этом отношении Европейский Суд отмечает, что предварительное заседание по делу, по-видимому, не проводилось (см. выше §§ 12, 24, а также пункт 2 статьи 284 Закона о гражданском процессе). Что касается предполагаемых процессуальных ошибок, допущенных заявителем, то не заявитель, а истец указал нереальную цену иска, и заявитель по очевидным причинам оспорил эту цену иска до того, как он представил свой отзыв на исковое заявление (см. выше §§ 12, 13, 24 (пункт 5 статьи 297 Закона о гражданском процессе) и 31, а также см. для сравнения противоположный пример в упомянутом выше Постановлении Европейского Суда по делу «Добрич против Сербии» ( Dobriæ v. Serbia), §§ 19 и 54). Также из материалов дела следует, что муниципальный суд до того, как он в основном разбирательстве рассмотрел представленные сторонами материалы по существу этого необычного спора, исполнил свое обязательство по установлению надлежащей цены иска (в размере примерно 6 700 евро) вместо явно заниженной цены иска, указанной истцом в исковом заявлении (примерно 15 евро). Таким образом, муниципальный суд вынес решение ( rešаenje ) об изменении цены иска (см. для сравнения и противопоставления упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Добрич против Сербии» ( Dobriæ v. Serbia), § 54) и, кроме того, предписал истцу доплатить судебный налог исходя из новой цены иска (см. для сравнения и противопоставления упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Гарзичич против Черногории» ( Garzièiæ v. Montenegro), ibid.). Цена иска, превышавшая минимальный размер цены иска, требуемый для подачи апелляционной жалобы по вопросам права, была четко и неоднократно повторена в решениях нижестоящих судов. Соответственно, заявитель был вправе рассчитывать на то, что в случае необходимости он мог подать апелляционную жалобу по вопросам права в установленном порядке.

50. Безусловно, функция толкования внутригосударственного законодательства принадлежит в первую очередь органам власти Договаривающегося Государства, а именно судам. Европейский Суд не должен подвергать сомнению их решения, за исключением случаев явного произвола (см. среди прочих примеров Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Неждет Шахин и Перихан Шахин против Турции» (Nejdet ªahin and Perihan ªahin v. Turkey) от 20 октября 2011 г., жалоба № 13279/05, §§ 49 - 50, см. также выше § 26), а проверять, соответствуют ли последствия такого толкования положениям Конвенции (см. Постановление Европейского Суд по делу «Кучоглу против Болгарии» (Kuchoglu v. Bulgaria) от 10 мая 2007 г., жалоба № 48191/99, § 50). Органы власти государства-ответчика должны соблюдать и применять внутригосударственное законодательство предсказуемым и последовательным образом, а предписывающие положения должны быть в достаточной степени проработанными и прозрачными на практике, чтобы обеспечить правовую и процессуальную определенность (см., mutatis mutandis, упомянутое выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Неждет Шахин и Перихан Шахин против Турции» (Nejdet ªahin and Perihan ªahin v. Turkey), §§ 56 - 57). Европейский Суд считает, что эти принципы применимы к настоящему делу, особенно если учитывать сложность рассматриваемого вопроса с правовой точки зрения, требующую большей прозрачности, чем простое отклонение апелляционной жалобы по вопросам права Верховным судом Сербии без разъяснения того, почему решение муниципального суда было признано незаконным (см. для сравнения и противопоставления упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Добрич против Сербии» ( Dobriæ v. Serbia), §§ 12 и 54, в котором Верховный суд Сербии вынес в достаточной степени мотивированное решение). Таким образом, даже если предположить, что решение об отказе в принятии к рассмотрению жалобы заявителя, вынесенное Верховным судом Сербии, соответствовало положениям законодательства государства-ответчика и преследовало правомерную цель, Европейский Суд считает, что непредсказуемое и непрозрачное лишение заявителя возможности использовать средство правовой защиты, которое он разумно считал доступным, представляло собой несоразмерное вмешательство, при этом заявитель ни в коей мере не способствовал возникновению данной ситуации.

51. Таким образом, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции. Следует учитывать, что в задачу Европейского Суда не входит определение возможного исхода рассмотрения апелляционной жалобы заявителя по вопросам права в случае, если бы Верховный суд Сербии принял ее к рассмотрению по существу (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу «Василеску против Румынии» (Vasilescu v. Romania) от 22 мая 1998 г., § 39, Reports 1998-III).

II. Иные предполагаемые нарушения

52. Заявитель повторил вышеизложенную жалобу, ссылаясь на нарушение статьи 13 Конвенции. Кроме того, он жаловался на несправедливость результата рассмотрения спора о его гражданских правах, ссылаясь на статью 1 и пункт 1 статьи 6 Конвенции, а также на статью 1 Протокола № 1 к Конвенции.

53. Принимая во внимание сделанные им выше выводы (см. § 50 выше) и учитывая, что пункт 1 статьи 6 должен рассматриваться как lex specialis по отношению к статье 13 Конвенции (см., например, Постановление Европейского Суда по делу «Сухорубченко против Российской Федерации» (Sukhorubchenko v. Russia) от 10 февраля 2005 г., жалоба № 69315/01, § 60, и Решение Европейского Суда по делу «Яллох против Германии» (Jalloh v. Germany) от 26 октября 2004 г., жалоба № 54810/00), Европейский Суд считает, что отсутствует необходимость рассматривать отдельно вопросы о приемлемости и по существу идентичной жалобы, поданной со ссылкой на статью 13 Конвенции (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу «Миланович против Сербии» ( Milanoviæ v. Serbia) от 14 декабря 2010 г., жалоба № 44614/07, § 103).

54. Что касается жалобы на нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции, Европейский Суд повторяет, что в его полномочия не входит исправление фактических и правовых ошибок, предположительно допущенных судами государства-ответчика (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Гарсия Руис против Испании» ( García Ruiz v. Spain), жалоба № 30544/96, § 28, ECHR 1999-I, и Решение Европейского Суда по делу «Корнелис против Нидерландов» (Cornelis v. Netherlands), жалоба № 994/03, ECHR 2004-V (извлечения)), поскольку Европейский Суд не является апелляционным судом или, как иногда отмечается, судом «четвертой инстанции» (см. среди многих иных примеров Решение Европейского Суда по делу «Мельничук против Украины» (Melnychuk v. Ukraine), жалоба № 28743/03, ECHR 2005-IX). Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что были нарушены какие-либо иные процессуальные права заявителя, гарантированные статьей 6 Конвенции. Таким образом, данная часть жалобы является явно необоснованной и подлежит отклонению в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

55. Наконец, Европейский Суд отмечает, что статья 1 Протокола № 1 к Конвенции не касается регулирования гражданских прав в отношениях сторон по частному праву. Соответственно, в настоящем деле судебные решения не могут рассматриваться как необоснованное вмешательство государства в имущественные права проигравшей спор стороны. Именно в задачи судов входит разрешение подобных споров, регулирование которых осуществляется в рамках законодательства государства-ответчика и за рамками Конвенции (см., mutatis mutandis, Решение Европейского Суда по делу «Кухар и Стис против Чешской Республики» (Kuchar and Stis v. Czech Republic) от 21 октября 1998 г., жалоба № 37527/97, см. также упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Гарзичич против Черногории» ( Garzièiæ v. Montenegro), § 37). Таким образом, данная часть жалобы несовместима ratione materiae с положениями Конвенции в соответствии с пунктом 3 статьи 35 Конвенции и подлежит отклонению в соответствии с пунктом 4 статьи 35 Конвенции.

III. Применение статьи 41 Конвенции

56. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

A. Ущерб

57. Заявитель требовал выплаты 21 689,50 евро в качестве возмещения материального ущерба, что соответствовало половине стоимости спорной квартиры. Далее заявитель утверждал, что ему были причинены нравственные страдания, но не выдвигал отдельных требований о компенсации морального вреда.

58. Власти Сербии утверждали, что требование заявителя было чрезмерным и необоснованным.

59. В задачи Европейского Суда не входит спекулирование относительно возможного исхода рассмотрения апелляционной жалобы заявителя по вопросам права или материального ущерба, который мог быть ему причинен в этой связи. Европейский Суд повторяет, что наиболее подходящей формой возмещения вреда, причиненного нарушением пункта 1 статьи 6 Конвенции, было бы возвращение заявителя, насколько это возможно, в положение, в котором он находился бы, если бы данное положение Конвенции не было нарушено. Соответственно, Европейский Суд считает, что наиболее подходящей формой возмещения вреда в настоящем деле будет рассмотрение апелляционной жалобы заявителя по вопросам права в соответствии с требованиями пункта 1 статьи 6 Конвенции, если заявитель попросит об этом (см. выше § 29 и, mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу «Генчель против Турции» ( Gençel v. Turkey) от 23 октября 2003 г., жалоба № 53431/99, § 27).

60. Учитывая, что заявитель не предъявил требований о возмещении морального вреда, Европейский Суд считает, что нет оснований для присуждения ему каких-либо сумм в качестве компенсации морального вреда.

B. Судебные расходы и издержки

61. Заявитель также требовал выплаты 1 647 евро в качестве возмещения расходов на уплату судебного налога и судебных издержек, понесенных в рамках разбирательства в судах первой и второй инстанций. Кроме того, он требовал выплаты 1 050 евро в качестве возмещения судебных расходов и издержек, понесенных в ходе разбирательства дела в Европейском Суде.

62. Власти Сербии считали данные требования чрезмерными.

63. Учитывая вышеуказанные соображения (см. выше § 59), Европейский Суд отклоняет требование о возмещении судебных расходов и издержек, понесенных в рамках разбирательства в судах государства-ответчика. Что касается второго требования, то согласно прецедентной практике Европейского Суда заявитель имеет право на компенсацию судебных расходов и издержек, если будет доказано, что они были понесены в действительности и были необходимыми и разумными по размеру (см., например, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Иатридис против Греции» (Iatridis v. Greece) (справедливая компенсация), жалоба № 31107/96, § 54, ECHR 2000-XI). В настоящем деле, принимая во внимание представленные документы, подтверждающие судебные расходы, а также вышеизложенные критерии, Европейский Суд считает разумным присудить заявителю 850 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек.

C. Процентная ставка при просрочке платежей

64. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

1. объявил жалобу в части нарушения статьи 6 Конвенции, касающейся права на доступ к суду, приемлемой для рассмотрения по существу, а иные жалобы на нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции — неприемлемыми;

2. постановил, что имело место нарушение статьи 6 Конвенции;

3. постановил, что отсутствует необходимость рассматривать отдельно жалобу на нарушение статьи 13 Конвенции;

4. постановил, что:

(a) власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю в качестве компенсации судебных расходов и издержек 850 (восемьсот пятьдесят) евро, а также любой налог, который может быть начислен на указанную сумму, подлежащие переводу в валюту государства-ответчика по курсу, действующему на день выплаты;

(b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эту сумму должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;

5. отклонил оставшуюся часть требований заявителя о справедливой компенсации.

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 2 октября 2012 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Европейского Суда.

(Strasbourg, 2.X.2012)

---

<*> This judgment has become final under Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.

In the case of Jovanoviæ v. Serbia,

The European Court of Human Rights (Second Section), sitting as a Chamber composed of:

Françoise Tulkens, President,

Danutë Joèienë ,

Dragoljub Popoviæ ,

Iþýl Karakaº ,

Guido Raimondi,

Paulo Pinto de Albuquerque,

Helen Keller, judges,

and Stanley Naismith, Section Registrar,

Having deliberated in private on 11 September 2012,

Delivers the following judgment, which was adopted on that date:

PROCEDURE

1. The case originated in an application (no. 32299/08) against the Republic of Serbia lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a Serbian national, Mr Vladeta Jovanoviæ («the applicant»), on 18 June 2008.

2. The applicant was represented by Mr V. Sojkiæ , a lawyer practising in Kruševac . The Government of Serbia («the Government») were represented by their Agent, Mr S. Cariæ .

3. The applicant alleged, in particular, that he had been arbitrarily denied access to the Supreme Court.

4. On 3 November 2010 the application was communicated to the Government. It was also decided to rule on the admissibility and merits of the application at the same time (Article 29 § 1).

THE FACTS

I. The circumstances of the case

5. The applicant was born in 1944 and lives in Kruševac .

6. The facts of the case, as submitted by the parties, may be summarised as follows.

7. On 14 January 2003 the applicant's brother («the plaintiff») filed a claim against the applicant with the Municipal Court in Kruševac (P. no. 63/2003). The claim concerned the validity of a «life-long maintenance contract» (ugovor o doživotnom izdržavanju ) concluded between the applicant and their late mother in so far as it involved a house in which she had lived and the applicant's acquisition of the title thereto following her death. The value of the dispute (vrednost spora) indicated by the plaintiff was 1,000 dinars (RSD/equivalent to approximately 15 euros (EUR)).

8. On 19 February 2003 the applicant informed the court in one sentence that he contested the plaintiff's allegations and claim. He further stated that, in view of the main hearing scheduled for 27 February, he intended to lodge a comprehensive written pleading soon.

9. On 27 February 2003 the court formally stayed the proceedings (doneo rešenje o mirovanju) until 27 June 2003 as no one attended the hearing.

10. On 23 June 2003 the plaintiff requested the continuation of the proceedings.

11. The three following hearings, scheduled between September and November 2003, were adjourned due to problems with having the parties properly summoned or their own requests for adjournment.

12. On 8 January 2004 the court held a brief hearing. The plaintiff reaffirmed his claim, stating that he would provide further evidence after the applicant had submitted his response to the claim (odgovor na tužbu ). The applicant requested the court to discontinue the proceedings pending the outcome of another case. The court ordered the applicant to submit his response to the claim and adjourned the hearing indefinitely.

13. In his written response of 14 January 2004, the applicant from the outset requested the court to determine a realistic value of the dispute.

14. On 12 February 2004 the court formally discontinued the proceedings (doneo rešenje o prekidu postupka) and requested the plaintiff to pay the court stamp duty (sudska taksa) calculated on the basis of the value of the dispute as initially specified by the plaintiff.

15. On 4 July 2006, at the outset of the first hearing held in the resumed proceedings, the Municipal Court formally established that the actual value of the dispute was RSD 600,000 (equivalent to approximately EUR 6,700). It further ordered the plaintiff to pay additional stamp duty, corresponding to the difference between the initially specified value of the dispute and that decided on by the court.

16. On 5 December 2006 the Municipal Court ruled in favour of the plaintiff, declaring the impugned contract partially void. In so doing, it reaffirmed that the value of the dispute was RSD 600,000.

17. On 27 March 2007 the District Court in Kruševac upheld this judgment on appeal, noting that the value of the dispute was RSD 600,000.

18. On 22 May 2007 the applicant filed an appeal on points of law (izjavio reviziju).

19. On 5 September 2007 the Supreme Court rejected this appeal. It found that the applicant was not entitled to lodge an appeal on points of law given that the value of the dispute in question, as specified in the claim of 14 January 2003, was RSD 1,000 and, as such, well below the applicable statutory threshold of RSD 300,000. The Supreme Court also noted, without any further explanation, that the determination of the value of the dispute on 4 July 2006 by the Municipal Court had been carried out in breach of Article 40 of the Civil Procedure Act.

20. The applicant was served with the Supreme Court's decision on 27 December 2007.

21. In the meantime, on 23 November 2007, the Municipal Court ordered the applicant to pay court fees calculated on the basis of the value of the dispute set at RSD 600,000.

22. The applicant has not yet paid this amount.

II. Relevant domestic law and practice

23. Articles 35 — 40 provide general rules as regards the means of establishing the value of a civil dispute. Article 40 § 2 provides that, in cases not relating to pecuniary requests, the relevant value of the dispute shall be the one indicated by the plaintiff in his claim. However, Article 40 § 3 provides that when the value of the dispute specified by the plaintiff appears to be «obviously too high or too low», and thus might affect, inter alia, the availability of an appeal on points of law, the court of first instance shall itself assess the accuracy of the specified value. This must be done speedily and in an adequate manner, at the preliminary hearing (pripremno roèište ) at the latest, or, if one is not held, at the main oral hearing (glavna rasprava) before the examination of the merits.

24. Articles 227 — 320 prescribe the rules on the preparation for and the holding of the main hearing. In particular, Article 284 § 2 provides that a preliminary hearing shall not be scheduled when the civil proceedings at first instance are to be conducted by a single judge. Article 297 § 5 states, inter alia, that when a party objects on a certain issue, submits a motion or undertakes other procedural action in the proceedings before the respondent has begun contesting the subject-matter of the dispute, the respondent as a party may undertake such procedural steps before he has concluded his response to the claim.

25. Article 382 § 3 provides that an appeal on points of law (revizija) is «not admissible» in cases not relating to pecuniary requests where the value of the dispute, as indicated by the plaintiff in his claim, does «not exceed 15,000... dinars».

26. In accordance with Articles 383 and 394 — 397, inter alia, the Supreme Court shall, should it accept an appeal on points of law lodged by one of the parties concerned, have the power to overturn the impugned judgment or quash it and order a retrial before the lower courts. Lastly, Article 392 provides, inter alia, that the Supreme Court shall reject any and all appeals on points of law which it deems inadmissible.

B. The amendments to the above legislation of 2002 (published in OG FRY no. 3/02)

27. Article 16 § 3, inter alia, increased the minimum requirement for an appeal on points of law from 15,000 new dinars to 300,000 new dinars.

C. The Civil Procedure Act 2004 (Zakon o parniènom postupku; published in the Official Gazette of the Republic of Serbia, no. 125/04)

28. The Civil Procedure Act 2004 entered into force on 23 February 2005, thereby repealing the Civil Procedure Act 1977. Article 491 § 4 of the former, however, provides that in all cases which were brought before that date the applicable legislation, as regards an appeal on points of law, shall be the legislation which was in force prior to 23 February 2005.

29. Article 422 § 10 further provides that a case may be reopened if the European Court of Human Rights has in the meantime rendered a judgment in respect of Serbia concerning the same or a similar legal issue.

D. Conclusions adopted at the Consultations of the Civil and Civil-Commercial Divisions of the Federal Court, the Supreme Courts and the Supreme Military Courts on 10 and 11 June 1981 with regard to the application of the Civil Procedure Act 1977

30. If a claim does not contain a pecuniary request (Article 40 § 2), the value of the dispute concerning the contested part of the appellate decision relevant for the assessment of the right to appeal on points of law shall be the one indicated by the plaintiff in his or her civil claim, or the one established by the court, speedily and in an adequate manner, at the preliminary hearing at the latest, or, if one was not held, during the course of the main oral hearing before the examination of the merits (Article 40 § 3), hence, before the plaintiff had started arguing his claim (Article 297 § 1).

31. In this regard, if the court omitted to assess the value of the dispute, and if the respondent failed to submit an objection thereto at the preliminary hearing, or, if one was not held, at the first hearing of the main oral hearing before his response to the claim had been concluded (Article 297 § 5), both the courts and the parties are thereafter precluded from discussing the value of the dispute.

THE LAW

I. Alleged violation of Article 6 of the Convention concerning the applicant's access to the supreme Court

32. The applicant relied on Articles 1, 6 § 1, 13 and 17 of the Convention, as well as Article 1 of Protocol No. 1. In substance he complained that the Supreme Court had arbitrarily refused to consider his appeal when he had the right to use this remedy.

33. Being the master of the characterisation to be given in law to the facts of any case before it, the Court considers that the above complaint falls to be examined under Articles 6 § 1 of the Convention only (see Akdeniz v. Turkey, no. 25165/94, § 88, 31 May 2005, and Dobriæ v. Serbia, nos. 2611/07 and 15276/07, § 25, 21 June 2011). This provision, in its relevant part, reads as follows:

«In the determination of his civil rights and obligations... everyone is entitled to a... hearing... by [a]... tribunal established by law...»

A. Admissibility

1. Compatibility ratione temporis

34. In the Court's view, although the Government have not raised an objection as to the Court's competence ratione temporis, this issue nevertheless calls for its consideration (see, mutatis mutandis, Bleèiæ v. Croatia [GC], no. 59532/00, § 67, ECHR 2006-III).

35. The Court observes that, in accordance with the generally accepted principles of international law, a Contracting Party is only bound by the Convention in respect of events occurring after its entry into force. It further notes that Serbia ratified the Convention on 3 March 2004 and that some of the events referred to in the application in the present case had indeed taken place before that date. The Court shall therefore have jurisdiction ratione temporis to examine the applicant's complaint in so far as it concerns events as of 3 March 2004. It shall nevertheless, for reasons of context and whilst examining the applicant's complaint as a whole, also take into account any and all relevant events prior to that date (see, mutatis mutandis, Salontaji-Drobnjak v. Serbia, no. 36500/05, § 110, 13 October 2009).

2. The six-month time-limit

36. The Government argued that the decision of the District Court of 27 March 2007 was the final decision for the purposes of Article 35 § 1 of the Convention. In any event, the application had to be considered to have been lodged out of time whether the Court took the decision of 27 March 2007 or that of 5 September 2007 to be the final one: the date of introduction should not be the date on the application (16 June 2008) or the date that the Court considered as relevant (18 June 2008), but rather the date when the application was received by the Court (14 July 2008).

37. The applicant contested the Government's argument, submitting a post office receipt dated 18 June 2008.

38. The Court observes that the alleged violation in the present case concerns precisely the manner in which the Supreme Court decided on the admissibility of the appeal on points of law. The final decision for the purposes of Article 35 § 1 was therefore adopted on 5 September 2007 and was served on the applicant on 27 December 2007.

39. In accordance with the established practice of the Convention organs, the Court normally considers the date of the introduction of an application to be the date of the first communication indicating an intention to lodge an application and giving some indication as to the nature of the application. Such first communication will interrupt the running of the six-month period. In the absence of explanations of an interval, of at least several days, between the date on which the initial submission was written and the date on which it was posted, the latter is to be considered the date of introduction of an application (see Arslan v. Turkey (dec.), no. 36747/02, decision of 21 November 2002, ECHR 2002-X (extracts) and Rùžièková v. the Czech Republic (dec.), no. 15630/05, 16 September 2008), and not the date stamp indicating the application's receipt by the Court ( Kipritçi v. Turkey, no. 14294/04, § 18, 3 June 2008).

40. The Court notes that the present application was dated 16 June 2007 and was posted on 18 June 2007, as confirmed by the certified date of dispatch on the envelope. In the absence of any explanation for an interval of more than one day between the date on which the application form was drafted and the date on which it was posted, the latter date is to be regarded as the date of introduction of the application.

41. Accordingly, given that the six-month time-limit started to run on 28 December 2007, that is the day after the date of the receipt of the Supreme Court's decision by the applicant (see paragraph 20 above; see also Worm v. Austria, no. 22714/93, 29 August 1997, § 33, Reports 1997-V), whereas he lodged his application on 18 June 2007, the Government's objection must be dismissed.

3. Conclusion

42. The Court notes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 (a) of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.

B. Merits

1. The parties' submissions

43. The Government endorsed the Supreme Court's decision. They argued that the applicant had failed to challenge the value of the dispute in a timely manner: he had done so in his submission on 14 February 2004, thus, after the preliminary hearing of 8 January 2004. Even the determination of the value of the dispute by the lower court had not been in accordance with the Civil Procedure Act, as the court had done so too late. As to the order to pay court fees calculated on the basis of that value, the applicant could request reimbursement of the difference between the court fees that he had been ordered to pay and the fees that corresponded to the value of the dispute recognised by the Supreme Court. Therefore, the State cannot be held responsible for the failure of the applicant's lawyer to challenge the value of the dispute in time or to request the return of the court fees paid (referring to Capuano v. Italy, 25 June 1987, § 28, Series A no. 119, and Cardarelli v. Italy, 27 February 1992, § 17, Series A no. 229-G).

44. The applicant reaffirmed his complaint.

2. The Court's assessment

45. It is noted from the outset that the applicant's action concerned his alleged real estate entitlement and that his complaint, therefore, clearly falls within the scope of Article 6 (see, mutatis mutandis, Zander v. Sweden, 25 November 1993, § 27, Series A no. 279-B).

46. The Court reiterates that although Article 6 of the Convention does not compel the Contracting States to set up courts of appeal or of cassation (see, among other authorities, Delcourt v. Belgium, 17 January 1970, §§ 25 — 26, Series A no. 11), where such courts exist the guarantees contained in Article 6 must be complied with, inter alia, by ensuring effective access to the courts. Nevertheless, the «right to a court», of which the right of access is one aspect, is not absolute; it is subject to limitations permitted by implication, in particular where the conditions of admissibility of an appeal are concerned since by its very nature it calls for regulation by the State, which enjoys a certain margin of appreciation in this regard (see, for example, García Manibardo v. Spain, no. 38695/97, § 36, ECHR 2000-II, and Mortier v. France, no. 42195/98, § 33, 31 July 2001). However, these limitations must not restrict or reduce a person's access in such a way or to such an extent that the very essence of the right is impaired; specifically, such limitations will only be compatible with Article 6 § 1 if they pursue a legitimate aim and there is a proportionality between the means employed and the aim pursued (see Guérin v. France, 29 July 1998, § 37, Reports 1998-V). There is no violation of Article 6 § 1 where an applicant is refused access to a court of cassation due to his own procedural mistake (see Brualla Gómez de la Torre v. Spain, 19 December 1997, § 31, Reports 1997-VIII, and the Edificaciones March Gallego S.A. v. Spain, 19 February 1998, § 33, Reports 1998-I; and, contrast, Dimova v. Bulgaria, no. 31806/96, §§ 53 and 58, Commission's report of 21 October 1998).

47. In the present case, the Supreme Court barred the applicant's access to the review proceedings, finding, without further clarification, that the assessment of the value of the dispute (RSD 600,000) by the Municipal Court on 4 July 2006 had been carried out in breach of Article 40 of the Civil Procedure Act 1977, while the value as specified in the plaintiff's original claim (RSD 1,000) had been below the applicable statutory threshold (RSD 300,000). This clearly amounts to an interference with the applicant's right of access to a court.

48. As regards the legitimate aim thereof, the statutory threshold for appeals to the Supreme Court is a legitimate and reasonable procedural requirement having regard to the very essence of the Supreme Court's role to deal only with matters of the requisite significance (see Dobriæ , cited above, § 54). Therefore, it remains to be established whether the interference with the applicant's access to the Supreme Court was disproportionate or not (see, for example, Garzièiæ v. Montenegro, no. 17931/07, § 33, 21 September 2010).

49. In this respect, the Court observes that a preliminary hearing does not appear to have been held (see paragraph 12; see also paragraph 24 above, Article 284 § 2). As regards the applicant's alleged procedural mistakes, it was the plaintiff and not the applicant who had set the unrealistic value of the dispute, which the applicant apparently challenged before he had concluded his own response to the claim (see paragraphs 12, 13, 24 (Article 297 § 5) and 31 above; also, compare and contrast to Dobriæ , cited above, §§ 19 and 54). It further transpires that the Municipal Court, arguably before it had genuinely opened a discussion of the subject matter at the main hearing of these unorthodox proceedings, had complied with its obligation to establish the proper value of the dispute (approximately 6,700 euros) instead of the clearly inadequate amount specified by the plaintiff in his claim (approximately 15 euros). The Municipal Court thus issued a formal decision ( rešenje ) on the newly assessed value of the dispute (compare and contrast to Dobriæ , cited above, § 54) and, furthermore, ordered the plaintiff to pay additional court stamp duty in this respect (compare and contrast to Garzièiæ , cited above, ibid.). The value of the dispute, which was above the threshold required for the lodging of an appeal on points of law, was clearly and repeatedly stated in the lower courts' judgments. The applicant was therefore entitled to believe that an appeal on points of law would be available to him in due course and if needed.

50. It is, of course, primarily for the national authorities, notably the courts, to resolve problems of interpretation of domestic legislation. The Court's role is not, save in the event of evident arbitrariness, to question it (see, among many authorities, Nejdet ªahin and Perihan ªahin v. Turkey [GC], no. 13279/05, §§ 49 — 50, 20 October 2011; see also paragraph 26 above), but to verify whether the effects of such interpretation are compatible with the Convention (see Kuchoglu v. Bulgaria, no. 48191/99, § 50, 10 May 2007). The authorities should respect and apply domestic legislation in a foreseeable and consistent manner and the prescribed elements should be sufficiently developed and transparent in practice in order to provide legal and procedural certainty (see, mutatis mutandis, Nejdet ªahin and Perihan ªahin , cited above, §§ 56 — 57). The Court considers that these requirements applied to the present case, particularly in view of the legal complexity of the issue in question, calling for more transparency than a mere dismissal of the applicant's appeal on points of law by the Supreme Court without any further clarification of why it found the Municipal Court's conduct to be unlawful (compare and contrast to Dobriæ , cited above, §§ 12 and 54, where the Supreme Court had adopted a sufficiently reasoned decision). Therefore, even assuming that the refusal of the applicant's access to the Supreme Court was in accordance with the relevant domestic law and having accepted its legitimate aim, the Court considers that the applicant's loss, in an unforeseeable and non-transparent manner, of the possibility of using a remedy which he had reasonably believed to be available, amounted to a disproportionate hindrance given that the applicant had not contributed to this situation in any respect.

51. There has accordingly been a violation of Article 6 § 1 of the Convention, it being understood that it is not this Court's task to determine what the actual outcome of the applicant's appeal on points of law would have been had the Supreme Court accepted to consider it on its merits (see, mutatis mutandis, Vasilescu v. Romania, 22 May 1998, § 39, Reports 1998-III).

II. Other alleged violations

52. The applicant re-stated the above complaint under Article 13 of the Convention. He further complained about the fairness and the outcome of the civil dispute, relying on Articles 1 and 6 § 1 of the Convention, as well as Article 1 of Protocol No. 1.

53. Having regard to its findings above (see paragraph 50 above) and given that Article 6 § 1 is to be considered as constituting a lex specialis in relation to Article 13 (see, for example, Sukhorubchenko v. Russia, no. 69315/01, § 60, 10 February 2005, and Jalloh v. Germany (dec.), no. 54810/00, 26 October 2004), the Court considers that it is not necessary to examine separately the admissibility or the merits of the applicant's identical complaint made under Article 13 of the Convention (see, mutatis mutandis, Milanoviæ v. Serbia, no. 44614/07, § 103, 14 December 2010).

54. As regards the complaint under Article 6 § 1, the Court reiterates that it is not its function to deal with errors of fact or law allegedly committed by the national courts (see García Ruiz v. Spain [GC], no. 30544/96, § 28, ECHR 1999-I; and Cornelis v. the Netherlands (dec.), no. 994/03, ECHR 2004-V (extracts)), as it is not a court of appeal — or, as is sometimes said, a «fourth instance» (see, among many other authorities, Melnychuk v. Ukraine (dec.), no. 28743/03, ECHR 2005-IX). Further, there is no evidence in the case file to suggest that the applicant suffered a violation of any other of the procedural rights guaranteed under Article 6. Therefore, this complaint must be declared inadmissible as manifestly ill-founded in accordance with Article 35 §§ 3 and 4 of the Convention.

55. The Court finally observes that Article 1 of Protocol No. 1 does not concern the regulation of civil law rights between parties under private law. In the instant case, therefore, the courts' decisions cannot be seen as an unjustified State interference with the property rights of the losing party. Indeed, it is the very function of the courts to determine such disputes, the regulation of which falls within the remit of domestic law and outside the scope of the Convention (see, mutatis mutandis, Kuchar and Stis v. Czech Republic (dec.), no. 37527/97, 21 October 1998; see also Garzièiæ , cited above, § 37). Therefore, this complaint is incompatible ratione materiae with the provisions of the Convention within the meaning of Article 35 § 3 and must be rejected in accordance with Article 35 § 4 thereof.

III. Application of Article 41 of the Convention

56. Article 41 of the Convention provides:

«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»

A. Damage

57. The applicant claimed EUR 21,689.5 euros (EUR) in respect of pecuniary damage, which corresponds to half of the value of the flat in dispute. He further submitted that he had suffered from mental anguish, but made no specific request for compensation in this regard.

58. The Government contested the applicant's claim as excessive and unsubstantiated.

59. The Court's task is not to speculate about the actual outcome of the applicant's appeal on points of law or any pecuniary damage he may have sustained in that connection. The Court reiterates that the most appropriate form of redress for a violation of Article 6 § 1 would be to ensure that the applicant, as far as possible, is put in the position in which he would have been had this provision not been disregarded. Consequently, it considers that the most appropriate form of redress would be to reconsider the applicant's appeal on points of law in accordance with the requirements of Article 6 § 1 of the Convention, should the applicant so request (see, paragraph 29 above, and, mutatis mutandis, Gençel v. Turkey, no. 53431/99, § 27, 23 October 2003).

60. Given that the applicant did not submit a claim for non-pecuniary damage, the Court considers that there is no call to award him any sum on that account.

B. Costs and expenses

61. The applicant also claimed EUR 1,647 in respect of the court stamp duty and court fees incurred before the first- and second-instance national courts. He also claimed EUR 1,050 for costs and expenses incurred before the Court.

62. The Government contested these claims as excessive.

63. In view of the above considerations (see paragraph 59 above), the Court rejects the claim for costs and expenses in the domestic proceedings. As regards to the second claim, according to the Court's case-law, an applicant is entitled to the reimbursement of costs and expenses only in so far as it has been shown that these have been actually and necessarily incurred and are also reasonable as to their quantum (see, for example, Iatridis v. Greece (just satisfaction) [GC], no. 31107/96, § 54, ECHR 2000-XI). In the present case, regard being had to the documents in its possession and the above criteria, the Court considers it reasonable to award the applicant the sum of EUR 850.

C. Default interest

64. The Court considers it appropriate that the default interest rate should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.

FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY

1. Declares the complaint concerning the right of access to a court under Article 6 of the Convention admissible and the other complaints under Article 6 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 inadmissible;

2. Holds that there has been a violation of Article 6 of the Convention;

3. Holds that it is not necessary to examine separately the complaint under Article 13 of the Convention;

4. Holds

(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, EUR 850 (eight hundred and fifty euros), plus any tax that may be chargeable to the applicant, in respect of costs and expenses, to be converted into the currency of the respondent State at the rate applicable at the date of settlement;

(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amount at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;

5. Dismisses the remainder of the applicant's claim for just satisfaction.

Done in English, and notified in writing on 2 October 2012, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.

---