Постановление ЕСПЧ от 13.02.2018
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 13.02.2018. 16088/06. 13.02.2018. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1608806
«Дело „Зелик и Кель (Zelik and Kel) против Российской Федерации“ (жалобы № 16088/06 и 41644/09) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <1>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ЗЕЛИК И КЕЛЬ (ZELIK AND KEL)
ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» <1>
(Жалобы № 16088/06 и 41644/09)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ <2>
<1> Перевод с английского языка Ю.Ю. Берестнева.
<2> Настоящее Постановление вступило в силу 13 февраля 2018 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 28 Конвенции (примеч. редактора).
По делу «Зелик и Кель против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая Комитетом в составе:
Луиса Лопеса Герра, Председателя Комитета Суда,
а также при участии Фатош Арачи, заместителя Секретаря Секции Суда,
рассмотрев дело в закрытом заседании 23 января 2018 г.,
вынес в указанную дату следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано двумя жалобами (N 16088/06 и 41644/09), поданными против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) двумя гражданами Российской Федерации: Денисом Александровичем Зеликом (далее — первый заявитель) и Русланом Александровичем Келем (далее — второй заявитель) — 4 марта 2006 г. и 5 мая 2009 г. соответственно.
2. Власти Российской Федерации первоначально были представлены бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде Г.О. Матюшкиным, а затем его преемником в этой должности М.Л. Гальпериным.
3. 23 февраля 2017 г. жалобы на отсутствие адвокатов заявителей при рассмотрении их жалоб в ходе заседаний судов по уголовным делам <3> в отношении заявителей были коммуницированы властям Российской Федерации, а в остальной части жалобы в соответствии с пунктом 3 правила 54 Регламента Европейского Суда были объявлены неприемлемыми для рассмотрения по существу. Стороны представили письменные замечания в отношении приемлемости жалобы и по ее существу.
<3> В оригинале текста Постановления на английском языке здесь и далее использованы термины «апелляционное слушание», «апелляционное рассмотрение» и т.п., однако в рассматриваемое время в Российской Федерации в уголовном процессе во второй инстанции действовало кассационное рассмотрение (примеч. переводчика).
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
4. В период с 2005 по 2008 год оба заявителя были признаны виновными в совершении различных уголовных преступлений. После подачи кассационных жалоб их дела были рассмотрены судами кассационной инстанции в отсутствие адвокатов заявителей. Вынесенные им приговоры были оставлены без изменения.
5. Личные данные и информация о соответствующих судебных разбирательствах по уголовным делам в отношении заявителей приведены в Приложении.
II. Соответствующее законодательство Российской Федерации
6. Обзор соответствующих положений законодательства Российской Федерации, регулирующего по состоянию на момент рассматриваемых событий участие адвокатов в кассационных судебных разбирательствах по уголовным делам, приведен в Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу «Сахновский против Российской Федерации» (Sakhnovskiy v. Russia) от 2 ноября 2010 г., жалоба № 21272/03 <4>, §§ 31 - 39, в Постановлении Европейского Суда по делу «Шумихин против Российской Федерации» (Shumikhin v. Russia) от 16 июля 2015 г., жалоба № 7848/06 <5>, § 17, в Постановлении Европейского Суда по делу «Волков и Адамский против Российской Федерации» (Volkov and Adamskiy v. Russia) от 26 марта 2015 г., жалобы № 7614/09 и 30863/10 <6>, §§ 21 - 26, в Постановлении Европейского Суда по делу «Эдуард Рожков против Российской Федерации» (Eduard Rozhkov v. Russia) от 31 октября 2013 г., жалоба № 11469/05 <1>, §§ 11 - 13, и в Постановлении Европейского Суда по делу «Нефедов против Российской Федерации» (Nefedov v. Russia) от 13 марта 2012 г., жалоба № 40962/04 <2>, § 17.
<4> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2011. № 9 (примеч. редактора).
<5> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. 2015. № 12 (примеч. редактора).
<6> См.: там же. № 8 (примеч. редактора).
<1> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2014. № 12 (примеч. редактора).
<2> См.: там же. 2013. № 5 (примеч. редактора).
ПРАВО
I. Объединение жалоб для рассмотрения в одном производстве
7. Европейский Суд, принимая во внимание схожий характер существа указанных жалоб, в соответствии с пунктом 1 правила 42 его Регламента решил рассмотреть их в рамках одного производства.
II. Предполагаемое нарушение пункта 1 и подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции
8. Заявители жаловались на то, что они не были представлены на заседаниях в судах кассационной инстанции в нарушение требований пункта 1 и подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции, которые в соответствующих частях гласят следующее:
«1. Каждый... при предъявлении... ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...»
3. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права...
c) защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника или, при недостатке у него средств для оплаты услуг защитника, пользоваться услугами назначенного ему защитника бесплатно, когда того требуют интересы правосудия...».
A. Доводы сторон
9. Власти Российской Федерации указали, что жалобы, поданные первым заявителем, Д.А. Зеликом (жалоба № 16088/06), следует отклонить по причине неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты, поскольку он не подал ходатайство о пересмотре дела в порядке надзора.
10. Власти Российской Федерации также считали, что жалобы второго заявителя, Р.А. Келя (жалоба № 41644/09), были поданы с опозданием, так как Секретариат Европейского Суда допустил ошибку при определении даты подачи его жалобы. Власти Российской Федерации настаивали на том, что второй заявитель подал два формуляра жалобы, 3 сентября и 1 октября 2009 г., то есть спустя более чем через шесть недель после его первого письма в Европейский Суд от 5 мая 2009 г. Следовательно, правильной датой подачи жалобы является дата подачи любого из двух формуляров жалобы. Заседание в суде кассационной инстанции по делу Келя состоялось 24 февраля 2009 г. Таким образом, он подал жалобу слишком поздно.
11. Власти Российской Федерации также отметили, что жалобы Келя являлись явно необоснованными в связи с тем, что его адвокат был надлежащим образом информирован о дате заседания по рассмотрению кассационной жалобы, однако на него не явился. Заявитель в свою очередь не ходатайствовал перед судом кассационной инстанции о назначении другого адвоката или переносе слушания.
12. Заявители настаивали на своих жалобах.
B. Мнение Европейского Суда
1. Приемлемость жалоб для рассмотрения по существу
13. Прежде всего Европейский Суд рассмотрит аргумент властей Российской Федерации в отношении неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты Д.А. Зеликом (см. выше § 9). В данном отношении он повторяет, что ходатайство о пересмотре в порядке надзора в рамках уголовных дел не может рассматриваться в качестве эффективного средства правовой защиты для целей исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты в соответствии с пунктом 1 статьи 35 Конвенции (см. упомянутое выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Сахновский против Российской Федерации», §§ 40 - 45). Следовательно, возражение властей Российской Федерации в отношении жалобы № 16088/06 должно быть отклонено.
14. Что касается жалобы Р.А. Келя, Европейский Суд заключает, что его письмо от 5 мая 2009 г. являлось «первым сообщением от заявителя, в краткой форме определяющим предмет жалобы». В соответствии с пунктом 5 правила 47 Регламента Европейского Суда, действовавшим в то время, дата первого сообщения определялась датой подачи жалобы, прерывающей шестимесячный срок, установленный пунктом 1 статьи 35 Конвенции. Европейский Суд уже установил, что шестинедельный предельный срок в Практических инструкциях от 1 ноября 2003 г. был скорее ориентировочным, чем обязательным (см. Постановление Европейского Суда по делу «Смертин против Российской Федерации» (Smertin v. Russia) от 2 октября 2014 г., жалоба № 19027/07 <1>, §§ 26 - 28, с дальнейшими ссылками). Европейский Суд не усматривает каких-либо причин, чтобы отступить от данного вывода в настоящем деле. Второй заявитель подал формуляр жалобы в течение восьми недель после получения письма Секретариатом Европейского Суда от 5 августа 2009 г. в соответствии с содержащимися в нем указаниями. Следовательно, Европейский Суд считает 5 мая 2009 г. датой подачи жалобы № 41644/09. Уголовное судопроизводство по делу Р.А. Келя завершилось 24 февраля 2009 г. (см. Приложение). Таким образом, он подал жалобу в пределах установленного шестимесячного срока.
<1> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2015. № 8 (примеч. редактора).
15. Европейский Суд отмечает, что данные жалобы не являются явно необоснованными по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также считает, что данные жалобы не являются неприемлемыми по каким-либо иным основаниям. Следовательно, они должны быть объявлены приемлемыми для рассмотрения по существу.
2. Существо жалоб
16. Европейский Суд отмечает, что жалобы заявителей являются похожими на другие дела против Российской Федерации в отношении отсутствия эффективной правовой помощи в ходе слушаний уголовных дел в судах кассационной инстанции. В этих делах Европейский Суд постоянно устанавливал нарушения пункта 1 и подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции (см. упомянутое выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Сахновский против Российской Федерации», §§ 99 - 109, упомянутые выше Постановления Европейского Суда по делам «Шумихин против Российской Федерации», §§ 22 - 23, «Волков и Адамский против Российской Федерации», §§ 56 - 61, «Эдуард Рожков против Российской Федерации», §§ 21 - 26, и «Нефедов против Российской Федерации», §§ 41 - 48). Принимая во внимание свою устоявшуюся прецедентную практику по данному вопросу, а также обстоятельства рассматриваемых дел, Европейский Суд не находит причин, чтобы прийти к иному выводу по данному вопросу.
17. Европейский Суд также повторяет в ответ на возражение властей Российской Федерации в отношении жалобы № 41644/09, что отсутствие ходатайства Р.А. Келя о замене его адвоката или переносе слушания само по себе не освобождает органы власти от обязательства по предоставлению ему эффективной защиты (см. Постановление Европейского Суда по делу «Шехов против Российской Федерации» (Shekhov v. Russia) от 19 июня 2014 г., жалоба № 12440/04 <2>, § 42). В отсутствие явного письменного отказа заявителя согласно законодательству Российской Федерации суд должен был назначить для него адвоката (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Волков и Адамский против Российской Федерации», § 59).
<2> См.: там же. № 5 (примеч. редактора).
18. Принимая во внимание тот факт, что заявители не имели возможности воспользоваться эффективной юридической помощью в ходе разбирательств в судах кассационной инстанции, Европейский Суд приходит к выводу, что соответствующее уголовное судопроизводство в отношении заявителей в целом являлось несовместимым с понятием справедливого суда. Соответственно, имело место нарушение подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 6 Конвенции.
III. Применение статьи 41 Конвенции
19. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
20. Первый заявитель требовал выплатить ему 25 000 евро в качестве компенсации морального вреда, второй заявитель — 4 000 евро.
21. Власти Российской Федерации считали, что в настоящем деле установление факта нарушения являлось бы достаточной справедливой компенсацией.
22. Европейский Суд повторяет, что, если заявитель был осужден, несмотря на возможное нарушение его прав, гарантированных статьей 6 Конвенции, необходимо, чтобы заявитель был поставлен, насколько это возможно, в такие условия, как если бы требования вышеуказанного положения нарушены не были, и в принципе наиболее подходящей формой компенсации было бы повторное судебное разбирательство по делу заявителя или возобновление судебного разбирательства, если заявитель ходатайствует о таковом (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Оджалан против Турции» ( Öcalan v. Turkey), жалоба № 46221/99, § 210, in fine, ECHR 2005-IV). Европейский Суд, приняв во внимание, в частности, тот факт, что законодательство Российской Федерации предусматривает возможность возобновления уголовного судопроизводства в случае установления Европейским Судом нарушения Конвенции, считает, что установление факта нарушения само по себе является достаточной справедливой компенсацией морального вреда, причиненного заявителям (см. Постановление Европейского Суда по делу «Владимир Романов против Российской Федерации» (Vladimir Romanov v. Russia) от 24 июля 2008 г., жалоба № 41461/02 <1>, § 118).
<1> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2009. № 3 (примеч. редактора).
B. Судебные расходы и издержки
23. Второй заявитель также требовал выплатить ему 2 500 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных им во внутригосударственных разбирательствах и в Европейском Суде.
24. Власти Российской Федерации считали, что указанные требования являлись необоснованными.
25. В соответствии с устоявшейся прецедентной практикой Европейского Суда заявитель имеет право на возмещение судебных расходов и издержек только в той мере, в которой было доказано, что такие расходы и издержки действительно были понесены, являлись необходимыми и разумными по размеру. Заявитель не представил каких-либо доказательств в подтверждение своих требований, поэтому Европейский Суд не присуждает ему каких-либо сумм по данному основанию.
-
решил объединить рассмотрение данных жалоб в одном производстве;
-
объявил жалобы на отсутствие юридического представительства в ходе заседаний в судах кассационной инстанции по уголовным делам в отношении заявителей приемлемыми для рассмотрения по существу;
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 и подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции;
-
постановил, что установление факта нарушения Конвенции само по себе является достаточной справедливой компенсацией причиненного заявителям ущерба;
-
отклонил оставшуюся часть требований второго заявителя о справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 13 февраля 2018 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Европейского Суда.
Приложение
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF ZELIK AND KEL v. RUSSIA (Applications nos. 16088/06 and 41644/09)
In the case of Zelik and Kel v. Russia,
The European Court of Human Rights (Third Section), sitting as a Committee composed of:
and Fatoº Aracý , Deputy Section Registrar,
Having deliberated in private on 23 January 2018,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in two applications (nos. 16088/06 and 41644/09) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by two Russian nationals, Mr Denis Aleksandrovich Zelik («the first applicant») and Mr Ruslan Aleksandrovich Kel («the second applicant»), on 4 March 2006 and 5 May 2009, respectively.
2. The Russian Government («the Government») were represented initially by Mr G. Matyushkin, the Representative of the Russian Federation to the European Court of Human Rights, and then by his successor in that office, Mr M. Galperin.
3. On 23 February 2017 the complaints concerning absence of the applicants' lawyers from appeal hearings in their criminal cases were communicated to the Government and the remainder of the applications was declared inadmissible pursuant to Rule 54 § 3 of the Rules of Court. The parties submitted written observations on the admissibility and merits.
THE FACTS
I. The circumstances of the case
4. Between 2005 and 2008 the two applicants were convicted of various criminal offences. Following appeals, their cases were examined by the appeal courts in the absence of the applicants' legal counsel. Their convictions were upheld.
5. Personal details and information relevant to the criminal proceedings against the applicants appear in the appendix.
II. Relevant domestic law
6. The relevant domestic legal provisions governing, at the material time, lawyer's participation in appeal proceedings in a criminal case were summarised in the Court's judgments in the cases of Sakhnovskiy v. Russia [GC], no. 21272/03, §§ 31-39, 2 November 2010; Shumikhin v. Russia, no. 7848/06, § 17, 16 July 2015; Volkov and Adamskiy v. Russia, nos. 7614/09 and 30863/10, §§ 21-26, 26 March 2015; Eduard Rozhkov v. Russia, no. 11469/05, §§ 11-13, 31 October 2013, and Nefedov v. Russia, no. 40962/04, § 17, 13 March 2012.
THE LAW
I. Joinder of the applications
7. In accordance with Rule 42 § 1 of the Rules of Court, the Court decides to join the applications, given that they concern similar facts and raise identical legal issues under the Convention.
II. Alleged violation of Article 6 §§ 1 and 3 (c) of the Convention
8. The applicants complained that they had not been represented on appeal in their criminal cases contrary to the requirements of Article 6 §§ 1 and 3 (c) of the Convention, which, insofar as relevant, read as follows:
«1. In the determination of... any criminal charge against him, everyone is entitled to a fair... hearing... by [a]... tribunal...»
3. Everyone charged with a criminal offence has the following minimum rights:
(c) to defend himself in person or through legal assistance of his own choosing or, if he has not sufficient means to pay for legal assistance, to be given it free when the interests of justice so require;...»
A. Parties' submissions
9. The Government submitted that the complaints made by the first applicant, Mr Zelik (application no. 16088/06), should be dismissed for non-exhaustion of domestic remedies since he had failed to lodge a supervisory-review complaint.
10. The Government further submitted that the complaints of the second applicant, Mr Kel (application no. 41644/09), were belated due to the fact that the Court's Registry had erred in the determination of the introduction date of his application. The Government insisted that the applicant had submitted two application forms on 3 September and on 1 October 2009, i.e., more than 6 weeks after his first letter to the Court on 5 May 2009. Therefore, the correct introduction date should be the date of lodging of either of the two application forms. The appeal hearing in Mr Kel's case took place on 24 February 2009. Thus, he lodged his application too late.
11. The Government also stated that Mr Kel's complaints were manifestly ill-founded since his counsel had been duly informed of the date of the appeal hearing but had failed to appear. The applicant, in his turn, had not asked the appeal court to appoint another lawyer or to adjourn the hearing.
B. The Court's assessment
1. Admissibility
13. The Court will first address the Government's argument related to the exhaustion of domestic remedies by Mr Zelik (see paragraph 9 above). In this respect, it reiterates that a supervisory-review application in criminal cases could not be regarded as an effective remedy for the purposes of the exhaustion under Article 35 § 1 of the Convention (see Sakhnovskiy, cited above, §§ 40-45). The Government's objection made with respect to application no. 16088/06 should therefore be dismissed.
14. Turning to Mr Kel's application, the Court finds that his letter on 5 May 2009 was the «first communication from the applicant setting out, even summarily, the object of the application». According to Rule 47 § 5 in force at the time, the date of such first communication was considered to be the date of introduction of an application interrupting the six-month time-limit set by Article 35 § 1 of the Convention. The Court has already found that the six-week time-limit in the Practice Direction of 1 November 2003 was an indicative, rather than a mandatory one (see Smertin v. Russia, no. 19027/07, §§ 26-28, 2 October 2014, with further references). It has no reason to depart from that conclusion in the present case. The applicant submitted his application form within eight weeks after the Registry's letter on 5 August 2009, in compliance with the instructions contained therein. Therefore, the Court considers 5 May 2009 as the introduction date for application no. 41644/09. The criminal proceedings in Mr Kel's case ended on 24 February 2009 (see appended table below). Thus, he introduced his application within the established six-month time-limit.
15. The Court notes that the complaints are not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 (a) of the Convention. It further notes that they are not inadmissible on any other grounds and must therefore be declared admissible.
2. Merits
16. The Court notes that the applicants' cases are similar to other Russian cases concerning absence of effective legal assistance in appeal proceedings in respect of criminal cases. In such cases the Court has consistently found violations of Article 6 §§ 1 and 3 (c) of the Convention (see Sakhnovskiy, cited above, §§ 99-109; Shumikhin, cited above, §§ 22-23; Volkov and Adamskiy, cited above, §§ 56-61; Eduard Rozhkov, cited above, §§ 21-26; and Nefedov, cited above, §§ 41-48). Having regard to the well-established case-law on the subject and circumstances of the cases at hand, the Court finds no reason to depart from its earlier findings on the matter.
17. The Court also reiterates, in response to the Government's objection made with respect to application no. 41644/09, that Mr Kel's failure to request replacement of his counsel or adjournment of a hearing could not of itself relieve the authorities of their obligation to provide him with an effective defence (see Shekhov v. Russia, no. 12440/04, § 42, 19 June 2014). In the absence of an explicit written waiver from the applicant, domestic law required the court to appoint a legal aid counsel for him (see Volkov and Adamskiy, cited above, § 59).
18. Having regard to the fact that the applicants were unable to enjoy effective legal assistance in the appeal proceedings, the Court holds that the criminal proceedings against them, taken as a whole, were incompatible with the notion of a fair trial. There has accordingly been a violation of Article 6 § 3 (c), taken in conjunction with Article 6 § 1 of the Convention.
III. Application of Article 41 of the Convention
19. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
20. The first applicant claimed 25,000 euros (EUR) in respect of non-pecuniary damage. The second applicant claimed EUR 4,000 under this head.
21. The Government maintained that finding of a violation in the present case would be a sufficient just satisfaction.
22. The Court reiterates that when an applicant has been convicted despite a potential infringement of his rights as guaranteed by Article 6 of the Convention, he should, as far as possible, be put in the position in which he would have been had the requirements of that provision not been disregarded, and that the most appropriate form of redress would, in principle, be trial de novo or the reopening of the proceedings, if requested (see Öcalan v. Turkey [GC], no. 46221/99, § 210 in fine, ECHR 2005-IV). The Court, having regard in particular to the fact that domestic law provides that criminal proceedings may be reopened if the Court finds a violation of the Convention, considers that the finding of a violation constitutes in itself sufficient just satisfaction for any non-pecuniary damage sustained by the applicants (see Vladimir Romanov v. Russia, no. 41461/02, § 118, 24 July 2008).
B. Costs and expenses
23. The second applicant also claimed EUR 2,500 for the costs and expenses incurred before the domestic courts and the Court.
24. The Government submitted that these claims were unsubstantiated.
25. In accordance with the Court's case-law, an applicant is entitled to the reimbursement of costs and expenses only in so far as it has been shown that these have been actually and necessarily incurred and are reasonable as to quantum. The applicant did not submit any documents in support of his claim. Accordingly, the Court does not make an award under this head.
FOR THESE REASONS, THE COURT, UNANIMOUSLY
1. Decides to join the applications;
2. Declares the complaints concerning the lack of legal representation on appeal in criminal case against the applicants admissible;
3. Holds that there has been a violation of Article 6 §§ 1 and 3 (c) of the Convention;
4. Holds that the finding of a violation constitutes in itself sufficient just satisfaction for any damage sustained by the applicants;
5. Dismisses the remainder of the second applicant's claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 13 February 2018, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.