Постановление ЕСПЧ от 09.10.2012
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 09.10.2012. 15722/05. 09.10.2012. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1572205
«Дело „Воробьев (Vorobyev) против Российской Федерации“ (жалоба № 15722/05) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод
с английского] <1>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ВОРОБЬЕВ (VOROBYEV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» (Жалоба № 15722/05)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ <2>
(Страсбург, 9 октября 2012 г.)
<1> Перевод с английского к.ю.н. М.Т. Тимофеева.
<2> Настоящее Постановление вступило в силу 9 октября 2012 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 44 Конвенции (примеч. редактора).
По делу «Воробьев против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Комитетом в составе:
Линоса-Александра Сисилианоса, Председателя Комитета,
а также при участии Андре Вампаша, заместителя Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 18 сентября 2012 г.,
вынес в указанный день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 15722/05, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином Российской Федерации Виктором Николаевичем Воробьевым (далее — заявитель) 11 апреля 2005 г.
2. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека Г.О. Матюшкиным.
3. 30 января 2009 г. Европейский Суд коммуницировал жалобу властям Российской Федерации.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
4. Заявитель родился в 1955 году и проживает в г. Югорске (Тюменская область).
5. 29 мая 2002 г. заявитель подал иск в суд против его бывшего работодателя, требуя компенсировать вред здоровью, причиненный в результате его профессиональной деятельности.
6. 29 ноября 2004 г. Югорский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа (далее — районный суд) отклонил иск заявителя как необоснованный.
7. 14 декабря 2004 г. заявитель обжаловал решение от 29 ноября 2004 г.
8. По утверждению властей Российской Федерации, 30 декабря 2004 г. районный суд направил письмо заявителю, известив его о том, что слушание по его кассационной жалобе назначено на 8 февраля 2005 г.
9. 8 февраля 2005 г. в суде Ханты-Мансийского автономного округа — Югры состоялось слушание, в котором заявитель не участвовал. Представитель ответчика присутствовал на заседании и давал пояснения. Суд Ханты-Мансийского автономного округа — Югры согласился с доводами районного суда и оставил решение от 29 ноября 2004 г. в силе.
10. В неустановленную дату заявитель подал надзорную жалобу на кассационное определение от 8 февраля 2005 г.
11. Решением от 14 марта 2005 г. судья суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры отказал заявителю в рассмотрении его жалобы на том основании, что приложенная к жалобе копия кассационного определения от 8 февраля 2005 г. не была заверена соответствующим судом.
II. Соответствующее внутригосударственное законодательство
12. Изложение нормативных положений внутригосударственного законодательства, действовавшего в указанное время, см. в Постановлении Европейского Суда по делу «Гусак против Российской Федерации» (Gusak v. Russia) от 7 июня 2011 г., жалоба № 28956/05 <3>, § 20.
<3> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека», № 11/2012.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции
13. Заявитель, ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции, жаловался на то, что судебное рассмотрение его кассационной жалобы, состоявшееся 8 февраля 2005 г., не было состязательным, поскольку он был лишен возможности участвовать в нем и не мог давать объяснения по поводу доводов противоположной стороны. Соответствующие положения пункта 1 статьи 6 Конвенции гласят:
«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела... судом...».
A. Приемлемость жалобы
14. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель не исчерпал внутригосударственные средства правовой защиты в отношении заявленных нарушений. В частности, он не подал вторую надзорную жалобу на кассационное определение от 8 февраля 2005 г.
15. Заявитель не представил объяснений в этой связи.
16. Европейский Суд ранее устанавливал, что надзорное производство на основании Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившего в силу 1 февраля 2003 г. (далее — ГПК РФ), не может рассматриваться в качестве эффективного средства правовой защиты по смыслу пункта 1 статьи 35 Конвенции (см. Решение Европейского Суда по делу «Денисов против Российской Федерации» (Denisov v. Russia) от 6 мая 2004 г., жалоба № 33408/03). Следовательно, возражение властей Российской Федерации о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты должно быть отклонено.
17. Европейский Суд считает, что жалоба не является явно необоснованной в значении подпункта «a» пункта 3 и пункта 4 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой.
B. Существо жалобы
18. Власти Российской Федерации утверждали, что право заявителя на публичное судебное разбирательство не было нарушено. Заявитель принял участие в слушании своего дела в суде первой инстанции. Он был надлежащим образом извещен о заседании суда кассационной инстанции 8 февраля 2005 г. Судебное извещение было направлено ему 30 декабря 2004 г. Однако заявитель не явился на заседание и не сообщил суду кассационной инстанции о причинах своего отсутствия. В связи с этим суд кассационной инстанции принял решение рассмотреть жалобу заявителя в его отсутствие. Власти Российской Федерации утверждали, что вопросы, рассмотренные судом кассационной инстанции, не требовали личного присутствия заявителя на слушании.
19. Заявитель настаивал на своей жалобе.
20. Европейский Суд повторяет, что право на «публичное разбирательство», предусмотренное пунктом 1 статьи 6 Конвенции, с необходимостью включает в себя право на «устное слушание» (см. Постановление Европейского Суда по делу «Фредин против Швеции (N 2)» (Fredin v. Sweden (N 2)) от 23 февраля 1994 г., §§ 21 — 22, Series A № 283-A). Право на публичное разбирательство дела судом было бы лишено содержания, если бы стороны не подлежали вызову в суд в такой форме, которая бы гарантировала лицу возможность присутствовать на слушании, если оно желает реализовать это право, предусмотренное внутригосударственным законодательством (см. Постановление Европейского Суда по делу «Яковлев против Российской Федерации» (Yakovlev v. Russia) от 15 марта 2005 г., жалоба № 72701/01 <1>, § 21).
<1> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека», № 10/2005.
21. Европейский Суд отмечает, что ГПК РФ предусматривает проведение устных слушаний в суде кассационной инстанции и что юрисдикция кассационных судов не ограничена вопросами права, они также могут рассматривать вопросы факта. Однако явка сторон не считается обязательной, и в случае неявки стороны без уважительной причины — если она была надлежащим образом извещена — суд может продолжить рассмотрение кассационной жалобы. Анализ положений законодательства Российской Федерации, касающихся вручения повесток о явке в суд, позволяет предположить, что, какой бы способ уведомления сторон ни был избран, внутригосударственные суды должны обладать доказательствами получения судебного извещения адресатом, иначе слушание должно быть отложено.
22. Обращаясь к обстоятельствам настоящего дела, Европейский Суд отмечает, что власти Российской Федерации предоставили копию письма с судебным извещением, направленную заявителю 30 декабря 2004 г. Власти Российской Федерации не предоставили уведомление о вручении или иное аналогичное доказательство того, что судебное извещение было получено заявителем вовремя. Принимая во внимание это обстоятельство, Европейский Суд не убежден в том, что власти Российской Федерации известили заявителя о судебном слушании, состоявшемся 8 февраля 2005 г., таким образом, чтобы гарантировать заявителю возможность участия в судебном заседании и подготовки к нему.
23. Европейский Суд отмечает, что из содержания кассационного определения от 8 февраля 2005 г. не следует, что суд кассационной инстанции исследовал вопрос о том, был ли заявитель надлежащим образом вызван в суд, и если не был, то не следовало ли отложить заседание и отправить новое судебное извещение заявителю. Следовательно, власти Российской Федерации не смогли продемонстрировать, что они предприняли разумные меры по надлежащему извещению заявителя о дате рассмотрения его жалобы (см. иной вывод в Решении Европейского Суда по делу «Бабунидзе против Российской Федерации» (Babunidze v. Russia) от 15 мая 2007 г., жалоба № 3040/03). При таких обстоятельствах Европейский Суд считает, что заявителю не была предоставлена возможность присутствовать на слушании его дела судом кассационной инстанции. От внимания Европейского Суда также не ускользает и тот факт, что другая сторона процесса присутствовала на заседании и давала пояснения. Участие другой стороны в судебном заседании предоставило ей возможность изложить свои аргументы по кассационной жалобе заявителя. Заявитель не был ознакомлен с этими доводами и не мог дать по ним свои объяснения.
24. Европейский Суд обращает внимание на то, что он неоднократно устанавливал нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции в делах, поднимающих вопросы, аналогичные тем, которые являются центральными в настоящем деле (см., в частности, упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Яковлев против Российской Федерации», §§ 19 и последующие, Постановление Европейского Суда по делу «Грошев против Российской Федерации» (Groshev v. Russia) от 20 октября 2005 г., жалоба № 69889/01 <1>, §§ 27 и последующие, Постановление Европейского Суда по делу «Мокрушина против Российской Федерации» (Mokrushina v. Russia) от 5 октября 2006 г., жалоба № 23377/02 <2>, §§ 20 и последующие, Постановление Европейского Суда по делу «Прокопенко против Российской Федерации» (Prokopenko v. Russia) от 3 мая 2007 г., жалоба № 8630/03 <3>, §§ 17 и последующие, Постановление Европейского Суда по делу «Субботкин против Российской Федерации» (Subbotkin v. Russia) от 12 июня 2008 г., жалоба № 837/03, §§ 18 и последующие, Постановление Европейского Суда по делу «Литвинова против Российской Федерации» (Litvinova v. Russia) от 14 ноября 2008 г., жалоба № 34489/05 <4>, §§ 15 и последующие, а также Постановление Европейского Суда по делу «Шандров против Российской Федерации» (Shandrov v. Russia) от 15 марта 2011 г., жалоба № 15093/05 <5>, §§ 28 и последующие).
<1> Опубликовано в «Бюллетене Европейского Суда по правам человека», № 5/2006.
25. Рассмотрев предоставленные материалы, Европейский Суд отмечает, что власти Российской Федерации не представили фактов или доводов, вынуждающих сделать иное заключение в настоящем деле. Установлено, что заявитель был лишен возможности явиться в заседание суда кассационной инстанции и изложить свои доводы в ходе состязательного процесса.
26. Следовательно, имело место нарушение права заявителя на справедливое судебное разбирательство, предусмотренное пунктом 1 статьи 6 Конвенции.
II. Иные предполагаемые нарушения Конвенции
27. Европейский Суд изучил остальную часть жалобы заявителя. Однако, принимая во внимание документы, имеющиеся в его распоряжении, а также в той части, в которой обжалуемые факты подпадают под его компетенцию, Европейский Суд считает, что жалоба не содержит каких-либо признаков нарушения прав и свобод, установленных Конвенцией или Протоколами к ней. Таким образом, эта часть жалобы должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии с подпунктом «a» пункта 3 и пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
III. Применение статьи 41 Конвенции
28. Статья 41 Конвенции предусматривает:
«Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
29. Заявитель требовал 158 900 евро в качестве компенсации материального ущерба, что составляет утрату дохода в период между 2003 и 2010 годами. Он также требовал 500 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
30. Власти Российской Федерации оспорили данные требования.
31. Европейский Суд не усматривает непосредственной связи между установленным нарушением и предполагаемым материальным ущербом, соответственно, он отклоняет это требование заявителя. В то же время Европейский Суд присуждает заявителю 1 500 евро в качестве компенсации морального вреда.
B. Судебные расходы и издержки
32. Заявитель также требовал 900 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных им в связи с внутригосударственным судебным разбирательством и обращением в Европейский Суд.
33. Власти Российской Федерации оспорили данные требования.
34. Европейский Суд, принимая во внимание документы, имеющиеся в его распоряжении, а также свою прецедентную практику, считает разумным присудить заявителю 100 евро в качестве возмещения всех судебных расходов и издержек.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
35. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО
-
признал жалобу на необеспечение внутригосударственными судами возможности эффективного участия заявителя в судебном заседании 8 февраля 2005 г., на котором рассматривалась его кассационная жалоба, приемлемой, остальную часть жалобы — неприемлемой;
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
(a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу выплатить заявителю следующие суммы, подлежащие переводу в рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты:
(i) 1 500 евро (одну тысячу пятьсот евро), а также любой налог, подлежащий начислению на указанную сумму, в качестве компенсации морального вреда;
(ii) 100 евро (сто евро), а также любой налог, подлежащий начислению на указанную сумму, в качестве компенсации судебных расходов и издержек;
(b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента окончательной выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 9 октября 2012 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF VOROBYEV v. RUSSIA (Application No. 15722/05)
<*> This judgment is final but it may be subject to editorial revision.
In the case of Vorobyev v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Committee composed of:
Linos-Alexandre Sicilianos, President,
and André Wampach, Deputy Section Registrar,
Having deliberated in private on 18 September 2012,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 15722/05) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a Russian national, Mr Viktor Nikolayevich Vorobyev («the applicant»), on 11 April 2005.
2. The Russian Government («the Government») were represented by Mr G. Matyushkin, the Representative of the Russian Federation at the Court.
3. On 30 January 2009 the application was communicated to the Government.
THE FACTS
I. The circumstances of the case
4. The applicant was born in 1955 and lives in Yugorsk, a town in the Tyumen region.
5. On 29 May 2002 the applicant brought a court action against his former employer seeking compensation for damage to health related to professional hardship.
6. On 29 November 2004 Yugorskiy District Court (Khanty-Mansiyskiy Region) dismissed his claim as manifestly ill-founded.
7. On 14 December 2004 the applicant lodged an appeal against the judgment of 29 November 2004.
8. According to the Government, on 30 December 2004 the District Court sent a letter to the applicant informing him that the appeal hearing had been scheduled for 8 February 2005.
9. On 8 February 2005 the Khanty-Mansiyskiy Regional Court held a hearing which the applicant did not attend. The adverse party's representative attended the hearing and made submissions. The Regional Court upheld the judgment of 29 November 2004.
10. On an unspecified date the applicant applied for a supervisory review of the appeal decision of 8 February 2005.
11. By a decision of 14 March 2005 a judge of the Regional Court refused to examine his application on the grounds that the enclosed copy of the appeal decision of 8 February 2005 had not been certified by the relevant court.
II. Relevant domestic law
12. For a summary of relevant domestic law, as worded at the material time, see Gusak v. Russia (No. 28956/05, § 20, 7 June 2011).
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 of the Convention
13. The applicant complained under Article 6 § 1 of the Convention that the appeal proceedings of 8 February 2005 had not been adversarial because he had not been provided with an effective opportunity to attend the appeal hearing of 8 February 2005 and to comment on the submissions of the adverse party. Relevant part of Article 6 reads as follows:
«In the determination of his civil rights and obligations... everyone is entitled to a fair and public hearing... by [a]... tribunal...»
A. Admissibility
14. The Government submitted that the applicant had not exhausted domestic remedies in respect of the above complaint. In particular, he did not lodge the second application for supervisory review of the appeal decision of 8 February 2005.
15. The applicant did not make any comments in that respect.
16. The Court has previously found that a supervisory review exercised under the Code of Civil Procedure in force since 1 February 2003 could not be considered an effective remedy within the meaning of Article 35 § 1 of the Convention (see Denisov v. Russia, (dec.), No. 33408/03, 6 May 2004). It follows that the Government's objection as to non-exhaustion of domestic remedies must be dismissed.
17. The Court notes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 (a) of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
18. The Government claimed that the applicant's right to a public hearing was not violated. The applicant had taken part in the examination of his case by the first-instance court. He had been duly notified of the appeal hearing of 8 February 2005. The summons had been sent to him on 30 December 2004. However, the applicant did not appear at that hearing and did not inform the appeal court of the reasons of his absence. Therefore, the appeal court decided to examine the applicant's appeal in his absence. The Government submitted that the issues to be examined by the appeal court were not such as to require the applicant's personal presence at the hearing.
19. The applicant maintained his complaint.
20. The Court reiterates that the entitlement to a «public hearing» in Article 6 § 1 necessarily implies a right to an «oral hearing» (see Fredin v. Sweden (No. 2), 23 February 1994, §§ 21 — 22, Series A No. 283-A). The right to a public hearing would be devoid of substance if a party to the case were not apprised of the hearing in such a way so as to have an opportunity to attend it, should he or she decide to exercise the right to appear established in the domestic law (see Yakovlev v. Russia, No. 72701/01, § 21, 15 March 2005).
21. The Court observes that the Russian Code of Civil Procedure, as worded at the material time, provided for oral hearings before courts of appeal and that the jurisdiction of appellate courts was not limited to matters of law but also extended to factual issues. However, the parties' attendance was not mandatory and, if a party did not appear at the hearing without a valid reason after it had been duly notified thereof, the court could proceed with the examination of the appeal. The analysis of the provisions of Russian law on the service of court summons suggests that, whichever specific form of the parties' notification is chosen, the domestic courts should be in possession of evidence confirming the receipt of such notification by the addressee; otherwise the hearing is to be adjourned.
22. Turning to the circumstances of the present case the Court observes that the Government provided a copy of the notification letter sent to the applicant on 30 December 2004. However, the Government did not present any evidence, such as acknowledgment of receipt or similar, showing that the summons had reached the applicant in good time. In these circumstances the Court is not persuaded that the domestic authorities had notified the applicant of the appeal hearing of 8 February 2005 in such a way as to provide him with an opportunity to attend it and prepare his case.
23. The Court further observes that there is nothing in the text of the appeal decision of 8 February 2005 to suggest that the appeal court examined whether the applicant had been duly summoned to the hearing, and if he had not, whether the examination of the appeal should have been adjourned and new summons sent to the applicant. It follows that the domestic authorities failed to demonstrate that they had taken a reasonable effort to duly summon the applicant to the hearing (see by contrast Babunidze v. Russia (dec.), No. 3040/03, 15 May 2007). In these circumstances the Court considers that the applicant was not provided with an opportunity to appear at the appeal hearing of his case. The Court also does not lose sight of the fact that the other party took part in the appeal hearing and made oral submissions. The participation in the hearing enabled the other party to submit observations on the applicant's appeal submissions. Those observations were not communicated to the applicant and he could not comment on them.
24. The Court points out that it has frequently found violations of Article 6 § 1 of the Convention in cases raising issues similar to the one in the present case (see, among other authorities, Yakovlev, cited above, §§ 19 et seq.; Groshev v. Russia, No. 69889/01, §§ 27 et seq., 20 October 2005; Mokrushina v. Russia, No. 23377/02, §§ 20 et seq., 5 October 2006; Prokopenko v. Russia, No. 8630/03, §§ 17 et seq., 3 May 2007; Subbotkin v. Russia, No. 837/03, §§ 18 et seq., 12 June 2008; Litvinova v. Russia, No. 34489/05, §§ 15 et seq., 14 November 2008 and Shandrov v. Russia, No. 15093/05, §§ 28 et seq., 15 March 2011).
25. Having examined the materials in its possession, the Court notes that the Government have not put forward any fact or argument capable of persuading it to reach a different conclusion in the present case. It has been established that the applicant was deprived of an effective opportunity to attend the appeal hearing and plead his case in adversarial proceedings.
26. It follows that there has been a violation of the applicant's right to a fair hearing under Article 6 § 1 of the Convention.
II. Other alleged violations of the Convention
27. The Court has examined the remainder of the complaints raised by the applicant. However, in the light of the material in its possession, and in so far as the matters complained of are within its competence, the Court finds that they do not disclose any appearance of a violation of the rights and freedoms set out in the Convention or its Protocols. It follows that this part of the application must be rejected as being manifestly ill-founded, pursuant to Article 35 §§ 3 (a) and 4 of the Convention.
III. Application of Article 41 of the Convention
28. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
29. The applicant claimed 158,900 euros (EUR) in respect of pecuniary damage which represented his loss income over a period between 2003 and 2010. He also claimed EUR 500,000 in respect of non-pecuniary damage.
30. The Government contested those claims.
31. The Court does not discern any causal link between the violation found and the pecuniary damage alleged; it therefore rejects this claim. On the other hand, it awards the applicant EUR 1,500 in respect of non-pecuniary damage.
B. Costs and expenses
32. The applicant also claimed EUR 900 for the costs and expenses incurred before the domestic courts and before the Court.
33. The Government contested those claims.
34. Regard being had to the documents in its possession and to its case-law, the Court considers it reasonable to award the sum of EUR 100 covering costs under all heads.
C. Default interest
35. The Court considers it appropriate that the default interest rate should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares admissible the complaint concerning the domestic courts' failure to provide the applicant with an effective opportunity to attend the appeal hearing of 8 February 2005 and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention;
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months, the following amounts, to be converted into the currency of the respondent State at the rate applicable at the date of settlement:
(i) EUR 1,500 (one thousand five hundred euros), plus any tax that may be chargeable, in respect of non-pecuniary damage;
(ii) EUR 100 (one hundred euros), plus any tax that may be chargeable to the applicant, in respect of costs and expenses;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
4. Dismisses the remainder of the applicant's claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 9 October 2012, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.