Постановление ЕСПЧ от 20.10.2005
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 20.10.2005. 69889/01. 20.10.2005. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6988901
«Дело „Грошев (Groshev) против Российской Федерации“ (жалоба № 69889/01) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ГРОШЕВ (GROSHEV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» (Жалоба № 69889/01)
<*> Перевод предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
По делу «Грошев против Российской Федерации» Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая 29 сентября 2005 г. за закрытыми дверями,
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 69889/01), поданной 31 января 2001 г. в Европейский суд против Российской Федерации гражданином России Юрием Васильевичем Грошевым (далее — заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Власти Российской Федерации в Европейском суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
3. 27 сентября 2004 г. Европейский суд решил коммуницировать жалобу властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.
4. Власти Российской Федерации возражали против одновременного рассмотрения жалобы по вопросу приемлемости и по существу. Европейский суд рассмотрел это возражение и отклонил его.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
5. Заявитель — 1941 года рождения, проживает в г. Климовске Московской области.
6. В феврале 1999 года заявитель подал заявление в Пресненский районный суд г. Москвы против Управления здравоохранения Московской области с требованием объявить недействительной некоторую информацию из его истории болезни. Оспариваемая информация касалась уровня недееспособности заявителя и могла повлиять на его трудовой статус.
7. 1 сентября 1999 г. Пресненский районный суд г. Москвы в присутствии сторон оставил без удовлетворения заявление заявителя.
8. 10 сентября 1999 г. заявитель подал кассационную жалобу на решение Пресненского районного суда г. Москвы. Впоследствии судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы было назначено на 28 марта 2000 г.
9. 20 марта 2000 г. заявителя поместили в городскую больницу г. Климовска ввиду обострения его заболевания. 27 марта 2000 г. знакомый заявителя направил от его имени телеграмму в Московский городской суд с просьбой отложить судебное заседание. Власти Российской Федерации отрицали, что такая телеграмма была направлена.
10. 28 марта 2000 г. судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда отложила судебное разбирательство на 4 апреля 2000 г. Власти Российской Федерации утверждали, что судебное заседание было перенесено по причине того, что информация о том, что заявитель был надлежащим образом уведомлен, отсутствовала.
11. 30 марта 2000 г. Московский городской суд направил заявителю по почте повестку на судебное заседание, назначенное на 4 апреля 2000 г. Согласно почтовой отметке на конверте, письмо поступило в адрес заявителя 5 апреля 2000 г.
12. 4 апреля 2000 г. судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда оставила кассационную жалобу без удовлетворения. Обе стороны на судебном заседании отсутствовали.
13. 7 апреля 2000 г. заявитель выписался из больницы.
14. 31 августа 2000 г. Московский городской суд проинформировал заявителя о том, что его кассационная жалоба была оставлена без удовлетворения 4 апреля 2000 г.
II. Применимое национальное законодательство
15. Гражданский процессуальный кодекс РСФСР от 11 июля 1964 г. (действовавший на момент событий) предусматривал, что судебные повестки должны вручаться сторонам и их представителям таким образом, чтобы у них было достаточно времени, чтобы явиться на судебное заседание и подготовить к нему свою позицию по делу. При необходимости стороны могли вызываться в суд по телефону или телеграммой (статья 106).
16. Повестки в суд направлялись почтой или курьером и вручались лицу, являвшемуся стороной по делу (статьи 108 и 109).
17. Если сторона по делу не являлась на судебное заседание и не было подтверждения тому, что она надлежащим образом уведомлена о судебном заседании, судебное заседание должно было быть отложено (статья 299).
18. Суд кассационной инстанции выносил свои решения на основании тех же положений законодательства, что и суд первой инстанции (статья 304). Суд при этом на последнем заседании должен огласить резолютивную часть своего решения и объявить дату, когда стороны смогут получить полный текст решения (статья 203).
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
19. Заявитель жаловался на то, что рассмотрение его кассационной жалобы без предоставления ему эффективной возможности явиться на судебное заседание нарушило его право на справедливое судебное разбирательство, гарантируемое пунктом 1 статьи 6 Конвенции, который гласит:
«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...».
A. Приемлемость жалобы
20. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель не подал свою жалобу до 4 октября 2000 г., то есть в шестимесячный срок с момента вынесения окончательного судебного решения по его делу. Даже если предположить, что заявитель узнал о вынесении определения судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда только 31 августа 2000 г., у него было более одного месяца для подачи жалобы в Европейский суд. В любом случае то, что заявитель своевременно не узнал о вынесении определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда, произошло полностью по вине самого заявителя. Заявитель был выписан из больницы 7 апреля 2000 г., но не делал никаких попыток узнать о содержании судебного решения до августа 2000 года.
21. Заявитель возразил, что Московский городской суд надлежащим образом не проинформировал его о ходе рассмотрения его кассационной жалобы.
22. Европейский суд напомнил свою прецедентную практику, согласно которой функция и цель пункта 1 статьи 35 Конвенции достигаются наилучшим образом при исчислении шестимесячного срока с даты вручения составленного в письменной форме судебного решения по делам, в которых заявитель в соответствии с национальным законодательством имеет право на получение ex officio копии окончательного судебного решения независимо оттого, было ли оно до этого оглашено (см. Постановление Европейского суда по делу «Соареш Фернандеш против Португалии» (Soares Fernandes v. Portugal) от 8 апреля 2004 г., жалоба № 59017/00, § 15 и 17; и Решение Европейского суда по делу «Сухорубченко против Российской Федерации» (Sukhorubchenko v. Russia) от 15 января 2004 г., жалоба № 69315/01).
23. Европейский суд отметил, что дата вручения полного текста кассационного определения должна была быть определена во время заседания суда кассационной инстанции (см. выше § 18). Власти Российской Федерации не указали такую дату, которая была установлена при оглашении определения. Они также не утверждали, что копия кассационного определения была вручена заявителю до 31 августа 2000 г. или что с ней можно было ознакомиться в секретариате суда до этой даты. Таким образом, Европейский суд признал, что впервые заявитель получил копию кассационного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда 31 августа 2000 г. Поскольку заявитель подал свою жалобу в Европейский суд в шестимесячный срок с этой даты, жалоба была подана своевременно. На этих основаниях Европейский суд отклонил предварительные возражения властей Российской Федерации.
24. Европейский суд отметил, что жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее Европейский суд отметил, что не является она неприемлемой и по иным основаниям. Таким образом, жалоба должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
B. Существо жалобы
25. Власти Российской Федерации утверждали, что доводы кассационной жалобы заявителя не содержали новой информации по делу, которая могла бы привести к отмене решения суда первой инстанции. Участие заявителя в рассмотрении кассационной жалобы не было обязательным, поскольку суд кассационной инстанции мог рассмотреть дело на основании материалов дела и представленных заявителем письменных доводов.
26. Заявитель утверждал, что он был поздно уведомлен о дате судебного заседания в Московском городском суде, и, таким образом, он был лишен эффективной возможности быть заслушанным судом.
27. Европейский суд напомнил, что обязательство в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Конвенции о проведении публичных слушаний по делу не является абсолютным. Так, слушания могут не проводиться, если сторона прямо отказалась от своего права на участие в нем и отсутствуют вопросы общественного интереса, которые бы требовали проведения слушания. Отказ может быть сделан прямо или по умолчанию, в последнем случае, например, посредством ненаправления или неподтверждения ходатайства об участии в слушании (см., среди прочих прецедентов, Постановление Европейского суда по делу «Хаканссон и Стурессон против Швеции» (Hakansson and Sturesson v. Sweden) от 21 февраля 1990 г., Series A, № 171 A, § 66; и Постановление Европейского суда по делу «Шулер-Цграгген против Швейцарии» (Schuler-Zgraggen v. Switzerland) от 24 июня 1993 г., Series A, № 263, § 58).
28. Европейский суд установил, что на момент событий российское гражданское процессуальное законодательство предусматривало проведение слушаний в суде кассационной инстанции. Однако явка сторон не была обязательной, и если сторона не являлась на судебное заседание без уважительной причины, будучи при этом надлежащим образом уведомленной, суд мог продолжить рассмотрение кассационной жалобы. Европейский суд счел, что данные положения сами по себе не являются противоречащими гарантиям справедливого судебного разбирательства пункта 1 статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу «Яковлев против Российской Федерации» (Yakovlev v. Russia) от 15 марта 2005 г., жалоба № 72701/01, § 20).
29. Далее Европейский суд напомнил, что Конвенция направлена на гарантирование не тех прав, которые являются теоретическими или иллюзорными, а прав практических и эффективных. Европейский суд счел, что право на справедливое и публичное судебное разбирательство было бы лишено его сущности, если бы сторона дела не была проинформирована о судебном заседании таким образом, чтобы иметь возможность явиться на него, если бы ею было принято решение воспользоваться правом участвовать в судебном заседании, гарантируемым национальным законодательством (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Яковлев против Российской Федерации», § 21).
30. Возвращаясь к настоящему делу, Европейский суд счел, что согласно почтовой отметке заявитель получил повестку через день после того, как состоялось судебное заседание. Власти Российской Федерации не отрицали, что повестка не была доставлена заявителю своевременно. Европейский суд также отметил, что ничто в кассационном определении не указывает на то, что суд кассационной инстанции рассмотрел вопрос о том, был ли заявитель надлежащим образом уведомлен, а если нет, то вопрос о том, есть ли необходимость в переносе судебного заседания по рассмотрению кассационной жалобы.
31. Следовательно, имело место нарушение права заявителя на справедливое судебное разбирательство, гарантируемое пунктом 1 статьи 6 Конвенции.
II. Другие предполагаемые нарушения Конвенции
32. Заявитель также жаловался, ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции, на то, что национальные суды не соблюли процессуальные сроки рассмотрения дела на всех стадиях судебного разбирательства и что они дали произвольную оценку доказательствам и доводам заявителя.
33. Европейский суд напомнил, что соблюдение национального законодательства — это лишь один из аспектов оценки соблюдения требования «разумного срока» судебного разбирательства пункта 1 статьи 6 Конвенции. В настоящем деле нельзя сделать вывод, что общая длительность судебного разбирательства, составлявшая один год и шесть месяцев, превышала «разумный срок». Относительно части жалобы об оценке доказательств Европейский суд напомнил, что статья 6 Конвенции не устанавливает критериев допустимости доказательств или того, каким образом они должны оцениваться, что является, прежде всего, предметом регулирования национального законодательства и задачей национальных судов. Принимая во внимание факты по делу, представленные заявителем, Европейский суд не усмотрел признаков нарушения данного положения Конвенции.
34. Следовательно, данная часть жалобы является явно необоснованной и должна быть отклонена в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.
III. Применение статьи 41 Конвенции
35. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
36. Заявитель не представил своих требований о справедливой компенсации. Соответственно, Европейский суд счел, что он не должен присуждать ему денежные суммы в связи с этим.
-
объявил часть жалобы на несвоевременное уведомление заявителя о судебном заседании в суде кассационной инстанции приемлемой, а остальную часть жалобы неприемлемой;
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
-
постановил не присуждать заявителю компенсацию на основании статьи 41 Конвенции.
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 20 октября 2005 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 Правила 77 Регламента Суда.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF GROSHEV v. RUSSIA (Application No. 69889/01)
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Groshev v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
and Mr S. Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 29 September 2005,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 69889/01) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a Russian national, Mr Yuriy Vasilyevich Groshev, on 31 January 2001.
2. The Russian Government («the Government») were represented by their Agent, Mr P. Laptev, Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. On 27 September 2004 the Court decided to communicate the application to the Government. Under the provisions of Article 29 § 3 of the Convention, it decided to examine the merits of the application at the same time as its admissibility.
4. The Government objected to the joint examination of the admissibility and merits of the application. The Court examined their objection and dismissed it.
THE FACTS
I. The circumstances of the case
5. The applicant was born in 1941 and lives in Klimovsk in the Moscow Region.
6. In February 1999 the applicant brought an action against the Moscow Region health department, seeking to declare invalid some data in his medical records. The disputed information related to the applicant's degree of disability and affected his pension entitlement and fitness for work.
7. On 1 September 1999 the Presnenskiy District Court of Moscow dismissed the applicant's claims.
8. On 10 September 1999 the applicant filed an appeal. The appeal hearing was listed for 28 March 2000.
9. On 20 March 2000 the applicant was admitted to a hospital for inpatient treatment. On 27 March 2000 his acquaintance asked the Moscow City Court, by a telegram sent on the applicant's behalf, for an adjournment of the hearing. The Government denied that the telegram had been sent.
10. On 28 March 2000 the Moscow City Court adjourned the appeal hearing until 4 April 2000. The Government submitted that the hearing had been adjourned because there had been no information that the applicant had been duly summoned.
11. On 30 March 2000 the Moscow City Court mailed to the applicant a new summons for the hearing listed for 4 April. According to the postmark, it reached the applicant's address on 5 April.
12. On 4 April 2000 the Moscow City Court examined the appeal and rejected it. Neither party was present.
13. On 7 April 2000 the applicant left the hospital.
14. On 31 August 2000 the Moscow City Court informed the applicant that his appeal had been rejected on 4 April 2000.
II. Relevant domestic law
15. The RSFSR Code of Civil Procedure of 11 June 1964 (in force at the material time) provided that a summons was to be served on the parties and their representatives in such a way that they would have enough time to appear at the hearing and prepare their case. Where necessary, the parties could be summoned by a phone call or a telegram (Article 106).
16. Court summonses were to be sent by mail or by courier and served on the person who was a party to the case (Articles 108 and 109).
17. If a party to the case failed to appear and there was no evidence that the party had been duly summoned, the hearing had to be adjourned (Article 299).
18. The appeal court delivered its judgment in accordance with the rules established for the first-instance courts (Article 304). The court was required to announce the operative part of its decision in the final hearing and to indicate the date when the parties would be able to take cognisance of the entire text of the judgment (Article 203).
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 § 1 of the Convention
19. The applicant complained that the examination of the appeal without giving him an effective opportunity to attend violated his right to a fair hearing under Article 6 § 1 of the Convention, which reads as follows:
«In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a fair... hearing... by [a]... tribunal...»
A. Admissibility
20. The Government submitted that the applicant had failed to introduce the application before 4 October 2000, that is within six months after the final judgment had been made. Even assuming that he only took cognisance of the City Court's decision on 31 August 2000, he still had more than a month to lodge the application. In any event, the failure to take cognisance of the City Court's decision is entirely attributable to the applicant's own conduct. He left the hospital on 7 April 2000 but made no inquiries about the contents of the decision until August 2000.
21. The applicant responded that the Moscow City Court had failed in its duty to inform him of the developments in the proceedings.
22. The Court recalls its constant case-law, according to which the object and purpose of Article 35 § 1 of the Convention are best served by counting the six-month period as running from the date of service of the written judgment in cases where the applicant is entitled, pursuant to domestic law, to be served ex officio with a written copy of the final domestic decision, irrespective of whether that judgment was previously delivered orally (see Soares Fernandes v. Portugal, No. 59017/00, §§ 15 and 17, 8 April 2004; Sukhorubchenko v. Russia (dec.), No. 69315/01, 15 January 2004).
23. The Court notes that the date of delivery of the complete text of the appeal judgment was to be determined at the appeal hearing (see paragraph 18 above). The Government did not indicate the date that had been fixed as the delivery date. Nor did they claim that a copy of the appeal judgment had been served on the applicant before 31 August 2000 or that it had been available for inspection at the registry on an earlier date. The Court accepts therefore that the applicant first obtained the appeal judgment of the Moscow City Court on 31 August 2000. As he lodged the application with the Court within six months of that date, the application was introduced in time. For these reasons, the Court dismisses the Government's objection.
24. The Court notes that the complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
25. The Government claimed that the applicant's points of appeal had not contained any information that could have led to the quashing of the first-instance judgment. The applicant's presence was not indispensable as the appeal court could decide on the basis of the case-file and his written submissions.
26. The applicant maintained that he had been apprised of the appeal hearing before the City Court in a belated fashion and that he had been denied an effective opportunity to be heard.
27. The Court reiterates that the obligation under Article 6 § 1 to hold a public hearing is not an absolute one. Thus, a hearing may be dispensed with if a party unequivocally waives his or her right thereto and there are no questions of public interest making a hearing necessary. A waiver can be done explicitly or tacitly, in the latter case for example by refraining from submitting or maintaining a request for a hearing (see, among other authorities, {Hakansson} and Sturesson v. Sweden, judgment of 21 February 1990, Series A No. 171-A, § 66; and Schuler-Zgraggen v. Switzerland, judgment of 24 June 1993, Series A No. 263, § 58).
28. The Court observes that at the material time the Russian rules of civil procedure provided for an oral hearing before the appeal court. However, the parties' attendance was not mandatory and, if a party did not appear at the hearing without a valid reason after it had been duly notified thereof, the court could proceed with the examination of the appeal. The Court considers that these provisions were not, in themselves, incompatible with the fair trial guarantees of Article 6 § 1 (see Yakovlev v. Russia, No. 72701/01, § 20, 15 March 2005).
29. The Court further recalls that the Convention is intended to guarantee not rights that are theoretical or illusory but rights that are practical and effective. It considers that the right to a fair and public hearing would be devoid of substance if a party to the case were not apprised of the hearing in such a way so as to have an opportunity to attend it, should he or she decide to exercise the right to appear guaranteed in the domestic law (see Yakovlev, cited above, § 21).
30. Turning to the present case, the Court observes that, according to the postmark, the applicant received the summons for the appeal hearing one day after it had taken place. The Government did not deny that the summons had not reached the applicant on time. The Court also notes that there is nothing in the appeal judgment to suggest that the appeal court examined the question whether the applicant had been duly summoned and, if he had not, whether the examination of the appeal should have been adjourned.
31. It follows that there was a violation of the applicant's right to a fair hearing enshrined in Article 6 § 1 of the Convention.
II. Other alleged violations of the Convention
32. The applicant also complained under Article 6 § 1 of the Convention that the domestic courts had not complied with the procedural time-limits at all stages of the proceedings and that they had given an arbitrary assessment of evidence and of his arguments.
33. The Court recalls that the observance of domestic time-limits is only one of the aspects for its assessment of compliance with the «reasonable time» requirement of Article 6 § 1. In the present case the global duration of the proceedings, which lasted one year and six months, cannot be said to have exceeded a «reasonable time». As to the complaint concerning the assessment of evidence, the Court reiterates that Article 6 does not lay down any rules on the admissibility of evidence or the way it should be assessed, which are therefore primarily matters for regulation by national law and the national courts. Having regard to the facts, as submitted by the applicant, the Court finds no appearance of a violation of that provision.
34. It follows that this part of the application is manifestly ill-founded and must be rejected in accordance with Article 35 §§ 3 and 4 of the Convention.
III. Application of Article 41 of the Convention
35. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
36. The applicant did not submit a claim for just satisfaction. Accordingly, the Court considers that there is no call to award him any sum on that account.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the complaint concerning the domestic authorities' failure to apprise the applicant of the appeal hearing in good time, admissible and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention;
3. Decides not to make an award under Article 41 of the Convention.
Done in English, and notified in writing on 20 October 2005, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.