Решение ЕСПЧ от 23.09.2014

«Дело „Михаил Сергеевич Димов (Mikhail Sergeyevich Dimov) против Российской Федерации“ (жалоба № 7427/06)»

[неофициальный перевод] <1>

---

<1> Перевод с английского ООО «Развитие правовых систем».

По делу «Михаил Сергеевич Димов против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая 23 сентября 2014 г. Комитетом в составе:

Ханлара Гаджиева, Председателя Комитета Суда,

Эрика Мезе,

Дмитрия Дедова, судей,

а также при участии Серена Пребенсена, исполняющего обязанности заместителя Секретаря Секции Суда,

принимая во внимание указанную жалобу, поданную 11 января 2006 г.,

принимая во внимание представленные властями Российской Федерации одностороннюю декларацию и ходатайство о прекращении производства по жалобе,

рассмотрев дело,

вынес следующее Решение:

ФАКТЫ И ПРОЦЕДУРА

1. Заявитель, Михаил Сергеевич Димов, является гражданином Российской Федерации 1970 года рождения, проживавшим до его осуждения в г. Нижнем Тагиле Свердловской области.

2. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде Г.О. Матюшкиным.

3. Заявитель обжаловал, среди прочего, ненадлежащие условия содержания его под стражей и предположительно чрезмерно длительное рассмотрение его уголовного дела.

4. 17 июня 2010 г. власти Российской Федерации были официально уведомлены о жалобе.

5. В письме от 14 марта 2011 г. заявитель сообщил Европейскому Суду следующее:

«Представители властей Российской Федерации вызвали меня в отдел внутренних дел для беседы относительно подачи мной жалобы в Европейский Суд.»

Из заданных мне вопросов я понял, что [власти] Российской Федерации пытались оказать на меня давление и вынудить меня забрать поданную в международный суд жалобу.

...

Представители властей Российской Федерации сказали мне, что [жалоба] не имела перспектив на положительное решение Европейского Суда».

6. 30 марта 2011 г. Европейский Суд предложил властям Российской Федерации представить дополнительный меморандум по вопросу о том, имело ли место в свете содержания упомянутого письма заявителя вмешательство со стороны властей Российской Федерации в эффективное осуществление заявителем его права на подачу жалобы согласно статье 34 Конвенции. В письме от 27 апреля 2011 г. власти Российской Федерации утверждали, что заявитель не уточнил название отдела внутренних дел, имена сотрудников органов внутренних дел или иных лиц, которые, предположительно пытались на него повлиять, а также не указал даты и примерное время, когда на него оказывали такое воздействие. Поэтому, власти Российской Федерации полагали жалобы заявителя недостоверными и надуманными по своей природе.

ПРАВО

A. Жалобы на бесчеловечные или унижающие достоинство условия содержания под стражей и чрезмерную длительность производства по уголовному делу

7. Заявитель утверждал, что условия содержания в следственном изоляторе ИЗ-66/1 г. Екатеринбурга являлись бесчеловечным и унижающим достоинство обращением, запрещенным статьей 3 Конвенции, которая звучит следующим образом:

«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

8. Заявитель также обжаловал то обстоятельство, что рассмотрение его уголовного дела, которое продолжалось более семи лет, являлись чрезмерно длительным в нарушение гарантии «разумного срока», предусмотренной пунктом 1 статьи 6 Конвенции.

9. Письмом от 17 января 2014 г. власти Российской Федерации уведомили Европейский Суд, они намеревались представить одностороннюю декларацию с целью разрешения вопросов, затронутых в жалобе. Власти Российской Федерации также просили Европейский Суд прекратить производство по жалобе в соответствии со статьей 37 Конвенции.

10. В указанной декларации власти Российской Федерации признали нарушения статьи 3 и пункта 1 статьи 6 Конвенции, как они были изложены заявителем, и выразили готовность выплатить заявителю 20 125 евро в качестве справедливой компенсации.

11. В декларации также указано следующее:

«Таким образом, власти предлагают Европейскому Суду прекратить производство по данной жалобе. Они предполагают, что настоящая декларация может быть принята Европейским Судом как „любая иная причина“, оправдывающая прекращение производства по жалобе, как указано в подпункте „c“ пункта 1 статьи 37 Конвенции.»

Указанная денежная сумма, которая покрывает любой материальный ущерб или моральный вред, а также судебные расходы и издержки, будет свободна от любых налогов, которые могут быть на нее начислены. Она будет подлежать выплате в течение трех месяцев с даты уведомления о Решении Европейского Суда в соответствии с пунктом 1 статьи 37 Конвенции. В случае невыплаты указанной суммы в трехмесячный срок власти Российской Федерации обязуются выплатить простой процент на указанную сумму, начисляемый с даты истечения указанного трехмесячного срока и до произведения окончательной выплаты и в размере предельной годовой кредитной ставки Европейского центрального банка, существующей на период невыплаты, плюс три процентных пункта.

Выплата указанной суммы будет являться окончательным разрешением дела по существу».

12. Заявителю было предложено представить свои замечания на одностороннюю декларацию властей Российской Федерации, если он этого хотел, однако заявитель не сделал этого.

13. Европейский Суд повторяет, что статья 37 Конвенции закрепляет, что Европейский Суд может на любом этапе производства по делу принять решение прекращении производства по жалобе, если обстоятельства дела приводят Европейский Суд к одному из выводов, перечисленных в подпунктах «a», «b» или «c» пункта 1 указанной статьи. В частности, подпункт «c» пункта 1 статьи 37 Конвенции позволяет Европейскому Суду прекратить производство по жалобе:

«...по любой другой причине, установленной Судом, если дальнейшее рассмотрение жалобы является неоправданным».

14. В этой связи Европейский Суд тщательно рассмотрит декларацию властей Российской Федерации в свете принципов, установленных в его прецедентной практике, и, в частности, в Постановлении по делу «Тахсин Аджар против Турции» (Tahsin Acar v. Turkey) (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Тахсин Аджар против Турции» (Tahsin Acar v. Turkey), жалоба № 26307/95, ECHR 2003-VI, §§ 75 - 77; Решении Европейского Суда по делу «Общество с ограниченной ответственностью „Ваза“ против Польши» (WAZA Spó³ka z o. o. v. Poland) от 26 июня 2007 г., жалоба № 11602/02; и Решении Европейского Суда по делу «Сульвиньская против Польши» ( Sulwiñska v. Poland), жалоба № 28953/03).

15. Европейский Суд напоминает, что он часто устанавливал нарушения статьи 3 и пункта 1 статьи 6 Конвенции в делах против Российской Федерации по жалобам на бесчеловечные и унижающие условия содержания заявителя под стражей в рамках избранной меры пресечения и на чрезмерно длительное производство по уголовному делу заявителя (см. среди других примеров Постановление Европейского Суда по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» (Ananyev and Others v. Russia) от 10 января 2012 г., жалобы № 42525/07 и 60800/08 <1>; Постановление Европейского Суда по делу «Александр Новиков против Российской Федерации» (Aleksandr Novikov v. Russia) от 11 июля 2013 г., жалоба № 7087/04; и Постановление Европейского Суда по делу «Калашников против Российской Федерации» (Kalashnikov v. Russia), жалоба № 47095/99 <2>, ECHR 2002-VI). Следовательно, рассматриваемые в настоящем деле жалобы основаны на четкой и обширной прецедентной практике Суда.

---

<1> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2012. № 8 (примеч. редактора).

<2> См.: Путеводитель по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2002 год (примеч. редактора).

16. Обращаясь к признаниям, содержащимся в декларации властей Российской Федерации, Европейский Суд согласен, что власти Российской Федерации не оспорили доводов заявителя и прямо признали, что условия содержания его под стражей противоречили статье 3 Конвенции и что общая продолжительность рассмотрения уголовного дела заявителя не соответствовала гарантиям пункта 1 статьи 6 Конвенции.

17. Что касается предоставления заявителю справедливой компенсации, власти Российской Федерации взяли на себя обязательство выплатить заявителю компенсацию материального ущерба и морального вреда, а также судебных расходов и издержек. Даже если размер предлагаемой суммы компенсации не соответствовал в точности суммам, присужденными Европейским Судом в аналогичных делах, важно, что он не являлся неразумным по сравнению с ними (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Кочарелла против Италии» (Cocchiarella v. Italy), жалоба № 64886/01, ECHR 2006V, § 105). Власти Российской Федерации обязались выплатить сумму в течение трех месяцев после вынесения Решения Европейским Судом, с выплатой начисленных процентов в случае просрочки платежа.

18. Поэтому Европейский Суд полагает, что дальнейшее рассмотрение жалобы в части, касающейся бесчеловечных и унижающих условий содержания заявителя под стражей и чрезмерно длительного производства по уголовному делу заявителя, необоснованно. Поскольку Комитет Министров Совета Европы сохраняет за собой, в соответствии пунктом 2 статьи 46 Конвенции, полномочия по надзору за исполнением постановлений по тем же вопросам, Суд также полагает, что соблюдение прав человека, как они определены в Конвенции (пункт 1 статьи 37 Конвенции in fine), не требует от него продолжения рассмотрения указанной части жалобы. В любом случае, решение Суда не препятствует какому-либо иному решению, которое Суд может принять для возобновления, в соответствии с пунктом 2 статьи 37 Конвенции, производства по жалобе, если власти Российской Федерации не выполнят условия своей односторонней декларации (см. Решение Европейского Суда по делу «Йосипович против Сербии» ( Josipoviæ v. Serbia) от 4 марта 2008 г., жалоба № 18369/07; и Решение Европейского Суда по делу «Алексенцева и 28 других против Российской Федерации» (Aleksentseva and 28 Others v. Russia) от 23 марта 2006 г., жалоба № 75025/01 и другие).

19. Ввиду изложенного уместно прекратить производство по рассматриваемой жалобе в части, касающейся бесчеловечных и унижающих условий содержания заявителя под стражей и чрезмерно длительного производства по уголовному делу заявителя.

B. Жалоба на предполагаемое нарушение статьи 34 Конвенции

20. Что касается утверждений заявителя о вмешательстве в его право на подачу индивидуальной жалобы, предусмотренное статьей 34 Конвенции, Европейский Суд отмечает, что в этом отношении не было представлено каких-либо подробностей, таких как дата беседы заявителя с представителями властей Российской Федерации или название отдела внутренних дел, в котором проходил разговор. Европейский Суд полагает, что данная жалоба является необоснованной, и отклоняет ее в соответствии с подпунктом «a» пункта 3 и пунктом 4 статьи 35 Конвенции.

C. Другие жалобы

21. Заявитель подал и другие жалобы на нарушение различных статей Конвенции.

22. Принимая во внимание представленные ему материалы и в той части, в которой он обладает юрисдикцией по рассмотрению жалоб, Европейский Суд не усматривает каких-либо проявлений нарушений прав и свобод, гарантированных Конвенцией и протоколами к ней, в данной части жалобы.

23. Следовательно, жалоба в этой части подлежит отклонению в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

принял во внимание условия декларации властей Российской Федерации применительно к статьям 3 и 6 Конвенции и условия обеспечения исполнения обязательств, взятых на себя властями Российской Федерации согласно указанной декларации;

решил прекратить производство по жалобе на основании подпункта «c» пункта 1 статьи 37 Конвенции в той части, которая касалась бесчеловечных и унижающих условий содержания заявителя под стражей и чрезмерно длительного производства по уголовному делу заявителя;

постановил, что власти Российской Федерации не нарушили своего предусмотренного статьей 34 Конвенции обязательства не вмешиваться в эффективное осуществление права на подачу индивидуальной жалобы;

объявил остальную часть жалобы неприемлемой для рассмотрения по существу.

---