Постановление ЕСПЧ от 21.01.2020
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 21.01.2020. 66637/12. 21.01.2020. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6663712
«Дело „Фудин (Fudin) против Российской Федерации“ (жалоба № 66637/12)»
[неофициальный перевод] <1>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ФУДИН (FUDIN) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» <1>
(Жалоба № 66637/12)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ <2>
<1> Перевод с французского языка Е.В. Приходько.
<2> Настоящее Постановление вступило в силу 21 января 2020 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 28 Конвенции (примеч. редактора).
По делу «Фудин против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая Комитетом в составе:
Георгия А. Сергидеса, Председателя Комитета Суда,
а также при участии Стивена Филлипса, Секретаря Секции Суда,
рассмотрев дело в закрытом заседании 10 декабря 2019 г.,
вынес в указанный день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 66637/12, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином Российской Федерации Алексеем Ивановичем Фудиным (далее — заявитель) 12 октября 2012 г.
2. Интересы заявителя представляла адвокат О.И. Шуваева, практикующая в г. Саранске. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде М.Л. Гальпериным.
3. 21 июня 2017 г. жалоба, касающаяся соблюдения принципов равенства процессуальных возможностей сторон по делу и состязательности при производстве в Верховном Суде Российской Федерации, была коммуницирована властям Российской Федерации, а в остальной части жалоба была объявлена неприемлемой для рассмотрения по существу в соответствии с пунктом 3 правила 54 Регламента Европейского Суда.
4. Власти Российской Федерации не возражали против рассмотрения жалобы Комитетом в составе трех судей.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
5. Заявитель родился в 1980 году и содержится под стражей <3> в г. Саранске.
<3> Так в тексте. По-видимому, имеется в виду, что он отбывает наказание (примеч. редактора).
6. Заявитель обвинялся в совершении нескольких преступлений. По окончании предварительного следствия 14 человек, в том числе заявитель, предстали перед судом.
7. 12 августа 2010 г. Верховный суд Республики Мордовия с участием присяжных заседателей начал рассмотрение дела по существу.
8. 15 июля 2011 г. Верховный суд Республики Мордовия, основываясь на обвинительном вердикте, вынесенном присяжными заседателями 3 июня 2011 г., приговорил заявителя к восьми годам лишения свободы. В разное время 11 подсудимых, в том числе заявитель, подали кассационные жалобы на этот приговор.
9. 21 марта 2012 г. заявитель дополнил свою кассационную жалобу дополнительной жалобой, в которой изложил доводы, касающиеся формирования коллегии присяжных заседателей, вынесшей вердикт от 2 июня 2011 г. <4>. Заявитель, в частности, утверждал, что фамилия присяжного заседателя В. была ошибочно включена в общий список кандидатов в присяжные заседатели, так как она не проживала в г. Саранске. Кроме того, заявитель утверждал, что двое других присяжных заседателей, Б. и Ф., не сказали правду, когда отвечали на вопрос стороны защиты о том, привлекались ли их родственники к уголовной ответственности. Заявитель утверждал, что из-за нечестных ответов Б. и Ф. стороне защиты не удалось заявить им отвод при отборе присяжных заседателей, поэтому формирование коллегии присяжных заседателей было незаконным.
<4> Так в тексте. По-видимому, имеется в виду 3 июня 2011 г., см. выше § 8 настоящего Постановления (примеч. переводчика).
10. В своих кассационных жалобах на приговор от 15 июля 2011 г. трое других сообвиняемых заявителя изложили, помимо прочих, доводы, аналогичные тем, которые указал заявитель в своей дополнительной кассационной жалобе от 21 марта 2012 г.
11. 23 марта 2012 г. прокурором в канцелярию Верховного суда Республики Мордовия были поданы возражения с приложениями на 15 страницах на дополнительную жалобу заявителя от 21 марта 2012 г. В соответствующих частях возражения указывалось следующее:
«Что касается довода о том, что присяжный заседатель В. была ошибочно включена в списки [кандидатов] в присяжные заседатели избирательного участка города Саранска...»
[В.] постоянно проживала в г. Саранске... в ходе парламентских выборов в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации 2007 года и президентских выборов 2008 года являлась членом участковой избирательной комиссии, расположенной в школе № 5 г. Саранска, и была включена в списки избирателей этого избирательного участка в полном соответствии с частями 11 и 14 статьи 74 Закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» от 18 мая 2005 г.
...Таким образом, довод заявителя, что касается присяжного заседателя [В.], является необоснованным.
Что касается довода относительно присяжных заседателей [Б.] и [Ф.]... Если бы [Б.] и [Ф.] знали, что их родственники подвергались уголовному преследованию, которое было прекращено, они бы не скрыли этого, что подтверждается ходом судебного заседания. Так, присяжный заседатель [Б.] сразу же заявила, что знакома со свидетелем [К.], а присяжный заседатель [Ф.] — что знакома с адвокатом [С.]. В ходе формирования коллегии присяжных заседателей [Б.] заявила, что дважды признавалась потерпевшей от преступления. [Ф.] не скрывала того, что подвергалась административному наказанию.
[Ф.] не знала, что уголовное преследование в отношении ее супруга было прекращено вследствие акта об амнистии, [что] подтверждается материалами уголовного дела, которые прилагаются к настоящим возражениям... Уголовное дело в отношении [супруга Ф.]... было возбуждено только 4 декабря 2000 г., и уголовное преследование было прекращено девять дней спустя. [Супруг Ф.] всегда допрашивался в качестве свидетеля [и] не был признан подозреваемым...
Присяжный заседатель [Б.] не могла связать [произошедшие] с ее сестрой события с прекращением уголовного преследования по не реабилитирующим ее основаниям...
Кроме того, в обоих случаях постановления о прекращении уголовного преследования были вынесены около 10 лет назад, что представляет собой значительный период времени, и даже если предположить, что присяжные заседатели знали об уголовном преследовании в отношении их родственников, это не могло бы отрицательно сказаться на [их] объективности, поскольку истекли все сроки хранения сведений о привлечении к уголовной ответственности».
12. Письмом от 23 марта 2012 г. Верховный суд Республики Мордовия уведомил стороны разбирательства в том числе, заявителя, о подаче прокурором возражений на жалобу. Из этого письма следует, что вышеуказанные возражения и приложения к ним были направлены только в Верховный Суд Российской Федерации как в инстанцию, рассматривающую кассационные жалобы на приговор от 15 июля 2011 г.
13. Письмом от 28 марта 2012 г. заявитель просил Верховный суд Республики Мордовия направить ему копии возражений прокурора от 23 марта 2012 г. и прилагаемых к ним документов.
14. Письмом от 6 апреля 2012 г. заместитель председателя Верховного суда Республики Мордовия уведомил заявителя о том, что направление копий возражений не предусмотрено действующим законодательством. Он также сообщил ему, что дополнительная кассационная жалоба заявителя от 21 марта 2012 г. и возражения прокурора от 23 марта 2012 г. были направлены в Верховный Суд Российской Федерации.
15. 12 апреля 2012 г. Верховный Суд Российской Федерации с использованием системы видео-конференц-связи провел судебное заседание по рассмотрению кассационных жалоб на приговор от 15 июля 2011 г., в том числе жалобы, поданной заявителем. Участвуя в судебном заседании, заявитель сообщил, что он не хочет пользоваться помощью защитника, и подтвердил, что будет самостоятельно осуществлять свою защиту. В соответствующих частях протокол судебного заседания гласит следующее:
«...[А.], являющийся адвокатом [Ф.], ходатайствовал об ознакомлении с возражениями прокурора на дополнительную кассационную жалобу Фудина, а также с приложениями к возражениям [прокурора], о которых упоминалось в сопроводительном письме.»
Судья [Б.] пояснил, что по состоянию на 12 апреля 2012 г. эти документы Верховным Судом Российской Федерации получены не были, и изучить их в ходе этого судебного заседания не представляется возможным...
Осужденный Фудин хотел бы знать, получил ли Верховный Суд его основную кассационную жалобу. Судья [Б.] ответил [утвердительно].
Судья [Б.] представил существо [рассматриваемого] уголовного дела и кратко изложил существо кассационных жалоб, поданных [на приговор от 15 июля 2011 г.]...
Осужденный Фудин [заявил]: Я полностью поддерживаю [доводы, изложенные] в моих [кассационных жалобах]. [Я] считаю, что формирование коллегии присяжных заседателей не было законным...
Мне не направили копии кассационных жалоб, поданных [другими] осужденными и их адвокатами, [в тех частях, которые] затрагивают мои интересы...
На некоторые жалобы, поданные осужденными, поступили возражения [прокурора], содержание которых не было доведено до моего сведения, поэтому я прошу, чтобы мне были переданы эти возражения.
Председательствующий сообщает, что возражения будут переданы осужденному Фудину по факсимильной связи...
Будучи допрошенным председательствующим, осужденный Фудин подтвердил, что получил документы, направленные по факсимильной связи...
В 13 часов 40 минут в судебном заседании объявлен перерыв.
В 14 часов 40 минут судебное заседание продолжено...».
16. После возобновления судебного заседания прокурор взял слово, чтобы кратко изложить свою позицию по жалобам на приговор от 15 июля 2011 г. Прокурор не упомянул аргументы, приведенные в его возражениях от 23 марта 2012 г.
17. Кассационным определением от 12 апреля 2012 г. Верховный Суд Российской Федерации изменил приговор от 15 июля 2011 г., оставив его при этом без изменения в части, касающейся осуждения заявителя. Вынося решение о законности формирования коллегии присяжных заседателей, что касается присяжных заседателей В., Б. и Ф., Верховный Суд Российской Федерации постановил, в частности, следующее <1>:
<1> Извлечения приводятся в соответствии с текстом определения, размещенным в Банке судебных решений Верховного Суда Российской Федерации // http://vsrf.ru/stor_pdf.php?id=487716 (примеч. редактора).
«[В.] была включена в список как постоянный житель Республики [Мордовия] <2> в полном соответствии с требованиями закона; она являлась избирателем на проводимых в 2007 году выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания РФ, а в 2008 года на выборах Президента РФ (являлась членом участковой избирательной комиссии на территории г. [Саранска])...»
<2> Текст в квадратных скобках содержится в тексте настоящего Постановления на французском языке (примеч. редактора).
Представленными [Верховному] Суду документами подтверждается, что в уголовном преследовании супруга Ф. без предъявления ему обвинения было отказано более 10 лет тому назад, т.е. он судим не был; сестра кандидата в присяжные [Б.]... была привлечена в 2002 году к ответственности за нарушение правил проезда в общественном транспорте. Данных о том, что кандидатам в присяжные [Ф.] и [В.] было достоверно известно об обстоятельствах уголовного преследования в отношении их родственников, Суду защитой предоставлено не было.
Кроме того, судебная коллегия [Верховного Суда] отмечает малозначительность совершенных этими лицами деяний, а также то, что с момента прекращения уголовных дел прошло значительное время и все правовые последствия, связанные с данными обстоятельствами, в соответствии с законом, давно аннулированы.
В ответах [Суду] на задаваемые вопросы [Ф.] не скрывала факта привлечения ее ранее к административной ответственности, а [В.] не скрывала того, что она ранее являлась потерпевшей по уголовному делу».
II. Соответствующее законодательство Российской Федерации
18. В соответствии с частью второй статьи 358 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей в период, относившийся к обстоятельствам дела, возражения, поданные прокурором в суд, постановивший обвинительный приговор, приобщались к материалам уголовного дела без направления копии указанных возражений лицу, подавшему жалобу на приговор.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
19. Заявитель жаловался на нарушение принципов равенства процессуальных возможностей сторон по делу и состязательности в ходе производства в Верховном Суде Российской Федерации на основании того, что он не имел возможности ознакомиться с возражениями прокурора от 23 марта 2012 г., поступившими на его жалобу, и прилагавшимися к ним документами. Заявитель сослался на пункт 1 статьи 6 Конвенции, который в соответствующих частях предусматривает:
«Каждый... при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...».
A. Доводы сторон
1. Власти Российской Федерации
20. Власти Российской Федерации прежде всего указали, что Верховный суд Республики Мордовия направил возражения прокурора от 23 марта 2012 г. и приложения к ним (см. выше § 11) только в Верховный Суд Российской Федерации, который получил их 30 марта 2012 г., что подтверждается штампом кассационной инстанции, поставленным на сопроводительном письме от 23 марта 2012 г. Власти Российской Федерации пояснили, что Верховный суд Республики Мордовия не мог, таким образом, удовлетворить ходатайство заявителя от 28 марта 2012 г., поданное с целью ознакомления с указанными возражениями (см. выше § 13), поскольку не располагал этими документами. Власти Российской Федерации также указали, что статья 358 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, действовавшая на момент описываемых событий (см. выше § 18), не предусматривала возможности для лица, подавшего кассационную жалобу, ознакомиться с возражениями на нее, поскольку возражения лишь приобщались к материалам уголовного дела.
21. Власти Российской Федерации далее утверждали, что ответ судьи Б. на ходатайство адвоката А. об ознакомлении с возражениями прокурора от 23 марта 2012 г. и приложениями к ним должен толковаться следующим образом: канцелярия по техническим причинам не передала судебному составу документы, о которых идет речь. Вместе с тем власти Российской Федерации утверждали, что эти документы были направлены заявителю по факсимильной связи в ходе того же судебного заседания, и сослались в связи с этим на протокол судебного заседания, согласно которому заявитель получил вышеуказанные документы до объявления в 13.40 перерыва в судебном заседании (см. выше § 15). Власти Российской Федерации пришли к выводу, что заявитель ознакомился с возражениями прокурора во время судебного заседания суда кассационной инстанции от 12 апреля 2012 г.
22. Власти Российской Федерации указали, что доводы, изложенные заявителем в его дополнительной кассационной жалобе от 21 марта 2012 г., по существу были аналогичны доводам, выдвинутым тремя его сообвиняемыми в их кассационных жалобах. Власти Российской Федерации отмечали, что в любом случае Верховный Суд Российской Федерации отклонил доводы заявителя, не основываясь ни на доводах, изложенных в возражениях прокурора от 23 марта 2012 г., ни на приложенных к ним документах. По мнению властей Российской Федерации, рассмотрение уголовного дела в отношении заявителя Верховным Судом Российской Федерации являлось, таким образом, «справедливым» по смыслу пункта 1 статьи 6 Конвенции.
2. Заявитель
23. Заявитель оспорил довод властей Российской Федерации, согласно которому возражения прокурора от 23 марта 2012 г. и приложения к ним были направлены ему по факсимильной связи во время заседания суда кассационной инстанции 12 апреля 2012 г. Ссылаясь на протокол судебного заседания, заявитель указал, что в начале слушания судья Б. сообщил адвокату А., что эти документы «Верховным Судом Российской Федерации получены [не были], и изучить их в ходе этого судебного заседания [не представляется] возможным» (см. выше § 15). Что касается направления документов по факсимильной связи, речь, по утверждению заявителя, шла о возражениях на кассационные жалобы, поданные его сообвиняемыми, а не на его дополнительную кассационную жалобу от 21 марта 2012 г.
24. Что касается мотивировки кассационного определения от 12 апреля 2012 г., заявитель утверждал, что вопреки утверждениям властей Российской Федерации суд кассационной инстанции основывался на доводах, изложенных прокурором в возражениях от 23 марта 2012 г., а также на документах, содержавшихся в приложениях к этим возражениям.
B. Мнение Европейского Суда
1. Приемлемость жалобы для рассмотрения по существу
25. Европейский Суд считает, что настоящая жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
2. Существо жалобы
26. Европейский Суд напоминает о своей прецедентной практике, согласно которой право на состязательное судопроизводство подразумевает по общему правилу возможность для сторон в уголовном или гражданском процессе ознакомиться с каждым документом или замечанием, представленными судье, будь то даже независимым представителем правовой системы, с целью оказания влияния на его решение, и принять участие в их обсуждении (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Кресс против Франции» (Kress v. France), жалоба № 39594/98, § 65, ECHR 2001-VI, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Геч против Турции» ( Göç v. Turkey), жалоба № 36590/97, § 55, ECHR 2002-V, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Мартини против Франции» (Martinie v. France), жалоба № 58675/00, § 46, ECHR 2006-VI). Эта возможность приобретает особое значение, когда речь идет об «уголовно-правовой» составляющей статьи 6 Конвенции в правовом государстве, стремящемся к обеспечению прозрачности судебной системы (см. Постановление Европейского Суда по делу «Верц против Швейцарии» (Werz v. Switzerland) от 17 декабря 2009 г., жалоба № 22015/05, § 54).
27. Что касается обстоятельств настоящего дела, Европейский Суд отмечает, что 23 марта 2012 г. прокурор подал возражения вместе с приложениями на 15 страницах на дополнительную жалобу заявителя от 21 марта 2012 г. и что в тот же день Верховный суд Республики Мордовия направил указанные возражения и приложения к ним только в суд кассационной инстанции (см. выше §§ 11 - 12), что было к тому же подтверждено властями Российской Федерации в их письменных замечаниях (см. выше § 20). Европейский Суд отмечает, что 6 апреля 2012 г. суд, рассматривавший дело по существу, отклонил ходатайство заявителя об ознакомлении с указанными документами на основании того, что спорные возражения и приложения к ним были направлены в суд кассационной инстанции, а направление копий возражений не предусмотрено действующим законодательством (см. выше § 14). Европейский Суд замечает, что на самом деле, как признается и властями Российской Федерации, статья 358 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, действовавшая в период, относящийся к обстоятельствам дела, не предусматривала направления копии возражений прокурора лицу, подавшему кассационную жалобу на свой обвинительный приговор (см. выше §§ 18 и 20).
28. Европейский Суд отмечает, что, поскольку заявитель был извещен о принесении прокурором возражений, настоящее дело отличается от ситуаций, в которых сторона защиты не знала о том, что сторона обвинения или другая сторона разбирательства представила свои замечания (см., например, для сравнения Постановление Европейского Суда по делу «Невруз Бозкурт против Турции» (Nevruz Bozkurt v. Turkey) от 1 марта 2011 г., жалоба № 27335/04, § 62, и Постановление Европейского Суда по делу «Захирович против Хорватии» ( Zahiroviæ v. Croatia) от 25 апреля 2013 г., жалоба № 58590/11, § 47). Европейский Суд, тем не менее, напоминает, что, если право на состязательное судопроизводство подразумевает возможность для сторон ознакомиться с каждым документом или замечанием, представленным судье, стороны должны, кроме того, иметь «подлинную возможность» комментировать их (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Оджалан против Турции» ( Öcalan v. Turkey), жалоба № 46221/99, § 146, ECHR 2005-IV). Между тем по причинам, изложенным ниже, Европейский Суд полагает, что заявитель был лишен такой возможности.
29. Европейский Суд отмечает, что у сторон имеются разногласия по вопросу о том, смог ли заявитель ознакомиться с возражениями от 23 марта 2012 г. и приложениями к ним в ходе судебного заседания 12 апреля 2012 г. в суде кассационной инстанции: по утверждению властей Российской Федерации, эти документы были переданы заявителю по факсимильной связи до объявления перерыва в судебном заседании (см. выше § 21), тогда как заявитель утверждал, что речь шла о возражениях на кассационные жалобы его сообвиняемых, а возражения прокурора от 23 марта 2012 г. в число переданных документов не входили (см. выше § 23).
30. Европейский Суд считает, что доводы властей Российской Федерации опровергаются имеющимися в его распоряжении материалами дела. Действительно, из протокола судебного заседания следует, что в начале слушания судья Б. в ответ на ходатайство адвоката А. об ознакомлении с возражениями прокурора от 23 марта 2012 г. и приложениями к ним заявил, что «по состоянию на 12 апреля 2012 г. эти документы Верховным Судом Российской Федерации получены не были, и изучить их в ходе этого судебного заседания не представляется возможным» (см. выше § 16 <1>). Европейский Суд полагает, что утверждение властей Российской Федерации, согласно которому заявитель получил являющиеся предметом спора возражения по факсимильной связи, не подтверждается протоколом судебного заседания. Фактически именно в ответ на ходатайство заявителя об ознакомлении с возражениями на кассационные жалобы его сообвиняемых председательствующий судья поручил направить по факсимильной связи соответствующие документы.
<1> Так в тексте. По-видимому, имеется в виду § 15 настоящего Постановления (примеч. переводчика).
31. Власти Российской Федерации указали, что помимо заявителя трое его сообвиняемых выдвинули в своих кассационных жалобах те же доводы, касающиеся законности формирования коллегии присяжных заседателей в связи с включением в нее присяжных заседателей В., Ф. и Б. Европейский Суд, однако, не представляет, каким образом этот фактор мог быть использован в отношении заявителя. В имеющихся в распоряжении Европейского Суда материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства того, что прокурор подал возражения на кассационные жалобы сообвиняемых заявителя, о которых идет речь, или, даже если бы он это сделал, что им были приведены те же аргументы, что и в его возражениях от 23 марта 2012 г. Иными словами, не было доказано, что заявитель ознакомился с доводами прокурора, изучив возражения на кассационные жалобы своих сообвиняемых, полученные по факсимильной связи в ходе судебного заседания 12 апреля 2012 г. Европейский Суд, кроме того, отмечает, что в своей речи, произнесенной в конце слушания, прокурор не изложил, хотя бы кратко, аргументы, содержавшиеся в его возражениях от 23 марта 2012 г. (см. выше § 16).
32. Наконец, власти Российской Федерации утверждали, что суд кассационной инстанции не основывался на доводах, изложенных прокурором в его возражениях от 23 марта 2012 г. (см. выше § 22). В связи с этим Европейский Суд напоминает, что фактические последствия замечаний органа власти не имеют значения, но стороны по делу должны иметь возможность сообщить, считают ли они, что какой-либо документ требует комментариев с их стороны (см. среди многих прочих примеров упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Захирович против Хорватии», § 48, и Постановление Европейского Суда по делу «Оцет против Румынии» ( Oþet v. Romania) от 25 марта 2014 г., жалоба № 14317/04, § 33). В любом случае необходимо отметить, что вопреки утверждениям властей Российской Федерации суд кассационной инстанции в значительной степени основывался на возражениях прокурора от 23 марта 2012 г. при отклонении доводов заявителя, изложенных в его дополнительной кассационной жалобе от 21 марта 2012 г. Действительно, из кассационного определения от 12 апреля 2012 г. ясно следует, что суд кассационной инстанции во многом повторил доводы прокурора, с учетом некоторых синтаксических и стилистических изменений, относительно включения присяжного заседателя В. в избирательные списки г. Саранска, прекращения уголовного преследования в отношении супруга присяжного заседателя В. <1> или сестры присяжного заседателя Б., и что он сослался в связи с этим на «документы, представленные» его вниманию (см. выше §§ 11 и 17).
<1> Так в тексте. По-видимому, имеется в виду присяжный заседатель Ф. (примеч. переводчика).
33. Принимая во внимание вышеизложенное, Европейский Суд считает, что право заявителя на состязательное судопроизводство в Верховном Суде Российской Федерации было нарушено вследствие отсутствия у него возможности ознакомиться с возражениями прокурора от 23 марта 2012 г. и прилагавшимися к ним документами, а также комментировать их в удовлетворительных условиях.
34. Таким образом, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
II. Применение статьи 41 Конвенции
35. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
36. Заявитель требовал выплатить ему 20 000 евро в качестве компенсации причиненного ему, по его мнению, морального вреда.
37. Власти Российской Федерации полагали, что в случае установления Европейским Судом в настоящем деле факта нарушения Конвенции размер справедливой компенсации должен быть определен в соответствии с его прецедентной практикой.
38. Что касается морального вреда, Европейский Суд отмечает, что целью присуждения сумм в качестве справедливой компенсации в соответствии со статьей 41 Конвенции является исключительно предоставление возмещения за причиненный заявителям ущерб при условии, что он представляет собой последствие нарушения, которое в любом случае не может быть устранено (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Скоццари и Джунта против Италии» (Scozzari and Giunta v. Italy), жалобы № 39221/98 и 41963/98, § 250, ECHR 2000-VIII). Европейский Суд ранее уже приходил к выводу в делах против Российской Федерации, что возобновление производства по делу представляет собой наиболее подходящее средство правовой защиты при установлении нарушения прав заявителя в этой сфере с учетом существования конкретных законодательных положений, предусматривающих данную возможность, и при условии, что такое возобновление позволяет обеспечить restitutio in integrum, как того требует статья 41 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу «Задумов против Российской Федерации» (Zadumov v. Russia) от 12 декабря 2017 г., жалоба № 2257/12 <2>, §§ 80 - 81). Следовательно, факт установления нарушения Конвенции в настоящем деле является сам по себе достаточной справедливой компенсацией.
<2> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2018. № 2 (примеч. редактора).
B. Судебные расходы и издержки
39. Заявитель также требовал выплатить ему 300 000 рублей в качестве компенсации судебных расходов, понесенных, по его утверждению, на оплату услуг адвоката и представление его интересов в ходе рассмотрения дела в Европейском Суде, и 6 818 рублей 28 копеек в качестве возмещения почтовых расходов.
40. Власти Российской Федерации не представили комментариев по этому вопросу.
41. Принимая во внимание вышеизложенное, с учетом имеющихся в его распоряжении материалов Европейский Суд считает разумным присудить заявителю сумму в размере 850 евро, покрывающую все виды судебных расходов, понесенных в ходе рассмотрения дела в Европейском Суде.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
42. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
-
объявил жалобу на нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции, касающуюся отсутствия состязательного судопроизводства в Верховном Суде Российской Федерации вследствие отсутствия у заявителя возможности ознакомиться с возражениями прокурора от 23 марта 2012 г. и прилагавшимися к ним документами, приемлемой для рассмотрения по существу;
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
a) власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу выплатить заявителю 850 (восемьсот пятьдесят) евро, а также любой налог, который может быть начислен на указанную сумму, в качестве компенсации судебных расходов и издержек, подлежащие переводу в валюту государства-ответчика по курсу, действующему на день выплаты;
b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эту сумму должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
Совершено на французском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 21 января 2020 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Европейского Суда.