Постановление ЕСПЧ от 04.06.2019
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 04.06.2019. 2660/12. 04.06.2019. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-266012
«Дело „Эсамбаева и другие (Esambayeva and Others) против Российской Федерации“ (жалоба № 2660/12 и 4 другие жалобы) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <1>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ЭСАМБАЕВА И ДРУГИЕ (ESAMBAYEVA AND OTHERS) ПРОТИВ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» <1>
(Жалоба № 2660/12 и 4 другие жалобы
- см. список в Приложении)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ <2>
<1> Перевод с английского ООО «Развитие правовых систем».
<2> Настоящее Постановление вступило в силу 4 июня 2019 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 28 Конвенции (примеч. редактора).
По делу «Эсамбаева и другие против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая Комитетом в составе:
Георгия А. Сергидеса, Председателя Комитета суда,
а также при участии Фатош Арачи, заместителя Секретаря Секции Суда,
рассмотрев дело в закрытом заседании 14 мая 2019 г.,
вынес в указанный день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано на основании пяти жалоб, поданных против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция). Номера жалоб и даты их подачи в Суд, а также персональные данные заявителей, приводятся в таблице в Приложении.
2. Интересы заявителей представляли адвокаты Д. Ицлаев и Т. Шамсудинов, практикующие в г. Грозном, а также юристы неправительственной организации «Матери Чечни», как указано в таблице в Приложении. Власти Российской Федерации были представлены сначала бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека Г.О. Матюшкиным, а затем сменившим его в этой должности М.Л. Гальпериным.
3. 21 сентября 2015 г. жалобы были коммуницированы властям Российской Федерации.
4. Власти Российской Федерации не возражали против рассмотрения жалоб Комитетом Суда.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
5. Заявители являются гражданами Российской Федерации, которые в период рассматриваемых событий проживали в Чеченской Республике и в Республике Ингушетия. Они являются близкими родственниками лиц, которые пропали в этих регионах в 2000 — 2004 гг. после того, как они были предположительно незаконно задержаны военнослужащими. События, изложенные в каждой из жалоб, происходили в местах, находящихся под полным контролем федеральных сил Российской Федерации. После этого заявители не получали каких-либо известий о своих пропавших родственниках.
6. В каждом из дел заявители жаловались на похищение в правоохранительные органы, и были начаты официальные расследования. Следствие по каждому делу несколько раз приостанавливалось и возобновлялось, а также проводилось на протяжении нескольких лет без получения каких-либо значимых результатов. Из представленных документов следует, что правоохранительными органами не было предпринято каких-либо активных следственных действий, кроме направления официальных запросов своим коллегам в различные районы Чечни, Ингушетии и Северного Кавказа. Что касается таких запросов, власти обычно сообщали, что факт участия военнослужащих в похищении не был установлен и что в соответствующее время не проводилось никаких специальных операций. Заявители также подавали в различные органы власти запросы о предоставлении информации и помощи в поиске своих пропавших родственников, но получали только формальные ответы, либо не получали их совсем. Следственные органы так и не установили личности преступников. Как представляется, расследования все еще не завершены.
7. Краткое изложение фактов по каждой из жалоб приведено ниже. Каждая версия событий основана на показаниях, данных заявителями, их родственниками и/или иными свидетелями Европейскому Суду и следственным органам государства-ответчика. Несмотря на запрос Суда в этой связи, власти Российской Федерации не представили копий материалов уголовных дел по каждой жалобе. Они не оспаривали описанные заявителями основные факты по делам, но поставили под сомнение причастность военнослужащих к этим событиям.
A. «Эсамбаева против Российской Федерации» (Esambayeva v. Russia), жалоба № 2660/12
8. Заявительница является матерью Шамиля Амирхаджиева, 1986 г. рождения.
1. Общие сведения
9. Муж и двое сыновей заявительницы в возрасте 10 и 11 лет на момент событий погибли во время бомбардировки Грозного в 1994 году. Когда в 1999 году в Чечне начались военные операции, заявительница с двумя другими детьми переехала в г. Назрань, Ингушетия, где они проживали в качестве беженцев.
2. Похищение Шамиля Амирхаджиева
10. 28 мая 2000 г. сын заявительницы Шамиль Амирхаджиев, которому на момент описываемых событий исполнилось 13 лет, отправился из г. Назрани в г. Грозный на автобусе. На контрольно-пропускном посту возле консервного завода в г. Грозном он был высажен из автобуса военнослужащими, так как у него не было документов, удостоверяющих личность. Затем его насильно усадили в бронетранспортер и увезли. Когда его усаживали в бронетранспортер, Шамиль Амирхаджиев громко выкрикнул, как зовут его самого и заявительницу, и попросил пассажиров автобуса сообщить ей о его задержании.
11. Обстоятельства похищения были подтверждены показаниями пассажиров, представленными Европейскому Суду.
12. Местонахождение Шамиля Амирхаджиева до сих пор остается неизвестным.
3. Официальное расследование похищения
13. По утверждению заявительницы, она немедленно сообщила о похищении в военную комендатуру в г. Грозном, в прокуратуру Чеченской Республики и различные неправительственные организации.
14. 14 июля 2000 г. заявительница обратилась с жалобой на похищение в отдел внутренних дел Ленинского района г. Грозного и попросила оказать ей содействие в розыске ее сына.
15. 21 июля 2000 г. в отделе внутренних дел Ленинского района было заведено розыскное дело № 30/48 по факту похищения. В период с мая по сентябрь 2000 года правоохранительные органы приняли ряд мер по установлению местонахождении Шамиля Амирхаджиева, но безрезультатно.
16. 18 декабря 2000 г. сотрудники отдела внутренних дел Ленинского района отказались возбуждать уголовное дело по факту похищения Шамиля Амирхаджиева.
17. 19 августа 2001 г. заявительница подала жалобу в отношении похищения сына представителю Президента Российской Федерации в Южном Федеральном округе и попросила помочь в розыске.
18. 29 июля 2005 г. прокуратура Ленинского района возбудила уголовное дело № 40147 по статье 126 Уголовного кодекса Российской Федерации (похищение человека).
19. 14 сентября 2005 г. заявительница была признана потерпевшей и допрошена. Она указала, что побывала на всех контрольно-пропускных пунктах в г. Грозном, пытаясь найти сына, но безрезультатно. Возле консервного завода она встретила женщин, которые торговали на местном рынке. Они рассказали ей, что подросток, который был похож на нее, был насильно посажен в бронетранспортер и увезен.
20. Следователи направили в правоохранительные органы несколько запросов о предоставлении информации. Согласно полученным ответам было установлено, что Амирхаджиев был задержан и увезен военнослужащими федеральных сил. В ответах указывалось, что информация о нем отсутствует.
21. 29 сентября 2005 г. следствие по делу было приостановлено. 19 января 2006 г. оно было возобновлено, а 20 февраля 2006 г. вновь приостановлено.
22. 4 июня 2010 г. заявительница попросила следователей предоставить ей копии материалов уголовного дела. 8 июня 2010 г. ходатайство заявительницы было удовлетворено. Судя по всему, расследование все еще не завершено.
23. По утверждению заявительницы, в период с 2000 по 2010 год она обращалась в различные органы, в том числе, к следователям, с просьбой оказать ей помощь в поиске сына, но безрезультатно.
B. «Вацаевы против Российской Федерации» (Vatsayevy v. Russia), жалоба № 2674/12
24. Заявители являются близкими родственниками Саида-Магомеда Вацаева, 1979 г. рождения. Первая заявительница является его матерью, второй заявитель — его братом, а третья заявительница — его сестрой.
1. Похищение Саида-Магомеда Вацаева
25. 11 июля 2002 г. военнослужащие под командованием генерала И.Б. проводили операцию «по зачистке» в селе Чечен-Аул. Опасаясь за личную безопасность своего сына, первая заявительница велела Саиду-Магомеду Вацаеву идти к сестре, которая жила в селе Белгатой.
26. По пути в Белгатой Саид-Магомед Вацаев и М.З. шли вдоль реки Аргун, когда их увидели военнослужащие и открыли по ним огонь. Неясно, кто именно, Вацаев или М.З., был ранен и упал на берегу реки. Другой человек прыгнул в реку, и его унесло сильным течением. Военнослужащие подобрали раненого и увезли в неизвестном направлении.
27. Очевидцы не видели, кто именно из двоих людей был ранен, а кто прыгнул в воду. По утверждениям заявителей, раненым должен был быть Саид-Магомед Вацаев, поскольку позже на берегу был найден его паспорт.
28. Местонахождение Саида-Магомеда Вацаева с тех пор остается неизвестным.
2. Официальное расследование похищения
29. 23 июля 2002 г. первая заявительница сообщила о похищении главе Правительства Чечни <3>.
<3> Так в тексте (примеч. переводчика).
30. 9 сентября 2002 г. первая заявительница обратилась с жалобой на похищение в отдел внутренних дел Грозненского района.
31. В октябре 2002 года сотрудники милиции допросили нескольких родственников М.З. и первую заявительницу. Они подтвердили описанные выше обстоятельства похищения.
32. По утверждению заявителей, в период с 2002 по 2005 год они несколько раз жаловались в прокуратуру Грозненского района на то, что милиция не предпринимает необходимых следственных действий.
33. В декабре 2005 года отдел внутренних дел Грозненского района провел дополнительную доследственную проверку по жалобе заявителей на похищение.
34. 21 декабря 2005 г. прокуратура Грозненского района рассмотрела результаты доследственной проверки и подчеркнула, что вопреки соответствующим процессуальным нормам с 2002 года отдел внутренних дел Грозненского района так и не провел каких-либо розыскных мероприятий.
35. После критики прокуратуры начальник отдела внутренних дел направил несколько информационных запросов в правоохранительные органы. В ответах указывалось, что информация о Вацаеве отсутствует.
36. 24 января 2006 г. прокуратура Грозненского района возбудила уголовное дело № 54006 по статье 105 Уголовного кодекса РФ (убийство).
37. 30 января 2006 г. первая заявительница была признана потерпевшей по уголовному делу. По утверждению заявительницы, с 2006 по 2011 год она несколько раз обращалась к властям с просьбой помочь ей в поисках ее сына.
38. 24 марта 2006 г. производство по делу было приостановлено в связи с невозможностью установления лиц, причастных к совершению преступления. 4 июня 2011 г. расследование было возобновлено, затем 16 июня 2011 г. вновь приостановлено и затем 21 июля 2011 г. было вновь возобновлено.
39. Как представляется, расследование все еще не завершено.
3. Производство в отношении следователей
40. 1 июля 2011 г. заявители обжаловали в Грозненский районный суд постановление следователя от 16 июня 2011 г. о приостановлении расследования и его отказ предпринять основные следственные действия. 22 июля 2011 г. суд прекратил производство по делу, установив, что расследование было возобновлено за день до этого. 24 августа 2011 г. Верховный суд Чеченской Республики, рассмотрев жалобу в кассационном порядке, оставил данное постановление без изменения.
C. «Чапсуркаевы против Российской Федерации» (Chapsurkayevy v. Russia), жалоба № 65488/12
41. Заявители являются близкими родственниками Хамзата Чапсуркаева, 1964 г. рождения. Первая заявительница — его жена, остальные заявители — его дети.
1. Похищение Хамзата Чапсуркаева
42. 17 июля 2002 г. примерно в 5 часов утра в дом заявителей в г. Шали ворвались несколько вооруженных военнослужащих в камуфляжной форме и масках. Другая группа военнослужащих также ворвалась в расположенный неподалеку дом брата Хамзата Чапсуркаева. Военнослужащие, которые говорили на русском языке без акцента, потребовали у Хамзата Чапсуркаева документы, удостоверяющие личность. После проверки документов они надели на Чапсуркаева наручники. Затем они натянули ему на голову рубашку, затолкали его в один из трех бронетранспортеров и увезли его в направлении центра г. Шали. Один из военнослужащих снимал происходящее на видеокамеру. Похищение произошло в присутствии нескольких свидетелей, включая заявителей и их соседей.
43. Местонахождение Хамзата Чапсуркаева с тех пор остается неизвестным.
2. Официальное расследование похищения
44. 24 октября 2002 г. первая заявительница подала официальную жалобу в отношении похищения ее мужа и попросила помочь ей в его поиске.
45. 29 ноября 2002 г. прокуратура Шалинского района возбудила уголовное дело № 59267 по статье 126 Уголовного кодекса Российской Федерации (похищение человека).
46. В тот же день первая заявительница была признана потерпевшей по уголовному делу и допрошена. Она повторила описанные выше обстоятельства похищения.
47. 29 января 2003 г. следствие по делу было приостановлено. Первая заявительница была уведомлена об этом.
48. 3 июля 2003 г. первая заявительница пожаловалась на похищение военному прокурору Шали <4> и попросила помочь ей в поисках мужа.
<4> Так в тексте (примеч. переводчика).
49. 17 апреля 2004 г. военная прокуратура войсковая часть № 20166 ответила на жалобу заявительницы, указав, что 17 июля 2002 г. военнослужащие указанной воинской части какой-либо спецоперации не проводили и никого не задерживали.
50. В 2005 году первая заявительница подала жалобу о похищении в Государственный совет Чеченской Республики. Неясно, была ли ее жалоба перенаправлена следователям и был ли дан ответ на эту жалобу.
51. 30 ноября 2006 г. первая заявительница вновь пожаловалась на факт похищения прокурору Шалинского района. Неясно, получила ли она какой-либо ответ.
52. 29 февраля 2010 г. первая заявительница попросила следователей возобновить расследование и предоставить ей доступ к материалам уголовного дела. Ответа на это обращение не последовало.
53. Однако после вышеуказанного запроса в неустановленную дату в июне 2010 года расследование было возобновлено.
54. 13 июля 2010 г. следователи допросили первую заявительницу.
55. 22 и 26 июля 2010 г. следователи допросили соседа заявителей А.Д., который подтвердил описанные выше обстоятельства похищения.
56. 6 мая 2012 г. первая заявительница потребовала, чтобы следователи сообщили ей о ходе расследования по делу. В тот же день первая заявительница обжаловала в Шалинский городской суд постановление следователя от 29 января 2003 г. о приостановлении расследования и отказ следствия предпринять основные следственные действия. Результат указанных разбирательств неизвестен.
57. Как представляется, расследование все еще не завершено.
D. «Лорснукаева и Идрисова против Российской Федерации» (Lorsnukayeva and Idrisova v. Russia), жалоба № 24711/13
58. Первая заявительница является матерью Альви Лорснукаева (в документах также упоминается как Лорсанукаев, Лорсунукаев, Лорсанкаев), 1961 г. рождения. Вторая заявительница является его женой.
1. Похищение Альви Лорснукаева и последующие события
59. В рассматриваемое в жалобе время Альви Лорснукаев проживал как беженец в г. Назрани, Ингушетия. 10 мая 2002 г. он поехал с его родственницей Я.С. в г. Грозный, чтобы навестить его брата А.Л. 12 мая 2002 г. примерно в 14.00 Альви Лорснукаев и два его соседа — В.Б. и С.Е. играли в карты в квартире А.Л., когда туда ворвалась группа из 8 — 9 вооруженных людей в камуфляжной форме и балаклавах. Без каких-либо объяснений они натянули рубашку Альви Лорснукаеву ему на голову, вывели босиком на улицу и насильно усадили в автомобиль УАЗ («таблетка») с тонированными стеклами. Регистрационные номера на транспортном средстве отсутствовали. Военнослужащие разговаривали на русском и чеченском языках.
60. В.Б. попытался сказать военнослужащим, что он являлся сотрудником отдела внутренних дел Ленинского района г. Грозного. Военнослужащие проигнорировали эту информацию, ударили его и затем толкнули его на пол вместе с С.Е. Затем военнослужащие вывели А.Л. на улицу и посадили его в автомобиль УАЗ, где находился Альви Лорснукаев. Я.С. пыталась остановить военнослужащих, но они ударили ее прикладами и уехали. Пять минут спустя военнослужащие вытолкнули А.Л. из автомобиля УАЗ и уехали в неизвестном направлении.
61. С тех пор местонахождение Альви Лорснукаева остается неизвестным.
62. Через три недели после похищения к А.Л. пришел мужчина и передал ему записку от Альви Лорснукаева. Сообщение, написанное на пустой пачке сигарет, гласило: «Я здесь». По словам мужчины, эта сигаретная пачка была выброшена из автомобиля, стоявшего рядом со зданием ФСБ в г. Грозном.
2. Официальное расследование похищения
63. 20 июня 2002 г. А.Л. пожаловался в прокуратуру г. Грозного на похищение его сына и попросил помощи в его поиске.
64. 24 июля 2002 г. прокуратура г. Грозного возбудила уголовное дело № 48116 по статье 126 Уголовного кодекса Российской Федерации (похищение человека).
65. 6 августа 2002 г. Я.С. была признана потерпевшей по уголовному делу и допрошена. Она повторила описанные выше обстоятельства похищения.
66. В тот же день следователи допросили А.Л. и его жену. Они подтвердили описанные выше обстоятельства похищения.
67. 24 сентября 2002 г. следствие по делу было приостановлено. По утверждениям заявителей, в период с 2002 по 2008 год они неоднократно обращались к следователям и в другие органы власти с просьбой предоставить информацию о ходе расследования.
68. 15 июля 2008 г. первая заявительница попросила следователей сообщить ей о ходе расследования, возобновить производство по делу и предоставить доступ к его материалам. Она утверждала, в частности, что передала записку от Альви Лорснукаева следователям.
69. 23 июля 2009 г. следствие по делу было возобновлено.
70. 20 августа 2009 г. первая заявительница была признана потерпевшей по уголовному делу.
71. 22 августа 2009 г. следствие по делу было приостановлено.
72. 29 июня 2011 г. первая заявительница обратилась к следователям с просьбой предоставить ей доступ к материалам дела. Остается неясным, был ли получен ответ на данную просьбу.
73. 20 апреля 2012 г. вторая заявительница обратилась к следователям с просьбой предоставить ей копии материалов уголовного дела. Остается неясным, был ли получен ответ на данную просьбу.
74. 30 августа 2012 г. следствие по делу было возобновлено. Как представляется, оно все еще не завершено.
3. Производство в отношении следователей
75. 26 ноября 2012 г. вторая заявительница оспорила постановление следователя от 22 августа 2009 г. о приостановлении расследования в Ленинском районном суде г. Грозного. 8 августа 2012 г. эта жалоба была передана для рассмотрения в Старопромысловский районный суд г. Грозного. 31 августа 2012 г. указанный суд прекратил производство по делу, установив, что расследование было возобновлено за день до этого. 24 октября 2012 г. Верховный суд Чеченской Республики оставил данное постановление без изменений.
E. «Кайсарова и Исиева против Российской Федерации» (Kaysarova and Isiyeva v. Russia), жалоба № 24725/13
76. Первой заявительницей является мать Арби Исиева, 1985 года рождения. Второй заявительницей является его сестра.
1. Похищение Арби Исиева
77. 29 сентября 2004 г. приблизительно в 13.10 Арби Исиев направился из своего дома в г. Аргуне к своей тете, проживавшей в том же городе. Когда Арби Исиев шел по улице Гудермесская, несколько военнослужащих в камуфляжной форме и масках насильно усадили его в автомобиль ГАЗ-3110 белого цвета и увезли в неизвестном направлении. Арби Исиеву удалось выбросить 10 000 рублей на землю и попросить прохожего Р.Д., обратившись к нему на чеченском языке (чтобы военнослужащие не смогли понять его), передать эти деньги его родственникам. Похищение произошло в присутствии С.Ш. и Р.Д.
78. С тех пор Арби Исиева никто не видел.
2. Официальное расследование похищения
79. 30 сентября 2004 г. родственник заявителей И.К. пожаловался органам власти на похищение.
80. 23 октября 2004 г. прокуратура г. Аргуна возбудила уголовное дело № 48042 по статье 126 Уголовного кодекса Российской Федерации (похищение человека).
81. В тот же день первая заявительница была признана потерпевшей по уголовному делу.
82. В период с октября по декабрь 2004 года следователи допросили первую заявительницу и свидетелей С.Ш. и Р.Д. Они подтвердили описанные выше обстоятельства похищения.
83. 23 декабря 2004 г. производство по делу было приостановлено в связи с невозможностью установления лиц, причастных к совершению преступления. 18 февраля 2008 г. оно было возобновлено, а 18 марта 2008 г. вновь приостановлено.
84. В 2009 году первая заявительница обратилась к главе Комитета Парламента Чеченской Республики по поиску лиц, без вести пропавших в период проведения контртеррористической операции, с просьбой о помощи в розыске ее сына. Ее просьба была перенаправлена следователям, которые 18 мая 2009 г. отметили, что расследование было приостановлено и что проводятся оперативно-розыскные мероприятия по установлению местонахождения Исиева.
85. 22 апреля 2010 г. и затем вновь 22 июля 2011 г. первая заявительница попросила следователей предоставить ей доступ к материалам уголовного дела.
86. 1 августа 2011 г. ходатайство заявительницы было удовлетворено.
87. 26 октября 2011 г. следствие по делу было возобновлено, а 26 ноября 2011 г. вновь приостановлено.
88. 4 сентября 2012 г. заявители попросили следователей проинформировать их о ходе расследования.
89. 11 сентября 2012 г. расследование было возобновлено. Как представляется, расследование все еще не завершено.
3. Производство в отношении следователей
90. 17 октября 2011 г. первая заявительница обжаловала в Шалинский городской суд постановление следователя о приостановлении расследования по делу от 18 марта 2008 г. и отказ предпринять основные следственные действия. 17 ноября 2011 г. суд прекратил производство по делу, установив, что 26 октября 2011 г. расследование было возобновлено. 21 декабря 2011 г. Верховный суд Чеченской Республики оставил данное постановление без изменений.
91. 7 сентября 2012 г. заявители обжаловали в Шалинском городском суде постановление следователя от 26 ноября 2011 г. о приостановлении расследования по делу. 17 сентября 2012 г. суд прекратил производство по делу, установив, что 11 сентября 2012 г. расследование было возобновлено. 31 октября 2012 г. Верховный суд Чеченской Республики оставил данное постановление без изменений.
II. Соответствующее законодательство Российской Федерации и правоприменительная практика, а также международные материалы
92. Краткое изложение соответствующих положений законодательства Российской Федерации и правоприменительной практики, а также международных и национальных докладов об исчезновениях людей в Чечне и Ингушетии в период с 1999 по 2006 год приведено в Постановлении Европейского Суда по делу «Аслаханова и другие против Российской Федерации» (Aslakhanova and Others v. Russia) от 18 декабря 2012 г., жалоба № 2944/06 и 4 другие жалобы <5>, § 43 - 59 и § 69 - 84).
<5> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2015. № 4 (примеч. редактора).
ПРАВО
I. Объединение рассмотрения жалоб в одно производство
93. Принимая во внимание схожий характер предмета жалоб, Европейский Суд считает целесообразным рассмотреть их в рамках одного производства.
II. Предварительное возражение властей
94. Власти Российской Федерации утверждали, что вопреки требованиям правила 47 Регламента Европейского Суда в деле «Чапсуркаевы против Российской Федерации» (Chapsurkayevy v. Russia) (жалоба № 65488/12) второй, третья, четвертый, пятый и шестой заявители не представили заполненные бланки жалобы. Вместо этого они подали только первую и последнюю страницы бланка жалобы. По мнению властей государства-ответчика, ввиду отсутствия этих страниц нельзя сказать, что указанные заявители желали поддержать первоначальную жалобу, поданную первой заявительницей.
95. Европейский Суд отмечает, что изложение обстоятельств дела и утверждение о предполагаемых нарушениях в бланке жалобы касались похищения Хамзата Чапсуркаева, который является отцом второго, третьей, четвертого, пятого и шестого заявителей. Нет сомнений, что, представляя первую и последнюю страницы бланка жалобы, которые содержат их имена и подписи, данные заявители выразили свое намерение поддержать жалобы, поданные их матерью (в отличие от Постановления Европейского Суда по делу «Лосевский и другие против Российской Федерации» (Losevskiy and Others v. Russia) от 16 октября 2014 г., жалоба № 3243/06 <6>, § 9).
<6> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. 2015. № 7 (примеч. редактора).
96. В любом случае Европейский Суд повторяет, что предполагаемое несоблюдение правила 47 его Регламента не является одним из критериев приемлемости, изложенных в статье 35 Конвенции (см., например, Постановление Европейского Суда по делу «Топтаниш против Турции» ( Toptanýþ v. Turkey) от 30 августа 2016 г., жалоба № 61170/09, § 27, а также дела, упомянутые в нем). Следовательно, доводы властей государства-ответчика по данному вопросу должны быть отклонены.
III. Соблюдение правила шести месяцев
A. Доводы сторон
1. Власти государства-ответчика
97. Власти Российской Федерации утверждали, что заявители подали свои жалобы в Европейский Суд спустя несколько лет после похищения их родственников и более чем через шесть месяцев после даты, когда они должны были узнать о неэффективности ведущихся расследований. Они отметили, что заявители вели себя пассивно и не были заинтересованы в поиске своих пропавших родственников. Следовательно, заявители нарушили правило шести месяцев для подачи своих жалоб в Суд.
2. Заявители
98. Заявители настаивали на том, что они выполнили требования правила о шестимесячном сроке для подачи жалобы. Они приняли все возможные меры в течение разумного срока для того, чтобы начать поиск пропавших родственников и помочь властям в производстве по их делам. Они утверждали, что в подаче их жалоб в Европейский Суд не имелось чрезмерных или необоснованных задержек; эти жалобы были поданы, как только они сочли, что расследования на внутригосударственном уровне оказались неэффективными.
99. Заявители также утверждали, что сразу же после рассматриваемых событий они обратились в органы власти с жалобами в надежде, что возбужденное по их заявлениям расследование даст результаты. На протяжении всего производства по уголовным делам они поддерживали регулярные контакты с властями и активно сотрудничали со следствием. Заявители также утверждали, что по причине вооруженного конфликта в регионе они полагали, что задержки в расследовании были неизбежны, и только по прошествии времени и в отсутствие информации от органов власти Российской Федерации они начали сомневаться в эффективности расследования. Они подали жалобы в Европейский Суд только после того, как осознали, что расследования оказались неэффективными. Некоторые заявители также ссылались на свою юридическую неграмотность и отсутствие финансовых средств для найма адвоката (дело «Эсамбаева против Российской Федерации» (Esambayeva v. Russia), жалоба № 2660/12; «Чапсуркаевы против Российской Федерации» (Chapsurkayevy v. Russia), жалоба № 65488/12; и дело «Кайсарова и Исиева против Российской Федерации» (Kaysarova and Isiyeva v. Russia), жалоба № 24725/13. Заявительница в деле «Эсамбаева против Российской Федерации» (Esambayeva v. Russia) дополнительно указала, что она находилась в особо трудных обстоятельствах после похищения Шамиля Амирхаджиева ввиду самоубийства ее дочери в 2001 году и необходимости получить медицинское лечение.
B. Мнение Европейского Суда
1. Основополагающие принципы
100. Краткое изложение принципов, касающихся соблюдения правила шести месяцев в делах, касающихся нарушений статьи 2 Конвенции, предположительно совершенных военнослужащими, приводится в Постановлении Европейского Суда по делу «Султыгов и другие против Российской Федерации» (Sultygov and Others v. Russia) от 9 октября 2014 г., жалоба № 42575/07 и 11 других жалоб <7>, § 369 - 374; и в Постановлении Европейского Суда по делу «Дудаева против Российской Федерации» (Dudayeva v. Russia) от 8 декабря 2015 г., жалоба № 67437/09 <8>, § 71.
<7> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2015. № 5 (примеч. редактора).
<8> См.: там же. 2017. № 8 (примеч. редактора).
2. Применение вышеупомянутых положений в настоящем деле
101. Возвращаясь к обстоятельствам настоящих дел, Европейский Суд отмечает, что в каждой жалобе заявители подали свои жалобы в Суд в течение периода от восьми с половиной лет до десяти лет и десяти месяцев после рассматриваемых событий, и что властям было сообщено о похищениях без необоснованных задержек. В каждом из этих дел на момент подачи жалоб в Суд расследование еще не было официально завершено. Производство по всем уголовным делам неоднократно приостанавливалось и возобновлялось в течение различных периодов. Представленные документы показывают, что заявители поддерживали необходимую связь с властями, сотрудничали со следствием и в случае необходимости принимали меры для получения информации о ходе расследования и для его ускорения, в ожидании более эффективных результатов (см. выше § 22, 23, 32, 37, 52, 56, 67, 68, 72, 73, 85 и 88).
102. Европейский Суд также отмечает, что власти Российской Федерации не представили материалы уголовного дела по всем жалобам, которые могли бы позволить Суду оценить позицию заявителей во внутригосударственном разбирательстве в контексте возражения властей. В отношении отсутствия ответа на запрос Суда и запрашиваемых документов не было представлено какого-либо объяснения. Учитывая документы, представленные заявителями, их пояснения и общий срок, прошедший со времени похищений и возбуждения соответствующих уголовных дел, Суд удовлетворен тем, что заявители подали свои жалобы в разумный срок (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Варнава и другие против Турции» (Varnava and Others v. Turkey), жалоба № 16064/90 и 8 других жалоб <9>, § 166, ECHR 2009).
<9> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. Специальный выпуск. 2020. № 3 (примеч. редактора).
103. Соответственно, Европейский Суд приходит к выводу о выполнении заявителями правила о шестимесячном сроке для подачи жалобы.
IV. Соблюдение правила об исчерпании внутригосударственных средств правовой защиты
A. Доводы сторон
104. В отношении всех жалоб, кроме жалобы «Чапсуркаевы против Российской Федерации» (Chapsurkayevy v. Russia), жалоба № 65488/12, власти государства-ответчика утверждали, что заявители не исчерпали внутригосударственные средства правовой защиты. По мнению властей, заявители могли обжаловать постановление следователей в судах Российской Федерации или оспорить предполагаемое бездействие следственных органов, но они этого не сделали.
105. Заявители, ссылаясь на прецедентную практику Европейского Суда, утверждали, что подача жалоб на следователей не устранила бы недостатки в расследованиях. Они также утверждали, что расследование уголовного дела оказалось неэффективным.
B. Мнение Европейского Суда
106. Европейский Суд уже приходил к выводу о том, что неэффективность расследований исчезновений, имевших место в Чечне и Ингушетии в период с 1999 по 2006 год, представляет собой системную проблему, и в данных случаях возбуждение уголовного дела не является эффективным средством правовой защиты (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Аслаханова и другие против Российской Федерации» (Aslakhanova and Others v. Russia), § 217). При указанных обстоятельствах и отсутствии на протяжении многих лет значимых результатов в уголовном расследовании похищений родственников заявителей Европейский Суд приходит к выводу, что возражение властей государства-ответчика должно быть отклонено, так как указанное им средство не является эффективным в рассматриваемой ситуации (аналогичная мотивировка приводится в Постановлении Европейского Суда по делу «Хачукаевы против Российской Федерации» (Khachukayevy v. Russia) от 9 февраля 2016 г., жалоба № 34576/08 <10>, § 60).
<10> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2016. № 10 (примеч. редактора).
V. Оценка Европейским Судом имеющихся доказательств и установление фактов
A. Доводы сторон
1. Власти государства-ответчика
107. Власти Российской Федерации не оспаривали основные факты, изложенные в каждой жалобе, но при этом они утверждали об отсутствии доказательств, подтверждающих вне разумного сомнения, что представители государства были причастны к предполагаемым похищениям родственников заявителей.
108. В деле «Вацаевы против Российской Федерации» (Vatsayevy v. Russia), жалоба № 2674/12, власти государства-ответчика указали, что родственник заявителей мог скончаться, потому что прыгнул в реку после того, как был ранен неизвестными лицами.
2. Заявители
109. Заявители утверждали, что было установлено «вне разумных сомнений», что лица, которые увезли их родственников, являлись представителями государства. Для подтверждения своей позиции они ссылались на доказательства, представленные в их замечаниях по делу, и на материалы уголовных дел, представленные властями государства-ответчика. Они также утверждали, что каждый из них сделал заявления prima facie, что их родственники были похищены представителями государства, и что важнейшие факты по делам, лежащие в основе их жалоб, не оспаривались властями государства-ответчика. Учитывая длительное отсутствие каких-либо известий о местонахождении своих родственников и то, что похищение произошло при угрожающей жизни ситуации, каковой являются непризнаваемые задержания в Чечне в рассматриваемый период времени, заявители просили Европейский Суд считать их родственников умершими.
B. Мнение Европейского Суда
1. Основополагающие принципы
110. Краткое изложение принципов, касающихся оценки доказательств и установления фактов в делах об исчезновениях и опасного для жизни характера таких происшествий, содержится в упомянутом выше Постановлении Европейского Суда по делу «Султыгов и другие против Российской Федерации» (Sultygov and Others v. Russia), § 393 - 396.
2. Применение вышеуказанных принципов к настоящему делу
111. Возвращаясь к обстоятельствам рассматриваемых жалоб и делая выводы из того, что власти не представили документы из материалов дела, которые находились исключительно в их распоряжении, и не представили иного приемлемого объяснения рассматриваемых событий, Европейский Суд считает, что заявители представили prima facie доказательства, что их родственники были похищены представителями государства при обстоятельствах, описанных выше (см. аналогичную аргументацию в Постановлении Европейского Суда по делу «Исраилова и другие против Российской Федерации» (Israilova and Others v. Russia) от 23 апреля 2009 г., жалоба № 4571/04 <11>, § 117).
<11> См.: Российская хроника Европейского Суда. 2012. № 4 (примеч. редактора).
112. Европейский Суд отмечает, в частности, что в деле «Эсамбаева против Российской Федерации» (Esambayeva v. Russia), жалоба № 2660/12, Шамиль Амирхаджиев был выведен из автобуса военнослужащими на контрольно-пропускном пункте во время проверки документов; затем его увезли в бронетранспортере (см. выше § 10, 11 и 19).
113. В деле «Вацаевы против Российской Федерации» (Vatsayevy v. Russia), жалоба № 2674/12, родственник заявителей пропал во время операции по «зачистке» в Аргуне (см. выше § 25). Хотя неясно, был ли Саид-Магомед Вацаев похищен военнослужащими после ранения или он утонул в реке, Европейский Суд принимает утверждения заявителей о том, что его исчезновение и последующая смерть произошли по вине государства (см. выше § 26 и § 27).
114. Касательно дела «Чапсуркаевы против Российской Федерации» (Chapsurkayevy v. Russia), жалоба № 65488/12, Европейский Суд отмечает, что Хамзат Чапсыркаев был уведен военнослужащими после проверки документов. Он также отмечает использование при похищении военных транспортных средств, а именно бронетранспортеров (см. выше § 42 и 55).
115. Что касается дела «Лорснукаева и Идрисова против Российской Федерации» (Lorsnukayeva and Idrisova v. Russia), жалоба № 24711/13, Европейский Суд отмечает, что предполагаемые похитители были в камуфляжной форме и балаклавах и говорили на русском языке (см. выше § 59, 65 и 66). Он также отмечает, что родственник заявительниц получил сообщение от Альви Лорснукаева, которое тот выбросил из окна автомобиля, припаркованного возле здания ФСБ в г. Грозном (см. выше § 62), и что это не было оспорено властями.
116. Европейский Суд также указывает, что в деле «Кайсарова и Исиева против Российской Федерации» (Kaysarova and Isiyeva v. Russia), жалоба № 24725/13, Арби Исиев был задержан на улице и уведен несколькими военнослужащими, которые говорили на русском языке (см. выше § 77 и 82).
117. Принимая во внимание многочисленные предыдущие дела об исчезновениях в Чечне и Ингушетии, Европейский Суд установил, что в контексте конфликта, когда лицо задерживается неустановленными представителями государства без последующего признания факта задержания, это может считаться угрожающей для жизни ситуацией (см., помимо прочих, упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Аслаханова и другие против Российской Федерации» (Aslakhanova and Others v. Russia), § 101).
118. Наконец, Европейский Суд отмечает, что власти не представили достаточных и убедительных объяснений рассматриваемым событиям. Поэтому они не смогли снять с себя бремя доказывания (см. среди многих других прецедентов Постановление Европейского Суда по делу «Авшар против Турции» ( Avºar v. Turkey), жалоба № 25657/94, § 392, ECHR 2001-VII (извлечения)).
119. В целом описание фактов во всех жалобах содержит достаточно доказательств, позволяющих Европейскому Суду сделать вывод о том, что родственники заявителей были задержаны представителями государства в ходе операций по обеспечению безопасности и находились под исключительным контролем государства. Учитывая отсутствие каких-либо достоверных новостей о них с момента их задержания и характер такого задержания, представляющий опасность для жизни, Суд считает, что Шамиль Амирхаджиев, Саид-Магомед Вацаев, Хамзат Чапсуркаев, Альви Лорснукаев и Арби Исиев могут быть признаны умершими после их непризнаваемого задержания.
VI. Предполагаемое нарушение статьи 2 Конвенции
120. Ссылаясь на статью 2 Конвенции, заявители жаловались на то, что их родственники пропали после задержания представителями государства, и что органы власти государства-ответчика не провели эффективного расследования по данному вопросу. Статья 2 Конвенции гласит:
«1. Право каждого лица на жизнь охраняется законом. Никто не может быть умышленно лишен жизни, иначе как во исполнение судебного приговора, вынесенного за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание.»
2. Лишение жизни не рассматривается как нарушение настоящей статьи, когда оно является результатом абсолютно необходимого применения силы:
(a) для защиты любого лица от незаконного насилия;
(b) для осуществления законного задержания или предотвращения побега лица, заключенного под стражу на законных основаниях;
(c) для подавления, в соответствии с законом, бунта или мятежа».
A. Доводы сторон
121. Власти Российской Федерации также утверждали, что в ходе проведения расследований на внутригосударственном уровне не было получено каких-либо доказательств того, что родственники заявителей находились под контролем государства или были убиты. Кроме того, они утверждали, что сам факт того, что расследования не дали каких-либо конкретных результатов или дали лишь ограниченные результаты, не означает, что они были неэффективными.
122. Заявители настаивали на своих жалобах, утверждая, что их родственники были похищены и намеренно лишены жизни при обстоятельствах, нарушавших статью 2 Конвенции. Также они утверждали, что расследования событий не отвечали стандартам, предусмотренным Конвенцией.
B. Мнение Европейского Суда
1. Приемлемость жалобы для рассмотрения по существу
123. Европейский Суд отмечает, что эти жалобы не являются явно необоснованными по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что они не являются неприемлемыми по каким-либо другим основаниям. Следовательно, данные жалобы должны быть объявлены приемлемыми для рассмотрения по существу.
2. Существо жалоб
(a) Предполагаемое нарушение права на жизнь родственников заявителей
124. Европейский Суд уже установил, что родственники заявителей могут считаться мертвыми после их непризнаваемого задержания представителями государства (см. выше § 119). В отсутствие каких-либо оправданий со стороны властей Суд считает, что ответственность за смерть родственников заявителей может быть возложена на государство. Он заключает, что имело место нарушение материально-правового аспекта статьи 2 Конвенции в отношении Шамиля Амирхаджиева, Саид-Магомед Вацаева, Хамзата Чапсуркаева, Альви Лорснукаева и Арби Исиева.
(b) Предполагаемая недостаточность расследования в отношении похищений
125. Европейский Суд уже установил, что уголовное расследование не является эффективным средством правовой защиты в отношении исчезновений, которые имели место, в частности, в Чечне в период с 1999 по 2006 год, и что такая ситуация представляет собой системную проблему с точки зрения Конвенции (см. выше § 106). В рассматриваемых делах, как и во многих предыдущих аналогичных делах, рассмотренных Судом, расследования велись в течение многих лет, не дав каких-либо значимых результатов в плане установления личности преступников или выяснения судьбы пропавших без вести родственников заявителей.
126. Европейский Суд отмечает, что производство по каждому уголовному делу имело те же недостатки, которые перечислены в упомянутом выше Постановлении Европейского Суда по делу «Аслаханова и другие против Российской Федерации» (Aslakhanova and Others v. Russia), § 123 - 125. В ходе производства по каждому из дел неоднократно выносились решения о приостановлении расследования, после чего следовали периоды бездействия, что еще больше уменьшало вероятность раскрытия преступлений. Не было принято каких-либо существенных мер для установления личностей и допроса военнослужащих, которые могли быть свидетелями или участниками операций.
127. С учетом изложенного выше Европейский Суд считает, что власти Российской Федерации не провели эффективные расследования обстоятельств исчезновения и смерти Шамиля Амир-хаджиева, Саида-Магомеда Вацаева, Хамзата Чапсуркаева, Альви Лорснукаева и Арби Исиева. Соответственно, имело место нарушение процессуального аспекта статьи 2 Конвенции.
VII. Предполагаемые нарушения статей 3, 5 и 13 Конвенции
128. Заявители по всем жалобам жаловались на нарушение статьи 3 Конвенции ввиду душевных страданий, причиненных им исчезновением их родственников, и нарушение статьи 5 Конвенции в связи с незаконностью задержания их родственников. Они также утверждали, что, вопреки статье 13 Конвенции, они не располагали доступными внутригосударственными средствами правовой защиты в отношении предполагаемых нарушений статьи 2 Конвенции. Указанные статьи в соответствующих частях гласят:
«Статья 3»
Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом...
(в)...законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения...
2. Каждому арестованному незамедлительно сообщаются на понятном ему языке причины его ареста и любое предъявленное ему обвинение.
3. Каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с подпунктом «c» пункта 1 настоящей статьи незамедлительно доставляется к судье или к иному должностному лицу, наделенному согласно закону судебной властью, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может быть осуществлено предоставлением гарантий явки в суд.
4. Каждый, кто лишен свободы в результате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным.
5. Каждый, кто стал жертвой ареста или задержания в нарушение положений данной статьи, имеет право на компенсацию.
Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве».
A. Доводы сторон
129. Власти государства-ответчика не согласились с утверждениями заявителей, утверждая, что законодательство Российской Федерации предусматривало для заявителей эффективные средства правовой защиты в отношении их жалоб. Что касается жалоб заявителей по статьям 3 и 5 Конвенции, власти не представили каких-либо комментариев.
130. Заявители настаивали на своих жалобах.
B. Мнение Европейского Суда
1. Приемлемость жалобы для рассмотрения по существу
131. Европейский Суд отмечает, что данные жалобы не являются явно необоснованными по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что они не являются неприемлемыми по каким-либо иным основаниям. Следовательно, они должны быть объявлены приемлемыми для рассмотрения по существу.
2. Существо жалобы
132. Европейский Суд неоднократно приходил к выводу о том, что случаи насильственного исчезновения свидетельствуют о нарушении статьи 3 Конвенции в отношении близких родственников жертвы. Суть подобного нарушения заключается не столько в самом факте «исчезновения» члена семьи, сколько в том, какую реакцию демонстрируют органы государственной власти и какой позиции они придерживаются в момент, когда данная ситуация доводится до их сведения (см. Постановление Европейского Суда по делу «Орхан против Турции» (Orhan v. Turkey) от 18 июня 2002 г., жалоба № 25656/94, § 358; и Постановление Европейского Суда по делу «Имакаева против Российской Федерации» (Imakayeva v. Russia), жалоба № 7615/02 <12>, § 164, ECHR 2006-XIII (извлечения)).
<12> См.: Российская хроника Европейского Суда. 2008. № 2 (примеч. редактора).
133. Европейский Суд повторяет свои выводы касательно ответственности государства за похищение Шамиля Амирхаджиева, Саид-Магомеда Вацаева, Хамзата Чапсуркаева, Альви Лорснукаева и Арби Исиева, а также непроведения властями результативных расследований случившегося. Суд считает, что заявители, которые являются близкими родственниками похищенных лиц, должны быть признаны жертвами нарушения статьи 3 Конвенции ввиду испытанных ими душевных страданий и мучений, а также ввиду того, что они продолжают страдать в результате невозможности узнать о судьбе своих пропавших родных и из-за того, каким образом были рассмотрены их жалобы. В связи с этим Суд установил наличие нарушения статьи 3 Конвенции в отношении всех заявителей.
134. Европейский Суд также подтверждает, что, так как он установил, что Шамиль Амирхаджиев, Саид-Магомед Вацаев, Хамзат Чапсуркаев, Альви Лорснукаев и Арби Исиев были задержаны представителями государства предположительно без каких-либо законных оснований или признания такого задержания (см. выше § 119) это представляло особо серьезное нарушение права на свободу и безопасность лица, предусмотренного статьей 5 Конвенции (см., например, упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Имакаева против Российской Федерации» (Imakayeva v. Russia), § 178; упомянутое выше постановление Европейского Суда по делу «Аслаханова и другие против Российской Федерации», § 134; и Постановление Европейского Суда по делу «Ирезиевы против Российской Федерации» (Ireziyevy v. Russia) от 2 апреля 2015 г., жалоба № 21135/09 <13>, § 80). Таким образом, во всех жалобах Суд устанавливает нарушение этого положения в отношении родственников заявителей в связи с их незаконным задержанием.
<13> См.: там же. 2016. № 1 (примеч. редактора).
135. Наконец, Европейский Суд повторяет свои выводы относительно общей неэффективности уголовных расследований в делах, аналогичных рассматриваемым. В отсутствие результатов уголовного расследования любое иное возможное средство правовой защиты на практике становится недоступным. Поэтому Суд считает, что заявители не располагали эффективным внутригосударственным средством правовой защиты в отношении своей жалобы, поданной на основании статьи 2 Конвенции, в нарушение статьи 13 Конвенции (см., например, упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Хачукаевы против Российской Федерации» (Khachukayevy v. Russia), § 77).
VIII. Применение статьи 41 Конвенции
136. Статья 41 Конвенции предусматривает следующее:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Материальный ущерб и моральный вред
1. Материальный ущерб
137. Заявители во всех жалобах потребовали компенсации за утрату финансовой поддержки со стороны кормильцев их семей. Они опирались в своих расчетах на уровень минимальной заработной платы в Российской Федерации и на ее ожидаемый рост в будущем.
138. Власти Российской Федерации оставили данный вопрос на усмотрение Европейского Суда.
2. Моральный вред
139. Суммы, затребованные заявителями по этому основанию, указаны в прилагаемой таблице.
140. Власти Российской Федерации оставили данный вопрос на усмотрение Европейского Суда.
B. Расходы и издержки
141. Суммы, затребованные всеми заявителями, указаны в прилагаемой таблице. Они просили, чтобы суммы возмещения расходов и издержек были переведены на банковские счета их представителей.
142. Власти Российской Федерации оставили данный вопрос на усмотрение Европейского Суда.
C. Мнение Европейского Суда
143. Европейский Суд повторяет, что должна быть установлена четкая причинно-следственная связь между заявленным заявителями ущербом и нарушением Конвенции, и что, когда это уместно, заявленная сумма может включать компенсацию потери заработка. Суд также считает, что потеря заработка касается близких родственников пропавших лиц, включая супругов, престарелых родителей и несовершеннолетних детей (см., помимо прочих источников, упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Имакаева против Российской Федерации» (Imakayeva v. Russia), § 213).
144. Во всех случаях, когда Европейским Судом устанавливается нарушение Конвенции, он может признать, что заявители понесли моральный вред, который не может быть компенсирован одним лишь установлением факта нарушения, и присудить им денежную компенсацию.
145. Что касается судебных расходов и издержек, то Европейский Суд должен установить, были ли они действительно понесены и были ли они необходимыми и разумными в плане размера (см. Постановление Европейского Суда по делу «Макканн и другие против Соединенного Королевства» (McCann and Others v. United Kingdom) от 27 сентября 1995 г., § 220, Series A, № 324 <14>).
<14> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. Специальный выпуск. 2020. № 9 (примеч. редактора).
146. Учитывая выводы, вышеперечисленные принципы и доводы сторон, Суд присуждает заявителям суммы, указанные в прилагаемой таблице, плюс любой налог, которым могут облагаться заявители в связи с данными суммами. Суммы, присужденные в счет возмещения расходов и издержек, подлежат выплате на банковские счета представителей, указанные заявителями.
D. Процентная ставка при просрочке платежей
147. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процентных пункта.
-
отклонил предварительное возражение властей государства-ответчика;
-
объявил данные жалобы приемлемыми для рассмотрения по существу;
-
постановил, что имело место нарушение статьи 2 Конвенции в ее материально-правовом аспекте в отношении Шамиля Амирхаджиева, Саид-Магомед Вацаева, Хамзата Чапсуркаева, Альви Лорснукаева и Арби Исиева;
-
постановил, что имело место нарушение статьи 2 Конвенции в ее процессуальном аспекте в связи непроведением расследования по фактам похищения Шамиля Амирхаджиева, Саид-Магомед Вацаева, Хамзата Чапсуркаева, Альви Лорснукаева и Арби Исиева;
-
постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в отношении душевных страданий, причиненных заявителям;
-
постановил, что имело место нарушение статьи 5 Конвенции в отношении Шамиля Амирхаджиева, Саид-Магомед Вацаева, Хамзата Чапсуркаева, Альви Лорснукаева и Арби Исиева в связи с их незаконным задержанием;
-
постановил, что в отношении всех заявителей имело место нарушение статьи 13 Конвенции, взятой во взаимосвязи со статьей 2 Конвенции;
(a) что власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев выплатить заявителям суммы, указанные в таблице в Приложении, переведенные в валюту государства-ответчика по курсу, установленному на день выплаты, плюс любые налоги, которыми могут облагаться данные суммы. Суммы, присужденные в счет возмещения расходов и издержек, подлежат выплате на банковские счета представителей, указанные заявителями;
(b) что по истечении указанного трехмесячного срока и до произведения окончательной выплаты на указанные суммы начисляется простой процент в размере предельной годовой кредитной ставки Европейского центрального банка, существующей на период невыплаты, плюс три процентных пункта; 10) отклонил остальные требования заявителей о справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 4 июня 2019 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Европейского Суда.
Приложение
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF ESAMBAYEVA AND OTHERS v. RUSSIA
The European Court of Human Rights (Third Section), sitting as a Committee composed of:
Georgios A. Serghides, President,
and Fatoº Aracý , Deputy Section Registrar,
Having deliberated in private on 14 May 2019,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in five applications against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention»). The application numbers and the dates on which they were lodged with the Court as well as the applicants' personal details are listed in the appended table.
2. The applicants were represented by Mr D. Itslayev and Mr T. Shamsudinov, lawyers practising in Grozny, and by lawyers from the NGO Materi Chechni, as indicated in the appended table. The Russian Government («the Government») were represented initially by Mr G. Matyushkin, Representative of the Russian Federation to the European Court of Human Rights, and then by his successor in that office, Mr M. Galperin.
3. On 21 September 2015 notice of the applications was given to the Government.
4. The Government did not object to the examination of the applications by a Committee.
THE FACTS
I. The circumstances of the case
5. The applicants are Russian nationals who at the material time lived in the neighbouring regions of the Chechen Republic and the Republic of Ingushetia. They are close relatives of individuals who disappeared in these regions in 2000-04 after allegedly being unlawfully detained by service personnel. In each of the applications the events took place in areas under full control of the Russian federal forces. The applicants had no news of their missing relatives thereafter.
6. In each of the cases the applicants complained in respect of the abduction to law-enforcement bodies and an official investigation was instituted. In every case the investigations, after being suspended and resumed on several occasions, have been pending for several years without attaining any tangible results. It is apparent from the documents submitted that no active investigative steps have been taken by the authorities other than forwarding formal information requests to their counterparts in various regions of Chechnya, Ingushetia and the North Caucasus. Further to such requests, the authorities generally reported that service personnel's involvement in the abduction had not been established and that no special operations had been carried out at the relevant time. The applicants also lodged requests for information and assistance in the search of their missing relatives to various authorities but received only formal responses, if any. The perpetrators have never been established by the investigating bodies. It appears that all of the investigations are still pending.
7. Summaries of the facts in respect of each application are set out below. Each account of events is based on statements provided by the applicants and their relatives and/or other witnesses to the Court and the domestic investigating authorities. Despite the Court's request to this end, the Government did not submit the documents from the investigation files in each application. They did not dispute the principal facts of the cases as presented by the applicants, but denied that the abductors had been State service personnel.
A. Esambayeva v. Russia (no. 2660/12)
8. The applicant is the mother of Mr Shamil Amirkhadzhiyev, who was born in 1986.
1. Background information
9. The applicant's husband and two sons, who were ten and eleven years old at the material time, died during shelling of Grozny in 1994. When military operations were launched in Chechnya in 1999, the applicant with two other children moved to Nazran, Ingushetia where they lived as refugees.
2. Abduction of Mr Shamil Amirkhadzhiyev
10. On 28 May 2000 the applicant's son, Mr Shamil Amirkhadzhiyev, who was thirteen years old at the time, left Nazran and went to Grozny by bus. He was taken off the bus by service personnel at a checkpoint near the canning factory in Grozny because he did not have identity documents. Then he was forced into an APC and taken away. While being taken to the APC, Mr Shamil Amirkhadzhiyev shouted out his name and the applicant's name and asked the bus passengers to inform her of his arrest.
11. The circumstances of the abduction were confirmed by bus passengers' statements submitted to the Court.
12. The whereabouts of Mr Shamil Amirkhadzhiyev have remained unknown ever since.
3. Official investigation into the abduction
13. According to the applicant, she reported the abduction immediately to the local military command in Grozny, the Office of the Prosecutor of Chechnya and various NGOs.
14. On 14 July 2000 the applicant complained in respect of the abduction again to the Leninskiy district police station and asked for assistance in the search for her son.
15. On 21 July 2000 the Leninskiy district police station opened search file (розыскное дело) no. 30/48 into the abduction. Between May and September 2000 police officers took steps to establish Mr Shamil Amirkhadzhiyev's whereabouts but to no avail.
16. On 18 December 2000 the Leninskiy district police station refused to open a criminal case into the abduction of Mr Shamil Amirkhadzhiyev.
17. On 19 August 2001 the applicant complained in respect of the abduction to the Representative of the President of the Russian Federation in the Southern Federal District and asked him for assistance in the search for her son.
18. On 29 July 2005 the Leninskiy district prosecutor's office opened criminal case no. 40147 under Article 126 of the Criminal Code (abduction).
19. On 14 September 2005 the applicant was granted victim status and questioned. She stated that she had visited all checkpoints in Grozny trying to find her son but to no avail. Near the canning factory she had met women who had been trading at the local market. They had told her that a teenager who had looked like her son had been forced into an APC and taken away.
20. The investigators sent several requests for information to the law-enforcement authorities. According to the responses, it was established that Mr Amirkhadzhiyev had been arrested and taken away by service personnel of the federal forces. The responses contained statements that no information about Mr Amirkhadzhiyev was available.
21. On 29 September 2005 the investigation was suspended. It was resumed on 19 January 2006 and suspended again on 20 February 2006.
22. On 4 June 2010 the applicant requested that the investigators provide her with copies of documents from the investigation file. On 8 June 2010 the applicant's request was granted. It appears that the investigation is still pending.
23. According to the applicant, between 2000 and 2010 she contacted various authorities, including the investigators, seeking their assistance in the search for her son, but to no avail.
B. Vatsayevy v. Russia (no. 2674/12)
24. The applicants are close relatives of Mr Said-Magomed Vatsayev, who was born in 1979. The first applicant is his mother, the second applicant is his brother and the third applicant is his sister.
1. Abduction of Mr Said-Magomed Vatsayev
25. On 11 July 2002 service personnel under the command of General I.B. carried out a «sweep» operation in Chechen-Aul. As she was afraid for her son's safety, the first applicant told Mr Said-Magomed Vatsayev to go to her sister, who lived in Belgatoy village.
26. On their way to Belgatoy Mr Said-Magomed Vatsayev and Mr M.Z. were passing by the Argun river, when the service personnel saw them and opened fire. It is unclear whether it was Mr Vatsayev or Mr M.Z. who was injured and fell to the ground on the bank. The other man jumped into the river and was carried away by the strong current. The service personnel picked up the injured man and took him away to an unknown destination.
27. The eyewitnesses did not see which of the two men had been injured and who had jumped into the water. According to the applicants, the injured man must have been Mr Said-Magomed Vatsayev, as his passport was later found on the bank.
2. Official investigation into the abduction
29. On 23 July 2002 the first applicant reported the abduction to the Head of the Government of the Chechen Republic.
30. On 9 September 2002 the first applicant complained of the abduction to the Grozny district police station.
31. In October 2002 police officers interviewed several relatives of Mr M.Z. and the first applicant. They confirmed the circumstances of the abduction as described above.
32. According to the applicants, on several occasions between 2002 and 2005 they complained of the police's failure to take necessary investigative steps to the Grozny district prosecutor's office.
33. In December 2005 the Grozny district police station carried out additional preliminary enquiries into the applicants' abduction complaint.
34. On 21 December 2005 the Grozny district prosecutor's office examined the results of its preliminary enquiries and pointed out that contrary to the relevant procedural regulations, no operational search activities had been carried out by the Grozny district police station since 2002.
35. Following the prosecutor's office's criticism, the head of the police station sent several requests for information to the law-enforcement authorities. The responses contained statements that no information about Mr Vatsayev was available.
36. On 24 January 2006 the Grozny district prosecutor's office opened criminal case no. 54006 under Article 105 of the Criminal Code (murder).
37. On 30 January 2006 the first applicant was granted victim status. According to the applicant, on several occasions between 2006 and 2011 she contacted the authorities with requests for assistance in the search for her son.
38. On 24 March 2006 the investigation was suspended for failure to identify the perpetrators. It was resumed on 4 June 2011, then suspended on 16 June 2011 and resumed again on 21 July 2011.
3. Proceedings against the investigators
40. On 1 July 2011 the applicants challenged the investigators' decision to suspend the investigation of 16 June 2011 and their failure to take basic steps before the Grozny District Court. On 22 July 2011 the court terminated the proceedings having found that the day before the investigation had been resumed. On 24 August 2011 the Chechnya Supreme Court upheld that decision on appeal.
C. Chapsurkayevy v. Russia (no. 65488/12)
41. The applicants are close relatives of Mr Khamzat Chapsurkayev, who was born in 1964. The first applicant is his wife and other applicants are his children.
1. Abduction of Mr Khamzat Chapsurkayev
42. Around 5 a.m. on 17 July 2002 several armed service personnel in camouflage uniforms and balaclavas broke into the applicants' house in Shali. Another group of service personnel also broke into the house of Mr Khamzat Chapsurkayev's brother, which was situated nearby. The service personnel, who spoke unaccented Russian, asked for the identity documents of Mr Khamzat Chapsurkayev. After checking them, the service personnel handcuffed Mr Chapsurkayev. Then they pulled his shirt over his head, forced him into the one of three APCs (armoured personnel carriers) and drove off in the direction of Shali town centre. One of the service personnel filmed the events on a video camera. The abduction took place in the presence of the applicants and their neighbours.
43. The whereabouts of Mr Khamzat Chapsurkayev have remained unknown ever since.
2. Official investigation into the abduction
44. On 24 October 2002 the first applicant lodged an official complaint in respect of her husband's abduction with the authorities and requested assistance in the search for him.
45. On 29 November 2002 the Shali district prosecutor's office opened criminal case no. 59267 under Article 126 of the Criminal Code (abduction).
46. On the same day the first applicant was granted victim status and questioned. She confirmed the circumstances of the events as described above.
47. On 29 January 2003 the investigation was suspended. The first applicant was informed thereof.
48. On 3 July 2003 the first applicant complained of the abduction to the military prosecutor of Shali and requested assistance in the search for him.
49. On 17 April 2004 the military prosecutor's office of military unit no. 20166 replied to the applicant's complaint, stating that on 17 July 2002 their service personnel had neither carried out any special operation nor detained anyone.
50. In 2005 the first applicant complained about the abduction to the State Council of the Chechen Republic. It is unclear whether her complaint was forwarded to the investigators and whether any reply was given to it.
51. On 30 November 2006 the first applicant again complained to the Shali district prosecutor in respect of the abduction. It is unclear whether she received any reply.
52. On 29 February 2010 the first applicant requested that the investigators resume the investigation and grant her access to the case file. No reply was given to this request.
53. However, following the above request, on an unidentified date in June 2010 the investigation was resumed.
54. On 13 July 2010 the investigators questioned the first applicant.
55. On 22 and 26 July 2010 the investigators questioned the applicants' neighbour, Mr A.D., who confirmed the circumstances of the abduction as described above.
56. On 6 May 2012 the first applicant requested that the investigators inform her of the progress in the investigation. On the same day she challenged the investigators' decision of 29 January 2003 to suspend the investigation and their failure to take basic investigative steps before the Shali Town Court. The outcome of the court proceedings is unknown.
D. Lorsnukayeva and Idrisova v. Russia (no. 24711/13)
58. The first applicant is the mother of Mr Alvi Lorsnukayev (in the documents submitted also referred to as Lorsanukayev, Lorsunukayev, Lorsankayev), who was born in 1961. The second applicant is his wife.
1. Abduction of Mr Alvi Lorsnukayev and subsequent events
59. At the relevant time Mr Alvi Lorsnukayev lived as a refugee in Nazran, Ingushetia. On 10 May 2002 he went with his relative, Ms Ya.S., to Grozny to visit his brother Mr A.L. At around 2 p.m. on 12 May 2002 Mr Alvi Lorsnukayev, his brother and two neighbours, Mr V.B. and Mr S.E., were playing cards in Mr A.L.'s flat when a group of eight or nine armed service personnel in camouflage uniforms and balaclavas broke in. Without any explanation, they pulled Mr Alvi Lorsnukayev's shirt over his head, took him barefoot outside and forced him into a UAZ minivan (таблетка) with tinted windows. The vehicle had no registration numbers. The service personnel spoke Russian and Chechen.
60. Mr. V.B. attempted to inform the service personnel that he was a police officer from the Leninskiy district police station in Grozny. The service personnel disregarded this information, kicked him and then pushed him to the floor together with Mr. S.E. Then the service personnel took Mr A.L. outside and put him in a UAZ vehicle in which Mr Alvi Lorsnukayev was being held. Ms Ya.S. tried to stop the service personnel, but they hit her with their rifle butts and drove away. Five minutes later the service personnel pushed Mr A.L. out of the UAZ vehicle and proceeded to an unknown destination.
61. The whereabouts of Mr Alvi Lorsnukayev have remained unknown ever since.
62. About three weeks after the abduction a man visited Mr A.L. and passed him a written message from Mr Alvi Lorsnukayev. The message, written on an empty cigarette box, stated «I am here». According to the man, that cigarette box had been thrown out of a vehicle parked near the building of the Federal Security Service in Grozny.
2. Official investigation into the abduction
63. On 20 June 2002 Mr A.L. complained to the Grozny prosecutor's office of the abduction of his son and requested assistance in the search for him.
64. On 24 July 2002 the Grozny prosecutor's office opened criminal case no. 48116 under Article 126 of the Criminal Code (abduction).
65. On 6 August 2002 Ms Ya.S. was granted victim status and questioned. She confirmed the circumstances of the abduction as described above.
66. On the same day the investigators questioned Mr A.L. and his wife. They confirmed the circumstances of the abduction as described above.
67. On 24 September 2002 the investigation was suspended. According to the applicants, between 2002 and 2008 they contacted the investigators and other authorities asking for information on the progress of the investigation.
68. On 15 July 2008 the first applicant requested that the investigators inform her of the progress of the investigation, resume the investigation and allow her access to the case file. She stated, in particular, that they had passed the message from Mr Alvi Lorsnukayev to the investigators.
70. On 20 August 2009 the first applicant was granted victim status in the criminal proceedings.
71. On 22 August 2009 the investigation was suspended.
72. On 29 June 2011 the first applicant requested that the investigators grant her access to the case file. It is unclear whether any reply was given to this request.
73. On 20 April 2012 the second applicant asked the investigators to provide her with the copies of the investigation-file documents. It is unclear whether any reply was given to this request.
74. On 30 August 2012 the investigation was resumed. It appears that it is still pending.
3. Proceedings against the investigators
75. On 26 June 2012 the second applicants challenged the investigators' decision of 22 August 2009 to suspend the investigation before the Leninskiy District Court of Grozny. On 8 August 2012 the complaint was transferred to the Staropromyslovskiy District Court of Grozny. On 31 August 2012 that court terminated the proceedings, having found that a day earlier the investigation had been resumed. On 24 October 2012 the Supreme Court of Chechnya upheld this decision on appeal.
E. Kaysarova and Isiyeva v. Russia (no. 24725/13)
76. The first applicant is the mother of Mr Arbi Isiyev, who was born in 1985. The second applicant is his sister.
1. Abduction of Mr Arbi Isiyev
77. Around 1 p.m. on 29 September 2004 Mr Arbi Isiyev left his home in Argun to visit his aunt, who lived in the same town. When Mr Arbi Isiyev was walking down Gudermesskaya Street, several service personnel in camouflage uniforms and balaclavas forced him into a white GAZ-3110 car and took him to an unknown destination. Mr Arbi Isiyev managed to throw 10,000 Russian roubles (RUB) on the ground and asked a passer-by, Mr R.D., in Chechen (so that the service personnel could not understand him) to give that money to his relatives. The abduction took place in the presence of Ms S.Sh. and Mr R.D.
78. Mr Arbi Isiyev has not been seen since.
2. Official investigation into the abduction
79. On 30 September 2004 the applicants' relative, Mr I.K., complained of the abduction to authorities.
80. On 23 October 2004 the Argun town prosecutor's office opened criminal case no. 48042 under Article 126 of the Criminal Code (abduction).
81. On the same day the first applicant was granted victim status in the criminal proceedings.
82. Between October and December 2004 the investigators questioned the first applicant and the witnesses Ms S.Sh. and Mr R.D. They confirmed the circumstances of the abduction as described above.
83. On 23 December 2004 the investigation was suspended for failure to identify the perpetrators. It was resumed on 18 February 2008 and suspended again on 18 March 2008.
84. In 2009 the first applicant asked the head of the Chechen Parliamentary Committee on the Search for the Disappeared (Комитет Парламента Чеченской Республики по поиску лиц, без вести пропавших в период проведения контртеррористической операции) for assistance in the search for her son. Her request was forwarded to the investigators, who on 18 May 2009 replied that that the investigation had been suspended and that operational search activities were being carried out to establish Mr Isiyev's whereabouts.
85. On 22 April 2010 and then again on 22 July 2011 the first applicant requested that the investigators grant her access to the investigation file.
86. On 1 August 2011 the applicants' request was granted.
87. On 26 October 2011 the investigation was resumed and then suspended again on 26 November 2011.
88. On 4 September 2012 the applicants requested that the investigators inform them of the progress in the investigation.
89. On 11 September 2012 the investigation was resumed. It appears that the investigation is still pending.
3. Proceedings against the investigators
90. On 17 October 2011 the first applicant challenged the investigators' decision to suspend the investigation of 18 March 2008 and their failure to take basic investigative steps before the Shali Town Court. On 17 November 2011 the court terminated the proceedings, having found that on 26 October 2011 the investigation had been resumed. On 21 December 2011 the Supreme Court of Chechnya upheld that decision on appeal.
91. On 7 September 2012 the applicants challenged the investigators' decision to suspend the investigation of 26 November 2011 before the Shali Town Court. On 17 September 2012 the court terminated the proceedings, having found that on 11 September 2012 the investigation had been resumed. On 31 October 2012 the Supreme Court of Chechnya upheld that decision on appeal.
II. Relevant domestic law and practice and international materials
92. For a summary of the relevant domestic law and practice and for international and domestic reports on disappearances in Chechnya and Ingushetia between 1999 and 2006, see Aslakhanova and Others v. Russia (nos. 2944/06 and 4 others, §§ 43-59 and §§ 69-84, 18 December 2012).
THE LAW
I. Joinder of the applications
93. Having regard to the similar subject matter of the applications, the Court finds it appropriate to examine them jointly in a single judgment.
II. The government's preliminary objection
94. The Government submitted that, contrary to the requirements of Rule 47 of the Rules of Court, in Chapsurkayevy (no. 65488/12) the second, third, fourth, fifth and sixth applicants failed to present a complete application form. Instead, they submitted only the first and the last pages. In the Government's view, owing to the lack of the other pages, it could not be said that those applicants wished to pursue the initial application lodged by the first applicant.
95. The Court notes that the statement of facts and the statement of alleged violations in the application form concerned the abduction of Mr Khamzat Chapsurkayev, who is the father of the second, third, fourth, fifth and sixth applicants. It has no doubt that by submitting the first and the last pages of the application form, which contained their names and signatures, these applicants expressed their wish to pursue the complaints introduced by their mother (contrast Losevskiy and Others v. Russia [Committee], no. 3243/06, § 9, 16 October 2014).
96. In any event, the Court reiterates that alleged non-compliance with Rule 47 of the Rules of Court does not constitute part of the admissibility criteria laid down in Article 35 of the Convention (see, for instance, Toptanýþ v. Turkey, no. 61170/09, § 27, 30 August 2016, and the cases cited therein). The Government's arguments on this point should therefore be rejected.
III. Compliance with the six-month rule
A. The parties' submissions
1. The Government
97. The Government submitted that the applicants had lodged their applications with the Court several years after the abduction of their relatives and more than six months after the date when they ought to have become aware of the ineffectiveness of the pending investigations. They pointed out that the applicants had remained passive and had not been interested in finding their missing relatives. The applicants had therefore failed to comply with the six-month time-limit for lodging their respective complaints to the Court.
2. The applicants
98. The applicants in all applications submitted that they had complied with the six-month rule. They had taken all possible steps within a reasonable time to initiate the search for their missing relatives and assist the authorities in the investigation. They alleged that there had been no excessive or unexplained delays in lodging their applications to the Court, which had been brought as soon as they considered the domestic investigation to be ineffective.
99. The applicants further submitted that they had complained to the authorities shortly after the incidents and had hoped that the criminal investigation initiated thereafter would produce results. Throughout the proceedings they had maintained regular contact with the authorities and actively cooperated with the investigation. The applicants further maintained that the armed conflict in the area had led them to believe that investigative delays had been inevitable and it had been only with the passage of time and the lack of information from the domestic authorities that they had begun to doubt the effectiveness of the investigation. They had lodged their applications with the Court after realising that the domestic investigations had been ineffective. Some applicants also referred to their legal illiteracy and the lack of financial means to retain a lawyer (Esambayeva (no. 2660/12), Chapsurkayevy (no. 65488/12), Kaysarova and Isiyeva (no. 24725/13)). The applicant in Esambayeva (no. 2660/12) additionally submitted that she had been in especially difficult circumstances after the abduction of Mr Shamil Amirkhadzhiyev owing to her daughter's suicide in 2001 and her need to undergo medical treatment.
B. The Court's assessment
1. General principles
100. A summary of the principles concerning compliance with the six-month rule in cases involving violations of Article 2 of the Convention allegedly perpetrated by military service personnel may be found in Sultygov and Others v. Russia, nos. 42575/07 and 11 others, §§ 369-74, 9 October 2014, and Dudayeva v. Russia, no. 67437/09, § 71, 8 December 2015.
2. Application of the principles to the present case
101. Turning to the circumstances of the applications before it, the Court notes that in all the cases at hand the applicants lodged their complaints with the Court within a period ranging from eight years and a half to up to ten years and ten months after the incidents, and that the authorities became aware of the abductions without there being undue delays. In each of these cases the investigations were formally pending at the time the applications were lodged with the Court. The criminal investigations in all the cases were suspended and resumed on several occasions throughout the periods concerned. The documents submitted show that the applicants maintained reasonable contact with the authorities, cooperated with the investigation, and, where appropriate, took steps to inform themselves of the progress of the investigation and to speed them up, in the hope of a more effective outcome (see paragraphs 22, 23, 32, 37, 52, 56, 67, 68, 72, 73, 85 and 88 above).
102. The Court further notes that the Government did not submit the criminal-investigation-file documents in all applications which would have allowed the Court to assess the applicants' stance in the domestic proceedings in the light of the Government's objection. No explanation was provided for the failure to comply with the Court's request and submit these documents. Having regard to the documents submitted by the applicants, their explanations and the overall time frame which had passed since the abductions and the initiation of the relevant criminal investigations, the Court is satisfied that the applicants lodged their applications within reasonable time (see Varnava and Others v. Turkey [GC], nos. 16064/90 and 8 others, § 166, ECHR 2009).
103. Accordingly, the Court finds that the applicants complied with the six-month time-limit.
IV. Compliance with the exhaustion rule
A. The parties' submissions
104. In respect of all applications except for Chapsurkayevy (no. 65488/12) the Government argued that the applicants had failed to exhaust the domestic remedies. In their view, it had been open to the applicants to appeal against the investigators' decisions before the domestic courts or to challenge the alleged inactivity of the investigating authorities, but they had failed to do so.
105. The applicants, referring to the Court's case-law, submitted that lodging complaints against the investigators would not have remedied the shortcomings of the investigations. They further argued that the criminal investigation had proved to be ineffective.
B. The Court's assessment
106. The Court has previously concluded that the ineffective investigation of disappearances that occurred in Chechnya and Ingushetia between 1999 and 2006 constituted a systemic problem and that criminal investigations were not an effective remedy in this connection (see Aslakhanova and Others, cited above, § 217). In such circumstances, and noting the absence over the years of any tangible progress in the criminal investigations into the abductions of the applicants' relatives, the Court concludes that this objection must be dismissed since the remedy relied on by the Government is not effective in the circumstances (see, for similar reasoning, Khachukayevy v. Russia, no. 34576/08, § 60, 9 February 2016).
V. The Court's assessment of the evidence and the establishment of the facts
A. The parties' submissions
1. The Government
107. The Government did not contest the essential facts underlying each application, but submitted that there was no evidence proving beyond reasonable doubt that State agents had been involved in the alleged abductions of the applicants' relatives.
108. In the Vatsayevy application (no. 2674/12) the Government submitted that the applicants' relative could have died because he had jumped into the river after having been wounded by unknown men.
2. The applicants
109. The applicants submitted that it had been established «beyond reasonable doubt» that the men who had taken their relatives had been State agents. In support of that assertion, they referred to the evidence contained in their submissions and to documents from the criminal-investigation files submitted by the Government. They also stated that they had each made a prima facie case that their relatives had been abducted by military service personnel, and that the essential facts underlying their complaints had not been challenged by the Government. Given the lack of any news about their relatives for a long time and the life-threatening nature of unacknowledged detention in Chechnya at the relevant time, they asked the Court to consider their relatives dead.
B. The Court's assessment
1. General principles
110. A summary of the principles concerning assessment of evidence and establishment of facts in disappearance cases and the life-threatening nature of such incidents can be found in Sultygov and Others (cited above, §§ 393-96).
2. Application of the above principles to the present case
111. Turning to the circumstances of the applications before it, and drawing inferences from the Government's failure to submit the documents from the investigation files which were in their exclusive possession, or to provide another plausible explanation of the events in question, the Court finds that the applicants have presented prima facie cases that their relatives were abducted by State agents in the circumstances described above (see, for similar reasoning, Israilova and Others v. Russia, no. 4571/04, § 117, 23 April 2009).
112. The Court notes, in particular, that in Esambayeva (application no. 2660/12) Mr Shamil Amirkhadzhiyev was taken off the bus by service personnel at a checkpoint during an identity check; then he was taken away in an APC (see paragraphs 10, 11 and 19 above).
113. In the Vatsayevy application (no. 2674/12) the applicants' relative disappeared during a «sweep» operation in Argun (see paragraph 25 above). While it is unclear whether Mr Said-Magomed Vatsayev was abducted by service personnel after having been wounded or he drowned in the river, the Court accepts the applicants' allegations that his disappearance and subsequent death are attributable to the State (see paragraphs 26 and 27 above).
114. Turning to the Chapsurkayevy application (no. 65488/12), the Court observes that Mr Khamzat Chapsurkayev was taken away by service personnel after an identity check. It also notes the involvement of military vehicles, namely APCs, in the abduction (see paragraphs 42 and 55 above).
115. As to the Lorsnukayeva and Idrisova application (no. 24711/13), the Court observes that the alleged abductors were wearing camouflage uniforms and balaclavas and spoke Russian (see paragraphs 59, 65 and 66 above). It also notes that the applicants' relative received a message from Mr Alvi Lorsnukayev which had been thrown out of a vehicle parked near the building of the Federal Security Service in Grozny (see paragraph 62 above) and that it is not contested by the Goverment.
116. The Court further observes that in Kaysarova and Isiyeva application (no. 24725/13) Mr Arbi Isiyev was arrested on the street and taken away by several service personnel who spoke Russian (see paragraphs 77 and 82 above).
117. Having regard to the numerous previous cases concerning disappearances in Chechnya and Ingushetia which have come before it, the Court has found that in the particular context of the conflict, when a person was detained by unidentified State agents without any subsequent acknowledgment of the detention, this could be regarded as life-threatening (see, among many other authorities, Aslakhanova and Others, cited above, § 101).
118. Lastly, the Court observes that the Government did not provide a satisfactory and convincing explanation for the events in question. They have therefore failed to discharge their burden of proof (see, among many authorities, Avºar v. Turkey, no. 25657/94, § 392, ECHR 2001-VII (extracts)).
119. In summary, the facts of all the applications contain sufficient evidence to enable the Court to make findings that the applicants' relatives were taken into custody by State agents during security operations and remained under the State's exclusive control. Given the lack of any reliable news about them since their detention and its life-threatening nature, the Court finds that Mr Shamil Amirkhadzhiyev, Mr Said-Magomed Vatsayev, Mr Khamzat Chapsurkayev, Mr Alvi Lorsnukayev and Mr Arbi Isiyev may be presumed dead following their unacknowledged detention.
VI. Alleged violation of Article 2 of the Convention
120. The applicants complained under Article 2 of the Convention that their relatives had disappeared after being detained by State agents and that the domestic authorities had failed to carry out effective investigation into the matter. Article 2 reads as follows:
«1. Everyone's right to life shall be protected by law. No one shall be deprived of his life intentionally save in the execution of a sentence of a court following his conviction of a crime for which this penalty is provided by law.»
2. Deprivation of life shall not be regarded as inflicted in contravention of this article when it results from the use of force which is no more than absolutely necessary:
(b) in order to effect a lawful arrest or to prevent the escape of a person lawfully detained;
(c) in action lawfully taken for the purpose of quelling a riot or insurrection.»
A. The parties' submissions
121. The Government submitted that no evidence had been obtained in the domestic investigations to suggest that the applicants' relatives had been held under State control or that they had been killed. They further stated that the mere fact that the investigations had not produced any specific results, or had produced only limited ones, did not mean that they had been ineffective.
122. The applicants maintained their complaints, alleging that their relatives had been abducted and deprived of their lives in violation of Article 2 of the Convention. They further argued that the investigations into the incidents had fallen short of the standards set out in the Convention.
B. The Court's assessment
1. Admissibility
123. The Court notes that these complaints are not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 (a) of the Convention. It further notes that they are not inadmissible on any other grounds. They must therefore be declared admissible.
2. Merits
(a) Alleged violation of the right to life of the applicants' relatives
124. The Court has already found that the applicants' relatives may be presumed dead following their unacknowledged detention by State agents (see paragraph 119 above). In the absence of any form of justification put forward by the Government, the Court finds that the deaths of the applicants' relatives can be attributed to the State. It concludes that there has been a violation of the substantive aspect of Article 2 of the Convention in respect of Mr Shamil Amirkhadzhiyev, Mr Said-Magomed Vatsayev, Mr Khamzat Chapsurkayev, Mr Alvi Lorsnukayev and Mr Arbi Isiyev.
(b) Alleged inadequacy of the investigations into the abductions
125. The Court has already found that a criminal investigation does not constitute an effective remedy in respect of disappearances which occurred, in particular, in Chechnya and Ingushetia between 1999 and 2006, and that such a situation constitutes a systemic problem under the Convention (see paragraph 106 above).
In the cases at hand, as in many previous similar cases examined by the Court, the investigations have been pending for many years without bringing about any significant developments as to the identities of the perpetrators or the fate of the applicants' missing relatives.
126. The Court observes that each set of criminal proceedings has been plagued by a combination of the defects similar to those enumerated in the Aslakhanova and Others judgment (cited above, §§ 123-25). They have been subjected to several decisions to suspend the investigation, followed by periods of inactivity, which have further diminished the prospects of solving the crimes. No meaningful steps have been taken to identify and question the service personnel who could have witnessed, registered or participated in the operations.
127. In the light of the foregoing, the Court finds that the authorities failed to carry out effective criminal investigations into the circumstances of the disappearances and deaths of Mr Shamil Amirkhadzhiyev, Mr Said-Magomed Vatsayev, Mr Khamzat Chapsurkayev, Mr Alvi Lorsnukayev and Mr Arbi Isiyev. There has accordingly been a violation of Article 2 of the Convention under its procedural limb.
VII. Alleged violation of Articles 3, 5 and 13 of the Convention
128. The applicants in all the applications complained of a violation of Article 3 of the Convention on account of the mental suffering caused to them by the disappearance of their relatives and of a violation of Article 5 of the Convention on account of the unlawfulness of their detention. They also argued that, contrary to Article 13 of the Convention, there had been no domestic remedies available in respect of their complaints under Article 2 of the Convention. The relevant parts of these Articles read as follows:
«No one shall be subjected to torture or to inhuman or degrading treatment or punishment.»
«1. Everyone has the right to liberty and security of person. No one shall be deprived of his liberty save in the following cases and in accordance with a procedure prescribed by law...»
(c)... the lawful arrest or detention of a person effected for the purpose of bringing him before the competent legal authority on reasonable suspicion of having committed an offence or when it is reasonably considered necessary to prevent his committing an offence or fleeing after having done so...
2. Everyone who is arrested shall be informed promptly, in a language which he understands, of the reasons for his arrest and of any charge against him.
3. Everyone arrested or detained in accordance with the provisions of paragraph 1 (c) of this Article shall be brought promptly before a judge or other officer authorised by law to exercise judicial power and shall be entitled to trial within a reasonable time or to release pending trial. Release may be conditioned by guarantees to appear for trial.
4. Everyone who is deprived of his liberty by arrest or detention shall be entitled to take proceedings by which the lawfulness of his detention shall be decided speedily by a court and his release ordered if the detention is not lawful.
5. Everyone who has been the victim of arrest or detention in contravention of the provisions of this Article shall have an enforceable right to compensation.»
«Everyone whose rights and freedoms as set forth in [the] Convention are violated shall have an effective remedy before a national authority notwithstanding that the violation has been committed by persons acting in an official capacity.»
A. The parties' submissions
129. The Government contested the applicants' claims, arguing in particular that domestic legislation provided the applicants with effective remedies in respect of their complaints. As for the applicants' complaints under Articles 3 and 5 of the Convention, the Government did not comment.
B. The Court's assessment
1. Admissibility
131. The Court notes that these complaints are not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 (a) of the Convention. It further notes that they are not inadmissible on any other grounds. They must therefore be declared admissible.
2. Merits
132. The Court has found on many occasions that a situation of enforced disappearance gives rise to a violation of Article 3 of the Convention in respect of the close relatives of the victim. The essence of such a violation lies not so much in the fact of the «disappearance» of the family member, but rather in the authorities' reactions and attitudes to the situation when it is brought to their attention (see Orhan v. Turkey, no. 25656/94, § 358, 18 June 2002, and Imakayeva v. Russia, no. 7615/02, § 164, ECHR 2006-XIII (extracts)).
133. The Court reiterates its findings regarding the State's responsibility for the abductions of Mr Shamil Amirkhadzhiyev, Mr Said-Magomed Vatsayev, Mr Khamzat Chapsurkayev, Mr Alvi Lorsnukayev and Mr Arbi Isiyev, as well as the authorities' failure to carry out meaningful investigations into the incidents. It finds that the applicants, who are close relatives of the abducted men, must be considered victims of a violation of Article 3 of the Convention on account of the distress and anguish they have suffered, and continue to suffer, as a result of their inability to ascertain the fate of their missing family members and of the manner in which their complaints have been dealt with. The Court therefore finds a violation of Article 3 of the Convention on this count in respect of all applicants.
134. The Court further confirms that since it has been established that Mr Shamil Amirkhadzhiyev, Mr Said-Magomed Vatsayev, Mr Khamzat Chapsurkayev, Mr Alvi Lorsnukayev and Mr Arbi Isiyev were detained by State agents, apparently without any legal grounds or acknowledgment of such detention (see paragraph 119 above), this constituted a particularly serious violation of the right to liberty and security of person enshrined in Article 5 of the Convention (see, for example, Imakayeva, cited above, § 178; Aslakhanova and Others, cited above, § 134; and Ireziyevy v. Russia, no. 21135/09, § 80, 2 April 2015). The Court accordingly finds a violation of this provision in respect of the applicants' relatives on account of their unlawful detention in all applications.
135. Lastly, the Court reiterates its findings regarding the general ineffectiveness of the criminal investigations in cases such as those under examination. In the absence of results from a criminal investigation, any other possible remedy becomes inaccessible in practice. The Court accordingly finds that the applicants did not have at their disposal an effective domestic remedy for their grievances under Article 2 of the Convention, in breach of Article 13 of the Convention (see, for example, Khachukayevy, cited above, § 77).
VIII. Application of Article 41 of the Convention
136. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
1. Pecuniary damage
137. The applicants in all applications claimed compensation for loss of financial support from the breadwinners. They based their calculations on the minimum wage in Russia and its expected growth in future.
2. Non-pecuniary damage
139. The amounts claimed by the applicants under that head are indicated in the appended table.
B. Costs and expenses
141. The amounts claimed by the applicants are indicated in the appended table. They asked for the awards to be transferred into the bank accounts of their representatives.
142. The Government left the matter to the Court's discretion
C. The Court's assessment
143. The Court reiterates that there must be a clear causal connection between the damage claimed by the applicants and the violation of the Convention, and that this may, where appropriate, include compensation in respect of loss of earnings. The Court further finds that loss of earnings applies to close relatives of disappeared persons, including spouses, elderly parents and minor children (see, among other authorities, Imakayeva, cited above, § 213).
144. Wherever the Court finds a violation of the Convention, it may accept that the applicants have suffered non-pecuniary damage which cannot be compensated for solely by the finding of violations, and make a financial award.
145. As to the costs and expenses, the Court has to establish first whether the costs and expenses were actually incurred and, second, whether they were necessary and reasonable as to quantum (see McCann and Others v. the United Kingdom, 27 September 1995, § 220, Series A no. 324).
146. Having regard to its conclusions, the principles enumerated above and the parties' submissions, the Court awards the applicants the amounts set out in the appended table, plus any tax that may be chargeable to them on those amounts. The awards in respect of costs and expenses are to be paid into the representatives' bank accounts, as indicated by the applicants.
D. Default interest
147. The Court considers it appropriate that the default interest rate should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT, UNANIMOUSLY
1. Decides to join the applications;
2. Dismisses the Government's preliminary objection;
3. Declares the applications admissible;
4. Holds that there has been a substantive violation of Article 2 of the Convention in respect of Mr Shamil Amirkhadzhiyev, Mr Said-Magomed Vatsayev, Mr Khamzat Chapsurkayev, Mr Alvi Lorsnukayev and Mr Arbi Isiyev;
5. Holds that there has been a procedural violation of Article 2 of the Convention in respect of the failure to investigate the abductions of Mr Shamil Amirkhadzhiyev, Mr Said-Magomed Vatsayev, Mr Khamzat Chapsurkayev, Mr Alvi Lorsnukayev and Mr Arbi Isiyev;
6. Holds that there has been a violation of Article 3 of the Convention in respect of the mental suffering caused to the applicants;
7. Holds that there has been a violation of Article 5 of the Convention in respect of Mr Shamil Amirkhadzhiyev, Mr Said-Magomed Vatsayev, Mr Khamzat Chapsurkayev, Mr Alvi Lorsnukayev and Mr Arbi Isiyev on account of their unlawful detention;
8. Holds that there has been a violation of Article 13 of the Convention in conjunction with Article 2 of the Convention in respect of the applicants;
(a) that the respondent State is to pay the applicants, within three months the amounts indicated in the appended table, plus any tax that may be chargeable to the applicants, to be converted into the currency of the respondent State at the rate applicable at the date of settlement. The awards in respect of costs and expenses are to be paid directly into the representatives' bank accounts as indicated by the applicants;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
10. Dismisses the remainder of the applicants' claims for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 4 June 2019, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.