Доклад о результатах мониторинга правоприменения в Российской Федерации за 2019 год

ДОКЛАД

Введение

Доклад о результатах мониторинга правоприменения в Российской Федерации за 2019 год (далее — доклад) подготовлен по итогам реализации федеральными органами исполнительной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации Указа Президента Российской Федерации от 20 мая 2011 г. № 657 «О мониторинге правоприменения в Российской Федерации» (далее — Указ № 657).

Мониторинг правоприменения проведен в соответствии с планом мониторинга правоприменения в Российской Федерации на 2019 год (утвержден распоряжением Правительства Российской Федерации от 29 августа 2018 г. № 1805-р) и с методикой осуществления мониторинга правоприменения в Российской Федерации (утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 19 августа 2011 г. № 694 «Об утверждении методики осуществления мониторинга правоприменения в Российской Федерации»).

В ходе изучения правоприменительной практики использовались: информация федеральных органов исполнительной власти и органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации о применении нормативных правовых актов, статистическая информация, обращения граждан, вступившие в силу судебные акты, разъяснения Верховного Суда Российской Федерации по вопросам судебной практики, а также сведения, поступившие от научных, образовательных и общественных организаций, от представителей бизнеса и правозащитных организаций.

В частности, использовалась информация Всероссийского государственного университета юстиции (РПА Минюста России), Института государства и права Российской академии наук, Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, Казанского (Приволжского) федерального университета, Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова, Санкт-Петербургского государственного университета, Саратовской государственной юридической академии, Уральского государственного юридического университета, Национального медицинского исследовательского центра здоровья детей, Научно-исследовательского института гигиены и охраны здоровья детей и подростков, ассоциации «Некоммерческое партнерство „Объединение корпоративных юристов“, Торгово-промышленной палаты Российской Федерации, Союза садоводов России, Банка „ВТБ“, Россельхозбанка, Сбербанка России, негосударственного пенсионного фонда Сбербанка России, негосударственных пенсионных фондов „Будущее“ и „Открытие“, ЗАО „Современные технологии бизнеса“, а также отделения Всемирного фонда дикой природы в России, Всероссийского общества охраны природы, отделения международной неправительственной некоммерческой организации „Совет Гринпис“, неправительственного экологического фонда имени В.И. Вернадского.»

В докладе содержатся основанные на анализе правоприменительной практики предложения о необходимости принятия нормативных правовых актов Российской Федерации, о мерах по повышению эффективности правоприменения.

I. Мониторинг выполнения решений Конституционного Суда Российской Федерации

В соответствии с Указом № 657 Минюст России во взаимодействии с Конституционным Судом Российской Федерации, палатами Федерального Собрания Российской Федерации, Аппаратом Правительства Российской Федерации, а также с федеральными органами исполнительной власти осуществляет мониторинг правоприменения в целях исполнения решений Конституционного Суда Российской Федерации, в связи с которыми необходимо принятие (издание), изменение или признание утратившими силу (отмена) законодательных и иных нормативных правовых актов Российской Федерации.

С 1 января 1992 г. по 24 августа 2020 г. Конституционный Суд Российской Федерации принял 276 постановлений (в том числе в 2019 году — 18 постановлений, за истекший период 2020 года — также 18 постановлений), требующих исполнения, — о признании нормативного акта не соответствующим Конституции Российской Федерации (полностью или частично) либо о признании нормативного акта (либо отдельных его положений) соответствующим Конституции Российской Федерации, но при этом из данного Конституционным Судом Российской Федерации истолкования вытекает необходимость устранить пробелы или противоречия в правовом регулировании.

С 1992 года исполнено 240 постановлений Конституционного Суда Российской Федерации (в том числе в 2019 году — 21 постановление, за истекший период 2020 года — 10 постановлений).

По состоянию на 24 августа 2020 г. требуют исполнения 34 постановления Конституционного Суда Российской Федерации. В целях исполнения 18 из них Правительство Российской Федерации внесло в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации (далее — Государственная Дума) законопроекты либо поддержало проекты федеральных законов, разработанные иными субъектами права законодательной инициативы; в отношении 16 постановлений федеральными органами исполнительной власти ведется необходимая работа.

Актуальная информация о реализации постановлений Конституционного Суда Российской Федерации размещена на официальном сайте Минюста России в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (https://minjust.gov.ru/portal_pravoprimeneniya).

II. Мониторинг выполнения постановлений Европейского Суда по правам человека

В соответствии с Указом № 657 Минюстом России в 2019 году продолжен мониторинг правоприменения в целях выполнения постановлений Европейского Суда по правам человека (далее — Европейский Суд), в связи с которыми необходимо принятие (издание), изменение или признание утратившими силу (отмена) законодательных и иных нормативных правовых актов Российской Федерации.

Завершена работа по совершенствованию законодательства Российской Федерации в связи с постановлениями, объединенными в группу дел «Гладышева» (Gladysheva) (приложение № 1).

Продолжается работа по внесению изменений в законодательство Российской Федерации в связи с рядом других постановлений Европейского Суда (приложение № 2).

Так, на рассмотрении в Государственной Думе находится 8 законопроектов, разработанных с учетом выводов Европейского Суда, изложенных в постановлениях, объединенных в группы дел «Гарабаев» (Garabayev), «Ракевич» (Rakevich), «Ваньян» (Vanyan), «Ким» (Kim)», «Свинаренко и Сляднев» (Svinarenko and Slyadnev); в постановлениях от 19 февраля 2013 г. по делу «Ефимова против Российской Федерации» (Yefimova v. Russia), жалоба № 39786/09; от 23 марта 2016 г. по делу «Блохин против Российской Федерации» (Blokhin v. Russia), жалоба № 47152/06; от 14 февраля 2017 г. по делу «Алланазарова против Российской Федерации» (Allanazarova v. Russia), жалоба № 46721/15.

Федеральными органами исполнительной власти организована подготовка проектов нормативных правовых актов в связи с постановлениями Европейского Суда от 18 апреля 2013 г. по делу «Агеевы против Российской Федерации» (Ageyevy v. Russia), жалоба № 7075/10; от 18 сентября 2014 г. по делу «Аванесян против Российской Федерации» (Avanesyan v. Russia), жалоба № 41152/06; от 16 июля 2015 г. по делу «Назаренко против Российской Федерации» (Nazarenko v. Russia), жалоба № 39438/13; от 19 ноября 2015 г. по делу «Михайлова против Российской Федерации» (Mikhailova v. Russia), жалоба № 46998/08; с постановлениями Европейского Суда, объединенными в группы дел «Роман Захаров» (Roman Zakharov), «Карелин» (Karelin).

Федеральным органам исполнительной власти необходимо также проработать вопросы о достаточности принятых мер и о внесении изменений в законодательство Российской Федерации (с учетом актуальной практики Конституционного Суда Российской Федерации, Европейского Суда, а также складывающейся правоприменительной практики государственных органов и судов) в целях реализации правовых позиций Европейского Суда, изложенных в постановлениях, объединенных в группу дел «Гулиев» (Guliyev); в пилотном постановлении по делу «Томов и другие против Российской Федерации» (Tomov and Others Russia), жалоба № 18255/10; в постановлениях, объединенных в группы дел «Ваньян» (Vanyan), «Ковалев» (Kovalev) и «Евдокимов» (Yevdokimov), «Лашманкин» (Lashmankin), «Лю» (Liu), «Горлов» (Gorlov); в постановлении от 13 декабря 2011 г. по делу «Васильев и Ковтун против Российской Федерации» (Vasilyev and Kovtun v. Russia), жалоба № 13703/04; в пилотном постановлении от 10 января 2012 г. по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» (Ananyev and Others v. Russia), жалобы № 42525/07, № 60800/08; в постановлениях от 23 марта 2016 г. по делу «Блохин против Российской Федерации» (Blokhin v. Russia), жалоба № 47152/06; от 31 января 2017 г. по делу «Вахитов и другие против Российской Федерации» (Vakhitov and Others v. Russia), жалобы № 18232/11, № 42945/11, № 31596/14; от 14 февраля 2017 г. по делу «Алланазарова против Российской Федерации» (Allanazarova v. Russia), жалоба № 46721/15; от 27 марта 2018 г. по делу «Беркович и другие против Российской Федерации» (Berkovich and Others v. Russia), жалоба № 5871/07; от 9 июля 2019 г. по делу «Володина против Российской Федерации» (Volodina v. Russia), жалоба № 41261/17.

III. Мониторинг правоприменения по отраслям законодательства Российской Федерации

1. Пенсионное обеспечение

Согласно пункту «ж» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации социальная защита, включая социальное обеспечение, находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Основными нормативными правовыми актами в сфере пенсионного обеспечения являются: Федеральный закон от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», Федеральный закон от 16 июля 1999 г. № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», Федеральный закон от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 422-ФЗ «О гарантировании прав застрахованных лиц в системе обязательного пенсионного страхования Российской Федерации при формировании и инвестировании средств пенсионных накоплений, установлении и осуществлении выплат за счет средств пенсионных накоплений», Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 424-ФЗ «О накопительной пенсии».

В ходе проведения анализа законодательства и правоприменительной практики выявлена неполнота в правовом регулировании отдельных вопросов в сфере пенсионного обеспечения.

1.1. Неполнота правового регулирования вопросов, связанных с возможностью дистанционного обращения граждан за назначением и выплатой пенсий и иных социальных выплат

В настоящее время отсутствует механизм дистанционного обращения граждан за назначением и выплатой пенсий и иных социальных выплат.

В целях решения данной проблемы Минтруд России подготовил проект федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий и социальных доплат к пенсиям в целях создания для граждан удобных условий реализации права на пенсионное обеспечение и социальную помощь», согласно которому:

пенсии, назначаемые по предложению органов службы занятости, страховые пенсии по инвалидности и социальные пенсии по инвалидности будут назначаться в беззаявительном порядке;

будет организовано заблаговременное информирование граждан о предполагаемых размерах страховой пенсии по старости, суммах средств пенсионных накоплений и правах на выплаты за счет средств пенсионных накоплений.

1.2. Неполнота правового регулирования вопросов, связанных с переходом граждан из одного пенсионного фонда в другой

В целях минимизации рисков мошеннических действий в отношении граждан принят Федеральный закон от 29 июля 2018 г. № 269-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях обеспечения права граждан на получение информации о последствиях прекращения договоров об обязательном пенсионном страховании». Данным Федеральным законом с 1 января 2019 г. существенно ограничена возможность злоупотреблений при досрочной смене страховщика, а именно: запрещена подача заявлений о смене страховщика по почте и курьером, введено обязательное информирование граждан о возможной потере инвестиционного дохода при досрочной смене страховщика.

Как следствие, значительно снизилось количество случаев досрочной смены гражданами страховщика (как законной, так и незаконной):

по состоянию на 1 июля 2018 г. гражданами было подано 530 832 заявления о смене страховщика, на 1 июля 2019 г. — 81 625 заявлений, на 1 июля 2020 г. — 35 226 заявлений. Также в 2019 году по сравнению с 2018 годом на 41 процент снизилось количество дел (с участием органов Пенсионного фонда Российской Федерации) по искам о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании, заключенного ненадлежащими сторонами.

Однако, несмотря на уменьшение количества случаев досрочной смены гражданами страховщика, процентное отношение таких заявлений к общему количеству заявлений застрахованных лиц о смене страховщика не снизилось. Доля таких заявлений по состоянию на 1 июля 2020 г. составила 87,5 процента.

Одной из причин досрочного перехода из Пенсионного фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд или из негосударственного пенсионного фонда в другой негосударственный пенсионный фонд является недобросовестная деятельность посредников, нанимаемых негосударственными пенсионными фондами для привлечения новых клиентов.

В целях дополнительной защиты законных интересов граждан Минтруд России подготовил проект федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон „О негосударственных пенсионных фондах“ (в части защиты прав и законных интересов застрахованных лиц при выборе страховщика по обязательному пенсионному страхованию). Указанным законопроектом предлагается, в частности:»

запретить привлечение посредников (в том числе агентов и поверенных) для заключения договоров об обязательном пенсионном страховании;

проверять посредством межведомственного электронного взаимодействия между Пенсионным фондом Российской Федерации и Федеральной нотариальной палатой подлинность нотариально удостоверенной доверенности, на основании которой представитель застрахованного лица подписал заявление о переходе (досрочном переходе) в Пенсионный фонд Российской Федерации или в негосударственный пенсионный фонд;

предоставить застрахованному лицу право устанавливать запрет рассмотрения заявления о переходе (заявления о досрочном переходе), поданного любыми иными способами подачи указанных заявлений, отличными от подачи таких заявлений в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации лично застрахованным лицом.

1.3. Неполнота правового регулирования общественных отношений при банкротстве негосударственных пенсионных фондов

2. Нотариат

В соответствии с пунктом «л» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации нотариат находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Основными нормативными правовыми актами, регулирующими совершение нотариальных действий, являются Основы законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 г. № 4462-I (далее — Основы) и Регламент совершения нотариусами нотариальных действий, устанавливающий объем информации, необходимой нотариусу для совершения нотариальных действий, и способ ее фиксирования (далее — Регламент), утвержденный решением правления Федеральной нотариальной палаты от 28 августа 2017 г. № 10/17 и приказом Минюста России от 30 августа 2017 г. № 156.

Согласно статье 1 Основ нотариат в Российской Федерации призван обеспечивать в соответствии с Конституцией Российской Федерации, конституциями (уставами) субъектов Российской Федерации защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц путем совершения нотариусами предусмотренных законодательными актами нотариальных действий от имени Российской Федерации.

В ходе мониторинга правоприменения выявлены проблемы, которые планируется решить посредством принятия федеральных законов о внесении изменений в отдельные законодательные акты.

2.1. Неполнота правового регулирования совершения должностными лицами консульских учреждений нотариальных действий за пределами Российской Федерации

Порядок совершения нотариальных действий нотариусами устанавливается Основами и другими законодательными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, а также Регламентом.

В соответствии с частью второй статьи 39 Основ порядок совершения нотариальных действий должностными лицами консульских учреждений устанавливается законодательными актами Российской Федерации. Однако законодательством определяется перечень нотариальных действий, совершаемых должностными лицами консульских учреждений, но не регулируется порядок их совершения (статья 26 Федерального закона от 5 июля 2010 г. № 154-ФЗ «Консульский устав Российской Федерации»).

Законодательством также не установлены полномочия федерального органа исполнительной власти по регулированию порядка совершения нотариальных действий должностными лицами консульских учреждений. Вследствие этого в совершении должностными лицами консульских учреждений нотариальных действий отсутствует единообразие, что зачастую приводит к отказу в приеме компетентными органами документов, удостоверенных указанными лицами.

В целях решения данной проблемы предлагается поручить МИДу России и Минюсту России разработать проект федерального закона «О внесении изменений в Основы законодательства Российской Федерации о нотариате» (в части наделения федерального органа исполнительной власти в области юстиции и федерального органа исполнительной власти, ведающего вопросами иностранных дел, полномочием издать нормативный правовой акт, регламентирующий осуществление нотариальных действий должностными лицами консульских учреждений) (приложение № 5).

2.2. Неполнота правового регулирования возврата нотариусу государственной пошлины

В соответствии со статьями 55, 72, 73 и 75 Основ после удостоверения договора, на основании которого возникает право (обременение (ограничение) права) на недвижимое имущество, нотариус обязан незамедлительно представить в орган регистрации прав заявление о государственной регистрации прав и прилагаемые к нему документы. При этом нотариус уплачивает государственную пошлину, руководствуясь пунктами 1 и 8 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации (далее — НК РФ), согласно которым иное лицо вправе уплатить государственную пошлину за плательщика.

Однако согласно пункту 1 статьи 45 НК РФ нотариус (как и любое иное лицо, кроме плательщика) не вправе требовать возврата уплаченной за плательщика государственной пошлины, в том числе по основанию, предусмотренному статьей 333.40 НК РФ, если регистрирующий орган возвратит без рассмотрения заявление о государственной регистрации прав и прилагаемые к нему документы.

В целях решения данной проблемы планируется разработать проект федерального закона «О внесении изменений в Налоговый кодекс Российской Федерации» (в части обеспечения возможности возврата государственной пошлины нотариусу в случае возвращения заявления о совершении юридически значимого действия и (или) документов без их рассмотрения уполномоченным органом (должностным лицом), совершающим данное юридически значимое действие) (приложение № 5).

2.3. Несоблюдение гарантированных прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в связи с отсутствием законодательного регулирования предельного размера платы за оказание нотариусами услуг правового и технического характера

Согласно действующему законодательству за совершение нотариальных действий, для которых предусмотрена обязательная нотариальная форма, нотариус, занимающийся частной практикой, взимает нотариальный тариф в размере, соответствующем размеру государственной пошлины, установленной НК РФ, а также плату за услуги правового и технического характера.

Порядок определения предельного размера платы за оказание нотариусами услуг правового и технического характера утверждает правление Федеральной нотариальной палаты.

Вопрос об объеме финансовой нагрузки, которая ложится на граждан при обращении за совершением нотариального действия, является социально чувствительным. В целях защиты прав граждан и юридических лиц при совершении нотариальных действий нотариусами, занимающимися частной практикой, в Государственную Думу внесен проект федерального закона № 967075-7 «О внесении изменений в Основы законодательства Российской Федерации о нотариате», которым предлагается установить, что за совершение нотариальных действий нотариус, занимающийся частной практикой, взимает единый нотариальный тариф, включающий федеральный и региональный тарифы. Законопроектом предусматривается, что федеральный тариф заменит существующий нотариальный тариф, а региональный тариф — плату за оказание услуг правового и технического характера. Региональный тариф будут устанавливать нотариальные палаты субъектов Российской Федерации в рамках, установленных Федеральной нотариальной палатой, в соответствии с формулой, утвержденной Минюстом России.

Принятие федерального закона позволит усилить контроль за экономической обоснованностью размера платы, взимаемой с граждан за совершение нотариальных действий.

2.4. Неполнота правового регулирования нотариального удостоверения решения общего собрания участников хозяйственного общества или совета директоров о наделении полномочиями нового единоличного исполнительного органа общества

решение общего собрания участников непубличного акционерного общества и общества с ограниченной ответственностью, принятое посредством очного голосования (пункт 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее — ГК РФ);

решение общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью об увеличении уставного капитала (пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»);

решение общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью, в соответствии с которым в отношении решений общества будет применяться альтернативный способ подтверждения (пункт 2 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 декабря 2019 г.).

Таким образом, решения о смене единоличного исполнительного органа, принятые общим собранием участников непубличного акционерного общества и общества с ограниченной ответственностью посредством заочного голосования, не подлежат нотариальному удостоверению. Это означает, что такие решения можно подделать и на их основании зарегистрировать в Едином государственном реестре юридических лиц запись о смене единоличного исполнительного органа.

В целях защиты участников и кредиторов юридических лиц предлагается введение нормы об обязательном нотариальном удостоверении решений о смене единоличного исполнительного органа акционерного общества и общества с ограниченной ответственностью с предоставлением нотариусу необходимых полномочий по проверке законности такой смены.

С учетом изложенного планируется разработать проект федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон „Об акционерных обществах“ и Федеральный закон „Об обществах с ограниченной ответственностью“ (в части установления обязанности общего собрания участников акционерных обществ, обществ с ограниченной ответственностью или совета директоров нотариально заверять решение о наделении полномочиями нового единоличного исполнительного органа общества) (приложение № 5).»

2.5. Неполнота правового регулирования получения Федеральной нотариальной палатой широковещательной рассылки сведений о государственной регистрации смерти лица, выдавшего доверенность

3. Охрана здоровья детей

Согласно части 4 статьи 67.1 Конституции Российской Федерации дети являются важнейшим приоритетом государственной политики России.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 7 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» государство признает охрану здоровья детей одним из важнейших и необходимых условий их физического и психического развития. Дети независимо от их семейного и социального благополучия подлежат особой охране, включая заботу об их здоровье, и имеют приоритетные права при оказании медицинской помощи.

В ходе мониторинга законодательства Российской Федерации выявлены недостатки правового регулирования по следующим направлениям охраны здоровья детей:

организация бесплатного горячего питания обучающихся в образовательных организациях;

определение источника финансирования расходов по лекарственному обеспечению детей, а также исключение дублирования льготных категорий групп населения в перечнях федеральных и региональных льготников;

регулирование оборота, рекламы и потребления никотинсодержащей продукции, электронных систем доставки никотина и устройств, имитирующих курение.

Для обеспечения бесплатного горячего питания обучающихся в образовательных организациях Федеральным законом от 1 марта 2020 г. № 47-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон „О качестве и безопасности пищевых продуктов“ и статью 37 Федерального закона „Об образовании в Российской Федерации“ с 1 сентября 2020 г. введена обязанность учредителей государственных и муниципальных образовательных организаций обеспечивать обучающихся 1 — 4 классов не менее одного раза в день бесплатным горячим питанием, а также предусмотрена возможность предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на софинансирование организаций и обеспечение бесплатным горячим питанием обучающихся в размере, порядке и на условиях, которые определяются Правительством Российской Федерации (Правила предоставления и распределения указанных субсидий утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 20 июня 2020 г. № 900 „О внесении изменений в государственную программу Российской Федерации „Развитие образования“).»

Для определения источника финансирования расходов по лекарственному обеспечению детей, а также в целях исключения дублирования льготных категорий групп населения в перечнях федеральных и региональных льготников в Федеральном законе от 13 июля 2020 г. № 206-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам обеспечения граждан лекарственными препаратами, медицинскими изделиями и специализированными продуктами лечебного питания» предусматривается создание единого регистра граждан, имеющих право на обеспечение лекарственными препаратами, специализированными продуктами лечебного питания, медицинскими изделиями за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета и бюджетов субъектов Российской Федерации, а также установление порядка ведения такого регистра.

4. Особо охраняемые природные территории

В соответствии с пунктом «д» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации особо охраняемые природные территории находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Основным нормативным правовым актом, регулирующим правовой статус особо охраняемых природных территорий (далее также — ООПТ), является Федеральный закон от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» (далее — Федеральный закон № 33-ФЗ).

Федеральным законом № 33-ФЗ определены следующие категории ООПТ: государственные природные заповедники (в том числе биосферные заповедники), национальные парки, природные парки, государственные природные заказники, памятники природы, дендрологические парки и ботанические сады. Законы субъектов Российской Федерации могут устанавливать и иные категории особо охраняемых природных территорий регионального и местного значения.

ООПТ могут иметь федеральное, региональное или местное значение и находиться в ведении соответственно федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, а также в ведении государственных научных организаций и государственных образовательных организаций высшего образования.

В ходе мониторинга правоприменения выявлен комплекс проблем правового регулирования ООПТ.

4.1. Неполнота правового регулирования сохранения режима особой охраны государственных природных заказников при изменении их статуса

Государственный природный заказник регионального значения может быть создан путем преобразования государственного природного заказника федерального значения, расположенного в пределах территории одного субъекта Российской Федерации. Для этого требуется решение Правительства Российской Федерации по представлению уполномоченного федерального органа исполнительной власти, согласованного с высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации (пункт 3 статьи 23 Федерального закона № 33-ФЗ).

Федеральным законом № 33-ФЗ не предусмотрены гарантии сохранения режима особой охраны государственных природных заказников в случае их преобразования из федеральных в региональные, а также не определены критерии и условия такого преобразования. По этой причине преобразование федеральных государственных природных заказников в региональные на практике ослабляет режим особой охраны и, как следствие, влечет деградацию природных комплексов.

В целях решения данной проблемы предлагается поручить Минприроды России представить предложения о механизме преобразования государственных природных заказников (из федеральных в региональные) с сохранением правового режима охраны.

4.2. Неполнота правового регулирования порядка согласования создания ООПТ регионального значения

Органы государственной власти субъектов Российской Федерации согласовывают решения о создании ООПТ регионального значения, об изменении режима их особой охраны с Минприроды России, а в отдельных случаях — с Минобороны России и ФСБ России (пункт 6 статьи 2 Федерального закона № 33-ФЗ).

Однако законодательством не регламентирован порядок принятия уполномоченным федеральным органом исполнительной власти решения о согласовании создания ООПТ (в том числе перечень документов о создании ООПТ, требования к ним и срок рассмотрения таких документов).

С учетом изложенного планируется проработать вопрос о регламентации порядка согласования решений о создании ООПТ регионального значения и об изменении режима их особой охраны.

4.3. Неполнота правового регулирования механизма упразднения ООПТ

В законодательстве Российской Федерации отсутствует единый механизм упразднения ООПТ. Условия и порядок упразднения ООПТ регионального и местного значения регулируются актами органов государственной власти субъектов Российской Федерации, поэтому в разных регионах они различны. На практике основанием упразднения ООПТ является решение государственного органа власти или органа местного самоуправления. Например, в качестве обоснования принятия решения об упразднении ООПТ указывается несоответствие такой ООПТ статусу памятника природы областного значения (апелляционное определение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 10 апреля 2019 г. № 88-АПА19-2).

В целях исключения случаев необоснованного лишения отдельных территорий статуса особо охраняемых в законодательстве Российской Федерации необходимо предусмотреть четкий механизм упразднения ООПТ.

4.4. Неполнота правового регулирования функционирования сложносоставных ООПТ

В ходе мониторинга выявлены случаи образования сложносоставных ООПТ, представляющих собой ООПТ, в границах которых расположены одна или несколько других ООПТ разного уровня (заказник, национальный парк, памятник природы). Например, на территории Сочинского национального парка находится около 30 памятников природы Краснодарского края (ООПТ регионального значения). Это приводит к конфликту режимов особой охраны и невозможности их соблюдения. Также возникают проблемы, связанные с отсутствием законодательной регламентации функционирования таких ООПТ.

4.5. Отсутствие единообразной практики привлечения к административной и уголовной ответственности за причинение вреда ООПТ

Статьей 8.39 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ) установлена ответственность за нарушение правил охраны и использования природных ресурсов на особо охраняемых природных территориях. Статьей 262 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ) предусмотрена ответственность за нарушение режима заповедников, заказников, национальных парков, памятников природы и других особо охраняемых государством природных территорий при условии, что такой вред повлек причинение значительного ущерба. Однако УК РФ не содержит критериев определения значительности ущерба.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъясняет, что нарушение установленного режима или иных правил охраны и использования окружающей среды и природных ресурсов на особо охраняемых природных территориях, а также на территориях, на которых находятся памятники природы, либо в их охранных зонах подлежит квалификации по статье 8.39 КоАП РФ, за исключением случаев, когда такие действия (бездействие) содержат признаки преступлений, предусмотренных главой 26 УК РФ (постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 октября 2012 г. № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования»).

Также Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъясняет, что при разрешении вопроса о том, причинен ли в результате нарушения режима особо охраняемой природной территории значительный ущерб, судам надлежит исходить из конкретных обстоятельств дела, в частности категории особо охраняемых природных территорий, их экономической, социальной, исторической, культурной, научной значимости, способности природного ресурса к самовосстановлению, количества и стоимости истребленных, поврежденных компонентов природной среды. В необходимых случаях суд привлекает соответствующих специалистов либо экспертов.

На практике встречаются случаи, когда причинение вреда в размере 1,2 миллиона рублей влечет административную ответственность по статье 8.39 КоАП РФ, а причинение вреда в размере 615 тысяч рублей — уголовную ответственность по статье 262 УК РФ.

В целях защиты конституционных прав граждан планируется подготовить предложения по законодательному установлению денежного эквивалента при определении значительного ущерба окружающей среде, поскольку именно этот критерий является основанием для привлечения к уголовной ответственности.

4.6. Неполнота правового регулирования управления отдельными категориями ООПТ

Кроме того, согласно пункту 7 статьи 28 Федерального закона № 33-ФЗ в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях положение о дендрологическом парке и ботаническом саде могут утвердить государственная научная организация и государственная образовательная организация высшего образования. В настоящее время такие случаи законодательно не определены.

В соответствии с пунктом 5 статьи 28 Федерального закона № 33-ФЗ положение о дендрологическом парке и ботаническом саде федерального значения утверждает уполномоченный федеральный орган исполнительной власти. Указанное полномочие закреплено только за Министерством природных ресурсов и экологии Российской Федерации (постановление Правительства Российской Федерации от 11 ноября 2015 г. № 1219 «Об утверждении Положения о Министерстве природных ресурсов и экологии Российской Федерации и об изменении и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации»).

Управление дендрологическими парками и ботаническими садами схоже с управлением ООПТ других категорий. При этом положение об ООПТ иных категорий утверждается тем федеральным органом исполнительной власти, который осуществляет управление ими (например, согласно пункту 3 статьи 6 Федерального закона № 33-ФЗ положение о государственном природном заповеднике утверждается федеральным органом исполнительной власти, в ведении которого он находится).

С учетом изложенного предлагается поручить Минприроды России, Минобрнауки России совместно с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти разработать проект федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам управления отдельными видами особо охраняемых природных территорий», направленный на уточнение полномочий федеральных органов исполнительной власти, а также государственных научных организаций и государственных образовательных организаций высшего образования по утверждению положения о дендрологическом парке и ботаническом саде федерального значения (приложение № 5).

В ходе анализа законодательства по показателю наличия нормативных правовых актов, необходимость принятия (издания) которых предусмотрена актами большей юридической силы, установлено, что до настоящего времени не реализованы два положения федеральных законов (приложение № 3).

5. Несостоятельность (банкротство) страховых организаций и применение мер по предупреждению их несостоятельности (банкротства)

5.1. Различия в регулировании процедур несостоятельности (банкротства) кредитных и страховых организаций и применения мер по предупреждению их несостоятельности (банкротства)

Кредитные организации	Страховые организации
Вступление в силу решения Банка России об отзыве лицензии
Решение Банка России об отзыве лицензии на осуществление банковских операций вступает в силу со дня принятия соответствующего акта Банка России и публикуется в недельный срок со дня принятия такого решения (статья 20 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. № 395-I «О банках и банковской деятельности» (далее — Федеральный закон № 395-I)	Решение Банка России подлежит размещению на официальном сайте Банка России в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на следующий день после принятия решения об отзыве лицензии и вступает в силу со дня его размещения на официальном сайте Банка России в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (пункт 3 статьи 32.8 Закона № 4015-I)
Комментарий. В отношении страховой компании решение об отзыве лицензии вступает в силу не сразу (как в отношении кредитных организаций), а со дня его опубликования. Целесообразно предусмотреть вступление в силу решения об отзыве лицензии у страховой организации сразу после его принятия. В таком случае временная администрация страховой организации, назначенная в связи с отзывом лицензии, будет иметь возможность ко дню вступления в силу такого решения обеспечить контроль за страховой организацией. Также будет исключен риск вступления в силу решения об отзыве лицензии в предпраздничный или выходной день. На рассмотрении в Государственной Думе находится проект федерального закона № 909929-7 «О внесении изменений в Закон Российской Федерации „Об организации страхового дела в Российской Федерации“ и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части введения обеспечительных мер, направленных на сохранение имущества субъекта страхового дела в целях исполнения его обязательств» (далее — законопроект № 909929-7), направленный на решение данной проблемы.
Отзыв лицензии как основание для ликвидации
После отзыва лицензии на осуществление банковских операций кредитная организация должна быть ликвидирована. Ликвидацию кредитной организации осуществляет государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» в порядке конкурсного производства (часть 7 статьи 20, часть 1 статьи 23.4 Федерального закона № 395-I; пункт 1 статьи 189.77 Федерального закона № 127-ФЗ)	Одним из оснований прекращения страховой деятельности является решение Банка России об отзыве лицензии. Однако после отзыва лицензии организация может не ликвидироваться, а начать осуществлять другой вид деятельности (статья 32.8 Закона № 4015-I)
Комментарий. Как показывает практика, кредиторы страховой организации предъявляют к ней требования по обязательствам по договорам страхования уже после отзыва лицензии и прекращения статуса финансовой организации. В момент предъявления требований организация осуществляет другой вид деятельности и на нее не распространяются контрольные полномочия Банка России. Однако в законодательстве о несостоятельности (банкротстве) не определено, по каким правилам происходит процедура банкротства такой организации: по общим или по правилам банкротства страховых и финансовых организаций. Применение правил банкротства страховых и финансовых организаций — сложная процедура, в которой принимают участие Банк России и государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов». Вызывает сомнение целесообразность их участия в деле о банкротстве компании, которая уже не является страховой. Решение данной проблемы возможно, если отзыв лицензии страховой организации будет являться основанием для ликвидации, как в случае с кредитными организациями. Такая ликвидация будет осуществляться в рамках постлицензионного контроля Банка России, который обеспечит защиту интересов кредиторов.
Приостановление исполнения исполнительных документов с момента отзыва лицензии
С момента отзыва лицензии на осуществление банковских операций приостанавливается исполнение исполнительных документов об имущественных взысканиях, не допускается принудительное исполнение иных документов, взыскание по которым производится в бесспорном порядке, за исключением взыскания задолженности по текущим обязательствам (пункт 3 части девятой статьи 20 Федерального закона № 395-I)	Отзыв лицензии не влечет приостановление исполнения исполнительных документов
Комментарий. В отношении страховой организации (в отличие от кредитных организаций) отзыв лицензии не влечет приостановление исполнения исполнительных документов. Это означает невозможность обеспечить сохранность имущества страховой организации. Банк России вправе ввести мораторий на удовлетворение требований кредиторов страховой организации на срок не более трех месяцев в случае назначения временной администрации страховой организации. Однако, поскольку мораторий невозможно ввести сразу после отзыва лицензии, часть имущества страховой организации может перейти к взыскателям по исполнительным документам. В Государственной Думе находится на рассмотрении законопроект № 909929-7, который решает данную проблему.
Дата прекращения полномочия временной администрации
В случае признания кредитной организации банкротом или принятия решения о принудительной ликвидации временная администрация обязана передать конкурсному управляющему (или ликвидатору) печати, штампы кредитной организации, бухгалтерскую и иную документацию. Деятельность временной администрации прекращается на основании решения Банка России (пункт 2 статья 189.43 Федерального закона № 127-ФЗ)	В случае утверждения конкурсного управляющего временная администрация передает конкурсному управляющему имеющиеся у нее печати и штампы финансовой организации, а также бухгалтерскую и иную документацию. Деятельность временной администрации прекращается с даты утверждения арбитражным судом конкурсного управляющего (пункт 4 статьи 183.14 Федерального закона № 127-ФЗ)
Комментарий. На практике у государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» возникают технические сложности в оформлении передаточных актов страховой организации, поскольку не ясно, на каком основании временная администрация передает конкурсному управляющему печати, штампы и документацию, если на момент их передачи деятельность временной администрации уже прекратилась.
Непроведение собрания работников (бывших работников) по причинам, не зависящим от конкурсного управляющего
Непроведение собрания работников (бывших работников) кредитной организации не препятствует проведению собрания кредиторов в случае, если собрание работников (бывших работников) не состоялось по причинам, не зависящим от конкурсного управляющего, при условии соблюдения конкурсным управляющим порядка его организации и проведения (пункт 4 статьи 189.85-1 Федерального закона № 127-ФЗ)	Собрание работников (бывших работников) должника проводится не позднее чем за пять рабочих дней до даты проведения собрания кредиторов. Согласно позиции Президиума Верховного Суда Российской Федерации собрания работников (бывших работников) проводятся по мере необходимости. Однако критерии необходимости проведения собрания работников (бывших работников) не определены (статья 12.1 Федерального закона № 127-ФЗ; пункт 15 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с признанием недействительными решений собраний и комитетов кредиторов в процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 декабря 2018 г.)
Комментарий. Норма права, действующая в отношении кредитных организаций, является более определенной, чем норма права, действующая в отношении страховых организаций.
Полномочия Банка России по разработке формы реестра требований кредиторов
Банк России (по согласованию с государственной корпорацией «Агентство по страхованию вкладов») уполномочен разработать форму реестра требований кредиторов кредитной организации. В настоящее время действует указание Банка России от 25 февраля 2019 г. № 5079-У «О форме реестра требований кредиторов кредитной организации» (пункт 10 статьи 189.32 Федерального закона № 127-ФЗ)	У Банка России отсутствуют полномочия по разработке формы реестра требований кредиторов страховой организации
Комментарий. Отсутствие у Банка России полномочия по разработке формы реестра требований кредиторов страховой организации является неполнотой правового регулирования. Минфин России разработал проект федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования ликвидационных процедур финансовых организаций», который направлен на решение данной проблемы.

В целях решения указанных проблем предлагается поручить Минфину России совместно с Банком России подготовить проект федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации (в части унификации процедур, применяемых в деле о банкротстве кредитных и страховых организаций, и мер по его предупреждению)» (приложение № 5).

5.2. Неполнота правового регулирования общественных отношений в сфере страхового надзора за открытием филиалов страховых организаций

Согласно подпункту 5 пункта 5 статьи 30 Закона № 4015-I субъекты страхового дела обязаны представлять в орган страхового надзора (Банк России) копии положений о филиалах и представительствах, расположенных вне места нахождения субъекта страхового дела, с указанием их адресов (мест нахождения), а также копии документов, подтверждающих полномочия их руководителей.

Однако срок исполнения данной обязанности не установлен, также не предусмотрена обязанность субъектов страхового дела сообщать Банку России информацию об изменении адреса филиала (представительства) и о закрытии филиала (представительства). По этой причине у Банка России отсутствует актуальная информация о филиалах (представительствах), что лишает орган страхового надзора возможности своевременно установить контроль за имуществом страховых организаций в целях применения мер страхового надзора.

6. Осуществление должностными лицами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю и надзору в финансово-бюджетной сфере, производства по делам об административных правонарушениях

С 1 июля 2020 г. согласно пункту 3 статьи 269.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации внутренний государственный (муниципальный) финансовый контроль осуществляет Федеральное казначейство в соответствии с федеральными стандартами, утвержденными нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации.

Правительство Российской Федерации утвердило следующие федеральные стандарты внутреннего государственного (муниципального) финансового контроля: «Принципы контрольной деятельности органов внутреннего государственного (муниципального) финансового контроля», «Права и обязанности должностных лиц органов внутреннего государственного (муниципального) финансового контроля и объектов внутреннего государственного (муниципального) финансового контроля (их должностных лиц) при осуществлении внутреннего государственного (муниципального) финансового контроля», «Планирование проверок, ревизий и обследований», «Реализация результатов проверок, ревизий и обследований» (постановления Правительства Российской Федерации от 6 февраля 2020 г. № 95, от 6 февраля 2020 г. № 100, от 27 февраля 2020 г. № 208, от 23 июля 2020 г. № 1095).

В ближайшее время планируется утвердить два федеральных стандарта в части проведения проверок, ревизий и обследований и оформления их результатов, правил досудебного обжалования решений и действий (бездействия) органов внутреннего государственного (муниципального) финансового контроля и их должностных лиц.

По результатам анализа правоприменительной практики выявлены проблемы административного законодательства, в частности, при определении должностных лиц, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения муниципальных нужд, при привлечении к административной ответственности в случае несвоевременной передачи первичных учетных документов или за нарушение порядка предоставления субсидий.

7. Ведение гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд

Согласно пункту «о» статьи 71 Конституции Российской Федерации гражданское законодательство находится в ведении Российской Федерации.

Основным нормативным правовым актом в сфере ведения гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд является Федеральный закон от 29 июля 2017 г. № 217-ФЗ «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее — Федеральный закон № 217-ФЗ), определяющий особенности гражданско-правового положения некоммерческих организаций, создаваемых гражданами для ведения садоводства и огородничества.

В ходе мониторинга правоприменения выявлен ряд проблем в сфере ведения гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и в смежной сфере отношений, касающихся общего имущества собственников в коттеджных поселках.

7.1. Регулирование отношений, касающихся собственности в границах территории ведения гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд

В границах территории ведения гражданами садоводства или огородничества для собственных нужд (далее — в границах территории садоводства или огородничества), по некоторым оценкам, от 10 до 15 процентов земельных участков являются заброшенными. Как правило, собственники таких участков неизвестны органам управления садоводческих или огороднических некоммерческих товариществ (далее — товарищества).

Наличие заброшенных земельных участков приводит к несоблюдению гарантированных прав, свобод и законных интересов человека и гражданина, поскольку собственники земельных участков, расположенных в границах территории садоводства или огородничества, лишены возможности оформить право общей долевой собственности на недвижимое имущество общего пользования.

Так, регистрация права общей долевой собственности невозможна, если отсутствует решение общего собрания членов товарищества с указанием фамилий, имен, отчеств всех собственников земельных участков, расположенных в границах территории садоводства или огородничества.

Кроме того, собственники земельных участков, расположенных в границах территории садоводства или огородничества несут бремя содержания имущества общего пользования товарищества не только за себя, но и за собственников заброшенных земельных участков.

В ходе мониторинга Росреестр представил данные о том, что для товариществ разработка проекта планировки территории является излишней процедурой, а подготовка проекта межевания — сложной и дорогостоящей процедурой.

исключить необходимость разработки проекта планировки территории для товариществ;

упростить подготовку проекта межевания для товариществ.

Для этого предлагается поручить Росреестру подготовить проект федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части регулирования отношений, касающихся собственности в границах территории ведения гражданами садоводства или огородничества для собственных нужд» (приложение № 5).

7.2. Неполнота правового регулирования организации и проведения общего собрания членов товариществ с использованием информационно-телекоммуникационных технологий

Согласно части 19 статьи 17 Федерального закона № 217-ФЗ общее собрание членов товарищества правомочно, если на указанном собрании присутствует более 50 процентов членов товарищества или их представителей.

На практике соблюдение данной нормы в товариществах с сотнями и тысячами членов является затруднительным.

В целях решения данной проблемы предлагается создать правовые основы для проведения общих собраний членов товариществ с использованием информационно-телекоммуникационных технологий.

7.3. Коллизия части 3 статьи 18 и части 2 статьи 16 Федерального закона от 29 июля 2017 г. № 217-ФЗ «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»

7.4. Установление обязанности товариществ указывать идентификаторы в исковых заявлениях и заявлениях о вынесении судебного приказа

В ходе мониторинга выявлена невозможность исполнения товариществами требований части 2 статьи 124 и части 2 статьи 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее — ГПК РФ): товарищества не могут указать в исковых заявлениях и в заявлениях о вынесении судебного приказа обязательный реквизит — один из идентификаторов ответчика. В качестве идентификатора должна быть указана информация, к которой у товариществ, как правило, отсутствует доступ: страховой номер индивидуального лицевого счета, идентификационный номер налогоплательщика, серия и номер документа, удостоверяющего личность, основной государственный регистрационный номер индивидуального предпринимателя, серия и номер водительского удостоверения, серия и номер свидетельства о регистрации транспортного средства.

В случае неуказания одного из идентификаторов ответчика судья возвращает заявление о вынесении судебного приказа или оставляет исковое заявление без движения на основании части 1 статьи 125 и статьи 136 ГПК РФ.

Для сравнения можно отметить, что в отношении истцов — организаций жилищно-коммунального хозяйства обязанность указания идентификатора ответчика приостановлена до 1 января 2021 г. (статья 20.2 Федерального закона от 1 апреля 2020 г. № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях принятия неотложных мер, направленных на обеспечение устойчивого развития экономики и предотвращение последствий распространения новой коронавирусной инфекции»).

Также Минстрой России подготовил законопроект, согласно которому организации жилищно-коммунального хозяйства имеют бесплатный доступ к информации из государственной информационной системы жилищно-коммунального хозяйства, в том числе в целях взыскания задолженности за оказанные услуги, задолженности по взносам на капитальный ремонт (проект федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон „О государственной информационной системе жилищно-коммунального хозяйства“).»

В целях реализации принципа равенства всех перед законом и судом и гарантии права каждого на судебную защиту планируется урегулировать порядок получения товариществами одного из идентификаторов ответчика, необходимого для указания в исковых заявлениях и в заявлениях о вынесении судебного приказа.

7.5. Неполнота правового регулирования отношений, касающихся общего имущества собственников индивидуальных жилых домов в коттеджных поселках

Введение правового режима общего имущества собственников индивидуальных жилых домов в коттеджных поселках соответствует позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 10 ноября 2016 г. № 23-П: «В Российской Федерации индивидуальные жилые дома, будучи объектами права собственности (статья 288 ГК РФ) и жилищных прав (часть 1 статьи 15 Жилищного кодекса Российской Федерации), являются также важной составляющей жилищного фонда (часть 1 статьи 19 Жилищного кодекса Российской Федерации) — материального ресурса, необходимого для стабильного развития Российской Федерации как социального государства и обеспечения одной из базовых потребностей человека — потребности в жилище, что предопределяет значительную специфику правового регулирования в данной сфере общественных отношений, связанную, в частности, с необходимостью создания, содержания и надлежащей эксплуатации объектов коммунальной инфраструктуры, обслуживающей индивидуальные жилые дома на земельных участках, разрешенное использование которых допускает возведение таких домов, и отвечающей потребности их владельцев в благоприятных условиях проживания».

Следует отметить, что особый правовой режим общего имущества уже действует в законодательстве в отношении многоквартирных домов, а именно: собственнику квартиры в многоквартирном доме наряду с принадлежащим ему помещением, занимаемым под квартиру, принадлежит также доля в праве собственности на общее имущество дома (статья 289 ГК РФ); собственник квартиры не вправе отчуждать свою долю в праве на общее имущество жилого дома, а также совершать иные действия, влекущие передачу этой доли отдельно от права собственности на квартиру (статья 290 ГК РФ).

Законодательное регулирование отношений, касающихся общего имущества собственников индивидуальных жилых домов в коттеджных поселках, будет способствовать более эффективной защите прав собственников таких домов.

С учетом изложенного планируется подготовить предложения о внесении изменений в законодательство Российской Федерации в части регламентации правового статуса коттеджных поселков и их общей инфраструктуры.

По состоянию 25 августа 2020 г.

Приложение № 1

Постановление Европейского Суда по правам человека	Информация о принятом нормативном правовом акте
Постановления, объединенные в группу дел «Гладышева» (Gladysheva), — 23 постановления, в том числе: от 6 декабря 2011 г. по делу «Гладышева против Российской Федерации» (Gladysheva v. Russia), жалоба № 7097/10; от 29 января 2015 г. по делу «Столярова против Российской Федерации» (Stolyarova v. Russia), жалоба № 15711/13; от 13 сентября 2016 г. по делу «Андрей Медведев против Российской Федерации» (Andrey Medvedev v. Russia), жалоба № 75737/13; от 13 сентября 2016 г. и 17 апреля 2018 г. по делу «Кириллова против Российской Федерации» (Kirillova v. Russia), жалоба № 50775/13; от 4 октября 2016 г. по делу «Анна Попова против Российской Федерации» (Anna Popova v. Russia), жалоба № 59391/12; от 17 ноября 2016 г. по делу «Аленцева против Российской Федерации» (Alentseva v. Russia), жалоба № 31788/06; от 17 ноября 2016 г. по делу «Поняева и другие против Российской Федерации» (Ponyayeva and Others v. Russia), жалоба № 63508/11; от 17 ноября 2016 г. по делу «Пчелинцева и другие против Российской Федерации» (Pchelintseva and Others v. Russia), жалобы № 47724/07, № 58677/11, № 2920/13, № 3127/13, № 15320/13; от 1 декабря 2016 г. по делу «Томина и другие против Российской Федерации» (Tomina and Others v. Russia), жалобы № 20578/08, № 21159/08, № 22903/08, № 24519/08, № 24728/08, № 25084/08, № 25558/08, № 25559/08, № 27555/08, № 27568/08, № 28031/08, № 30511/08, № 31038/08, № 45120/08, № 45124/08, № 45131/08, № 45133/08, № 45141/08, № 45167/08, № 45173/08; от 11 апреля 2017 г. по делу «Стрекалев против Российской Федерации» (Strekalev v. Russia), жалоба № 21363/09; от 2 мая 2017 г. по делу «Клименко против Российской Федерации» (Klimenko v. Russia), жалоба № 18561/10; от 16 мая 2017 г. по делу «Зимонин и другие против Российской Федерации» (Zimonin and Others v. Russia), жалобы № 59291/13, № 14639/14, № 14582/15;	Учитывая, что Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в указанных постановлениях пришел к выводу о непропорциональности примененных к заявителям органами власти и судами мер по лишению их права собственности на квартиры и их выселения из жилых помещений, российскими властями был принят комплекс мер по совершенствованию законодательства и правоприменительной практики.
	27 июня 2013 г. принято Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней», которым российские суды ориентированы на то, что всякое ограничение прав должно быть не только основано на законе и преследовать законную цель, но и быть соразмерным преследуемой законной цели. При этом обращено внимание на необходимость тщательного рассмотрения всех обстоятельств дела и вынесения мотивированных решений, а также учета в судебной практике правовых позиций Европейского Суда. 23 июня 2015 г. принято Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», которым судам даны комплексные рекомендации и разъяснения относительно соответствующих положений Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе касающихся государственной регистрации прав на недвижимое имущество, рассмотрения споров, связанных с защитой гражданских прав, общих положений о сделках, последствий недобросовестных действий (бездействия) стороны сделки, недействительности сделок и их последствий и т.д. По сообщению Мэрии г. Москвы (региона, где Европейским Судом были выявлены нарушения), приняты меры по соблюдению принципа разумности и пропорциональности вмешательства в имущественные права лиц, жилые помещения которых подлежат на основании решения суда истребованию как незаконно выбывшие из собственности г. Москвы.
от 6 июня 2017 г. по делу «Николаевы против Российской Федерации» (Nikolayevy v. Russia), жалоба № 49529/10; от 16 июня 2017 г. по делу «Лунина и Мухамедова против Российской Федерации» (Lunina and Mukhamedova v. Russia), жалобы № 7359/14, № 69173/14; от 25 июля 2017 г. по делу «Расторгуев и другие против Российской Федерации» (Rastorguyev and Others v. Russia), жалобы № 11808/15, № 12068/15, № 12253/15, № 12472/15, № 25624/15; от 25 июля 2017 г. по делу «Швидкие против Российской Федерации» (Shvidkiye v. Russia), жалоба № 69820/10; от 26 сентября 2017 г. по делу «Хазиева против Российской Федерации» (Khaziyeva v. Russia), жалоба № 4877/15; от 3 октября 2017 г. по делу «Джантаев и Якубова против Российской Федерации» (Dzahantayev and Yakubova v. Russia), жалоба № 25675/15; от 3 октября 2017 г. по делу «Ганеева против Российской Федерации» (Ganeyeva v. Russia), жалоба № 7839/15; от 15 мая 2018 г. по делу «Титова и другие против Российской Федерации» (Titova and Others v. Russia), жалобы № 4919/16, № 16430/16, № 39274/16; от 23 октября 2018 г. по делу «Атрошенко против Российской Федерации» (Atroshenko v. Russia), жалоба № 4031/16; от 16 октября 2018 г. по делу «Фокс против Российской Федерации» (Foks v. Russia), жалоба № 5582/12; от 9 октября 2018 г. по делу «Фахрутдинова против Российской Федерации „(Fakhrutdinova v. Russia), жалоба № 5799/13; от 9 октября 2018 г. по делу „Сергунин и другие против Российской Федерации“ (Sergunin and Others v. Russia), жалоба № 54322/14; от 9 июля 2019 г. по делу „Ольховский против Российской Федерации „(Olkhovskiy v. Russia), жалоба № 53716/17; от 24 сентября 2019 г. по делу „Кочергин против Российской Федерации „(Kochergin v. Russia), жалоба № 71462/17. Европейский Суд в постановлениях рассматриваемой группы установил нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьи 8 указанной Конвенции в связи с непропорциональным вмешательством в имущественные права заявителей путем признания недействительным их права собственности на квартиры (невзирая на то, что заявители были признаны добросовестными приобретателями) в результате обнаружения поддельных документов, ранее использованных третьей стороной в целях мошеннической приватизации квартир. Европейский Суд также отметил, что факт мошенничества был установлен лишь спустя несколько лет и только после того, как ряд регистрирующих государственных органов признал за первыми владельцами квартир право собственности в ходе процедур, призванных обеспечить дополнительную безопасность собственника. Европейский Суд счел, что заявители не могли предвидеть возможного риска признания их права собственности недействительным ввиду обнаружения недостатков, которые должны были быть устранены. Европейский Суд также посчитал, что вынесенное национальным судом решение о выселении заявителей из занимаемых ими жилых помещений вследствие признания недействительным их права собственности на квартиры является чрезмерной и непропорциональной мерой.“»	Федеральным законом от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» были более четко и детально регламентированы действия органов, осуществляющих государственный учет и регистрацию прав на недвижимость, а также предусмотрены компенсаторные средства защиты лиц, пострадавших в результате неправомерных действий органов регистрации, и лиц, утративших право собственности на единственное пригодное для проживания жилое помещение, которое они не вправе истребовать у добросовестного приобретателя. Сохранен заявительный порядок регистрации права на недвижимое имущество, но при этом допущена возможность регистрации прекращения права на недвижимое имущество прежнего правообладателя по решению суда без подачи заявления, что позволило облегчить процедуру устранения нарушений, с которыми столкнулись заявители. 15 сентября 2015 г. введен в действие разработанный с учетом международных стандартов и практики Европейского Суда Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации, нормы которого позволяют обжаловать в суд в соответствии с новым порядком решения и/или действия (бездействие) государственных органов и их должностных лиц, в том числе связанные с проведением процедур приватизации, регистрацией права на недвижимое имущество и сделок с ним.
	Конституционным Судом Российской Федерации приняты постановления: 1) от 4 июня 2015 г. № 13-П по делу о проверке конституционности положений статьи 31.1 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» в связи с жалобой граждан В.А. Князик и П.Н. Пузырина, которым положения статьи 31.1 Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (часть 1), 35 (часть 1), 40 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой с учетом места в структуре Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» и по смыслу сложившейся правоприменительной практики эти положения не допускают выплату добросовестному приобретателю, от которого было истребовано жилое помещение, разовой компенсации за счет казны Российской Федерации в случаях, когда по не зависящим от добросовестного приобретателя причинам в соответствии со вступившим в законную силу решением суда о возмещении ему вреда, причиненного в результате утраты имущества, взыскание по исполнительному документу в течение одного года со дня начала исчисления срока для предъявления этого документа к исполнению не производилось, по мотиву отсутствия оснований для привлечения компетентного государственного органа к ответственности за незаконные действия (бездействие), связанные с производившейся им государственной регистрацией права на указанное жилое помещение; 2) от 22 июня 2017 г. № 16-П по делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца, которым положение пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации признано не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в той мере, в какой оно допускает истребование как из чужого незаконного владения жилого помещения, являвшегося выморочным имуществом, от его добросовестного приобретателя, который при возмездном приобретении этого жилого помещения полагался на данные Единого государственного реестра недвижимости и в установленном законом порядке зарегистрировал право собственности на него, по иску соответствующего публично-правового образования в случае, когда данное публично-правовое образование не предприняло — в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности при контроле над выморочным имуществом — своевременных мер по его установлению и надлежащему оформлению своего права собственности на это имущество. В соответствии с Федеральным законом от 2 августа 2019 г. № 299-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон „О государственной регистрации недвижимости“ добросовестный приобретатель, от которого жилое помещение было истребовано в собственность Российской Федерации или муниципального образования, имеет право на выплату однократной единовременной компенсации за счет»
	казны Российской Федерации в размере суммы причиненного гражданину реального ущерба (с учетом рыночной стоимости квартиры, иных расходов) либо исходя из кадастровой стоимости истребованного жилого помещения (по выбору добросовестного приобретателя). Право на компенсацию возникает после вступления в законную силу судебного акта об истребовании от добросовестного приобретателя жилого помещения и в случае, если по не зависящим от добросовестного приобретателя причинам в соответствии с вступившим в законную силу судебным актом о возмещении ему убытков, возникших в связи с истребованием от него жилого помещения, взыскание по исполнительному документу произведено частично или не производилось в течение шести месяцев со дня предъявления этого документа к исполнению. Введенные нормы о компенсации имеют обратную силу для случаев, когда жилое помещение было истребовано в собственность Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования до дня вступления в силу настоящего федерального закона. В таких случаях граждане, которые лишились жилого помещения ранее, вправе обратиться в суд с требованием о выплате компенсации по новым правилам из соответствующего бюджета в течение трех лет после вступления федерального закона в силу. В случае если утрата физическим лицом — добросовестным приобретателем жилого помещения стала следствием ненадлежащего исполнения органом регистрации прав своих полномочий, вместо компенсации предусмотрено возмещение убытков в полном объеме за счет казны Российской Федерации.
	Федеральным законом от 16 декабря 2019 г. № 430-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» введена презумпция добросовестности приобретателя недвижимости, полагавшегося на данные государственного реестра, пока в судебном порядке не доказано, что приобретатель знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешло право на указанное имущество. Кроме того, установлен срок исковой давности — 3 года с момента выбытия жилого помещения из владения до регистрации права на него первым добросовестным приобретателем, а также предусмотрено, что недобросовестность приобретателей должен доказывать публичный собственник.

ПЕРЕЧЕНЬ ПОСТАНОВЛЕНИЙ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА, В СВЯЗИ С КОТОРЫМИ НЕОБХОДИМО ВНЕСЕНИЕ ИЗМЕНЕНИЙ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Постановление Европейского Суда по правам человека		Информация о ходе исполнения	Предложения по исполнению
1.	Постановления, объединенные в группу дел «Гарабаев» (Garabayev), — более 90 постановлений, в том числе: от 6 февраля 2018 г. по делу «Буторин против Российской Федерации» (Butorin v. Russia), жалоба № 46637/09; от 20 марта 2018 г. по делу «Малимоненко против Российской Федерации» (Malimonenko v. Russia), жалоба № 46580/08, жалоба № 59609/17; от 23 октября 2018 г. по делу «А.Н. и другие против Российской Федерации» (A.N. and others v. Russia), жалоба № 61689/16; от 22 января 2019 г. по делу «У.А. против Российской Федерации» (U.A. v. Russia), жалоба № 12018/16; от 22 января 2019 г. по делу «Б.У. и другие против Российской Федерации» (B.U. and Others v. Russia); от 21 мая 2019 г. по делу «О.О. против Российской Федерации» (O.O. v. Russia), жалоба № 36321/16; от 11 июня 2019 г. по делу «С.С. и Б.З. против Российской Федерации» (S.S. and B.Z. v. Russia), жалобы № 35332/17, № 79223/17; от 25 июня 2019 г. по делу «С.С. и другие против Российской Федерации» (S.S. and Others v. Russia), жалобы № 2236/16, № 64042/17, № 81344/17, № 4067/18; от 9 июля 2019 г. по делу «Кислов против Российской Федерации» (Kislov v. Russia), жалоба № 3598/10; от 9 июля 2019 г. по делу «Р.А. против Российской Федерации» (R.A. v. Russia), жалоба № 2592/17; от 24 сентября 2019 г. по делу «Геджадзе против Российской Федерации» (Gedzhadze v. Russia), жалоба № 83594/17; от 8 октября 2019 г. по делу «Р.Р. и А.Р. против Российской Федерации» (R.R. and A.R. v. Russia), жалоба № 67485/17; от 8 октября 2019 г. по делу «С.Б. и С.З. против Российской Федерации» (S.B. and S.Z. v. Russia), жалобы № 65122/17, № 13280/18; от 3 декабря 2019 г. по делу «Н.М. против Российской Федерации» (N.M. v. Russia), жалоба № 29343/18. Европейский Суд установил нарушение статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) в связи с экстрадицией лиц в государство, в котором они заведомо могли столкнуться с реальным риском жестокого обращения, пункта 1 статьи 5 Конвенции в связи с незаконным содержанием заявителей под стражей без судебного решения до выдачи, пункта 4 статьи 5 Конвенции в связи с отсутствием возможности обжаловать постановления о заключении под стражу до выдачи.	Позиции Европейского Суда по правам человека (далее — Европейский Суд) относительно содержания под стражей лиц, в отношении которых решается вопрос об экстрадиции, были учтены в определениях Конституционного Суда Российской Федерации и Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога». В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2012 г. № 11 «О практике рассмотрения судами вопросов, связанных с выдачей лиц для уголовного преследования или исполнения приговора, а также передачей лиц для отбывания наказания» судам даны комплексные разъяснения по всем вопросам, которые были обозначены Европейским Судом при рассмотрении дел, связанных с экстрадицией. 5 марта 2018 г. Генеральной прокуратурой Российской Федерации издано указание № 116/35 «О порядке работы органов прокуратуры Российской Федерации по вопросам выдачи лиц для уголовного преследования или исполнения приговора», в котором в русле международных стандартов, правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда, разъяснений Верховного Суда Российской Федерации даны детальные инструкции прокурорам о порядке действий при рассмотрении запросов иностранных государств о выдаче лиц для привлечения к уголовной ответственности. В рамках выполнения правовых позиций Европейского Суда распоряжением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2016 г. № 2856-р в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации (далее — Государственная Дума) внесен проект федерального закона «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (в части совершенствования процедуры выдачи лиц по запросу иностранного государства для уголовного преследования или исполнения приговора)» (N 67509-7). 16 июня 2017 г. указанный проект федерального закона принят Государственной Думой в первом чтении.
2.	Постановление от 19 февраля 2013 г. по делу «Ефимова против Российской Федерации» (Yefimova v. Russia), жалоба № 39786/09. Европейский Суд установил нарушение российскими властями пункта 4 статьи 5 Конвенции в связи с чрезмерно длительным рассмотрением судом жалоб заявительницы на постановление прокурора о заключении под стражу в целях экстрадиции (при наличии соответствующего судебного решения иностранного государства) и продление судом такой меры пресечения.	Вопрос о недостатках процедуры обжалования в суд постановлений прокурора, вынесенных в порядке, предусмотренном частью 2 статьи 466 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ранее неоднократно был предметом рассмотрения Европейского Суда в постановлениях по жалобам, связанным с нарушениями прав лиц в ходе процедуры выдачи в иностранное государство для уголовного преследования (экстрадиции). В связи с этим в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2012 г. № 11 «О практике рассмотрения судами вопросов, связанных с выдачей лиц для уголовного преследования или исполнения приговора, а также передачей лиц для отбывания наказания» дано разъяснение возможности обжалования указанных постановлений прокурора в соответствии со статьей 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. В настоящее время в Государственной Думе находится на рассмотрении проект федерального закона «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (в части совершенствования процедуры выдачи лиц по запросу иностранного государства для уголовного преследования или исполнения приговора)» (N 67509-7), который 16 июня 2017 г. принят в первом чтении. В указанном проекте федерального закона содержатся нормы, предусматривающие судебное обжалование постановлений прокурора о заключении под стражу в соответствии с частью 2 статьи 466 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в суд согласно статье 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации с правом суда их отмены при наличии к тому оснований.
3.	Постановления, объединенные в группу дел «Ракевич» (Rakevich), — 10 постановлений: от 28 октября 2003 г. по делу «Ракевич против Российской Федерации», от 11 октября 2016 г. по делу «Руслан Макаров против Российской Федерации» (Ruslan Makarov v. Russia), жалоба № 19129/13; от 6 декабря 2016 г. по делу «Трутько против Российской Федерации» (Trutko v. Russia), жалоба № 40979/04, от 5 июня 2018 г. по делу «Шакулина и другие против Российской Федерации» (Shakulina and Others v. Russia), жалоба № 24688/05; от 4 октября 2010 г. по делу «Бик против Российской Федерации» (Bik v. Russia), жалоба № 26321/03; от 11 марта 2010 г. по делу «Шулепова против Российской Федерации» (Shulepova v. Russia), жалоба № 34449/03; от 22 апреля 2013 г. по делу «Лашин против Российской Федерации» (Lashin v. Russia), жалоба № 33117/02; от 5 мая 2015 г. по делу «Мифобова против Российской Федерации» (Mifobova v. Russia), жалоба № 5525/11; от 2 августа 2013 г. по делу «Загидулина против Российской Федерации» (Zagidulina v. Russia), жалоба № 11737/06; от 27 июня 2008 г. по делу «Штукатуров против Российской Федерации» (Shtukaturov v. Russia), жалоба № 44009/05. Европейский Суд установил нарушение положений Конвенции в связи с несоблюдением прав заявителей при помещении их в принудительном порядке в психиатрический стационар и отсутствием возможности оспорить в национальных судах законность и обоснованность принудительного содержания в медицинском учреждении.	В рамках исполнения постановления от 28 октября 2003 г. по делу «Ракевич против Российской Федерации» (Rakevich v. Russia), жалоба № 58973/00, Минздравом России во взаимодействии с другими компетентными государственными органами и Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации в соответствии с поручениями Правительства Российской Федерации рассматривались различные варианты законодательного решения обозначенной Европейским Судом проблемы. В настоящее время в Совете Федерации Федерального Собрания Российской Федерации (далее — Совет Федерации) создана рабочая группа с участием заинтересованных государственных органов по подготовке проекта федерального закона о службе по защите прав граждан с психическими расстройствами, находящихся в стационарных условиях. Кроме того, 7 июня 2016 г. Государственной Думой принят в первом чтении проект федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях повышения гарантий реализации прав и свобод недееспособных и не полностью дееспособных граждан» (N 879343-6), внесенный членами Совета Федерации Кареловой Г.Н., Клишасом А.А., Тюльпановым В.А., Кононовой Л.П., Драгункиной З.Ф., Гумеровой Л.С., депутатами Государственной Думы Шайденко Н.А., Николаевой Е.Л., Терентьевым М.Б., Ивановым В.В., а также Добрыниным К.Э., Сударенковым В.В. в период исполнения ими полномочий членов Совета Федерации, который предусматривает в том числе внесение изменений в Закон Российской Федерации от 2 июля 1992 г. № 3185-I «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» в части уточнения и расширения полномочий службы защиты прав пациентов, находящихся в медицинских организациях, оказывающих психиатрическую помощь в стационарных условиях, и граждан, проживающих в стационарных учреждениях социального обслуживания для лиц, страдающих психическими расстройствами, обеспечения возможности передачи полномочий данной службы независимым общественным организациям, а также порядка создания и полномочий комиссии по рассмотрению вопросов о приеме в стационарное учреждение социального обслуживания для лиц, страдающих психическими расстройствами, переводе, выписке и временном выбытии из него. Поправки Правительства Российской Федерации к проекту федерального закона № 879343-6 направлены в Государственную Думу письмами от 5 апреля 2017 г. № 2275п-П12, от 7 декабря 2019 г. № 11218п-П12.
4.	Постановления, объединенные в группу дел «Гулиев» (Guliyev), — 47 постановлений, в том числе: от 8 февраля 2018 г. по делу «Пузрина и другие против Российской Федерации» (Puzrina and Others v. Russia), жалобы № 5855/09, № 46330/10, № 70881/13, № 6216/14, № 53395/15, № 33531/16, № 34065/16, № 42878/16, № 50716/16, № 64175/16; от 8 февраля 2018 г. по делу «Клеменков и другие против Российской Федерации» (Klemenkov and Others v. Russia), жалобы № 56110/09, 20715/16, № 58029/16, № 63593/16, № 73369/16, № 79613/16, № 79681/16, № 3765/17, № 5269/17; от 8 февраля 2018 г. по делу «Стучилов и другие против Российской Федерации» (Stuchilov and Others v. Russia), жалобы № 50932/16, № 54522/16, № 24303/17, № 26979/17; от 29 марта 2018 г. по делу «А.К. и другие против Российской Федерации» (A.K. and Others v. Russia), жалобы № 7130/08, № 32834/16, № 50530/16, № 50531/16, № 52484/16, № 57926/16; от 29 марта 2018 г. по делу «Прохоренко и другие против Российской Федерации» (Prokhorenko and Others v. Russia), жалобы № 12204/15, № 63371/16, № 77886/16; от 15 мая 2018 г. по делу «Луцкевич против Российской Федерации» (Lutskevich v. Russia), жалобы № 6312/13, 60902/14; от 14 июня 2018 г. по делу «Киселев и другие против Российской Федерации» (Kiselev and Others v. Russia), жалоба № 18408/16; от 14 июня 2018 г. по делу «Колосюк и другие против Российской Федерации» (Kolosyuk and Others v. Russia), жалоба № 45162/13;	В рамках исполнения постановлений по данной группе дел предпринят ряд мер. Приказом Минюста России и МВД России от 9 февраля 2018 г. № 26дсп/85дсп внесены изменения в Инструкцию по служебной деятельности специальных подразделений уголовно-исполнительной системы по конвоированию, утвержденную приказом Минюста России и МВД России от 24 мая 2006 г. № 199дсп/369дсп (зарегистрирован Минюстом России 7 июля 2006 г., № 8094) (далее — Инструкция от 24 мая 2006 г. № 199дсп/369дсп), которыми в том числе снижено максимальное количество осужденных, которые могут перевозиться в камерах специальных вагонов (уменьшена норма посадки в большую камеру спецвагона с 12 до 10 человек, в малую камеру — с 6 до 4 человек), что привело к увеличению нормы площади, приходящейся на одного осужденного в камерах специальных вагонов. Кроме того, в связи с принятием Федерального закона от 26 июля 2017 г. № 200-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации в целях защиты прав детей, родители которых отбывают наказание в виде лишения свободы», которым в статью 76 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации внесены изменения в части обеспечения соответствующих условий перемещения осужденных беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей в возрасте до трех лет (только при наличии заключения врача о возможности перемещения, а при необходимости согласно такому заключению — в сопровождении медицинского работника). Приказом Минюста России и МВД России от 9 февраля 2018 г. № 26дсп/85дсп корреспондирующие изменения внесены в Инструкцию от 24 мая 2006 г. № 199дсп/369/дсп.	Минюсту России, МВД России, ФСИН России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации и Верховным Судом Российской Федерации проработать вопрос о необходимости внесения изменений: в Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации в целях распространения норм его главы 22 о компенсации вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания подозреваемых, обвиняемых и заключенных на случаи необеспечения соответствующим лицам надлежащих условий транспортировки; в федеральные и иные нормативные правовые акты в части обеспечения транспортировки подозреваемых, обвиняемых и заключенных с учетом международных стандартов и создания эффективного средства правовой защиты от нарушений в связи с необеспечением надлежащих условий транспортировки указанных лиц.
	от 14 июня 2018 г. по делу «Байков и другие против Российской Федерации» (Baykov and Others v. Russia), жалоба № 9094/05; от 26 июля 2018 г. по делу «Николаев и другие против Российской Федерации» (Nikolaev and Others v. Russia), жалоба № 31113/15; от 26 июля 2018 г. по делу «Асонов и другие против Российской Федерации» (Asonov and Others v. Russia), жалоба № 11577/12; от 4 октября 2018 г. по делу «Кулминский и другие против Российской Федерации» (Kulminskiy and Others v. Russia), жалоба № 50992/16; от 4 октября 2018 г. по делу «Внучков против Российской Федерации» (Vnuchkov v. Russia), жалоба № 48749/16; от 4 октября 2018 г. по делу «Покусин и другие против Российской Федерации» (Pokusin and Others v. Russia), жалоба № 21440/13, от 11 декабря 2018 г. по делу «Юдин против Российской Федерации» (Yudin v. Russia), жалоба № 9904/09, от 19 марта 2019 г. по делу «Скрипкин против Российской Федерации» (Skripkin v. Russia), жалоба № 12255/11. 9 апреля 2019 г. вынесено пилотное постановление Европейского Суда по делу «Томов и другие против Российской Федерации» (Tomov and Others v. Russia), жалоба № 18255/10. Европейский Суд установил нарушение российскими властями статей 3 и 13 Конвенции в связи с необеспечением надлежащих условий транспортировки (автомобильным и железнодорожным транспортом между учреждениями пенитенциарной системы, между соответствующими учреждениями и судами, больницами, экспертными учреждениями и др.), а также отсутствием у заявителей эффективных национальных средств правовой защиты от соответствующих нарушений. В пилотном постановлении Европейского Суда по делу «Томов и другие против Российской Федерации» (Tomov and Others v. Russia), жалоба № 18255/10, Европейский Суд, проанализировав ситуацию конкретных заявителей, а также сложившуюся практику Европейского Суда по другим аналогичным российским делам: указал, что проблема необеспечения надлежащих условий транспортировки в Российской Федерации носит структурный характер и требует принятия комплексных мер по ее решению; сформулировал принципиальные подходы и критерии к оценке надлежащих условий содержания подозреваемых, обвиняемых и заключенных в ходе их транспортировки на предмет соответствия Конвенции; исходя из соответствующих критериев определил имеющиеся недостатки в российской правовой системе; дал общие рекомендации российским властям относительно устранения данных недостатков.	В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» содержатся важные указания на необходимость соблюдения при перевозках прав лишенных свободы лиц, а также даны предметные разъяснения судам с учетом международных стандартов и практики Европейского Суда, в том числе по вопросам, связанным с рассмотрением дел о необеспечении надлежащих условий транспортировки. Наряду с этим Верховным Судом Российской Федерации подготовлено, в январе 2020 г. опубликовано (находится в открытом доступе на официальном сайте) и направлено во все суды обновленное Обобщение практики и правовых позиций международных договорных и внедоговорных органов по вопросам защиты права лица не подвергаться пыткам, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению и наказанию, в котором обобщены практика и правовые позиции по рассматриваемой проблематике Европейского Суда, Европейского комитета по предотвращению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, Комитета по правам человека и специальных докладчиков (рабочих групп), действующих в рамках Совета Организации Объединенных Наций (далее — ООН) по правам человека. Минюстом России 6 февраля 2020 г. копия названного обобщения направлена во все компетентные государственные органы, задействованные в исполнении пилотного постановления, для учета практики и правовых позиций международных договорных и внедоговорных органов при подготовке и реализации необходимых мер. МВД России разработан новый российский Стандарт (условия) перевозки подозреваемых и обвиняемых в специальных автомобилях полиции — «СТО 061-2019 „Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Технические требования“, утвержденный приказом от 28 июня 2019 г. № 512 Федерального казенного учреждения Научно-производственное Объединение „Специальная техника и связь“ МВД России.»
		Согласно новым стандартам: предусмотрено обязательное оборудование специальных автомобилей системами кондиционирования и дополнительными автономными системами отопления и вентиляции; в помещениях для перевозки лиц площадь личного пространства на одного человека в одиночной камере не может составлять менее 0,6 м2, в общих — не менее 0,4 м2, уровень освещенности — не менее 100 люкс; внутренняя высота этих помещений доведена до среднего роста человека мужского пола и не может составлять менее 180 см; безопасность перевозимых лиц будет обеспечена за счет оборудования помещений поручнями для держания во время движения. Федеральным законом от 1 апреля 2020 г. № 96-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации», в частности, установлена возможность направления осужденного в исправительное учреждение, расположенное в субъекте Российской Федерации, в котором проживает один из его близких родственников, что наряду с другими мерами будет способствовать сокращению перевозок и их длительности. В настоящее время Минюстом России осуществляется подготовка проекта Концепции развития уголовно-исполнительной системы до 2030 года, в которую в целях защиты прав и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей, планируется включить положения, касающиеся создания для них надлежащих условий содержания при организации специальных перевозок, питания, включая соблюдение стандартов полезной площади на одного человека, оптимизации перевозок, питания, а также об обеспечении общественного контроля за соблюдением прав граждан при этапировании. Федеральным законом от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусматривается совершенствование компенсаторного судебного средства правовой защиты от нарушений, связанных с необеспечением надлежащих условий содержания под стражей и в местах лишения свободы. Указанным законом внесены изменения в Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации, Федеральный закон от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых» и Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации, которые обеспечивают возможность получения на национальном уровне компенсации за соответствующие нарушения. В законе детально, в русле международных стандартов и практики Европейского Суда, регламентированы особенности подачи и рассмотрения соответствующих заявлений. При этом Верховный Суд Российской Федерации в названном ранее постановлении Пленума от 25 декабря 2018 г. № 47 отнес условия транспортировки к условиям содержания в пенитенциарных учреждениях, а также ориентировал суды на такие подходы к рассмотрению жалоб на несоблюдение данных условий, которые в полной мере корреспондируют международным стандартам и практике Европейского Суда. С учетом изложенного нуждается в проработке вопрос о необходимости внесения изменений в законодательство в целях совершенствования национальных судебных средств правовой защиты от ненадлежащих условий транспортировки в контексте указанных постановления Пленума от 25 декабря 2018 г. № 47 и Федерального закона от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также пилотного постановления Европейского Суда.
5.	Постановления, объединенные в группу дел «Ваньян» (Vanyan), — 17 постановлений, в том числе: от 30 ноября 2017 г. по делу «Климов и другие против Российской Федерации» (Klimov and Others v. Russia), жалобы № 22625/07, № 14218/08, № 12509/09, № 3154/11, № 21968/12, № 16340/13, № 30203/13, № 69862/13, № 28992/14; от 22 февраля 2018 г. по делу «Парамонов и другие против Российской Федерации» (Paramonov and Others v. Russia), жалобы № 74986/10, № 45145/12, № 54214/14; от 10 октября 2018 г. по делу «Кумицкий и другие против Российской Федерации» (Kumitskiy and Others v. Russia), жалоба № 66215/12; от 27 июня 2019 г. по делу «Хасанов и другие против Российской Федерации» (Khasanov and Others v. Russia), жалобы № 28634/11, № 46/14, № 20574/14, № 25727/15, № 49908/15, № 24471/17; от 8 октября 2019 г. по делу «Манелюк и другие против Российской Федерации» (Manelyuk and Others v. Russia), жалобы № 40442/07, № 6327/09, № 21248/09, № 56679/11; от 26 марта 2020 г. по делу «Боков и другие против Российской Федерации» (Bokov and Others v. Russia), жалобы № 7779/17, № 21544/17, № 21558/17, № 66866/17, № 7577/18, № 37691/18; от 26 марта 2020 г. по делу «Ливадний и другие против Российской Федерации» (Livadniy and Others v. Russia), жалобы № 12233/10, № 59534/10, № 10424/11, № 11945/11, № 15044/11, № 77167/11, № 45792/13, № 57588/16, № 68832/16, № 34335/17, № 74741/17, № 78718/17, № 79278/17, № 19074/18, № 21552/18, № 8584/19. Европейский Суд установил нарушение российскими властями пункта 1 статьи 6 Конвенции в основном в связи с необеспечением справедливости судебных разбирательств по уголовным делам заявителей, выразившееся в том, что в основу обвинительных приговоров по их делам были положены доказательства, полученные в результате оперативно-розыскных мероприятий — проверочных закупок наркотических средств, проведенных ненадлежащим образом с участием тайных агентов правоохранительных органов, в отсутствие иных доказательств виновности заявителей и без надлежащего рассмотрения судами доводов заявителей о провокации преступления.	После вынесения постановления Европейского Суда от 2 октября 2012 г. по делу «Веселов и другие против Российской Федерации» (Veselov and Others v. Russia), жалобы № 23200/10, № 24009/07, № 556/10, компетентными государственными органами по результатам проработки вопроса о необходимости внесения изменений в законодательство Российской Федерации в соответствии с выводами Европейского Суда была запланирована разработка МВД России проекта федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон „Об оперативно-розыскной деятельности (в части уточнения понятий и санкционирования независимым органом отдельных оперативно-розыскных мероприятий, а также совершенствования порядка их проведения)“, но в дальнейшем было принято предложение МВД России о нецелесообразности работы над данным проектом федерального закона (протокол заседания Комиссии Правительства Российской Федерации по законопроектной деятельности от 5 марта 2018 г. № 7). Вместе с тем Правительством Российской Федерации было поручено МВД России, ФСБ России, ФСИН России, ФТС России принять дополнительные меры по регламентации в ведомственных нормативных правовых актах порядка проведения соответствующих оперативно-розыскных мероприятий, обеспечивающих достаточные гарантии от возможных злоупотреблений (провокаций), в том числе меры разноуровневого контроля за подготовкой и проведением указанных мероприятий. МВД России издан приказ, которым дополнительно регламентирован и усовершенствован порядок проведения оперативно-розыскных мероприятий сотрудниками органов внутренних дел. Наряду с этим МВД России подготовлены и 8 июля 2019 г. направлены в территориальные органы разъяснения „О принятии мер по недопущению нарушений, ведущих к удовлетворению Европейским Судом жалоб, связанных с проведением оперативно-розыскного мероприятия в виде проверочной закупки наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров“. 7 марта 2020 г. Правительством Российской Федерации в Государственную Думу внесен проект федерального закона „О внесении изменения в статью 146 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации“ (N 916965-7), которым вводится запрет на возбуждение уголовных дел по статьям 228.1 и 228.4 Уголовного кодекса Российской Федерации за незаконный сбыт наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов при отсутствии данных о виде, массе и наименовании соответствующих средств и веществ, а также достаточных данных, указывающих на их передачу другим лицам.»	МВД России, Минюсту России, ФСБ России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации и Верховным Судом Российской Федерации дополнительно проработать вопрос о необходимости внесения изменений в Федеральный закон от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» в части санкционирования независимым органом (прокурором или судом) проведения проверочной закупки и иных аналогичных оперативно-розыскных мероприятий с учетом принятых мер и складывающейся в этой связи правоприменительной практики компетентных государственных органов, а также практики Европейского Суда.
	В постановлении от 30 октября 2014 г. по делу «Носко и Нефедов против Российской Федерации» (Nosko and Nefedov v. Russia), жалобы № 5753/09, № 11789/10, установлены аналогичные нарушения, касающиеся оперативных экспериментов, которые оценены Европейским Судом как провокация взятки. Начиная с постановления от 2 октября 2012 г. по делу «Веселов и другие против Российской Федерации» (Veselov and Others v. Russia), жалобы № 23200/10, № 24009/07, № 556/10, Европейский Суд подчеркивает недостаточную правовую определенность понятия «провокация» в названном Федеральном законе, а также указывает, что простое запрещение провокации не способно обеспечить предотвращение ее на практике. Наряду с этим в постановлениях Европейского Суда обращено внимание на то, что допущенные нарушения явились следствием отсутствия в российском законодательстве механизмов санкционирования проведения оперативно-розыскных мероприятий в форме проверочных закупок и оперативных экспериментов независимым органом (судом или прокуратурой). В постановлении от 30 апреля 2015 г. по делу «Сергей Лебедев и другие против Российской Федерации» (Sergey Lebedev and Others v. Russia), жалобы № 2500/07, № 43089/07, № 48809/07, № 52271/07, № 54706/07, Европейский Суд, ссылаясь на ранее вынесенные постановления, указывал, что отмеченное им отсутствие механизмов санкционирования проведения оперативно-розыскных мероприятий в форме проверочных закупок и оперативных экспериментов является для Российской Федерации структурной проблемой.	В числе заявленных целей законопроекта — обеспечение защиты прав граждан путем усиления их правовой защищенности от необоснованного вовлечения в доследственные проверки и расследование уголовных дел. 23 июня 2020 г. указанный проект федерального закона принят Государственной Думой в первом чтении. Вместе с тем за период с января 2019 г. по июнь 2020 г. Европейским Судом вынесены новые постановления по 32 российским жалобам рассматриваемой категории, еще около 150 таких жалоб находятся на рассмотрении. В связи с соответствующими постановлениями Европейского Суда за последние три года Верховным Судом Российской Федерации отменены приговоры в отношении 53 лиц. При этом Европейский Суд продолжает указывать, что отмеченное им отсутствие надлежащих механизмов санкционирования проведения таких оперативно-розыскных мероприятий, как проверочная закупка и оперативный эксперимент, и контроля над их проведением является для Российской Федерации структурной проблемой. Соответственно такие дела рассматриваются Европейским Судом, как правило, в ускоренном порядке и в упрощенных процедурах с вынесением постановлений, не предусматривающих возможность их обжалования. С учетом изложенного остается актуальной проработка вопроса о достаточности принятых мер.
7.	Постановления, объединенные в группы дел «Ковалев» (Kovalev) и «Евдокимов» (Yevdokimov), — 48 постановлений, в том числе: от 20 марта 2018 г. по делу «Игранов и другие против Российской Федерации» (Igranov and Others v. Russia), жалобы № 42399/13, № 24051/14, № 36747/14, № 60710/14, № 3741/15, № 7615/15, № 24303/15, № 24307/15, № 24605/15; от 10 апреля 2018 г. по делу «Лесникович против Российской Федерации» (Lesnikovich v. Russia), жалоба № 17181/09; от 12 апреля 2018 г. по делу «Божков и другие против Российской Федерации» (Bozhkov and Others v. Russia), жалобы № 17071/05, № 5951/08, № 15622/09, № 18297/11, № 17115/15, № 62983/16; от 14 июня 2018 г. по делу «Румянцев и другие против Российской Федерации» (Rumyantsev and Others v. Russia), жалобы № 40913/14, № 49808/14, № 68723/14, № 76865/14, № 17708/15; от 26 июля 2018 г. по делу «Утимишев и другие против Российской Федерации» (Utimishev and Others v. Russia), жалобы № 15783/10, № 34056/17, № 34062/17, № 34161/17, № 34621/17, № 53786/17, № 55286/17, № 56482/17, № 70654/17; от 15 января 2019 г. по делу «Беляев против Российской Федерации» (Belyayev v. Russia), жалоба № 43852/12; от 21 февраля 2019 г. по делу «Алексеев и другие против Российской Федерации» (Alekseyev and Others v. Russia), жалобы № 24816/17, № 28134/17, № 43005/17, № 46670/17, № 72309/17; от 21 февраля 2019 г. по делу «Ананчев и другие против Российской Федерации» (Ananchev and Others v. Russia), жалобы № 7026/10, № 63685/14, № 50230/15, № 9712/17, № 38251/17, № 41269/17, № 46292/17, № 46650/17, № 48129/17, № 48492/17, № 49572/17, № 60773/17, № 64359/17, № 64589/17, № 68736/17, № 70196/17, № 70735/17, № 72606/17, № 73045/17, № 75119/17, № 76640/17, № 77729/17, № 79395/17, № 80186/17, № 80336/17, № 80395/17;	В связи с вынесением постановлений, объединенных в группу дел «Евдокимов» (Yevdokimov), компетентные государственные органы пришли к согласованному выводу об отсутствии необходимости законодательных изменений с учетом достаточности имеющейся правовой регламентации и дачи предметных разъяснений Конституционным Судом Российской Федерации. В частности, Федеральным законом от 26 апреля 2013 г. № 66-ФЗ «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» установлены особенности и порядок применения системы видеоконференц-связи в гражданском процессе. Статьей 155.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность участия в судебном процессе путем видеоконференц-связи лиц, участвующих в деле, в том числе заявителей или их представителей (при наличии в судах технической возможность осуществления видеоконференц-связи) по ходатайствам соответствующих лиц или по инициативе самого суда. С 15 сентября 2015 г. введен в действие Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации, который предусматривает (статьи 135, 142, 146, 148) участие в судебном заседании лица (по его ходатайству или по собственной инициативе суда) путем использования систем видеоконференц-связи в случае, если участие лица необходимо для правильного рассмотрения и разрешения административного дела и при наличии в суде технической возможности. Соответствующий вопрос специально разрешается судом, в том числе при подготовке дела к административному разбирательству.	Минюсту России, МВД России, ФСИН России с участием Генеральной прокуратуры Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации продолжить проработку вопроса о достаточности принятых мер по обеспечению участия лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, в судебных заседаниях по рассмотрению их гражданских и административных исков в контексте правовых позиций Европейского Суда и его актуальной практики.
	от 7 мая 2019 г. по делу «Митянин и Леонов против Российской Федерации» (Mityanin and Leonov v. Russia), жалоба № 11436/06, № 22912/06; от 16 января 2020 г. по делу «Лях и Кожуков против Российской Федерации» (Lyakh and Kozhukov v. Russia), жалобы № 56255/15, № 79199/17. Европейский Суд установил нарушение российскими властями пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с несоблюдением рядом областных и равных им судов принципа состязательности сторон ввиду необеспечения личного участия заявителей, отбывающих уголовное наказание в виде лишения свободы, в судебных заседаниях по рассмотрению их гражданских исков. 20 марта 2018 г. вынесено постановление «Игранов и другие против Российской Федерации» (Igranov and Others v. Russia), жалоба № 42399/13, в котором Европейский Суд, оценив обстоятельства данного дела, а также проанализировав ранее вынесенные постановления по аналогичным делам, указал, что проблема необеспечения в России справедливости процесса ввиду необеспечения личного участия (как непосредственно, так и путем видеоконференц-связи) содержащихся под стражей и в местах лишения свободы лиц при рассмотрении их исков носит масштабный и системный характер (рассмотрено уже более 100 дел с вынесением постановлений, в которых установлены нарушения). В связи с этим Европейский Суд счел, что требуется принятие российскими властями под контролем Комитета министров Совета Европы конкретных мер общего характера, в том числе по совершенствованию судебной практики.	Конституционным Судом Российской Федерации даны предметные разъяснения относительно соблюдения прав граждан на участие в гражданском процессе и при рассмотрении административных дел, в том числе с использованием систем видеоконференц-связи (определения от 28 марта 2017 г. № 713-О, от 23 ноября 2017 г. № 2533-О, от 23 ноября 2017 г. № 2660-О, от 27 марта 2018 г. № 716-О и др.). Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации в целях реализации организационно-обеспечительных функций в части проведения судебных заседаний с применением систем видеоконференц-связи издан приказ от 28 декабря 2015 г. № 401, которым утвержден Регламент организации применения видеоконференц-связи в федеральных судах общей юрисдикции, определяющий основные положения организации деятельности судов, федерального государственного бюджетного учреждения «Информационно-аналитический центр поддержки ГАС „Правосудие“ и его филиалов по применению видеоконференц-связи, в том числе порядок использования программно-технических комплексов, правила подготовки и проведения судебных заседаний в режиме видеоконференц-связи (за исключением процессуального порядка). Правовые позиции, изложенные в постановлении от 16 февраля 2016 г. по делу „Евдокимов и другие против Российской Федерации“ (Yevdokimov and Others v. Russia), жалобы № 27236/05, № 44223/05, № 53304/07, № 40232/11, № 60052/11, № 76438/11, № 14919/12, № 19929/12, № 42389/12, № 57043/12, № 67481/12, включены в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016 г.»
		В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» даны предметные разъяснения судам относительно реализации лишенными свободы лицами их прав на участие в рассмотрении их административных исков, в том числе с использованием систем видеоконференц-связи. Вместе с тем нуждается в дополнительной проработке вопрос о достаточности принятых мер в свете последней практики Европейского Суда, которая свидетельствует об актуальности выявленной им проблемы в российской правовой системе.
8.	Постановления, объединенные в группу дел «Лашманкин» (Lashmankin), в том числе: от 7 февраля 2017 г. по делу «Лашманкин и другие против Российской Федерации» (Lashmankin and Others v. Russia), жалобы № 57818/09, № 51169/10, № 4618/11, № 19700/11, № 31040/11, № 47609/11, № 55306/11, № 59410/11, № 7189/12, № 16128/12, № 16134/12, № 20273/12, № 51540/12, № 64243/12, № 37038/13; от 25 июля 2017 г. по делу «Анненков и другие против Российской Федерации» (Annenkov and Others v. Russia), жалоба № 31475/10; от 30 января 2018 г. по делу «Степан Зимин против Российской Федерации» (Stepan Zimin v. Russia), жалоба № 63686/13; от 2 июля 2018 г. по делу «Поликович против Российской Федерации» (Polikhovich v. Russia), жалоба № 62630/13; от 2 июля 2018 г. по делу «Барабанов против Российской Федерации» (Barabanov v. Russia), жалоба № 4966/13; от 17 апреля 2018 г. по делу «Цуканов и Торчинский против Российской Федерации» (Tsukanov and Torchinskiy v. Russia), жалоба № 35000/13; от 8 октября 2018 г. по делу «Луцкевич против Российской Федерации» (Lutskevich v. Russia), жалоба № 6312/13; от 9 октября 2018 г. по делу «Аристов и Громов против Российской Федерации» (Aristov and Gromov v. Russia), жалоба № 76191/12; от 15 ноября 2018 г. по делу «Навальный против Российской Федерации» (Navalnyy v. Russia), жалоба № 29580/12;	После событий, ставших предметом рассмотрения Европейского Суда в постановлениях от 7 февраля 2017 г. по делу «Лашманкин и другие против Российской Федерации» (Lashmankin and Others v. Russia), жалобы № 57818/09, № 51169/10, № 4618/11, № 19700/11, № 31040/11, № 47609/11, № 55306/11, № 59410/11, № 7189/12, № 16128/12, № 16134/12, № 20273/12, № 51540/12, № 64243/12, № 37038/13; от 25 июля 2017 г. по делу «Анненков и другие против Российской Федерации» (Annenkov and Others v. Russia), жалоба № 31475/10, предпринят ряд мер, которые корреспондируют правовым позициям Европейского Суда. В сентябре 2015 г. введен в действие Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации, который предусматривает соответствующие международным стандартам процедуры рассмотрения судами дел о защите прав и свобод граждан, возникающих из административных и иных публичных правоотношений, в том числе правоотношений, связанных с проведением публичных мероприятий. Конституционным Судом Российской Федерации, в том числе за последнее время, вынесен ряд постановлений и определений (постановления от 17 марта 2017 г. № 8-П, от 18 июня 2019 г. № 24-П, от 1 ноября 2019 г. № 33-П, от 4 июня 2020 г. № 27-П, определения от 18 июля 2017 г. № 1731-О, от 7 июля 2016 г. № 1428-О и др.), в которых содержатся правовые позиции, корреспондирующие положениям Конвенции и практики Европейского Суда, относительно фундаментального характера права граждан проводить мирные публичные мероприятия в различных формах; необходимости соблюдения принципов законности, обоснованности и соразмерности при его ограничении, в том числе в случаях отказа в согласовании места и времени проведения публичного мероприятия и предложения альтернативных вариантов для проведения публичных акций, прекращения публичных мероприятий, привлечения к ответственности их организаторов и участников, а также обеспечения всестороннего рассмотрения жалоб на неправомерное ограничение права на свободу собраний и др.	Минюсту России, МВД России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации и Верховным Судом Российской Федерации проработать вопрос о достаточности принятых мер в части совершенствования законодательства и правоприменительной практики в целях обеспечения права на мирные публичные собрания с учетом актуальной практики Европейского Суда, а также складывающейся правоприменительной практики судов и компетентных государственных органов.
	от 4 декабря 2018 г. по делу «Асаинов и Сибиряк против Российской Федерации» (Asainov and Sibiryak v. Russia), жалоба № 16694/13; от 8 января 2019 г. по делу «Зиновьева против Российской Федерации» (Zinovyeva v. Russia), жалоба № 69272/13; от 12 февраля 2019 г. по делу «Рыклин и Шаров против Российской Федерации» (Ryklin and Sharov v. Russia), жалоба № 37513/15; от 12 февраля 2019 г. по делу «Мучник и Мордовин против Российской Федерации» (Muchnik and Mordovin v. Russia), жалоба № 23814/15; от 12 февраля 2019 г. по делу «Николаев против Российской Федерации» (Nikolaev v. Russia), жалоба № 61443/13; от 12 февраля 2019 г. по делу «Белан и Свидерская против Российской Федерации (Belan and Sviderskaya v. Russia), жалоба № 42294/13; от 12 февраля 2019 г. по делу „Григорьев и Игамбердиева против Российской Федерации“ (Grigoryev and Igamberdiyeva v. Russia), жалоба № 10970/12; от 26 марта 2019 г. по делу „Макарова и другие против Российской Федерации“ (Makarova and Others v. Russia), жалоба № 53545/13; от 30 апреля 2019 г. по делу „Эльвира Дмитриева против Российской Федерации“ (Elvira Dmitriyeva v. Russia), жалоба № 60921/17;»	В постановлении от 18 июня 2019 г. № 24-П Конституционный Суд Российской Федерации с прямыми ссылками на постановления Европейского Суда по делам против Российской Федерации и других государств акцентировал внимание на том, что согласно европейским правовым стандартам «государство должно воздерживаться от применения произвольных мер, могущих нарушить право на мирные публичные акции, и не обладает полной свободой действий даже в случае нарушения их участниками установленных правил проведения собраний, митингов, демонстраций, шествий и пикетирований». Обращено также внимание на то, что «публичные власти должны проявлять определенную степень толерантности по отношению к мирным собраниям даже тогда, когда они могут вызвать некоторое нарушение обыденной жизни, включая помехи уличному движению, поскольку иначе свобода собраний лишилась бы своего существа» и что «для ограничения политических выступлений или выступлений по иным важным вопросам общественной жизни необходимы веские причины, при отсутствии которых такие ограничения могут негативно сказаться на общем уважении свободы самовыражения и иметь „охлаждающий“ (сдерживающий) эффект в отношении права на свободу собраний».
	от 30 апреля 2019 г. «Каблис против Российской Федерации» (Kablis v. Russia), жалоба № 48310/16; от 2 июля 2019 г. «Рябинина и другие против Российской Федерации» (Ryabinina and Others v. Russia), жалоба № 50271/06; от 23 июля 2019 г. «Каляпин против Российской Федерации» (Kalyapin v. Russia), жалоба № 6095/09; от 24 сентября 2019 г. «Милинов против Российской Федерации» (Milinov v. Russia), жалоба № 51156/08; от 8 октября 2019 г. «Корнеева против Российской Федерации» (Korneyeva v. Russia), жалоба № 72051/17; от 8 октября 2019 г. «Капустин против Российской Федерации» (Kapustin v. Russia), жалоба № 36801/09; от 19 ноября 2019 г. «Развозжаев против Российской Федерации и Украины и Удальцов против Российской Федерации» (Razvozzhayev v. Russia and Ukraine and Udaltsov v. Russia), жалобы № 75734/12, № 2695/15, № 55325/15; от 19 ноября 2019 г. «Оботе против Российской Федерации» (Obote v. Russia), жалоба № 58954/09;	Обращено внимание на необходимость различать меры безопасности по проведению публичного мероприятия, которые принимает на себя его организатор, от мер безопасности, которые должны приниматься органами государственной и муниципальной власти, обладающими в силу своего конституционно-правового статуса соответствующими публично-властными полномочиями. Орган власти, как указано, обязан рассмотреть заявление о проведении публичного мероприятия, даже если оно содержит указание на такие формы и методы обеспечения общественного порядка и медицинской помощи, которые не соответствуют законодательству о публичных мероприятиях. По результатам рассмотрения такого обращения орган власти обязан направить организатору мероприятия обоснованные предложения об изменении, дополнении или уточнении форм и методов обеспечения общественного порядка и в случае принятия данных предложений не должен препятствовать в проведении публичного мероприятия.
	от 25 февраля 2020 г. «Гущин и Гаскаров против Российской Федерации» (Gushchin and Gaskorov v. Russia), жалоба № 22581/15; от 25 февраля 2020 г. «Дубровина и другие против Российской Федерации» (Dubrovina and Others v. Russia), жалоба № 31333/07; от 24 марта 2020 г. «Басок против Российской Федерации» (Basok v. Russia), жалоба № 10252/10. Европейский Суд установил нарушение российскими властями статьи 11 (свобода собраний), толкуемой в соответствии со статьей 10 (свобода выражения мнения), статьи 5 (право на свободу и личную неприкосновенность), статьи 6 (право на справедливое судебное разбирательство) и статьи 13 (право на эффективное средство правовой защиты) Конвенции в связи с проведением публичных мероприятий. В контексте выявленных нарушений отмечены недостатки российского законодательства и правоприменительной практики судов и иных компетентных государственных органов.	В постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 1 ноября 2019 г. № 33-П и от 4 июня 2020 г. № 27-П признаны несоответствующими Конституции Российской Федерации отдельные нормы Закона Республики Коми от 29 ноября 2012 г. № 91-РЗ «О некоторых вопросах проведения публичных мероприятий в Республике Коми» и Закона Самарской области от 6 апреля 2005 г. № 105-ГД «О порядке подачи уведомления о проведении публичного мероприятия и обеспечении отдельных условий реализации прав граждан на проведение публичных мероприятий в Самарской области». Указано, что данные законы устанавливают общий запрет на проведение публичных мероприятий в ряде мест без учета того, может ли конкретное публичное мероприятие создать реальную угрозу правам и свободам человека и гражданина, законности, правопорядку, общественной безопасности. С учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в постановлениях от 1 ноября 2019 г. № 33-П и от 4 июня 2020 г. № 27-П, в 33-х субъектах Российской Федерации в действующие законы внесены изменения, которыми исключен общий запрет на проведение публичных мероприятий в ряде мест, в том числе вблизи федеральных государственных органов, государственных органов субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления.
		В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 г. № 28 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях» даны важные предметные разъяснения относительно возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях вопросов, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях, в том числе относительно процедур согласования, проведения публичных мероприятий, обеспечения прав граждан и общественной безопасности в связи с такими мероприятиями, распределения бремени доказывания в процессе, необходимости детального рассмотрения вопросов, связанных с ограничением прав и привлечением нарушителей к ответственности, с учетом того, что вмешательство органа публичной власти в право проведения публичных мероприятий должно основываться на законе, быть необходимым и соразмерным преследуемой правомерной цели и т.д. Также Верховным Судом Российской Федерации направлены во все нижестоящие суды и размещены на официальном сайте: Обобщение правовых позиций межгосударственных органов по защите прав и свобод человека и специальных докладчиков (рабочих групп), действующих в рамках Совета ООН по правам человека, по вопросу защиты на свободу собраний; информация о текущей практике Генеральной Ассамблеи ООН; Мнения Комитета по правам человека (в том числе по российским делам и по делам против других государств); информация в отношении докладов специальных докладчиков ООН по вопросу о правах на свободу мирных собраний и ассоциаций;
		Рекомендации Комитета министров Совета Европы государствам-членам от 28 ноября 2018 г. № CM/Rec(2018)11 «О необходимости укрепления, защиты и продвижения пространства гражданского общества в Европе», которые содержат важные разъяснения относительно поднятой Европейским Судом проблематики. На основании представленного Минюстом России обобщения практики Европейского Суда в рассматриваемой области отношений МВД России подготовлены и 24 января 2019 г. направлены в территориальные органы министерства Методические рекомендации для органов внутренних дел Российской Федерации по реализации позиций, выраженных в постановлениях Европейского Суда и Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам обеспечения права на мирные собрания.
9.	Постановления, объединенные в группу дел «Лю» (Liu), — 7 постановлений: от 6 декабря 2007 г. по делу «Лю против Российской Федерации» (Liu v. Russia), жалоба № 42086/05; от 26 июля 2011 г. по делу «Лю против Российской Федерации (N 2)» (Liu v. Russia (no. 2), жалоба № 29157/09; от 25 октября 2016 г. по делу «Джураев и Шалкова против Российской Федерации» (Dzhurayev and Shalkova v. Russia), жалоба № 1056/15; от 7 марта 2017 г. по делу «Каменов против Российской Федерации» (Kamenov v. Russia), жалоба № 17570/15; от 12 июня 2018 г. «Зезев против Российской Федерации» (Zezev v. Russia), жалоба № 47781/10, от 8 октября 2018 г. по делу «Гаспар против Российской Федерации» (Gaspar v. Russia), жалоба № 23038/15; от 11 декабря 2018 г. по делу «Аккай и другие против Российской Федерации» (Akcay and Others v.Russia), жалоба № 66729/16. Европейский Суд установил нарушение российскими властями статьи 8 Конвенции (право на уважение семейной жизни) в связи с необеспечением надлежащих процессуальных гарантий при принятии в отношении заявителей решений об отказе в предоставлении разрешения на временное проживание, о нежелательности пребывания на территории Российской Федерации, о неразрешении въезда в страну по мотиву угрозы национальной безопасности и при рассмотрении судами жалоб на данные решения.	После событий, ставших предметом рассмотрения Европейского Суда в постановлениях, объединенных в группу дел «Лю» (Liu), предпринят ряд следующих мер, в том числе законодательных, в целях предотвращения в дальнейшем выявленных Европейским Судом нарушений. В сентябре 2015 г. введен в действие Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации, который предусматривает соответствующие международным стандартам процедуры рассмотрения судами дел о защите прав и свобод граждан, возникающих из административных правоотношений, в том числе дел, связанных с оспариванием решений, запрещающих или ограничивающих въезд в Российскую Федерацию и пребывание в стране. Положения Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в том числе предусматривают возможность проведения закрытого судебного заседания, если в его ходе могут быть выявлены сведения, составляющие государственную тайну, и процессуальный порядок проведения таких заседаний. Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и протоколов к ней» судам даны предметные разъяснения относительно возможности ограничения прав граждан и прямо указано на необходимость применения судами любой ограничительной меры не только на основании закона и в соответствии с законными целями, но и исходя из того, что данные ограничения должны быть соразмерными преследуемой законной цели.	Минюсту России, МВД России, ФСБ России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации и Верховным Судом Российской Федерации дополнительно проработать вопрос о необходимости внесения изменений в законодательство и (или) правоприменительную практику в части совершенствования процедуры обжалования иностранными гражданами и лицами без гражданства решений о нежелательности их пребывания в Российской Федерации либо о неразрешении им въезда в страну, принятых по мотиву угрозы национальной безопасности.
	В постановлениях от 25 октября 2016 г. по делу «Джураев и Шалкова против Российской Федерации» (Dzhurayev and Shalkova v. Russia), жалоба № 1056/15, и от 7 марта 2017 г. по делу «Каменов против Российской Федерации» (Kamenov v. Russia), жалоба № 17570/15, Европейский Суд указал также на то, что заявители не были своевременно уведомлены о запрете их въезда в Российскую Федерацию и о том, каким органом было принято данное решение.	14 января 2015 г. принято постановление Правительства Российской Федерации № 12 «О порядке принятия решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства», которым в том числе предусмотрено обязательное уведомление (вручение в трехдневный срок под роспись или направление по месту фактического местонахождения) иностранного гражданина или лица без гражданства, в отношении которых принято решение о неразрешении въезда. Верховным Судом Российской Федерации подготовлен, опубликован на официальном сайте и доведен для сведения нижестоящих судов Обзор практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3 (2019), в котором в том числе изложены правовые позиции Европейского Суда относительно права на уважение семейной жизни при административном выдворении (депортации) иностранных граждан с территории Российской Федерации по мотиву угрозы национальной безопасности. Несмотря на принятые российскими властями меры, постановления Европейского Суда остаются на контроле Комитета министров Совета Европы ввиду установленных Европейским Судом недостатков процедуры обжалования иностранными гражданами и лицами без гражданства решений о нежелательности пребывания в Российской Федерации либо о неразрешении въезда в страну по мотиву угрозы национальной безопасности.
10.	Постановления, объединенные в группы дел «Роман Захаров» (Roman Zakharov), — 7 постановлений: от 4 декабря 2015 г. по делу «Роман Захаров против Российской Федерации» (Roman Zakharov v. Russia), жалоба № 47143/06; от 20 марта 2017 г. по делу «Раджаб Магомедов против Российской Федерации» (Radzhab Magomedov v. Russia), жалоба № 20933/08; от 7 ноября 2017 г. по делу «Зубков и другие против Российской Федерации» (Zubkov and Others v. Russia), жалобы № 29431/05, № 7070/06, № 5402/07; от 7 ноября 2017 г. по делу «Константин Москалев против Российской Федерации» (Konstantin Moskalev v. Russia), жалоба № 59589/10; от 7 ноября 2017 г. по делу «Дудченко против Российской Федерации» (Dudchenko v. Russia), жалоба № 37717/05; от 7 ноября 2017 г. по делу «Москалев против Российской Федерации» (Moskalev v. Russia), жалоба № 44045/05; от 20 марта 2017 г. по делу «Раджаб Магомедов против Российской Федерации» (Radzhab Magomedov v. Russia), жалоба № 20933/08. Европейский Суд установил нарушение российскими властями статьи 8 Конвенции в связи с тем, что российское законодательство не отвечает критериям «качества закона» и «не способно ограничить» применение негласных методов наблюдения (прослушивания телефонных переговоров) только теми случаями, когда это «необходимо в демократическом обществе».	В связи с постановлением от 4 декабря 2015 г. по делу «Роман Захаров против Российской Федерации» (Roman Zakharov v. Russia), жалоба № 47143/06, компетентными органами проработан вопрос о необходимости внесения изменений в законодательство и правоприменительную практику и признано нецелесообразным внесение изменений, в том числе по вопросу функционирования системы технических средств по обеспечению функций оперативно-розыскных мероприятий с учетом следующих принятых и запланированных мер. После событий, ставших предметом рассмотрения Европейского Суда, принят ряд актов Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, в которых содержатся важные правовые позиции относительно соблюдения конституционных и конвенционных прав граждан при проведении негласных оперативно-розыскных мероприятий, в том числе прослушивания телефонных переговоров. В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 9 июня 2011 г. № 12-П, а также в определениях от 22 января 2014 г. № 114-О, от 28 января 2016 г. № 86-О прямо указано, что органы, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, запрашивая разрешение на проведение негласных оперативно-розыскных мероприятий, должны предоставить суду надлежащие обоснования и материалы и опираться не только на предположения о наличии признаков противоправного деяния, но и на конкретные фактические обстоятельства, подтверждающие обоснованность таких предположений. При этом, поскольку рассмотрение судом вопроса о проведении оперативно-розыскных мероприятий до начала производства по уголовному делу непосредственно связано с возможными ограничениями конституционных прав и представляет собой одну из форм предварительного судебного контроля, изменение ее параметров должно осуществляться не произвольно, а с соблюдением общих принципов, регулирующих судебную деятельность, а также фундаментальных процессуальных гарантий прав лиц, в отношении которых намечается проведение оперативно-розыскных мероприятий.
		Указанные правовые позиции с учетом ранее данных Конституционным Судом Российской Федерации разъяснений в определениях от 24 января 2006 г. № 27-О, от 8 февраля 2007 г. № 1-О и др., ориентируют на то, что сфера предварительного судебного контроля за прослушиванием телефонных переговоров позволяет суду проверять как наличие разумных подозрений, так и действительную необходимость и соразмерность предполагаемого ограничения права. Требования к содержанию ходатайств о проведении оперативно-розыскных мероприятий или постановлению судьи детально изложены в подготовленном Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации Обзоре от 5 июня 2014 г. № 9/5829дсп «О рассмотрении судами материалов об ограничении конституционных прав граждан при проведении оперативно-розыскных мероприятий». В определении от 28 марта 2017 г. № 568-О Конституционным Судом Российской Федерации указано, что проведение без предварительного судебного решения (на основании части 3 статьи 8 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности») в случаях, не терпящих отлагательств (далее — «срочная процедура») оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционное право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, предполагает не только обязательное уведомление об этом суда, но и разрешение судом вопроса об обоснованности ограничения прав граждан при их проведении.
		При этом на суд возложен и последующий контроль за действиями и решениями органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, если эти действия и решения привели к нарушению прав и свобод лиц, в отношении которых проводились оперативно-розыскные мероприятия в рамках «срочной процедуры», а потому вопрос о законности и обоснованности соответствующих мероприятий может быть разрешен судом в рамках производства по уголовному делу. Содержание судебного контроля за законностью «срочной процедуры» определено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 1 июня 2017 г. № 19 «О практике рассмотрения судами ходатайств о производстве следственных действий, связанных с ограничением конституционных прав граждан (статья 165 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации)» применительно к аналогичной «срочной процедуре», применяемой в процессе предварительного расследования. Данное разъяснение применимо и к судебному контролю за законностью соответствующей процедуры при прослушивании телефонных переговоров в процессе оперативно-розыскной деятельности, поскольку, как отмечено Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 9 июня 2011 г. № 12-П, общность публично-правовых отношений по поводу проверки информации о подготавливаемом, совершенном или совершаемом преступлении, которые подпадают под действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», предполагает и общность процедур судебного контроля за действиями органов, осуществляющих такую проверку. В определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2012 г. № 2046-О, от 28 января 2016 г. № 86-О обращено внимание на необходимость прекращения оперативно-розыскных мероприятий, в том числе прослушивания телефонных переговоров, в случаях, когда необходимость в них отпадает, что позволяет проверяемому лицу истребовать сведения о полученной о нем информации, а в случае отказа — обжаловать его в суд. Указано также, что полученные в ходе соответствующих оперативно-розыскных мероприятий сведения уничтожаются с составлением соответствующего протокола.
		В определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 8 февраля 2007 г. № 1-О, от 25 февраля 2013 г. № 207-О указано, что гражданин, которому стало известно о проведении в отношении него оперативно-розыскных мероприятий, которые, по его мнению, ущемляют его права и законные интересы, вправе обратиться в суд за их защитой. При этом по просьбе лица судом могут быть истребованы у органа, инициировавшего и проводившего оперативно-розыскные мероприятия, материалы, необходимые для оценки их законности и обоснованности, и предоставлена возможность ознакомиться с ними (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 января 2006 г. № 27-О, от 22 ноября 2012 г. № 2046-О, от 22 декабря 2015 г. № 2898-О, от 28 марта 2017 г. № 569-О). Правовые позиции, выраженные в постановлении от 4 декабря 2015 г. по делу «Роман Захаров против Российской Федерации» (Roman Zakharov v. Russia), жалоба № 47143/06, включены в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), В 2017 году Верховным Судом Российской Федерации подготовлено обобщение правовых позиций межгосударственных органов по защите прав и свобод человека, а также позиций, выработанных в рамках специальных процедур Совета ООН по правам человека по теме «Защита права лица на беспрепятственное пользование имуществом, права лица на уважение частной (личной), семейной жизни и жилища, в том числе в аспекте обеспечения тайны переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, а также права лица не подвергаться дискриминации в рамках уголовного судопроизводства».
		Меры, предпринятые Верховным Судом Российской Федерации, как ожидается, будут способствовать совершенствованию судебной практики при рассмотрении ходатайств о санкционировании негласных оперативно-розыскных мероприятий, уведомлений о проведении таких мероприятий в неотложном порядке, а также жалоб на соответствующие постановления. Кроме того, в соответствии с пунктами 69 и 70 плана организации законопроектных работ Минюста России на 2020 год, утвержденного распоряжением Минюста России от 27 февраля 2020 г. № 212-р, Минюстом России совместно с компетентными государственными органами дорабатываются проекты федеральных законов «О внесении изменений в статью 9 Федерального закона „Об оперативно-розыскной деятельности“ (в части совершенствования гарантий прав и свобод человека при санкционировании проведения и обжаловании оперативно-розыскных мероприятий)» и «О внесении изменений в Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации (в части урегулирования порядка судебного рассмотрения материалов об ограничении конституционных прав граждан при проведении оперативно-розыскных мероприятий)».
11.	Постановления, объединенные в группу дел «Горлов» (Gorlov), — 2 постановления: от 2 июля 2019 г. «Горлов и другие против Российской Федерации» (Gorlov and Others v. Russia), жалобы № 27057/06, 56443/09, 25147/14; от 27 августа 2019 г. «Изместьев против Российской Федерации» (Izmestyev v. Russia), жалоба № 74141/10. Европейский Суд установил нарушение российскими властями статьи 8 во взаимосвязи со статьей 13 Конвенции в связи с постоянным видеонаблюдением в камерах в учреждениях уголовно-исполнительной системы, в которых содержались заявители, и отсутствием у них эффективных средств правовой защиты от соответствующих нарушений. Одновременно отмечено отсутствие в российском законодательстве надлежащей правовой регламентации вопроса оснований и порядка применения видеонаблюдения в учреждениях пенитенциарной системы.	В связи с вынесением постановлений, объединенных в группу дел «Горлов» (Gorlov), необходима проработка вопроса о необходимости внесения изменений в законы и иные нормативные правовые акты.	Минюсту России, ФСИН России, МВД России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации и Верховным Судом Российской Федерации проработать вопрос о внесении изменений в законы и иные нормативные правовые акты в части регламентации порядка применения видеонаблюдения в местах содержания под стражей.
12.	Постановление от 13 декабря 2011 г. по делу «Васильев и Ковтун против Российской Федерации» (Vasilyev and Kovtun v. Russia), жалоба № 13703/04. Европейский Суд установил нарушение российскими властями пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в связи с отказом национального суда в рассмотрении по существу исков заявителей в отношении ряда российских государственных органов о компенсации материального вреда, причиненного в результате преждевременного исполнения постановлений о конфискации имущества (до рассмотрения кассационных жалоб заявителей на постановления суда первой инстанции), по причине непредставления заявителями обвинительного приговора в отношении соответствующего судьи. В обоснование своих доводов Европейский Суд сослался на Постановление Конституционного Суда от 25 января 2001 г. № 1-П, в котором указано на необходимость в законодательном порядке урегулировать основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) суда (судьи).	В рамках исполнения постановления от 13 декабря 2011 г. по делу «Васильев и Ковтун против Российской Федерации» (Vasilyev and Kovtun v. Russia), жалоба № 13703/04, и с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 25 января 2001 г. № 1-П, компетентным органам необходимо продолжить работу по формированию общих подходов к решению вопроса, касающегося установления оснований и порядка возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) суда (судьи), а также определения подведомственности и подсудности соответствующих дел.	Минюсту России, Минфину России, МВД России, ФССП России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации и Верховным Судом Российской Федерации продолжить проработку основных подходов к решению вопроса, касающегося установления оснований и порядка возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) суда (судьи), а также определения подведомственности и подсудности соответствующих дел.
13.	Пилотное постановление от 10 января 2012 г. по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» (Ananyev and Others v. Russia), жалобы № 42525/07, № 60800/08. Европейский Суд констатировал наличие в Российской Федерации структурной проблемы, связанной с ненадлежащими условиями содержания в следственных изоляторах и отсутствием эффективных средств правовой защиты от соответствующих нарушений. Наряду с этим Европейский Суд отметил недостатки законодательства Российской Федерации и правоприменительной практики, а также дал рекомендации по их устранению и по созданию эффективных национальных правозащитных механизмов, в том числе компенсаторных.	В рамках исполнения пилотного постановления от 10 января 2012 г. по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» (Ananyev and Others v. Russia), жалобы № 42525/07, № 60800/08, Минюстом России с участием органов государственной власти Российской Федерации подготовлен и реализуется комплексный план действий по решению проблемы создания надлежащих условий содержания в следственных изоляторах. Указанный план основан на всеобъемлющей и долгосрочной стратегии, предусматривает комплексное изучение правовых позиций Европейского Суда, приведение условий содержания в следственных изоляторах в соответствие с международными стандартами, обеспечение более взвешенного подхода к избранию и продлению меры пресечения в виде заключения под стражу, более широкое применение альтернативных мер пресечения, а также совершенствование внутригосударственных средств правовой защиты. В ходе выполнения указанного плана осуществлен ряд скоординированных мер, в том числе по реформированию законодательства Российской Федерации и корректировке правоприменительной практики.	Минюсту России, ФСИН России, МВД России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации и Верховным Судом Российской Федерации в дополнение к принятым мерам проработать вопрос о необходимости внесения изменений в нормативные правовые акты в части увеличения до трех квадратных метров нормы жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях и в тюрьмах, а также о необходимости принятия иных дополнительных мер с учетом актуальной практики Европейского Суда, а также складывающейся правоприменительной практики компетентных государственных органов и судов.
		Приняты Федеральный закон от 4 марта 2013 г. № 23-ФЗ «О внесении изменений в статьи 62 и 303 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», Федеральный закон от 25 ноября 2013 г. № 313-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Федеральный закон от 21 декабря 2013 г. 378-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 435-ФЗ «О внесении изменений в статью 31 Федерального закона „О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений“ и Федеральный закон „Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних“, Федеральный закон от 28 июня 2014 г. № 193-ФЗ „О внесении изменения в статью 18 Федерального закона „О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений“, Федеральный закон от 13 июля 2015 г. № 260-ФЗ „О внесении изменений в Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации в части увеличения ежемесячных денежных сумм, предусмотренных для приобретения осужденными продуктов питания и предметов первой необходимости“, Федеральный закон от 3 июля 2016 г. № 299-ФЗ „О внесении изменения в статью 18 Федерального закона „О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений“, Федеральный закон от 7 марта 2017 г. № 33-ФЗ „О внесении изменений в статью 82 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в части совершенствования института отсрочки отбывания наказания“, Федеральный закон от 26 июля 2017 г. № 200-ФЗ „О внесении изменений в Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации в целях защиты прав детей, родители которых отбывают наказание в виде лишения свободы“, Федеральный закон от 16 октября 2017 г. № 292-ФЗ „О внесении изменений в Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации“ (установлено право осужденных к пожизненному лишению свободы, содержащихся в строгих условиях отбывания наказания в колонии особого режима, а также отбывающих наказание в строгих условиях отбывания наказания в колонии особого режима и в тюрьме, на одно длительное свидание в течение года), Федеральный закон от 20 декабря 2017 г. № 410-ФЗ „О внесении изменений в Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации“ (увеличено время прогулки осужденных к пожизненному лишению свободы), Федеральный закон от 18 апреля 2018 г. № 72-ФЗ „О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в части избрания и применения мер пресечения в виде запрета определенных действий, залога и домашнего ареста“ (введена новая мера пресечения — запрет определенных действий, что создало новые дополнительные возможности для применения альтернативных содержанию под стражей мер пресечения и будет способствовать снижению числа лиц, содержащихся под стражей).»
		С 1 января 2017 г. введены в действие изменения, внесенные в Уголовный кодекс Российской Федерации Федеральным законом от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации», которыми предусмотрен альтернативный лишению свободы вид наказания — принудительные работы. Федеральным законом от 3 июля 2018 г. № 186-ФЗ «О внесении изменений в статью 72 Уголовного кодекса Российской Федерации» установлены повышающие коэффициенты при зачете времени содержания лица под стражей до вступления приговора суда в законную силу в срок отбывания наказания в виде лишения свободы. Реализация данных законов позволила существенно сократить количество лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы. Кроме того, Федеральным законом от 19 июля 2018 г. № 203-ФЗ «О внесении изменений в статью 18.1 Федерального закона „О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений“ и Федеральный закон „Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания“ определены права членов общественных наблюдательных комиссий по ведению фото- и видеосъемки на территории пенитенциарных учреждений, впервые им дано право на использование измерительных приборов для контроля за микроклиматом в жилых и производственных помещениях. В развитие данного закона ФСИН России издан приказ от 18 марта 2019 г. № 203 „О внесении изменений в Положение о порядке посещения учреждений уголовно-исполнительной системы членами общественных наблюдательных комиссий, утвержденное приказом ФСИН России от 28 ноября 2008 г. № 652“. Федеральным законом от 27 декабря 2018 г. № 543-ФЗ „О внесении изменений в статью 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации“ усовершенствована регламентация продления сроков содержания под стражей после истечения предельных сроков применения данной меры при ознакомлении обвиняемых с материалами уголовного дела.»
		Федеральным законом от 2 августа 2019 г. № 315-ФЗ «О внесении изменений в статьи 108 и 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» существенно усилен контроль над продлением сроков содержания подозреваемых, обвиняемых и подсудимых под стражей. Федеральным законом от 27 декабря 2019 г. № 520-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон „О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений“ введены нормы санитарной площади в камере на каждого ребенка в возрасте до трех лет, находящегося вместе с содержащейся под стражей матерью (не менее 4-х квадратных метров на каждого ребенка), а также нормы, предусматривающие отдельное содержание (от остальных подозреваемых и обвиняемых) женщин, имеющих при себе детей в возрасте до трех лет, и беременных женщин. Издано постановление Правительства Российской Федерации от 18 февраля 2013 г. № 134 „О порядке применения аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля, которые могут использоваться в целях осуществления контроля за нахождением подозреваемого или обвиняемого в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением им наложенных судом запретов и (или) ограничений“. Распоряжением Правительства Российской Федерации от 23 сентября 2015 г. № 1877-р утверждены изменения в Концепцию развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года, утвержденную распоряжением Правительства Российской Федерации от 14 октября 2010 г. № 1772-р, предусматривающие создание условий для постепенного снижения численности осужденных, содержащихся в одном жилом помещении в исправительных учреждениях, в том числе в приоритетном порядке в воспитательных колониях для содержания несовершеннолетних. Актуализированы цели, задачи, основные направления развития и совершенствования деятельности уголовно-исполнительной системы, а также включен новый подраздел, касающийся обеспечения прав и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей. Кроме того, в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 21 „О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. и Протоколов к ней“, от 19 декабря 2013 г. № 41 „О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога“, от 24 мая 2016 г. № 23 „О внесении изменений в отдельные постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам“ судам даны дополнительные разъяснения, направленные на обеспечение более взвешенного подхода при избрании и продлении меры пресечения в виде содержания под стражей), в постановлении от 25 декабря 2018 г. № 47 „О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания“ даны всеобъемлющие, предметные, с учетом международных стандартов и практики Европейского Суда разъяснения судам по всем вопросам, возникающим при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания.»
		В 2016 — 2019 годах в Верховном Суде Российской Федерации подготовлены, доведены до сведения нижестоящих судов и размещены на официальном сайте Верховного Суда Российской Федерации обобщения практики и правовых позиций: Европейского Суда в связи с защитой права лица на незамедлительное рассмотрение жалобы на постановление судьи об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу (либо о продлении сроков содержания под стражей), а также ходатайства об освобождении из-под стражи (пункт 4 статьи 5 Конвенции); международных договорных и внедоговорных органов, действующих в сфере защиты прав и свобод человека, по вопросам защиты права обвиняемого на разумные сроки нахождения под стражей в ожидании суда; международных договорных и внедоговорных органов по вопросам защиты права лица не подвергаться пыткам, бесчеловечному или унижающему человеческое достоинство обращению и наказанию (актуализировано по состоянию на декабрь 2019 г.). В приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 16 января 2014 г. № 6 «Об организации надзора за исполнением законов администрациями учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания, следственных изоляторов при содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» приказом от 21 августа 2019 г. № 584 внесены изменения, которые предусматривают проведение сотрудниками прокуратуры личного приема подозреваемых, обвиняемых и осужденных (в случае необходимости) без присутствия сотрудников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, а также акцентируют внимание прокуроров на усиление надзора за соблюдением прав соответствующих лиц. Минюстом России, ФСИН России издан ряд ведомственных приказов, которые касаются оборудования и оснащения следственных изоляторов, норм вещевого довольствия, питания, предметов первой необходимости, порядка хранения документов (затрагивающих права содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы Российской Федерации лиц), осуществления контроля за служебной деятельностью территориальных органов ФСИН России и др. В соответствии с приказом Минюста России от 3 декабря 2015 г. № 277 «О внесении изменений в приказ Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 г. № 189 „Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы“ (зарегистрирован Минюстом России 29 декабря 2015 г., № 40334) улучшены условия содержания подозреваемых и обвиняемых, расширен перечень предметов первой необходимости, одежды, продуктов питания, которые подозреваемые и обвиняемые могут иметь при себе, хранить, получать в посылках и передачах, а также приобретать в торговой сети через администрацию следственного изолятора. В рамках реализации Федерального закона от 1 декабря 2014 г. № 419-ФЗ „О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам социальной защиты инвалидов в связи с ратификацией Конвенции о правах инвалидов“ утвержден приказ Минюста России от 22 сентября 2015 г. № 221 „Об утверждении программы прохождения подготовки сотрудниками учреждений уголовно-исполнительной системы в целях обеспечения соблюдения прав, свобод и законных интересов подозреваемых, обвиняемых и осужденных, являющихся инвалидами, и порядка прохождения подготовки сотрудниками уголовно-исполнительной системы в целях обеспечения соблюдения прав, свобод и законных интересов подозреваемых, обвиняемых и осужденных, являющихся инвалидами“ (зарегистрирован Минюстом России 2 октября 2015 г., № 39104). Издан совместный приказ Минюста России, МВД России, Следственного комитета Российской Федерации, ФСБ России и ФСКН России от 11 февраля 2016 г. № 26/67/13/105/56 „Об утверждении Порядка осуществления контроля за нахождением подозреваемых или обвиняемых в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением ими наложенных судом запретов и (или) ограничений“ (зарегистрирован Минюстом России 22 марта 2016 г., № 41497), который детально регламентирует порядок осуществления действий по контролю за исполнением меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением наложенных судом запретов и (или) ограничений, чем сняты имеющиеся ранее препятствия к применению судами альтернативных мер пресечения.»
		15 апреля 2016 г. издан приказ Минстроя России № 245/пр «Об утверждении свода правил „Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования“, которым предусматриваются в том числе увеличение нормы площади прогулочных дворов, количества душевых сеток, а также обустройство помещений для психолога и групповой работы, полная изоляция санузла в камерах и др. Изданы приказы Минюста России: от 28 декабря 2017 г. № 285 „Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы“ (с изменениями от 31 января 2020 г. № 6); от 23 апреля 2018 г. № 75 „О внесении изменений в приказ Минюста России от 3 декабря 2013 г. № 216 „Об утверждении норм вещевого довольствия осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах“ в части повышения уровня обеспечения содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы женщин с детьми; от 31 мая 2018 г. № 96, которым внесены изменения в Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, предусматривающие в обязательном порядке оборудование камер, в которых содержатся женщины и несовершеннолетние, телевизорами и холодильниками; от 17 сентября 2018 г. N 189 „Об установлении повышенных норм питания, рационов питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время“, которым установлены повышенные нормы питания для содержащихся в учреждениях УИС беременных женщин, кормящих матерей, несовершеннолетних, инвалидов I и II групп, больных, а также рационы питания и нормы замены одних продуктов другими. 4 июля 2018 г. издан приказ ФСИН России № 570 „Об утверждении норм и порядка обеспечения учреждений уголовно-исполнительной системы техникой, продукцией общехозяйственного назначения и имуществом продовольственной службы“, которым введены нормы современного технологического оборудования, посуды и инвентаря, что обеспечивает повышение не только качества приготовления пищи, но и культуры ее приема. 26 июня 2018 г. внесены изменения в приказ МВД России от 19 октября 2012 г. № 966 „Об установлении повышенных норм питания, рациона питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации, лиц, подвергнутых административному аресту“, которыми повышена норма питания содержащихся в ИВС беременных женщин, кормящих матерей, инвалидов I и II групп, а также больных. В целях сбора и анализа достоверной информации о нарушениях, выявляемых в учреждениях представителями гражданского общества, издан приказ ФСИН России от 25 января 2019 г. № 43 „Об утверждении формы статистической отчетности ВИГО-1 „Статистический отчет о взаимодействии учреждений и органов уголовно-исполнительной системы Российской Федерации с институтами гражданского общества“ и инструкции по ее заполнению и представлению». С учетом выводов Европейского Суда принят ряд мер по созданию эффективных внутригосударственных средств правовой защиты. В частности: Федеральный закон от 8 марта 2015 г. № 21-ФЗ «Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации», Федеральный закон от 8 марта 2015 г. № 22-ФЗ «О введении в действие Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации», а также ряд законов о внесении изменений в законодательство Российской Федерации в связи с введением в действие Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.
		Указанные федеральные законы предусматривают создание существенно усовершенствованного превентивного национального средства правовой защиты от нарушений, связанных с необеспечением надлежащих условий содержания в следственных изоляторах и местах лишения свободы, и в полной мере корреспондируют выводам, изложенным в пилотном постановлении Европейского Суда от 10 января 2012 г. по делу «Ананьев и другие против Российской Федерации» (Ananyev and Others v. Russia), жалобы № 42525/07, № 60800/08. Федеральным законом от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено совершенствование компенсаторного судебного средства правовой защиты от нарушений, связанных с необеспечением надлежащих условий содержания под стражей и в местах лишения свободы. Данным законом в Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации, Федеральный закон от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых» и Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации внесены изменения, которые обеспечивают возможность предъявления на национальном уровне административного искового заявления о присуждении компенсации за соответствующие нарушения. При этом детально, в русле международных стандартов и практики Европейского Суда регламентированы особенности подачи и рассмотрения соответствующих заявлений. 27 декабря 2019 г. Федеральным законом № 491-ФЗ «О внесении изменения в статью 333.19 части второй Налогового кодекса Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона „О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации“ установлен размер государственной пошлины при подаче административного искового заявления о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.»
14.	Постановление от 22 марта 2012 г. по делу «Константин Маркин против Российской Федерации» (Konstantin Markin v. Russia), жалоба № 30078/06. Европейский Суд установил нарушение властями Российской Федерации статьи 8 во взаимосвязи со статьей 14 Конвенции в связи с отказом в предоставлении заявителю отпуска по уходу за ребенком по причине отсутствия в законодательстве Российской Федерации нормы, предусматривающей возможность предоставления такого отпуска военнослужащим мужского пола.	Проект федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части предоставления военнослужащим мужского пола, проходящим военную службу по контракту, отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет» внесен Правительством Российской Федерации в Государственную Думу (распоряжение Правительства Российской Федерации от 3 июня 2014 г. № 942-р). Советом Государственной Думы 3 декабря 2015 г. принято решение о снятии указанного законопроекта с рассмотрения.
15.	Постановления, объединенные в группу дел «Ким» (Kim) — 20 постановлений, в том числе: от 18 апреля 2013 г. по делу «Азимов против Российской Федерации» (Azimov v. Russia), жалоба № 67474/11; от 17 июля 2014 г. по делу «Ким против Российской Федерации» (Kim v. Russia), жалоба № 44260/13; от 14 февраля 2017 г. по делу «С.К. против Российской Федерации» (S.K. v. Russia), жалоба № 52722/15; от 13 февраля 2018 г. по делу «Мсхиладзе против Российской Федерации» (Mskhiladze v. Russia), жалоба № 47741/16, от 15 мая 2018 г. по делу «Маинов против Российской Федерации» (Mainov v. Russia), жалоба № 11556/17; от 29 января 2019 г. по делу «Алимурадов против Российской Федерации» (Alimuradov v. Russia), жалоба № 23019/15; от 29 января 2019 г. по делу «Мардоншоев против Российской Федерации» (Mardonshoev v. Russia), жалоба № 8279/16; от 25 июня 2019 г. по делу «С.С. и другие против Российской Федерации» (S.S. and Others v. Russia), жалобы № 2236/16, № 64042/17, № 81344/17; от 24 сентября 2019 г. по делу «Исмаилов против Российской Федерации» (Ismailov v. Russia), жалоба № 45852/17; от 8 октября 2019 г. по делу «Муманжинова и другие против Российской Федерации» (Mumanzhinova and Others v. Russia), жалобы № 724/18, № 736/18, № 13199/18; от 8 октября 2019 г. по делу «Р.К. против Российской Федерации» (R.K. v. Russia), жалоба № 30261/17. Европейский Суд установил нарушение российскими властями подпунктов 1 и 4 статьи 5 Конвенции в связи с незаконным лишением заявителей свободы в ходе проведения процедур административного выдворения, выразившееся в отсутствии в судебном постановлении конкретных сроков содержания заявителя в центре временного содержания иностранных граждан и чрезмерно длительным содержанием заявителей в соответствующем учреждении. При этом Европейский Суд обратил внимание на отсутствие в законодательстве Российской Федерации норм, предусматривающих сроки ограничения свободы в целях административного выдворения и депортации, а также норм, регламентирующих порядок обжалования правомерности применения данной меры. В постановлении Европейского Суда от 17 июля 2014 г. по делу «Ким против Российской Федерации» (Kim v. Russia), жалоба № 44260/13, Европейский Суд установил нарушение в связи с продолжением содержания заявителя в центре временного содержания иностранных граждан в целях административного выдворения несмотря на отпадение оснований для применения данной ограничительной меры ввиду невозможности административного выдворения заявителя.	С учетом выводов Европейского Суда, изложенных в постановлениях, объединенных в группу дел «Ким» (Kim), предпринят ряд мер. Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 23 мая 2017 г. № 14-П признал не соответствующими Конституции Российской Федерации нормы статей 31.7 и 31.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования они не позволяют разрешать в судебном порядке вопрос о правомерности дальнейшего содержания лица без гражданства, которому назначено административное наказание в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации, в специальном учреждении при выявлении обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии на момент рассмотрения данного вопроса фактической возможности исполнения постановления об административном выдворении этого лица за пределы Российской Федерации. В целях реализации постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 мая 2017 г. № 14-П, а также постановлений, объединенных в группу дел «Ким» (Kim), распоряжением Правительства Российской Федерации от 4 ноября 2017 г. № 2429-р в Государственную Думу внесен проект федерального закона «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (N 306915-7), регламентирующий вопросы установления, продления и приостановления сроков содержания лиц в специальных учреждениях в целях административного выдворения и депортации, а также порядка обжалования соответствующих решений. 21 декабря 2017 г. указанный проект федерального закона принят Государственной Думой в первом чтении. В целях правового регулирования миграционного статуса апатридов распоряжением Правительства Российской Федерации от 24 апреля 2020 г. № 1125-р в Государственную Думу внесен проект федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон „О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации“ и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части урегулирования правового статуса лиц без гражданства» (N 948528-7). 8 июля 2020 г. указанный проект федерального закона принят Государственной Думой в первом чтении.
16.	Постановление от 18 апреля 2013 г. по делу «Агеевы против Российской Федерации» (Ageyevy v. Russia), жалоба № 7075/10. Европейский Суд установил ряд нарушений положений статьи 8 Конвенции (право на уважение частной и семейной жизни) в связи с отменой национальным судом решения об усыновлении детей заявителями и невозможностью для них восстановить права усыновителей по российскому законодательству.	После вступления в силу постановления Европейского Суда от 18 апреля 2013 г. по делу «Агеевы против Российской Федерации» (Ageyevy v. Russia), жалоба № 7075/10, в Государственную Думу депутатами Государственной Думы Мизулиной Е.Б., Баталиной О.Ю., Борзовой О.Г. и другими был внесен проект федерального закона «О внесении изменений в Семейный кодекс Российской Федерации в части восстановления усыновителей в родительских правах» (N 390257-6). Указанный проект федерального закона Государственной Думой отклонен (постановление от 22 сентября 2017 г. № 2290-7 ГД). Минпросвещения России разработаны проекты федеральных законов «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам защиты прав детей», «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации», «О внесении изменений в статью 36 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в которых закреплена возможность восстановления усыновителей в правах в связи с изменением обстоятельств, которые послужили основанием для отмены усыновления судом.
17.	Постановление от 18 сентября 2014 г. по делу «Аванесян против Российской Федерации» (Avanesyan v. Russia), жалоба № 41152/06. Европейский Суд установил нарушение российскими властями статей 8 и 13 Конвенции в связи с нарушением прав заявителя на уважение частной жизни ввиду проведения обследования сотрудниками милиции его жилища на основании судебного постановления и отсутствием у заявителя эффективных внутригосударственных средств правовой защиты от соответствующих нарушений, в том числе возможности обжалования судебного постановления о проведении соответствующего оперативно-розыскного мероприятия.	В связи с постановлением от 18 сентября 2014 г. по делу «Аванесян против Российской Федерации» (Avanesyan v. Russia), жалоба № 41152/06, компетентными органами проработан вопрос о необходимости внесения изменений в законодательство Российской Федерации с учетом выводов Европейского Суда. Минюстом России совместно с компетентными государственными органами дорабатываются проекты федеральных законов «О внесении изменений в статью 9 Федерального закона „Об оперативно-розыскной деятельности“ (в части совершенствования гарантий прав и свобод человека при санкционировании проведения и обжаловании оперативно-розыскных мероприятий)» и «О внесении изменений в Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации (в части урегулирования порядка судебного рассмотрения материалов об ограничении конституционных прав граждан при проведении оперативно-розыскных мероприятий)».
18.	Постановления, объединенные в группу дел «Назаренко» (Nazarenko), — 2 постановления: от 16 июля 2015 г. «Назаренко против Российской Федерации» (Nazarenko v. Russia), жалоба № 39438/13; от 9 апреля 2019 г. «В.Д. и другие против Российской Федерации» (V.D. and Others v. Russia), жалоба № 2931/10. Европейский Суд в постановлении по делу «Назаренко против Российской Федерации» (Nazarenko v. Russia), жалоба № 39438/1, отметил, что нормы действующего российского законодательства не предоставляли Назаренко А.С. возможности подачи иска об определении места жительства ребенка с ним и лишении матери ребенка родительских прав, поскольку он не являлся биологическим отцом ребенка и не обладал в связи с этим необходимым правовым статусом, что нашло отражение в решениях национальных судов, которыми производство по соответствующему иску заявителя было прекращено. Аналогичные выводы содержатся в постановлении по делу «В.Д. и другие против Российской Федерации» (V.D. and Others v. Russia), жалоба № 72931/10, в котором, со ссылкой на правовые позиции по делу «Назаренко против Российской Федерации» (Nazarenko v. Russia), жалоба № 39438/1, Европейский Суд установил нарушение российскими властями статьи 8 Конвенции в связи с отказом национального суда в удовлетворении требований заявителей (бывшего опекуна и членов его семьи) о доступе к несовершеннолетнему лицу, основанном на статье 67 Семейного кодекса Российской Федерации, которая гарантирует право доступа к ребенку исчерпывающему кругу лиц, в который не входят бывшие опекуны.	В связи с постановлением от 16 июля 2015 г. по делу «Назаренко против Российской Федерации» (Nazarenko v. Russia), жалоба № 39438/13, Верховным Судом Российской Федерации, Генеральной прокуратурой Российской Федерации, Минобрнауки России и Минюстом России проработан вопрос о необходимости внесения дополнительных изменений в законодательство Российской Федерации в соответствии с выводами Европейского Суда. В соответствии с планом законопроектной деятельности Правительства Российской Федерации на 2018 год, утвержденным распоряжением Правительства Российской Федерации от 23 декабря 2017 г. № 2925-р, 27 февраля 2020 г. в Правительство Российской Федерации внесены проекты федеральных законов «О внесении изменений в Семейный кодекс Российской Федерации в части обеспечения возможности общения ребенка с иными лицами, не являющимся его родственниками» и «О внесении изменений в статью 5.35 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с принятием Федерального закона „О внесении изменений в Семейный кодекс Российской Федерации в части обеспечения возможности общения ребенка с иными лицами, не являющимся его родственниками“ (в части обеспечения права фактических воспитателей детей на общение со своими воспитанниками).»
19.	Постановление от 19 ноября 2015 г. по делу «Михайлова против Российской Федерации» (Mikhailova v. Russia), жалоба № 46998/08. Европейский Суд установил нарушение российскими властями пункта 1 и подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции в связи с отказом национального суда в предоставлении Михайловой В.Н. бесплатной юридической помощи по делу об административном правонарушении. Сочтено, что фактически имело место обвинение заявительницы в совершении уголовного деяния по смыслу Конвенции, исходя из его характера, а также характера и степени суровости возможного наказания, поэтому в отношении нее должны были быть соблюдены гарантии, предусмотренные статьями 6 и 7 Конвенции, в том числе право на бесплатную помощь защитника при недостаточности средств или в интересах правосудия. Указано также, что в процессах по делам об административных правонарушениях при рассмотрении вопроса о предоставлении лицу юридической помощи в каждом случае должна проводиться оценка всех фактических обстоятельств и правовых признаков (в том числе характера деяния, в котором обвиняется лицо, характера и степени суровости возможного наказания, имущественного положения лица и интересов правосудия). Отмечено, что Кодекс об административных правонарушениях Российской Федерации не предусматривает возможности оказания заявителям бесплатной юридической помощи.	В связи с постановлением от 19 ноября 2015 г. по делу «Михайлова против Российской Федерации» (Mikhailova v. Russia), жалоба № 46998/08, в проекте Процессуального кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, разрабатываемом Минюстом России с участием других компетентных государственных органов, предусмотрено право на бесплатную юридическую помощь для лиц, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении, за совершение которого может быть назначено наказание в виде административного ареста. В ходе работы над проектом Процессуального кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях прорабатывается возможность внесения в него дополнительных положений с учетом позиции Европейского Суда о том, что право на бесплатную юридическую помощь должно предоставляться лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, когда обусловленная привлечением к такой ответственности степень реального вторжения в конституционные права и свободы данного лица сопоставима с мерами уголовно-правового воздействия исходя из характера деяния, в котором обвиняется лицо, характера и степени суровости возможного наказания, имущественного положения лица и интересов правосудия.
20.	Постановление от 23 марта 2016 г. по делу «Блохин против Российской Федерации» (Blokhin v. Russia), жалоба № 47152/06. Европейский Суд установил нарушение российскими властями пункта 1 и пункта 3 (подпункты «c» и «d») статьи 6, пункта 1 статьи 5, статьи 3 Конвенции в связи с нарушением справедливости процесса в отношении несовершеннолетнего Блохина И.Б. при проведении проверки по сообщению о совершении им преступления и рассмотрении судом вопроса о его помещении в Центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей, незаконным содержанием заявителя и необеспечением ему надлежащей медицинской помощи в названном учреждении. Европейский Суд отметил, что названные нарушения во многом стали следствием недостатков российского законодательства.	В связи с постановлением от 23 марта 2016 г. по делу «Блохин против Российской Федерации» (Blokhin v. Russia), жалоба № 47152/06, 28 декабря 2018 г. Верховным Судом Российской Федерации в Государственную Думу внесены проект федерального закона «О внесении изменений в статью 432 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (N 618614-7), которым из Кодекса исключаются положения, связанные с пребыванием несовершеннолетнего осужденного в специальном учебно-воспитательном учреждении закрытого типа, и проект федерального закона «О внесении изменений в Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации и Федеральный закон „Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних“ (N 618625-7), которым предусматривается помещение несовершеннолетних в специальные учебно-воспитательные учреждения закрытого типа и центры временного содержания. 30 мая 2019 г. указанные проекты федеральных законов приняты Государственной Думой в первом чтении.»	Минюсту России, МВД России, Минпросвещения России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации, Верховным Судом Российской Федерации в дополнение к принятым мерам проработать вопрос о необходимости внесения изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в части закрепления дополнительных процессуальных гарантий для лиц, которые не достигли возраста уголовной ответственности и в отношении которых осуществляются проверки, задержания, доставление в правоохранительные органы и содержание там в течение определенного времени в связи с сообщением о совершении ими преступлений.
21.	Постановления, объединенные в группу дел «Карелин» (Karelin) — 10 постановлений: от 20 сентября 2016 г. по делу «Карелин против Российской Федерации» (Karelin v. Russia), жалоба № 926/08; от 17 апреля 2018 г. по делу «Цуканов и Торчинский против Российской Федерации» (Tsukanov and Torchinskiy v. Russia), жалоба № 35000/13; от 12 февраля 2019 г. по делу «Рыклин и Шаров против Российской Федерации» (Ryklin and Sharov v. Russia), жалоба № 37513/19; от 12 февраля 2019 г. по делу «Мучник и Мордовин против Российской Федерации» (Muchnik and Mordovin v. Russia), жалоба № 23814/15; от 28 мая 2019 г. по делу «Егоров против Российской Федерации» (Yegorov v. Russia), жалоба № 77208/16; от 23 июля 2019 г. по делу «Кададов и Переверзев против Российской Федерации» (Kadadov and Pereverzev v. Russia), жалобы № 18820/17, № 20413/17; от 9 сентября 2019 г. по делу «Эльвира Дмитриева против Российской Федерации» (Elvira Dmitriyeva v. Russia), жалоба № 60921/17; от 22 октября 2019 г. «Куратов и другие против Российской Федерации» (Kuratov and Others v. Russia), жалобы № 24377/15, № 59025/16, № 61429/16; от 11 февраля 2020 г. по делу «Буча и другие против Российской Федерации» (Bucha and Others v. Russia), жалоба № 46354/11; от 24 февраля 2020 г. по делу «Корнеева против Российской Федерации» (Korneyeva v. Russia), жалоба № 72051/17. Европейский Суд установил нарушение российскими властями статьи 6 Конвенции в связи с несоблюдением при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении заявителя принципа беспристрастности суда ввиду отсутствия в процессе стороны обвинения как в первой, так и в апелляционной инстанции. Одновременно Европейский Суд отметил, что данные нарушения явились следствием отсутствия в российском законодательстве норм, предусматривающих обязательное участие стороны обвинения в процессах по делам об административных правонарушениях.	В связи с постановлением от 20 сентября 2016 г. по делу «Карелин против Российской Федерации» (Karelin v. Russia), жалоба № 926/08, в проекте Процессуального кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, разрабатываемом Минюстом России с участием других компетентных государственных органов, предусмотрено право должностного лица (представителя) органа, возбудившего дело об административном правонарушении, участвовать в рассмотрении этого дела, а также в рассмотрении жалобы, протеста, поданных на решения, принятые по результатам рассмотрения, пересмотра данного дела об административном правонарушении. Должностное лицо (представитель органа), вынесшее постановление по делу об административном правонарушении, вправе участвовать в пересмотре этого дела. Предусмотрено также, что при необходимости участие соответствующих должностных лиц (представителей органов) в рассмотрении и пересмотре дела об административном правонарушении может быть признано обязательным судом, органом, должностным лицом, рассматривающим (пересматривающим) дело об административном правонарушении. В ходе работы над проектом Процессуального кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях прорабатывается возможность внесения в него дополнительных положений с учетом рекомендаций Европейского Суда о необходимости обеспечения беспристрастности судов, рассматривающих дела об административных правонарушениях, путем введения норм, предусматривающих обязательное участие стороны обвинения (представителей прокуратуры или иных государственных органов) в судебном процессе.
22.	Постановление от 31 января 2017 г. по делу «Вахитов и другие против Российской Федерации» (Vakhitov and Others v. Russia), жалобы № 18232/11, № 42945/11, № 31596/14. Европейский Суд установил нарушение российскими властями пункта 3 статьи 5 Конвенции в связи с тем, что заявители, в отношении которых были вынесены судебные постановления о заключении под стражу в их отсутствие (в связи с уклонением от явки в суд или объявлением в международный розыск), были доставлены в суд и смогли предоставить ему свою позицию относительно применения данной меры пресечения только спустя 41 день, 39 и 55 дней соответственно после фактического задержания. Европейский Суд отметил, что данные нарушения явились следствием отсутствия в российском законодательстве норм о незамедлительном доставлении в суд задержанного лица, в отношении которого ранее было вынесено судебное постановление о заочном заключении под стражу.	В связи с постановлением от 31 января 2017 г. по делу «Вахитов и другие против Российской Федерации» (Vakhitov and Others v. Russia), жалобы № 18232/11, 42945/11 и № 31596/14, проработан вопрос о необходимости изменения законодательства Российской Федерации, но компетентные государственные органы не пришли к согласованному решению.	Минюсту России, МВД России, ФСБ России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации, Следственным комитетом Российской Федерации и Верховным Судом Российской Федерации дополнительно проработать вопрос о включении в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации норм о незамедлительном доставлении в суд задержанного лица, в отношении которого ранее было вынесено судебное постановление о заочном заключении под стражу в его отсутствие, для рассмотрения с его участием вопроса о применении данной меры пресечения.
23.	Постановления от 14 февраля 2017 г. по делу «Алланазарова против Российской Федерации» (Allanazarova v. Russia), жалоба № 46721/15; от 14 февраля 2017 г. по делу «С.К. против Российской Федерации» (S.K. v. Rusia), жалоба № 52722/15. Европейский Суд установил, что выдача Алланазаровой Н.И. в Туркменистан для уголовного преследования (далее — экстрадиция) и административное выдворение С.К. в Сирийскую Арабскую Республику будут являться нарушением положений статьи 3 Конвенции (поскольку заявители могут быть подвергнуты жестокому обращению в данных государствах), а выдача С.К. нарушит также статью 2 Конвенции в связи с наличием риска для его жизни. В контексте выявленных нарушений Европейский Суд, рассмотрев вопрос об эффективности существующих в Российской Федерации средств правовой защиты лиц в виде предоставления статуса беженца и временного убежища, отметил, что при рассмотрении вопроса о предоставлении данных статусов миграционные органы не учитывают риск жестокого обращения с заявителями в стране их гражданской принадлежности, а также что российское законодательство не предусматривает автоматическое приостановление исполнения решения об экстрадиции и об административном выдворении в случае подачи заявления о предоставлении временного убежища или подачи жалобы на отказ в его предоставлении.	Во исполнение постановлений Европейского Суда распоряжением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2016 г. № 2856-р в Государственную Думу внесен проект федерального закона «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (в части совершенствования процедуры выдачи лиц по запросу иностранного государства для уголовного преследования или исполнения приговора)» (N 67509-7). 16 июня 2017 г. указанный проект федерального закона принят Государственной Думой в первом чтении. Названным законопроектом предусмотрено внесение изменений в статью 460 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающих, что решение об экстрадиции не может быть принято, а принятое решение не подлежит исполнению до рассмотрения в установленном порядке поданного лицом, в отношении которого поступил запрос о выдаче, ходатайства о предоставлении ему статуса беженца или временного убежища. Вместе с тем в русле правовых позиций Европейского Суда необходима проработка вопроса о подготовке (ко второму чтению законопроекта) изменений, предусматривающих, что решение об экстрадиции не может быть принято, а принятое решение не подлежит исполнению также до рассмотрения жалобы лица на отказ в предоставлении статуса беженца или временного убежища. По информации МВД России, осуществляется подготовка проекта федерального закона «О предоставлении убежища в Российской Федерации» в соответствии с планом мероприятий (утвержден распоряжением Правительства Российской Федерации от 22 февраля 2019 г. № 265-р) по реализации Концепции государственной миграционной политики Российской Федерации на 2019 — 2025 гг. (утверждена Указом Президента России от 31 октября 2018 г. № 622). В рамках подготовки данного законопроекта прорабатывается вопрос о необходимости закрепления в законодательстве положений, предусматривающих принятие индивидуальных решений по каждому из подлежащих принудительному перемещению с территории России лиц, в отношении которых существуют серьезные основания предполагать наличие угрозы применения смертной казни, пыток, иного жестокого, бесчеловечного или унижающего человеческое достоинство обращения.	1. Минюсту России, МВД России, ФССП России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации и Верховным Судом Российской Федерации проработать вопрос о подготовке проекта поправок Правительства Российской Федерации к проекту федерального закона № 67509-7 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (в части совершенствования процедуры выдачи лиц по запросу иностранного государства для уголовного преследования или исполнения приговора)», предусматривающих, что решение об экстрадиции не может быть принято, а принятое решение не подлежит исполнению до рассмотрения жалобы лица на отказ в предоставлении статуса беженца или временного убежища. 2. МВД России, Минюсту России, ФССП России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации и Верховным Судом Российской Федерации в рамках работы над проектом федерального закона «О предоставлении убежища в Российской Федерации» проработать вопрос о необходимости закрепления в указанном проекте федерального закона, а также в Федеральном законе от 25 июля 2002 г. № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» положений, предусматривающих: рассмотрение вопроса о наличии угрозы применения пыток, иного жестокого обращения в отношении лиц, подлежащих принудительному перемещению с территории Российской Федерации, и лиц, которыми поданы заявления о предоставлении статуса беженца и временного убежища;
		С учетом практики Европейского Суда в рамках работы над данным законопроектом необходима также проработка вопроса о включении в него норм, которые предусматривают автоматическое приостановление исполнения решения об административном выдворении, депортации, ином принудительном перемещении с территории России лиц, которыми поданы заявления о предоставлении временного убежища (а не только статуса беженца, как предусмотрено в действующем Федеральном законе «О беженцах») или жалобы на отказ в предоставлении временного убежища. Наряду с этим необходима проработка вопроса о внесении корреспондирующих изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, предусматривающих приостановление исполнительного производства по делам об административном выдворении в связи с подачей заявлений о предоставлении статуса беженца или временного убежища либо жалоб на отказ в их предоставлении до принятия решений по соответствующим заявлениям и жалобам.	автоматическое приостановление исполнения решений об административном выдворении, о депортации, ином принудительном перемещении с территории России лиц, которыми поданы заявления о предоставлении временного убежища (то есть не только статуса беженца, как предусмотрено Федеральным законом от 19 февраля 1993 г. № 4528-I «О беженцах») или жалобы на отказ в предоставлении временного убежища. Проработать также вопрос о внесении в иные нормативные правовые акты корреспондирующих изменений в части приостановления исполнительного производства по делам об административном выдворении в связи с подачей заявлений о предоставлении статуса беженца или временного убежища либо жалоб на отказ в их предоставлении до принятия решений по соответствующим заявлениям и жалобам.
24.	Постановления, объединенные в группу дел «Свинаренко и Сляднев» (Svinarenko and Slyadnev) — 18 постановлений: от 14 июля 2014 г. по делу «Свинаренко и Сляднев против Российской Федерации» (Svinarenko and Slyadnev v. Russia), жалоба № 32541/08; от 17 октября 2016 г. по делу «Уразов против Российской Федерации» (Urazov v. Russia), жалоба № 42147/05; от 30 апреля 2017 г. по делу «Воронцов и другие против Российской Федерации» (Vorontsov and Others v. Russia), жалоба № 59655/14; от 4 мая 2017 г. по делу «Гусев и другие против Российской Федерации» (Gusev and Others v. Russia), жалоба № 28348/13; от 28 ноября 2017 г. по делу «Соколов против Российской Федерации» (Sokolov v. Russia), жалоба № 63392/09; от 29 мая 2018 г. по делу «Ковязин против Российской Федерации» (Kovyazin v. Russia), жалоба № 50043/14; от 17 июля 2018 г. по делу «Караченцев против Российской Федерации» (Karachentsev v. Russia), жалоба № 23229/11; от 14 июня 2018 по делу «Байков и другие против Российской Федерации» (Baykov and Others v. Russia), жалоба № 9094/05; от 14 июня 2018 г. по делу «Верещагин и другие против Российской Федерации» (Vereshchagin and Others v. Russia), жалоба № 30155/05; от 14 июня 2018 г. по делу «Колосюк и другие против Российской Федерации» (Kolosyuk and Others v. Russia), жалоба № 45162/13; от 12 июля 2018 г. по делу «Синюшкин и другие против Российской Федерации» (Sinyushkin and Others v. Russia), жалоба № 39041/15; от 26 июля 2018 г. по делу «Утимишев и другие против Российской Федерации» (Utimishev and Others v. Russia), жалоба № 15783/10; от 4 октября 2018 г. по делу «Покусин и другие против Российской Федерации „(Pokusin and Others v. Russia), жалоба № 21440/13;“»	Во исполнение постановлений, объединенных в группу дел «Свинаренко и Сляднев» (Svinarenko and Slyadnev), компетентными государственными органами предпринят ряд мер. Приказом Минстроя России от 15 августа 2018 г. № 524/пр утвержден новый Свод правил СП 152.13330.2018 «Здания федеральных судов. Правила проектирования» (вступил в силу 19 февраля 2019 г.). Новым Сводом правил для размещения подсудимых в залах судебных заседаний при рассмотрении уголовных дел предусмотрены исключительно защитные кабины, стены которых выполнены из стекла, имеющие автономное вентилирование и оснащенные устройствами звукоусиления (далее — светопрозрачные кабины). По сообщению Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, в настоящее время организована и планомерно осуществляется постепенная замена металлических клеток в залах судебных заседаний на светопрозрачные кабины (в рамках выделенных бюджетных ассигнований на строительство и реконструкцию судов общей юрисдикции). На основании подготовленного Минюстом России анализа практики Европейского Суда Советом Федерации подготовлен и 14 ноября 2018 г. внесен в Государственную Думу проект федерального закона «О внесении изменения в статью 9 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (N 587542-7). Данным проектом федерального закона предусмотрен полный запрет помещения подозреваемых, обвиняемых или подсудимых в металлические клетки в процессуальной зоне залов судебных заседаний, а также использования иных конструкций, препятствующих общению указанных лиц с адвокатом (защитником), что в полной мере корреспондирует положениям Конвенции и практике Европейского Суда. Официальный отзыв Правительства Российской Федерации направлен Правительством Российской Федерации в Государственную Думу (письмо от 23 сентября 2019 г. № 8613п-П4). Данным отзывом предложены изменения к проекту федерального закона, позволяющие применять в судебных процессах светопрозрачные кабины по мотивированному решению судьи, при одновременном дополнении законопроекта нормами, направленными на обеспечение конституционных и конвенционных прав граждан при применении в отношении них соответствующей меры.
	от 4 октября 2018 г. по делу «Кульминский и другие против Российской Федерации» (Kulminskiy and Others v. Russia), жалоба № 50992/16; от 16 октября 2018 г. по делу «Ткачук против Российской Федерации» (Tkachuk v. Russia), жалоба № 2335/09; от 3 декабря 2018 г. по делу «Шульмин и другие против Российской Федерации» (Shulmin and Others v. Russia), жалоба № 15918/13; от 26 марта 2019 г. по делу «Валюженич против Российской Федерации» (Valyuzhenich v. Russia), жалоба № 10597/13; от 19 декабря 2019 г. по делу «Воронов и другие против Российской Федерации» (Voronov and Others v. Russia), жалобы № 66754/13, № 34858/17, № 39672/17, № 41562/17, № 43229/17, № 47873/17, № 55885/17, № 58926/17, № 78920/17, № 8484/18, № 9365/18. Начиная с 2014 года Европейский Суд последовательно придерживается позиции, согласно которой содержание заявителей в зале суда процессах в месте, огороженным металлическими прутьями с перекрытием из проволоки (далее — металлическая клетка), является недопустимым и нарушает статью 3 Конвенции, что оно само по себе является «объективно унизительным», не соответствует нормам цивилизованного поведения в демократическом обществе, является унижением человеческого достоинства и нарушает статью 3 Конвенции. Европейский Суд счел проблему применения металлических клеток в ходе судебных процессов в Российской Федерации носящей устойчиво повторяющийся, системный характер. В настоящее время на рассмотрении Европейского Суда находится более 900 жалоб на помещение подозреваемых, обвиняемых и заключенных в металлические клетки на различных стадиях уголовного процесса, в том числе 130 жалоб, поступивших в первом полугодии 2020 года. В то же время Европейский Суд не исключает возможности применения в судебных заседаниях, при наличии к тому оснований, защитных светопрозрачных ограждений (стеклянных светопрозрачных кабин) для содержания подозреваемых, обвиняемых и подсудимых при условии соблюдения их конвенционных прав в процессе.
25.	Постановление от 27 марта 2018 г. по делу «Беркович и другие против Российской Федерации» (Berkovich and Others v. Russia), жалоба № 5871/07. Европейский Суд установил нарушение российскими властями статьи 2 Протокола № 4 к Конвенции в связи с нарушением права на свободу передвижения заявителей, которые в период государственной службы имели доступ к сведениям, составляющим государственную тайну, ввиду отказа в выдаче им после увольнения действующих или новых заграничных паспортов, а также ввиду ненадлежащего рассмотрения российскими судами жалоб заявителей на соответствующие решения. Отмечено, что данные нарушения во многом явились следствием недостатков российского законодательства.	После событий, ставших предметом рассмотрения Европейского Суда (2007 г.) в постановлении от 27 марта 2018 г. по делу «Беркович и другие против Российской Федерации» (Berkovich and Others v. Russia), жалоба № 5871/07, российскими властями предпринят ряд мер. Конституционный Суд Российской Федерации вынес постановление от 7 июня 2012 г. № 14-П, определение от 17 июля 2012 г. № 1272-О, в которых указал, что предусмотренные российским законодательством ограничение права российских граждан на выезд с территории страны в связи с осведомленностью о сведениях, составляющих государственную тайну, не является абсолютным и обязательным, оно носит временный характер; основанием для возможного введения ограничений являются не все сведения, составляющие государственную тайну, а только сведения особой важности или совершенно секретные сведения, которые прямо указаны в качестве таковых в установленном порядке в соответствии с критериями, определенными законодательством; отказ гражданину в разрешении на выезд не является окончательным, он может быть обжалован им в Межведомственную комиссию по рассмотрению обращений граждан Российской Федерации в связи с ограничениями их права на выезд из Российской Федерации (образована приказом МИДа России, Минобороны России, ФСБ России, СВР России от 14 апреля 2006 г. № 4301/264/158/160/22) и в судебном порядке. Со ссылкой на международные стандарты и практику Европейского Суда Конституционный Суд Российской Федерации обратил внимание на то, что компетентным органам и судам необходимо соблюдать требования соразмерности (пропорциональности) ограничения права на выезд из Российской Федерации. Это, как отмечено, «предполагает оценку всех имеющих значение для принятия соответствующего решения обстоятельств». В каждом конкретном случае «такому решению должны предшествовать установление наличия у лица не только формального допуска к сведениям особой важности или совершенно секретным сведениям, отнесенным к государственной тайне, но и фактического доступа к ним, а также оценка всех других связанных с этим обстоятельств, обуславливающих в совокупности необходимость временного ограничения его прав в конституционно-защищаемых целях, определенных статьей 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации» (в том числе характера конкретной информации, к которой лицо имело доступ, степени ее секретности, целей выезда и других обстоятельств).	Минюсту России, МИДу России, Минобороны России, ФСБ России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации, Верховным Судом Российской Федерации и Межведомственной комиссией по защите государственной тайны проработать с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда вопрос о необходимости внесения изменений в Федеральный закон от 15 августа 1996 г. № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию», Закон Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5485-I «О государственной тайне» и иные нормативные правовые акты в части отмены ограничений на выезд за пределы Российской Федерации лиц, имеющих и (или) ранее имевших доступ к государственной тайне, приведения веских обоснований наложения соответствующих ограничений и учета всех имеющих значение для принятия таких решений обстоятельств (например, гуманитарных соображений).
		С учетом названных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации Межведомственной комиссией по защите государственной тайны в декабре 2012 г. одобрены Методические рекомендации по принятию решения о временном ограничении права гражданина Российской Федерации, осведомленного в сведениях особой важности и (или) совершенно секретных сведениях, на выезд из Российской Федерации или возможности выдачи паспорта и выезда из Российской Федерации, а также по определению срока временного ограничения этого права, которые предусматривают дифференцированный подход к принятию решения об ограничении выезда за пределы Российской Федерации. Названными Методическими рекомендациями наряду с международными стандартами и правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда руководствуется Межведомственная комиссия по рассмотрению обращений граждан Российской Федерации в связи с ограничениями их права на выезд из Российской Федерации. Информация о постановлении Европейского Суда от 27 марта 2018 г. по делу «Беркович и другие против Российской Федерации» (Berkovich and Others v. Russia), жалоба № 5871/07, отражена в подготовленном Верховным Судом Российской Федерации периодическом Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3 (2019). Вместе с тем в свете выводов Европейского Суда нуждается в проработке вопрос о необходимости внесения изменений в законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации.
26.	Постановление от 9 июля 2019 г. по делу «Володина против Российской Федерации» (Volodina v. Russia), жалоба № 41261/17. Европейский Суд установил нарушение статьи 3 во взаимосвязи со статьей 14 Конвенции в связи с невыполнением российскими властями позитивных обязательств по обеспечению заявительнице надлежащей защиты от домашнего насилия и созданию в России условий для реального гендерного равенства.	После вынесения постановления Европейского Суда по делу «Володина против Российской Федерации» (Volodina v. Russia), жалоба № 41261/17, Советом Федерации подготовлены проекты федеральных законов «О профилактике семейно-бытового насилия в Российской Федерации», «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части профилактики семейно-бытового насилия», «О внесении изменений в статью 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» и «О внесении изменений в статьи 19.3 и 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», направленные на регламентацию вопросов, связанных с правовым обеспечением функционирования профилактических мер в целях противодействия насилию в семейно-бытовых отношениях. В настоящее время данные законопроекты проходят процедуру доработки с учетом предложений компетентных государственных органов.	Минюсту России, МВД России во взаимодействии с Генеральной прокуратурой Российской Федерации, Следственным комитетом Российской Федерации, Верховным Судом Российской Федерации и Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации в дополнение к принятым мерам проработать вопрос о необходимости внесения изменений в нормативные правовые акты по вопросам противодействия домашнему насилию в отношении женщин и защите жертв от его проявления.

№ п/п	Норма нормативного правового акта	Положение нормативного правового акта	Информация о ходе принятия необходимого нормативного правового акта
IV. Особо охраняемые природные территории
1.	Пункт 3 статьи 94 Земельного кодекса	порядок отнесения земель к землям Российской Федерации особо охраняемых территорий федерального значения, порядок использования и охраны земель особо охраняемых территорий федерального значения устанавливаются Правительством Российской Федерации на основании федеральных законов	проект акта разрабатывается
2.	Подпункт 11 статьи 105, пункт 1 статьи 106 Земельного кодекса Российской Федерации, пункт 10 статьи 2 Федерального закона от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях»	могут быть установлены следующие виды зон с особыми условиями использования территорий: 11) охранная зона особо охраняемой природной территории (государственного природного заповедника, национального парка, природного парка, памятника природы); Правительство Российской Федерации утверждает положение в отношении каждого вида зон с особыми условиями использования территорий	проект акта разрабатывается
VI. Осуществление должностными лицами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю и надзору в финансово-бюджетной сфере, производства по делам об административных правонарушениях
3.	Пункт 3 статьи 269.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации	внутренний государственный (муниципальный) финансовый контроль осуществляется в соответствии с федеральными стандартами, утвержденными нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации	проекты актов разрабатываются в части утверждения федеральных стандартов внутреннего государственного (муниципального) финансового контроля «Проведение проверок, ревизий и обследований и оформление их результатов», «Правила досудебного обжалования решений и действий (бездействия) органов внутреннего государственного (муниципального) финансового контроля и их должностных лиц»

№ п/п	Норма нормативного правового акта	Положение нормативного правового акта	Информация о ходе принятия необходимого нормативного правового акта
II. Нотариат
1.	Часть вторая статьи 47 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 г. № 4462-I	в случае, когда в соответствии с законодательством Российской Федерации нотариальное действие должно быть совершено в определенной нотариальной конторе, место его совершения определяется в порядке, устанавливаемом федеральным органом юстиции	проект акта разрабатывается

Наименование проекта федерального закона		Ответственные за подготовку и сопровождение проекта федерального закона	Срок
			представления в Правительство Российской Федерации	внесения в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации
II. Нотариат
1.	О внесении изменений в Основы законодательства Российской Федерации о нотариате (в части наделения федерального органа исполнительной власти в области юстиции и федерального органа исполнительной власти, ведающего вопросами иностранных дел, полномочием издать нормативный правовой акт, регламентирующий осуществление нотариальных действий должностными лицами консульских учреждений)	МИД России	май 2021 г.	сентябрь 2021 г.
2.	О внесении изменений в Налоговый кодекс Российской Федерации (в части обеспечения возможности возврата государственной пошлины нотариусу в случае возвращения заявления о совершении юридически значимого действия и (или) документов без их рассмотрения уполномоченным органом (должностным лицом), совершающим данное юридически значимое действие)	Минфин России	август 2021 г.	октябрь 2021 г.
3.	О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в части установления обязанности общего собрания участников акционерных обществ, обществ с ограниченной ответственностью или совета директоров нотариально заверять решение о наделении полномочиями нового единоличного исполнительного органа общества)	Минэкономразвития России	июнь 2021 г.	сентябрь 2021 г.
IV. Особо охраняемых природные территории
4.	О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам правового регулирования особо охраняемых природных территорий	Минприроды России	сентябрь 2021 г.	ноябрь 2021 г.
5.	О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам управления отдельными видами особо охраняемых природных территорий	Минприроды России	май 2021 г.	август 2021 г.
VI. Несостоятельность (банкротство) страховых организаций и применение мер по предупреждению их несостоятельности (банкротства)
6.	О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации (в части унификации процедур, применяемых в деле о банкротстве кредитных и страховых организаций, и мер по его предупреждению)	Минфин России	сентябрь 2021 г.	ноябрь 2021 г.
VII. Ведение гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд
7.	О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части регулирования отношений, касающихся собственности в границах территории ведения гражданами садоводства или огородничества для собственных нужд	Росреестр	май 2021 г.	сентябрь 2021 г.
8.	О внесении изменений в Федеральный закон «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в части совершенствования законодательства в сфере коллективного садоводства и огородничества	Росреестр	май 2021 г.	сентябрь 2021 г.

---