Постановление ЕСПЧ от 18.12.2018
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 18.12.2018. 5552/06. 18.12.2018. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-555206
«Дело „Арутюнов (Arutyunov) против Российской Федерации“ (жалоба № 5552/06)»
[неофициальный перевод] <1>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «АРУТЮНОВ (ARUTYUNOV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» <1>
(Жалоба № 5552/06)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ <2>
<1> Перевод с французского языка Е.Г. Кольцова.
<2> Настоящее Постановление вступило в силу 18 марта 2019 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 44 Конвенции (примеч. редактора).
По делу «Арутюнов против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая Палатой в составе:
Винсента А. де Гаэтано, Председателя Палаты Суда,
а также при участии Фатош Арачи, заместителя Секретаря Секции Суда,
рассмотрев дело в закрытом заседании 27 ноября 2018 г.,
вынес в указанный день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 5552/06), поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином Российской Федерации Олегом Амаяковичем Арутюновым (далее — заявитель) 12 декабря 2005 г.
2. Интересы заявителя, которому была предоставлена правовая помощь, представляла юрист Ю.В. Ефремова, практикующая в г. Москве. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде М.Л. Гальпериным.
3. Заявитель жаловался на то, что отказ органов власти Российской Федерации снять его транспортное средство с учета по месту регистрации привел к тому, что заявитель был лишен возможности распоряжаться своей собственностью в нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
4. 30 октября 2017 г. жалоба была коммуницирована властям Российской Федерации.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
5. Заявитель родился в 1959 году и проживает в г. Черноголовке Московской области.
6. В 1998 году заявитель приобрел подержанный автомобиль и зарегистрировал его в Государственной инспекции безопасности дорожного движения (далее — ГИБДД).
7. В сентябре 2003 года заявитель заключил договор купли-продажи в отношении данного транспортного средства, продав его за 30 000 российских рублей <1>, и обратился в ГИБДД с заявлением о снятии транспортного средства с учета по месту регистрации: соблюдение данной формальности необходимо для того, чтобы покупатель мог зарегистрировать автомобиль на свое имя. ГИБДД отклонила его заявление на основании того, что номер двигателя автомобиля числился в базе номеров двигателей угнанных автомобилей, а также что место нанесения номера на двигателе не совпадало с обычным местом нахождения такого номера.
<1> Приблизительно 857 евро в период, относившийся к обстоятельствам настоящего дела.
8. Была инициирована доследственная проверка по факту подделки или уничтожения идентификационного номера транспортного средства. Сотрудники Центрального районного отдела внутренних дел г. Тулы (далее — РОВД) изъяли свидетельство о регистрации транспортного средства и назначили техническую экспертизу двигателя. В соответствии с экспертным заключением маркировка номера двигателя была оригинальной и не имела следов изменений.
9. 19 января, 20 марта и 29 мая 2004 г. начальник РОВД выносил постановления об отказе в возбуждении уголовного дела ввиду отсутствия состава преступления. Тем не менее ГИБДД повторно отказала в снятии транспортного средства заявителя с учета.
10. В дату, не уточненную в материалах дела, заявитель обжаловал решение ГИБДД. 8 июля 2005 г. Центральный районный суд г. Тулы оставил его жалобу без удовлетворения. 10 ноября 2005 г. Тульский областной суд оставил решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Оба суда сослались на статью 12 Указа Президента Российской Федерации о государственной инспекции безопасности дорожного движения <2> и статью 17 приказа № 59 о правилах регистрации автомототранспортных средств <3> (см. ниже §§ 15, 19 и 21) и признали решение ГИБДД правомерным.
<2> Так в тексте. По-видимому, имеется в виду Указ Президента Российской Федерации от 15 июня 1998 г. № 711 «О дополнительных мерах по обеспечению безопасности дорожного движения» (примеч. переводчика).
<3> Так в тексте. По-видимому, имеется в виду приказ Министерства внутренних дел Российской Федерации от 27 января 2003 г. № 59 «О порядке регистрации транспортных средств» (примеч. переводчика).
11. 22 декабря 2005 г., после нескольких жалоб заявителя в различные органы власти, начальник областного Управления внутренних дел <4> в порядке исключения разрешил выполнить регистрационные процедуры. Он пояснил, что «согласно... результатам проверок, проведенных сотрудниками органов внутренних дел... двигатель не был похищен, но его номер совпадал с номерами, числившимися в базе номеров двигателей угнанных автомобилей».
<4> Так в тексте. По-видимому, имеется в виду Управление внутренних дел Тульской области (примеч. редактора).
12. В июне 2006 года заявитель продал свой автомобиль за 6 000 рублей <5>. В ходе продажи в свидетельство о регистрации транспортного средства была внесена запись о том, что номер двигателя транспортного средства ошибочно числился в базе номеров двигателей угнанных автомобилей.
<5> Приблизительно 176 евро в период, относившийся к обстоятельствам настоящего дела.
13. В течение 2007 года заявитель предъявил иск к ГИБДД и Министерству финансов Российской Федерации, требуя возмещения вреда, причиненного продолжительным отказом органов власти Российской Федерации в снятии с учета транспортного средства и изъятием свидетельства о регистрации транспортного средства. 31 июля 2007 г. мировой судья г. Тулы оставил требования заявителя без удовлетворения, сославшись на решение от 8 июля 2005 г. (см. выше § 10). Судья счел, что в действиях сотрудников ГИБДД отсутствовал элемент вины.
14. 16 октября 2007 г. Центральный районный суд г. Тулы оставил решение мирового судьи без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения, признав, в частности, что, хотя транспортное средство заявителя было поставлено на учет в 1998 году, и заявитель свободно ездил на нем вплоть до 2003 года, ГИБДД могла контролировать транспортные средства и запрещать их эксплуатацию в любой момент.
II. Соответствующее законодательство Российской Федерации
15. В соответствии со статьей 12 Указа Президента РФ от 15 июня 1998 г. № 711 о государственной инспекции безопасности дорожного движения, ГИБДД имеет право не допускать к участию в дорожном движении путем отказа в регистрации и выдаче соответствующих документов автомототранспортные средства, имеющие скрытые, поддельные, измененные номера узлов и агрегатов или государственные регистрационные знаки.
16. После 1996 года порядок регистрации автомототранспортных средств поочередно регулировался тремя приказами Министерства внутренних дел Российской Федерации. В период с января 1996 года по март 2003 года применялся приказ № 624 <1>, с марта 2003 года по январь 2009 года — приказ № 59, а с января 2009 года — приказ № 1001 <2>.
<1> Так в тексте. По-видимому, имеется в виду приказ Министерства внутренних дел Российской Федерации от 26 ноября 1996 г. № 624 «О порядке регистрации транспортных средств» (вместе с Правилами регистрации автомототранспортных средств и прицепов к ним в Государственной инспекции безопасности дорожного движения, Инструкцией о порядке производства работ по регистрации транспортных средств в подразделениях Государственной инспекции безопасности дорожного движения) (примеч. переводчика).
<2> Так в тексте. По-видимому, имеется в виду приказ Министерства внутренних дел Российской Федерации от 24 ноября 2008 г. № 1001 «О порядке регистрации транспортных средств» (вместе с Правилами регистрации автомототранспортных средств и прицепов к ним в Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, Административным регламентом Министерства внутренних дел Российской Федерации исполнения государственной функции по регистрации автомототранспортных средств и прицепов к ним), утративший силу в связи с изданием приказа Министерства внутренних дел Российской Федерации от 26 июня 2018 г. № 399 (примеч. переводчика).
17. Регистрационные процедуры в отношении транспортного средства включают, среди прочего, регистрацию и снятие с учета по месту регистрации. Лицо, приобретшее транспортное средство, обязано зарегистрировать его в течение пяти дней с момента его приобретения или снятия с учета по месту регистрации. Начиная с января 2009 г. этот срок составляет 10 дней.
18. При совершении регистрационных действий производится осмотр представленных транспортных средств на предмет их соответствия документам, удостоверяющим право собственности, регистрационным документам и иным представленным документам.
19. При обнаружении признаков скрытия, изменения, уничтожения маркировки, нанесенной на транспортных средствах организациями-изготовителями, не зарегистрированными в Госавтоинспекции, либо подделки представленных документов, регистрационных знаков, несоответствия транспортных средств и номерных агрегатов сведениям, указанным в представленных документах, или регистрационным данным, а также при наличии сведений о нахождении транспортных средств, номерных агрегатов в розыске или представленных документов в числе утраченных (похищенных) регистрационные действия не производятся (пункт 1.18 приказа № 624, пункт 17 приказа № 59, пункт 3 приказа № 1001). Остальные последствия обнаружения таких признаков различаются в зависимости от применяемого приказа.
20. В соответствии с приказом № 624 представленные документы, регистрационные знаки задерживаются ГИБДД, и в орган внутренних дел направляется соответствующая информация для принятия решения в порядке, установленном законодательством. Наложенные ограничения на совершение регистрационных действий снимаются при представлении мотивированного постановления органа внутренних дел об отказе в возбуждении (прекращении) уголовного дела (пункты 1.18 и 1.18.1 приказа).
21. Приказ № 59 устанавливает, что представленные документы, регистрационные знаки задерживаются ГИБДД, а оригиналы документов (регистрационные знаки) вместе с сообщением об обнаружении признаков преступления передаются в орган внутренних дел. Регистрационные действия с транспортными средствами, имеющими признаки изменения нанесенной на них маркировки вследствие естественного износа, коррозии, совершаются на основании постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела и справок (заключений) экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел об исследовании маркировочных обозначений, подтверждающих данное изменение (пункт 17 приказа).
22. Приказ № 1001 расширил перечень случаев, когда ГИБДД может в порядке исключения совершать регистрационные действия на основании постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела. Такие действия могли совершаться в отношении транспортных средств с измененной маркировкой транспортных средств и номерных агрегатов не только в результате естественного износа, коррозии, но и ремонта или возвращенных собственникам или владельцам после хищения при условии их идентификации. В последнем случае начиная с 20 января 2011 г. внесение изменений в регистрационные данные производится ГИБДД на основании постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, подтверждающего отсутствие принадлежности транспортных средств и документов к разыскиваемым, а также подлинность маркировочных обозначений и паспортов транспортных средств.
23. В соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 <3> водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им для проверки регистрационные документы на данное транспортное средство.
<3> Имеется в виду Постановление Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 «О Правилах дорожного движения» (вместе с «Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения») (примеч. переводчика).
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции
24. Заявитель жаловался на решение органов власти Российской Федерации об отказе в снятии с учета по месту регистрации его транспортного средства. По мнению заявителя, данное решение длительное время не позволяло ему продать свое имущество, что нарушало положения статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, которая гласит:
«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.»
Предыдущие положения не умаляют права Государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов».
A. Приемлемость жалобы для рассмотрения по существу
25. Европейский Суд предварительно должен определить, мог ли заявитель быть признан жертвой нарушения статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, учитывая тот факт, что в декабре 2005 года органы власти согласились снять транспортное средство с учета по месту регистрации.
26. Европейский Суд напоминает, что решение или мера, принятые в пользу заявителя, в принципе могут быть достаточными для того, чтобы лишить заявителя статуса «жертвы» лишь в случае, если органы власти государства-ответчика прямо или по существу признали нарушение Конвенции, после чего предоставили компенсацию заявителю (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Скордино против Италии (N 1)» (Scordino v. Italy), жалоба № 36813/97, § 180, ECHR 2006-V). Однако Европейский Суд отмечает, что в настоящем деле государственные органы так никогда и не признали нарушение Конвенции и оставили без удовлетворения иск заявителя о возмещении вреда. Таким образом, Европейский Суд полагает, что тот факт, что органы власти в итоге позволили заявителю в порядке исключения снять автомобиль с учета по месту регистрации, недостаточен для того, чтобы лишить заявителя статуса «жертвы» (см. Постановление Европейского Суда по делу «Сильдедзис против Польши» (Sildedzis v. Poland) от 24 мая 2005 г., жалоба № 45214/99, § 32). Соответственно, заявитель по-прежнему может считаться жертвой предполагаемого нарушения.
27. Европейский Суд считает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что не установлено каких-либо иных оснований для признания ее неприемлемой. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
B. Существо жалобы
1. Доводы сторон
28. Власти Российской Федерации считали, что решение ГИБДД об отказе в совершении регистрационных действий в отношении транспортного средства заявителя соответствовало положениям законодательства Российской Федерации и было обоснованным. Они утверждали, что процедура снятия с учета касалась лишь допуска транспортных средств к участию в дорожном движении и не могла быть приравнена к процедуре регистрации права собственности на имущество. Власти Российской Федерации также полагали, что приобретение заявителем транспортного средства не влекло за собой обязанность ГИБДД совершить в отношении этого транспортного средства регистрационные действия.
29. Заявитель указал, что органы власти Российской Федерации поставили его транспортное средство на учет в 1998 году, не выявив каких-либо недостатков, и до 2003 года он пользовался своим автомобилем без малейших нареканий со стороны государственных органов. Он утверждал, что номер двигателя его автомобиля был ошибочно включен в базу номеров двигателей угнанных автомобилей и что в соответствии с заключением экспертизы, проведенной в 2003 году, номер двигателя не имел признаков фальсификации или изменения, и в отношении него не было возбуждено уголовное дело. Таким образом, вмешательство органов власти в осуществление заявителем права на уважение его собственности не преследовало какой-либо правомерной цели. Заявитель считал, что решение ГИБДД об отказе в снятии его транспортного средства с учета было произвольным и возложило на него чрезмерное бремя, не соответствующее требованиям статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
2. Мнение Европейского Суда
30. Европейский Суд констатирует, что сторонами не оспаривается тот факт, что транспортное средство являлось «собственностью» заявителя по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции и что решение органов власти Российской Федерации об отказе в совершении регистрационных действий представляло собой вмешательство в осуществление заявителем права на уважение его собственности. Европейский Суд считает, что данная мера относится к сфере регулирования «использования собственности» по смыслу второго абзаца статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу «Ярославцев против Российской Федерации» (Yaroslavtsev v. Russia) от 2 декабря 2004 г., жалоба № 42138/02, § 31).
31. Европейский Суд напоминает, что любое вмешательство в пользование правами, защищаемыми статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции, должно осуществляться в порядке, предусмотренном законом, преследовать одну или несколько правомерных целей и быть соразмерным. В настоящем деле, по мнению Европейского Суда, решение органов власти государства-ответчика об отказе в снятии транспортного средства с учета по месту регистрации было основано на пункте 12 Указа Президента Российской Федерации и пункте 17 приказа № 59, который применялся в период, относящийся к обстоятельствам настоящего дела (см. выше §§ 15, 19 и 21). Таким образом, Европейский Суд отмечает, что рассматриваемая мера была предусмотрена законодательством Российской Федерации по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции. Европейский Суд также полагает, что данная мера преследовала правомерную цель предотвращения преступлений. Оставалось определить, была ли эта мера соразмерной, то есть устанавливала ли она справедливое равновесие между необходимостью охраны интересов общества и требованиями защиты основных прав личности.
32. Европейский Суд напоминает, что проверка наличия справедливого равновесия требует общего анализа различных затрагиваемых интересов и может предполагать рассмотрение действий сторон, мер, принятых властями, и способа их реализации, в частности, обязательства властей действовать оперативно, правильно и последовательно (см., например, Постановление Европейского Суда по делу «Москаль против Польши» (Moskal v. Poland) от 15 сентября 2009 г., жалоба № 10373/05, §§ 69 — 74, Постановление Европейского Суда по делу «Биджиева против Российской Федерации» (Bidzhiyeva v. Russia) от 5 декабря 2017 г., жалоба № 30106/10 <1>, § 64).
<1> См.: Российская хроника Европейского Суда. 2019. № 1 (примеч. редактора).
33. В настоящем деле Европейский Суд отмечает, что добросовестность заявителя не подлежит сомнению и никогда не оспаривалась на внутригосударственном уровне. Что касается поведения органов власти, то, по мнению Европейского Суда, в силу положений законодательства Российской Федерации ГИБДД была обязана осуществлять контроль за транспортными средствами и документацией, относящейся к транспортным средствам, в тот момент, когда заявитель приобрел свой автомобиль и подал заявление о постановке его на учет по месту регистрации, то есть в 1998 году, а также обязана была отказать в совершении регистрационных действий при наличии определенных условий (см. выше §§ 18 - 21). Европейский Суд отмечает, что в то время ГИБДД не выявила обстоятельств, которые могли бы послужить основанием для отказа в совершении регистрационных действий. Таким образом, по мнению Европейского Суда, зарегистрировав транспортное средство, органы государственной власти породили у заявителя правомерные ожидания относительно дальнейшего пользования своей собственностью без каких-либо затруднений.
34. Европейский Суд замечает также, что номер двигателя автомобиля заявителя был включен в базу номеров двигателей угнанных автомобилей по ошибке, маркировка номера двигателя была оригинальной, хотя и была нанесена на месте, отличном от обычного. Европейский Суд отмечает, что приказ № 59, сохранявший силу до 2009 года, прямо запрещал ГИБДД совершать регистрационные действия, о которых ходатайствовал заявитель. Европейский Суд констатирует в этой связи, что суды, рассматривавшие жалобу заявителя, ограничились проверкой соответствия решения ГИБДД положениям пункта 17 приказа № 59.
35. Европейский Суд считает, что данное правовое положение, накладывая абсолютный и автоматический запрет на совершение регистрационных действий и не позволяя органам власти ни учесть собственную ошибку (см. выше §§ 11, 12 и 34), ни сопоставить различные затронутые интересы, повлекло для заявителя, добросовестность которого не подлежит оспариванию, невозможность продать собственное транспортное средство в течение двух лет и трех месяцев. Европейский Суд приходит к выводу, что такой запрет привел к возложению на заявителя чрезмерного бремени, не соответствующего требованиям статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции (см. также, mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу «Андоноски против Македонии» (Andonoski v. the former Yugoslav Republic of Macedonia) от 17 сентября 2015 г., жалоба № 16225/08, § 38).
Следовательно, имело место нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
II. Применение статьи 41 Конвенции
36. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
37. Заявитель требовал выплатить ему 2 599 690 российских рублей <1> в качестве компенсации материального ущерба, который, по его словам, был ему причинен. Заявитель указал, что данная сумма включала в себя расходы на парковку в период с 2003 по 2005 год (25 120 российских рублей), упущенную выгоду, соответствующую разнице между ценой продажи, согласованной первоначально, и ценой продажи в 2006 году (24 000 российских рублей), увеличенные на 10% (средняя ставка рефинансирования, установленная Центральным Банком Российской Федерации в период с 2003 по 2018 год) и умноженные на 15 лет, истекшие с момента первого договора купли-продажи транспортного средства до даты подачи заявителем своих замечаний в Европейский Суд. Кроме того, заявитель требовал выплатить ему 50 000 евро в качестве компенсации предположительно причиненного ему морального вреда, утверждая, что ему требовалось быстро продать свое транспортное средство, чтобы оплатить медицинские услуги для его болевшей супруги, и поскольку не получилось продать транспортное средство в 2003 году, он не смог обратиться за медицинской помощью для супруги, которая скончалась в 2009 году.
<1> Приблизительно 36 820 евро на дату представления замечаний сторон.
38. Власти Российской Федерации считали, что сумма, которую заявитель требовал в качестве компенсации морального вреда, была чрезмерной, а сумма, которую он требовал в возмещение материального ущерба, — необоснованной, поскольку вина за причиненный заявителю вред не могла быть возложена на органы власти государства-ответчика. Что касается индексации суммы требования на процентную ставку, применяемую Центральным Банком Российской Федерации, то данный метод расчета, по мнению властей Российской Федерации, был «изобретен» заявителем, и что суммы, указанные заявителем, не были присуждены ему судами Российской Федерации.
39. Европейский Суд отмечает, что решение органов власти об отказе в снятии транспортного средства заявителя с учета сорвало сделку купли-продажи автомобиля в 2003 году (см. выше §§ 7 и 12) и повлекло за собой необходимость несения расходов на парковку, надлежащим образом подтвержденных документально. Однако Европейский Суд не может принять предложенный заявителем метод индексации суммы требований, поскольку он был основан на данных, не имевших отношения к расходам, понесенным заявителем в период с сентября 2003 года по декабрь 2005 года, а именно в период длящегося нарушения его права на уважение собственности. Учитывая имеющиеся в его распоряжении документы, Европейский Суд присуждает заявителю 2 000 евро в качестве компенсации материального ущерба.
40. Европейский Суд отмечает также, что моральный вред преимущественно был причинен заявителю в результате смерти его супруги, которая не имела связи с установленным нарушением. В то же время Европейский Суд полагает, что заявителю был причинен определенный моральный вред в связи с нарушением его права на уважение собственности, и присуждает ему 2 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
B. Судебные расходы и издержки
41. Заявитель требовал выплатить ему 260 российских рублей в возмещение судебных пошлин и 5 821 российский рубль в качестве компенсации расходов, понесенных в связи с подачей жалобы в Европейский Суд, в том числе почтовых расходов и расходов на составление и перевод жалобы. Заявитель также просил присудить ему в случае установления нарушения по настоящей жалобе 3 750 евро в возмещение расходов, понесенных на оплату вознаграждения его представительницы Ефремовой в Европейском Суде.
42. Власти Российской Федерации считали, что требование о компенсации 260 российских рублей не было связано с жалобой, поданной заявителем. В то же время требование о возмещении 5 821 российского рубля власти Российской Федерации считали надлежащим образом подтвержденным. Что касается расходов на оплату услуг представительницы в Европейском Суде, то, по мнению властей Российской Федерации, у заявителя отсутствует установленная в законе или договоре обязанность их оплаты.
43. Согласно прецедентной практике Европейского Суда заявитель имеет право на компенсацию судебных расходов и издержек, если будет доказано, что они были понесены в действительности, были необходимыми и разумными по размеру. Действительность расходов на вознаграждение представителя считается установленной, если заявитель выплатил его или должен оплатить.
44. В настоящем деле Европейский Суд отмечает, что заявитель не предоставил копию договора, подтверждающего необходимость оплаты вознаграждения Ефремовой, или любой другой документ, демонстрирующий, что на нем лежала юридическая обязанность выплатить указанное вознаграждение. При данных обстоятельствах Европейский Суд не усматривает каких-либо оснований для вывода о действительности расходов, компенсации которых требовал заявитель. Следовательно, данная часть требования заявителя о компенсации судебных расходов и издержек должна быть отклонена.
45. Что касается других судебных расходов, компенсации которых требовал заявитель, Европейский Суд считает, что они были отчасти необходимыми и оправданными. Принимая во внимание предоставленные ему документы, Европейский Суд присуждает заявителю 80 евро по данному основанию.
-
постановил, что имело место нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции;
(a) власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю следующие суммы, подлежащие переводу в валюту государства-ответчика по курсу, действующему на день выплаты:
(i) 2 000 (две тысячи) евро в качестве компенсации материального ущерба;
(ii) 2 000 (две тысячи) евро, а также любой налог, который может быть начислен на указанную сумму, в качестве компенсации морального вреда;
(iii) 80 (восемьдесят) евро, а также любой налог, который может быть начислен на указанную сумму, в качестве компенсации судебных расходов и издержек;
(b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
Совершено на французском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 18 декабря 2018 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.