Статья 12Постановление ЕСПЧ от 02.12.2004

ПРОЦЕДУРА

1. Дело было инициировано жалобой № 4672/02, поданной против Латвийской Республики в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином Латвийской Республики Михайлсом Фарбтухсом (Mihails Farbtuhs) (далее — заявитель) 6 декабря 2001 г.

2. Интересы заявителя первоначально представлял А. Огурцовс (A. Ogurcovs), адвокат, член коллегии адвокатов г. Риги. Письмом от 26 марта 2004 г., направленным с помощью факсимильной связи, заявитель проинформировал Европейский Суд о том, что его интересы теперь будет представлять М. Иоффе (M. Ioffe), адвокат, являющийся гражданином Российской Федерации и практикующий в г. Риге. Власти Латвии были представлены своим Уполномоченным при Европейском Суде И. Рейне (I. Reine).

3. Заявитель жаловался, в частности, на то, что ввиду преклонного возраста и состояния здоровья его продолжительное содержание в тюрьме представляло собой обращение, запрещенное статьей 3 Конвенции.

4. Жалоба была передана в производство Первой Секции Европейского Суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда). В Первой Секции в соответствии с пунктом 1 правила 26 Регламента Суда для рассмотрения настоящего дела была образована Палата (пункт 1 статьи 27 Конвенции).

5. Решением от 9 января 2003 г. Палата объявила жалобу частично приемлемой для рассмотрения по существу.

6. Заявитель и власти Латвии предоставили Европейскому Суду дополнительную фактическую информацию и подали письменные замечания по существу дела (пункт 1 правила 59 Регламента Суда). 13 февраля 2003 г. заявитель представил требования о выплате справедливой компенсации (статья 41 Конвенции). 24 марта 2003 г. власти Латвии предоставили свои замечания по этим требованиям.

7. В связи с тем что должность избранного от Латвии судьи была вакантна, 27 июля 2004 г. Председатель Палаты предложил властям Латвии проинформировать его о том, намерены ли они предложить для участия в заседаниях другого избранного судью или в качестве судьи ad hoc другое лицо, обладающее соответствующими качествами, требуемыми пунктом 1 статьи 21 Конвенции. Письмом от 15 сентября 2004 г. власти Латвии предложили кандидатуру Я. Бриеде (J. Briede) для участия в заседаниях в качестве судьи ad hoc (пункт 2 статьи 27 Конвенции и пункт 1 правила 29 Регламента Суда).

ФАКТЫ

I. Обстоятельства дела

8. Заявитель, родившийся в 1916 году, является гражданином Латвии и проживает в г. Риге (Латвия).

9. Вынесенным в ходе состязательного процесса приговором от 27 сентября 1999 г. Рижский окружной суд признал заявителя виновным в совершении преступлений против человечества и в геноциде (см. Решение об объявлении жалобы частично приемлемой для рассмотрения по существу от 26 марта 2002 г.), приговорил его к семи годам лишения свободы, указав, что отбывание наказания должно начаться в тюрьме закрытого типа ( slçgts cietums). Тем не менее заслушав мнение прокурора, в соответствии с которым состояние здоровья заявителя не позволяло содержать его под стражей, Рижский окружной суд отказал в вынесении постановления о взятии заявителя под стражу в зале суда. Таким образом, какая-либо связанная с лишением свободы мера до вступления приговора в силу к заявителю не применялась.

10. Заявитель подал в Судебную палату по уголовным делам Верховного суда Латвийской Республики апелляционную жалобу на приговор Рижского окружного суда, настаивая, в частности, на незаконности ретроактивного применения уголовного закона в его деле. Постановлением от 12 января 2000 г. Судебная палата по уголовным делам Верховного суда Латвийской Республики большинством голосов отклонила доводы, изложенные заявителем в его жалобе, и подтвердила его виновность. Вместе с тем Судебная палата по уголовным делам Верховного суда Латвийской Республики сочла слишком строгим назначенное заявителю Рижским окружным судом наказание и снизила его до пяти лет лишения свободы. Отбывание наказания должно было начаться в тюрьме «полузакрытого типа» ( dalçji slçgts cietums).

11. Тем временем, 14 декабря 1999 г., Судебная палата по уголовным делам Верховного суда Латвийской Республики назначила проведение судебно-медицинской экспертизы, призванной определить возможность заявителя отбывать наказание в виде лишения свободы. В заключении от 20 декабря 1999 г. комиссия Государственного центра судебно-медицинской экспертизы (Valsts tiesu medicînas ekspertîzes centrs) сделала следующие выводы:

«...1. Следует отметить, что М. Фарбтухс страдает следующими заболеваниями: деформирующая спондилома позвоночника, спондилоартроз с корешковым синдромом, деформирующий артроз обоих тазобедренных суставов, состояние после операции по установке и удалению эндопротеза правого тазобедренного сустава, контрактура левого тазобедренного сустава, укорочение правой ноги на 6 см, первичная артериальная гипертензия второй степени, хроническая сердечная недостаточность (первая и вторая функциональные категории).»

2. Из медицинских документов следует, что М. Фарбтухс был признан инвалидом первой группы.

3. Принимая во внимание вышеупомянутые диагнозы, М. Фарбтухс нуждается в постоянном уходе, специальных приспособлениях для личной гигиены и мебели. По состоянию здоровья М. Фарбтухс не может наклоняться, надевать брюки или обуваться без посторонней помощи, он может перемещаться только по комнате при помощи двух костылей. Он не в состоянии самостоятельно подниматься по лестнице.

4. М. Фарбтухсу необходимо регулярно принимать лекарства в связи с упомянутыми заболеваниями.

5. М. Фарбтухс может отбывать наказание в виде лишения свободы в пенитенциарном учреждении при условии, что будут выполнены вышеуказанные требования (см. пункты 3 и 4)».

12. Заявитель подал кассационную жалобу в Сенат Верховного суда Латвийской Республики. В своих письменных возражениях заявитель утверждал, помимо прочего, что его возраст и состояние здоровья являются серьезным препятствием для его содержания под стражей, и ходатайствовал об освобождении его от обязанности отбывать наказание.

Постановлением от 1 марта 2000 г. Сенат Верховного суда Латвийской Республики объявил кассационную жалобу заявителя неприемлемой для рассмотрения по существу. В соответствии с этим постановлением письменные возражения заявителя, воспроизводя в сущности уже рассмотренные апелляционной инстанцией доводы, не позволяли выявить какие-либо признаки нарушения материальных или процессуальных положений закона, что являлось необходимым условием приемлемости кассационной жалобы для рассмотрения по существу.

13. Получив копию постановления от 1 марта 2000 г., заявитель ходатайствовал перед Рижским окружным судом о назначении новой судебно-медицинской экспертизы и об отложении исполнения назначенного ему наказания. 27 марта 2000 г. Рижский окружной суд отклонил это ходатайство. Тогда заявитель подал жалобу в Судебную палату по уголовным делам Верховного суда Латвийской Республики, которая вынесенным в ходе состязательного процесса постановлением от 3 мая 2000 г. также оставила ее без удовлетворения.

14. 4 мая 2000 г. заявитель обратился в Пенитенциарное управление ( Ieslodzîjuma vietu pârvalde ) с вопросом о том, приспособлены ли тюрьмы Латвии к его специфическим потребностям. Письмом от 16 мая 2000 г. Пенитенциарное управление ответило заявителю отрицательно. Согласно информации Пенитенциарного управления пенитенциарные учреждения не располагали ни оборудованием, отвечающим потребностям тяжелобольных лиц (таким, как специальная мебель, санитарные приспособления и т.д.), ни квалифицированным персоналом, чтобы обеспечивать им надлежащий уход. Кроме того, Пенитенциарное управление добавило, что в целях оценки «возможного ухудшения состояния здоровья» заявителя было бы желательно провести ему ряд конкретных медицинских обследований, в том числе эхокардиографию и томографию мозга, но ни одна тюрьма в Латвии не располагала возможностью провести такие обследования.

15. С 17 мая по 1 июня 2000 г. заявитель был помещен в тюремную больницу, находящуюся в ведении Пенитенциарного управления, в которой ему были проведены медицинские обследования.

30 мая 2000 г. адвокат заявителя ходатайствовал перед начальником Пенитенциарного управления о разрешении трем российским профессорам медицины, прибывшим из г. Москвы, осмотреть заявителя. В неустановленную дату это ходатайство было отклонено.

При выписке из больницы лечащий врач заявителя назначил ему курс лечения и рекомендовал поместить заявителя в тюремный медицинский пункт под постоянное наблюдение терапевта и уролога.

16. Кроме того, в мае и июне 2000 года заявитель направил в различные внутригосударственные органы власти (прокуратуру, Пенитенциарное управление, Министерство юстиции Латвийской Республики, Рижский окружной суд) несколько писем с просьбами назначить дополнительные судебно-медицинские экспертизы и рассмотреть возможность освобождения его от обязанности отбывать наказание. В этих письмах заявитель настаивал, в частности, на том, что с момента проведения экспертизы от 20 декабря 1999 г. у него появилось новое заболевание, а именно очень сильные головные боли, во время которых его способности к размышлению и ориентации были нарушены. Все эти просьбы были либо отклонены или оставлены без рассмотрения.

17. 1 июня 2000 г. заявитель прибыл для отбывания наказания и начал отбывать наказание в тюрьме «Матыса» ( Matîsa ) в г. Риге. С учетом критического состояния его здоровья заявитель был немедленно доставлен в тюремный медицинский пункт, где он находился вплоть до своего освобождения.

18. 11 сентября 2000 г. заявитель подал прошение о президентском помиловании, ссылаясь, в том числе, на доводы медицинского характера. 19 октября 2000 г. Служба помилований Канцелярии Президента Латвийской Республики переквалифицировала это прошение в ходатайство о досрочном освобождении от отбывания наказания по состоянию здоровья по смыслу пункта 6 статьи 59 нового Уголовного кодекса и статьи 364 Уголовно-процессуального кодекса (см. § 30 - 31 настоящего Постановления) и направила его в качестве такового в Генеральную прокуратуру Латвийской Республики ( Generâlprokuratûra ).

19. Письмом от 7 ноября 2000 г. Генеральная прокуратура Латвийской Республики отказала в применении статьи 364 Уголовно-процессуального кодекса на основании того, что содержащиеся в ней требования, как представляется, не были соблюдены. Однако, по мнению Генеральной прокуратуры Латвийской Республики, если администрация соответствующей тюрьмы считает, что состояние здоровья заявителя препятствует отбыванию наказания, то она должна провести судебно-медицинскую экспертизу и в случае необходимости предложить суду досрочно освободить заявителя от отбывания наказания в соответствии со статьей 116 Уголовно-процессуального кодекса Латвийской Республики.

Тогда заявитель вновь обратился в Генеральную прокуратуру Латвийской Республики. Письмом от 8 декабря 2000 г. старший прокурор Уголовно-правового департамента Генеральной прокуратуры Латвийской Республики, действуя на основании подпункта 2 пункта 1 статьи 17 Закона о прокуратуре (см. § 33 настоящего Постановления), обязал Пенитенциарное управление созвать специальную комиссию экспертов с целью установить, требует ли состояние здоровья заявителя его освобождения от отбывания наказания.

20. С 4 по 18 января 2001 г. заявитель был вновь помещен в тюремную больницу, где был осмотрен комиссией экспертов, созванной Пенитенциарным управлением. 13 февраля 2001 г. эта комиссия представила следующее заключение:

«...Пациент может сидеть, прислонившись к стене. В камере он перемещается только с помощью двух костылей. Он не может самостоятельно умываться, одеваться и обуваться. Учитывая его состояние, не представляется возможным применить к заключенному положения статьи 50.4 Кодекса Латвии об исполнении наказаний...»

Окончательные диагнозы: деформирующая спондилома позвоночника, спондилоартроз с корешковым синдромом, деформирующий артроз обоих тазобедренных суставов, состояние после операции по установке и удалению эндопротеза правого тазобедренного сустава, анкилоз левого тазобедренного сустава, укорочение правой ноги на 6 см, общий атеросклероз, сердечная недостаточность (II), компенсированный сахарный диабет второго типа, хронический панкреатит (ремиссия), болезнь печени, аденома простаты (II), катаракта, склероз сосудов мозга с динамическими нарушениями кровообращения, сосудистая болезнь Паркинсона.

Заключение: с учетом преклонного возраста Михайлса Фарбтухса, плохого состояния его здоровья, многочисленных неизлечимых заболеваний, его неспособности самостоятельно обеспечивать себе необходимый уход, мы рекомендуем предложить суду рассмотреть вопрос о досрочном освобождении Михайлса Фарбтухса от отбывания наказания по состоянию здоровья».

21. 5 марта 2001 г. заявитель объявил многодневную голодовку в качестве протеста против своего тюремного заключения.

22. Тем временем, 16 февраля 2001 г., начальник тюрьмы «Матыса» ходатайствовал перед судом первой инстанции Латгальского (Latgale) предместья города Риги о принятии решения о досрочном освобождении заявителя от отбывания наказания. Вынесенным в ходе состязательного процесса постановлением от 22 марта 2001 г. суд Латгальского предместья г. Риги отклонил это ходатайство. В соответствии с данным постановлением статья 52 прежнего Уголовного кодекса допускала освобождение по состоянию здоровья только в случае, когда осужденный заболел после своего осуждения, что не имело место в настоящем деле. Суд Латгальского предместья города Риги в общих выражениях признал, что условия содержания в тюрьме «Матыса» не отвечали специфическим потребностям заявителя, но счел, что данный факт не является достаточным правовым основанием для его освобождения.

23. Заявитель подал жалобу в Рижский окружной суд, который решением от 27 июня 2001 г. отменил вынесенное постановление от 22 марта 2001 г. и направил дело в суд первой инстанции Латгальского предместья г. Риги.

24. 17 августа 2001 г. суд Латгальского предместья г. Риги провел специальное слушание в помещении тюрьмы «Матыса». В ходе этого слушания начальник Медицинского отдела Пенитенциарного управления и представители тюремной администрации высказались за освобождение заявителя, утверждая, в частности, что его содержание под стражей противоречит Рекомендации № R(98)7 Комитета министров Совета Европы об этических и организационных аспектах медицинского обслуживания в пенитенциарных учреждениях (см. § 34 настоящего Постановления). В связи с этим они напомнили, что тюрьмы в Латвии лишены возможности принимать лиц с инвалидностью, так как они не располагают ни достаточно квалифицированным персоналом, ни необходимым для этого специальным оборудованием. Администрация тюрьмы проинформировала суд Латгальского предместья г. Риги о том, что, будучи парализованным, заявитель не мог спускаться во двор, чтобы подышать свежим воздухом, как делали все заключенные, поскольку медицинский пункт находился на втором этаже тюремного корпуса. Кроме того, администрация тюрьмы указала, что состояние заявителя в обязательном порядке требовало непрерывного ухода. В то же время, поскольку медицинский персонал, как правило, отсутствовал в ночное время, то администрация тюрьмы была вынуждена нарушать правила внутреннего распорядка и прибегать к помощи сокамерников-добровольцев, чтобы следить за заявителем и помогать ему в медицинском пункте. Главный врач терапевтического отделения медицинского пункта, также допрошенный судом Латгальского предместья г. Риги, подтвердил критическое состояние здоровья заявителя и присоединился к позиции тюремной администрации в том, что касается его освобождения.

25. Вынесенным после завершения слушания постановлением суд Латгальского предместья г. Риги отклонил ходатайство об освобождении заявителя от отбывания наказания. В соответствии с постановлением заключение комиссии экспертов от 13 февраля 2001 г. не удовлетворяло требованиям статьи 364 Уголовно-процессуального кодекса, так как не устанавливало точно, какими неизлечимыми заболеваниями страдал заявитель, каким образом его состояние здоровья могло ухудшиться с 1999 года, а также чем именно условия содержания в тюрьме «Матыса» не отвечали специфическим потребностям заявителя. Следовательно, ходатайство об освобождении заявителя было необоснованным.

26. Между тем, с 8 ноября по 6 декабря 2001 г., заявитель был в третий раз помещен в тюремную больницу.

27. Заявитель обжаловал постановление от 17 августа 2001 г. в Рижский окружной суд. Постановлением от 12 марта 2002 г., вынесенным в ходе состязательного процесса и являющимся окончательным, Рижский окружной суд удовлетворил эту жалобу и освободил заявителя от отбывания оставшейся части наказания. По мнению Рижского окружного суда, суд первой инстанции ошибочно утверждал, что он не располагает всеми сведениями, указанными в статье 364 Уголовно-процессуального кодекса, напротив, в деле заявителя содержался точный список неизлечимых заболеваний, которыми он страдает. Кроме того, из заключений начальника Медицинского отдела Пенитенциарного управления и лечащего врача заявителя следовало, что два из его заболеваний, сахарный диабет и нарушение сосудистого кровоснабжения мозга, возникли во время отбывания заявителем наказания в виде лишения свободы. Что касается остальных заболеваний, то они усугубились во время нахождения заявителя в тюрьме. С другой стороны, Рижский окружной суд отметил, что почти два года заявителю так и не удавалось выйти подышать свежим воздухом. Далее Рижский окружной суд указал на то, что заявитель постоянно содержался в тюремном медицинском пункте и ни разу не находился в камере, как другие заключенные, его поведение было безупречным, а тяжесть преступления, с учетом преклонного возраста заявителя и его статуса инвалида первой группы, не могла служить оправданием его содержанию под стражей. Наконец, Рижский окружной суд признал необходимость освободить заявителя, сформулировав это следующим образом:

«[Суд] признает в качестве важного элемента тот факт, что почти за два года, которые М. Фарбтухс провел в заключении, ни тюрьма „Матыса“, ни другое пенитенциарное учреждение Латвии не обеспечили [ему]... условия содержания, признанные медицинской комиссией в ее заключении от 20 декабря 1999 г. обязательными, чтобы он мог отбывать наказание в пенитенциарном учреждении...»

Представитель Пенитенциарного управления... пояснил, что с учетом специфических потребностей осужденного М. Фарбтухса... Пенитенциарное управление неоднократно обращалось в различные государственные органы с просьбой предоставить в этих целях необходимое финансирование, но [неизменно] получало отказ. Кроме того, не предполагается, что такие финансовые средства могут быть выделены в ближайшем будущем...

В то же время апелляционный суд отклоняет утверждения защитника осужденного М. Фарбтухса... согласно которым нахождение [последнего] в тюрьме «Матыса» связано с пытками и бесчеловечным обращением.

Подобные утверждения защитника противоречат объяснениям, данным в ходе слушания самим осужденным... и из которых следует, что как представители тюремной администрации, так и медицинский персонал относились к нему с пониманием и по мере возможности прилагали все усилия, чтобы облегчить условия его содержания под стражей...».

28. 13 марта 2002 г., на следующий день после вынесения вышеуказанного постановления, заявитель был освобожден.

II. Соответствующее законодательство Латвии

A. Положения, касающиеся медицинского обслуживания в пенитенциарной системе

29. Соответствующие статьи Кодекса Латвии об исполнении наказаний (Sodu izpildes kodekss) предусматривают следующее:

«Второй абзац статьи 4 <*>»

---

<*> Так в тексте оригинала Постановления (примеч. редактора).

При исполнении любого уголовного наказания должны быть соблюдены следующие основные принципы:

1. в практике исполнения наказаний должны быть обеспечены установленные законом гарантии против применения в отношении осужденного лица пыток или бесчеловечного или унижающего достоинство наказания; исполнение наказания не имеет целью причинить физические страдания или унизить человеческое достоинство...

Генеральный прокурор Латвийской Республики и подчиненные ему прокуроры обеспечивают надзор за точным и единообразным применением законов Латвийской Республики в пенитенциарных учреждениях...