Постановление ЕСПЧ от 22.09.2005
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 22.09.2005. 40642/02. 22.09.2005. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-4064202
«Дело „Денисенков (Denisenkov) против Российской Федерации“ (жалоба № 40642/02) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ДЕНИСЕНКОВ (DENISENKOV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» (Жалоба № 40642/02)
<*> Перевод предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
По делу «Денисенков против Российской Федерации» Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая 30 августа 2005 г. за закрытыми дверями,
принял следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 40642/02), поданной 28 октября 2002 г. в Европейский суд против Российской Федерации гражданином России Владимиром Николаевичем Денисенковым (далее — заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителя в Европейском суде представлял К. Краковский, адвокат из г. Ростова-на-Дону. Власти Российской Федерации в Европейском суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
3. 4 февраля 2002 г. Европейский суд решил коммуницировать властям Российской Федерации часть жалобы заявителя на длительное неисполнение Судебных решений от 18 октября 1999 г. и 22 октября 2001 г. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
4. Заявитель — 1953 года рождения, проживает в г. Ростове-на-Дону.
5. В 1987 году заявитель принимал участие в мероприятиях по ликвидации аварии в зоне Чернобыльской АЭС. В результате заявитель после этого страдает от чрезмерного радиоактивного облучения.
6. В неустановленный день заявитель прошел медицинское обследование, в результате которого была установлена связь между плохим состоянием здоровья заявителя и его участием в мероприятиях по ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. В 1994 году заявителю установили ежемесячную выплату компенсации.
1. Первое судебное разбирательство по делу заявителя
7. В 1999 году заявитель подал иск в Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону к муниципальному учреждению социальной защиты населения Первомайского района г. Ростова-на-Дону об увеличении размера его ежемесячных компенсаций, увеличении размера выплат за прошлый период и выплате разницы сумм за этот период. Заявитель утверждал, что размер полагающейся ему компенсации рассчитывался неправильно.
8. 18 октября 1999 г. Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону удовлетворил исковые требования заявителя и указал, что с 1 января 1999 г. размер ежемесячной компенсации заявителю исчислялся неправильно. Суд присудил заявителю сумму недовыплаченной компенсации в размере 15829 рублей 25 копеек за период с 1 января по 1 ноября 1999 г. и установил, что с 1 ноября 1999 г. заявитель имеет право на получение ежемесячной компенсации в размере 2440 рублей 70 копеек с последующей индексацией в связи с изменением минимального размера оплаты труда.
9. Судебное решение от 18 октября 1999 г. не было обжаловано сторонами и вступило в силу 29 октября 1999 г.
2. Исполнительное производство по Судебному решению от 18 октября 1999 г.
10. 6 декабря 1999 г. службой судебных приставов было возбуждено исполнительное производство на основании Судебного решения от 18 октября 1999 г.
11. Некоторое время спустя исполнительное производство было прекращено в связи с отсутствием денежных средств у должника. 22 марта 2001 г. служба судебных приставов вернула заявителю исполнительный лист и иные представленные документы. При этом служба ссылалась на Постановление Правительства Российской Федерации от 22 февраля 2001 г. № 143 (см. ниже раздел «Применимое национальное законодательство») и предложила заявителю направить документы в отделение Федерального казначейства по Первомайскому району г. Ростова-на-Дону.
12. Заявитель последовал этому совету и в тот же день направил документы в отделение Федерального казначейства, которое через четыре дня вернуло документы. Как представляется, заявителю предложили получить новый исполнительный лист в Первомайском районном суде г. Ростова-на-Дону.
13. Получив новый исполнительный лист в суде, заявитель заново подал документы в отделение Федерального казначейства, которое 11 апреля 2001 г. вернуло их в связи с отсутствием счетов должника в Федеральном казначействе.
14. 30 мая и 1 июля 2002 г., соответственно, органы власти перечислили заявителю денежные средства в размере 38661 рубля 22 копеек и проинформировали его, что, таким образом, исполнение Судебного решения от 18 октября 1999 г. завершено.
15. Как представляется, заявитель не согласился с этим. Он проинформировал управление социальной защиты населения о том, что оно не произвело индексацию размера его ежемесячной компенсации в соответствии с изменением минимального размера оплаты труда, как того требует Судебное решение от 18 октября 1999 г., и что оно использовало менее выгодную для заявителя схему индексации.
16. В неустановленный день управление социальной защиты населения направило заявление в Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону о разъяснении Судебного решения от 18 октября 1999 г. и подтверждении его схемы индексации.
17. 6 марта 2003 г. своим Решением Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону удовлетворил заявление управления социальной защиты населения. Данное Решение было оставлено без изменения судебной коллегией по гражданским делам Ростовского областного суда 16 апреля 2003 г.
18. 3 июня 2003 г. службой судебных приставов было вынесено Постановление о том, что ответчик надлежащим образом исполнил Судебное решение от 18 октября 1999 г., и, соответственно, исполнительное производство было прекращено.
19. После этого заявитель оспорил оба Судебных решения в порядке надзора.
20. 3 июня 2004 г. президиум Ростовского областного суда, рассмотрев дело в порядке надзора, отменил Судебное решение от 6 марта 2003 г. как незаконное и направил дело по заявлению о разъяснении на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Суд отметил, в частности, что согласившись с толкованием управления социальной защиты населения Судебного решения от 18 октября 1999 г., Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону, по сути, изменил его содержание и поэтому действовал незаконно.
21. 5 июля 2004 г. Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону отклонил заявление управления социальной защиты населения о разъяснении Судебного решения как необоснованное.
22. На основании Решения суда первой инстанции от 2 сентября 2004 г., оставленного без изменения судом кассационной инстанции 13 октября 2004 г., заявителю был выдан новый исполнительный лист.
23. 28 ноября 2004 г. служба судебных приставов снова возбудила исполнительное производство по Судебному решению от 18 октября 1999 г. и предложило управлению социальной защиты населения исполнить Судебное решение в части, касающейся индексации размера ежемесячных выплат заявителю.
3. Второе судебное разбирательство по делу заявителя
24. В неустановленный день заявитель подал иск мировому судье Первомайского района г. Ростова-на-Дону к управлению социальной защиты населения, требуя проведения индексации сумм в связи с несвоевременным исполнением Судебного решения от 18 октября 1999 г.
25. 11 мая 1999 г. мировой судья Первомайского района г. Ростова-на-Дону рассмотрел иск и удовлетворил его. Мировой судья обязал управление социальной защиты населения выплатить заявителю сумму в размере 3562 рублей 13 копеек в качестве компенсации ущерба, причиненного несвоевременной выплатой денежных средств в период с 1 ноября 1999 г. по 1 февраля 2001 г., и сумму задолженности в размере 18556 рублей 24 копеек.
26. Решение от 11 мая 2001 г. было изменено в апелляционной инстанции Первомайским районным судом г. Ростова-на-Дону 22 октября 2001 г. В частности, суд обязал управление социальной защиты населения выплатить заявителю сумму в размере 6341 рубля 73 копеек в качестве компенсации ущерба, причиненного несвоевременной выплатой денежных средств в период с 1 ноября 1999 г. по 1 сентября 2001 г., а также сумму задолженности за период с 1 ноября 1999 г. по 1 сентября 2001 г. в размере 8505 рублей 47 копеек. Судебное решение от 22 октября 2001 г. вступило в силу в этот же день.
4. Исполнительное производство по Судебному решению от 22 октября 2001 г.
27. 11 ноября 2001 г. служба судебных приставов возбудила исполнительное производство на основании Судебного решения от 22 октября 2001 г. Как представляется, должник отказался исполнить Судебное решение, ссылаясь на отсутствие финансовых средств и несогласие с размером присужденной заявителю денежной суммы.
28. Судебное решение от 22 октября 2001 г. было исполнено должником посредством банковского перевода денежных средств заявителю 1 июля 2002 г.
5. Третье судебное разбирательство по делу заявителя
29. В неустановленный день заявитель подал новый иск в Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону к управлению социальной защиты населения об увеличении размера его ежемесячных выплат.
30. 25 декабря 2002 г. своим Решением Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону оставил без удовлетворения исковые требования заявителя как необоснованные. 26 марта 2003 г. это Решение было оставлено без изменения судебной коллегией по гражданским делам Ростовского областного суда.
6. Четвертое судебное разбирательство по делу заявителя
31. В неустановленный день заявитель подал новый иск в Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону к управлению социальной защиты населения, в котором он потребовал присудить ему дополнительную компенсацию в связи с неисполнением Судебных решений от 18 октября 1999 г. и 22 октября 2001 г. Заявитель также ссылался на непроведение управлением социальной защиты населения индексации денежных сумм, присужденных к выплате Судебным решением от 18 октября 1999 г., в соответствии с изменением минимального размера оплаты труда и потребовал компенсации в связи с этим.
32. 25 апреля 2003 г. своим Решением Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону частично удовлетворил иск заявителя. Ссылаясь на Судебное решение от 6 марта 2003 г. (см. выше § 17), суд отклонил требования заявителя об увеличении размера выплат по Судебному решению от 18 октября 1999 г. в связи с изменением минимального размера оплаты труда. В связи с длительным неисполнением Судебного решения от 18 октября 1999 г. суд обязал управление социальной защиты населения выплатить заявителю сумму в размере 3065 рублей 95 копеек в качестве компенсации за период с сентября 2001 года по 1 июня 2002 г. Относительно Судебного решения от 22 октября 2002 г. суд присудил заявителю сумму в размере 2772 рублей 88 копеек в качестве компенсации ущерба за период с ноября 2001 года по июль 2002 года.
33. 23 июля 2003 г. судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда оставила без изменения Судебное решение от 25 апреля 2003 г.
34. Как представляется, Судебное решение от 25 апреля 2003 г. было исполнено в полном объеме 26 апреля 2004 г.
7. Пятое судебное разбирательство по делу заявителя
35. В неустановленный день заявитель обратился в Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону с иском к управлению социальной защиты населения, указывая на неисполнение Судебного решения от 18 октября 1999 г. в части, касающейся его обязанности осуществлять индексацию размера компенсации, производимой заявителю, в соответствии с изменением минимального размера оплаты труда.
36. Приняв другую схему индексации, отличающуюся от той, которая была предложена заявителем и была установлена в Судебном решении от 18 октября 1999 г., 18 декабря 2003 г. Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону частично удовлетворил иск заявителя и обязал управление социальной защиты населения произвести выплату задолженности в размере 28947 рублей 24 копеек.
37. Судебное решение от 18 декабря 2003 г. было оставлено без изменения судом кассационной инстанции 10 марта 2004 г. Суммы, присужденные заявителю в связи с этим, были выплачены в полном объеме 13 сентября 2004 г.
II. Применимое национальное законодательство
38. Статья 9 Федерального закона от 21 июля 1997 г. «Об исполнительном производстве» предусматривает, что в постановлении судебного пристава о возбуждении исполнительного производства должен быть установлен срок исполнения должником в добровольном порядке требований исполнительного листа. Такой срок не должен превышать пять дней. Судебный пристав также должен предупредить должника о том, что в случае неисполнения требований в установленный срок к нему будут применены принудительные меры.
39. В соответствии со статьей 13 указанного Федерального закона исполнительное производство должно быть завершено в двухмесячный срок с момента получения исполнительного листа службой судебных приставов.
40. В соответствии со специальными правилами об исполнении исполнительных документов по искам к получателям средств федерального бюджета, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 22 февраля 2001 г. № 143 «Об утверждении Правил взыскания на основании исполнительных листов судебных органов средств по денежным обязательствам получателей средств федерального бюджета» (действовавшим на момент событий), взыскатель должен был обратиться в соответствующее подразделение Федерального казначейства, в котором находились счета должника (пункты 1 — 4).
41. В течение пяти дней подразделение Федерального казначейства должно было рассмотреть заявление и уведомить должника о поступившем исполнительном листе, обязав должника выполнить соответствующее Судебное решение (пункты 7 — 12). В случае неисполнения должником Судебного решения в течение двух месяцев подразделение Федерального казначейства могло временно заморозить счета должника (пункт 13).
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции
42. Заявитель жаловался на то, что длительное неисполнение Судебных решений от 18 октября 1999 г. и 22 октября 2001 г. нарушило его «право на суд», гарантируемое пунктом 1 статьи 6 Конвенции, и его право на беспрепятственное пользование своим имуществом, гарантируемое статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции. Данные статьи в части, применимой в настоящем деле, гласят:
«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...».
Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции
«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.»
Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов».
A. Приемлемость жалобы
43. Власти Российской Федерации заявили, что рассматриваемые Судебные решения исполнены. Они утверждали, что заявитель более не является жертвой предполагаемых нарушений, поскольку ему предоставлена компенсация на национальном уровне, и что по этой причине его жалоба должна быть объявлена неприемлемой.
44. Заявитель не согласился с доводами властей Российской Федерации и подтвердил свою жалобу. Относительно утраты статуса жертвы он утверждал, что Судебное решение от 18 октября 1999 г. остается неисполненным в части индексации ежемесячных выплат заявителю в соответствии с увеличением минимального размера оплаты труда.
45. Прежде всего, Европейский суд напомнил, что «решение или меры в пользу заявителя не являются в принципе достаточными для того, чтобы он перестал быть „жертвой“, за исключением случаев, в которых национальные власти в прямой форме или фактически признали нарушение положений Конвенции и устранили его последствия» (см. Постановление Европейского суда по делу «Амюур против Франции» (Amuur v. France) от 25 июня 1996 г., Reports 1996-III, p. 846, § 36; Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Далбан против Румынии» (Dalban v. Romania), жалоба № 28114/95, ECHR 1999-VI, § 44; и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Ротару против Румынии» (Rotaru v. Romania), жалоба № 28341/95, ECHR 2000-V, § 35). Субсидиарная природа контрольного механизма Конвенции препятствует рассмотрению жалобы только тогда, когда эти условия соблюдены (см., например, Решение Европейского суда по делу «Йенсен и Расмуссен против Дании» (Jensen and Rasmussen v. Denmark) от 20 марта 2003 г., жалоба № 52620/99).
46. В настоящем деле после нескольких лет бездеятельности властей по произведению регулярных выплат заявитель подал еще два иска, требуя ретроспективного увеличения размера выплаты задолженности, и выиграл их. Если бы Судебное решение от 18 октября 1999 г. было исполнено надлежащим образом и в полном объеме, вынесение Судебных решений от 22 октября 2001 г. и 25 апреля 2003 г. могло бы лишить заявителя статуса жертвы в отношении предыдущего неисполнения властями указанного Судебного решения.
47. Однако как следует из информации, представленной Европейскому суду о развитии событий по делу заявителя, исполнительное производство в отношении Судебного решения от 18 октября 1999 г. в части, касающейся индексации размера ежемесячных выплат заявителю в соответствии с изменением минимального размера оплаты труда, продолжалось на 28 ноября 2004 г., и остается неясным, исполнили ли власти к настоящему времени данное Судебное решение в полном объеме.
48. Принимая во внимание тот факт, что Судебное решение от 18 октября 1999 г. оставалось частично неисполненным в течение как минимум еще полутора лет после вынесения последнего Судебного решения об индексации в связи с задержкой исполнения, и тот факт, что до настоящего времени остается неясным, было ли оно окончательно исполнено, Европейский суд не может прийти к выводу о том, что власти Российской Федерации или органы власти признали нарушения, указываемые заявителем, и предоставили компенсацию за них, таким образом лишив заявителя статуса жертвы.
49. Европейский суд установил, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее он отметил, что не является она неприемлемой и по иным основаниям. Таким образом, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
B. Существо жалобы
50. Власти Российской Федерации утверждали, что ввиду того факта, что Судебные решения, рассматриваемые в рамках настоящего дела, исполнены, нарушение прав заявителя, гарантируемых Конвенцией, отсутствует.
51. Заявитель подтвердил свою жалобу.
1. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
52. Европейский суд напомнил, что пункт 1 статьи 6 Конвенции гарантирует право на подачу иска по вопросу определения гражданских прав и обязанностей на рассмотрение в суд; таким образом, он гарантирует право на обращение в суд, в рамках которого одним из аспектов является право на доступ к правосудию, то есть право инициировать судебное разбирательство в суде по гражданским вопросам. Однако это право было бы иллюзорным, если бы национальные правовые системы Высоких Договаривающихся Сторон допускали, чтобы окончательное подлежащее исполнению Судебное решение оставалось неисполненным в ущерб одной из сторон. Было бы невообразимо, чтобы пункт 1 статьи 6 Конвенции подробно описывал процессуальные гарантии, предоставляемые сторонам судопроизводства, — которое должно быть справедливым, публичным и не должно затягиваться, — не предоставляя гарантии исполнения судебных решений; толкование статьи 6 Конвенции как предоставление исключительно права на обращение в суд и проведение судебного разбирательства, по всей видимости, приведет к ситуации, несовместимой с принципом верховенства права, который Высокие Договаривающиеся Стороны обязались соблюдать при ратификации Конвенции. Таким образом, исполнение судебного решения должно рассматриваться как составляющая часть «судебного разбирательства» по смыслу статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу «Бурдов против России» (Burdov v. Russia), жалоба № 59498/00, ECHR 2002-III, § 34, и Постановление Европейского суда по делу «Хорнсби против Греции» (Hornsby v. Greece) от 19 марта 1997 г., Reports 1997-II, p. 510, § 40).
53. Далее Европейский суд напомнил, что та или иная задержка исполнения судебного решения при определенных обстоятельствах может быть оправдана, но задержка не может быть такой, чтобы нарушала саму суть права, гарантируемого пунктом 1 статьи 6 Конвенции. Финансовые трудности, испытываемые государством, не должны были препятствовать заявителю получить причитающиеся ему денежные суммы, присужденные в результате судебного разбирательства (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Бурдов против России», § 35).
54. Возвращаясь к настоящему делу, Европейский суд отметил, что в своей большей части Судебное решение от 18 октября 1999 г. не исполнялось в течение двух лет и семи месяцев, включая период более восьми месяцев после вынесения Судебного решения от 22 октября 2001 г., которым заявителю была предоставлена компенсация за неисполнение первого Судебного решения. В части требования заявителя об индексации размера его ежемесячных выплат в соответствии с инфляцией Судебное решение от 18 октября 1999 г. оставалось неисполненным как минимум до 28 ноября 2004 г. Власти Российской Федерации не привели причины таким задержкам. Не приняв в течение такого значительного периода времени необходимых мер для исполнения вступившего в законную силу Судебного решения по настоящему делу, власти Российской Федерации лишили положения пункта 1 статьи 6 Конвенции их полезной сущности в настоящем деле.
55. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
2. Предполагаемое нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции
56. Европейский суд напомнил, что «требование» может представлять собой «имущество» по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в случае, если в достаточной мере установлено, что оно может быть юридически реализовано (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Бурдов против России», § 40, и Постановление Европейского суда по делу «Греческие нефтеперегонные заводы „Стран“ и Стратис Андреадис против Греции» (Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece) от 9 декабря 1994 г., Series A, № 301-В, p. 84, § 59). Судебные решения от 18 октября 1999 г. и 22 октября 2001 г. предоставили заявителю юридически реализуемое требование, а не просто общее право на получение материальной помощи от государства. Данные Судебные решения вступили в силу, поскольку не были обжалованы в кассационном порядке, и на их основании были возбуждены исполнительные производства. Следовательно, невозможность для заявителя в течение существенного срока добиться исполнения представляет собой вмешательство в его право на беспрепятственное пользование своим имуществом, гарантируемое первым предложением пункта 1 статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
57. При отсутствии какого-либо обоснования такого вмешательства (см. выше § 54) Европейский суд пришел к выводу, что имело место нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
II. Иные предполагаемые нарушения Конвенции
58. Относительно того, что заявитель не доволен размером денежных сумм, присужденных в результате третьего судебного разбирательства, Европейский суд напомнил, что в принципе он не призван пересматривать предполагаемые ошибки при оценке права и фактов, допущенные национальными судебными органами, поскольку никаких указаний на несправедливость данного судебного разбирательства не установлено (см., например, Решение Европейского суда по делу «Дактарас против Литвы» (Daktaras v. Lithuania) от 11 января 2000 г., жалоба № 42095/98). В данном судебном разбирательстве национальные суды двух уровней внимательно рассмотрели находившиеся в их распоряжении материалы дела и пришли к обоснованным выводам по существу требований заявителя. На протяжении всего судебного разбирательства заявитель имел полную возможность представлять свои доказательства и оспаривать те доказательства, которые он счел бы неверными. Более того, Европейский суд счел, что в принципе он не может заменить собой национальные власти при оценке или пересмотре размера финансовых выплат, доступных в соответствии со схемами социальной помощи (см. Решение Европейского суда по делу «Панченко против Латвии» (Pancenko v. Latvia) от 28 октября 1999 г., жалоба № 40772/98, и Решение Европейского суда по делу «Лариошина против Российской Федерации» (Larioshina v. Russia) от 23 апреля 2002 г., жалоба № 56869/00).
59. Следовательно, данная часть жалобы является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Соответственно, данная часть жалобы должна быть отклонена в соответствии с пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
III. Применение статьи 41 Конвенции
60. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
61. Заявитель потребовал от Европейского суда присудить ему единовременную компенсацию в размере 12770 евро и ежемесячные выплаты в размере 17538 рублей с последующей индексацией начиная с 1 апреля 2004 г. в качестве компенсации материального ущерба и 13750 евро в качестве компенсации морального вреда.
62. Власти Российской Федерации сочли требования заявителя абсолютно чрезмерными и необоснованными. Они утверждали, что сам факт установления нарушения будет представлять собой достаточную справедливую компенсацию.
63. Европейский суд не усмотрел причинно-следственной связи между установленным нарушением и требованиями компенсации материального ущерба, а также отметил, что требования заявителя не подтверждены документарными доказательствами. Соответственно, он отклонил эти требования. Вместе с тем Европейский суд признал, что заявитель испытывал душевные страдания в связи с неисполнением государством своевременно и в полном объеме рассматриваемых судебных решений. Однако требуемые суммы в отношении морального вреда представляются чрезмерными. Европейский суд принял во внимание денежные суммы, присужденные по делу «Бурдов против России» (упоминавшемуся выше, § 47), такие факторы, как возраст заявителя, его доход, сущность сумм, присужденных по судебным решениям в настоящем деле, которые длительное время не исполнялись, то есть задолженность в связи с увеличением размера ежемесячных выплат в связи с участием в мероприятиях по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, длительность исполнительного производства и иные соответствующие аспекты. Исходя из принципа справедливости, Европейский суд присудил заявителю 3 тысячи евро в качестве компенсации морального вреда плюс сумму налогов, которые могут быть начислены на указанную сумму.
B. Судебные расходы и издержки
64. Заявитель потребовал компенсации судебных расходов и издержек, понесенных в национальных органах власти и Европейском суде. Однако он не указал размер требуемой компенсации и не представил чеков или иных платежных документов, на основании которых можно было бы установить ее размер. Соответственно, Европейский суд не присудил компенсации в связи с этим.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
65. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
-
объявил часть жалобы на длительное неисполнение Судебных решений от 18 октября 1999 г. и 22 октября 2001 г., вынесенных в пользу заявителя, приемлемой, а остальную часть жалобы неприемлемой;
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции;
a) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю 3000 (три тысячи) евро в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в национальную валюту Российской Федерации по курсу на день произведения выплаты, плюс сумму налогов, которые могут быть начислены на указанную выше сумму;
b) что простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 22 сентября 2005 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF DENISENKOV v. RUSSIA (Application No. 40642/02)
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Denisenkov v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
and Mr S. Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 30 August 2005,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 40642/02) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a Russian national, Mr Vladimir Nikolayevich Denisenkov («the applicant»), on 28 October 2002.
2. The applicant was represented by Mr K. Krakovskiy, a lawyer practising in Rostov-on-Don. The Russian Government («the Government») were represented by Mr P. Laptev, Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. On 4 February 2002 the Court decided to communicate the complaint about the alleged non-execution of the judgment of 18 October 1999 and decision of 22 October 2001 to the Government. Under the provisions of Article 29 § 3 of the Convention, it decided to examine the merits of the application at the same time as its admissibility.
THE FACTS
I. The circumstances of the case
4. The applicant was born in 1953 and lives in Rostov-on-Don.
5. In 1987 he took part in emergency operations at the site of the Chernobyl nuclear plant disaster. As a result the applicant suffered from extensive exposure to radioactive emissions.
6. On an unspecified date the applicant underwent medical examinations which established the link between the applicant's poor health and his involvement in the Chernobyl events. In 1994 the applicant was awarded compensation, to be paid monthly.
1. First set of proceedings
7. In 1999 the applicant sued a local pension authority (Муниципальное учреждение социальной защиты населения Первомайского района г. Ростова-на-Дону — «the defendant») requesting to increase his monthly compensation, backdate the increase and recover the unpaid amount. The applicant considered that the amount of compensation had been determined incorrectly.
8. On 18 October 1999 the Pervomayskiy District Court of Rostov-on-Don («the District Court») granted the applicant's claim and ruled that since 1 January 1999 his monthly compensation had been wrongly calculated. The court awarded the applicant the arrears of RUR 15,829.25 for the period between 1 January and 1 November 1999 and decided that as of 1 November 1999 the applicant was entitled to a monthly compensation of RUR 2,440.70, to be index-linked in line with changes of the minimum monthly wage.
9. The judgment of 18 October 1999 was not appealed against by the parties and came into force on 29 October 1999.
2. Enforcement proceedings in respect of the judgment of 18 October 1999
10. On 6 December 1999 the bailiffs instituted enforcement proceedings in respect of the judgment of 18 October 1999.
11. Some time later the enforcement proceedings were terminated by reference to the lack of funding. On 22 March 2001 the bailiffs returned the writ and documents to the applicant. They referred to Decree No. 143 dated 22 February 2001 (see the relevant domestic law section below) and invited him to submit the documents to a local department of the Ministry of Finance (ОФК по Первомайскому району г. Ростова-на-Дону).
12. The applicant followed this invitation and on the same day applied to the local department of the Ministry which four days later rejected the application. It appears that the applicant was invited to fetch a renewed writ of execution from the District Court.
13. Having received the renewed writ from the court, the applicant re-submitted the documents to the Ministry which on 11 April 2001 rejected them, this time by reference to the absence of the defendant's account at the Ministry.
14. On 30 May and 1 July 2002 respectively the authorities transferred a total amount of RUR 38.661,22 in the applicant's favour and informed him that the enforcement of the judgment of 18 October 1999 was thus finalised.
15. It appears that the applicant disagreed. He informed the authority that they had failed to index-link his monthly compensation in line with the minimum monthly wage, as it was ordered by the judgment of 18 October 1999, and used a less favourable scheme of indexation.
16. On unspecified date the authority requested the District Court to interpret the judgment of 18 October 1999 and uphold its scheme of indexation.
17. By a decision of 6 March 2003 the District Court examined and granted the authority's request. The decision was upheld on appeal by the Regional Court on 16 April 2003.
18. On 3 June 2003 the bailiffs ruled that the defendant authority had duly enforced the judgment of 18 October 1999 and terminated the enforcement proceedings accordingly.
19. Thereafter the applicant challenged both decisions by way of supervisory review.
20. On 3 June 2004 the Regional Court, acting as a supervisory review instance, quashed the decision of 6 March 2003 as unlawful and remitted the request for interpretation for a fresh examination at the first instance. The court noted, in particular, that by accepting the authority's interpretation of the judgment of 18 October 1999 the District Court had in fact varied its content and thus had acted unlawfully.
21. On 5 July 2004 the District Court rejected the authority's request for interpretation as unfounded.
22. By first instance decision of 2 September 2004 which was upheld on appeal on 13 October 2004 the applicant was issued with a renewed writ of execution.
23. On 28 November 2004 the bailiffs re-instituted enforcement proceedings in respect of the judgment of 18 October 1999 and requested the authority to enforce it insofar as the judgment had ordered indexation of the applicant's monthly compensation.
3. Second set of proceedings
24. On an unspecified date the applicant brought proceedings against the pension authority claiming indexation for the delay of execution of the judgment of 18 October 1999.
25. On 11 May 2001 the Justice of the Peace of the Pervomayskiy District examined and granted his claim. It ordered the authority to pay the applicant RUR 3,562.13 in damages for the period between 1 November 1999 and 1 February 2001 and the arrears of RUR 18,556.24.
26. The judgment of 11 May 2001 was varied on appeal by the District Court on 22 October 2001. In particular, the court ordered the authority to pay the applicant RUR 6,341.73 in damages for the period between 1 November 1999 and 1 September 2001 as well as the arrears for the period from 1 November 1999 and 1 September 2001 of RUR 8,505.47. The decision of 22 October 2001 came into force on the same day.
4. Enforcement proceedings in respect of the decision of 22 October 2001
27. On 11 November 2001 the bailiffs instituted enforcement proceedings in relation to the decision of 22 October 2001. It appears that the defendant refused to comply with it by reference to the lack of funds and its disagreement with the amount of award.
28. The decision of 22 October 2001 was enforced by the authorities by a bank transfer of 1 July 2002.
5. Third set of proceedings
29. On an unspecified date the applicant brought a fresh claim against the pension authority for an increase of his monthly compensation.
30. By judgment of 25 December 2002 the District Court rejected the claim as unsubstantiated. On 26 March 2003 the judgment was upheld on appeal by the Rostov Regional Court.
6. Fourth set of proceedings
31. On an unspecified date the applicant brought a fresh claim against the authority in which he requested additional damages for non-enforcement of the judgment of 18 October 1999 and the decision of 22 October 2001. The applicant also referred to the authority's failure to index-link the award of 18 October 1999 in line with changes of the minimum monthly wage and requested compensation in this respect as well.
32. By decision of 25 April 2003 the District Court granted the application in part. By reference to the decision of 6 March 2003 (see § 17 above) the court rejected his claim for an increase of the award of 18 October 1999 in line with changes of the minimum monthly wage. In respect of the delay in enforcement of the judgment of 18 October 1999, the court ordered the authority to pay the applicant RUR 3,065.95 in damages for the period between September 2001 and 1 June 2002. As regards the decision of 22 October 2002, the court ordered RUR 2,722.88 in damages in the applicant's favour for the period from November 2001 to July 2002.
33. On 23 July 2003 the Regional Court upheld the decision of 25 April 2003 on appeal.
34. It appears that the decision of 25 April 2003 was enforced in full on 26 April 2004.
7. Fifth set of proceedings
35. On an unspecified date the applicant applied to a court referring to the authority's failure to abide by the judgment of 18 October 1999 insofar as the latter had ordered to index-link the applicant's compensation in line with the minimum monthly wage.
36. Having adopted a different scheme of indexation from the one suggested by the applicant and set out in the judgment of 18 October 1999, on 18 December 2003 the District Court partly granted his claim and ordered the authority to pay the arrears of RUR 28,947.24.
37. The judgment of 18 December 2003 was upheld on appeal in full on 10 March 2004. The amount due to the applicant in this connection was paid on 13 September 2004.
II. Relevant domestic law
38. Section 9 of the Federal Law on Enforcement Proceedings of 21 July 1997 provides that a bailiff's order on the institution of enforcement proceedings must fix a time-limit for the defendant's voluntary compliance with a writ of execution. The time-limit may not exceed five days. The bailiff must also warn the defendant that coercive action will follow, should the defendant fail to comply with the time-limit.
39. Under Section 13 of the Law, the enforcement proceedings should be completed within two months of the receipt of the writ of enforcement by the bailiff.
40. Under special rules governing enforcement of execution writs against the recipients of allocations from the federal budget, adopted by the Federal Government on 22 February 2001 (Decree No. 143, as in force at the relevant time), a creditor is to apply to a relevant branch of the Federal Treasury holding debtor's accounts (Sections 1 to 4).
41. Within the next five days the branch examines the application and notifies the debtor of the writ, compelling the latter to abide by the respective court decisions (Sections 7 to 12). In case of the debtor's failure to comply within two months, the branch may temporarily freeze the debtor's accounts (Section 13).
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 to the Convention
42. The applicant complained that the prolonged non-enforcement of the judgment of 18 October 1999 and the decision of 22 October 2001 violated his «right to a court» under Article 6 § 1 of the Convention and his right to the peaceful enjoyment of possessions as guaranteed in Article 1 of Protocol No. 1 to the Convention. These Articles in so far as relevant provide as follows:
«In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a fair... hearing... by [a]... tribunal...»
«Every natural or legal person is entitled to the peaceful enjoyment of his possessions. No one shall be deprived of his possessions except in the public interest and subject to the conditions provided for by law and by the general principles of international law.»
The preceding provisions shall not, however, in any way impair the right of a State to enforce such laws as it deems necessary to control the use of property in accordance with the general interest or to secure the payment of taxes or other contributions or penalties.»
A. Admissibility
43. The Government submitted that the decisions in question had been enforced. They asserted that the applicant was no longer a victim of the violations alleged as he had been afforded redress at the national level and that his application should be declared inadmissible.
44. The applicant disagreed with the Government's arguments and maintained his complaints. As regards the loss of the victim status, he submitted that the judgment of 18 October 1999 remained non-enforced in part relating to indexation of the applicant's monthly compensation in line with the minimum monthly wage.
45. The Court, firstly, reiterates that «a decision or measure favourable to the applicant is not in principle sufficient to deprive him of his status as a „victim“ unless the national authorities have acknowledged, either expressly or in substance, and then afforded redress for, the breach of the Convention» (see Amuur v. France, judgment of 25 June 1996, Reports of Judgments and Decisions 1996-III, p. 846, § 36, Dalban v. Romania [GC], No. 28114/95, § 44, ECHR 1999-VI, and Rotaru v. Romania [GC], No. 28341/95, § 35, ECHR 2000-V). Only when these conditions are satisfied does the subsidiary nature of the protective mechanism of the Convention preclude examination of an application (see, for example, Jensen and Rasmussen v. Denmark (dec.), No. 52620/99, 20 March 2003).
46. In the instant case, after a few years of the authorities' failure to make regular payments the applicant brought two new successful sets of proceedings seeking a retrospective increase of the arrears. Had the judgment of 18 October 1999 been duly and fully enforced, these decisions, dated 22 October 2001 and 25 April 2003 respectively, could arguably have deprived the applicant of his victim status in respect of the State's previous failure to comply with the judgment.
47. However, as it follows from the information available to the Court on the developments of the case the enforcement proceedings in respect of the judgment of 18 October 1999 in part relating to indexation of the applicant's monthly compensation with the minimum monthly wage were still pending on 28 November 2004 and it remains unclear whether until now the authorities have fully complied with the judgment.
48. Having regard to the fact that the judgment of 18 October 1999 remained in part non-enforced for at least another year and a half after the latest decision on compensation for the delay had been taken and to the fact that it is still unclear whether it has been executed, the Court is unable to conclude that the Government or other domestic authorities have acknowledged the violations alleged by the applicant and provided redress for them and thus deprived him of the victim status.
49. The Court observes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
50. The Government submitted that in view of the fact that the decisions in question had been enforced there has been no violation of the applicant's Convention rights.
51. The applicant maintained his complaints.
1. Article 6 § 1 of the Convention
52. The Court reiterates that Article 6 § 1 secures to everyone the right to have any claim relating to his civil rights and obligations brought before a court or tribunal; in this way it embodies the «right to a court», of which the right of access, that is the right to institute proceedings before courts in civil matters, constitutes one aspect. However, that right would be illusory if a Contracting State's domestic legal system allowed a final, binding judicial decision to remain inoperative to the detriment of one party. It would be inconceivable that Article 6 § 1 should describe in detail the procedural guarantees afforded to litigants — proceedings that are fair, public and expeditious — without protecting the implementation of judicial decisions; to construe Article 6 as being concerned exclusively with access to a court and the conduct of proceedings would be likely to lead to situations incompatible with the principle of the rule of law which the Contracting States undertook to respect when they ratified the Convention. Execution of a judgment given by any court must therefore be regarded as an integral part of the «trial» for the purposes of Article 6 (see Burdov v. Russia, No. 59498/00, § 34, ECHR 2002-III, and Hornsby v. Greece, judgment of 19 March 1997, Reports 1997-II, p. 510, § 40).
53. The Court further observes that a delay in the execution of a judgment may be justified in particular circumstances, but the delay may not be such as to impair the essence of the right protected under Article 6 § 1. The applicant should not be prevented from benefiting from the success of the litigation on the ground of alleged financial difficulties experienced by the State (see Burdov v. Russia, cited above, § 35).
54. Turning to the instant case, the Court notes that in its larger part the judgment of 18 October 1999 remained inoperative for about two years and seven months, including more than eight months after the decision of 22 October 2001 had been pronounced to redress the non-enforcement of the first one. In part relating to the applicant's claim to index-link his monthly compensation in line with inflation, the judgment of 18 October 1999 remained inoperative at least until 28 November 2004. No justification was advanced by the Government for these delays. By failing for such substantial periods of time to take the necessary measures to comply with the final judicial decisions in the present case, the Russian authorities deprived the provisions of Article 6 § 1 of their useful effect.
55. There has accordingly been a violation of Article 6 § 1 of the Convention.
2. Article 1 of Protocol No. 1 to the Convention
56. The Court reiterates that a «claim» can constitute a «possession» within the meaning of Article 1 of Protocol No. 1 if it is sufficiently established to be enforceable (see Burdov v. Russia, cited above, § 40, and Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece, judgment of 9 December 1994, Series A No. 301-B, p. 84, § 59). The judgment of 18 October 1999 and the decision of 22 October 2001 provided the applicant with an enforceable claim and not simply a general right to receive support from the State. The judgments had become final as no ordinary appeal was made against them, and enforcement proceedings had been instituted. It follows that the impossibility for the applicant to have either decision enforced for a substantial period of time constituted an interference with his right to peaceful enjoyment of his possessions, as set forth in the first sentence of the first paragraph of Article 1 of Protocol No. 1.
57. In the absence of any justification for such an interference (see paragraph 54 above), the Court concludes that there has been a violation of Article 1 of Protocol No. 1 to the Convention.
II. Other alleged violations of the Convention
58. Insofar as the applicant is dissatisfied with the amount of the court award in the third set of proceedings, the Court recalls that, in principle, it is not called upon to examine the alleged errors of law and fact committed by the domestic judicial authorities, insofar as no unfairness of the proceedings can be detected (see, e.g., Daktaras v. Lithuania (dec.), No. 42095/98, 11.01.2000). In the proceedings at issue the domestic courts at two levels of jurisdiction carefully examined the materials in their possession and reached reasoned conclusions as to the merits of the applicant's claim. Throughout the proceedings the applicant was fully able to state his case and contest the evidence that he considered false. Moreover, the Court observes that, in principle, it cannot substitute itself for the national authorities in assessing or reviewing the level of financial benefits available under a social assistance scheme (see Pancenko v. Latvia (dec.), No. 40772/98, 28.10.1999 and Larioshina v. Russia (dec.), No. 56869/00, 23.04.2002).
59. It follows that this part of the application is manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. Accordingly, it must be rejected pursuant to Article 35 § 4 of the Convention.
III. Application of Article 41 of the Convention
60. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
61. The applicant claimed one time payment of EUR 12,770 and monthly payments of RUR 17,538 with further indexation as of 1 April 2004 in respect of pecuniary and EUR 13,750 in respect of non-pecuniary damage.
62. The Government considered these claims as wholly excessive and unreasonable. They submitted that a finding of a violation alone would constitute a sufficient just satisfaction.
63. The Court does not discern any causal link between the violations found and the amounts of the pecuniary damage alleged and also considers that the applicant's claims are not substantiated by any documentary evidence. Accordingly, it rejects this part of the claim. On the other hand, the Court accepts that the applicant suffered distress because of the State authorities' failure timely to enforce the decisions in question. However, the amounts claimed in respect of non-pecuniary damage appear excessive. The Court takes into account the award made in the Burdov v. Russia case (cited above, § 47), such factors as the applicant's age, personal income, the nature of the awards in the present case, i.e. arrears in respect of the increase of monthly compensation for participation in rescue operations at the site of the Chernobyl nuclear disaster, the length of the enforcement proceedings, and other relevant aspects. Making its assessment on an equitable basis, it awards the applicant EUR 3,000 in respect of non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable on these amounts.
B. Costs and expenses
64. The applicant sought reimbursement of his costs and expenses incurred before the domestic authorities and the Court. However, he has neither quantified the amount nor submitted any receipts or other vouchers on the basis of which such amount could be established. Accordingly, the Court does not make any award under this head.
C. Default interest
65. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the complaint concerning the delays in execution of the judgment of 18 October 1999 and the decision of 22 October 2001 in the applicant's favour admissible and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1;
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final according to Article 44 § 2 of the Convention, EUR 3,000 (three thousand euros), to be converted into Russian roubles at a rate applicable at the date of settlement, in respect of non-pecuniary damage and any tax that may be chargeable on the above amount.
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
4. Dismisses the remainder of the applicant's claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 22 September 2005, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.
Registrar
<*> Слово на национальном языке набрано латинским шрифтом и выделено фигурными скобками.