Постановление ЕСПЧ от 19.12.1994
Актуально на 03.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 19.12.1994. 15153/89. 19.12.1994. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1515389
«Дело „Ферайнигунг демократишер Зольдатен Остеррайхс“ (Vereinigung demokratischer Soldaten Osterreichs) и Губи (Gubi) против Австрии» (жалоба № 15153/89) [рус., англ.]
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ФЕРАЙНИГУНГ ДЕМОКРАТИШЕР ЗОЛЬДАТЕН ОСТЕРРАЙХС» (VEREINIGUNG DEMOKRATISCHER SOLDATEN ÖSTERREICHS ) И ГУБИ (GUBI) ПРОТИВ АВСТРИИ» (Жалоба № 15153/89)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
По делу «Ферайнигунг демократишер Зольдатен Остеррайхс» и Губи против Австрии» <*> Европейский суд по правам человека, заседая в соответствии со статьей 43 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и соответствующих положений Регламента Суда A <**> Палатой в составе:
<*> Делу присвоен номер 34/1993/429/508. Первое число — порядковый номер в списке дел, рассматриваемых Европейским судом в соответствующем году (второе число). Два последних числа указывают на порядковый номер дела в списке дел, направленных в Европейский суд с момента его создания, и в списке жалоб, являющихся основанием для возникновения дела и поданных в Европейскую комиссию по правам человека.
<**> Регламент Суда A применяется ко всем делам, переданным в Европейский суд до вступления в силу Протокола № 9 к Конвенции (1 октября 1994 г.), а после его вступления в силу — только к делам в отношении государств, не подписавших Протокол № 9 к Конвенции. Регламент Суда A соответствует Регламенту, вступившему в силу 1 января 1983 г., с внесенными поправками.
Р. Бернхардта, Председателя Палаты,
а также при участии Г. Петцольда, исполняющего обязанности Секретаря-Канцлера Суда,
заседая 23 июня и 23 ноября 1994 г. за закрытыми дверями,
вынес на последнем заседании следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было передано в Европейский суд Европейской комиссией по правам человека 9 сентября 1993 г. в течение трехмесячного срока, установленного в пункте 1 статьи 32 и статье 47 Конвенции. Дело было инициировано жалобой (N 15153/89), поданной 12 июня 1989 г. в Европейскую комиссию против Австрийской Республики ассоциацией «Ферайнигунг демократишер Зольдатен Остеррайхс» (далее — ассоциация-заявитель, первый заявитель), зарегистрированной в Австрии, и гражданином Австрии Бертхольдом Губи (Berthold Gubi) (далее — второй заявитель) в соответствии со статьей 25 Конвенции.
Запрос Европейской комиссии относился к статьям 44 и 48 Конвенции и декларации, которой Австрия признавала обязательную юрисдикцию Европейского суда (статья 46 Конвенции). Целью запроса было получение решения относительно того, свидетельствуют ли приведенные в деле факты о нарушении государством-ответчиком своих обязательств согласно статьям 10, 13 и 14 Конвенции.
2. В ответе на запрос, подготовленный и направленный в соответствии с подпунктом «d» пункта 3 правила 33 Регламента Суда A, заявители сообщили, что хотели бы принять участие в разбирательстве, и назначили адвокатов для представления своих интересов (правило 30 Регламента Суда).
3. Палата, образованная для рассмотрения дела, включила в себя ex officio Ф. Матшера, судью, избранного от Австрии (статья 43 Конвенции), и Р. Риссдала, Председателя Суда (подпункт «b» пункта 3 правила 21 Регламента Суда A). 24 сентября 1993 г. Председатель Палаты в присутствии Секретаря-Канцлера Суда посредством жеребьевки определил имена остальных семи членов Палаты, а именно: Тора Вильялмссона, К. Руссо, А. Шпильманна, З.К. Мартенса, Э. Пальм, И. Фуагеля, Л. Вильдхабера (статья 43 in fine Конвенции и пункт 4 правила 21 Регламента Суда). Впоследствии судья Р. Бернхардт, заместитель Председателя Суда, заменил Р. Риссдала, который не смог участвовать в дальнейшем рассмотрении дела (правило 9 и пункт 1 правила 24 Регламента Суда).
4. В качестве Председателя Палаты (пункт 5 правила 21 Регламента Суда) Р. Риссдал, действуя через Секретаря-Канцлера Суда, провел консультации по вопросам организации письменного производства с Уполномоченным Австрии при Европейском суде по правам человека, представителями заявителей и представителем Европейской комиссии (пункт 1 правила 37 и правило 38 Регламента Суда A). Согласно данным затем распоряжениям Секретарь-Канцлер Суда получил меморандум заявителей 6 апреля 1994 г., а меморандум властей Австрии — 18 апреля 1994 г.
По запросу, сделанному секретарем-канцлером в соответствии с указанием Председателя Суда, 7 июля 1994 г. Европейская комиссия представила Европейскому суду ряд документов проведенного ею разбирательства.
5. В соответствии с решением Председателя Суда открытые слушания по делу состоялись во Дворце прав человека в г. Страсбурге 20 июня 1994 г. Перед этим Европейский суд провел подготовительное заседание.
Ф. Цеде (F. Cede), директор Департамента международного права Федерального министерства иностранных дел Австрии, Уполномоченный Австрии при Европейском суде по правам человека;
С. Розенмайр (S. Rosenmayr), сотрудник Департамента конституционного законодательства Федерального казначейства Австрии;
Э. Бертаньоли (E. Bertagnoli), сотрудник Департамента международного права Федерального министерства иностранных дел Австрии,
Г. Келлер (G. Keller), полковник, Федеральное министерство обороны, эксперты;
С. Трекзель (S. Trechsel), представитель Европейской комиссии;
Г. Лански (G. Lanski), адвокат (Rechtsanwalt), советник.
Европейский суд заслушал обращения Ф. Цеде, С. Трекзеля и Г. Лански.
6. По запросу Европейского суда 19 июля 1994 г. власти Австрии представили письменные замечания относительно дополнительных счетов по судебным расходам, представленных заявителями по окончании слушаний.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
A. Первый заявитель
7. Первый заявитель, ассоциация со штаб-квартирой в Вене, издавал ежемесячный журнал для солдат австрийских Вооруженных Сил под названием «Еж» (der Idel), в котором публиковались информация и статьи о военной жизни, часто носившие критический характер.
8. 27 июля 1987 г. ассоциация-заявитель обратилась к федеральному министру обороны (Bundesminister für Landesverteidigung) с ходатайством о выдаче разрешения на распространение журнала «Еж» в казармах на одинаковых условиях с двумя другими военными журналами «Милиц-Импульс» (Miliz-Impuls) и «Прицел» (Visier), издававшимися частными ассоциациями. В Вооруженных Силах сложилась практика поочередной рассылки этих журналов за их счет вместе с бюллетенем официальной информации, распространявшимся среди всех новобранцев (Miliz-Information).
Министр данное обращение оставил без ответа. В письме от 10 мая 1989 г., отвечая на парламентский запрос, он пояснил, что не хотел давать разрешение на распространение «Ежа» в казармах. По его мнению, часть 3 статьи 46 Закона о Вооруженных Силах (Wehrgesetz) (см. ниже § 18) давал всем военнослужащим право получать без каких-либо ограничений информацию о политических событиях из общедоступных источников. Однако на территории военных объектов могли распространяться только те издания, которые каким-то образом содействовали Вооруженным Силам в исполнении ее конституционного долга, не наносили ущерба ее репутации и не предоставляли своих страниц политическим партиям. Даже такие издания критической ориентации, как журнал молодежной профсоюзной организации «Халло» (Hallo), не попали бы под запрет, если бы выполняли названные условия. Что касается журнала «Еж», то он эти условия не выполнил. Принимая решение по данному вопросу, министр ссылался на статью 79 Конституции Австрии (Bundesverfassungsgesetz), часть 1 статьи 44 и статью 46 Закона о Вооруженных Силах, статью 116 Уголовного кодекса Австрии (Strafgesetzbuch) и пункт 1 правила 3 Общевойскового устава (Allgemeine Dienstvorschriften für das Bundesheer) (см. ниже § 17 - 20).
B. Второй заявитель
9. Второй заявитель, член ассоциации-заявителя, начал прохождение воинской службы 1 июля 1987 г. в военном городке Шварценберг (Schwarzenberg) в г. Зальцбурге (Salzbourg). 29 июля 1987 г. по случаю принятия присяги он направил протест в адрес Президента Республики. В последующие месяцы подал несколько жалоб, опубликовал — вместе с 21 товарищем-новобранцем — открытое письмо с критикой чрезмерного использования его на хозяйственных работах и распространил петицию в поддержку призывника, отказывавшегося служить в армии по морально-этическим мотивам.
1, 9 и 22 июля 1987 г. второй заявитель был официально уведомлен в части, его касающейся, о содержании военного законодательства.
10. 29 декабря 1987 г. офицер, застав второго заявителя за распространением в казарме журнала «Еж» № 3/87, приказал ему прекратить это занятие.
В редакционной статье упомянутого номера журнала сообщалось, что одной из целей ассоциации-заявителя является содействие установлению отношений сотрудничества между новобранцами и кадровыми военнослужащими на основе общих интересов и взаимного уважения. Некоторые статьи содержали критические замечания, в том числе по военной подготовке, разбирательству по жалобе второго заявителя и принципам, на которых основывалась национальная военная служба. В других статьях комментировались различные материалы прессы, итоги конгресса профсоюзного движения молодежи, цели и деятельность ассоциации-заявителя, а также жалоба новобранца, которому было понижено денежное содержание за предполагаемую утрату военного имущества.
11. 12 января 1988 г. другой офицер информировал второго заявителя о содержании Циркуляров 1975 и 1987 годов и о правилах внутреннего распорядка казарм Шварценберга с поправкой от 4 января 1988 г., которая запрещала раздачу и рассылку публикаций внутри казарм без разрешения соответствующего командира (см. ниже § 20).
12. 22 января 1988 г. второй заявитель подал жалобу на данный запрет и на приказ от 29 декабря 1987 г. в Военный совет по рассмотрению жалоб (Beschwerdekommission in militärischen Angelegenheiten) при Федеральном министерстве обороны Австрии (см. выше § 10).
7 апреля 1987 г. согласно рекомендации Совета по рассмотрению жалоб отдел по рассмотрению жалоб Федерального министерства обороны Австрии (Beschwerdeabteilung) отклонил жалобу заявителя. По мнению отдела, законность оспариваемого приказа проистекала из циркуляра Второго армейского корпуса (Korpskommando II), содержавшего инструкции о распространении печатных материалов, которые, в свою очередь, базировались на статье 5 Основного закона государства об общих правах граждан (Staatsgrundgesetz über die allgemeinen Rechte der Staatsbürger ) 1867 года (далее — Основной закон 1867 года), правиле 19 Общевойскового устава и статье 13 Закона о Вооруженных Силах (см. ниже § 15 и 18 - 20). Первое из этих положений обеспечивает одинаковую защиту собственности юридических лиц, субъектов публичного права и собственности частных лиц; соответственно, казармы Шварценберга должны были рассматриваться как собственность федерального государства, права которого представлял командир части.
Свобода выражения мнения, изложенная в статье 13 Основного закона 1867 года, подлежала «основанным на законе ограничениям», таким, как долг проявлять осторожность и долг подчиняться, закрепленным в статьях 17 и 44 Закона о Вооруженных Силах и вытекающим из самой природы специфических отношений субординации (besonderes Gewaltverhältnis ). Поэтому оспариваемые меры никоим образом не препятствовали осуществлению упомянутой свободы.
13. Тогда второй заявитель подал жалобу в Конституционный Суд Австрии (Verfassungsgerichtshof). 26 сентября 1987 г. последний отклонил его жалобу на том основании, что она не ставила собственно конституционных вопросов и не имела существенных шансов быть удовлетворенной.
14. Однако в тот же день Конституционный Суд Австрии отменил Решение от 15 февраля 1988 г., которым командир третьего батальона подтвердил трехдневное заключение под стражу, назначенное второму заявителю в качестве дисциплинарного взыскания за раздачу «Ежа» в казармах. Он установил, что положения, нарушение которых вменялось второму заявителю, а именно Циркуляры 1975 и 1987 годов (см. ниже § 20), были обязательны к исполнению не им, а военными властями. Это не относилось к Правилам внутреннего распорядка казарм Шварценберга, однако последние были введены в действие 4 января 1988 г. и поэтому ко времени событий по делу еще не вступили в законную силу.
II. Применимое национальное законодательство
A. Права согласно Основному закону
15. Статья 5 Основного закона от 21 декабря 1867 г., которая посвящена общим правам граждан, охраняет собственность.
«С учетом основанных на законе ограничений каждый имеет право свободно выражать свое мнение устно, письменно, в печатной форме или путем графического выражения. Пресса не может подвергаться цензуре или ограничиваться через систему лицензирования...».
B. Военное право
17. Статья 79 Федеральной конституции Австрии определяет общие функции Вооруженных Сил Австрии.
18. На момент событий права и обязанности военнослужащих определялись статьями 44 — 46 Закона о Вооруженных Силах. По этому Закону солдаты обязаны оказывать Вооруженным Силам поддержку при осуществлении ею своих задач и воздерживаться от любых действий, могущих нанести ущерб ее репутации (часть 1 статьи 44). Они имеют право направлять обращения, жалобы и апелляции (часть 4 статьи 44). Они пользуются теми же политическими правами, что и гражданские лица (часть 2 статьи 46). Однако Вооруженные Силы не должны участвовать ни в какой политической деятельности и не могут использоваться в политических целях (часть 1 статьи 46). Последовательно такая деятельность при исполнении служебных обязанностей и на территории военных объектов запрещается, за исключением той, которая состоит в получении на правах гражданина информации о политических событиях через общедоступные источники (часть 3 статьи 46).
19. Общевойсковой устав, изданный Федеральным министерством обороны Австрии, определяет обязанности гражданина на службе нации. В частности, военнослужащий, inter alia, должен быть в постоянной готовности к выполнению наилучшим образом своих обязанностей, а также воздерживаться от всего, что может нанести ущерб репутации Вооруженным Силам и подорвать доверие населения к ее способности защищать свою страну (пункт 1 правила 3). Военнослужащие особым образом подчинены Австрийской Республике. Это подчинение, кроме защиты демократических институтов, требует от них дисциплины, взаимовыручки, исполнительности, бдительности, мужества и осторожности (пункт 2 правила 3). В соответствии с пунктом 2 правила 19 командный состав казарм должен принимать все необходимые меры для поддержания порядка и обеспечения военной безопасности на своих объектах; в этих целях он обязан устанавливать правила (Kasernordnung), регулирующие, inter alia, доступ в казармы (пункт 3 правила 19).
20. Генеральный штаб Вооруженных Сил (Armeekommando) Циркуляром Федерального министерства обороны Австрии от 14 марта 1975 г. предписывает командному составу принимать меры по недопущению публикаций, направленных на очернение армии (negatives wehrpolitisches Gedankengut). Среди прочего ему вменяется в обязанность запрещать распространение таких публикаций и их расклеивание на территориях военных объектов.
В Циркуляре командования Второго армейского корпуса от 17 декабря 1987 г. тем же офицерам предписывается включить в Правила внутреннего распорядка казарм запрет на распространение и расклеивание без разрешения командования любых несанкционированных публикаций. 4 января 1988 г. в Правила внутреннего распорядка казарм Шварценберга были внесены соответствующие поправки.
C. Производство в Конституционном Суде Австрии
21. В ходе производства по жалобе (Beschwerde) Конституционный Суд Австрии исследует вопрос о том, не нарушала ли административная мера (Bescheid) право, гарантированное заявителю Конституцией, не имело ли место применение противоречащего закону подзаконного акта (Verordnung) или не соответствующего Конституции закона или несовместимого с австрийским правом международного договора (часть 1 статьи 144 Федеральной конституции Австрии).
РАССМОТРЕНИЕ ДЕЛА В ЕВРОПЕЙСКОЙ КОМИССИИ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
22. 12 июня 1989 г. ассоциация-заявитель и второй заявитель подали жалобу в Европейскую комиссию. Ссылаясь на статью 10 Конвенции, они оспаривали (первый заявитель) запрет распространять журнал «Еж» в австрийских казармах и (второй заявитель) отданный ему 29 декабря 1987 г. приказ прекратить распространение журнала «Еж» № 3/87 в казармах Шварценберга. Они также утверждали, что не располагали эффективными средствами правовой защиты по смыслу статьи 13 Конвенции и что стали «жертвами» дискриминации по политическим мотивам в нарушение статьи 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 10 Конвенции.
23. 6 июля 1992 г. Европейская комиссия объявила жалобу (N 15153/89) приемлемой для рассмотрения по существу. В своем Докладе от 30 июля 1993 г. (статья 31 Конвенции) она высказала следующее мнение:
a) относительно первого заявителя:
i) что имело место нарушение статей 10 и 13 Конвенции (двенадцатью голосами против девяти);
ii) что не возникает отдельного вопроса по статье 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 10 Конвенции (единогласно);
b) относительно второго заявителя:
i) что имело место нарушение статьи 10 Конвенции (двенадцатью голосами против девяти), но не статьи 13 Конвенции (единогласно);
ii) что не возникает отдельного вопроса по статье 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 10 Конвенции (единогласно).
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение статьи 10 Конвенции
A. Первый заявитель
24. Первый заявитель оспаривал отказ министра обороны включить журнал «Еж» в список периодических изданий, распространявшихся в австрийской армии. Он считал, что это является нарушением статьи 10 Конвенции, которая гласит:
«1. Каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ. Настоящая статья не препятствует государствам осуществлять лицензирование радиовещательных, телевизионных или кинематографических предприятий.»
2. Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия».
25. Власти Австрии утверждали, что не следовало отождествлять ассоциацию-заявителя с ее членами, проходившими на момент событий службу в Вооруженных Силах. Таким образом, министр имел все основания рассматривать эту ассоциацию в качестве третьей стороны и реализовать одно из прав, предоставленных Гражданским кодексом федеральному государству как владельцу казарм, а именно право свободного определения характера услуг на данной территории и выбора в связи с этим поставщика таких услуг, не будучи обязанным что-либо объяснять последнему.
Ассоциация-заявитель обратилась за тем, чтобы ее журнал распространялся в Вооруженных Силах на тех же условиях, что и два других неофициальных издания. Фактически услуга, на которую она претендовала, основывалась исключительно на договоренностях частноправового характера и никоим образом не могла быть истребована заинтересованными издателями по праву. Нельзя было ожидать от военных властей помощи в распространении всех поступавших к ним журналов. Одним словом, министр лишь воспользовался своей дискреционной властью и не нарушал никакого права, поскольку такового у ассоциации-заявителя не было.
26. С учетом различных приведенных сторонами доводов Европейскому суду следует прежде всего решить, имело ли место вмешательство в осуществление ассоциацией-заявителем ее права на распространение информации и идей.
1. Имело ли место вмешательство
27. Как неоднократно устанавливал Европейский суд, ответственность Договаривающегося государства возникает в том случае, если нарушение одного из прав или одной из свобод, закрепленных в Конвенции, является следствием несоблюдения данным государством его обязанности по статье 1 Конвенции обеспечить для всех субъектов своей юрисдикции реализацию этих прав или этих свобод через внутригосударственное право (см., среди недавних прецедентов, Постановление Европейского суда по делу «Костелло-Робертс против Соединенного Королевства» (Costello-Roberts v. the United Kingdom) от 25 марта 1993 г., Series A, № 247-C, p. 57, § 26).
В рассматриваемом деле власти Австрии по собственной инициативе и за собственный счет организовали регулярное распространение военных периодических изданий различных ассоциаций, рассылая их вместе с официальными изданиями. Каким бы ни был правовой статус этой договоренности, подобная практика не могла не влиять на уровень информации, доводившейся до военнослужащих и, соответственно, давала повод для возникновения ответственности властей Австрии по статье 10 Конвенции. Свобода выражения мнения распространяется на военнослужащих в той же мере, что и на других лиц, находящихся под юрисдикцией Договаривающегося государства (см., среди недавних прецедентов, Постановление Европейского суда по делу «Хаджианастассиу против Греции» (Hadjianastassiou v. Greece) от 16 декабря 1992 г., Series A, № 225, p. 17, § 39).
Европейский суд далее отметил, что согласно материалам дела из всех периодических изданий для военнослужащих только журнал «Еж» был лишен возможности пользоваться этим видом доставки (см. выше § 8). Поэтому у ассоциации-заявителя было справедливое основание настаивать на исправлении данной ситуации. Следовательно, отказ министра обороны удовлетворить данное ходатайство являлся вмешательством в осуществление права ассоциации-заявителя на распространение информации и идей.
2. Было ли вмешательство оправданным
28. Рассматриваемое вмешательство нарушало статью 10 Конвенции и «не было предусмотрено законом», если оно не преследовало одну или несколько законных целей, перечисленных в пункте 2 данной статьи, и «не было необходимым в демократическом обществе» для достижения таких целей.
a) Было ли вмешательство «предусмотрено законом»
29. Как утверждала ассоциация-заявитель, ни одно из положений военного права, на которые мог бы сослаться министр обороны, не могло рассматриваться как «закон» по смыслу Конвенции. Это, прежде всего, относилось к статьям 44 — 46 Закона о Вооруженных Силах и правилу 3 Общевойскового устава, крайне расплывчатые формулировки которого давали повод для произвольного толкования. То же можно было сказать и о Циркулярах 1975 и 1987 годов, которые к тому же не были доступны ассоциации-заявителю.
30. Власти Австрии подчеркнули, что министр был далек от применения административных мер, он всего лишь отказался удовлетворить обращение ассоциации-заявителя. При необходимости основание для этого решения можно было найти в Гражданском кодексе, и это основание в данном отношении отвечало требованиям статьи 10 Конвенции. Положения упомянутого военного права, в частности, Циркуляр 1975 года, в лучшем случае, были для министра руководством к принятию решения.
31. Европейский суд отметил, что хотя эти положения, строго говоря, не могли служить правовой основой для решения министра — ибо министр не принимал формального решения, — тем не менее в данном случае он ими руководствовался. Это видно, в частности, из его ответа на парламентский запрос (см. выше § 8). В связи с этим необходимо установить, имели ли упомянутые положения силу «закона». Европейский суд признал, что они были выдержаны в общих терминах. Однако следует помнить, что степень точности, требуемая от внутреннего законодательства, которое в любом случае не в состоянии предвидеть все возможные случаи, в значительной мере зависит от содержания соответствующего документа, охватываемой им области, а также численности и статуса лиц, к которым он обращен (см., среди недавних прецедентов, Постановление Европейского суда по делу «Хорхерр против Австрии» (Chorherr v. Austria) от 25 августа 1993 г., Series A, № 266-B, pp. 35 — 36, § 25).
Что касается военной дисциплины, то вряд ли можно создать правила, детально описывающие различные виды поведения. Поэтому власти Австрии могут считать необходимым представлять подобные правила в более емких формулировках. При этом соответствующие положения должны обеспечивать достаточную защиту от произвола и делать возможным предвидение последствий их применения.
По мнению Европейского суда, рассматриваемые положения, и особенно Циркуляр от 14 марта 1975 г., являлись достаточной правовой основой для отклонения ходатайства ассоциации-заявителя.
Первый заявитель имел среди своих членов военнослужащих, располагавших доступом к этим правилам; следовательно, от него можно было ожидать понимания того, что министр мог считать себя обязанным сослаться на них в данном контексте. Таким образом, данное вмешательство было «предусмотрено законом».
b) Преследовало ли вмешательство «законную цель»
32. Оспариваемое решение было явно принято в интересах поддержания порядка в Вооруженных Силах, что является законной целью по смыслу пункта 2 статьи 10 Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу «Энгель и другие против Нидерландов» (Engel and Others v. Netherlands) от 8 июня 1976 г., Series A, № 22, p. 41, § 98).
c) Было ли вмешательство «необходимо в демократическом обществе»
33. Ассоциация-заявитель не согласилась с тем, что отклонение ее обращения было необходимым. Оно мотивировалось лишь желанием пресечь внедрение среди военнослужащих — путем распространения журнала «Еж» — тенденции, которую власти считали враждебной по отношению к армии. Тем не менее, утверждала ассоциация-заявитель, большинство реформ, предлагавшихся журналом, власти Австрии все же постепенно проводили в жизнь, например, сокращение объема ограничений комендантского часа, введение пятидневной рабочей недели, увеличение денежного содержания военнослужащих и бесплатный проезд в общественном транспорте. Поэтому журнал не мог рассматриваться как представляющий реальную опасность.
34. Европейская комиссия по сути согласилась с точкой зрения первого заявителя. Она отметила, что журнал «Еж» не призывал к насилию, неповиновению или нарушению правил, самое большее помещал сообщения о жалобах и производствах по апелляциям.
35. По утверждению властей Австрии, журнал вел к подрыву эффективности Вооруженных Сил и оборонной системы страны. Его распространение было тем более нежелательным, что на момент событий, когда еще не закончилась холодная война, в казармах Шварценберга имели место отдельные конфликты. Данная ситуация, сопоставимая с обстоятельствами вышеупомянутого дела «Энгель и другие против Нидерландов» (p. 42, § 101), возникла в связи с волнениями среди военнослужащих в результате некоторых заведомо провокационных акций (см. выше § 9), реализованных вторым заявителем — активным членом ассоциации-заявителя.
В этой ситуации министр обороны даже проявил сдержанность, поскольку всего лишь отказался разрешить, чтобы армия помогала распространять журнала «Еж». Данная мера потребовалась для поддержания дисциплины, но при этом не мешала ассоциации-заявителю доставлять солдатам журнал другими способами. Например, его можно было рассылать по почте; к тому же не было никаких ограничений на чтение журнала в казармах. Одним словом, власти не вышли за пределы своей сферы усмотрения, которая в данной области была по необходимости более широкой, поскольку никто не мог лучше их самих с полным знанием дела оценить специфические обязанности и ответственность военнослужащих в данной ситуации.
36. Европейский суд напомнил, что свобода выражения мнения распространяется также на «информацию» и «идеи», вызывающие раздражение, шокирующие или беспокоящие государство или какую-то группу населения. Таковы требования плюрализма, терпимости и широты взглядов, без которых не может быть «демократического общества» (см., inter alia, Постановление Европейского суда по делу «Обзервер» и «Гардиан» против Соединенного Королевства» (Observer and Guardian v. the United Kingdom) от 26 ноября 1991 г., Series A, № 216, p. 30, § 59; и Постановление Европейского суда по делу «Кастелльс против Испании» (Castells v. Spain) от 23 апреля 1992 г., Series A, № 236, p. 22, § 42).
То же можно сказать о ситуации, когда заинтересованными лицами являются военнослужащие, ибо статья 10 Конвенции затрагивает их в такой же степени, как и других лиц, являющихся субъектами юрисдикции Договаривающегося государства. Вместе с тем трудно себе представить, что Вооруженные Силы могут нормально функционировать без юридических правил, направленных на предотвращение подрыва военной дисциплины, например, через распространение письменных материалов (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Энгель и другие против Нидерландов», p. 41, § 100; и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Хаджианастассиу против Греции», p. 17, § 39).
37. Европейский суд отметил, что на момент событий Вооруженными Силами бесплатно распространялись в австрийских казармах свои собственные публикации, а также публикации частных ассоциаций солдат. Похоже, что в этой возможности было отказано только журналу «Еж», что, несомненно, значительно сократило его шансы на расширение своей читательской аудитории среди военнослужащих. Тот факт, что у ассоциации-заявителя оставалась возможность рассылки журнала подписчикам, не компенсировал данное неудобство. Поскольку исключения из осуществления свободы выражения мнения должны толковаться ограничительно, то данная мера могла бы считаться оправданной только при наличии насущной необходимости (см. Постановление Европейского суда по делу «Санди Таймс» против Соединенного Королевства (N 1)» (Sunday Times v. the United Kingdom (No. 1)) от 26 апреля 1979 г., Series A, № 30, p. 41, § 65).
38. Власти Австрии попытались обосновать свои доводы ссылками на содержание журнала «Еж». Данный журнал своей критической и сатирической направленностью негативно влиял на дисциплину и эффективность Вооруженных Сил.
По мнению Европейского суда, подобное утверждение требовало пояснения и обоснования на конкретных примерах. Ни один из представленных в доказательство номеров «Ежа» не содержал рекомендаций относительно неподчинения или насилия и тем более не ставил под вопрос полезность армии. Конечно, в большинстве номеров печатались материалы о жалобах, предложения реформ или призывы обращаться к правосудию и возбуждать апелляционное производство. Однако притом что они зачастую имели политический подтекст, нет свидетельств того, что названные материалы выходили за рамки обычного обсуждения идей, которое должно допускаться в вооруженных силах демократического государства, как и в обществе, на службе которого вооруженные силы находятся.
39. Власти Австрии также ссылались на конфликты в казармах Шварценберга, которые, как утверждалось, были вызваны, главным образом, публикациями ассоциации-заявителя и деятельностью второго заявителя (см. выше § 9). Эта ситуация привела к значительному росту числа жалоб новобранцев.
По мнению Европейского суда, данная ситуация, типичная для несемейных казарм, не была достаточно острой, чтобы оправдать решение, последствия которого сказались на всех военных объектах Австрии. В этом смысле рассматриваемые факты могут отличаться от фактов дела «Энгель и другие против Нидерландов». В данном деле запрещенный журнал распространялся только там, где имели место упомянутые властями волнения (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда, p. 18, § 43).
40. Таким образом, отказ министра обороны включить журнал «Еж» в число распространявшихся армией журналов был несоразмерным преследуемой цели. Следовательно, первый заявитель явился жертвой нарушения статьи 10 Конвенции.
B. Второй заявитель
41. Второй заявитель также утверждал, что он стал жертвой нарушения статьи 10 Конвенции, поскольку ему было запрещено распространить выпуск журнала «Еж» № 3/87 (см. выше § 10).
1. Имело ли место вмешательство
42. Тот факт, что имело место вмешательство в осуществление вторым заявителем своего права распространять информацию и идеи, под сомнение не ставится.
2. Было ли вмешательство оправданным
43. В связи с этим следует установить, было ли вмешательство «предусмотрено законом», преследовало ли оно одну или более законных целей, упомянутых в пункте 2 статьи 10 Конвенции, и было ли оно «необходимо в демократическом обществе» для достижения таких целей.
a) Было ли вмешательство «предусмотрено законом»
44. Заявитель утверждал, что полученный им 29 декабря 1987 г. приказ прекратить распространение журнала «Еж» не имел под собой правовой основы. Ни Циркуляры 1975 и 1987 года, ни Правила внутреннего распорядка казарм Шварценберга не могли рассматриваться в качестве «закона» по смыслу Конвенции; они не были опубликованы в официальном издании (Official Gazette), и их формулировки не были достаточно четкими. Соответствующее положение было включено в Правила внутреннего распорядка казарм, но оно начинало действовать лишь с 4 января 1988 г., иначе говоря, после событий данного дела.
45. Власти Австрии утверждали, что оспариваемая мера основывалась на части 1 статьи 44 и статье 46 Закона о Вооруженных Силах, требования которого получили развитие в правилах 3 и 19 Общевойскового устава, а также в различных Правилах внутреннего распорядка казарм. Второй заявитель действительно был лично поставлен в известность 1, 9 и 22 июля 1987 г. об их содержании и о том, как они применялись на практике (см. выше § 9).
46. По вопросу о редакции этих положений Европейский суд отсылает к своим соображениям, изложенным выше в § 31. Имея в виду, главным образом, информацию о действующих правилах (см. выше § 9), Европейский суд установил, что, воспользовавшись при необходимости соответствующими консультациями, заявитель мог с приемлемой для тогдашних обстоятельств точностью предвидеть возможность подобного запрета в свой адрес (см., mutatis mutandis, упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Санди Таймс» против Соединенного Королевства (N 1)», p. 31, § 49; и Постановление Европейского суда по делу «Оупен Дор» и «Даблин Велл Вумен» против Ирландии» (Open Door and Dublin Well Woman v. Ireland) от 29 октября 1992 г., Series A, № 246-А, p. 27, § 60).
b) Преследовало ли вмешательство законную цель
47. Европейский суд счел, что оспариваемая мера, как и отказ, на который жаловался второй заявитель, служили целям поддержания порядка в Вооруженных Силах (см. выше § 32).
c) Было ли вмешательство «необходимо в демократическом обществе»
48. Власти Австрии оправдывали необходимость оспариваемого приказа ссылкой на поведение второго заявителя. Принимая присягу, он не только заявил протест в адрес Президента Республики, но еще и подал несколько жалоб, распространил петицию и открытое письмо (см. выше § 9). Таким образом, на втором заявителе лежит значительная часть ответственности за конфликты, имевшие место в казармах. Кроме того, второй заявитель был членом Коммунистической партии Австрии, которая в своем манифесте призывала к роспуску армии. Приказав прекратить распространение журнала «Еж», офицер, о котором идет речь, хотел помешать второму заявителю еще больше дестабилизировать обстановку среди своих товарищей-солдат.
49. Прежде всего, Европейский суд отсылает к своей аргументации, изложенной выше в § 36 и 37. Он разделяет точку зрения властей Австрии, что отдельное событие должно рассматриваться в общем контексте. Однако такой подход не упраздняет необходимость исследования, в первую очередь, содержания данного издания. Подобно Европейской комиссии, Европейский суд отметил, что номер 3/87 журнала «Еж» в основном содержал статьи на тему условий военной службы (см. выше § 10). Эти статьи были выдержаны в критическом или даже сатирическом ключе. В них излагались непродуманные требования и предложения о реформах. Вместе с тем обязанность повиновения или смысл службы в Вооруженных Силах под сомнение не ставились. Соответственно, журнал вряд ли мог восприниматься как представляющий серьезную опасность для воинской дисциплины. Следовательно, оспариваемая мера была несоразмерной преследуемой цели и нарушала статью 10 Конвенции.
II. Предполагаемое нарушение статьи 13 Конвенции
A. Первый заявитель
50. Ассоциация-заявитель дополнительно утверждала, что не располагала в Австрии эффективным средством правовой защиты в отношении своей жалобы по статье 10 Конвенции. Она ссылалась на статью 13 Конвенции, которая гласит:
«Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве».
51. Европейская комиссия по существу согласилась с этой точкой зрения.
52. Власти Австрии, в основном, отрицали то, что жалоба ассоциации-заявителя была «доказуемой» с точки зрения Конвенции. Они утверждали, что в качестве альтернативы ассоциация-заявитель могла передать требование о распространении журнала «Еж» в общегражданские суды путем возбуждения иска об исполнении (Leistungsklage), иска о выдаче приказа ответчику, чтобы тот позволил что-либо сделать (Duldungsklage), или даже иска о заявлении (Feststellungsklage).
53. С учетом вывода, сделанного в § 40 (выше), можно считать, что требование «доказуемости» в отношении рассматриваемой жалобы было выполнено (см., inter alia, Постановление Европейского суда по делу «Бойл и Райс против Соединенного Королевства» (Boyle and Rice v. the United Kingdom) от 27 апреля 1988 г., Series A, № 131, p. 23, § 52).
Что касается возможных средств правовой защиты, на которые ссылались власти Австрии, то они не привели ни одного примера их применения в случаях, похожих на данный. Таким образом, они не смогли доказать, что эти средства защиты были бы эффективными.
Следовательно, первый заявитель был жертвой нарушения статьи 13 Конвенции.
B. Второй заявитель
54. Второй заявитель также утверждал, что была нарушена статья 13 Конвенции. При обстоятельствах настоящего дела ни отдел по рассмотрению жалоб, ни Конституционный Суд Австрии не могли рассматриваться как «государственный орган» по смыслу данного положения Конвенции. Отдел по рассмотрению жалоб входил в Министерство обороны Австрии и по этой причине не мог дать необходимых гарантий независимости; Конституционный Суд Австрии не рассматривал жалобу заявителя по существу дела.
55. Вместе с Европейской комиссией и властями Австрии Европейский суд отметил, что согласно статье 144 Конституции Австрии Конституционный Суд Австрии компетентен рассматривать жалобы военнослужащих на предполагаемые нарушения их права на свободу выражения мнения (см. выше § 21).
Правда, в настоящем деле Конституционный Суд Австрии отклонил жалобу второго заявителя (см. выше § 13). Однако эффективность средства правовой защиты по смыслу статьи 13 Конвенции не зависит от определенности благоприятного исхода (см., среди прочих прецедентов, упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Костелло-Робертс против Соединенного Королевства», p. 62, § 40). Следовательно, второй заявитель располагал средством правовой защиты, удовлетворяющим требованиям данного положения Конвенции.
Поэтому у Европейского суда нет необходимости решать, являлся ли отдел по рассмотрению жалоб «государственным органом» по смыслу статьи 13 Конвенции.
III. Предполагаемое нарушение статьи 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 10 Конвенции
56. Заявители, наконец, утверждали, что каждый из них стал «жертвой» нарушения статьи 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 10 Конвенции. Нарушение их права на свободу выражения мнения было равносильным дискриминации по политическим мотивам.
С учетом своих выводов в отношении статьи 10 Конвенции Европейский суд не счел необходимым выносить решение по данной части жалобы.
IV. Применение статьи 50 Конвенции
57. Статья 50 Конвенции гласит:
«Если Суд установит, что решение или мера, принятые судебными или иными властями Высокой Договаривающейся Стороны, полностью или частично противоречат обязательствам, вытекающим из настоящей Конвенции, а также если внутреннее право упомянутой Стороны допускает лишь частичное возмещение последствий такого решения или такой меры, то решением Суда, если в этом есть необходимость, предусматривается справедливое возмещение потерпевшей стороне».
A. Ущерб
1. Материальный ущерб
58. Ассоциация-заявитель потребовала присудить ей компенсацию материального ущерба в размере 14800000 австрийских шиллингов. Эту сумму Министерство обороны Австрии должно было бы выплатить ассоциации, если бы решило выкупить и распространить журнал «Еж», начиная с 27 июля 1987 г., когда была подана заявка ассоциации (см. выше § 8).
59. Европейский суд согласен с представителем Европейской комиссии, что нарушение статьи 10 Конвенции вытекает не из факта невыплаты денег ассоциации-заявителю, а исключительно из отказа военных властей распространять журнал. Следовательно, данное требование является необоснованным.
2. Моральный вред
60. Ассоциация-заявитель и второй заявитель потребовали также присудить им компенсацию морального вреда, определение суммы которой они оставили на усмотрение Европейского суда.
61. Представитель Европейской комиссии поддержал данное требование.
62. Как и власти Австрии, которые отметили, что журнал «Еж» не издается с 1988 года, Европейский суд счел, что сам факт вынесения настоящего Постановления представляет собой достаточную справедливую компенсацию заявителям нанесенного им морального вреда.
B. Судебные расходы и издержки
63. Заявители потребовали присудить им компенсацию судебных издержек и расходов в сумме 360952,34 австрийского шиллинга, в том числе: 113267,56 австрийского шиллинга на производство в государственных органах и 247684,78 — в конвенционных органах.
64. Власти Австрии согласились выплатить 110000 австрийских шиллингов.
65. С учетом критериев, установленных прецедентной практикой Европейского суда, исходя из принципа справедливости, Европейский суд присудил заявителям 180000 австрийских шиллингов в качестве совокупной компенсации судебных расходов и издержек.
-
постановил шестью голосами против трех, что имело место нарушение статьи 10 Конвенции в отношении первого заявителя;
-
постановил восемью голосами против одного, что имело место нарушение статьи 10 Конвенции в отношении второго заявителя;
-
постановил шестью голосами против трех, что имело место нарушение статьи 13 Конвенции в отношении первого заявителя;
-
единогласно постановил, что нарушение статьи 13 Конвенции в отношении второго заявителя места не имело;
-
единогласно постановил, что нет необходимости рассматривать вопрос о нарушении статьи 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 10 Конвенции;
-
единогласно постановил, что сам факт вынесения настоящего Постановления представляет собой достаточную справедливую компенсацию предполагаемого причиненного морального вреда;
-
единогласно постановил, что государство-ответчик должно в течение трех месяцев выплатить заявителям 180000 (сто восемьдесят тысяч) австрийских шиллингов в качестве компенсации судебных расходов и издержек;
-
единогласно отклонил остальные требования заявителей о справедливой компенсации.
Совершено на английском и французском языках и оглашено на открытом слушании во Дворце прав человека в г. Страсбурге 19 декабря 1994 г.
Председатель Палаты
Рудольф БЕРНХАРДТ
Исполняющий обязанности
Секретаря-Канцлера Суда
Герберт ПЕТЦОЛЬД
В соответствии с пунктом 2 статьи 51 Конвенции и пунктом 2 правила 53 Регламента A Европейского суда к настоящему Постановлению прилагаются следующие особые мнения:
a) особое мнение судьи Тора Вильялмссона;
b) частично особое мнение судьи Ф. Матшера, к которому присоединился судья Р. Бернхардт.
ОСОБОЕ МНЕНИЕ СУДЬИ ТОРА ВИЛЬЯЛМССОНА
В данном деле я не обнаружил нарушения статей 10 или 13 Конвенции.
Что касается первого заявителя, то я согласен с мнением Ф. Матшера, к которому присоединился Р. Бернхардт.
В отношении второго заявителя, Губи, хотел бы сделать следующие замечания.
В § 36 Постановления Европейский суд излагает очевидную для меня точку зрения, согласно которой «трудно себе представить, что Вооруженные Силы могут нормально функционировать без юридических правил, направленных на предотвращение подрыва военной дисциплины». Некоторые ограничения были установлены в отношении второго заявителя, когда офицер приказал ему прекратить распространение журнала «Еж» в своей казарме. Однако эти ограничения касались только его поведения в казарме. Они никоим образом не затрагивали распространение данного издания любым другим способом. Применив принцип соразмерности, я, в отличие от Европейского суда, счел, что австрийский офицер действовал в рамках статьи 10 Конвенции, когда отдавал упомянутый приказ второму заявителю.
ЧАСТИЧНО ОСОБОЕ МНЕНИЕ СУДЬИ Ф. МАТШЕРА, К КОТОРОМУ ПРИСОЕДИНИЛСЯ СУДЬЯ Р. БЕРНХАРДТ
Я согласен с тем, что имело место нарушение в отношении второго заявителя, но не согласен, что оно имело место в отношении первого.
Последний утверждал, что статья 10 Конвенции была нарушена в силу того, что министр обороны Австрии отказался включить журнал «Еж» в список распространявшихся Вооруженными Силами периодических изданий. Статья 10 Конвенции охраняет свободу выражения мнения и информации, но не гарантирует распространение периодических изданий государственными органами. Распространение журнала через «официальные» каналы означало бы, во всяком случае косвенно, согласие с его содержанием, что, по моему мнению, от них не ожидается.
Более того, новобранцы, которые хотели читать этот журнал, имели возможность на него подписаться, получать его в частном порядке по почте или, находясь за пределами казармы, что происходило практически ежедневно, приобретать и приносить в казарму. Кроме того, первый заявитель мог бесплатно рассылать журнал новобранцам либо в казармы, либо по частным адресам. Таким образом, требования статьи 10 Конвенции были полностью соблюдены в отношении ассоциации-заявителя.
В этих условиях применительно к первому заявителю вмешательство в осуществление его права, охраняемого статьей 10 Конвенции, не имело места. Следовательно, нарушения статьи 10 Конвенции в настоящем деле места не имело.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF VEREINIGUNG DEMOKRATISCHER SOLDATEN ÖSTERREICHS AND GUBI v. AUSTRIA (Application No. 15153/89)
JUDGMENT
In the case of Vereinigung demokratischer Soldaten Österreichs and Gubi v. Austria <*>,
<*> The case is numbered 34/1993/429/508. The first number is the case's position on the list of cases referred to the Court in the relevant year (second number). The last two numbers indicate the case's position on the list of cases referred to the Court since its creation and on the list of the corresponding originating applications to the Commission.
The European Court of Human Rights, sitting, in accordance with Article 43 (art. 43) of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») and the relevant provisions of Rules of Court A <*>, as a Chamber composed of the following judges:
<*> Rules A apply to all cases referred to the Court before the entry into force of Protocol No. 9 (P9) and thereafter only to cases concerning States not bound by that Protocol (P9). They correspond to the Rules that came into force on 1 January 1983, as amended several times subsequently.
and also of Mr H. Petzold, Acting Registrar,
Having deliberated in private on 23 June and 23 November 1994,
Delivers the following judgment, which was adopted on the last-mentioned date:
PROCEDURE
1. The case was referred to the Court by the European Commission of Human Rights («the Commission») on 9 September 1993, within the three-month period laid down by Article 32 para. 1 and Article 47 (art. 32-1, art. 47) of the Convention. It originated in an application (No. 15153/89) against the Republic of Austria lodged with the Commission under Article 25 (art. 25) by a private association under Austrian law, the Vereinigung demokratischer Soldaten Österreichs («the VDSÖ »), and by an Austrian national, Mr Berthold Gubi, on 12 June 1989.
The Commission's request referred to Articles 44 and 48 (art. 44, art. 48) and to the declaration whereby Austria recognised the compulsory jurisdiction of the Court (Article 46) (art. 46). The object of the request was to obtain a decision as to whether the facts of the case disclosed a breach by the respondent State of its obligations under Articles 10, 13 and 14 (art. 10, art. 13, art. 14) of the Convention.
2. In response to the enquiry made in accordance with Rule 33 para. 3 (d) of Rules of Court A, the applicants stated that they wished to take part in the proceedings and designated the lawyer who would represent them (Rule 30).
3. The Chamber to be constituted included ex officio Mr F. Matscher, the elected judge of Austrian nationality (Article 43 of the Convention) (art. 43), and Mr R. Ryssdal, the President of the Court (Rule 21 para. 3 (b)). On 24 September 1993, in the presence of the Registrar, the President drew by lot the names of the other seven members, namely Mr Thór Vilhjálmsson , Mr C. Russo, Mr A. Spielmann, Mr S.K. Martens, Mrs E. Palm, Mr I. Foighel and Mr L. Wildhaber (Article 43 in fine of the Convention and Rule 21 para. 4) (art. 43). Subsequently, Mr R. Bernhardt, the Vice-President of the Court, replaced Mr Ryssdal, who was unable to take part in the further consideration of the case (Rules 9 and 24 para. 1).
4. As President of the Chamber (Rule 21 para. 5), Mr Ryssdal, acting through the Deputy Registrar, had consulted the Agent of the Austrian Government («the Government»), the applicants' lawyer and the Delegate of the Commission on the organisation of the proceedings (Rules 37 para. 1 and 38). Pursuant to the order made in consequence the Registrar received the applicants' memorial on 6 April 1994 and the Government's memorial on 18 April.
On 7 June the Commission produced various documents from the proceedings before it, as requested by the Registrar on the President's instructions.
5. In accordance with the President's decision, the hearing took place in public in the Human Rights Building, Strasbourg, on 20 June 1994. The Court had held a preparatory meeting beforehand.
There appeared before the Court:
Mr F. Cede, Head of the International Law Department,
Federal Ministry of Foreign Affairs, Agent,
Mr S. Rosenmayr, Constitutional Department,
Mrs E. Bertagnoli, International Law Department,
Federal Ministry of Foreign Affairs,
Federal Ministry of Defence, Advisers;
Mr G. Lansky, Rechtsanwalt, Counsel.
The Court heard addresses by Mr Cede, Mr Trechsel and Mr Lansky.
6. On 19 July 1994, at the Court's request, the Government lodged written observations on an additional bill of costs submitted by the applicants at the conclusion of the hearing.
AS TO THE FACTS
I. Circumstances of the case
A. First applicant
7. The first applicant, a Vienna-based association, published a monthly magazine aimed at the soldiers serving in the Austrian army and entitled der Igel («The Hedgehog»). It contained information and articles — often of a critical nature — on military life.
8. On 27 July 1987 the association requested the Federal Minister for Defence (Bundesminister für Landesverteidigung) to have der Igel distributed in the barracks in the same way as the only other two military magazines published by private associations, Miliz-Impuls and Visier. The army had adopted the practice of sending these magazines out, alternately and at its own expense, with the official information bulletin distributed to all conscripts (Miliz-Information).
The minister did not reply to this request. When questioned by members of parliament, he stated in a letter of 10 May 1989 that he would not authorise the distribution of der Igel in barracks. In his view, section 46 para. 3 of the Armed Forces Act (Wehrgesetz, see paragraph 18 below) conferred on all armed forces personnel the right to receive without any restriction, through sources accessible to the public, information on political events. However, on military premises the only publications that could be supplied were those which identified at least to some extent with the constitutional duties of the army, did not damage its reputation and did not lend column space to political parties. Even critical magazines such as the journal Hallo of the trade union youth organisation would not be banned if they respected these conditions. Der Igel, on the other hand, did not comply with them. The minister derived authority for his decision in this matter from Article 79 of the Constitution (Bundesverfassungsgesetz) and sections 44 para. 1 and 46 of the Armed Forces Act, Article 116 of the Criminal Code (Strafgesetzbuch) and Regulation 3 para. 1 of the General Army Regulations (Allgemeine Dienstvorschriften für das Bundesheer, see paragraphs 17 — 20 below).
B. Second applicant
9. The second applicant, a member of the VDSÖ , began his national service on 1 July 1987 at the Schwarzenberg barracks in Salzbourg. On 29 July, on the occasion of his taking the oath, he made a protest directed against the President of the Republic. Over the following months, he lodged several complaints, published with twenty-one of his fellow conscripts an open letter criticising the number of fatigue duties to which he was assigned and circulated a petition in support of a conscientious objector.
On 1, 9 and 22 July he was personally informed of the content of the military law applicable to his situation.
10. On 29 December 1987, while distributing issue No. 3/87 of der Igel in the barracks, he was ordered by an officer to cease.
In its editorial, the issue in question mentioned, as being one of the aims of the VDSÖ , co-operation between conscripts and the cadres on the basis of their joint interests and of mutual respect. Some articles adopted a critical stance; they dealt with, among other things, military training, the proceedings resulting from a complaint lodged by Mr Gubi and the principles governing national service. The other articles discussed various contributions that had appeared in the press, the congress of the trade union youth movement, the aims and the activities of the VDSÖ and the complaint of a conscript whose pay had been reduced following alleged loss of equipment.
11. On 12 January 1988 another officer informed Mr Gubi of the content of the circulars of 1975 and 1987 and of the regulations of the Schwarzenberg barracks, as amended on 4 January 1988, which prohibited any distribution or despatching within the barracks of publications without the authorisation of the commanding officer (see paragraph 20 below).
12. On 22 January 1988 Mr Gubi complained about this ban and about the order of 29 December 1987 (see paragraph 10 above) to the Military Complaints Board (Beschwerdekommission in militärischen Angelegenheiten) at the Federal Ministry of Defence.
On 7 April the Complaints Division (Beschwerdeabteilung) at the ministry rejected the applicant's complaint, in accordance with the Complaints Board's recommendation. In its view, the contested order was validly based on a 1987 circular of the Second Army Corps (Korpskommando II), containing instructions regarding the distribution of printed matter, which were themselves based on Article 5 of the 1867 Basic Law (Staatsgrundgesetz über die allgemeinen Rechte der Staatsbürger ), Regulation 19 of the General Army Regulations and section 13 of the Armed Forces Act (see paragraphs 15 and 18 — 20 below). The first of those provisions affords the same protection to the property of public-law legal persons as that guaranteed to the property of private individuals; accordingly, the Schwarzenberg barracks were to be regarded as the property of the Federal State, whose rights were exercised by the commanding officer.
The freedom of expression secured under Article 13 of the 1867 Basic Law was subject to «statutory limits» (gesetzliche Schranken) such as those which stemmed from the duty of discretion and obedience laid down in sections 17 and 44 of the Armed Forces Act and derived from the very nature of this special relationship of subordination (besonderes Gewaltverhältnis ). The contested measures had therefore in no way interfered with the freedom in question.
13. Mr Gubi then applied to the Constitutional Court (Verfassungsgerichtshof). On 26 September it declined to entertain his appeal on the ground that it did not raise genuine constitutional issues and had insufficient prospects of success.
14. The same day, however, the Constitutional Court quashed the decision of 15 February 1988 whereby the commanding officer of battalion No. 3 had confirmed the three days' custody imposed on the applicant as a disciplinary penalty for having distributed der Igel in the barracks. It found that the provisions which Mr Gubi was accused of infringing, the 1975 and 1987 circulars (see paragraph 20 below), were not binding on him but on the military authorities. This was not the case in regard to the relevant provisions of the Schwarzenberg barracks regulations, but these rules had been introduced on 4 January 1988 and were therefore not yet in force at the material time.
II. Relevant domestic law
A. Rights under the Basic Law
15. Article 5 of the Basic Law of 21 December 1867 on the general rights of citizens protects property.
16. Article 13 provides as follows:
«Subject to statutory limits, everyone has the right to express freely his opinion orally, in writing, in the printed word or through graphic expression. The Press may not be censored or restricted by a system of licences... »
B. Military law
17. Article 79 of the Federal Constitution describes the general duties of the Austrian armed forces.
18. At the material time the rights and obligations of military personnel were governed by sections 44 to 46 of the 1978 Armed Forces Act. According to this statute, soldiers are under a duty to support the army in the performance of its tasks and to refrain from doing anything which could damage its reputation (section 44 para. 1). They have the right to submit requests and complaints and to file appeals (section 44 para. 4). They enjoy the same political rights as civilians (section 46 para. 2). However, the army must not be involved in any political activity and may not be used for political ends (section 46 para. 1). Consequently, such activities while on duty and on military premises are prohibited, with the exception of those which consist in obtaining information as an individual on political events through sources accessible to the public (section 46 para. 3).
19. The General Army Regulations, issued by the Federal Ministry of Defence, set out the obligations attaching to national service. They provide, inter alia, that servicemen must always be ready to fulfil their duties in the best possible way and must refrain from doing anything which could damage the reputation of the army and undermine the confidence of the population in the defence of the country (Regulation 3 para. 1). Servicemen have a special relationship of subordination in regard to the Austrian Republic. That relationship requires of them, in addition to the defence of the democratic institutions, discipline, comradeship, obedience, vigilance, courage and discretion (Regulation 3 para. 2). Under Regulation 19 para. 2 barracks' commanders are bound to take all the measures necessary to maintain order and military security in the premises in question; to this end they are under a duty to issue rules (Kasernordnung) governing inter alia access to the barracks (Regulation 19 para. 3).
20. By a circular of the Federal Ministry of Defence of 14 March 1975 the army general staff (Armeekommando) instructed commanding officers to take preventive measures in respect of publications denigrating the army (negatives wehrpolitisches Gedankengut). They were, among other things, to ban their distribution and posting up in military areas.
A circular from the general staff of the Second Army Corps of 17 December 1987 instructed the same officers to insert in the barracks rules a prohibition on the distribution or posting up without the commanding officer's authorisation of any non-official publication. The Schwarzenberg barracks rules were amended accordingly on 4 January 1988.
C. Proceedings in the Constitutional Court
21. The Constitutional Court examines, on an application (Beschwerde), whether an administrative measure (Bescheid) has infringed a right guaranteed to the applicant by the Constitution, or whether it has applied a decree (Verordnung) that is contrary to the law, an Act contrary to the Constitution or an international treaty incompatible with Austrian law (Article 144 para. 1 of the Federal Constitution).
PROCEEDINGS BEFORE THE COMMISSION
22. The VDSÖ and Mr Gubi applied to the Commission on 12 June 1989. Relying on Article 10 (art. 10) of the Convention, they complained of the prohibition imposed in respect of the magazine der Igel in Austrian barracks and, the second applicant, of the order of 29 December 1987 requiring him to cease distributing issue No. 3/87 in the Schwarzenberg barracks. They also maintained that they had not had an effective remedy within the meaning of Article 13 (art. 13) and that they had been victims of discrimination on political grounds in breach of Article 14 read in conjunction with Article 10 (art. 14 + 10).
23. The Commission declared the application (No. 15153/89) admissible on 6 July 1992. In its report of 30 June 1993 (Article 31) (art. 31) it expressed the following opinion:
(a) as regards the first applicant:
(i) that there had been a violation of Articles 10 and 13 (art. 10, art. 13) (twelve votes to nine);
(ii) that no separate question arose under Article 14 read in conjunction with Article 10 (art. 14 + 10) (unanimously);
(b) as regards the second applicant:
(i) that there had been a violation of Article 10 (art. 10) (twelve votes to nine) but not of Article 13 (art. 13) (unanimously);
(ii) that no separate question arose under Article 14 read in conjunction with Article 10 (art. 14 + 10) (unanimously).
The full text of the Commission's opinion and of the three dissenting opinions contained in the report is reproduced as an annex to this judgment <*>.
<*> Note by the Registrar. For practical reasons this annex will appear only with the printed version of the judgment (volume 302 of Series A of the Publications of the Court), but a copy of the Commission's report is obtainable from the registry.
AS TO THE LAW
I. Alleged violation of Article 10 (art. 10) of the Convention
A. First applicant
24. The first applicant complained of the Minister for Defence's refusal to add der Igel to the list of periodicals distributed by the Austrian army. It considered that this constituted a breach of Article 10 (art. 10) of the Convention, according to which:
«1. Everyone has the right to freedom of expression. This right shall include freedom to hold opinions and to receive and impart information and ideas without interference by public authority and regardless of frontiers. This Article (art. 10) shall not prevent States from requiring the licensing of broadcasting, television or cinema enterprises.»
2. The exercise of these freedoms, since it carries with it duties and responsibilities, may be subject to such formalities, conditions, restrictions or penalties as are prescribed by law and are necessary in a democratic society, in the interests of national security, territorial integrity or public safety, for the prevention of disorder or crime, for the protection of health or morals, for the protection of the reputation or rights of others, for preventing the disclosure of information received in confidence, or for maintaining the authority and impartiality of the judiciary.»
25. It was the Government's contention that the VDSÖ was in no way to be confused with those of its members who were serving in the armed forces at the material time. The minister had therefore been justified in regarding it as a third party and in exercising one of the rights that the Civil Code conferred on the Federal State as the proprietor of the barracks, namely that of deciding freely the nature of the services to be provided on those premises and of choosing which providers of such services should be solicited in that connection, without having to furnish an explanation to the latter.
The applicant association had asked that its magazine should be distributed by the army in the same way as two other non-official periodicals. In fact the service that it was requesting was based exclusively on private-law arrangements, arrangements which could in any event not be demanded as of right by the publishers concerned. The army authorities could not be expected to help distribute all the magazines that were submitted to them. In short, the minister had exercised a discretionary power and had not infringed a right, no such right being vested in the applicant association.
26. In the light of the different arguments adduced, the Court must first consider whether there was an interference with the exercise by the VDSÖ of its right to impart information and ideas.
1. Whether there was an interference
27. As the Court has consistently held, the responsibility of a Contracting State is engaged if a violation of one of the rights and freedoms defined in the Convention is the result of non-observance by that State of its obligation under Article 1 (art. 1) to secure those rights and freedoms in its domestic law to everyone within its jurisdiction (see, as the most recent authority, the Costello-Roberts v. the United Kingdom judgment of 25 March 1993, Series A No. 247-C, p. 57, para. 26).
In the present case the authorities effected themselves and at their own expense the distribution on a regular basis of military periodicals published by various associations, by sending them out with their official publications. Whatever the legal status of this arrangement, such a practice was bound to have an influence on the level of information imparted to the members of the armed forces and, accordingly, engaged the responsibility of the respondent State under Article 10 (art. 10). Freedom of expression applies to servicemen just as it does to other persons within the jurisdiction of the Contracting States (see, as the most recent authority, the Hadjianastassiou v. Greece judgment of 16 December 1992, Series A No. 252, p. 17, para. 39).
The Court notes further that, according to the case file, of all the periodicals for servicemen, only der Igel was not allowed access to this type of distribution (see paragraph 8 above). The VDSÖ could therefore reasonably claim that this situation should be remedied. It follows that the Minister for Defence's rejection of its request was an interference with the exercise of its right to impart information and ideas.
2. Whether the interference was justified
28. The interference in issue infringed Article 10 (art. 10) if it was not «prescribed by law», if it did not pursue one or more of the legitimate aims referred to in paragraph 2 of that Article (art. 10-2) or if it was not «necessary in a democratic society» in order to attain such aims.
(a) Was the interference «prescribed by law»?
29. According to the applicant association, none of the provisions of military law on which the Minister for Defence might have relied could be regarded as «law» within the meaning of the Convention. This was true in the first place of sections 44 to 46 of the Armed Forces Act and Regulation 3 of the General Army Regulations, the very vague wording of which opened the way to arbitrariness. This was also the case in regard to the 1975 and the 1987 circulars, which had not, moreover, been accessible to the VDSÖ .
30. The Government pointed out that, far from having adopted an administrative measure, the minister had merely refused to give a favourable reply to the applicant association's request. In so far as was necessary, sufficient basis for his decision was to be found in the Civil Code and that basis satisfied Article 10 (art. 10) in this respect. The provisions of military law cited, in particular the 1975 circular, had at most served as a guide for the minister's decision.
31. The Court observes that although those provisions could not strictly constitute the legal basis of the minister's action, as the minister did not take a formal decision, he nevertheless followed them in this instance. This is clear in particular from his reply to a parliamentary question (see paragraph 8 above). It is accordingly necessary to ascertain whether they qualified as «law».
The Court acknowledges that the provisions in question were formulated in general terms. It should however be recalled that the level of precision required of domestic legislation — which cannot in any case provide for every eventuality — depends to a considerable degree on the content of the instrument considered, the field it is designed to cover and the number and status of those to whom it is addressed (see, as the most recent authority, the Chorherr v. Austria judgment of 25 August 1993, Series A No. 266-B, pp. 35 — 36, para. 25).
As far as military discipline is concerned, it would scarcely be possible to draw up rules describing different types of conduct in detail. It may therefore be necessary for the authorities to formulate such rules more broadly. The relevant provisions must, however, afford sufficient protection against arbitrariness and make it possible to foresee the consequences of their application.
In the Court's view, the provisions in question, in particular the circular of 14 March 1975, provided sufficient legal basis for the refusal of the VDSÖ's request. The first applicant had among its members servicemen who had access to these rules and it could therefore have been expected to be aware of the possibility that the minister might regard himself as bound to refer to them in relation to it. In conclusion, the interference in issue was «prescribed by law».
(b) Did the interference pursue a legitimate aim?
32. The impugned decision was evidently taken with a view to preserving order in the armed forces, a legitimate aim for the purposes of Article 10 para. 2 (art. 10-2) (see the Engel and Others v. the Netherlands judgment of 8 June 1976, Series A No. 22, p. 41, para. 98).
(c) Was the interference «necessary in a democratic society»?
33. The VDSÖ denied that the refusal of its request had been necessary. It had been motivated solely by the desire to prevent a current of opinion regarded by the authorities as hostile to the army from being spread among the troops by the distribution of der Igel. Yet, the applicant association maintained, the Government were gradually implementing most of the reforms proposed by the magazine, such as the reduction of curfew restrictions, the introduction of a five-day week, pay increases and free public transport. The journal could not therefore be seen as a genuine threat.
34. The Commission in substance accepted the first applicant's view. It noted that der Igel contained no incitement to violence, to disobedience or to break the rules; at the very most it provided information on complaints and appeals procedures.
35. According to the Government, the magazine sought to undermine the effectiveness of the army and of the country's system of defence. Its distribution had been particularly undesirable because at the material time, when the cold war had still been in progress, there had been a certain amount of friction in the Schwarzenberg barracks. This situation, which was comparable to that found to exist in the case of Engel and Others (cited above, p. 42, para. 101), had arisen because of unrest among the servicemen as a result of various deliberately provocative actions (see paragraph 9 above), carried out by Mr Gubi, an active member of the VDSÖ .
Confronted with this situation, the Minister for Defence had even shown restraint as he had merely refused to allow the army to assist in the distribution of der Igel. This measure had been necessary in order to maintain discipline, but it had not prevented the applicant association from making the publication available to the soldiers through any other means. They could for instance receive it through the post and no restrictions were placed on their freedom to read it in the barracks. In short, the authorities had not overstepped their margin of appreciation, which was necessarily wider in this area because they alone were in a position to assess with full knowledge of all the circumstances, in a given situation, the specific duties and responsibilities of members of the armed forces.
36. The Court reiterates that freedom of expression is also applicable to «information» or «ideas» that offend, shock or disturb the State or any section of the population. Such are the demands of that pluralism, tolerance and broadmindedness without which there is no «democratic society» (see, inter alia, the Observer and Guardian v. the United Kingdom judgment of 26 November 1991, Series A No. 216, p. 30, para. 59, and the Castells v. Spain judgment of 23 April 1992, Series A No. 236, p. 22, para. 42).
The same is true when the persons concerned are servicemen, because Article 10 (art. 10) applies to them just as it does to other persons within the jurisdiction of the Contracting States. However, the proper functioning of an army is hardly imaginable without legal rules designed to prevent servicemen from undermining military discipline, for example by writings (see the Engel and Others judgment, cited above, p. 41, para. 100, and the Hadjianastassiou judgment, cited above, p. 17, para. 39).
37. The Court observes that at the material time the army distributed free of charge in all the country's barracks its own publications and those of private associations of soldiers. It appears that only der Igel was denied this facility, which undoubtedly reduced considerably its chances of increasing its readership among service personnel. The fact that the VDSÖ retained the possibility of sending its journal to subscribers could not offset such a handicap. It could therefore only have been justified by imperative necessities since exceptions to the freedom of expression must be interpreted narrowly (see the Sunday Times v. the United Kingdom (No. 1) judgment of 26 April 1979, Series A No. 30, p. 41, para. 65).
38. The Government sought support for their argument from the content of der Igel. The periodical, which was critical and satirical, had represented a threat to discipline and to the effectiveness of the army.
It is the Court's opinion that such an assertion must be illustrated and substantiated by specific examples. None of the issues of der Igel submitted in evidence recommend disobedience or violence, or even question the usefulness of the army. Admittedly, most of the issues set out complaints, put forward proposals for reforms or encourage the readers to institute legal complaints or appeals proceedings. However, despite their often polemical tenor, it does not appear that they overstepped the bounds of what is permissible in the context of a mere discussion of ideas, which must be tolerated in the army of a democratic State just as it must be in the society that such an army serves.
39. The Government also cited friction in the Schwarzenberg barracks, for which, they claimed, the publications of the applicant association and Mr Gubi's activities were essentially responsible (see paragraph 9 above). This situation had led to a large number of complaints from the conscripts.
In the Court's view, this situation, peculiar to a single barracks, was not sufficiently serious to justify a decision whose effects extended to all the military premises on the national territory. On this point the facts may be distinguished from the Engel and Others case. In that case the banned journal had been distributed solely in the place were the unrest cited by the authorities had occurred (see the above-mentioned judgment, p. 18, para. 43).
40. In conclusion, the refusal by the Minister for Defence to include der Igel among the magazines distributed by the army was disproportionate to the legitimate aim pursued. It follows that the first applicant was the victim of a violation of Article 10 (art. 10).
B. Second applicant
41. Mr Gubi likewise claimed to have been the victim of a breach of Article 10 (art. 10) inasmuch as he had been prohibited from distributing issue No. 3/87 of der Igel (see paragraph 10 above).
1. Whether there was an interference
42. It is not in dispute that there was an interference with the exercise by Mr Gubi of his right to impart information and ideas.
2. Whether the interference was justified
43. It must therefore be determined whether the interference was «prescribed by law», whether it pursued one or more of the legitimate aims referred to in paragraph 2 of Article 10 (art. 10-2) and whether it was «necessary in a democratic society» in order to attain such aims.
(a) Was the interference «prescribed by law»?
44. The applicant complained that there had been no legal basis for the order of 29 December 1987 requiring him to cease distributing der Igel. Neither the 1975 and 1987 circulars nor the regulations of the Schwarzenberg barracks could be regarded as «law» within the meaning of the Convention; they had not been published in the Official Gazette and their wording lacked sufficient precision. Only the barracks regulations contained a relevant provision, but it had been inserted with effect from 4 January 1988, in other words after the events giving rise to this case.
45. The Government contended that the impugned measure had been based on sections 44 para. 1 and 46 of the Armed Forces Act, the requirements of which were set out in greater detail in Regulations 3 and 19 of the General Army Regulations and in the different barracks regulations. Indeed Mr Gubi had been personally informed of their content and how they applied in practice on 1, 9 and 22 July 1987 (see paragraph 9 above).
46. On the question of the wording of these provisions, the Court refers to its reasoning in paragraph 31 above. Having regard in particular to the information given on the rules in force (see paragraph 9 above), the Court takes the view that, if need be having sought appropriate advice, the applicant was in a position to foresee, to a degree that was reasonable in the circumstances, the possibility of such a ban being imposed on him (see, mutatis mutandis, the Sunday Times (No. 1) judgment, cited above, p. 31, para. 49, and the Open Door and Dublin Well Woman v. Ireland judgment of 29 October 1992, Series A No. 246-A, p. 27, para. 60).
(b) Did the interference pursue a legitimate aim?
47. The Court considers that the contested measure served, like the refusal complained of by the first applicant, to maintain order in the armed forces (see paragraph 32 above).
(c) Was the interference «necessary in a democratic society»?
48. The Government explained the order in issue by referring to Mr Gubi's conduct. Not only had he, when taking the oath, made a protest directed at the President of the Republic, he had also lodged several complaints and circulated a petition and an open letter (see paragraph 9 above). The applicant had thus borne a large share of the responsibility for the friction existing at the time in his barracks. He was in addition a member of the Austrian communist party, whose manifesto called for the abolition of the army. By ordering him to cease distributing der Igel, the officer in question had sought to prevent him from destabilising his fellow soldiers even further.
49. The Court refers in the first instance to its reasoning at paragraphs 36 and 37 above. It shares the Government's opinion that the particular incident must be viewed in its general context. This approach does not, however, remove the necessity of first examining the content of the publication in issue. Like the Commission, the Court notes that issue No. 3/87 of der Igel was essentially devoted to articles on the conditions of national service (see paragraph 10 above). These articles were written in a critical or even satirical style and were quick to make demands or put forward proposals for reform, yet they did not call into question the duty of obedience or the purpose of service in the armed forces. Accordingly the magazine could scarcely be seen as a serious threat to military discipline. It follows that the measure in question was disproportionate to the aim pursued and infringed Article 10 (art. 10).
II. Alleged violation of Article 13 (art. 13) of the Convention
A. First applicant
50. The VDSÖ complained in addition that no effective remedy had been available to it in Austria in respect of its grievance under Article 10 (art. 10). It relied on Article 13 (art. 13) of the Convention, which provides:
«Everyone whose rights and freedoms as set forth in [the] Convention are violated shall have an effective remedy before a national authority notwithstanding that the violation has been committed by persons acting in an official capacity.»
51. The Commission in substance subscribed to this view.
52. The Government denied in the first place that the applicant association's complaints were «arguable» for the purposes of the Convention. In the alternative, they contended that the association could have submitted its request to have der Igel distributed to the civil courts by means of an action for performance (Leistungsklage), an action for an order requiring the defendant to permit something to be done (Duldungsklage), or even an action for a declaration (Feststellungsklage).
53. In the light of the conclusion at paragraph 40 above, the requirement that the complaint be «arguable» is satisfied in respect of the submission in question (see, inter alia, the Boyle and Rice v. the United Kingdom judgment of 27 April 1988, Series A No. 131, p. 23, para. 52).
As regards the possible remedies cited by the Government, they have not put forward any example showing their application in a case similar to the present one. They have therefore failed to show that such remedies would have been effective.
It follows that the first applicant has been the victim of a violation of Article 13 (art. 13).
B. Second applicant
54. Mr Gubi likewise complained of a breach of Article 13 (art. 13). In the circumstances of the present case, neither the Complaints Division nor the Constitutional Court could be regarded as a «national authority» within the meaning of that provision. The Complaints Division was under the authority of the Ministry of Defence and did not therefore afford the necessary guarantees of independence; the Constitutional Court had not examined the merits of the applicant's complaint.
55. Like the Commission and the Government, the Court notes that, under Article 144 of the Constitution, the Constitutional Court is competent to hear complaints of servicemen alleging a violation of their right to freedom of expression (see paragraph 21 above).
It is true that in this instance the Constitutional Court declined to entertain Mr Gubi's complaint (see paragraph 13 above). However, the effectiveness of a remedy for the purposes of Article 13 (art. 13) does not depend on the certainty of a favourable outcome (see, among other authorities, the Costello-Roberts judgment, cited above, p. 62, para. 40). The second applicant consequently had available to him a remedy satisfying the requirements of that provision.
It is not therefore necessary for the Court to consider whether the Complaints Division constitutes a «national authority» within the meaning of Aof Article 13 (art. 13).
III. Alleged violation of Article 14 of the Convention taken in conjunction with Article 10 (art. 14 + 10)
56. The applicants complained finally that they had each been the victim of a breach of Article 14 of the Convention taken in conjunction with Article 10 (art. 14 + 10). The violation of their right to freedom of expression amounted to discrimination on political grounds.
Having regard to its conclusions concerning Article 10 (art. 10), the Court does not consider it necessary to rule on this complaint.
IV. Application of Article 50 (art. 50) of the Convention
57. Under Article 50 (art. 50) of the Convention,
«If the Court finds that a decision or a measure taken by a legal authority or any other authority of a High Contracting Party is completely or partially in conflict with the obligations arising from the... Convention, and if the internal law of the said Party allows only partial reparation to be made for the consequences of this decision or measure, the decision of the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
1. Pecuniary damage
58. The VDSÖ claimed 14,800,000 Austrian schillings (ATS) for pecuniary damage. This sum represented the amount that the Ministry of Defence would have had to pay the association if it had decided to buy and distribute der Igel from 27 July 1987, the date of the association's request (see paragraph 8 above).
59. The Court agrees with the Delegate of the Commission that the violation of Article 10 (art. 10) derives not from the failure to pay the VDSÖ but solely from the refusal of the military authorities to distribute der Igel. The claim is accordingly unfounded.
2. Non-pecuniary damage
60. The VDSÖ and Mr Gubi claimed in addition compensation for non-pecuniary damage in an amount which they left to the discretion of the Court.
61. The Delegate of the Commission supported this claim.
62. Like the Government, who pointed out that der Igel ceased publication in 1988, the Court considers that the present judgment affords the applicants sufficient just satisfaction for any non-pecuniary damage that they may have suffered.
B. Costs and expenses
63. The applicants claimed a total of ATS 360,952.34 for costs and expenses: ATS 113,267.56 for the proceedings before the national authorities and ATS 247,684.78 for those before the Convention institutions.
64. The Government agreed to pay ATS 110,000.
65. Having regard to the criteria laid down in its case-law and making an assessment on an equitable basis, the Court awards the applicants ATS 180,000 in respect of all their costs and expenses.
FOR THESE REASONS, THE COURT
1. Holds by six votes to three that there has been a breach of Article 10 (art. 10) of the Convention in respect of the first applicant;
2. Holds by eight votes to one that there has been a breach of Article 10 (art. 10) of the Convention in respect of the second applicant;
3. Holds by six votes to three that there has been a breach of Article 13 (art. 13) of the Convention in respect of the first applicant;
4. Holds unanimously that there has been no breach of Article 13 (art. 13) of the Convention in respect of the second applicant;
5. Holds unanimously that it is not necessary to consider whether there has been a breach of Article 14 of the Convention taken in conjunction with Article 10 (art. 14 + 10);
6. Holds unanimously that the present judgment constitutes in itself sufficient just satisfaction for the alleged non-pecuniary damage;
7. Holds unanimously that the respondent State is to pay the applicants, within three months, 180,000 (one hundred and eighty thousand) Austrian schillings for costs and expenses;
8. Dismisses unanimously the remainder of the claim for just satisfaction.
Done in English and in French, and delivered at a public hearing in the Human Rights Building, Strasbourg, on 19 December 1994.
In accordance with Article 51 para. 2 (art. 51-2) of the Convention and Rule 53 para. 2 of Rules of Court A, the following separate opinions are annexed to this judgment:
(a) dissenting opinion of Mr Thór Vilhjálmsson ;
(b) partly dissenting opinion of Mr Matscher, joined by Mr Bernhardt.
DISSENTING OPINION OF JUDGE VILHJÁLMSSON THÓR
In this case I have not found a violation of Article 10 (art. 10) of the Convention, or of Article 13 (art. 13).
With regard to the first applicant, I agree with the opinion of Mr Matscher joined by Mr Bernhardt.
In respect of the second applicant, Mr Gubi, I would make the following remarks:
In paragraph 36 of the judgment the Court makes what appears to me to be the obvious point that «the proper functioning of the army is hardly imaginable without legal rules designed to prevent servicemen from undermining military discipline...». Certain restrictions were undoubtedly imposed on Mr Gubi when he was ordered by an officer to stop distributing the magazine der Igel in his barracks. However, these restrictions were limited to his conduct within the barracks. They did not affect the distribution of this publication in any other way. Applying the principle of proportionality, I have, unlike the Court, found that the Austrian officer acted within the permissible boundaries of Article 10 (art. 10) in issuing the said order to Mr Gubi.
PARTLY DISSENTING OPINION OF JUDGE MATSCHER, JOINED BY JUDGE BERNHARDT
I agree with the finding of a violation as regards the second applicant but not as regards the first applicant.
The latter complained that there had been a violation of Article 10 (art. 10) of the Convention on account of the refusal of the Minister for Defence to include the magazine der Igel in the list of periodicals distributed by the army. Article 10 (art. 10) protects the freedom of expression and information but does not guarantee publications a right to be distributed by the public authorities. The «official» distribution of the journal in question would have amounted in a way to identifying at least implicitly with the content of the magazine, which, in my view, the relevant military authorities could not be expected to do.
It was, moreover, entirely open to the conscripts who were interested in reading the magazine to subscribe to it, to have it mailed to them privately or to buy it when they went outside the barracks, which they did virtually every day, and bring it back to the barracks. In addition, the first applicant could send the magazine free of charge to the conscripts either at the barracks or at their private address. The requirements of Article 10 (art. 10) were in this manner fully complied with in relation to the applicant association.
In these circumstances, as regards the first applicant there was no interference with the right protected under Article 10 (art. 10); it follows that there could likewise be no breach of Article 13 (art. 13) in relation to it.