Постановление ЕСПЧ от 30.11.2006
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 30.11.2006. 10833/03. 30.11.2006. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1083303
«Дело „Шитиков (Shitikov) против Российской Федерации“ (жалоба № 10833/03) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <1>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ШИТИКОВ (SHITIKOV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» <1>
(Жалоба № 10833/03)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ <2>
<1> Перевод с английского ООО «Развитие правовых систем».
<2> Настоящее Постановление вступило в силу 28 февраля 2007 г. в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции (примеч. редактора).
По делу «Шитиков против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:
Христоса Розакиса, Председателя Палаты Суда,
а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда,
рассмотрев дело в закрытом заседании 9 ноября 2006 г.,
вынес в указанный день следующее Постановление:
1. Дело было инициировано жалобой (N 10833/03), поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином Российской Федерации Валерием Ивановичем Шитиковым (далее — заявитель) 20 февраля 2003 г.
2. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым.
3. 28 февраля 2005 г. Европейский Суд коммуницировал жалобу властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский Суд принял решение о рассмотрении жалобы по существу одновременно с рассмотрением вопроса о ее приемлемости.
4. Заявитель родился в 1945 году и проживает в с. Хреновое Воронежской области.
5. 11 сентября 2002 г. мировой судья судебного участка № 1 Бобровского района Воронежской области удовлетворил гражданский иск заявителя и его жены к Администрации Воронежской области и присудил им 3 026,24 российского рубля (примерно 100 евро). Судебное решение не было обжаловано и вступило в законную силу.
6. Было возбуждено исполнительное производство, но судебное решение исполнено не было, поскольку у Администрации Воронежской области отсутствовали необходимые денежные средства.
7. 29 апреля 2005 г. Управление трудовых отношений и социального развития Администрации Бобровского района Воронежской области <3> перевело 3 026,24 российского рубля на банковский счет жены заявителя. По информации властей Российской Федерации, в тот же день заявителю было выплачено еще 3 026,24 российского рубля в качестве индексации присужденной судебным решением суммы с учетом инфляции.
<3> Так в тексте (примеч. переводчика).
8. Ссылаясь на статьи 3 и 17 Конвенции и статью 1 Протокола № 1 к Конвенции, заявитель обжаловал неисполнение судебного решения от 11 сентября 2002 г. в надлежащий срок. Европейский Суд полагает, что эта жалоба должна быть рассмотрена в соответствии с пунктом 1 статьи 6 и статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против Российской Федерации» (Burdov v. Russia) от 7 мая 2002 г., жалоба № 59498/00 <4>, ECHR 2002-III, § 26). В части, применимой к настоящему делу, указанные положения Конвенции звучат следующим образом:
<4> См.: Путеводитель по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2002 год (примеч. редактора).
Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела в разумный срок... судом...
Статья 1 Протокола № 1
Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права...».
9. Власти Российской Федерации сообщили Европейскому Суду, что Администрация Бобровского района Воронежской области предприняла попытку заключения мирового соглашения, от которого заявитель отказался. Власти Российской Федерации указали, что администрация Бобровского района Воронежской области исполнила судебное решение от 11 сентября 2002 г., а также выплатила заявителю еще 3 026,24 российского рубля, что, учитывая инфляцию, составляло 100% от присужденной заявителю ранее суммы. Власти Российской Федерации представили Европейскому Суду копию платежного поручения от 29 апреля 2006 г. № 175, согласно которому Администрация Бобровского района Воронежской области поручила банку перевести 3 026,24 российского рубля на счет согласно «приложенному списку». Власти Российской Федерации представили копию этого списка, из которого следовало, что 3 026,24 российского рубля были переведены на банковский счет жены заявителя. Ссылаясь на выводы в Решении Европейского Суда по делу «Алексенцева и другие против Российской Федерации» (Aleksentseva and Others v. Russia) от 4 сентября 2003 г., жалоба № 75025/01 et seq <1>, власти Российской Федерации предложили Европейскому Суду прекратить производство по данному делу на основании статьи 37 Конвенции.
<1> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2008. № 6 (примеч. редактора).
10. Заявитель не согласился с властями Российской Федерации и настаивал на своих жалобах. Он утверждал, что Администрация Бобровского района Воронежской исполнила только судебное решение от 11 сентября 2002 г. Ни он, ни его жена не получили какой-либо суммы индексации присужденной судебным решением суммы для компенсации обесценивания денежных средств.
11. Во-первых, Европейский Суд отмечает, что стороны не смогли договориться относительно условий мирового соглашения в настоящем деле. Хотя при определенных обстоятельствах производство по жалобе действительно может быть прекращено Европейским Судом на основании подпункта «c» пункта 1 статьи 37 Конвенции вследствие одностороннего заявления властей государства-ответчика, даже если заявитель желает продолжать разбирательство, эта процедура, как таковая, не предназначена для того, чтобы обойти противодействие со стороны заявителя заключению мирового соглашения (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Тахсин Аджар против Турции» (предварительный вопрос) (Tahsin Acar v. Turkey) (preliminary issue), жалоба № 26307/95, ECHR 2003-VI, § 76; и Постановление Европейского Суда по делу «Андросов против Российской Федерации» (Androsov v. Russia) от 6 октября 2005 г., жалоба № 63973/00 <2>, § 44).
<2> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2008. № 1 (примеч. редактора).
12. Более того, следует проводить различие между, с одной стороны, заявлениями, сделанными в рамках строго конфиденциальной процедуры заключения мирового соглашения (пункт 2 статьи 38 Конвенции и пункт 2 правила 62 Регламента Европейского Суда), и, с другой стороны, односторонними заявлениями властей государства-ответчика в рамках публичного и состязательного процесса по жалобе.
13. Исходя из фактических обстоятельств дела, Европейский Суд отмечает, что власти Российской Федерации не представили какого-либо официального заявления, которое бы относилось ко второй из вышеупомянутых категорий, а также не представили оснований полагать, что принцип соблюдения прав человека, как он определен в Конвенции, не требует от Европейского Суда дальнейшего рассмотрения дела по существу (см. для сравнения Постановление Европейского Суда по делу «Акман против Турции» (Akman v. Turkey), жалоба № 37453/97, ECHR 2001-VI, §§ 23 — 24).
14. Что касается довода властей Российской Федерации о том, что рассматриваемое судебное решение уже исполнено, Европейский Суд полагает, что один только факт, что власти исполнили судебное решение со значительным опозданием, не может рассматриваться в данном случае как обстоятельство, автоматически лишающее заявителя статуса жертвы согласно Конвенции (см., e. g., Постановление Европейского Суда по делу «Петрушко против Российской Федерации» (Petrushko v. Russia) от 24 февраля 2005 г., жалоба № 36494/02 <3>, § 16).
<3> См.: там же. 2005. № 9 (примеч. редактора).
15. Что касается довода властей государства-ответчика о том, что в дополнение к присужденной решением суда Российской Федерации сумме заявитель получил компенсацию в размере 100 процентов от суммы судебного решения, Европейский Суд отмечает, что из приложенных к меморандуму властей Российской Федерации документов следует, что 29 апреля 2006 г. администрация Воронежской области дала банку указания перевести 3 026,24 российского рубля на некий банковский счет, чей владелец был указан в прилагаемом списке. Согласно копии списка деньги были переведены на счет жены заявителя. Отсутствуют доказательства того, что заявителю и/или его жене были сделаны какие-либо еще выплаты, за исключением суммы, присужденной решением суда.
16. В свете вышеизложенного Европейский Суд отклоняет ходатайство властей Российской Федерации о прекращении Европейским Судом производства по данному делу на основании статьи 37 Конвенции.
17. Европейский Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Европейский Суд также отмечает, что жалоба не является неприемлемой для рассмотрения по существу по каким-либо иным основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
18. Власти Российской Федерации утверждали, что долг заявителю был полностью выплачен в апреле 2006 г.
19. Заявитель настаивал на своей жалобе.
20. Европейский Суд отмечает, что 11 сентября 2002 г. в пользу заявителя и его жены было вынесено судебное решение, согласно которому Администрация Воронежской области должна была выплатить истцам определенную денежную сумму. Судебное решение обжаловано не было, вступило в законную силу и подлежало исполнению. Однако оно было исполнено только 29 апреля 2006 г. Следовательно, судебное решение от 11 сентября 2002 г. оставалось неисполненным на протяжении примерно трех лет и семи месяцев.
21. Европейский Суд неоднократно устанавливал нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в делах, затрагивающих вопросы, аналогичные поднятым в настоящем деле (см. Постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против Российской Федерации» (Burdov v. Russia) от 7 мая 2002 г., жалоба № 59498/00 <1>, ECHR 2002-III, § 35; Постановление Европейского Суда по делу «Вассерман против Российской Федерации» (Wasserman v. Russia) от 18 ноября 2004 г., жалоба № 15021/02 <2>, § 35 et seq.; и Постановление Европейского Суда по делу «Герасимова против Российской Федерации» (Gerasimova v. Russia) от 13 октября 2005 г., жалоба № 24669/02 <3>, § 17 et seq.).
<1> См.: Путеводитель по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2002 год (примеч. редактора).
<2> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2005. № 6 (примеч. редактора).
<3> См.: Постановление Европейского Суда по делу «Герасимова против Российской Федерации» (Gerasimova v. Russia) (примеч. редактора).
22. Рассмотрев представленные ему материалы, Европейский Суд отмечает, что власти Российской Федерации не привели каких-либо фактов или доводов, которые могли бы убедить Суд прийти к иному выводу в настоящем деле. Принимая во внимание прецедентную практику по данной теме, Европейский Суд полагает, что, не исполняя на протяжении более 43 месяцев вынесенное в пользу заявителя вступившее в законную силу и подлежащее исполнению судебное решение, власти Российской Федерации вмешались в саму суть права заявителя на доступ к суду и помешали заявителю получить денежные средства, которые он мог разумно ожидать получить.
23. Следовательно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
IV. Применение статьи 41 Конвенции
24. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
25. Заявитель требовал в качестве компенсации материального ущерба выплатить ему присужденные решением суда Российской Федерации 3 026,24 российского рубля, умноженные в два или три раза. Он также потребовал выплаты 90 000 российских рублей в качестве компенсации морального вреда.
26. Власти Российской Федерации утверждали, что требования заявителя не подлежали удовлетворению и что Европейский Суд должен прекратить производство по делу, поскольку заявитель отклонил предложение о заключении мирового соглашения.
27. Европейский Суд не считает необходимым рассматривать ходатайство властей Российской Федерации о прекращении производства по делу по этому основанию, поскольку он уже рассмотрел это требование и отклонил его (см. выше §§ 9 - 16).
28. Европейский Суд повторяет, что в настоящем деле он установил нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в связи с тем, что присужденная заявителю сумма не была выплачена ему в надлежащий срок. Европейский Суд напоминает, что адекватность компенсации может быть поставлена под вопрос, если она выплачивается без учета различных обстоятельств, способных уменьшить стоимость компенсации, таких как длительная невыплата денежных средств (см. Постановление Европейского Суда по делу «Гиззатова против Российской Федерации» (Gizzatova v. Russia) от 13 января 2005 г., жалоба № 5124/03 <4>, § 28; Постановление Европейского Суда по делу «Метаксас против Греции» (Metaxas v. Greece) от 27 мая 2004 г., жалоба № 8415/02, § 36). В этом отношении Европейский Суд отмечает, что заявитель не обосновал свои требования о компенсации материального ущерба. В то же время власти Российской Федерации назвали сумму в 3 026,24 российского рубля достаточной компенсацией задолженности по судебному решению, учитывая период неисполнения. Принимая во внимание представленные ему материалы, а также тот факт, что власти государства-ответчика находятся в лучшем положении и обладают лучшими средствами для оценки и применения метода расчета инфляционных расходов, Европейский Суд присуждает заявителю 3 026,24 российского рубля в качестве компенсации материального ущерба плюс любой налог, который может быть взыскан с этой суммы.
<4> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2005. № 7 (примеч. редактора).
29. Европейский Суд также полагает, что заявитель испытал страдания и разочарование вследствие неисполнения властями Российской Федерации вынесенного в пользу заявителя судебного решения. Европейский Суд принимает во внимание соответствующие аспекты, такие как длительность исполнительного производства и характер компенсации, и, принимая решение на основании принципа справедливости, присуждает заявителю 500 евро в качестве компенсации морального вреда плюс любой налог, который может быть взыскан с этой суммы.
30. Заявитель не выдвинул требования компенсации судебных расходов и издержек, понесенных при рассмотрении его дела судами Российской Федерации и Европейским Судом.
31. Следовательно, Европейский Суд не присуждает какой-либо компенсации по данному пункту.
C. Процентная ставка при просрочке платежа
32. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процентных пункта.
(a) что власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю следующие суммы:
(i) 3 026,24 (три тысячи двадцать шесть рублей двадцать четыре копейки) российского рубля в качестве компенсации материального ущерба;
(ii) 500 (пятьсот) евро в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в российские рубли по курсу на дату выплаты;
(iii) любой налог, который может быть взыскан с указанных сумм;
(b) что с момента истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты компенсации на данные суммы начисляются проценты в размере, равном предельной кредитной ставке Европейского центрального банка в течение периода просрочки, плюс три процентных пункта;
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 30 ноября 2006 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Европейского Суда.
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Shitikov v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
and Mr S. Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 9 November 2006,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
1. The case originated in an application (No. 10833/03) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a Russian national, Mr Valeriy Ivanovich Shitikov («the applicant»), on 20 February 2003.
2. The Russian Government («the Government») were represented by Mr P. Laptev, the Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. On 28 February 2005 the Court decided to give notice of the application to the Government. Under the provisions of Article 29 § 3 of the Convention, it decided to examine the merits of the application at the same time as its admissibility.
4. The applicant was born in 1945 and lives in the village of Khrenovoye in the Voronezh region.
5. On 11 September 2002 the Justice of the Peace of the 1st Court Circuit of the Bobrovskiy District of the Voronezh Region granted the applicant's and his wife's civil action against the Voronezh Regional Administration and awarded them 3,026.24 Russian roubles (RUR, approximately 100 euros). The judgment was not appealed against and became final.
6. Enforcement proceedings were instituted but the judgement was not enforced because the Regional Administration lacked necessary funds.
7. On 29 April 2005 the Bobrovskiy District Administration Division of Labour and Social Development transferred RUR 3,026.24 to the applicant's wife's bank account. According to the Government, on the same day the applicant was paid additional RUR 3,026.24 as an adjustment of the judgment award to take account of inflation.
8. The applicant complained under Articles 13 and 17 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 that the judgment of 11 September 2002 had not been enforced in good time. The Court considers that this complaint falls to be examined under Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 (see Burdov v. Russia, No. 59498/00, § 26, ECHR 2002-III). The relevant parts of these provisions read as follows:
«In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a fair... hearing within a reasonable time... by [a]... tribunal...»
«Every natural or legal person is entitled to the peaceful enjoyment of his possessions. No one shall be deprived of his possessions except in the public interest and subject to the conditions provided for by law and by the general principles of international law...»
9. The Government informed the Court that the Bobrovskiy District Administration had attempted to secure a friendly settlement which the applicant had refused. The Government indicated that the District Administration had enforced the judgment of 11 September 2002 and had also paid the applicant RUR 3,026.24, amounting to 100 percent adjustment of the judgment award, to take account of inflation. The Government provided the Court with a copy of payment order No. 175 of 29 April 2006, showing that the District Administration had instructed its bank to transfer RUR 3,026.24 to an account according to «attached lists». The Government included a copy of the list showing that RUR 3,026.24 had been credited to the applicant's wife's account. Referring to the Court's decision in the case of Aleksentseva and Others v. Russia (Nos. 75025/01 et seq., 4 September 2003), the Government invited the Court to strike the application out of its list of cases, in accordance with Article 37 of the Convention.
10. The applicant disagreed with the Government and maintained his complaints. He claimed that the District Administration had only enforced the judgment of 11 September 2002. Neither he nor his wife had received any adjustment of the judgment award to compensate the loss of its value.
11. The Court firstly observes that the parties were unable to agree on the terms of a friendly settlement of the case. Whilst under certain circumstances an application may indeed be struck out of the Court's list of cases under Article 37 § 1 (c) of the Convention on the basis of a unilateral declaration by the respondent Government even if the applicant wishes the examination of the case to be continued, this procedure is not, as such, intended to circumvent the applicant's opposition to a friendly settlement (see Tahsin Acar v. Turkey [GC], No. 26307/95, § 76, ECHR 2003; and Androsov v. Russia, No. 63973/00, § 44, 6 October 2005).
12. Moreover, a distinction must be drawn between, on the one hand, declarations made in the context of strictly confidential friendly settlement proceedings (Article 38 § 2 of the Convention and Rule 62 § 2 of the Rules of Court) and, on the other hand, unilateral declarations made by a respondent Government in public and adversarial proceedings before the Court.
13. On the facts, the Court observes that the Government failed to submit any formal statement capable of falling into that category and offering a sufficient basis for finding that respect for human rights as defined in the Convention does not require the Court to continue its examination of the case (see, by contrast, Akman v. Turkey (striking out), No. 37453/97, §§ 23 — 24, ECHR 2001-VI).
14. As regards the Government's argument that the judgment in question have already been enforced, the Court considers that the mere fact that the authorities complied with the judgments after a substantial delay cannot be viewed in this case as automatically depriving the applicant of his victim status under the Convention (see, e.g., Petrushko v. Russia, No. 36494/02, § 16, 24 February 2005).
15. As to the Government's argument that in addition to the judgment award the applicant received 100 percent adjustment of that award, the Court notes that as it appears from the documents included in the Government's memorandum, on 29 April 2006 the District Administration had instructed the bank to credit RUR 3,026.24 to a certain account whose holder had been indicated in the attached list. According to a copy of the list, that sum had been transferred to the applicant's wife's bank account. There is no evidence that any other payments, save for the judgment award, had been made to the applicant and/or his wife.
16. In the light of the above considerations, the Court rejects the Government's request to strike the application out under Article 37 of the Convention.
17. The Court notes that the complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
18. The Government claimed that the debt to the applicant had been fully paid in April 2006.
19. The applicant maintained his complaints.
20. The Court observes that on 11 September 2002 the applicant and his wife obtained a judgment in their favour by which they were to be paid a certain sum of money by the Voronezh Regional Administration. The judgment was not appealed against and became final and enforceable. However, it was only enforced on 29 April 2006. It follows that the judgment of 11 September 2002 remained without enforcement for approximately three years and seven months.
21. The Court has frequently found violations of Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 in cases raising issues similar to the ones in the present case (see Burdov v. Russia, No. 59498/00, § 35, ECHR 2002-III.; Wasserman v. Russia, No. 15021/02, § 35 et seq., 18 November 2004; and Gerasimova v. Russia, No. 24669/02, § 17 et seq., 13 October 2005).
22. Having examined the material submitted to it, the Court notes that the Government have not put forward any fact or argument capable of persuading it to reach a different conclusion in the present case. Having regard to its case-law on the subject, the Court finds that by failing for more than forty-three months to comply with the enforceable judgment in the applicant's favour the domestic authorities impaired the essence of his right to a court and prevented him from receiving the money he could reasonably have expected to receive.
23. There has accordingly been a violation of Article 6 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1.
II. Application of Article 41 of the Convention
24. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
25. The applicant claimed the increase of the judgement award of RUR 3,026.24 by two or three times in respect of pecuniary damage. He further claimed RUR 90,000 in respect of non-pecuniary damage.
26. The Government averred that the applicant's claims should not be granted and the Court should strike the application out of its list of cases because the applicant had turned down the friendly-settlement offer.
27. The Court does not consider it necessary to address the Government's request to strike the application out of the list of cases as it has already been examined and dismissed (see paragraphs 9 — 16 above).
28. The Court reiterates that in the present case it has found a violation of Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 in that the award in the applicant's favour had not been paid to him in good time. It recalls that the adequacy of the compensation would be diminished if it were to be paid without reference to various circumstances liable to reduce its value, such as an extended delay in enforcement (see Gizzatova v. Russia, No. 5124/03, § 28, 13 January 2005; Metaxas v. Greece, No. 8415/02, § 36, 27 May 2004). In this respect, the Court observes that the applicant did not substantiate his claim in respect of pecuniary damage. At the same time, the Government indicated the sum of RUR 3,026.24 as an appropriate adjustment of the judgment debt with the view to the period of non-enforcement. Having regard to the materials in its possession and the fact that the domestic authorities are better placed and equipped for assessment and application of a method of calculation of inflation losses, the Court awards the applicant RUR 3,026 in respect of pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable.
29. The Court further considers that the applicant must have suffered distress and frustration resulting from the State authorities' failure to enforce the judgment in his favour. The Court takes into account the relevant aspects, such as the length of the enforcement proceedings and the nature of the award, and making its assessment on an equitable basis, awards the applicant EUR 500 in respect of non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable on that amount.
30. The applicant did not make any claims for the costs and expenses incurred before the domestic courts and before the Court.
31. Accordingly, the Court does not award anything under this head.
C. Default interest
32. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
1. Declares the application admissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1;
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, the following amounts:
(i) RUR 3,026 (three thousand and twenty-six Russian roubles) in respect of pecuniary damage;
(ii) EUR 500 (five hundred euros) in respect of non-pecuniary damage, to be converted into Russian roubles at the rate applicable at the date of the settlement;
(iii) any tax that may be chargeable on the above amounts;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
4. Dismisses the remainder of the applicant's claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 30 November 2006, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.