Статья. «Правовые аспекты демографической проблемы в России»

(И. В. Силуянова, В. В. Яковлев)

(«Медицинское право», 2010, № 3)

«Медицинское право», 2010, № 3

Статья содержит пять конкретных предложений по совершенствованию правового регулирования искусственного прерывания беременности в России. Авторы считают одной из основных причин демографического кризиса существующее правовое регулирование аборта, которое не отвечает требованиям времени и особенностям современного положения в России.

Вопросы демографической политики всегда находятся в центре внимания политиков. Это находит свое отражение в том, что в каждом очередном Послании Президента РФ Федеральному Собранию рассматривается и дается оценка демографическому положению в стране. В условиях демографического кризиса в России в обществе сложился консенсус в понимании того, что преодоление демографического кризиса становится ключевой для всей страны проблемой.

Из трех основных составляющих демографического положения — показателей смертности, миграции населения и рождаемости — особое внимание было уделено программе стимулирования рождаемости. Президентом был предложен комплекс финансовых и административных мер поддержки молодых семей, женщин, материального стимулирования рождения второго ребенка. Однако для решения этой проблемы должны быть привлечены не только финансовые, но и другие возможные и доступные способы, в том числе меры правового порядка.

Возможность регулирования демографическими процессами на уровне государственно-правового контроля за рождаемостью была известна уже греческой цивилизации. Аристотель в «Политике» рекомендовал: «Пожалуй... должно поставить предел скорее для деторождения, нежели для собственности, так, чтобы не рождалось детей сверх какого-либо определенного числа. Это число можно было бы определить, считаясь со всякого рода случайностями, например с тем, что некоторые браки окажутся бездетными. Если же оставить этот вопрос без внимания, что и бывает в большей части государств, то это неизбежно приведет к обеднению граждан, а бедность — источник возмущений и преступлений» <*>. В IV-III вв. до н.э. демографический вопрос в Древней Греции решался ограничением рождения одного-двух детей в семье. Для Аристотеля основным средством строгого и обязательного соблюдения этой нормы был аборт. Он полагал: «Если же у состоящих в супружеском сожитии должен родиться ребенок сверх (этого) положенного числа, то следует прибегнуть к аборту, прежде чем у зародыша появится чувствительность и жизнь» <**>.

<*> Аристотель. Политика. Т. 4. М., 1984. С. 416-417.

<**> Там же. С. 624.

Нельзя не обратить внимание, что в центре внимания Аристотеля проблемы «перенаселения», в качестве основного средства решения которых он выбирает аборт. Не логично ли предположить, что в условиях недонаселения следует обратить внимание на механизмы государственно-правового регулирования производства абортов в стране с целью уменьшения их числа? Положение в государстве, с одной стороны, теряющем население катастрофическими темпами, с другой — законодательно никак не ограничивающем массового производства абортов, вряд ли можно определить как нормальное. Именно такая ситуация сложилась в России. С одной стороны, в стране фиксируется устойчивая тенденция падения рождаемости, с другой — не предпринимается никаких мер для ограничения самого большого в мире (от 1,5 до 7 миллионов в год!) производства абортов как основного фактора регулирования рождаемости.

За последние пять лет отечественные юристы все чаще поднимают вопросы о необходимости совершенствования конституционно-правового регулирования репродуктивных прав человека <*>.

<*> См.: Перевозчикова Е.В., Панкратова Е.А. Конституционное право на жизнь и правовой статус эмбриона человека // Медицинское право. 2006. № 2 (14). С. 16-22; Чернега К.А. Юридические аспекты права врача отказаться от производства абортов // Православие и проблемы биоэтики. Вып. 2. М., 2006. С. 79-84; Рубанова Н.А. Право человека на жизнь в законодательстве РФ: понятие, содержание, правовое регулирование: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Ростов-на-Дону, 2006; и др.

Наши предложения касаются ст. 36 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан (от 22 июля 1993 г. № 5487-1) <*>. Статья 36 называется «Искусственное прерывание беременности» и начинается с утверждения: «Каждая женщина имеет право самостоятельно решать вопрос о материнстве». В контексте данной статьи искусственное прерывание беременности рассматривается как право каждой женщины. На уровне общественного морально-этического сознания этот принцип равнозначен суждению: «Каждая женщина имеет право на детоубийство». Для традиционного морального сознания данный принцип является предельным выражением аморализма. Именно морально-этическая некорректность искусственного прерывания беременности веками сохраняла за абортом статус преступления «против жизни, против семьи и общественной нравственности» в законодательствах европейских государств. В Уголовном уложении России — с 1832 г. (первое издание) до революции 1917 г. — «изгнание плода» классифицируется как вид смертоубийства. Даже в СССР с 1937 по 1955 г. аборт был уголовно наказуемым действием <**>.

<*> Приводим полный текст: «Статья 36. Искусственное прерывание беременности. Каждая женщина имеет право самостоятельно решать вопрос о материнстве. Искусственное прерывание беременности проводится по желанию женщины при сроке беременности до 12 недель, по социальным показаниям — при сроке беременности до 22 недель, а при наличии медицинских показаний и согласии женщины — независимо от срока беременности. Искусственное прерывание беременности проводится в рамках программ обязательного медицинского страхования в учреждениях, получивших лицензию на указанный вид деятельности, врачами, имеющими специальную подготовку.»

Перечень медицинских показаний для искусственного прерывания беременности определяется Министерством здравоохранения Российской Федерации, а перечень социальных показаний — положением, утверждаемым Правительством Российской Федерации.

Незаконное проведение искусственного прерывания беременности влечет за собой уголовную ответственность, установленную законодательством Российской Федерации».

<**> УК РСФСР. Ст. 140 (а, б). Аборт. М.: Госюриздат, 1953. С. 45.

Учитывая принципиальную роль права, которое наряду с моральными принципами является основной формой регулирования поведения человека, мы предлагаем:

• принять новую редакцию ст. 36, исключив первую фразу «Каждая женщина имеет право самостоятельно решать вопрос о материнстве» и заменив ее на следующее положение: «Каждая женщина решает вопрос о материнстве после беседы с врачом и в соответствии со своими нравственными и религиозными убеждениями»;
• добавить в текст статьи положение, отражающее политику государства, терпящего убыль населения: «Врач при беседе должен исходить из презумпции деторождения, естественных законов природы». Это означает: 1) врач первой фразой должен предложить рожать; 2) врач не вправе принуждать беременную к проведению аборта;
• внести изменения во второй абзац данной статьи в целях ограничения доступности аборта. Это означает необходимость утвердить проведение искусственного прерывания беременности по желанию женщины при сроке беременности до 12 недель только в учреждениях государственной и муниципальной систем здравоохранения вне рамок обязательного медицинского страхования через систему предоставления платных медицинских услуг (ст. 50 Гражданского кодекса РФ). Это обеспечит право большинства налогоплательщиков, закрепленное в ст. 28 Конституции РФ, не финансировать действия, противоречащие их совести, нравственным чувствам и религиозным убеждениям;
• сократить перечень социальных показаний к искусственному прерыванию беременности с 4 <*> до 1 позиции: для беременностей после изнасилования;

<*> См.: Постановление Правительства Российской Федерации от 11 августа 2003 г. № 485 «О перечне социальных показаний для искусственного прерывания беременности» // Российская газета. 2003. 15 авг.

• легализовать право врача отказаться от производства абортов, закрепленное в п. 6 Декларации Всемирной медицинской ассоциации «О медицинских абортах» (Осло, 1983), согласно которому в том случае, «если личные убеждения не позволяют врачу сделать медицинский аборт, он должен перепоручить пациентку компетентному коллеге». Привести Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан в отношении свободы отказа от аборта в соответствие со ст. 28 Конституции РФ.

Мы против введения уголовной ответственности за аборт. В то же время мы считаем допустимым наряду с предложенными мерами рассмотреть и такую возможность, как исключение ст. 36 из Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан и переход к регулированию данной медицинской процедуры наравне с другими медицинскими процедурами нормативными ведомственными актами. Данная мера предотвратит правовой «пиар» превращения опасного с точки зрения медицины, преступного с точки зрения морали, катастрофического для государства и трагического для каждой женщины выбора в категорию ее неотъемлемых прав.

Перечисленные меры, безусловно, будут способствовать совершенствованию этической корректности российского медицинского права, что найдет свое отражение в изменении морального отношения в обществе к абортам, что, в свою очередь, рассматривается нами как важнейший этико-правовой фактор решения демографических проблем страны.

НИЛ  "Биоэтика и правовые

проблемы  здравоохранения" РГМУ

Подписано в печать

12.03.2010