Решение Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № АКПИ16-2

<Об отказе в удовлетворении заявления о признании частично недействующими приложений 1, 2 к Приказу Минприроды России от 29.10.2015 № 451>

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ от 24 марта 2016 г. № АКПИ16-2

Верховный Суд Российской Федерации в составе:

судьи Верховного Суда Российской Федерации Иваненко Ю.Г.,

при секретаре П.К.,

с участием прокурора Степановой Л.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Отделения международной неправительственной некоммерческой организации «Совет Гринпис» — ГРИНПИС о признании частично недействующими приложений 1, 2 к приказу Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 29 октября 2015 г. № 451 «О внесении изменений в Положение о Сочинском национальном парке, утвержденное приказом Минприроды России от 27 сентября 2013 г. № 411»,

приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации (далее — Минприроды России) от 29 октября 2015 г. № 451 (далее — Приказ от 29 октября 2015 г. № 451) внесены изменения в Положение о Сочинском национальном парке, утвержденное приказом Минприроды России от 27 сентября 2013 г. № 411 (далее — Положение). Согласно пунктам 1.3 и 1.4 данного приказа в его приложениях 1 и 2 соответственно приведены новые редакции приложений 1 и 2 к Положению, которые непосредственно содержат состав и описание границ функциональных зон Сочинского национального парка (приложение 1), карту-схему функционального зонирования территории Сочинского национального парка (приложение 2).

Изложенная в приложении 1 к Приказу от 29 октября 2015 г. № 451 новая редакция приложения 1 к Положению предусматривает, кроме прочего, изменения в виде исключения кварталов 92, 94, части кварталов 83, 83 — 85, 87, 88 Краснополянского участкового лесничества из особо охраняемой зоны и включения их в рекреационную зону; исключения кварталов 91, 93, 95, 96, 98 — 109, части квартала 97 Краснополянского участкового лесничества, кварталов 23, 37 — 39, части кварталов 34, 35, 36, 43 — 52 Аибгинского участкового лесничества из заповедной зоны и включения их в рекреационную зону; исключения квартала 71 Макопсинского участкового лесничества из территории национального парка в составе особо охраняемой зоны.

Новая редакция приложения 2 к этому же приказу соответственно отображает на карте-схеме функционального зонирования территории Сочинского национального парка кварталы 91 — 96, 98 — 109, часть кварталов 83, 83 — 85, 87, 88, 97 Краснополянского участкового лесничества, кварталы 23, 37 — 39, часть кварталов 34, 35, 36, 43 — 52 Аибгинского участкового лесничества в составе рекреационной зоны и не имеет отображения на карте-схеме функционального зонирования территории Сочинского национального парка квартала 71 Макопсинского участкового лесничества.

Нормативный правовой акт зарегистрирован 24 ноября 2015 г. в Министерстве юстиции Российской Федерации (далее — Минюст России), регистрационный номер 39813, опубликован 25 ноября 2015 г. на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru).

Отделение международной неправительственной некоммерческой организации «Совет Гринпис» — ГРИНПИС (далее — ОМННО «Совет Гринпис») обратилось в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании частично недействующими приложений 1, 2 к Приказу от 29 октября 2015 г. № 451, ссылаясь на то, что в оспариваемой части он противоречит абзацу двадцать третьему статьи 3, абзацам седьмому, восьмому, двенадцатому пункта 1 статьи 12, пункту 4 статьи 58, пункту 1 статьи 60 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды», статье 5, пункту 3 статьи 12, пункту 3 статьи 16 Федерального закона от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях», части второй статьи 24 Федерального закона от 24 апреля 1995 г. № 52-ФЗ «О животном мире», абзацу первому пункта 3 статьи 95 Земельного кодекса Российской Федерации, абзацу второму пункта 28 Положения о национальных природных парках Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 10 августа 1993 г. № 769. ОМННО «Совет Гринпис» просило признать недействующими приложение 1 к Приказу от 29 октября 2015 г. № 451 в части исключения кварталов 92, 94, части кварталов 83, 83 — 85, 87, 88 Краснополянского участкового лесничества из особо охраняемой зоны и включения их в рекреационную зону; исключения кварталов 91, 93, 95, 96, 98 — 109, части квартала 97 Краснополянского участкового лесничества, кварталов 23, 37 — 39, части кварталов 34, 35, 36, 43 — 52 Аибгинского участкового лесничества из заповедной зоны и включения их в рекреационную зону; исключения квартала 71 Макопсинского участкового лесничества из территории национального парка в составе особо охраняемой зоны; приложение 2 к этому же приказу в части отображения на карте-схеме функционального зонирования территории Сочинского национального парка кварталов 91 — 96, 98 — 109, части кварталов 83, 83 — 85, 87, 88, 97 Краснополянского участкового лесничества, кварталов 23, 37 — 39, части кварталов 34, 35, 36, 43 — 52 Аибгинского участкового лесничества как включенных в рекреационную зону; неотображения на карте-схеме функционального зонирования территории Сочинского национального парка квартала 71 Макопсинского участкового лесничества. Свое требование мотивировало тем, что оспариваемые нормативные положения нарушают его право как субъекта отношений в области охраны окружающей среды, а именно право участвовать в установленном порядке в принятии хозяйственных и иных решений, реализация которых может оказать негативное воздействие на окружающую среду, а также право граждан на пользование ресурсами национального парка как объекта общенационального достояния. По его мнению, перевод перечисленных территорий из заповедных и особо охраняемых зон в рекреационную зону допускает строительство линейных и иных объектов, связанных с осуществлением рекреационной деятельности, развитием физической культуры и спорта, размещением объектов туристской индустрии, допускает спортивную и любительскую охоту. Эти обстоятельства негативно отразятся на обитании в Сочинском национальном парке большого количества редких и исчезающих видов животных и растений, занесенных в Красную книгу Российской Федерации, сведения о которых размещены в тексте поданной в 2014 г. Российской Федерацией в Центр всемирного наследия ЮНЕСКО заявке (ре-номинации) на значительное изменение границ объекта всемирного наследия «Западный Кавказ».

В письменных возражениях на административное исковое заявление Минприроды России и Минюст России указали, что оспариваемый в части нормативный правовой акт издан уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и не противоречит законодательству Российской Федерации.

В судебном заседании представители ОМННО «Совет Гринпис» Б. и З. поддержали заявленное требование, дополнительно пояснив, что при издании оспариваемого приказа были нарушены конституционно-правовые основы деятельности Минприроды России по обеспечению государственной политики в области охраны окружающей среды, предусмотренные частью 2 статьи 4, частями 2 и 4 статьи 15, частью 1 статьи 16, пунктом «г» статьи 71, пунктом «в» части 1 статьи 114, статьей 115 Конституции Российской Федерации, статьями 2, 4, 18, 21, 23 Федерального конституционного закона от 17 декабря 1997 г. № 2-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации», пунктом 3, подпунктами 5.2, 5.16.7 Положения о Министерстве природных ресурсов и экологии Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29 мая 2008 г. № 404, а также такими актами стратегического характера, как Экологическая доктрина Российской Федерации, одобренная распоряжением Правительства Российской Федерации от 31 августа 2002 г. № 1225-р, Основы государственной политики в области экологического развития Российской Федерации на период до 2030 года, утвержденные Президентом Российской Федерации 30 апреля 2012 г., Стратегия национальной безопасности Российской Федерации, утвержденная Указом Президента Российской Федерации от 31 декабря 2015 г. № 683. Кроме того, при издании оспариваемого приказа не были соблюдены положения преамбулы и статей 1, 2, 8, 10, 14 Конвенции о биологическом разнообразии (Рио-де-Жанейро, 5 июня 1992 г.), статей 2, 4, 5, 11 Конвенции об охране всемирного культурного и природного наследия (Париж, 16 ноября 1972 г.).

Представители Минприроды России — И., П.М., Минюста России — Ч. административный иск не признали.

Выслушав объяснения представителей административного истца Б. и З., возражения представителей административных ответчиков Минприроды России — И., П.М., Минюста России — Ч., проверив оспариваемые нормативные положения на соответствие нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, исследовав представленные материалы, заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Степановой Л.Е., полагавшей необходимым в удовлетворении заявленного требования отказать, Верховный Суд Российской Федерации не находит оснований для удовлетворения административного искового заявления.

Отношения в области организации, охраны и использования особо охраняемых природных территорий в целях сохранения уникальных и типичных природных комплексов и объектов, достопримечательных природных образований, объектов растительного и животного мира, их генетического фонда, изучения естественных процессов в биосфере и контроля за изменением ее состояния, экологического воспитания населения регулируются Федеральным законом от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» (далее — Федеральный закон от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ), подпунктом «б» пункта 2 статьи 2 которого к категории особо охраняемых природных территорий отнесены национальные парки.

Пунктом 4 статьи 12 названного федерального закона определено, что положение о национальном парке утверждается федеральным органом исполнительной власти, в ведении которого он находится.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2008 г. № 2055-р, которым утвержден перечень особо охраняемых природных территорий федерального значения, находящихся в ведении Минприроды России, Сочинский национальный парк (Краснодарский край) передан в ведение Минприроды России.

Согласно подпунктам 5.2, 5.2.35 Положения о Министерстве природных ресурсов и экологии Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29 мая 2008 г. № 404, в редакции, действовавшей на день издания Приказа от 29 октября 2015 г. № 451, Минприроды России было наделено полномочиями по принятию нормативных правовых актов в установленной сфере деятельности, в том числе положения о национальных парках.

Сочинский национальный парк создан постановлением Совета Министров РСФСР от 5 мая 1983 г. № 214 «О создании Сочинского государственного природного национального парка», расположен на территориях муниципального образования город-курорт Сочи и Туапсинского района Краснодарского края. Границы парка утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 25 июня 2013 г. № 534 «О расширении территории Сочинского национального парка», согласно которому его площадь составляет 208 599,85 га.

Положение утверждено приказом Минприроды России от 27 сентября 2013 г. № 411 «Об утверждении Положения о Сочинском национальном парке» (далее — Приказ от 27 сентября 2013 г. № 411).

По смыслу вышеприведенных норм, изменения в нормативный правовой акт в установленной сфере деятельности вправе вносить орган, наделенный полномочиями по его принятию.

Таким образом, Приказ от 29 октября 2015 г. № 451, содержащий оспариваемые в части приложения 1 и 2, издан уполномоченным федеральным органом исполнительной власти на основании федерального закона и актов Правительства Российской Федерации, зарегистрирован и опубликован в установленном порядке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 12 Федерального закона от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ в границах национальных парков выделяются зоны, в которых природная среда сохраняется в естественном состоянии и запрещается осуществление любой не предусмотренной данным федеральным законом деятельности, и зоны, в которых ограничивается экономическая и иная деятельность в целях сохранения объектов природного и культурного наследия и их использования в рекреационных целях.

Пунктом 1 статьи 15 этого же федерального закона предусмотрено, что в целях установления режима национального парка осуществляется зонирование его территории с выделением:

а) заповедной зоны, которая предназначена для сохранения природной среды в естественном состоянии и в границах которой запрещается осуществление любой экономической деятельности;

б) особо охраняемой зоны, которая предназначена для сохранения природной среды в естественном состоянии и в границах которой допускаются проведение экскурсий, посещение такой зоны в целях познавательного туризма;

в) рекреационной зоны, которая предназначена для обеспечения и осуществления рекреационной деятельности, развития физической культуры и спорта, а также размещения объектов туристской индустрии, музеев и информационных центров;

г) зоны охраны объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, которая предназначена для сохранения указанных объектов и в границах которой допускается осуществление необходимой для их сохранения деятельности, а также рекреационной деятельности;

д) зоны хозяйственного назначения, в границах которой допускается осуществление деятельности, направленной на обеспечение функционирования федерального государственного бюджетного учреждения, осуществляющего управление национальным парком, и жизнедеятельности граждан, проживающих на территории национального парка;

е) зоны традиционного экстенсивного природопользования, которая предназначена для обеспечения жизнедеятельности коренных малочисленных народов Российской Федерации и в границах которой допускается осуществление традиционной хозяйственной деятельности и связанных с ней видов неистощительного природопользования.

Дифференцированный режим особой охраны (функциональное зонирование) национальных парков устанавливается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (пункт 5 статьи 15 Федерального закона от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ, пункты 6, 11 Положения о национальных природных парках Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 10 августа 1993 г. № 769).

Исключение кварталов 92, 94, части кварталов 83, 83 — 85, 87, 88 Краснополянского участкового лесничества из особо охраняемой зоны и включение их в рекреационную зону, а также исключение кварталов 91, 93, 95, 96, 98 — 109, части квартала 97 Краснополянского участкового лесничества, кварталов 23, 37 — 39, части кварталов 34, 35, 36, 43 — 52 Аибгинского участкового лесничества из заповедной зоны и включение их в рекреационную зону не противоречит приведенным выше законоположениям, которые не содержат запрета на изменение границ функционального зонирования, за исключением случаев уменьшения площадей заповедной и особо охраняемых зон.

В силу статьи 13 Федерального закона от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ к основным задачам, возлагаемым на национальные парки, относится не только сохранение природных комплексов, уникальных и эталонных природных участков и объектов, историко-культурных объектов, экологическое просвещение населения, разработка и внедрение научных методов охраны природы и экологического просвещения, осуществление государственного экологического мониторинга (государственного мониторинга окружающей среды), восстановление нарушенных природных и историко-культурных комплексов и объектов, но и создание условий для регулируемого туризма и отдыха (подпункт «г»).

Поэтому предполагаемое использование рекреационных зон национального парка, в том числе для регулируемого туризма и отдыха, соответствует требованиям закона и, вопреки доводам административного истца, не нарушает право граждан на пользование ресурсами национального парка как объекта общенационального достояния.

Хозяйственная и иная деятельность органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, юридических и физических лиц, оказывающая воздействие на окружающую среду, должна осуществляться на основе помимо прочего следующих принципов: обязательность участия в деятельности по охране окружающей среды органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, общественных объединений и некоммерческих организаций, юридических и физических лиц; участие граждан, общественных объединений и некоммерческих организаций в решении задач охраны окружающей среды (абзацы шестнадцатый и двадцать третий статьи 3 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды»).

Довод административного истца о нарушении таких принципов охраны окружающей среды нельзя признать правильным.

Как следует из материалов дела, при обсуждении проекта Приказа от 29 октября 2015 г. № 451, размещенного на едином портале раскрытия информации о подготовке федеральными органами исполнительной власти проектов нормативных правовых актов и результатах их общественного обсуждения (www.regulation.gov.ru), ОМННО «Совет Гринпис» 25 августа 2015 г. направило свои замечания и предложения, которые были рассмотрены.

При этом несогласие с результатами решения, принятого Минприроды России после предварительного общественного обсуждения проекта оспариваемого приказа, в том числе с участием административного истца, не означает нарушение названных выше принципов.

Оспариваемые нормативные положения не создают препятствий для участия ОМННО «Совет Гринпис» в деятельности по охране окружающей среды, решении задач охраны окружающей среды, а также для оказания содействия органам государственной власти Российской Федерации и иным органам в осуществлении мероприятий по организации, охране и использованию особо охраняемых природных территорий.

Это же относится и к реализации ОМННО «Совет Гринпис» прав общественных объединений и некоммерческих организаций в области охраны окружающей среды, закрепленных абзацами седьмым, восьмым, двенадцатым пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды»: участвовать в установленном порядке в принятии хозяйственных и иных решений, реализация которых может оказать негативное воздействие на окружающую среду, жизнь, здоровье и имущество граждан; обращаться в органы государственной власти Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления и иные организации с жалобами, заявлениями, исками и предложениями по вопросам, касающимся охраны окружающей среды, негативного воздействия на окружающую среду, и получать своевременные и обоснованные ответы; подавать в органы государственной власти Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, суд обращения об отмене решений о проектировании, размещении, строительстве, реконструкции, об эксплуатации объектов, хозяйственная и иная деятельность которых может оказать негативное воздействие на окружающую среду, об ограничении, о приостановлении и прекращении хозяйственной и иной деятельности, оказывающей негативное воздействие на окружающую среду.

Следовательно, доводы административного истца о нарушении его прав являются несостоятельными.

Предусмотренное Приказом от 29 октября 2015 г. № 451 изменение функционального назначения отдельных участков не привело к изменению как общей площади Сочинского национального парка (208 599,85 га), так и площадей заповедной зоны (63 974,2 га) и особо охраняемой зоны (35 869,2 га), определенных Приказом от 27 сентября 2013 г. № 411, что указывает на соблюдение Минприроды России требования пункта 11 статьи 15 Федерального закона от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ, согласно которому уменьшение площади заповедной зоны и площади особо охраняемой зоны не допускается.

Кроме того, независимо от установленного дифференцированного режима особой охраны на территориях национальных парков запрещается любая деятельность, которая может нанести ущерб природным комплексам и объектам растительного и животного мира, культурно-историческим объектам и которая противоречит целям и задачам национального парка (пункт 2 статьи 15 Федерального закона от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ), а также деятельность, ведущая к сокращению численности растений, животных и других организмов, относящихся к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и красные книги субъектов Российской Федерации, и ухудшающая среду их обитания (пункт 1 статьи 60 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ).

Аналогичные требования охраны редких и находящихся под угрозой исчезновения объектов животного мира закреплены и в части второй статьи 24 Федерального закона от 24 апреля 1995 г. № 52-ФЗ «О животном мире», согласно которой действия, которые могут привести к гибели, сокращению численности или нарушению среды обитания объектов животного мира, занесенных в Красные книги, не допускаются. Юридические лица и граждане, осуществляющие хозяйственную деятельность на территориях и акваториях, где обитают животные, занесенные в Красные книги, несут ответственность за сохранение и воспроизводство этих объектов животного мира в соответствии с законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

Любая хозяйственная деятельность, которая может оказать негативное воздействие на окружающую среду, обязывает осуществляющих ее лиц соблюдать соответствующие общеобязательные требования, включая сохранение объектов растительного и животного мира. Подобная деятельность на территории национального парка может являться предметом проверки соответствующих органов, осуществляющих управление или контрольные, надзорные функции в области охраны окружающей среды.

В связи с этим включение определенных кварталов лесничеств в рекреационную зону, в которых ограничивается экономическая и иная деятельность в целях сохранения объектов природного и культурного наследия, само по себе не означает, что выбранное распределение зон различного назначения негативно отразится на обитании в Сочинском национальном парке редких и исчезающих видов животных и растений, занесенных в красные книги. Приведенные в обоснование таких утверждений административным истцом сведения о видах и численности растений, животных и других организмов имеют отношение к территории Сочинского национального парка, а не исключительно к переведенным в рекреационную зону участкам.

Изъятие земель природно-заповедного фонда запрещается, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами (пункт 4 статьи 58 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ).

Согласно пункту 3 статьи 16 Федерального закона от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ запрещается изъятие или иное прекращение прав на земельные участки и лесные участки, предоставленные федеральным государственным бюджетным учреждениям, осуществляющим управление национальными парками, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами.

Абзацем первым пункта 3 статьи 95 Земельного кодекса Российской Федерации установлено, что в пределах земель особо охраняемых природных территорий изменение целевого назначения земельных участков или прекращение прав на землю для нужд, противоречащих их целевому назначению, не допускается.

Как усматривается из материалов дела, исключение квартала 71 Макопсинского участкового лесничества из числа участков особо охраняемой зоны Сочинского национального парка и его отображения на карте-схеме функционального зонирования территории Сочинского национального парка не означает, что в указанной части оспариваемый нормативный правовой акт противоречит приведенным законоположениям.

Применительно к этому необходимо признать обоснованными доводы возражений Минприроды России о том, что этот участок был указан в Приказе от 27 сентября 2013 г. № 411 ошибочно.

Так, согласно заключению кадастрового инженера от 22 марта 2016 г. № 17/16 по вопросу об определении местоположения лесного квартала 71 Макопсинского участкового лесничества Сочинского национального парка и его вхождения в границы Сочинского национального парка, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 25 июня 2013 г. № 534 «О расширении территории Сочинского национального парка», следует, что указанный квартал в Макопсинском участковом лесничестве не формировался и в состав данного лесничества не входил, границы парка, определенные в названном выше постановлении, не включают такой квартал и не могут его включать в связи с его отсутствием.

Соответственно, исправление Минприроды России выявленной в предыдущем приказе технической ошибки не связано с фактом какого-либо незаконного изъятия или иным прекращением прав на земельные участки и лесные участки для нужд, противоречащих их целевому назначению.

Утверждения административного истца о нецелесообразности принятых изменений со ссылкой на справку о природоохранной ценности особо охраняемых природных территорий сочинского региона (без даты и номера), подготовленную и подписанную различными лицами, на факт подачи Российской Федерацией в Центр всемирного наследия ЮНЕСКО заявки (ре-номинации) на значительное изменение границ объекта всемирного наследия «Западный Кавказ» не являются основанием для признания недействующими оспариваемых нормативных положений.

Проверяя полномочия органа (должностного лица), суды не вправе обсуждать вопрос о целесообразности принятия органом или должностным лицом оспариваемого акта, поскольку это относится к исключительной компетенции органов государственной власти Российской Федерации, ее субъектов, органов местного самоуправления и их должностных лиц (подпункт «а» пункта 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2007 г. № 48 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов полностью или в части»).

Вопреки утверждениям ОМННО «Совет Гринпис» оспариваемые в части приложения 1, 2 к Приказу от 29 октября 2015 г. № 451 не противоречат федеральным законам и иным нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, включая нормативные правовые акты в сфере стратегического планирования, на которые ссылается административный истец. Его доводы, основанные на предположениях о возможных в будущем нарушениях природоохранного и иного законодательства при осуществлении разрешенного вида деятельности на участках рекреационной зоны национального парка, также не являются основанием для вывода о противоречии оспариваемых нормативных предписаний указанным в административном исковом заявлении и дополнении к нему положениям Конституции Российской Федерации и международных договоров — Конвенции о биологическом разнообразии (Рио-де-Жанейро, 5 июня 1992 г.), Конвенции об охране всемирного культурного и природного наследия (Париж, 16 ноября 1972 г.).

Поскольку оспариваемые нормативные положения не противоречат федеральным законам или иным нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, не нарушают права административного истца или граждан, административное исковое заявление не подлежит удовлетворению согласно пункту 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 175 - 180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации

в удовлетворении административного искового заявления Отделения международной неправительственной некоммерческой организации «Совет Гринпис» — ГРИНПИС о признании частично недействующими приложений 1, 2 к приказу Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 29 октября 2015 г. № 451 «О внесении изменений в Положение о Сочинском национальном парке, утвержденное приказом Минприроды России от 27 сентября 2013 г. № 411» отказать.

Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

---