Решение ЕСПЧ от 03.06.2004

«По вопросу приемлемости жалобы № 67099/01 „Виктор Витальевич Солодюк (Viktor Vitalyevich Solodyuk) и Елизавета Николаевна Солодюк (Yelizaveta Nikolayevna Solodyuk) против Российской Федерации“ [рус., англ.]»

РЕШЕНИЕ

---

<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.

Европейский Суд по правам человека (Третья секция), заседая

3 июня 2004 г. в составе:

Г. Ресса, Председателя Палаты,

И. Кабрал Баррето,

Л. Кафлиша,

Р. Тюрмена,

К. Трайя,

А. Ковлера,

А. Гюлумян, судей,

а также при участии М. Виллиджера, заместителя Секретаря Секции Суда,

принимая во внимание указанную жалобу, поданную 22 февраля 2001 г.,

принимая во внимание доводы, представленные властями государства-ответчика, и ответы на них заявителя,

заседая за закрытыми дверями,

вынес следующее Решение:

ФАКТЫ

Заявители, Виктор Витальевич Солодюк и его жена Елизавета Николаевна Солодюк — граждане России, 1936 и 1937 годов рождения соответственно, проживают в г. Донецке Ростовской области. Власти Российской Федерации в Европейском Суде были представлены своим Уполномоченным при Европейском Суде по правам человека П. Лаптевым.

A. Обстоятельства дела

Заявители получают пенсию по старости. Согласно статье 120 Закона Российской Федерации «О государственных пенсиях в Российской Федерации» 1990 года пенсии выплачиваются в тот месяц, за который они начисляются. С июля по декабрь 1998 года и с января по апрель 1999 года заявители получали пенсию в размере примерно 439 и 355 рублей в месяц соответственно, причем в некоторые месяцы имели место задержки выплаты пенсии. В частности, пенсия за июнь 1998 года была выплачена 14 августа 1998 г.; за июль 1998 года — 6 ноября 1998 г.; за август 1998 года — 14 декабря 1998 г.; за сентябрь 1998 года — 15 января 1999 г.; за октябрь 1998 года — 9 февраля 1998 г.; за ноябрь 1998 года — 1 марта 1999 г.; за декабрь 1998 года — 25 марта 1999 г.; за январь 1999 года — 16 апреля 1999 г.; за февраль 1999 года — 18 июня 1999 г.; за март 1999 года — 26 июля 1999 г.; за апрель 1999 года — 27 августа 1999 г. По утверждениям заявителей, инфляция и девальвация рубля за это время привели к тому, что пенсии, выплаченные с задержками в несколько месяцев, утратили значительную часть своей цены к тому времени, как они были в действительности выплачены. Согласно информации Донецкого городского управления государственной статистики, полученной заявителями, инфляция по сравнению с другими месяцами в августе 1998 года достигла 2,7 процента, в сентябре 1998 года — 37,3 процента, в октябре 1998 года — 4,4 процента, в ноябре 1998 года — 4,8 процента, в декабре 1998 года — 10,2 процента, в январе 1999 года — 8,8 процента, в феврале 1999 года — 5,9 процента, в марте 1999 года — 3,4 процента, в апреле 1999 года — 3,8 процента. Согласно информации Центрального банка Российской Федерации официальный курс обмена российского рубля к доллару США был в июле — августе 1998 года примерно 6,2 рубля, в сентябре 1998 года — 9,3 рубля, в октябре и ноябре 1998 года — 15,8 рубля, в декабре 1998 года — 17,9 рубля, в январе 1999 года — 20,7 рубля, в феврале 1999 года — 22,8 рубля, в марте 1999 года — 22,9 рубля, в апреле 1999 года — 24,2 рубля.

В декабре 1999 года заявители подали исковое заявление в Донецкий городской суд Ростовской области в отношении задержек выплаты их пенсий. В частности, они требовали проведения индексации размера их пенсии в связи с инфляцией. Иск был подан против Пенсионного фонда Российской Федерации, ответственного за выплату им пенсии. 26 января 2000 г. Донецкий городской суд отказал заявителям в удовлетворении их иска на том основании, что он был предъявлен к ненадлежащему ответчику.

В феврале 2000 года заявители подали аналогичный иск против Управления социальной защиты населения г. Донецка, которое несло ответственность за расчет их пенсии. В ходе этого судебного разбирательства Управление социальной защиты населения г. Донецка заявило, что надлежащим ответчиком по делу является Пенсионный фонд Российской Федерации, а не Управление. Донецкий городской суд Ростовской области отклонил это заявление.

18 июля 2000 г. Донецкий городской суд Ростовской области оставил без удовлетворения иск заявителей против Управления социальной защиты населения г. Донецка. Суд подтвердил, что задержки при выплате пенсии имели место, но не установил вины Управления социальной защиты населения г. Донецка, которое своевременно осуществляло расчет пенсий. Донецкий городской суд пришел к выводу, что пенсии были выплачены позже, поскольку Пенсионный фонд Российской Федерации не осуществил финансирование этих выплат. Суд также счел, что заявители не подтвердили доказательствами свои требования в отношении ущерба, предположительно нанесенного им в результате задержек выплаты пенсий.

Заявители подали кассационную жалобу на судебное решение от 18 июля 2000 г. в Ростовский областной суд.

13 сентября 2000 г. Ростовский областной суд отклонил кассационную жалобу заявителей. Суд кассационной инстанции указал, что задержки при выплате пенсий имели место не по вине Управления социальной защиты населения г. Донецка, поскольку оно лишь производило выплаты по поступлении денежных средств из Пенсионного фонда Российской Федерации, который задержал перевод ответчику по делу денежных средств в необходимом объеме.

Впоследствии заявители безуспешно пытались возобновить пересмотр дела в порядке надзора. 13 апреля 2001 г. Ростовский областной суд отказал заявителям в пересмотре дела в порядке надзора.

B. Применимое национальное законодательство

1. Выплата пенсий

Пенсионерам выплачивается пенсия по старости на основании Закона Российской Федерации «О государственных пенсиях в Российской Федерации» 1990 года (далее — Закон о пенсиях).

Согласно этому Закону Пенсионный фонд Российской Федерации несет ответственность за финансирование выплачиваемых пенсий. Он получает денежные средства в виде отчислений от работодателей, граждан, а также в виде государственных бюджетных ассигнований. Пенсии назначаются и рассчитываются органами социальной защиты населения. Пенсии выплачиваются в тот месяц, на который они назначены.

В соответствии со статьей 123 указанного Закона если в результате невыплаты государством пенсии образуются задолженности, они должны быть выплачены независимо от срока задолженности.

Пенсии могут быть увеличены четыре раза за год в связи с увеличением среднего размера оплаты труда, определяемого Правительством Российской Федерации на основании статистических данных.

2. Надзорное производство как переходное средство правовой защиты

1 февраля 2003 г. вступил в силу новый Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации. Глава 41 указанного Кодекса, устанавливает новый порядок пересмотра в порядке надзора решений судов, вступивших в законную силу.

В соответствии с общим правилом, содержащимся в части второй статьи 376 указанного Кодекса надзорная жалоба может быть подана в соответствующий суд в срок один год с того момента, когда оспариваемое решение вступило в законную силу.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 января 2003 г. «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» предусматривает, что в отношении судебных решений, вынесенных до 1 февраля 2003 г., период подачи надзорной жалобы на такие решения отсчитывается с 1 февраля 2003 г.

СУТЬ ЖАЛОБЫ

Заявители жаловались, ссылаясь на статью 1 Протокола № 1 к Конвенции, на то, что государство не выплачивало им пенсии своевременно, что через суд они не смогли получить компенсации за нанесенный им ущерб и что национальное законодательство не предусматривает компенсации за задержки при выплате пенсий. В отношении невозможности взыскать нанесенный ущерб заявители также ссылались на Статью 6 Конвенции.

ПРАВО

1. Заявители жаловались на задержки при выплате им пенсии и на невозможность взыскать ущерб, причиненный в связи с этим. Они ссылались на статью 1 Протокола № 1 к Конвенции, который гласит:

«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.»

Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов».

Власти Российской Федерации утверждали, что, во-первых, задержки при выплате пенсий заявителям не могут рассматриваться как нарушение права собственности заявителей, поскольку статья 123 Закона о пенсиях предусматривает, что невыплаченные пенсии должны быть выплачены в любом случае в любое время. Во-вторых, в отношении утверждения заявителей о том, что пенсии, выплата которых была задержана, должны были быть увеличены в соответствии с инфляцией, власти Российской Федерации отметили, что государственные пенсии увеличивались четыре раза в год пропорционально увеличению средней заработной платы, определяемой Правительством Российской Федерации на основании данных государственной статистики. Иные увеличения размера государственных пенсий, в том числе по решению суда, невозможны.

Заявители утверждали, что задержки при выплате их пенсий имели место во время стремительной инфляции и девальвации российского рубля, что существенно подорвало покупательскую способность их пенсий. Заявители утверждали, что статья 123 Закона о пенсиях не легализует задержки при выплате пенсий, а лишь предусматривает выплату задержанных пенсий независимо от срока задержки.

Европейский Суд считает, что в свете доводов сторон данная часть жалобы поднимет сложные вопросы фактов и права в соответствии с Конвенцией, разрешение которых требует рассмотрения дела по существу. Таким образом, Европейский Суд пришел к выводу, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 Статьи 35 Конвенции. Иных оснований для объявления ее неприемлемой не установлено.

2. Далее заявители жаловались, ссылаясь на Статью 6 Конвенции, на невозможность взыскания ущерба, причиненного задержками при выплате их пенсий. Статья 6 Конвенции в части, применимой к настоящему делу, гласит:

«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое разбирательство дела... судом...».

Власти Российской Федерации указывали, что заявители не воспользовались правом подачи надзорной жалобы о пересмотре их дела в порядке надзора, предусмотренном статьей 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принятого в 2002 году, а также правом на обращение в прокуратуру, осуществляющую надзор за законностью. Задержанные пенсии были, очевидно, выплачены заявителям. В настоящее время пенсии выплачиваются своевременно. На основании этих соображений власти Российской Федерации пришли к выводу, что данная часть заявителей должна быть отклонена как явно необоснованная.

Заявители утверждали, что тот факт, что они не обратились в суд с надзорной жалобой или в прокуратуру, не относится к вопросу приемлемости их жалобы.

В той мере, в какой доводы властей Российской Федерации могут быть поняты как указывающие на неисчерпание заявителями внутренних средств правовой защиты, Европейский Суд отмечает, что на тот момент, когда решение суда первой инстанции по делу заявителей было оставлено без изменения судом кассационной инстанции, эффективных средств правовой защиты по его оспариванию не имелось (см. Решение Европейского Суда по делу «Тумилович против Российской Федерации» (Tumilovich v. Russia) от 22 июня 1999 г., жалоба № 47033/99). Лишь в силу введения нового переходного средства правовой защиты, установленного на основании Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации относительно введения в силу Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации 2002 года, заявители получили возможность оспорить в порядке надзора в соответствии с новым Кодексом решения, вынесенные по их делу. Такой новый способ обжалования не может рассматриваться как эффективное средство правовой защиты по смыслу пункта 1 Статьи 35 Конвенции (см. Решение Европейского Суда по делу «АО „Уралмаш“ против Российской Федерации» (AO Uralmash v. Russia) от 4 сентября 2003 г., жалоба № 13338/03). Таким образом, Европейский Суд отвергает данный довод властей Российской Федерации.

Что касается довода властей Российской Федерации о том, что заявители могли подать жалобу в прокуратуру, Европейский Суд точно так же не убежден, что такая жалоба может представлять собой эффективное средство правовой защиты в отношении жалобы заявителя на невозможность взыскания ущерба, причиненного задержками при выплате их пенсии, принимая во внимание дискреционный характер полномочий прокуратуры. В любом случае, от заявителя не требуется использование более чем одного способа устранения ущерба, если ему доступны несколько (см., например, Постановление Европейского Суда по делу «Эйри против Ирландии» (Airey v. Ireland) от 9 октября 1979 г., Series A, № 32, p. 12, § 23). Европейский Суд также отвергает этот довод властей Российской Федерации. Относительно довода властей Российской Федерации о том, что пенсии, выплата которых была задержана, были, очевидно, выплачены и что в настоящее время задержек при выплате пенсий не происходит, Европейский Суд полагает, что он не относится к рассматриваемой жалобе.

Европейский Суд считает, что в свете доводов сторон данная часть жалобы поднимет сложные вопросы фактов и права в соответствии с Конвенцией, разрешение которых требует рассмотрения дела по существу. Таким образом, Европейский Суд пришел к выводу, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 Статьи 35 Конвенции. Иных оснований для объявления ее неприемлемой не установлено.

объявил жалобу приемлемой, не предрешая дело по существу.

DECISION

The European Court of Human Rights (Third Section), sitting on 3 June 2004 as a Chamber composed of:

Mr G. Ress, President,

Mr I. Cabral Barreto,

Mr L. Caflisch,

Mr R. Türmen ,

Mr K. Traja,

Mr A. Kovler,

Mrs A. Gyulumyan, judges,

and Mr M. Villiger, Deputy Section Registrar,

Having regard to the above application lodged on 22 February 2001,

Having regard to the observations submitted by the respondent Government and the observations in reply submitted by the applicants,

Having deliberated, decides as follows:

THE FACTS

The applicants, Mr Viktor Vitalyevich Solodyuk and his wife Mrs Yelizaveta Nikolayevna Solodyuk, are Russian nationals, who were born in 1936 and 1937 respectively and live in Donetsk in the Rostov Region. The respondent Government were represented by Mr P. A. Laptev, the representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.

A. The circumstances of the case

The facts of the case, as submitted by the parties, may be summarised as follows.

The applicants receive old-age pensions. By Article 120 of the State Pensions Act 1990, pensions are payable in the month for which they are due. From June to December 1998 and from January to April 1999 the applicants received their pensions, totalling approximately 439 and 355 Russian Roubles (RUR) per month, several months in arrears. Namely, the pensions due for June 1998 were paid on 14 August 1998; for July 1998 on 6 November 1998; for August 1998 on 14 December 1998; for September 1998 on 15 January 1999; for October 1998 on 9 February 1999; for November 1998 on 1 March 1999; for December 1998 on 25 March 1999; for January 1999 on 16 April 1999; for February 1999 on 18 June 1999; for March 1999 on 26 July 1999 and for April 1999 on 27 August 1999. According to the applicants, inflation and a devaluation of the Russian Rouble during this period meant that pensions paid several months in arrears had lost a significant part of their value by the time they were paid. According to the information of the Donetsk Town Department of the State Statistics obtained by the applicants, inflation as compared with the previous month ran at 2.7% in August 1998, 37.3% in September 1998, 4.4% in October 1998, 4.8% in November 1998, 10.2% in December 1998, 8.8% in January 1999, 5.9% in February 1999, 3.4% in March 1999 and 3.8% in April 1999. According to the information of the Central Bank of the Russian Federation, the official exchange rate of the Russian Rouble to the US Dollar was approximately 6.2 in June — August 1998, 9.3 in September 1998, 15.8 in October and November 1998, 17.9 in December 1998, 20.7 in January 1998, 22.8 in February 1999, 22.9 in March 1999 and 24.2 in April 1999.

In December 1999 the applicants lodged an action for damages in respect of the delays in payment of their pensions with the Donetsk Town Court. In particular, they claimed index-linking of their pensions in line with inflation. The action was lodged against the Pension Fund which was in charge of the financing of pension payments. On 26 January 2000 the court refused to entertain the action on the ground that it had been lodged against the wrong respondent.

In February 2000 the applicants lodged an analogous action against the Social Security Authority, which was responsible for the calculation of pensions. During the proceedings, the Social Security Authority claimed that the proper respondent in the case was the Pension Fund and not the Authority. The court rejected this claim.

On 18 July 2000 the court dismissed the applicants' action against the Social Security Authority. The court confirmed that the delays in payment of the pensions had taken place but established no fault by the Social Security Authority which had calculated the pensions in time. The court found that the pensions had been paid late because the Pension Fund had failed to finance the payments. The court considered that the applicants had failed to substantiate their claims in respect of damage allegedly sustained as a result of the delays.

The applicants appealed.

On 13 September 2000 the Rostov Regional Court rejected the applicants' appeal. The appeal court stated that the delays were not the fault of the Social Security Authority because it only made payments upon receipt of funds from the Pension Fund, which delayed the transfer of appropriate funds to the respondent.

Subsequently, the applicants unsuccessfully tried to have the above proceedings re-examined by way of supervisory review. On 13 April 2001 the Rostov Regional Court refused to reopen the proceedings.

B. Relevant domestic law

1. Pension payments

Old-age pensioners are paid their pensions on the basis of the State Pensions Act of 1990.

Pursuant to the Act, the State Pension Fund is responsible for the financing of the payment of pensions. It derives resources from contributions of employers, citizens, and from State budgetary assignations. Pensions are granted and calculated by the Social Security Authority. Pensions are payable in the month for which they are due.

According to Article 123 of the Act, where pension debts form as a result of the State's failure to pay pensions, they remain due irrespective of their age.

Pensions are increased four times a year in line with the increase of average salary determined by the Government based on the state statistics data.

2. Supervisory review as a transitional remedy

On 1 February 2003 the new Code of Civil Procedure of the Russian Federation entered into force. Chapter 41 established a new procedure for the supervisory review of courts' decisions that have already entered into legal force.

According to a general rule in Article 376 § 2 of the Code, an application for supervisory review can be filed with a competent court within one year after the contested decision entered into legal force.

The Decree of the Plenum of the Supreme Court of 20 January 2003 on certain issues concerning the introduction of the Code on Civil Procedure provided that, in respect of courts' decisions made before 1 February 2003, the period for filing an application for supervisory review of such decisions is calculated from 1 February 2003.

COMPLAINTS

The applicants complained under Article 1 of Protocol No. 1 that the State failed to pay their pensions in time, that no damages could be obtained in this connection in court and that the domestic law did not provide for compensation for the delay in pension payments. In respect of the impossibility to claim damages they also relied on Article 6 of the Convention.

THE LAW

1. The applicants complained about delays in the payment of their pensions and the impossibility to claim damages in this connection. They relied on Article 1 of Protocol No. 1 which reads as follows:

«Every natural or legal person is entitled to the peaceful enjoyment of his possessions. No one shall be deprived of his possessions except in the public interest and subject to the conditions provided for by law and by the general principles of international law.»

The preceding provisions shall not, however, in any way impair the right of a State to enforce such laws as it deems necessary to control the use of property in accordance with the general interest or to secure the payment of taxes or other contributions or penalties.»

The Government submitted first that the delays in payment of pensions to the applicants cannot be considered as a violation of the applicants' property rights because Article 123 of the State Pensions Act of 1990 provides that overdue pensions can be paid at any time. Secondly, as to the applicants' claim that delayed pensions should have been increased to take account of inflation, the Government noted that state pensions were increased four times a year in line with the increase of average salary determined by the Government based on the state statistics data. No other index-linking of state pensions, including by a court decision, is possible.

The applicants argued that the delays in payment of their pensions took place during a time of rapid inflation and devaluation of the Russian Rouble, which significantly reduced the purchasing power of the pension. They contended that Article 123 of the State Pensions Act did not legalize the delay in pension payments but merely provided for the payment of pensions in arrears regardless of the period in arrears.

The Court considers, in the light of the parties' submissions, that the complaint raises serious issues of fact and law under the Convention, the determination of which requires an examination of the merits. The Court concludes therefore that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. No other ground for declaring it inadmissible has been established.

2. The applicants further complained under Article 6 of the Convention about the impossibility to claim damages for the delays in payment of their pensions. Article 6, in so far as relevant, provides as follows:

«1. In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a fair... hearing... by [a]... tribunal.......»

The Government pointed out that the applicants did not avail themselves of the right to lodge an application for supervisory review of the case according to Article 376 of the Code on Civil Procedure of 2002, as well as of the right of petition to the prosecutor's office, which supervised the enforcement of law. The delayed pensions were eventually paid to the applicants. At present pensions are paid in time. Based on the above considerations, the Government concluded that the complaint should be rejected as manifestly ill-founded.

The applicants submitted that the fact that they did not apply to supervisory review courts and the prosecutor's office was not relevant to the issue of admissibility of their complaint.

In so far as the Government's submission can be understood as implying the applicants' failure to exhaust domestic remedies, the Court notes that at the time the judgment in the applicants' case was upheld on appeal there were no effective remedies against it (see Tumilovich v. Russia (dec.), no. 47033/99, 22 June 1999). It was only by virtue of the introduction of a new transitional remedy provided for by the decree of the plenum of the Supreme Court of Russia concerning introduction of the Code on Civil Procedure of 2002 that the applicants were able to challenge, by way of supervisory review under the said new Code, the decisions taken in their case. Such a new avenue of appeal cannot be considered as an effective remedy within the meaning of Article 35 § 1 of the Convention (see AO «Uralmash» v. Russia (dec.), no. 13338/03, 4 September 2003). The Court therefore rejects this argument.

As regards the Government's argument that the applicants could have complained to the prosecutor's office, the Court, similarly, is not persuaded that such an appeal could have constituted an effective remedy for the applicants' complaint about the impossibility to claim damages for the delays in payment of their pensions, given the discretionary nature of the prosecutors' powers. In any event, an applicant is not required to try more than one avenue of redress when there are several available (see, for example, Airey v. Ireland, judgment of 9 October 1979, Series A no. 32, p. 12, § 23). The Court rejects this argument too. As to the Government's arguments that the delayed pensions were eventually paid and that there are no delays at present, the Court considers that they are irrelevant to the complaint at issue.

The Court considers, in the light of the parties' submissions, that the complaint raises serious issues of fact and law under the Convention, the determination of which requires an examination of the merits. The Court concludes therefore that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. No other ground for declaring it inadmissible has been established.

FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY

Declares the application admissible, without prejudging the merits of the case.

---