Решение ЕСПЧ от 18.10.2005
Актуально на 14.11.2026.
Как цитировать: Решение ЕСПЧ от 18.10.2005. 5446/03. 18.10.2005. https://bukva.ai/docs/reshenie-544603
«О приемлемости жалобы № 5446/03 дело „Стефан Лоран Перрен (Stephane Laurent Perrin) против Соединенного Королевства“»
[неофициальный перевод] <1>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
РЕШЕНИЕ О ПРИЕМЛЕМОСТИ ЖАЛОБЫ № 5446/03 «СТЕФАН ЛОРАН ПЕРРЕН (STEPHANE LAURENT PERRIN) ПРОТИВ СОЕДИНЕННОГО КОРОЛЕВСТВА» <1>
<1> Перевод с английского Е.Г. Кольцова.
По делу «Стефан Лоран Перрен против Соединенного Королевства» Европейский Суд по правам человека (Четвертая Секция), заседая 18 октября 2005 г. Палатой в составе:
Йозепа Касадеваля, Председателя Палаты,
а также при участии Майкла О'Бойла, Секретаря Секции Суда,
принимая во внимание указанную жалобу, поданную 3 февраля 2003 г.,
ФАКТЫ
Заявитель Стефан Лоран Перрен является гражданином Франции, 1971 года рождения, и проживает в г. Хоув (Hove) в Соединенном Королевстве. Интересы заявителя в Европейском Суде представлял Дж. Уэлч (J. Welch), адвокат, практикующий в г. Лондоне.
A. Обстоятельства дела
Обстоятельства дела, как они представлены сторонами, можно кратко изложить следующим образом.
25 октября 1999 г. сотрудник группы по борьбе с непристойными публикациями Службы столичной полиции (Obscene Publications Unit of the Metropolitan Police) в рамках выполнения своих должностных обязанностей воспользовался компьютером, установленным в полицейском участке на территории Соединенного Королевства, для просмотра интернет-сайта, найденного им в Интернете. При просмотре страницы этого сайта он обнаружил изображения людей, покрытых фекалиями, сцены актов копрофилии, копрофагии и гомосексуальной фелляции. Данная страница содержала ссылки для предварительного просмотра других материалов, полный доступ к которым можно было получить при оплате подписки. Любой желающий увидеть больше материалов подобного рода мог нажать на ссылку, обозначенную словами «подписка на наши лучшие непристойные сайты». Сотрудник полиции нажал на ссылку и заполнил поля для ввода информации о своем имени, адресе и кредитной карте. После этого ему был предоставлен доступ к следующей интернет-странице, на которой содержались аналогичные материалы. 12 ноября 1999 г. сотрудник полиции снова посетил интернет-сайт и просмотрел третью страницу.
Впоследствии заявитель был арестован и допрошен сотрудниками полиции по поводу его причастности к размещению интернет-сайтов. В своих показаниях заявитель сообщил, что интернет-сайт, просмотренный сотрудником полиции, поддерживался и контролировался компанией «Метрополь Ньюс Груп» (Metropole News Group), зарегистрированной в Соединенных Штатах Америки с соблюдением всех местных нормативных правовых актов. Заявитель являлся мажоритарным акционером этой компании.
Заявителю были предъявлены обвинения по трем эпизодам публикации непристойных статей в нарушение статьи 2 Закона 1959 года «О непристойных публикациях» (далее — Закон 1959 года). Эти три эпизода соответствовали трем просмотренным сотрудником полиции интернет-страницам.
Дело было передано на рассмотрение Саутуаркского коронного суда (Southwark Crown Court) в октябре 2000 года. С самого начала заявитель, действуя через своего адвоката, признал свою вину в публикации интернет-страниц, просмотренных сотрудником полиции. Перед присяжными был поставлен вопрос о том, были ли эти страницы непристойными по смыслу статьи 2 Закона 1959 года. Судья, рассматривавший дело, разъяснил присяжным заседателям смысл понятия «непристойный», содержащегося в пункте 1 статьи 1 Закона 1959 года (см. ниже).
16 октября 2000 г. заявитель был признан виновным в совершении первого эпизода, касавшегося страницы предварительного просмотра, и оправдан в отношении других двух эпизодов. 6 ноября 2000 г. заявителю было назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 30 месяцев.
Заявитель подал в Апелляционный суд ходатайство о предоставлении разрешения на подачу апелляционной жалобы на основании того, inter alia <1>, что вынесение ему обвинительного приговора является нарушением статьи 10 Конвенции. Заявитель утверждал, что имело место несоразмерное и не предусмотренное законом вмешательство в его право на свободное выражение своего мнения. Его основной довод состоял в том, что Закон 1959 года был недостаточно предсказуемым, поскольку основные действия по публикации интернет-страниц совершались за пределами территории Соединенного Королевства. По его мнению, суды Соединенного Королевства вправе осуждать лишь за те действия по публикации интернет-страниц, которые совершались в пределах их юрисдикции. Он также утверждал, что статья 2 Закона 1959 года была недостаточно ясной. Что касается соразмерности вмешательства, заявитель подчеркнул, что в Интернете много аналогичных материалов и существуют более эффективные способы ограничения доступа, такие как саморегулирование, осуществляемое компаниями, работающими в данной индустрии, блокировка ресурса провайдерами и меры, принимаемые дома <2>.
<1> Inter alia (лат.) — в числе прочего (примеч. переводчика).
<2> Так в тексте. По-видимому, имеются в виду меры по ограничению доступа, принимаемые на уровне пользователей персональными компьютерами (примеч. переводчика).
22 марта 2002 г. Апелляционный суд отклонил апелляционную жалобу заявителя на решение о признании его виновным. Сославшись на Постановление Европейского Суда по делу «Хэндисайд против Соединенного Королевства» (Handyside v. United Kingdom) от 7 декабря 1976 г., Series A, № 24, § 44, и Решение Европейской комиссии по правам человека по делу «Хор против Соединенного Королевства» (Hoare v. United Kingdom) от 2 июля 1997 г., № 31211/96, Апелляционный суд признал, что статья 2 Закона 1959 года была достаточно ясной, чтобы можно было говорить о том, что рассматриваемое вмешательство было предусмотрено законом.
Что касается соразмерности вмешательства, Апелляционный суд рассмотрел прецедентную практику конвенционных органов и отметил, что в отношении судебных решений по делам об охране нравственности действует широкая свобода усмотрения. Апелляционный суд постановил, что вмешательство в право заявителя на свободное выражение своего мнения имело ограниченный характер, поскольку заявитель был признан виновным лишь по первому пункту обвинений. Апелляционный суд решил, что, даже если Закон 1959 года обеспечивал уязвимым лицам лишь ограниченную защиту, нет причин, по которым ответственное государство должно отказаться от этой защиты в пользу конкретного перечня средств правовой защиты, предложенного заявителем. Наконец, по вопросу юрисдикции Апелляционный суд отметил, что предположение заявителя о том, что вынесение обвинительного приговора возможно лишь за те основные действия по публикации материалов, которые совершались в месте, в отношении которого суд обладает юрисдикцией, противоречит целям, для защиты которых принимался закон, и стимулирует владельцев сайтов принимать меры для публикации материалов в странах, в которых невелика вероятность их преследования. Апелляционный суд сделал вывод, что рассматриваемое вмешательство было оправдано в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Конвенции.
Апелляционная жалоба заявителя на назначенное наказание также была отклонена, при этом Апелляционный суд указал следующее:
«Подчеркивается, что эти материалы еще надо было найти. Это, разумеется, так. Как согласился [представитель заявителя], материалы были доступны молодым людям, но им требовалось воспользоваться поиском. С другой стороны, это как раз такие материалы, которые некоторые молодые люди могут попытаться найти, находясь в одиночестве, и именно этих молодых людей, насколько это возможно, должен защищать закон. Существует, как подчеркивает [представитель заявителя], сложность со Всемирной паутиной, но именно в ней люди могут извлекать значительную прибыль...»
Наконец, отмечается, что, если рассмотреть другие прецеденты, назначаемые наказания были не столь велики, во всяком случае, когда преступление не касалось на первый взгляд детской порнографии. Это действительно так, но опять же опасность данного вида преступлений состоит в доступности материалов для молодых и уязвимых категорий лиц. При таких обстоятельствах мы полагаем, что с учетом того, что максимальное наказание, предусмотренное законом для этого преступления, составляет три года, судья принял правильное решение по делу, и мы не находим оснований для его изменения».
30 октября 2002 г. Палата лордов отказала в предоставлении заявителю разрешения на подачу апелляционной жалобы.
B. Соответствующее внутригосударственное законодательство
Закон 1959 года (в редакции Закона «О непристойных публикациях» (Obscene Publications Act) 1964 года, Закона «Об отправлении правосудия по уголовным делам» (Criminal Law Act) 1977 года, Закона «О кинематографе» (Cinema Act) 1985 года, Закона «О телевещании» (Broadcasting Act) 1990 года и Закона «Об уголовном правосудии и общественном порядке» (Criminal Justice and Public Order Act) 1994 года)) в соответствующих частях предусматривает:
«1. Определение непристойности»
(1) Для целей настоящего Закона статья считается непристойной, если эта статья или (если статья состоит из двух и более отдельных частей) любая из частей этой статьи, взятая в целом, развращает и совращает лиц, которые могут, учитывая все относящиеся к делу обстоятельства, прочитать, увидеть или услышать содержание этой статьи.
(2) В настоящем Законе под «статьей» понимается изложение в любой форме статьи, содержание которой может быть прочитано, просмотрено или прочитано и просмотрено одновременно, а также звукозапись, фильм или другое записанное изображение или изображения.
(3) Для целей настоящего Закона лицо признается опубликовавшим статью, если оно:
(a) распространяет, тиражирует, продает, сдает в аренду, передает безвозмездно или в долг, а равно предлагает ее для продажи или аренды,
(b) в случае, если речь идет о статье, содержание которой может быть просмотрено, или о записи, показывает, проигрывает или демонстрирует ее либо, если речь идет о данных, хранящихся в электронной форме, передает эти данные...
2. Запрещение публикации непристойных материалов
(1) С учетом нижеизложенных условий лицо, которое из корыстных побуждений или без таковых публикует статью непристойного содержания или которое располагает статьей непристойного содержания для публикации в целях извлечения прибыли (для себя или другого лица), наказывается:
...(b) на основании обвинительного приговора штрафом или лишением свободы на срок, не превышающий трех лет, или и штрафом, и лишением свободы одновременно...
4. Защита общественных интересов
(1) Принимая во внимание положения пункта (1a) настоящей статьи, [который касается видеозаписей и саундтреков], лицо не подлежит уголовной ответственности согласно статье 2 настоящего Закона, и ему не назначается штраф в соответствии с предшествующей статьей, если доказано, что публикация статьи оправдана в общественных интересах на основании того, что она служит интересам науки, литературы, искусства, образования или иным общественным интересам».
ЖАЛОБА
Ссылаясь на статью 10 Конвенции, заявитель жаловался на привлечение его к уголовной ответственности и назначение ему наказания за публикацию непристойной статьи на интернет-сайте. Заявитель утверждал, что данные меры представляли собой вмешательство в его право свободно выражать свое мнение, не были предусмотрены законом и/или не являлись необходимыми в демократическом обществе.
ПРАВО
Заявитель сослался на статью 10 Конвенции, которая в соответствующих частях предусматривает:
«1. Каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей...»
2. Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе... для охраны здоровья и нравственности, защиты... прав других лиц...».
A. Имело ли место вмешательство
Европейский Суд считает, что осуждение заявителя и назначение ему наказания на основании статьи 2 Закона 1959 года «О непристойных публикациях» с соответствующими изменениями представляет собой вмешательство в его право на свободное выражение своего мнения (см. для сравнения Постановление Европейского Суда от 5 ноября 2002 г. по делу «Мюллер против Швейцарии» ( Müller v. Switzerland), жалоба № 41202/98, § 28).
B. Было ли вмешательство предусмотрено законом
Заявитель утверждал, что статья 2 Закона 1959 года была недостаточно предсказуемой для того, чтобы рассматривать ее в качестве закона по смыслу пункта 2 статьи 10 Конвенции, поскольку основные действия по публикации были совершены на территории Соединенных Штатов Америки, на которой Закон 1959 года не применялся. По словам заявителя, ввиду глобального характера Интернета неразумно возлагать на владельцев сайтов обязанность предвидеть юридические последствия в каждом отдельном государстве, в котором имеется доступ к материалам, размещенным на соответствующем сайте. Заявитель полагал, что суды Соединенного Королевства вправе выносить обвинительные приговоры лишь за те действия по публикации интернет-страниц, которые совершались на территории, на которую распространялась их юрисдикция.
Заявитель также утверждал, что статья 2 Закона 1959 года была недостаточно ясной. Он обратил внимание на упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Мюллер против Швейцарии» в связи с тем, что законодательство Швейцарии, регулирующее вопросы непристойности, было разъяснено в ряде судебных решений, в то время как в Соединенном Королевстве решения принимались присяжными, и в этих решениях отсутствуют мотивы их принятия.
Европейский Суд напоминает, что в упоминавшемся выше Постановлении по делу «Мюллер против Швейцарии» он отмечал, что (в § 29):
«В соответствии с прецедентной практикой Европейского Суда „предсказуемость“ является одним из требований, следующих из формулировки „предусмотрены законом“, содержащейся в пункте 2 статьи 10 Конвенции. То или иное положение нельзя рассматривать в качестве „закона“, если оно сформулировано недостаточно ясно для того, чтобы каждый мог, в случае необходимости после надлежащей консультации, предвидеть в разумной степени с учетом обстоятельств последствия, которые может повлечь соответствующее деяние... Однако Европейский Суд уже подчеркивал невозможность достижения абсолютной ясности при формулировании законодательства особенно в сферах, в которых ситуация изменяется в зависимости от преобладающих в обществе убеждений... Необходимость избегать чрезмерной суровости и идти в ногу с изменяющимися обстоятельствами ведет к тому, что во многих законах неизбежно используются более или менее расплывчатые формулировки... Положения уголовного права, регулирующие вопросы непристойности, относятся к данной группе».
В настоящем деле Европейский Суд отмечает, что заявитель проживал на территории Соединенного Королевства. Как следствие, он не мог утверждать, что законодательство Соединенного Королевства было ему недоступно. Кроме того, он осуществлял профессиональную деятельность с использованием своего интернет-сайта, и, следовательно, от него можно было ожидать большей осторожности при занятии своей деятельностью, а также обращения к помощи юридических консультантов (см., например, Постановление Европейского Суда «Шови и другие против Франции» (Chauvy and Others v. France), жалоба № 64915/01, §§ 44 и 45, ECHR 2004-...).
Что касается второго замечания заявителя, Европейский Суд напоминает, что статья 2 Закона 1959 года ранее дважды была признана конвенционными органами соответствующей требованиям, следующим из формулировки «предусмотрены законом», содержащейся в пункте 2 статьи 10 Конвенции (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Хэндисайд против Соединенного Королевства» и упоминавшееся выше Решение Европейской комиссии по правам человека по делу «Хор против Соединенного Королевства»). Верно, что эти дела не касались публикации на интернет-сайте, но пункт 3 статьи 1 Закона 1959 года (с соответствующими изменениями) разъясняет, что закон применяется к передаче данных, хранящихся в электронной форме.
Кроме того, Европейский Суд отмечает, что пункт 1 статьи 1 Закона 1959 года уточняет определение «непристойность»: «статья считается непристойной, если эта статья... развращает и совращает лиц, которые могут, учитывая все относящиеся к делу обстоятельства, прочитать, увидеть или услышать содержание этой статьи».
Учитывая изложенное, нельзя утверждать, что рассматриваемый закон не обеспечивал заявителю достаточной защиты от произвольного вмешательства, поэтому Европейский Суд приходит к выводу, что оспариваемое вмешательство было «предусмотрено законом» по смыслу пункта 2 статьи 10 Конвенции.
C. Наличие правомерной цели
Заявитель не оспаривал, что вмешательство, как признает Европейский Суд, преследовало правомерные цели охраны нравственности и/или защиты прав других лиц.
D. Соразмерность
Европейский Суд напоминает соответствующие принципы, установленные в его прецедентной практике и изложенные в упоминавшемся выше Постановлении Европейского Суда по делу «Мюллер против Швейцарии» (§§ 32 — 35):
«...Европейский Суд последовательно отмечал, что в пункте 2 статьи 10 прилагательное „необходимый“ предполагает наличие „настоятельной общественной необходимости“...»
В этой связи Европейский Суд вынужден повторить, что свобода выражения своего мнения, гарантированная пунктом 1 статьи 10 Конвенции, представляет собой одно из существенных оснований демократического общества, одно из основных условий его прогресса и реализации индивидами своих способностей. При соблюдении условий, указанных в пункте 2 этой статьи Конвенции, свобода выражения мнения распространяется не только на «информацию» или «идеи», которые воспринимаются благосклонно или нейтрально либо рассматриваются как безобидные, но и на информацию и идеи, которые оскорбляют, шокируют или причиняют беспокойство государству или какой-либо группе населения. Таковы требования плюрализма, терпимости и либерализма, без которых не может быть «демократического общества» (см. Постановление Европейского Суда от 7 декабря 1976 г. по делу «Хэндисайд против Соединенного Королевства», Series A, № 24, p. 23, § 49)...
Сегодня, как и во время вынесения Постановления по делу «Хэндисайд против Соединенного Королевства»... невозможно определить среди многообразия правовых и социальных порядков Договаривающихся Сторон единую европейскую концепцию нравственности. Мнения относительно требований морали изменяются во времени и в пространстве, особенно в нашу эпоху, которую характеризует масштабная эволюция взглядов по данному вопросу. Вследствие прямого и непрерывного контакта с жизнеутверждающими силами своих государств внутригосударственные органы находятся в принципиально лучшем по сравнению с судьей международного органа положении, позволяющем выражать мнение о точном содержании данных требований, а также о «необходимости» «ограничения» или «наказания», которые должны отвечать этим требованиям...».
1. Осуждение
Заявитель утверждал, что его привлечение к уголовной ответственности являлось несоразмерной мерой. Во-первых, по его мнению, в данной сфере не должно быть широкой свободы усмотрения, поскольку это равносильно введению для владельцев интернет-сайтов стандартов нравственности, которые не рассматриваются как необходимые в обществе, в котором были совершены основные действия по публикации. Во-вторых, заявитель отметил, что преследование на основании статьи 2 Закона 1959 года вряд ли оказывает какое-либо значительное влияние на защиту нравственности, поскольку аналогичные материалы имеются на других сайтах. Заявитель провел аналогию с делом «Обсервер» и «Гардиан» против Соединенного Королевства» (Постановление Европейского Суда от 26 ноября 1991 г. по делу «Обсервер» и «Гардиан» против Соединенного Королевства» (Observer and Guardian v. United Kingdom), Series A, № 216), в котором Европейский Суд заключил, что более не было необходимости в судебном запрете, препятствующем публикации книги «Охотник за шпионами» («Spycatcher» <1>), поскольку информация уже находилась во всеобщем доступе. В-третьих, заявитель считал, что достижению рассматриваемых целей с большей эффективностью способствовали бы другие меры, например, программное обеспечение для родительского контроля, признание незаконным доступа к определенным интернет-сайтам, выдача интернет-провайдерам предписаний по блокировке доступа. В-четвертых, заявитель подчеркнул, что интернет-сайты редко открываются случайно.
<1> Так в тексте. По-видимому, имеется в виду книга Питера Райта (Peter Wright) «Охотник за шпионами: откровенная автобиография высокопоставленного сотрудника разведывательной службы» (Spycatcher: The Candid Autobiography of a Senior Intelligence Officer) (примеч. переводчика).
Что касается первого аргумента заявителя, то следует отметить, что признание распространения определенных изображений законным в некоторых государствах, в том числе государствах, не являющихся сторонами Конвенции, таких как Соединенные Штаты Америки, не означает, что, объявив такие действия вне закона на своей территории, осуществив преследование и осудив заявителя, власти государства-ответчика превысили предоставленные ему пределы усмотрения. Как отмечал Европейский Суд в Постановлении по делу «Хэндисайд против Соединенного Королевства» (§ 57):
«Каждая из Договаривающихся Сторон выработала свой подход в свете складывающейся на их территории ситуации. Государства учли, inter alia, различные точки зрения, превалирующие на их территории, о требованиях защиты нравственности в демократическом обществе. Тот факт, что большинство из них позволило распространение этой книги, не означает, что решение Суда квартальных сессий старого Лондона (Inner London Quarter Sessions) противоречило статьей 10 Конвенции».
Европейский Суд также не может принять второй аргумент заявителя. Как подчеркнул Апелляционный суд, даже если Закон 1959 года обеспечивал уязвимым лицам лишь ограниченную защиту, нет причин, по которым государство-ответчик должно отказаться от предоставления этой защиты. Настоящее дело отличается от дела «Обсервер» и «Гардиан» против Соединенного Королевства», на которое ссылается заявитель: имеется явное различие между необходимостью соблюдения конфиденциальности секретной информации, которая была нарушена после первой публикации информации, и необходимостью защиты нравственности, когда вред может быть причинен в любое время, когда лицо ознакомится с материалами.
Что касается третьего аргумента, то тот факт, что могут существовать другие средства защиты предотвращения вреда, не ведет к несоразмерности осуществления властями государства-ответчика уголовного преследования, в особенности когда отсутствуют доказательства большей эффективности этих альтернативных средств защиты.
По поводу последнего довода заявителя о том, что интернет-сайты редко открываются случайно, и обычно пользователь должен выполнить определенный поиск, Европейский Суд отмечает, что интернет-страница, за размещение которой был осужден заявитель, находилась в свободном доступе, и любое лицо, находящееся в Интернете, могло открыть ее, и в любом случае, как подчеркивал Апелляционный суд, на сайте были представлены как раз такие материалы, которые могут попытаться найти молодые люди, которых пытаются защищать внутригосударственные органы.
Далее Европейский Суд отмечает, что заявитель мог бы избежать причинения вреда и, соответственно, привлечения к уголовной ответственности и продолжать вести свой бизнес, если бы он обеспечил отсутствие каких-либо фотографий на странице бесплатного предварительного просмотра (для просмотра которой не установлено возрастных ограничений). Заявитель предпочел не делать этого, поскольку, несомненно, он надеялся привлечь как можно больше клиентов фотографиями на странице бесплатного предварительного просмотра.
В заключение Европейский Суд соглашается с тем, что привлечение заявителя к уголовной ответственности можно признать необходимым в демократическом обществе в интересах охраны нравственности и/или защиты прав других лиц. Следовательно, данная часть жалобы является явно необоснованной в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции.
2. Наказание
Параллельно заявитель утверждал, что назначение ему наказания в виде лишения свободы являлось несоразмерной мерой. Он подчеркнул, что в суде не было представлено доказательств того, что публикация рассматриваемых материалов являлась незаконной в обществе, на территории проживания которого были совершены основные действия по публикации. По словам заявителя, это являлось подтверждением того, что опубликованные материалы не имели явно оскорбительного характера.
Европейский Суд напоминает, что в Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу «Кумпэнэ и Мазэре против Румынии» ( Cumpãnã and Mazãre v. Romania) (жалоба № 33348/96, § 111, ECHR 2004-XI) отмечено, что:
«Характер и строгость наказания являются факторами, которые необходимо принимать во внимание, оценивая соразмерность вмешательства в свободу выражения мнения, гарантированную статьей 10 Конвенции... Европейский Суд должен также проявить особую осмотрительность в тех случаях, когда принятые внутригосударственными властями меры или примененное ими наказание являются таковыми, что могут лишить средства массовой информации желания принимать участие в дискуссиях, имеющих общественную значимость...».
В Постановлении Европейского Суда по делу «Скалка против Польши» ( Ska³ka v. Poland) от 27 мая 2003 г. (жалоба № 43425/98, § 41) Европейский Суд признал, что:
«Несмотря на то, что, как правило, именно внутригосударственным судам надлежит назначать наказание с учетом обстоятельств дела, существуют общие стандарты, которые Европейский Суд должен обеспечивать в соответствии с принципом соразмерности. Такими стандартами являются степень вины, тяжесть преступления и повторность совершения предполагаемых преступлений».
В настоящем деле Европейский Суд считает, что лишение свободы является явно соразмерной мерой. Заявитель не оспаривал ни в Апелляционном суде, ни в Европейском Суде крайне непристойного характера изображений на странице предварительного просмотра. В отличие от упоминавшегося выше дела «Кумпэнэ и Мазэре против Румынии» в настоящем деле публикация преследовала исключительно коммерческие цели, и ничто не свидетельствовало о том, что публикация способствовала проведению публичных дискуссий, имеющих общественную значимость, или что она обладала какой-либо художественной ценностью, соответственно, нельзя сказать, что приговор, вынесенный заявителю, порождал какие-либо очевидно вредные последствия. Кроме того, принимая во внимание, что заявитель стремился извлечь финансовую выгоду из размещения непристойных фотографий на своей странице предварительного просмотра, внутригосударственные органы разумно предположили, что назначение одного лишь штрафа не имело бы сдерживающего эффекта и не являлось бы достаточным наказанием.
Европейский Суд не согласен с тем, что сам срок назначенного наказания делает вмешательство несоразмерным. При назначении наказания внутригосударственные суды оценивают тяжесть преступления. Эта оценка зависит от их мнения о требованиях охраны нравственности, и в данном вопросе внутригосударственные органы обычно пользуются широкой свободой усмотрения (см. для сравнения упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Хэндисайд против Соединенного Королевства», § 57). Даже с учетом того обстоятельства, что заявитель был впервые осужден за подобное преступление, по мнению Европейского Суда, нельзя сказать, что при назначении лишения свободы сроком на 30 месяцев, притом что по отбытии 15 месяцев он автоматически приобретает право на досрочное освобождение по специальному разрешению (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Эзех и Коннорс против Соединенного Королевства» (Ezeh and Connors v. United Kingdom), жалобы № 39665/98 и 40086/98, § 48, ECHR 2003-X), внутригосударственные суды вышли за пределы свободы усмотрения в данной области.
Следовательно, эта часть жалобы также является явно необоснованной в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции. Соответственно, жалоба в целом является неприемлемой для рассмотрения по существу в соответствии с пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
объявил жалобу неприемлемой для рассмотрения по существу.