Постановление ЕСПЧ от 27.05.2003
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 27.05.2003. 50015/99. 27.05.2003. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-5001599
«Дело „Хьюитсон (Hewitson) против Соединенного Королевства“ (жалоба № 50015/99) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ХЬЮИТСОН (HEWITSON) ПРОТИВ СОЕДИНЕННОГО КОРОЛЕВСТВА» (Жалоба № 50015/99)
По делу «Хьюитсон против Соединенного Королевства» Европейский суд по правам человека (Четвертая секция), заседая Палатой в составе:
<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
М. Пеллонпяя, Председателя Палаты,
а также при участии М. О'Бойла, Секретаря Секции Суда,
заседая 6 мая 2003 г. за закрытыми дверями,
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 50015/99), поданной 16 марта 1999 г. в Европейский суд по правам человека против Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии подданным Соединенного Королевства Джеймсом Робертсом Хьюитсоном (James Roberts Hewitson) (далее — заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителя в Европейском суде представлял К. О'Нейлл (K. O'Neill), практикующий юрист из Борнмута (Bournemouth). Власти Соединенного Королевства были представлены своим Уполномоченным при Европейском суде по правам человека К. Уомерсли (C. Whomersley), Министерство иностранных дел и по делам Содружества.
3. Заявитель жаловался на установку и использование полицией скрытого подслушивающего устройства на его рабочем месте. Дело в части, объявленной приемлемой, касалось прав по статье 8 Конвенции.
4. Жалоба была передана в производство Третьей секции Суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда). В рамках этой Секции была сформирована Палата в соответствии с пунктом 1 правила 26 Регламента (пункт 1 статьи 27 Конвенции) для рассмотрения этого дела. 1 ноября 2001 г. Европейский суд изменил состав своих секций (пункт 1 правила 25 Регламента). Дело было передано на рассмотрение новообразованной Четвертой секции.
5. Своим Решением от 22 октября 2002 г. Европейский суд объявил жалобу частично приемлемой, частично неприемлемой.
6. Как заявитель, так и власти Соединенного Королевства представили свои замечания по существу жалобы (пункт 1 правила 59 Регламента). Европейский суд, проконсультировавшись со Сторонами, решил, что нет необходимости в проведении устных слушаний по делу (пункт 3 правила 59 in fine Регламента).
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
7. Заявитель родился в 1948 году и в настоящее время отбывает наказание в тюрьме строгого режима в Верне (Verne).
8. Заявитель владел автомастерской в Дорсете (Dorset) и имел деловые связи с Испанией. У него было два автомобиля «Мерседес», в каждом из которых был сделан тайник в бензобаке, в который помещалось до 45 килограммов марихуаны. С 1994 года он подозревался полицией в участии в незаконном обороте наркотических веществ. Полиция также подозревала его в торговле крадеными вещами, включая угнанные автомобили.
9. 22 февраля 1995 г. он был арестован полицией Дорсета в связи с подозрением в торговле краденными вещами. Пока он находился под стражей, в его мастерской было установлено подслушивающее устройство, которое находилось там до 26 июля 1995 г., когда оно было обнаружено.
10. 30 декабря 1996 г. был составлен обвинительный акт, содержавший обвинения в сговоре об импорте разрешенных наркотических средств и сговоре о поставке разрешенных наркотиков, а именно марихуаны. Обвинение основывало свои доказательства на записях, полученных с подслушивающего устройства, установленного в мастерской заявителя. Обвинение утверждало, что не было возможности возбудить дело против заявителя без этих записей.
11. Заявитель возражал против допустимости этих записей, как доказательства по делу. Он утверждал, что разрешение на установку подслушивающего устройства противоречило руководящим принципам Министерства внутренних дел, регламентировавшим порядок использования полицией средств наблюдения. Он утверждал, что обвинение против него должно было быть снято, как злоупотребление судом, также запись, как доказательство по делу, должна быть исключена в соответствии со статьей 78 Закона о полиции и доказательствах по уголовным делам 1974 года.
12. Предварительное слушание проводилось по вопросу о приемлемости записи. Его честь судья Праер (Pryor) постановил 8 июля 1997 г., что он счел, что разрешение на использование оборудования для подслушивания было дано должным образом, но отметил на отсутствие достаточной документации и на наличие технического нарушения. Судья установил, что записи были приемлемы в качестве доказательства и не должны были быть исключены в соответствии со статьей 78 Закона о полиции и доказательствах по уголовным делам 1974 года.
13. После допуска записи в качестве доказательства заявитель признал себя виновным в обвинении в сговоре об импорте разрешенных наркотических средств и сговоре о поставке разрешенных наркотиков, а именно марихуаны. 5 сентября 1997 г. он был приговорен к пяти годам тюремного заключения.
14. Заявителю было дано разрешение подать апелляцию на приговор. 24 сентября 1997 г. апелляционный суд постановил, что в свете признания заявителем себя виновным, его приговор не может рассматриваться как «опасный» и отклонил апелляцию.
II. Применимое национальное законодательство и правоприменительная практика
A. Руководящие принципы Министерства внутренних дел
15. Руководящие принципы по использованию полицией оборудования при наблюдении (Руководящие принципы Министерства внутренних дел 1984 года) устанавливали, что только старшие констебли или заместители старших констеблей могли дать разрешение на применение таких устройств. Руководящие принципы можно было найти в библиотеке Палаты общин, и они были предоставлены Министерством внутренних дел после подачи заявления.
16. В каждом деле должностное лицо, дающее разрешение, должно удостовериться в выполнении следующих условий:
a) расследование касалось серьезного преступления;
b) обычные средства расследования были использованы и не привели к успеху или привели к незначительному результату;
c) имелись достаточные основания полагать, что специальные средства приведут к аресту и обвинению, или способствуют предотвращению террористического акта;
d) использование специальных средств возможно. Должностное лицо, дающее разрешение, должно удостовериться, что степень вмешательства в частную жизнь лиц, в отношении которых производится наблюдение, соответствует серьезности преступления.
B. Закон о полиции 1997 года
17. Закон 1997 года регламентирует основания разрешения полиции операций по наблюдению, связанных с нарушением права собственности и вмешательством в радиотелеграфию. Статьи, касающиеся выдачи разрешения на операции по наблюдению, включая мероприятия, которые должны быть приняты в ходе получения разрешения, вступили в силу 22 февраля 1998 г.
18. С 25 сентября 2000 г. эти директивы дополнены частью II Закона о регулировании следственных полномочий 2000 года. В частности, ведение скрытого наблюдения в камере заключения теперь регулируется пунктом 3 статьи 26 и пунктом 1 статьи 48 вышеупомянутого Закона 2000 года. Этот Закон также учредил следственный трибунал, который рассматривает жалобы на ведение наблюдения и на использование полицией осведомителей.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение статьи 8 Конвенции
19. Заявитель ссылался на статью 8 Конвенции ввиду использования полицией устройств скрытого наблюдения для записи разговоров в его мастерской. Статья 8 Конвенции гласит:
«1. Каждый имеет право на уважение его личной... жизни...»
2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено Законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц».
20. Власти Соединенного Королевства признали после вынесения Европейским судом Постановления по делу «Хан против Соединенного Королевства» (Khan v. United Kingdom) (жалоба № 35394/97, ECHR 2000-V, § 26 — 28), что использование записывающего устройства представляло собой вмешательство в частную жизнь в соответствии с пунктом 1 статьи 8 Конвенции и что предпринятые меры не соответствовали Закону по смыслу пункта 2 статьи 8 Конвенции.
21. Европейский суд отметил, как и в вышеуказанном деле «Хан против Соединенного Королевства», что в то время не существовало законодательного механизма регулирования использования полицией скрытых средств записи. Вмешательства в жизнь заявителя, имевшие место в результате предпринятых мер, не соответствовали Закону, как того требовал пункт 2 статьи 8 Конвенции, и, таким образом, имело место нарушение этого положения.
II. Применение статьи 41 Конвенции
22. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей Стороне».
A. Ущерб
23. Заявитель требовал возмещения морального вреда. Он отметил, что подслушивающие приспособления действовали с 22 февраля по 26 июля 1995 г., в течение этого времени многие его законные разговоры были записаны в нарушение его права на неприкосновенность частной жизни. Он утверждал, что ему должно быть присуждено возмещение соответствующее нарушению его прав, как и заявителям в деле «P.G. и J.H. против Соединенного Королевства» (P.G. and J.H. v. United Kingdom) (жалоба № 44787/98, ECHR 2001-IX).
24. Власти Соединенного Королевства указали, что заявитель обвинялся в совершении серьезного преступления. Указанное нарушение относилось к отсутствию должного законодательного регулирования установки наблюдательных устройств, и их применение нарушило положения статьи 8 Конвенции. По мнению властей Соединенного Королевства, признание факта нарушения само по себе было бы достаточно для справедливого возмещения.
25. Европейский суд отметил, что в подобных делах, было установлено нарушение из-за отсутствия должного законодательного регулирования, он считал, что признание факта нарушения само по себе являлось достаточной справедливой компенсацией (например, упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Хан против Соединенного Королевства», § 49, Постановление Европейского суда по делу «Тейлор-Сабори против Соединенного Королевства» (Taylor-Sabori v. United Kingdom) от 22 октября 2002 г., жалоба № 47114/99, § 28). Но по делу «P.G. и J.H. против Соединенного Королевства» компенсация была назначена, поскольку оно затрагивало несколько нарушений статьи 8 Конвенции, включая запись голосов заявителей в полицейском участке для проведения идентификации. В обстоятельствах настоящего дела он счел, что признание факта нарушения является справедливой компенсацией морального вреда, причиненного заявителю.
B. Судебные расходы и издержки
26. Заявитель требовал возмещения судебных расходов и издержек, главным образом гонорар основному адвокату в размере 2600 фунтов стерлингов за подачу жалобы, 1400 фунтов стерлингов за подачу отзыва и 300 фунтов стерлингов замечания после признания жалобы приемлемой. Это составило 4300 фунтов стерлингов, а также сумму налога на добавленную стоимость (НДС), который должен быть уплачен с этой суммы.
27. Власти Соединенного Королевства сочли, что дело было похоже на предыдущие, рассмотренные Европейским судом, и что расходы в отношении неприемлемой части жалобы должны быть вычтены. Они утверждали, что сумма в размере 3000 фунтов стерлингов была бы вполне достаточной.
28. Европейский суд заявил, что он присудит возмещение судебных расходов и издержек, если убедится, что они были необходимыми и обоснованными. Он согласился с властями Соединенного Королевства, что это было простое дело, затрагивавшее вопросы, рассмотренные в упоминавшемся выше Постановлении по делу «Хан против Соединенного Королевства». Он присудил заявителю 4800 евро в возмещение расходов и издержек, а также сумму налога на добавленную стоимость, который должен быть уплачен с этой суммы.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
29. Европейский суд считает, что размер процентной ставки по выплате компенсации должен быть установлен в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
-
постановил, что имело место нарушение статьи 8 Конвенции;
-
постановил, что признание факта нарушения является справедливой компенсацией морального вреда, причиненного заявителю;
a) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю 4800 евро (четыре тысячи восемьсот евро), которые подлежат переводу в фунты стерлингов по курсу на день выплаты, включая любой налог, начисляемый на вышеуказанную сумму;
b) что с даты истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты простые проценты должны начисляться на эти суммы в размере, равном минимальному ссудному проценту Европейского центрального банка плюс три процента;
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 27 мая 2003 г., в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF HEWITSON v. THE UNITED KINGDOM (Application No. 50015/99)
In the case of Hewitson v. the United Kingdom,
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
The European Court of Human Rights (Fourth Section), sitting as a Chamber composed of
Mr {M. Pellonpaa,} <*> President,
and Mr M. O'Boyle, Section Registrar,
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
Having deliberated in private on 6 May 2003,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 50015/99) against the United Kingdom of Great Britain and Northern Ireland lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a United Kingdom national, Mr James Roberts Hewitson («the applicant»), on 16 March 1999.
2. The applicant was represented by Mr K. O'Neill, a lawyer practising in Bournemouth. The United Kingdom Government («the Government») were represented by their Agent, Mr C. Whomersley of the Foreign and Commonwealth Office, London.
3. The applicant complained of the installation and use by the police of a covert listening device at his place of work. The case as declared admissible raises complaints under Article 8 of the Convention.
4. The application was allocated to the Third Section of the Court (Rule 52 § 1 of the Rules of Court). Within that Section, the Chamber that would consider the case (Article 27 § 1 of the Convention) was constituted as provided in Rule 26 § 1. On 1 November 2001 the Court changed the composition of its Sections (Rule 25 § 1) This case was assigned to the newly composed Fourth Section (Rule 52 § 1).
5. By a decision of 22 October 2002, the Court declared the application partly admissible, partly inadmissible.
6. The applicant and the Government each filed observations on the merits (Rule 59 § 1). The Chamber decided, after consulting the parties, that no hearing on the merits was required (Rule 59 § 3 in fine).
THE FACTS
I. The circumstances of the case
7. The applicant was born in 1948 and is currently serving a sentence of imprisonment in HMP Verne.
8. The applicant owned a garage in Dorset and had business connections in Spain. He had two Mercedes cars each of which had a false compartment in the fuel tank. The false compartments could hold up to 45 kilograms of cannabis resin. From 1994 he was suspected by the police of being involved in drug trafficking. The police also suspected him of being involved in the handling of stolen goods, including stolen vehicles.
9. On 22 February 1995 he was arrested by the Dorset police in relation to their suspicions of his handling stolen goods. Whilst he was in custody, a listening device was installed at his garage premises which remained there and active until 26 July 1995 when it was discovered.
10. On 30 December 1996 an indictment was signed charging the applicant with conspiracy to import controlled drugs and conspiracy to supply controlled drugs, namely cannabis. The prosecution evidence against the applicant relied on tape recordings made from the listening device which had been installed by the police at the applicant's garage premises. It was acknowledged by the prosecution that without the evidence from the tapes, there was no prima facie case against the applicant.
11. The applicant objected to the admission of the tape recordings as evidence in his trial. He argued inter alia that the original grant of authority and the renewal of authority for the placement of the listening device were not in compliance with the Home Office Guidelines, which governed the use of surveillance equipment by the police at the relevant time. He submitted that his prosecution ought to be stayed as an abuse of the process of the court, alternatively the tape evidence should be excluded under section 78 of the Police and Criminal Evidence Act 1984 («PACE»).
12. A preliminary hearing was held on the matter of the admissibility of the tape recordings. His Honour Judge Pryor QC held on 8 July 1997 that he was satisfied that the original authority for the use of the surveillance equipment was properly granted and that there were proper grounds for renewal, though he made some criticism of the lack of documentation on the renewals and noted that there had been a technical infringement in that one renewal took place a day late. The judge concluded that the tapes were admissible as evidence and should not be excluded under section 78 of PACE.
13. Following the admission of the tapes as evidence, the applicant pleaded guilty to the charges of conspiracy to import controlled drugs and conspiracy to supply controlled drugs, namely cannabis. On 5 September 1997 he was sentenced to five years' imprisonment.
14. The applicant was granted leave to appeal against his conviction. On 24 September 1997, the Court of Appeal held that in the light of the applicant's pleas of guilty his convictions could not be regarded as «unsafe» and rejected his appeal.
II. Relevant domestic law and practice
A. The Home Office Guidelines
15. Guidelines on the use of equipment in police surveillance operations (The Home Office Guidelines of 1984) provided that only chief constables or assistant chief constables were entitled to give authority for the use of such devices. The Guidelines were available in the library of the House of Commons and were disclosed by the Home Office on application.
16. In each case, the authorising officer had to satisfy himself that the following criteria were met:
a) the investigation concerned serious crime;
b) normal methods of investigation must have been tried and failed, or must from the nature of things, have been unlikely to succeed if tried;
c) there was good reason to think that use of the equipment would be likely to lead to an arrest and a conviction, or where appropriate, to the prevention of acts of terrorism;
d) the use of equipment was operationally feasible. The authorising officer had also to satisfy himself that the degree of intrusion into the privacy of those affected by the surveillance was commensurate with the seriousness of the offence.
B. The Police Act 1997
17. The 1997 Act provides a statutory basis for the authorisation of police surveillance operations involving interference with property or wireless telegraphy. The relevant sections relating to the authorisation of surveillance operations, including the procedures to be adopted in the authorisation process, entered into force on 22 February 1998.
18. Since 25 September 2000, these controls have been augmented by Part II of the Regulation of Investigatory Powers Act 2000 («RIPA»). In particular, covert surveillance in a police cell is now governed by sections 26(3) and 48(1) of RIPA. RIPA also establishes a statutory Investigatory Powers Tribunal to deal with complaints about intrusive surveillance and the use of informants by the police.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 8 of the Convention
19. The applicant invoked Article 8 of the Convention in respect of the use of a covert surveillance device by the police to record conversations at his garage. Article 8 provides insofar as relevant:
«1. Everyone has the right to respect for his private... life...»
2. There shall be no interference by a public authority with the exercise of this right except such as is in accordance with the law and is necessary in a democratic society in the interests of national security, public safety or the economic well-being of the country, for the prevention of disorder or crime, for the protection of health or morals, or for the protection of the rights and freedoms of others.»
20. The Government accepted, following the judgment in Khan v. the United Kingdom (No. 35394/97, ECHR 2000-V, §§ 26 — 28) that the use of the recording device amounted to an interference with the applicant's right to private life under Article 8 § 1 of the Convention and that the measures were not used «in accordance with law» within the meaning of Article 8 § 2 of the Convention.
21. The Court recalls, as in the above-mentioned Khan case, that at the relevant time there existed no statutory system to regulate the use of covert recording devices by the police. The interferences disclosed by the measures implemented in respect of the applicant were therefore not «in accordance with the law» as required by the second paragraph of Article 8 and there has accordingly been a violation of this provision.
II. Application of Article 41 of the Convention
22. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
23. The applicant claimed non-pecuniary damage. He observed that the surveillance device had been in active use from 22 February to 26 July 1995 during which time many of his legitimate conversations were recorded in breach of his right to privacy. He submitted that he should receive an award reflecting this violation of his rights as had the applicants in the P.G. and J.H. v. the United Kingdom case (No. 44787/98, ECHR 2001-IX).
24. The Government pointed out that the applicant had been convicted of a serious offence. The admitted breach only related to the lack of proper legal regulation of the installation of surveillance devices and there was nothing to suggest that had procedures been in place their use would not have been compatible with Article 8. In their view, a finding of a violation should in itself constitute sufficient just satisfaction.
25. The Court notes that in cases in which a similar breach relating to the lack of legal basis for surveillance measures has been found it has considered that a finding of a violation provided sufficient just satisfaction (for example, Khan, cited above, § 49, Taylor-Sabori v. the United Kingdom, No. 47114/99, judgment of 22 October 2002, § 28). While it is true that an award was made in P.G. and J.H. v. the United Kingdom, this case involved several breaches of Article 8, including the taping of the applicants' voices in the police station for identification purposes. In the circumstances of this case, it considers that the findings of violation constitute sufficient just satisfaction for any non-pecuniary damage caused to the applicant.
B. Costs and expenses
26. The applicant claimed legal costs and expenses, principally fees to leading counsel of 2,600 pounds sterling (GBP) for drafting the application, GBP 1,400 for drafting the reply and GBP 300 for the observations after admissibility. This made a total of GBP 4,300, plus value-added tax (VAT).
27. The Government considered that the case was identical to previous applications before the Court and that fees incurred in respect of the inadmissible part of the application should be discounted. They submitted GBP 3,000 was a more reasonable figure.
28. The Court recalls that it will award legal costs and expenses only if satisfied that these were necessarily incurred and reasonable as to quantum. It agrees with the Government that this was a straightforward case, raising virtually identical issues to the above-mentioned Khan judgment. It awards 4,800 euros (EUR) in respect of costs and expenses, plus any VAT that may be payable.
C. Default interest
29. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Holds that there has been a violation of Article 8 of the Convention;
2. Holds that the finding of a violation constitutes in itself sufficient just satisfaction for the non-pecuniary damage sustained by the applicant;
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final according to Article 44 § 2 of the Convention, EUR 4,800 (four thousand eight hundred euros) in respect of costs and expenses, to be converted into pounds sterling at the rate applicable at the date of settlement, plus any tax that may be chargeable;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amount at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
4. Dismisses the remainder of the applicant's claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 27 May 2003, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.