Статья 6(о лишении парламентской неприкосновенности)Окончательное решение ЕСПЧ от 27.05.2008

ФАКТЫ

Заявитель Жан-Шарль Маркиани — гражданин Франции, родился в 1943 году и проживает в г. Париже (Paris). Интересы заявителя в Европейском суде представлял Тремоле де Вийер (Tremolet de Villers), адвокат Коллегии адвокатов г. Парижа. Власти Франции в Европейском суде были представлены Уполномоченным Франции при Европейском суде по правам человека Э. Бельяр (E. Belliard), директором Правового департамента Министерства иностранных дел Франции.

A. Обстоятельства дела

В настоящее время заявитель является объектом нескольких разбирательств по уголовным делам, которые проводятся следственным судьей и в ходе которых были проведены многочисленные процессуальные действия.

1. Предмет различных уголовных разбирательств, возбужденных в отношении заявителя

a) Разбирательство № 1

В июле 2000 года было возбуждено судебное расследование по фактам отмывания денежных средств с отягчающими обстоятельствами и злоупотребления доверием. Вследствие дополнительных требований, представленных в 2001 году по жалобе министра обороны Франции, расследование было сосредоточено на деятельности компаний Z.O и B. и их руководителей P.J.F. и A.G., связанной с незаконной торговлей оружием. С одной стороны, расследование касалось продажи в период с 1993 по 1996 год тяжелой военной техники в Камерун, Конго и Анголу, с другой стороны — хищений средств компаний и злоупотребления доверием; в результате проверки банковских счетов обеих компаний были обнаружены многочисленные перечисления, общая сумма которых измерялась десятками миллионов долларов, на личные счета указанных руководителей, номерные счета, счета, открытые на имя других лиц или «оффшорных» компаний, расположенных в Швейцарии, Люксембурге, Лихтенштейне, Израиле, на Багамских островах, в США и Монако.

В рамках этого дела заявитель обвинялся в укрывательстве средств, полученных от незаконной торговли оружием, злоупотреблении властью, укрывательстве незаконно закупаемого оружия. Он пользовался финансовыми и другими преимуществами (пожертвование в размере 1,5 миллиона франков в ассоциацию «Франция-Африка-Восток» (France Afrique Orient), казначеем которой он являлся, авиаперелеты, оплата автомобиля с шофером, получение денежных сумм в размере более чем четыре миллиона франков), предоставленными предпринимателями P.J.F. и A.G., являвшимися основными фигурантами расследования. В настоящее время разбирательство продолжается в национальных судах.

b) Разбирательство № 2

23 августа 2002 г. следственный судья г. Женевы ({Geneve} <*>) Дево (Devaud) направил властям Франции уведомление о совершении правонарушения. Во исполнение нескольких отдельных международных приказов, выданных в ходе описанного выше разбирательства № 1, он указал, что было обнаружено, что заявитель получил значительные комиссионные сборы на один из счетов, открытых в г. Женеве с 1994 по 1999 год, превышающие 2405647 немецких марок.

---

<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.

13 сентября 2002 г. прокурор Республики г. Парижа возбудил судебное расследование, предметом которого являлась выплата комиссионных сборов немецкой компанией R. компании «И.Э. Ажанс» (I.E. Agencies) во исполнение контракта от 29 сентября 1993 г., в соответствии с которым вторая компания должна была оказать содействие первой в продаже систем трансмиссии для танков французской компании «Ж. Андюстри» (G. Industries), которая получила контракт на продажу танков «Леклерк» (Leclerc) властям эмирата Абу-Даби (Abu Dhabi).

2 августа 2004 г. заявитель был обвинен в злоупотреблении полномочиями, совершенным им как представителем государственной власти, соучастии в пассивном злоупотреблении властью в отношении частного лица и укрывательстве злоупотребления общественным имуществом. Он подозревался в том, что получал незаконное вознаграждение от посредника Y.M., за снятие ограничений с торговой сделки, являясь посредником между главным управлением вооружений и Министерством обороны Франции при условии получения комиссионных выплат, произведенных компанией R.

Приговором от 14 декабря 2005 г. Суд по уголовным делам г. Парижа осудил заявителя к лишению свободы сроком на три года, включая отбытый один год в предварительном заключении, и штрафу в размере 150000 евро; он предписал конфискацию стоимости имущества, полученного в связи с злоупотреблением властью, в размере 1250225 евро, и запретил заявителю пользоваться правами гражданина в течение пяти лет.

Постановлением от 1 марта 2007 г. девятая палата апелляционного суда г. Парижа оставила приговор в отношении заявителя без изменения. В отношении наказания палата частично изменила его, единственно назначив наказание в виде лишения свободы сроком на три года.

c) Разбирательство № 3

22 октября 2002 г. было возбуждено судебное расследование, ставшее известным как дело «Аэропортов Парижа» ({Aeroports} de Paris), в отношении неназванных лиц по фактам злоупотребления доверием и укрывательства злоупотребления общественным имуществом. Оно касалось выплаты компанией «В. Индустриз» (V. Industries) на один из счетов заявителя, открытый в банке в Швейцарской Конфедерации, нескольких комиссионных вознаграждений общей суммой в 9,7 миллионов французских франков в целях подтверждения торговой сделки, предложенной компанией «Аэропорты Парижа», по установке автоматизированной системы обработки багажа.

2 августа 2004 г. в рамках этого разбирательства заявителю было предъявлено обвинение в укрывательстве злоупотребления государственным имуществом.

Приговором от 14 декабря 2005 г. суд по уголовным делам г. Парижа осудил заявителя к наказанию в виде лишения свободы сроком на 18 месяцев и штрафу в размере 250000 евро с конфискацией стоимости сокрытого имущества в размере одного миллиона евро.

Постановлением от 1 марта 2007 г. девятая палата апелляционного суда г. Парижа осудила заявителя к двум годам лишения свободы, включая отбытый один год в предварительном заключении, и оставила без изменения приговор в остальной части.

d) Разбирательство № 4

На основании сообщения Управления общественной безопасности (la Direction de la surveillance du territoire) прокурор Республики г. Парижа 26 января 2001 г. возбудил предварительное расследование с целью определения происхождения денежных оборотов, установленных в течение десяти лет между заявителем и I.S. В июне 2001 года было возбуждено судебное расследование по факту систематического отмывания денежных средств организованной группой лиц. Дело, принятое к производству следственным судьей, было возбуждено по фактам активного или пассивного злоупотребления властью субъектом публичного права в связи с обнаружением посреднических услуг, которыми пользовались лица из окружения I.S. при процедурах натурализации и получения видов на жительство иностранными гражданами, а также по фактам злоупотребления государственным имуществом.

2 августа 2004 г. заявителю было предъявлено обвинение в укрывательстве злоупотребления государственным имуществом, вменяемом в вину I.S., в связи с тем, что он укрывал на своих банковских счетах в г. Париже и Швейцарии, с одной стороны, денежные средства, поступившие от компаний «СМН» (CMN), «ДСН Интернешнл» (DCN International) и Т., в размере 765112 евро, и, с другой стороны, сумму в размере 5717427 французских франков в качестве неоплаченной аренды квартиры, являвшейся собственностью компании Т., безвозмездно предоставленной в распоряжение объединению «Франция-Африка-Восток», в которой она располагала помещениями, и, наконец, необоснованное взимание денежных средств общей суммой в размере 7317552 евро в ущерб упомянутых компаний.

2. Требование о лишении заявителя парламентской неприкосновенности

В рамках разбирательств № 1 и 2 следственный судья Курруа (Courroye) вынес два Постановления о передаче дел в прокуратуру от 26 ноября 2002 г., в которых он предписал передачу материалов дела прокурору Республики с тем, чтобы он потребовал от Европейского парламента лишить заявителя парламентской неприкосновенности.

31 марта 2003 г. министр иностранных дел Франции передал председателю Европейского парламента Доклад генерального прокурора при апелляционном суде г. Парижа от 16 декабря 2002 г. относительно требования о лишении заявителя парламентской неприкосновенности. Это было сделано на основании статьи 10 Протокола о привилегиях и иммунитетах Европейских сообществ (Protocole sur les {privileges et immunites des Communautes europeennes}) от 8 апреля 1965 г., части 2 статьи 4 Закона о выборах представителей в Европейский парламент на основании всеобщего избирательного права (l'Acte portant {election} des {representants} au Parlement {europeen} au suffrage universel direct) от 20 сентября 1976 г., а также статьи 6 Внутреннего регламента Европейского парламента ({Reglement interieur} du Parlement europeen). В этом Докладе уточнялось, что мера в виде предварительного содержания заявителя под стражей являлась единственной, способной прекратить нарушение общественного порядка, и обеспечить нахождение заявителя в распоряжении судебных властей, помешать ему вступить в контакт с различными свидетелями или соучастниками преступных действий и дать возможность следователям провести расследование надлежащим образом.

В рамках разбирательства № 3 следственный судья вынес новое Постановление о передаче дела в прокуратуру от 18 марта 2003 г., в котором он предписал передачу материалов дела прокурору Республики с тем, чтобы он потребовал от Европейского парламента лишить заявителя парламентской неприкосновенности.

15 апреля 2003 г. министр иностранных дел Франции передал председателю Европейского парламента Доклад генерального прокурора при апелляционном суде г. Парижа от 26 марта 2003 г. относительно требования о лишении заявителя парламентской неприкосновенности, выдвинутом следственным судьей Курруа с целью применения в отношении заявителя меры в виде предварительного заключения. Было указано, что новые доказательства подтверждают, что заявитель получил в полном объеме денежную сумму в качестве взятки на счет, открытый в Швейцарии для дальнейшего перераспределения между некоторыми из своих сообщников.

13 мая 2003 г. газета «Ле Монд» (Le Monde) опубликовала статью под заголовком «Почему судья Курруа хочет заключить под стражу Жана-Шарля Маркиани; четвертое требование о лишении парламентской неприкосновенности ближайшего помощника Шарля Паскуа (Charles Pasqua) должно быть представлено в Европейский парламент в понедельник 12 мая. „Ле Монд“ публикует содержание двух предыдущих ходатайств, в которых судья ссылался на необходимость заключения депутата под стражу» (Pourquoi le juge Courroye veut {incarcerer} Jean-Charles Marchiani; une {quatrieme} demande de {levee d'immunite} parlementaire visant le bras droit de Charles Pasqua devait {etre presentee} au Parlement {europeen}, le lundi 12 mai. «Le Monde» publie le contenu des deux {precedentes requetes}, dans lesquelles le juge {evoque} la {necessite} de placer {l'elu} en {detention}). В статье были процитированы некоторые отрывки Постановлений следственного судьи о передаче дела в прокуратуру от 26 ноября 2002 г. и 18 марта 2003 г., в которых были отмечены факты, в отношении которых заявителю было предъявлено обвинение, и проведенные следственные действия, а также мотивы, на основании которых заявитель должен был содержаться под стражей в ходе предварительного расследования.

Во вкладыше под заголовком «Депутат от Объединения французского народа говорит, что совершенно спокоен» (Le {depute} RPF se dit parfaitement serein) заявитель, отвечая на вопросы ежедневника, выразил «изумление, что судья намерен отправить его в тюрьму до предъявления ему обвинения. Такие действия противоречат Европейской конвенции о защите прав человека. Не имея доступа к материалам дела, я не знаю, в чем конкретно меня обвиняют; следовательно, не могу защищаться».

Письмом от 14 июля 2003 г. председатель Комиссии по правовым вопросам и вопросам внутреннего регламента (commission juridique et du {marche interieur}) Европейского парламента уведомил заявителя, что на заседании 8 июля 2003 г. Комиссия рассмотрела два ходатайства французских властей о лишении его парламентской неприкосновенности. Комиссия предложила заявителю представить объяснения по этому поводу 10 сентября 2003 г.

В ноябре 2003 года Комиссия по правовым вопросам и вопросам Внутреннего регламента Европейского парламента единогласно отклонила ходатайство о лишении заявителя парламентской неприкосновенности. Она заявила, что не исключено, что «уголовные запросы, инициируемые индивидуальными, отдельными элементами французского судебного аппарата, [создают ситуацию fumus persecutionis] и проявляют намерение нанести ущерб политической деятельности депутата». В частности, было отмечено, что «как показывают статьи, появившиеся во французской прессе..., представляется, что следственный судья нарушил тайну следствия».

3. Предварительное содержание под стражей заявителя

Тремя Постановлениями от 2 августа 2004 г. (вынесенными в рамках разбирательств № 2, 3 и 4) судья, ответственный за вопросы содержания под стражей и освобождения из-под нее, применил к заявителю меру пресечения в виде предварительного содержания под стражей. Эти Постановления были оставлены без изменения тремя Постановлениями от 12 августа 2004 г., вынесенными следственной палатой апелляционного суда г. Парижа.

18 февраля 2005 г. заявитель был освобожден из-под стражи, и к нему была применена мера в виде судебного контроля.

4. Прослушивание телефонных разговоров

В рамках разбирательства № 4 следственный судья двумя отдельными Постановлениями от 14 июня 2004 г. предписал осуществлять прослушивание и запись телефонных разговоров с аппарата, установленного по месту жительства заявителя, до 14 октября 2004 г. и с мобильного телефона его супруги до этой же даты. Прослушивание на городской линии было прекращено 9 августа 2004 г. и на мобильном телефоне — 1 сентября 2004 г. Документы об исполнении двух отдельных Постановлений были включены в материалы дела.

13 августа 2004 г. заявитель подал жалобу о признании недействительными процессуальных действий. Он указал на то, что прослушивание телефонных разговоров было предписано в то время, когда он еще являлся членом Европейского парламента, действие его мандата депутата Европейского парламента было прекращено только в 0.00 часов 19 июля 2004 г. Вследствие этого он потребовал уничтожения документов, содержащих запись телефонных разговоров, осуществленную на основании части 1 статьи 100-7 Уголовно-процессуального кодекса Франции, поскольку председатель Европейского парламента не был уведомлен об этих прослушиваниях. Он добавил, что суд не мог санкционировать применение статьи 100-7 Уголовно-процессуального кодекса Франции к депутатам Европейского парламента, не проконсультировавшись предварительно по преюдициальному вопросу с Судом Европейских сообществ или с министром иностранных дел Франции, который мог только интерпретировать договоры, если их толкование поднимает вопросы международного публичного права.

Постановлением от 8 декабря 2004 г. следственная палата апелляционного суда г. Парижа признала не имеющими юридической силы некоторые документы, полученные в рамках разбирательства, и предписала уничтожение других документов, отметив, в частности, следующее:

«...Из статей 3 и 10 Закона о выборах представителей в Европейский парламент на основании всеобщего избирательного права, приложенного к Решению Совета от 20 сентября 1976 г. следует, что представители избираются сроком на пять лет, который исчисляется с начала первой сессии, проводимой после каждых выборов, и заканчивается с первым заседанием нового парламента. Статья 4 Регламента Европейского парламента предусматривает, что каждый депутат сохраняет свои полномочия до открытия первого после выборов заседания Парламента. Из этого следует, что действие мандата депутата Европейского парламента заявителя окончилось в 00:00 часов 19 июля 2004 г. — день первого заседания Парламента после выборов.»

Положения статьи 100-7, которые регламентируют прослушивание телефонных разговоров депутатов, сенаторов, адвокатов и судей, не относятся к парламентской неприкосновенности. Кроме того, Пьер Мазо (Pierre Mazeaud), автор поправок, внесенных в упомянутую статью и председатель комиссии по правовым вопросам, ясно выразился в ходе парламентских слушаний: «поскольку мне представляется необходимым для того, чтобы расследование проводилось наилучшим возможным образом, депутаты могут быть прослушаны как граждане, и мне представляется правильным, нисколько не делая это мерой защиты, чтобы председатель Национальной Ассамблеи или Сената был уведомлен о таком решении», объясняя, что интерес поправки «главным образом заключается в ее устрашающем воздействии», прежде чем утверждать, что «прослушивания телефонных разговоров не имеют ничего общего с понятием парламентской неприкосновенности».

Ход этих слушаний, на которые ссылался заявитель в своем меморандуме, не может ставить под сомнение такой анализ, поскольку слушания касались не только применения упомянутой статьи 100-7, но и отклоненной поправки, в частности, на том основании, что они показали непонимание понятия парламентской неприкосновенности.

В соответствии со статьей 100-7 Уголовно-процессуального кодекса «Никакой перехват не может иметь места на линии связи, которой пользуется депутат или сенатор, без уведомления об этом следственным судьей председателя палаты парламента, к которой он принадлежит». Согласно используемым терминам эта статья применяется ко всем депутатам независимо от того, были ли они выбраны в Национальную Ассамблею или Европейский парламент.

Отсутствие явного указания в ходе парламентских слушаний на депутатов, избранных в Европейский парламент, показывает, что законодатель не намерен исключить их из сферы применения этой статьи.

Из парламентских слушаний следует, что эта статья была принята для того, чтобы наилучшим образом защитить личную жизнь депутатов и избежать разглашения в прессе содержания прослушиваний, которые не были действительно необходимы для установления истины, и, таким образом, она направлена на защиту всех линий связи, которыми пользуются депутаты или сенаторы, включая линии связи, установленные по месту их жительства.

Нельзя, как утверждал генеральный прокурор, сделать вывод из выступления г-жи Нейертц (Neiertz) в поддержку принятия поправки, которую она внесла и которая не была принята, чтобы статья 100-7 не применялась к линии связи, установленной по месту жительства депутата.

Из этого следует, что мобильная телефонная линия, владельцем котором являлась [супруга заявителя], не пользовалась защитой, предусмотренной статьей 100-7 Уголовно-процессуального кодекса, даже если она использовалась [заявителем]. В связи с этим обвиняемый напрасно ссылался на условия имущественных отношений между супругами.

В связи с этим следственный судья мог предписать прослушивание на этой линии, владельцем которой [заявитель] не являлся, не уведомляя Европейский парламент.

Вместе с тем, прослушивания телефонных разговоров, проводимых на линии связи, установленной по месту жительства [заявителя], до 00:00 часов 19 июля 2004 г. без уведомления председателя палаты парламента, к которой он принадлежал, являются недействительными. Прослушивания, совершенные после 19 июля 2004 г., когда [заявитель] перестал являться депутатом Европейского парламента, являются полностью правомерными...».

Тем временем Протоколами от 28 и 30 июля 2004 г. следственный судья включил в материалы дела разбирательств № 2 и 3 копии выдержек из повторной записи телефонных перехватов, предписанных 14 июня 2004 г. 3 августа 2004 г. заявитель подал жалобу о признании недействительным данного процессуального действия.

В ходе разбирательств № 2 и 3 следственная палата апелляционного суда г. Парижа двумя Постановлениями от 8 декабря 2004 г., повторив мотивы, очень похожие на изложенные выше, пришла к такому же выводу.

Заявитель подал кассационную жалобу на эти три Постановления, указав на нарушение части 1 статьи 100-7 и статьи 593 Уголовно-процессуального кодекса Франции, статьи 8 Конвенции, статьи 10 Договора об учреждении Единого совета и Единой комиссии Европейских сообществ от 8 апреля 1965 г. и статьи 26 Конституции Франции от 4 октября 1958 г. с поправками, внесенными 4 августа 1995 г. Генеральный прокурор при апелляционном суде г. Парижа также подал кассационную жалобу.

Тремя Постановлениями от 16 марта 2005 г. Кассационный суд Франции, объединив производство по кассационным жалобам в связи с их взаимосвязанностью, отменил без направления на новое рассмотрение три Постановления следственной палаты апелляционного суда г. Парижа, признав недействительными следственные действия и постановив:

«Относительно части 1 статьи 100-7 Уголовно-процессуального кодекса»

В соответствии с [частью 1 статьи 100-7 Уголовно-процессуального кодекса] никакой перехват не может иметь места на линии связи, которой пользуется депутат или сенатор, без уведомления об этом следственным судьей председателя палаты парламента, к которой он принадлежит, ни из какой нормы законодательства или конвенций, ни из какого конституционного принципа не следует, что это положение применимо к представителям Европейского парламента.

Для того, чтобы признать незаконными перехваты телефонных сообщений, совершенные на телефонной линии [заявителя] во время исполнения им обязанностей представителя в Европейском парламенте, в обжалуемом Постановлении признается, что используемые положения части 1 статьи 100-7 Уголовно-процессуального кодекса применяются ко всем депутатам независимо от того, были ли они избраны в Национальную Ассамблею или в Европейский парламент.

Также, высказываясь таким образом, что никакой законодательный акт или принцип не разрешают применять к представителям Европейского парламента положения части 1 статьи 100-7, применимые только к депутатам Национальной Ассамблеи и сенаторам Республики, следственная палата нарушила вышеуказанную норму и провозглашенный принцип».

5 июля 2005 г. Европейский парламент принял решение относительно обращения о защите неприкосновенности и привилегий заявителя. Он счел, что Кассационный суд Франции не применил статью 10 упоминавшегося выше Протокола, таким образом лишив заявителя иммунитета, которым пользуются национальные парламентарии на основании статьи 100-7 Уголовно-процессуального кодекса Франции. Следовательно, он принял решение защитить неприкосновенность и привилегии заявителя, потребовал, чтобы «Постановление Кассационного суда Франции от 16 марта 2005 г. № 1784 было отменено или признано недействительным и, в любом случае, чтобы были устранены любые правовые или фактические последствия вышеуказанного Постановления», и поручил своему председателю незамедлительно передать настоящее решение и доклад его соответствующей комиссии в Кассационный суд Франции, Правительство Франции, а также Национальную Ассамблею и Сенат Французской Республики.

15 ноября 2005 г. Европейский парламент принял Резолюцию о возможном нарушении Протокола о привилегиях и иммунитетах Европейских сообществ государствами-членами, в которой он одобрил решение потребовать от Комиссии Европейских сообществ начать процедуру, предусмотренную статьей 226 Договора об учреждении Европейских сообществ, против Французской Республики в связи с нарушением основополагающего права Сообщества. 4 августа 2006 г. Комиссия Европейских сообществ проинформировала Европейский парламент о своем намерении не предпринимать каких-либо мер в этом отношении.

5. Стадия вынесения Судебного решения

В рамках разбирательств № 2 и 3 двумя Постановлениями от 23 марта и 7 апреля 2005 г. соответственное дело заявителя было направлено на рассмотрение суда большой инстанции г. Парижа, где он должен был ответить на предъявленные ему обвинения.

В объяснениях, представленных перед началом слушаний по существу дела, заявитель просил суд направить обращение в Суд Европейских сообществ по преюдициальному вопросу о толковании и применении статьи 10 Протокола от 8 апреля 1965 г. Он указал, что обратился в Европейский суд по правам человека с жалобой на нарушение статьи 8 Конвенции, и пояснил, что, принимая во внимание противоречие, существующее между Постановлениями от 16 марта 2005 г. Кассационного суда Франции и положениями статьи 10 Протокола и Резолюции Европейского парламента от 5 июля 2005 г., эта мера являлась настоятельно необходимой.

Двумя Постановлениями, вынесенными 14 декабря 2005 г. (см. разбирательство № 2), вышеуказанный Суд отклонил возражения о неприемлемости, выдвинутые заявителем.

О направлении преюдициального вопроса суд большой инстанции, в частности, постановил, что такое направление не являлось необходимым в связи с тем, что в соответствии с Постановлением, вынесенным 16 марта 2005 г. Палатой по уголовным делам Кассационного суда Франции о восстановлении в материалах расследования документов, признанных недействительными, на представителей Европейского парламента не могут распространяться положения статьи 100-7 Уголовно-процессуального кодекса Франции на основании статьи 10 Протокола о привилегиях и иммунитетах от 8 апреля 1965 г.

По уголовному делу суд признал заявителя виновным в фактах, обвинение в которых ему было предъявлено, сочтя, что его стратегия защиты — состоящая в утверждении, что он получил наивысшие полномочия французского государства с 1986 года, ему была поручена задача объединить представленные в его распоряжение фонды за границей с целью финансирования конфиденциальных операций в интересах государства, относящихся к борьбе с международным терроризмом, — являлась неэффективной. Относительно содержания оспариваемых прослушиваний телефонных разговоров суд указал, что поведение заявителя, проанализированное при обсуждении оспариваемых мер, принятых в июне и июле 2004 года, «больше подходит лицу, которое изыскивает любые средства, чтобы оказать влияние на ход продолжающегося судебного разбирательства и избежать уголовной ответственности, нежели лицу, озабоченному тем, чтобы защитить возможных агентов, чья безопасность за границей могла быть поставлена под угрозу, как он пытался утверждать в ходе судебного заседания, поскольку значительная часть заявлений касалась его личного положения, а не положения так называемых агентов, находящихся в опасности».

B. Применимое законодательство и правоприменительная практика

1. Протокол Европейских сообществ о привилегиях и иммунитетах, подписанный 8 апреля 1965 г., приложенный к Договору об учреждении Европейского сообщества

Статья 9

«Члены Парламента не могут быть подвергнуты преследованию, розыску или аресту за высказанное ими мнение или голосование при исполнении своих функций».

Статья 10

«На время проведения сессий Парламента его члены пользуются:»

a) на своей национальной территории иммунитетами, признанными для членов парламента своей страны,

b) на территории любого другого государства-члена освобождением от любых мер в виде заключения под стражу и судебного преследования.

Они также обладают иммунитетом, когда отправляются на место проведения заседания Парламента или возвращаются после его проведения.

Иммунитет не может действовать в случае явного правонарушения и не препятствует Парламенту в реализации его права лишить иммунитета одного из его членов».

2. Внутренний регламент Европейского парламента

«1. Осуществляя свои полномочия, относящиеся к привилегиям и иммунитетам, Парламент прежде всего стремится сохранить свою целостность в качестве демократического законодательного собрания и обеспечить независимость депутатов при осуществлении их обязанностей.»

2. Любое обращение, направленное председателю компетентным органом власти государства-члена, о лишении депутата иммунитета выносится на рассмотрение Парламентом в пленарном заседании и направляется на заключение в соответствующую комиссию.

3. Любое обращение, направленное председателю депутатом или бывшим депутатом, о защите иммунитета и привилегий выносится на рассмотрение Парламентом в пленарном заседании и направляется на заключение в соответствующую комиссию.

Интересы депутата или бывшего депутата могут быть представлены другим депутатом. Заявление не может быть направлено другим депутатом без согласия заинтересованного депутата.

4. Если депутат был задержан или лишен свободы перемещения в нарушение его привилегий и иммунитетов, председатель, после проведения консультаций с председателем и докладчиком соответствующей комиссии, может в срочном порядке поставить вопрос о подтверждении привилегий и иммунитетов соответствующего депутата. Председатель выносит такое предложение на заседание комиссии и информирует об этом Парламент».

Статья 26

«Член Парламента не может быть подвергнут преследованию, розыску, аресту, задержанию или суду за высказанное им мнение или голосование при исполнении своих функций.»

Член Парламента может быть подвергнут в порядке уголовного или полицейского преследования аресту или иной превентивной либо ограничивающей свободу мере только с разрешения бюро палаты, в которой он состоит. Это разрешение не требуется в случае задержания с поличным на месте преступления или окончательного осуждения.

Заключение под стражу, превентивные или ограничивающие свободу меры либо преследование члена Парламента приостанавливаются в период сессии, если палата, в которой он состоит, того потребует.

Заинтересованная палата собирается по полному праву на дополнительные заседания для осуществления в случае необходимости мер, указанных в предыдущем абзаце».

Статья 26 Конституции Франции предоставляет члену Парламента иммунитет и неприкосновенность. В статье под заголовком «Судья, депутат и Конституция» (Le juge, {l'elu} et la Constitution) автор Франсуа Лушер ({Francois} Luchaire) изложил, что эти преимущества, расцениваемые как необходимые при осуществлении полномочий, являются ограниченными как судебной практикой, так и конституционным законом («Тетради Конституционного совета» (Cahiers du Conseil constitutionnel) № 14, с октября 2002 года по февраль 2003 года в части «Исследования и доктрины» ({Etudes} et doctrine) по теме «Правосудие в Конституции» (La justice dans la Constitution); эта статья доступна на сайте http://www.conseil-constitutionnel.fr/cahiers/ccc14/etudes2.htm).

С одной стороны, Конституционный совет Франции постановил, что высказывания — устные или письменные — сделанные депутатом при осуществлении своих полномочий, предоставленных ему Правительством, не защищены иммунитетом (Решение Конституционного совета Франции от 7 ноября 1989 г. № 262). С другой стороны, статья 26 Конституции Франции в своей первоначальной редакции предусматривала, что «член Парламента не [может] подвергаться преследованию или аресту за преступления или проступки без разрешения палаты, в состав которой он входит, за исключением случаев задержания на месте преступления». Конституционный закон от 4 августа 1995 г., внеся изменения в эту статью, «сделал новый шаг в сторону разделения судебных и политических оценок, [поскольку] отныне разрешение... было необходимо только в случае ареста или любой другой меры, ограничивающей свободу, за исключением случаев задержания на месте преступления. Но, главным образом, если никакое требование задержания или судебного контроля не было сформулировано до окончания процедуры, при окончательном осуждении допускается задержание без разрешения [Это положение уже существовало до принятия Конституционного закона от 4 августа 1995 г., но только если преследование не было возбуждено во время сессий Парламента]. Теперь разделение судебных и политических оценок стало полным...».