Статья 6:104Решение ЕСПЧ от 27.11.2018

РЕШЕНИЕ

---

<1> Перевод с английского языка И.В. Артамоновой.

<2> Настоящее Решение вступило в силу 26 июня 2018 г. в соответствии с пунктом 2 статьи 28 Конвенции (примеч. редактора).

По делу «Компания „Меркантил Кар Зрт.“ и другие против Венгрии» Европейский Суд по правам человека (Четвертая Секция), заседая 27 ноября 2018 г. Палатой в составе:

Анны Юдковской, Председателя Палаты Суда,

Пауло Пинто де Альбукерке,

Роберта Спано,

Фариса Вехабовича,

Эгидиюса Куриса,

Карло Ранзони,

Жоржа Раварани, судей,

а также при участии Мариалены Цирли, Секретаря Секции Суда,

принимая во внимание, что Петер Пачолаи, судья, избранный от Венгрии, заявил самоотвод (правило 28 Регламента Европейского Суда) и Председатель Европейского Суда назначил Роберта Спано, судью, избранного от Исландии, в качестве судьи ad hoc (пункт 4 статьи 26 Конвенции и правило 29 Регламента Европейского Суда),

принимая во внимание жалобы, поданные в разные даты, указанные в Приложении,

принимая во внимание возражения, представленные властями Венгрии, а также замечания на них, представленные компаниями-заявительницами,

принял следующее Решение:

ФАКТЫ

1. Список компаний-заявительниц указан в Приложении. Их интересы представлял адвокат П. Вейл (P. Veil), практикующий в г. Париже.

2. Интересы властей Венгрии представлял их Уполномоченный при Европейском Суде З. Таллоди ( Z.Tallódi ), сотрудник Министерства юстиции Венгрии.

A. Обстоятельства дела

3. Обстоятельства дела, представленные сторонами, можно кратко изложить следующим образом.

4. Компании-заявительницы являются финансовыми учреждениями, которые осуществляют деятельность в области финансового лизинга, потребительского кредитования и договоров потребительского займа в Венгрии. Они входят в состав банковской группы ОТП (OTP Bank Group).

1. Предварительная информация

5. Согласно данным, предоставленным властями Венгрии, объем потребительских кредитов в Венгрии достиг наибольшего показателя 30 июня 2010 г., когда их общая сумма составила 8 647,9 миллиардов венгерских форинтов <3>. Хотя в последующие годы стоимость этих кредитов постоянно уменьшалась, 30 июня 2014 г. их объем по-прежнему превышал 6 802 миллиарда венгерских форинтов. Сумма потребительских кредитов в венгерских форинтах составила 3 139,1 миллиарда форинтов, а в иностранной валюте — 3 662,9 миллиардов форинтов.

---

<3> На момент подачи жалобы в Европейский Суд 1 евро примерно стоил 310 венгерских форинтов.

6. При выдаче кредитов в иностранной валюте суммы, предоставляемые кредитором и выплачиваемые должником, были номинированы в иностранной валюте (валюте расчета), но обе стороны должны были выплачивать данные суммы в венгерских форинтах (валюте платежа). По данному виду договора должник имел задолженность в иностранной валюте и пользовался преимуществом в виде более выгодной процентной ставки по сравнению с той, которая подлежала выплате по кредитам в венгерских форинтах в соответствующий период. Соответственно, должник был обязан нести последствия колебаний валютного курса: любое обесценивание венгерского форинта приводило к увеличению платежного бремени для должника, а любое повышение стоимости венгерского форинта приводило к уменьшению такого бремени. Стороны также могли принять решение о предоставлении и выплате суммы займа в валюте расчета.

7. В 2010 году власти Венгрии приняли меры по смягчению неблагоприятных последствий финансового кризиса 2008 года для должников, имеющих кредиты в иностранной валюте. Эти меры включали в себя ограничение изменений кредитных договоров в одностороннем порядке и установление фиксированных курсов для погашения кредитов в иностранной валюте. Кроме того, Закон 2011 года № CXXI (далее — Закон о досрочном погашении) предусматривал досрочное погашение кредитов в иностранной валюте, обеспеченных ипотечными ссудами на жилую недвижимость, что привело к снижению таких кредитов на 23,3%. Данное изменение законодательства было безуспешно оспорено финансовыми учреждениями в Конституционном суде Венгрии, который постановил, что вмешательство в права указанных учреждений было оправдано вследствие исключительной и серьезной ситуации, возникшей в результате международного финансового кризиса, который потребовал от государства принять оперативные меры для устранения макроэкономических последствий большого объема выданных в иностранной валюте кредитов.

8. После финансового кризиса и возросших трудностей, с которыми столкнулись потребители при исполнении обязательств, предусмотренных кредитными договорами, многие потребители возбудили судебные разбирательства в целях изменения заключенных договоров. В ответ на возникающие в этой связи вопросы Курия (историческое название Верховного суда Венгрии, см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Бака против Венгрии» (Baka v. Hungary) от 23 июня 2016 г., жалоба № 20261/12 <1>, §§ 24 и 48) приняла несколько заключений и решений.

---

<1> См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. Специальный выпуск. 2017. № 10 (примеч. редактора).

2. Заключения и решения Курии

9. 12 декабря 2011 г. Курия вынесла Заключение № 2/2011 PK [Судебная коллегия по гражданским делам] по некоторым вопросам, касающимся недействительности потребительских договоров (далее — Заключение № 2/2011), в котором рассматривался вопрос о несправедливости договорных условий, которые не были согласованы в индивидуальном порядке, и стандартных договорных условий в потребительских договорах. Было установлено, что неравноправное положение договаривающихся сторон может потребовать защиты стороны, находящейся в более слабой переговорной позиции. В указанную дату Курия также вынесла Заключение № 3/2011. PK [Судебная коллегия по гражданским делам] по некоторым вопросам, касающимся actio popularis в отношении потребительских договоров (далее — Заключение № 3/2011). Курия подтвердила, что несправедливые общие договорные условия, содержащиеся в потребительских договорах, могут быть оспорены в суде в рамках actio popularis, даже если соответствующие договоры были заключены до 1 марта 2006 г. (дата вступления в силу соответствующего положения ранее действовавшего Гражданского кодекса, см. ниже § 43), но только после 1 мая 2004 г. (дата вступления Венгрии в Европейский союз).

10. 10 декабря 2012 г. Курия вынесла Заключение № 2/2012 PK о несправедливости стандартных договорных условий, допускающих одностороннее изменение договоров потребительского кредитования, которые заключались финансовым учреждением (далее — Заключение № 2/2012). В соответствующих частях Заключения № 2/2012 указывалось следующее:

«(1) Финансовое учреждение может предусмотреть право на одностороннее изменение процентных ставок, сборов и издержек, неблагоприятно влияющее на потребителя, среди общих условий... [в соответствии с законодательством]. Данное договорное положение само по себе не может быть квалифицировано как несправедливое.»

(2) ...Любое незаконное договорное положение, касающееся одностороннего изменения договора, считается недействительным. Прежде всего суд должен оценить, нарушает ли положение, предусмотренное среди общих условий договора, какие-либо законодательные положения.

Договорное положение также считается недействительным, если, хотя и в отсутствие нарушения каких-либо правовых норм, одно или несколько его условий по сути дают основания для одностороннего изменения договора, предоставляют необоснованное и одностороннее преимущество финансовому учреждению и являются невыгодными для потребителя, поскольку нарушают требования добросовестности и справедливости и в этой связи являются несправедливыми по смыслу пункта 1 статьи 209 [ранее действовавшего Гражданского кодекса].

(3) Несправедливость условия, содержание которого исчерпывающе определено законом, не подлежит судебному пересмотру. Если обязательная... правовая норма дополнительно определена сторонами или если стороны отступают от диспозитивных [необязательных] правовых норм, несправедливость такого условия может быть оценена...».

11. По мнению Курии, если условие об одностороннем изменении договора не является незаконным, его следует считать несправедливым, если оно не соответствует семи принципам, перечисленным в Заключении [N 2/2012], которые по существу совпадают с принципами, изложенными позднее в Законе о единообразии (см. пункт 1 статьи 4 указанного закона, процитированный в § 51 настоящего Решения). Далее Курия пояснила, что недействительное договорное условие согласно перечню принципов не имеет юридической силы. Суды по собственной инициативе должны были определить, являлись ли оспариваемые общие договорные условия недействительными и можно ли было установить их недействительность на основании имеющихся доказательств. Кроме того, Курия указала, что, «если это [было] необходимо для урегулирования процедуры разрешения спора, инициированной потребителем или в рамках коллективного иска», то суд «должен был проанализировать, является ли договорное условие об одностороннем изменении договора незаконным или несправедливым, независимо от того, применяет ли фактически финансовое учреждение такое условие, и даже в том случае, если такое условие более не действует».

12. Наконец, 16 июня 2014 г. Курия приняла Решение № 2/2014 «О единообразии гражданского законодательства» (далее — Решение о единообразии). Курия, inter alia, постановила, что тот факт, что должник несет риск колебания валютных курсов (в обмен на получение выгодных процентных ставок), сам по себе не делает договоры недействительными. Однако валютные спреды, как предусмотрено в договорах, были признаны недействительными (см. Решение Европейского Суда по делу «Барди и Видович против Венгрии» ( Bárdi and Vidovics v. Hungary) от 19 декабря 2017 г., жалобы № 27514/15 и 13876/16, § 7). Кроме того, стандартные договорные условия, допускающие одностороннее изменение договоров, также были недействительны, если они не соответствовали семи принципам, изложенным в Заключении № 2/2012 (см. выше § 11).

3. Изменения внутригосударственного законодательства

13. В целях обеспечения того, чтобы принципы, изложенные в Решении о единообразии Курии, могли непосредственно применяться не только в ходе судебных разбирательств, но и в связи с возможными неурегулированными претензиями в отношении договоров потребительских кредитов, Парламент Венгрии принял три законодательных акта. Некоторые законы также были приняты для обеспечения того, чтобы все кредитные соглашения в иностранной валюте были конвертированы в венгерские форинты и чтобы урегулирование разногласий между потребителем и финансовой организацией в отношении сумм, несправедливо полученных по спредам валютных курсов, и расходов, возникших вследствие несправедливого одностороннего изменения договоров, осуществлялось согласно указаниям Курии и находящимся на рассмотрении судебным искам, вынесение решения по которым было отложено.

14. Закон 2014 года № XXXVIII «О разрешении вопросов, относящихся к Решению о единообразии, об урегулировании отдельных вопросов, связанных с кредитными договорами между потребителями и финансовыми организациями» (далее — Закон о единообразии, см. выше §§ 49 - 53), предусматривал, что определенные условия договора, которые не были согласованы в индивидуальном порядке, а именно стандартные договорные условия, и которые допускали возможность повышения процентных ставок, сборов и издержек в одностороннем порядке, считались несправедливыми. Закон также устанавливал порядок опровержения презумпции несправедливости. Данная презумпция могла быть опровергнута путем доказывания того, что оспариваемые стандартные договорные условия соответствуют семи принципам, перечисленным в Заключении № 2/2012 (см. выше § 11). Закон о единообразии предусматривал, что стандартные договорные условия, допускающие одностороннее повышение процентных ставок, сборов и издержек, должны считаться недействительными, если соответствующее финансовое учреждение не подало иск в целях подтверждения их справедливости, если суд отклонил такой иск или если суд объявил такие стандартные договорные условия недействительными по итогам разбирательства, инициированного Национальным банком Венгрии. В данных ситуациях финансовая организация была обязана произвести расчет с потребителем (см. ниже § 15).

15. Закон 2014 года № XL «О правилах расчетов, изложенных в Законе о единообразии» (далее — Закон о расчетах), вступивший в силу 1 ноября 2014 г., регулировал расчеты между потребителями и финансовыми учреждениями в ходе применения Закона о единообразии. Согласно Закону о расчетах финансовое учреждение должно было осуществлять расчет суммы, причитающейся потребителю или подлежащей зачету в отношении непогашенных обязательств потребителя перед этим учреждением. Однако потребитель имел право оспорить указанный расчет, сначала подав жалобу в финансовую организацию, а затем при необходимости направив иск в Финансовый арбитражный орган.

16. Закон 2014 года № LXXVII «Об изменении валюты договоров потребительского кредитования, номинированных в иностранной валюте» (далее — Закон о конвертации валюты), вступивший в силу 6 декабря 2014 г., предусматривал конвертацию займов в иностранной валюте в займы в венгерских форинтах с применением установленного валютного курса.

4. Производство, начатое по инициативе компаний-заявительниц

17. В нижеизложенных решениях суды Венгрии признали соответствующие стандартные договорные условия, применяемые компаниями-заявительницами, несправедливыми и вследствие этого объявили их недействительными. Таким образом, указанные стандартные договорные условия перестали быть частью отдельных потребительских договоров, и потребители получили право требовать возврата сумм, которые ранее были выплачены согласно данным условиям.

(a) Компании-заявительницы «Меркантил Кар Зрт.» (жалоба № 22853/15) и «Меркантил Банк Зрт.» (Merkantil Bank Zrt.) (жалоба № 22858/15)

18. 18 августа 2014 г. компании-заявительницы «Меркантил Кар Зрт.» и «Меркантил Банк Зрт.» обратились с заявлением в Высокий суд г. Будапешта, стремясь доказать справедливость стандартных договорных условий, используемых в их кредитных договорах, к которым применялся Закон о единообразии. Высокий суд г. Будапешта отклонил их исковые заявления по причине их неполноты, и 28 августа 2014 г. компании-заявительницы повторно подали исковые заявления вместе с приложениями, включая обширную документацию, касающуюся условий, применимых сборов и иных положений, имеющих отношение к судебному разбирательству. В частности, они пытались доказать справедливость трех стандартных договорных условий, утверждая, что все семь принципов, изложенных в пункте 1 статьи 4 Закона о единообразии, были соблюдены и что некоторые стандартные договорные условия не попадали под действие Закона о единообразии. Они также настаивали, что их права были нарушены, в частности, из-за того, что внутригосударственное законодательство применялось с обратной силой, его положения были неясными, а Курия вышла за пределы своих полномочий, определив новые правовые стандарты в Решении о единообразии. Данные компании-заявительницы требовали возбуждения процедуры проверки конституционности в отношении пункта 1 статьи 4, подпункта «a» пункта 7 статьи 7, пунктов 3 и 4 статьи 10 и статьи 11 Закона о единообразии и Решения о единообразии. Кроме того, они требовали, чтобы Высокий суд г. Будапешта направил преюдициальный запрос в Суд Европейского союза (далее — Суд ЕС). В качестве альтернативы они требовали, чтобы Высокий суд г. Будапешта объявил указанные договорные условия справедливыми и действительными.

19. Ответчик направили два отзыва на исковые заявления, при этом второй отзыв был представлен за два дня до проведения первого слушания.

20. 10 сентября 2014 г. Высокий суд г. Будапешта провел два судебных заседания, в ходе которых адвокаты сторон высказали устные заявления. Через две недели, изучив оспариваемые стандартные договорные условия, Высокий суд г. Будапешта вынес решения, согласно которым они не соответствуют одному или нескольким из семи принципов, изложенных в Законе о единообразии. Он отклонил ходатайства о возбуждении производства в Конституционном суде и в Суде ЕС, подчеркнув, что спор может быть разрешен рассматривающим дело судом и что в ходе применения указанных положений не возникало вопроса об их несоответствии Конституции Венгрии.

21. 30 сентября 2014 г. компании-заявительницы обжаловали данные решения в Апелляционном суде г. Будапешта. Последний оставил в силе решения суда первой инстанции, касающиеся как совместимости оспариваемых положений с Конституцией Венгрии, так и несправедливости договорных условий. В частности, Высокий суд г. Будапешта постановил, что Закон о единообразии не вводит новые основания недействительности, а унифицирует единообразную судебную практику, касающуюся пункта 1 статьи 209 ранее действовавшего Гражданского кодекса (см. ниже § 42). Высокий суд г. Будапешта также счел, что данное дело не требовало направления преюдициального запроса в Суд ЕС. Высокий суд г. Будапешта изучил оспариваемые стандартные договорные условия только в части требований к прозрачности, подтвердив решение об их несправедливости.

22. 12 и 13 ноября 2014 г. компании-заявительницы обратились в Курию с ходатайством о пересмотре вышеуказанных решений. 18 декабря 2014 г. Курия оставила в силе решения судов второй инстанции, постановив, inter alia, что достаточно установить нарушение хотя бы одного из семи принципов, предусмотренных в Законе о единообразии, и что в данном случае отсутствует необходимость анализировать оставшиеся принципы.

(b) Компании-заявительницы «ОТП Елзалогбанк Зрт.» (OTP Jelzálogbank Zrt.) (жалоба № 33424/15) и «ОТП Банк Ньрт.» (OTP Bank Nyrt.) (жалоба № 33426/15)

23. 18 августа 2014 г. компании-заявительницы «ОТП Елзалогбанк Зрт.» и «ОТП Банк Ньрт.» обратились в Высокий суд г. Будапешта, стремясь доказать справедливость стандартных договорных условий, используемых в их кредитных договорах, к которым применялся Закон о единообразии. 5 сентября 2014 г. они повторно подали исковые заявления вместе с обширными приложениями. Данные компании-заявительницы утверждали, что стандартные договорные условия, которые они применяли в рассматриваемый период, соответствовали всем семи принципам, изложенным в пункте 1 статьи 4 Закона о единообразии, и требовали, чтобы суд постановил, что некоторые договорные условия не попадают под действие этого закона. Эти компании-заявительницы также требовали, чтобы Высокий суд г. Будапешта возбудил процедуру проверки конституционности и направил преюдициальный запрос в Суд ЕС. Они привели доводы, аналогичные тем, что были представлены компаниями-заявительницами «Меркантил Кар Зрт.» и «Меркантил Банк Зрт.» в ходе указанного выше судебного разбирательства (см. выше § 18). В качестве альтернативы они требовали, чтобы Высокий суд г. Будапешта объявил оспариваемые договорные условия справедливыми и действительными.

24. В связи с тем, что компании-заявительницы «ОТП Елзалогбанк Зрт.» и «ОТП Банк Ньрт.» применяли практически идентичные стандартные договорные условия, 8 сентября 2014 г. Высокий суд г. Будапешта принял решение об объединении соответствующих дел для рассмотрения в одном производстве. В тот же день ответчик представил первый отзыв на исковое заявление. Второй отзыв был представлен 11 сентября 2014 г.

25. 12 сентября 2014 г. Высокий суд г. Будапешта провел первое судебное заседание и принял решение приостановить производство по делу и начать проверку в отношении конституционности некоторых положений Закона о единообразии. Он ссылался на статьи B(1) («Верховенство права»), E («Европейская интеграция»), XXVIII.(1) («Право на справедливое судебное разбирательство») и 26(1) («Независимость судебной системы») Конституции Венгрии.

26. После вынесения Конституционным судом Постановления от 11 ноября 2014 г., в котором было установлено, что Закон о единообразии соответствует Конституции Венгрии (см. ниже §§ 35 - 39), Высокий суд г. Будапешта провел второе слушание по делу 21 ноября 2014 г. Через две недели, 5 декабря 2014 г., он вынес решение. Высокий суд г. Будапешта установил, что некоторые стандартные договорные условия, на которые ссылались компании-заявительницы, не попадают под действие Закона о единообразии, а остальные нарушают один или несколько из семи принципов, изложенных в пункте 1 статьи 4 Закона о единообразии.

27. Компании-заявительницы и власти Венгрии подали апелляционные жалобы, которые были отклонены как необоснованные 8 января 2015 г. Суд второй инстанции признал апелляционную жалобу ответчика частично обоснованной и изменил мотивировку решения суда первой инстанции в целях расширения сферы действия стандартных договорных условий, которые следовало считать несправедливыми. Компании-заявительницы впоследствии обратились в Курию с ходатайством о пересмотре решения по их апелляционной жалобе.

28. 24 февраля 2015 г. Курия оставила в силе решение суда первой инстанции. Она решила, что некоторые стандартные договорные условия, указанные компаниями-заявительницами, не попадали под действие Закона о единообразии, а остальные условия не соответствовали требованиям четкой и понятной формулировки и прозрачности. Курия также отметила, что Закон о единообразии был совместим с соответствующим законодательством Европейского союза, и по этой причине отклонила ходатайство о направлении преюдициального запроса в Суд ЕС.

(c) Компания-заявительница «ОТП Ингатланлизинг Зрт.» (OTP Ingatlanlízing Zrt.) (жалоба № 33737/15)

29. 18 августа 2014 г. компания-заявительница «ОТП Ингатланлизинг Зрт.» обратилась в Высокий суд г. Будапешта, стремясь доказать справедливость соответствующих стандартных договорных условий, используемых в ее кредитных договорах. 5 сентября 2014 г. она повторно подала исковое заявление вместе с обширными приложениями.

30. 10 сентября 2014 г. ответчик представил первый отзыв на исковое заявление. Второй отзыв был представлен за три дня до проведения первого слушания. Первое судебное заседание по делу было проведено 15 сентября 2014 года. Высокий суд г. Будапешта решил приостановить производство по делу и инициировать проверку конституционности в отношении некоторых положений Закона о единообразии.

31. После вынесения Конституционным судом Постановления от 11 ноября 2014 г. (см. ниже §§ 35 - 39) Высокий суд г. Будапешта провел второе слушание по делу 28 ноября 2014 г. Через две недели, 12 декабря 2014 г., Высокий суд г. Будапешта вынес решение. Он установил, что некоторые стандартные договорные условия, на которые ссылалась эта компания-заявительница, не попадают под действие Закона о единообразии, а остальные условия нарушают один или несколько принципов, изложенных в пункте 1 статьи 4 указанного закона.

32. 8 января 2015 г. Апелляционный суд г. Будапешта отклонил апелляционную жалобу компании-заявительницы как необоснованную.

33. Впоследствии данная компания-заявительница обратилась в Курию с ходатайством о пересмотре указанного решения. 26 февраля 2015 г. Курия вынесла постановление, направив некоторые вопросы на новое рассмотрение в суд второй инстанции. Апелляционный суд вынес второе решение 24 марта 2015 г., установив, что некоторые стандартные договорные условия, указанные компанией-заявительницей, не попадают под действие Закона о единообразии, а остальные условия не соответствуют требованиям четкой и понятной формулировки и прозрачности.

34. Эта компания-заявительница обратилась в Курию с ходатайством о пересмотре второго решения. Ее ходатайство было отклонено 27 апреля 2015 г.

5. Постановление Конституционного суда от 11 ноября 2014 г.

35. 11 ноября 2014 г. Конституционный суд Венгрии вынес Постановление № 34/2014 (XI.14), в котором он провел оценку соответствия Закона о единообразии, в частности, его пунктов 1 — 3, 6 и 7 статьи 1, статей 4 — 15 и статьи 19 Конституции Венгрии. Конституционный суд Венгрии большинством голосов постановил, что оспариваемый нормативный правовой акт не противоречил принципу верховенства права и не нарушал право на запрет применения закона с обратной силой или право на справедливое судебное разбирательство. Конституционный суд Венгрии отметил, inter alia, что пункт 3 статьи 210 ранее действовавшего Закона «О кредитных организациях» (см. ниже § 47), который представлял собой lex specialis, допускал одностороннее изменение договорных условий, регулирующих процентные ставки, сборы и другие вопросы, в невыгодную для потребителя сторону. Однако это было «своего рода уполномочивающее положение», и нельзя утверждать, что законодательный орган определил договорное условие, которое «не может быть признано несправедливым». Конституционный суд Венгрии отметил, что установленное законом требование о добросовестности и справедливости изначально ограничивало изменения договора в одностороннем порядке на основе действующего правила. Уполномочивающее положение ранее действовавшего Закона «О кредитных организациях» не отменяло и не приостанавливало действие требования о справедливости и добросовестности. По мнению Конституционного суда Венгрии, Закон о единообразии не содержит новых материально-правовых положений, которые имели бы обратную силу. Парламент Венгрии просто «принял в виде парламентского акта, тем самым придав уровень закона, толкование, разработанное и ставшее обязательным для применения в практике европейских и внутригосударственных судов». В частности, Конституционный суд Венгрии постановил:

«Закон [о единообразии] не изменил оценку в соответствии с ранее действовавшими (и новыми) положениями [Гражданского кодекса] и изложенными Курией принципами справедливости рассматриваемых договорных условий. Закон [о единообразии] просто уточнил в рамках нормативной правовой базы общего характера существующее ab ovo содержание общего положения... В [Заключении № 2/2012] выражена та же точка зрения, а именно „факт признания несправедливости общего договорного условия в соответствии с положениями Гражданского кодекса, действовавшего на момент заключения договора, на основании, которое позднее, например, с учетом опыта, накопленного соответствующей судебной практикой, императивно установлено отдельным законом, не нарушает запрета на применение закона с обратной силой“.»

36. Таким образом, Конституционный суд Венгрии решил, что оспариваемые положения, вступившие в силу после заключения договоров, «не содержали таких элементов, которые [могли бы] быть неизвестны сторонам». Он указал, что «установление правовой недействительности в обязательном порядке затрагивает [затрагивало] договор на дату его заключения», поскольку «недействительность по своей сути подразумевает [подразумевала], что договор или его часть имели некоторые „юридические недостатки“ уже в момент заключения договора».

37. Конституционный суд Венгрии также отметил, что «договоры потребительского кредитования, как правило, [представляли собой] долгосрочные договорные отношения, в рамках которых стороны [имели] взаимные права и обязанности». По мнению Конституционного суда Венгрии, «положение о том, что в рамках таких отношений различные требования [не могли] иметь отдельные сроки давности в течение срока действия договора, не противоречило Конституции Венгрии». Он пояснил, что «аналогично решению, касающемуся рассрочки платежей в договорах лизинга, в оспариваемом законе законодатель предусмотрел в целях анализа правоотношения как единого целого толкование, которое не противоречит нормам о сроках давности ранее действовавшего Гражданского кодекса, а именно тому, что течение срока исковой давности [должно] начинаться с даты прекращения договорных отношений в соответствии с договором».

38. Что касается ограничений процессуальных прав, в частности, коротких сроков, в соответствии с Законом о единообразии, Конституционный суд Венгрии пояснил следующее:

«...Установленная законом презумпция применялась исключительно к договорным положениям, допускающим одностороннее повышение процентных ставок, сборов и издержек, которые представляли собой незначительную, поддающуюся четкой идентификации часть общих договорных условий. Идентификация указанных элементов даже при продолжительности действия договора около 10 лет не создавала каких-либо проблем, которые делали бы невозможным предъявление иска... в срок. Кроме того, в Законе о единообразии четко определены принципы, которым должны соответствовать договорные положения, уже применявшиеся к некоторым договорам в рамках текущих судебных процессов, на основании которых... были приняты [Заключение № 2/2012] и Решение о единообразии... Некоторые принципы не предусматривают возможности усмотрения [например, пункт „b“: имеется ли перечень оснований и, если да, является ли он исчерпывающим?], в то время как решения по другим вопросам принимаются по усмотрению судов [например, пункт „a“: является ли формулировка общего договорного условия четкой и понятной для потребителя?]. Фактически убедительные доводы и подробный анализ договорных положений должны были быть представлены только в отношении последних указанных элементов».

39. Что касается необходимости введения Закона о единообразии, Конституционный суд Венгрии высказал следующую точку зрения:

«...По информации, предоставленной министром юстиции, лица, применяющие закон, и законодательные органы должны были ожидать подачи около 1,8 миллиона гражданских исков, при этом среднегодовое количество новых гражданских исков составляет 160 000, что привело бы к увеличению судебной нагрузки и парализовало бы отправление правосудия на долгое время. Таким образом, законодательное вмешательство, в результате которого значительное количество индивидуальных судебных исков могло быть заменено разбирательствами sui generis, позволившими финансовым организациям опровергнуть презумпцию и посредством этого предотвратить срыв функционирования судов, не может считаться вмешательством со стороны государства, нарушающим требование правовой защищенности.»

...[С]уды способны обеспечить соблюдение законодательства о защите прав потребителей только в отдельных случаях. При возникновении проблем, затрагивающих общество в целом, государство должно вмешиваться и предлагать решение, в том числе на законодательном уровне. Тот факт, что в отношении рассматриваемого договорного положения государство приняло на себя обеспечение исполнения требований потребителя и субъекта, наделенного правом на подачу иска в интересах общества, соответствует конституционному требованию защиты потребителей.

...[Т]олкование, согласно которому при наличии большого количества несправедливых договорных условий у государства — члена ЕС имеется [право на вмешательство]... законодательным путем... в интересах потребителей, также следует из цели, изложенной в Директиве № 93/13/ЕЭС».

B. Соответствующие законодательство и практика Венгрии и Европейского Союза

1. Постановление Правительства Венгрии № 275/2010 (XII.15)

40. Постановление Правительства Венгрии № 275/2010 (XII.15) об одностороннем изменении процентных ставок, согласованных в договоре, вступил в силу в период с 18 декабря 2010 г. по 31 января 2015 г. В соответствии с данным постановлением финансовая организация может в одностороннем порядке изменять процентную ставку по кредиту в сторону ухудшения постановлении потребителя на определенных условиях, которые перечислены в указе и касаются обстоятельств, фактически влияющих на процентную ставку (например, некоторые неблагоприятные изменения в расходах кредитора на финансирование и относительно его возможности получать денежные средства).

2. Ранее действовавший Гражданский кодекс

41. Что касается договорных отношений, то в соответствии с Законом 1959 года № IV «О Гражданском кодексе с изменениями и дополнениями» (далее — ранее действовавший Гражданский кодекс) течение срока исковой давности должно было начинаться с даты прекращения договорных отношений.

42. В период с 1998 по 2006 год статья 209 ранее действовавшего Гражданского кодекса предусматривала, что потерпевшая сторона может оспаривать общие условия в суде, если он/она считают их несправедливыми.

43. По состоянию на 1 марта 2006 г. статья 209 ранее действовавшего Гражданского кодекса, в которую были внесены изменения, предусматривала, что общие условия должны считаться несправедливыми, если права и обязанности сторон, вытекающие из соглашения, были сформулированы в нарушение требования добросовестности и справедливости таким образом, что они предоставляли необоснованное и одностороннее преимущество стороне, которая устанавливает условия в ущерб другой стороне. Кроме того, новая статья 209/A содержала условия, при которых потерпевшая сторона могла оспаривать в суде предположительно несправедливые стандартные договорные условия. Указанная статья гласила:

«(1) Договорное условие, включенное в договор в качестве стандартного договорного условия, может быть оспорено потерпевшей стороной как несправедливое.»

(2) Несправедливое договорное условие, заранее установленное стороной, заключающей договор с потребителем, и не согласованное в индивидуальном порядке, но включенное в договор в качестве стандартного договорного условия, считается недействительным. Договор может быть расторгнут только в интересах потребителя».

44. По состоянию на 2009 год статья 209 ранее действовавшего Гражданского кодекса была изменена и дополнена. В соответствующих частях она предусматривала следующее:

«(1) Стандартное договорное условие или условие, которое не было согласовано в индивидуальном порядке в потребительском договоре, считается несправедливым, если в нарушение обязательства действовать добросовестно и по справедливости оно в одностороннем порядке и неоправданно устанавливает договорные права и обязательства сторон в ущерб контрагенту стороны, которая установила рассматриваемое договорное условие.»

(2) Несправедливость договорного условия оценивается с учетом характера услуг, в отношении которых был заключен договор, и путем указания в момент заключения договора на все обстоятельства, сопутствующие заключению договора, и на все иные условия договора или иного соглашения, которым он обусловлен.

(3) Другие правовые нормы могут определять договорные условия, которые считаются несправедливыми в отношении потребительского договора или которые должны считаться несправедливыми, пока не доказано обратное.

(4) Стандартное договорное условие или условие, которое не было согласовано в индивидуальном порядке в потребительском договоре, также считается несправедливым только на основании того, что оно не было [изложено] простым и понятным языком...

(6) Договорные условия, определенные в уставе или в соответствии с законодательными положениями, не должны считаться несправедливыми».

3. Новый Гражданский кодекс

45. Закон 2013 года № V «О Гражданском кодексе» (далее — новый Гражданский кодекс) в соответствующих частях предусматривает:

«Статья 6:103»

... (2) Что касается договоров между потребителем и стороной, осуществляющей коммерческую деятельность, стандартное договорное условие или любое договорное условие, которое было заранее составлено такой стороной и не было согласовано в индивидуальном порядке, считается несправедливым только на основании того, что оно не было изложено простым и понятным языком.

(3) Любое несправедливое договорное условие, которое было включено в договор между потребителем и стороной, осуществляющей коммерческую деятельность, считается недействительным. В интересах потребителя можно воспользоваться правом объявить условие недействительным.

... (2) В договорах между потребителем и стороной, осуществляющей коммерческую деятельность, договорное условие считается несправедливым, пока не будет доказано обратное, в частности, если его целью или результатом является:

... d) предоставление стороне, осуществляющей коммерческую деятельность, возможности изменять условия договора в одностороннем порядке без правомерного основания, указанного в самом договоре, в частности, увеличивать денежное вознаграждение, установленное договором, или разрешение стороне, осуществляющей коммерческую деятельность, изменять условия договора в одностороннем порядке при наличии для этого в договоре серьезных оснований при условии, что в таких случаях потребитель не может отказаться от договора или расторгнуть его...».

4. Ранее действовавший Закон «О кредитных организациях»

46. Статья 210 Закона 1996 года № CXII «О кредитных учреждениях и финансовых организациях» в редакции с изменениями, внесенными Законом 2009 года № CL «О внесении изменений в некоторые законодательные акты парламента, связанные с финансовой деятельностью» (далее — ранее действовавший Закон «О кредитных учреждениях»), в соответствующих частях предусматривала:

«... (2) В соглашении об оказании финансовых услуг и об осуществлении деятельности, связанной с финансовыми услугами, необходимо четко указывать процентные ставки, комиссии, иные сборы и условия, включая правовые последствия неуплаты, а также порядок обращения взыскания на имущество, предоставленное в качестве обеспечения договора, и связанные с этим правовые последствия.»

(3) В кредитных договорах с потребителями и в договорах финансового лизинга могут быть изменены в одностороннем порядке в ущерб потребителю только процентные ставки, сборы и комиссии. Иные положения, в том числе перечень оснований для одностороннего изменения договорных условий, не могут быть изменены в одностороннем порядке в ущерб потребителю. Кредитор может воспользоваться правом одностороннего изменения договора, если в договоре указаны объективные причины, дающие основание для такого изменения, и если кредитор письменно зафиксировал свои критерии ценообразования...

(6) Принимая во внимание договоры, указанные в пункте 3 настоящей статьи, любые изменения, применяемые в одностороннем порядке в отношении процентных ставок, сборов или комиссий... если это неблагоприятно сказывается на потребителях, должны быть обнародованы путем публикации уведомления за шестьдесят дней до даты вступления таких изменений в силу...».

47. 27 ноября 2010 г. Парламент Венгрии внес изменения в ранее действовавший Закон «О кредитных учреждениях», добавив в него новую статью 210/A, которая применялась к кредитным договорам и договорам займа, а также к договорам финансового лизинга в жилищных целях. Новое положение запрещало финансовым организациям изменять данные соглашения в ущерб потребителям, объявляло такие измененные условия недействительными, за исключением условий, «касающихся процентной ставки, только в случаях и на условиях, определенных постановлением Правительства Венгрии, и если это оправдано изменениями учетной ставки Центрального банка, ставок рефинансирования, индексов рынка краткосрочных капиталов и процентных ставок кредитных организаций по срочным депозитам, изменениями, принятыми властями Венгрии в отношении нормативной правовой базы или оценки кредитного риска».

48. В соответствии с пунктом 1 статьи 235 ранее действовавшего Закона «О кредитных учреждениях» власти Венгрии были уполномочены издавать подробные инструкции, касающиеся случаев и условий, при которых финансовая организация имела право в одностороннем порядке изменять процентные ставки по соглашениям, указанным в статье 210/A этого закона, в ущерб потребителю.

5. Закон о единообразии

49. Закон о единообразии (см. выше § 14) был принят Парламентом Венгрии 4 июля 2014 г. и утвержден президентом республики 18 июля 2014 года. Закон о единообразии применяется к договорам потребительского кредитования, заключенным в период между 1 мая 2004 г. и до вступления данного закона в силу, а именно 19 июля 2014 г. Закон о единообразии касается договоров потребительского кредитования, номинированных в иностранной валюте или в венгерских форинтах, а также определенных договоров финансового лизинга (статья 1 Закона о единообразии). Он устанавливает, что стандартные договорные условия, допускающие одностороннее повышение процентных ставок, сборов и издержек, должны считаться несправедливыми, если не будет доказано их соответствие всем семи принципам, изложенным в Заключении № 2/2012 (см. выше §§ 10 и 11) и перечисленным в пункте 1 статьи 4 Закона о единообразии (см. ниже § 51).

50. В соответствии с пунктом 2 статьи 4 Закона о единообразии финансовая организация должна была доказать, что рассматриваемые стандартные договорные условия соответствуют указанным выше семи принципам и в силу этого являются справедливыми. В этих целях финансовая организация должна была подавать иски против государства, а не против отдельных потребителей.

51. Следующие положения Закона о единообразии имеют особое значение для настоящего дела:

«1. Общие положения»