Решение Суда ЕврАзЭС от 10.07.2013

<О применении статей 5, 6, 8 Соглашения о таможенно-тарифном регулировании от 25.01.2008, положений пп.7.1.11 и 7.4 пункта 7 Решения Комиссии Таможенного союза от 27.11.2009 № 130, пунктом 1 и 3 Решения комиссии Таможенного союза от 15.07.2011 № 728>

(вместе с Особым мнением дело № 1-6/1-2013, Особым мнением по решению о преюдициальном запросе дело № 1-6/1-2013)

СУД ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО СООБЩЕСТВА

РЕШЕНИЕ

от 10 июля 2013 года

Большая коллегия Суда Евразийского экономического сообщества в составе председательствующего судьи-докладчика Чайки К.Л., судей Алимбекова М.Т., Баишева Ж.Н., Нешатаевой Т.Н., Смирнова Е.А., Соколовской А.М., при секретаре судебного заседания Дюба О.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании запрос Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь о применении отдельных положений решений Комиссии Таможенного союза № 130 от 27 ноября 2009 года «О едином таможенно-тарифном регулировании Таможенного союза Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации», № 728 от 15 июля 2011 года «О порядке применения освобождения от уплаты таможенных пошлин при ввозе отдельных категорий товаров на единую таможенную территорию Таможенного союза», связанных с предоставлением льгот в отношении товаров, ввозимых в рамках инвестиционного проекта,

принимая во внимание письменную процедуру, в рамках которой представлены позиции Секретариата Межпарламентской Ассамблеи Евразийского экономического сообщества, Евразийской экономической комиссии, высших судебных органов государств — членов Таможенного союза, органов исполнительной власти в области таможенного дела государств — членов Таможенного союза, научных учреждений Республики Беларусь и Российской Федерации,

заслушав информацию советника судьи Юрченко В.Г., представителей Евразийской экономической комиссии Наумова А.А., Белорусского государственного университета Анищенко А.И., иностранного частного производственно-сервисного предприятия «Тур Транс Компани» Пташник Г.Л., Сацевича В.В., исследовав представленные документы и иные материалы,

установила:

I. Заявитель запроса

1. Кассационной коллегией Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь на основании статьи 13 Статута Суда Евразийского экономического сообщества от 5 июля 2010 года, статьи 3 Договора об обращении в Суд Евразийского экономического сообщества хозяйствующих субъектов по спорам в рамках Таможенного союза и особенностях судопроизводства по ним от 9 декабря 2010 года (далее — Договор) в Суд Евразийского экономического сообщества (далее — Суд) направлен запрос о преюдициальном решении в рамках приостановленного производством дела № 138-12/2012/282А/113К по спору между иностранным частным производственно-сервисным предприятием «Тур Транс Компани» и Минской региональной таможней Государственного таможенного комитета Республики Беларусь.

II. Предмет запроса

2. Применение статей 5, 6, 8 Соглашения о таможенно-тарифном регулировании от 25 января 2008 года, положений подпунктов 7.1.11 и 7.4 пункта 7 решения Комиссии Таможенного союза от 27 ноября 2009 года № 130 «О едином таможенно-тарифном регулировании Таможенного союза Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации» (далее — Решение № 130), пунктов 1 и 3 решения Комиссии Таможенного союза от 15 июля 2011 года № 728 «О порядке применения освобождения от уплаты таможенных пошлин при ввозе отдельных категорий товаров на единую таможенную территорию Таможенного союза» (далее — Решение № 728).

III. Обстоятельства дела

3. В производстве Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь находится дело по заявлению хозяйствующего субъекта — иностранного частного производственно-сервисного предприятия «Тур Транс Компани» (Республика Беларусь) (далее — ИП «Тур Транс Компани») о признании недействительным решения Минской региональной таможни Государственного таможенного комитета Республики Беларусь о взыскании неуплаченных сумм таможенных платежей и пени от 21 марта 2012 года.

Из представленных в Суд письменных материалов следует, что 28 февраля 2011 года между ИП «Тур Транс Компани» и Республикой Беларусь в лице Минского областного исполнительного комитета заключен инвестиционный договор № ИД — 470, зарегистрированный в Государственном реестре инвестиционных договоров с Республикой Беларусь 15 марта 2011 года.

В рамках указанного договора ИП «Тур Транс Компани» в апреле -июне 2011 года ввезло на территорию Таможенного союза туристические автобусы «Neoplan» и «Mercedes-Benz» в количестве 17 штук.

Указанные автобусы согласно перечню, согласованному Минским областным исполнительным комитетом в рамках реализации инвестиционного договора № ИД — 470, признаны технологическим оборудованием и помещены под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления с предоставлением льгот по уплате ввозных таможенных пошлин.

Освобождение автобусов от уплаты ввозной таможенной пошлины предоставлено ИП «Тур Транс Компани» на основании и условиях, предусмотренных подпунктом 7.1.11 пункта 7 Решения № 130 и подпунктом 2.2 пункта 2 Декрета Президента Республики Беларусь от 6 августа 2009 года № 10 «О создании дополнительных условий для инвестиционной деятельности в Республике Беларусь» (далее — Декрет № 10), то есть как технологического оборудования, ввезенного для исключительного использования на территории государства — члена Таможенного союза в рамках реализации инвестиционного проекта.

Нарушение ИП «Тур Транс Компани» условия, установленного Решением № 130 и Декретом № 10, об использовании ввезенных автобусов исключительно на территории Республики Беларусь явилось основанием для принятия таможенным органом решения о взыскании неуплаченных сумм таможенных платежей и пени.

В ходе рассмотрения дела Кассационная коллегия Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь направила в Суд запрос о разъяснении порядка применения норм решения Комиссии Таможенного союза от 15 июля 2011 года № 728 «О порядке применения освобождения от уплаты таможенных пошлин при ввозе отдельных категорий товаров на единую таможенную территорию Таможенного союза» в части освобождения от уплаты таможенных пошлин при ввозе отдельных категорий товаров на единую таможенную территорию Таможенного союза в совокупности с нормами пункта 3 Решения Таможенного союза № 728 до установления Комиссией Таможенного союза порядка применения освобождения от уплаты ввозных таможенных пошлин в отношении категорий товаров, определенных подпунктом 7.1.11 с учетом формулировки пункта 7.4 Решения Комиссии Таможенного союза от 27 ноября 2009 года № 130 «О едином таможенно-тарифном регулировании Таможенного союза Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации», в силу которого указанная тарифная льгота применяется в порядке, действующем в государстве — члене Таможенного союза.

Определением Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 21 марта 2013 года производство по делу № 138-12/2012/282А/113К приостановлено в связи с направлением запроса в Суд.

IV. Процедура в Суде

4. В силу статьи 8 Договора об учреждении Евразийского экономического сообщества от 10 октября 2000 года, пункта 4 статьи 13 Статута Суда Евразийского экономического сообщества от 5 июля 2010 года Суд обладает полномочиями по рассмотрению дел в Таможенном союзе.

В соответствии со статьей 3 Договора высший орган судебной власти государства — члена Таможенного союза обращается в Суд с запросом о вынесении заключения по вопросам применения международных договоров, заключенных в рамках Таможенного союза, и актов Комиссии Таможенного союза, затрагивающих права и законные интересы хозяйствующих субъектов, если эти вопросы существенно влияют на разрешение дела по существу.

Согласно пункту 2 статьи 7 Регламента Суда Евразийского экономического сообщества по рассмотрению обращений хозяйствующих субъектов Большая коллегия Суда выносит решения по запросам высших органов судебной власти государств — членов Таможенного союза, поданным в рамках статьи 3 Договора.

На основании указанных норм 22 апреля 2013 года Большой коллегией Суда запрос Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь принят к производству.

При подготовке к рассмотрению дела Судом направлены запросы в Секретариат Межпарламентской Ассамблеи Евразийского экономического сообщества, Евразийскую экономическую комиссию, высшие органы судебной власти и органы исполнительной власти в области таможенного дела государств — членов Таможенного союза, научные учреждения государств — членов Таможенного союза о представлении материалов с изложением позиции по рассматриваемому Судом запросу.

Евразийская экономическая комиссия в ответе на запрос Суда указала, что до настоящего времени тарифная льгота, предусмотренная подпунктом 7.1.11 пункта 7 Решения № 130, применяется в порядке, действующем в государстве — члене Таможенного союза.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, Федеральная таможенная служба Российской Федерации отметили, что практика применения подпункта 7.1.11 пункта 7 Решения № 130 в Российской Федерации отсутствует, поскольку законодательством Таможенного союза и Российской Федерации правоотношения по порядку применения тарифной льготы в отношении товаров, указанных в данном подпункте, не урегулированы.

Комитет таможенного контроля Министерства финансов Республики Казахстан сообщил, что порядок применения тарифной льготы в отношении товаров, указанных в подпункте 7.1.11 пункта 7 Решения № 130, в Республике Казахстан реализуется путем применения норм Закона Республики Казахстан «Об инвестициях» от 8 января 2003 года № 373.

Верховный Суд Республики Казахстан пришел к выводу, что положения абзацев 3 и 4 подпункта 7.1.11 и подпункта 7.4 пункта 7 Решения № 130 не подлежат применению до установления Евразийской экономической комиссией соответствующего порядка.

Государственный таможенный комитет Республики Беларусь сообщил, что применение тарифной льготы в отношении товаров, указанных в подпункте 7.1.11 пункта 7 Решения № 130, осуществляется в порядке, установленном Декретом № 10, который соответствует договорно-правовой базе Таможенного союза. Положения подпункта 7.4 пункта 7 Решения № 130 являются самостоятельными нормами и не ограничивают условия применения тарифных льгот, указанных в подпункте 7.1.11 пункта 7 данного решения.

Белорусский государственный университет, анализируя применение норм подпунктов 7.1.11 и 7.4 пункта 7 Решения № 130, пришел к выводу, что подпункт 7.4 пункта 7 Решения № 130 не устанавливает отдельной тарифной льготы индивидуального характера, а определяет дополнительное условие применения тарифных льгот, предусмотренных подпунктом 7.1 пункта 7 Решения № 130 (за исключением подпункта 7.1.11), для тех случаев, когда предоставление таких льгот сопряжено с необходимостью определения государствами — членами Таможенного союза конкретных плательщиков, которым такая льгота предоставляется. В силу статьи 1 Таможенного кодекса Таможенного союза и пункта 3 Решения № 728 освобождение от уплаты ввозных таможенных пошлин в отношении товаров, указанных в подпункте 7.1.11 пункта 7 Решения № 130, может применяться в порядке, закрепленном в национальном законодательстве государства — члена Таможенного союза.

Рассматривая вопрос о статусе Комиссии Таможенного союза и юридической силе ее решений, Российская правовая академия Министерства юстиции Российской Федерации и Российская академия правосудия отмечают, что Комиссия Таможенного союза является наднациональным органом с объемом полномочий государственных органов Сторон, переданных ей государствами — членами Таможенного союза.

23 апреля 2013 года Судом направлен запрос в Высший Хозяйственный Суд Республики Беларусь о предоставлении документов и информации, необходимых для рассмотрения поставленных вопросов.

6 мая 2013 года в Суд поступило обращение Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь об отзыве запроса и прекращении производства по делу.

20 мая 2013 года Большая коллегия Суда отказала в принятии отзыва запроса Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь, назначив рассмотрение дела по существу, указав при этом на невозможность принятия отзыва, поскольку иное решение не отвечает интересам процессуальной экономии и может повлечь необоснованную задержку рассмотрения дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 40 Регламента Суда Евразийского экономического сообщества по рассмотрению обращений хозяйствующих субъектов одним из оснований прекращения Судом производства по делу является отзыв запроса заявителем при условии принятия его Судом.

Исходя из смысла положения данной нормы, Суд, учитывая обстоятельства дела, существо запроса, устанавливает пределы права заявителя запроса относительно процессуально-правовых последствий судебного дела.

Обращение Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь об отзыве запроса поступило в Суд, когда запрос был принят к производству Большой коллегией Суда и проделана работа, связанная с привлечением специалистов государств — членов Таможенного союза в области международного права, внешнеэкономической деятельности и таможенных правоотношений. Тем самым созданы условия для своевременного решения вопросов, поставленных перед Судом, и предоставления заинтересованным лицам судебной защиты.

Кроме того, обращение Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь об отзыве запроса и прекращении производства по делу от 30 апреля 2013 года направлено в Суд без принятия процессуального решения о возобновлении производства по делу.

При таких обстоятельствах, а также учитывая принцип процессуальной эффективности, закрепленный в статье 2 Регламента Суда Евразийского экономического сообщества, утвержденного решением Суда от 12 июля 2012 года № 12, отсутствие обоснования отзыва запроса Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь, Судом данный отзыв не принят.

V. Выводы Суда

5. Договором об учреждении Евразийского экономического сообщества от 10 октября 2000 года Республика Беларусь, Республика Казахстан, Кыргызская Республика, Российская Федерация и Республика Таджикистан, руководствуясь принципами и нормами международного права, с целью продвижения процесса формирования Таможенного союза и Единого экономического пространства создали международную организацию — Евразийское экономическое сообщество.

Статьей 1 данного Договора Стороны наделили Евразийское экономическое сообщество полномочиями, добровольно передаваемыми Сообществу.

Договором о Комиссии Таможенного союза от 6 октября 2007 года Республика Беларусь, Республика Казахстан, Российская Федерация учредили Комиссию Таможенного союза (далее — Комиссия) как единый постоянно действующий регулирующий орган Таможенного союза.

Статьями 3 и 6 Договора о Комиссии Таможенного союза Комиссия наделена полномочиями и функциями, предусмотренными данным Договором, другими международными договорами, заключенными государствами — членами Таможенного союза, а также решениями Высшего органа Таможенного союза. Одной из функций Комиссии является исполнение решений, принятых Высшим органом Таможенного союза.

Порядок и условия осуществления Комиссией функций в конкретных сферах ее деятельности определяются отдельными международными договорами в рамках Таможенного союза. Решения Комиссии, принятые в пределах предоставленных ей полномочий, имеют обязательный характер для государств — членов Таможенного союза и подлежат непосредственному применению на их территориях.

Учитывая изложенное, Суд приходит к выводу, что государства — члены Таможенного союза создали Комиссию как регулирующий орган, обладающий наднациональными функциями, добровольно переданными Сторонами, с правом принятия решений, имеющих обязательный характер на территории Таможенного союза.

6. Соглашением о едином таможенно-тарифном регулировании от 25 января 2008 года (далее — Соглашение) на таможенной территории государств — членов Таможенного союза определен порядок установления единой системы ставок таможенных пошлин в виде Единого таможенного тарифа, установлены принципы и виды тарифных льгот, предоставленные в отношении товаров, ввозимых на единую таможенную территорию государств — членов Таможенного союза.

Статьями 6, 8 Соглашения Стороны добровольно передали Комиссии полномочия по ведению Единого таможенного тарифа, установлению порядка применения тарифных льгот, предусмотренных статьей 5 Соглашения, и порядка применения освобождения от уплаты таможенных пошлин.

Пунктом 2 статьи 6 Соглашения государства — члены Таможенного союза определили, что предоставление тарифных льгот, не предусмотренных Соглашением, будут регулироваться Сторонами дополнительно.

В развитие Соглашения Республика Беларусь, Республика Казахстан и Российская Федерация статьей 2 Протокола о предоставлении тарифных льгот от 12 декабря 2008 года (далее — Протокол) дополнительно наделили Комиссию функцией по установлению порядка применения тарифных льгот при ввозе товаров на таможенные территории государств Сторон или на единую таможенную территорию государств — членов Таможенного союза в случаях, не предусмотренных статьей 5 и пунктом 1 статьи 6 Соглашения, указав, что применение данных льгот осуществляется исключительно на основании решений Комиссии, принимаемых консенсусом.

Руководствуясь пунктами 1, 3 статьи 31 Венской конвенции о праве международных договоров от 23 мая 1969 года, участниками которой являются страны Таможенного союза, международный договор толкуется добросовестно в соответствии с обычным значением, которое следует придавать терминам договора в их контексте, а также в свете объекта и целей договора. Наряду с контекстом учитываются, в том числе, любое последующее соглашение между участниками относительно применения положений этого договора, практика его применения и соответствующие нормы международного права, применяемые в отношениях между участниками.

Статьей 74 Таможенного кодекса Таможенного союза, принятого Договором о Таможенном кодексе Таможенного союза от 27 ноября 2009 года установлено, что виды тарифных льгот, порядок и случаи их предоставления определяются в соответствии с Кодексом и (или) международными договорами государств — членов Таможенного союза.

Таким образом, Суд приходит к мнению, что применение тарифных льгот на единой таможенной территории Таможенного союза по смыслу статьи 3 Таможенного кодекса Таможенного союза должно осуществляться в порядке и на условиях, установленных таможенным законодательством Таможенного союза.

Кроме того, статьей 26 Венской конвенции о праве международных договоров закреплен принцип, что каждый действующий договор обязателен для его участников и должен ими добросовестно выполняться.

Государства — члены Таможенного союза, подписавшие названные Соглашение и Протокол, взяли на себя обязательство о единообразном регулировании режима освобождения от уплаты таможенных пошлин с тем, чтобы в соответствии с требованиями Таможенного союза устранить различия в отношении цели и условий применения тарифных льгот, предусмотренных договорно-правовой базой Таможенного союза, и позволить всем хозяйствующим субъектам пользоваться равными возможностями на единой таможенной территории Таможенного союза.

Таким образом, со вступлением в силу Единого таможенного тарифа и международных договоров, указанных в Решении Межгосударственного Совета Евразийского экономического сообщества от 27 ноября 2009 года № 18 «О едином таможенно-тарифном регулировании Таможенного союза Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации» (далее — Решение Межгосударственного Совета № 18), а также Таможенного кодекса Таможенного союза полномочия в области таможенного регулирования переданы Республикой Беларусь, Республикой Казахстан, Российской Федерацией Таможенному союзу.

7. Протоколом о порядке вступления в силу международных договоров, направленных на формирование договорно-правовой базы Таможенного союза, выхода из них и присоединения к ним от 6 октября 2007 года Межгосударственный Совет наделен правом принимать решение о вступлении в силу международных договоров, направленных на завершение формирования его договорно-правовой базы.

В соответствии с Решением Межгосударственного Совета № 18 с 1 января 2010 года вступили в силу Соглашение и Протокол. Подпунктом 6.1 пункта 6 этого же решения Межгосударственный Совет, помимо тарифных льгот, перечисленных в статье 5 и пункте 1 статьи 6 Соглашения, определил перечень товаров, освобожденных от уплаты ввозной таможенной пошлины.

Одной из таких льгот, предусмотренных подпунктом 6.1.11 пункта 6 Решения Межгосударственного Совета № 18, является освобождение технологического оборудования, комплектующих и запасных частей к нему, сырья и материалов, ввозимых для исключительного использования на территории государства — члена Таможенного союза в рамках реализации инвестиционного проекта, соответствующего приоритетному виду деятельности (сектору экономики) государства — члена Таможенного союза.

8. Кассационная коллегия Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь просит разъяснить установленный подпунктом 7.1.11 пункта 7 Решения № 130 порядок применения тарифной льготы с учетом положения пункта 3 Решения № 728, согласно которому указанная тарифная льгота применяется в порядке, действующем в государстве — члене Таможенного союза.

В соответствии со статьей 6 Договора о Комиссии Таможенного союза и в целях реализации Решения Межгосударственного Совета № 18 Комиссия приняла Решение № 130, согласно которому от уплаты ввозной таможенной пошлины освобождены товары, не указанные в Соглашении.

Подпункт 7.1.11 пункта 7 Решения № 130 содержит аналогичную подпункту 6.1.11 пункта 6 Решения Межгосударственного Совета № 18 норму об освобождении от уплаты ввозной таможенной пошлины технологического оборудования, ввозимого в рамках реализации инвестиционного проекта.

Решением № 728 Комиссия внесла изменение в Решение № 130 и утвердила Порядок применения освобождения от уплаты таможенных пошлин при ввозе отдельных категорий товаров на единую таможенную территорию Таможенного союза (далее — Порядок).

Из содержания положений пункта 3 Решения № 728 и пункта 15 Порядка следует, что Комиссией правоотношения по освобождению от уплаты таможенных пошлин в отношении технологического оборудования, комплектующих и запасных частей к нему, сырья и материалов, ввозимых на территорию Таможенного союза в рамках реализации инвестиционного проекта, единообразно не урегулированы, и, как следствие, указанная тарифная льгота подлежит применению в порядке, действующем в государстве — члене Таможенного союза.

Отсутствие единого порядка применения тарифных льгот, предусмотренного статьями 6 и 8 Соглашения, привело к правовой неопределенности в применении механизма освобождения товаров от уплаты таможенных пошлин, нарушения принципа единообразного регулирования правоотношений в области применения тарифных льгот в Таможенном союзе, выразившегося в установлении различных правил и условий применения таких льгот на национальном уровне.

Принимая во внимание положение пункта 2 статьи 1 Таможенного кодекса Таможенного союза, Суд приходит к выводу о наличии у государств — членов Таможенного союза полномочий по применению тарифных льгот в соответствии с национальным правом в части, не урегулированной таможенным законодательством Таможенного союза, до момента их урегулирования Таможенным союзом. При этом данное положение не может быть истолковано как предоставляющее Комиссии право откладывать или отказываться от урегулирования правоотношений, переданных на уровень Таможенного союза. Указанная норма призвана восполнять пробелы в праве Таможенного союза и должна применяться в исключительных случаях в контексте принципов норм Таможенного союза.

Учитывая изложенное, Суд приходит к выводу о наличии правомочий у государств — членов Таможенного союза по применению тарифной льготы, установленной подпунктом 7.1.11 пункта 7 Решения № 130 в соответствии с национальным законодательством, поскольку соответствующие правоотношения на уровне Таможенного союза не урегулированы.

9. Из содержания запроса Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь следует, что в ходе рассмотрения дела № 138-12/2012/282А/113К возникла правовая неопределенность в применении отдельных положений Решения № 130 в части соотношения норм подпункта 7.1.11 и подпункта 7.4 пункта 7 Решения № 130 при определении условий предоставления тарифной льготы в отношении технологического оборудования, комплектующих и запасных частей к нему, сырья и материалов, ввозимых в рамках реализации инвестиционного проекта.

В целях реализации Решения Межгосударственного Совета № 18 Комиссия в пункте 7 Решения № 130 установила, что помимо тарифных льгот, перечисленных в статье 5 и пункте 1 статьи 6 Соглашения, государствами — членами Таможенного союза применяются виды тарифных льгот, установленных подпунктами 7.1 - 7.4 пункта 7 данного решения.

Следует отметить, что подпункт 7.4 пункта 7 того же решения не устанавливает отдельного вида тарифной льготы, предоставляемой конкретному плательщику, как заявлено в пункте 7 Решения № 130, а содержит дополнительное условие применения тарифных льгот, когда их предоставление сопряжено с необходимостью определения государством — членом Таможенного союза конкретных плательщиков.

Суд учитывает, что абзац третий подпункта 7.4 пункта 7 Решения № 130 устанавливает соотношение норм с подпунктом 7.1.11 пункта 7 Решения № 130, согласно которому положения данного подпункта не ограничивают условия применения освобождения от уплаты таможенных пошлин технологического оборудования, комплектующих и запасных частей к нему, сырья и материалов, ввозимых в рамках реализации инвестиционных проектов.

При этом Суд отмечает, что построение и нумерация рассматриваемой нормы не должны искажать достигнутые договоренности государств — членов Таможенного союза при ее толковании и применении.

Суд приходит к выводу, что подпункт 7.4 пункта 7 Решения № 130, устанавливающий дополнительное условие, при выполнении которого возможно освобождение от уплаты таможенных пошлин при ввозе конкретными плательщиками товаров, перечисленных в подпункте 7.1, не соотносится с положениями подпункта 7.1.11 пункта 7 Решения № 130 в смысле их взаимосвязанности и взаимозависимости при применении нормы.

10. Исходя из положений подпункта 7.1.11 пункта 7 Решения № 130 одним из условий предоставления тарифной льготы в отношении технологического оборудования, комплектующих и запасных частей к нему, сырья и материалов является его ввоз с целью исключительного использования на территории государства — члена Таможенного союза.

Таким образом, данным положением допускается установление территориального ограничения по использованию ввозимого товара.

Из положений пункта 3 Решения № 728 и абзаца четыре подпункта 7.1.11 пункта 7 Решения № 130, следует, что государства — члены Таможенного союза определяют не только порядок предоставления рассматриваемой льготы, но и обеспечивают контроль за целевым использованием технологического оборудования, сырья и материалов, то есть соблюдение условий, в связи с которыми тарифная льгота предоставлена.

При осуществлении контроля за целевым использованием товаров, указанных в подпункте 7.1.11 пункта 7 Решения № 130, следует исходить из буквального толкования терминов, используемых в данной норме.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Таможенного кодекса Таможенного союза термины гражданского и других отраслей законодательства, используемые в Кодексе, применяются в каждом из государств — членов Таможенного союза в том значении, в каком они используются в соответствующих отраслях законодательства этих государств, если иное не предусмотрено Кодексом.

В статье 2 Таможенного кодекса Таможенного союза определено только понятие единой таможенной территории Таможенного союза, под которой понимается территории Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации, а также находящиеся за пределами территорий государств — членов Таможенного союза искусственные острова, установки, сооружения и иные объекты, в отношении которых государства — члены Таможенного союза обладают исключительной юрисдикцией.

Учитывая изложенное, Суд отмечает, что при определении понятия территории государства необходимо исходить из содержания норм международных договоров и национального законодательства.

Поскольку предоставление льготы по уплате таможенных пошлин в отношении ввозимого технологического оборудования, комплектующих и запасных частей к нему, сырья и материалов сопряжено с ограничениями по их использованию, то такие товары в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 200 Таможенного кодекса Таможенного союза считаются условно выпущенными и могут использоваться только в целях, соответствующих условиям предоставления льгот.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 4 статьи 13, статьей 19 Статута Суда Евразийского экономического сообщества от 5 июля 2010 года, статьей 3 Договора об обращении в Суд Евразийского экономического сообщества хозяйствующих субъектов по спорам в рамках Таможенного союза и особенностях судопроизводства по ним от 9 декабря 2010 года, статьями 45, 51 Регламента Суда по рассмотрению обращений хозяйствующих субъектов, Большая коллегия Суда

1. Положения подпунктов 7.1.11 и 7.4 пункта 7 решения Комиссии Таможенного союза от 27 ноября 2009 года № 130 «О едином таможенно-тарифном регулировании Таможенного союза Республики Беларусь, Республики Казахстан, Российской Федерации» не являются взаимосвязанными при определении условий применения тарифных льгот.

2. Евразийской экономической комиссии разработать и принять порядок применения освобождения от уплаты ввозных таможенных пошлин в отношении категорий товаров, определенных подпунктом 7.1.11 пункта 7 решения Комиссии Таможенного союза от 27 ноября 2009 года № 130 «О едином таможенно-тарифном регулировании Таможенного союза Республики Беларусь, Республики Казахстан, Российской Федерации» в течение шести месяцев с даты вынесения решения Суда.

3. До установления Евразийской экономической комиссией порядка применения освобождения от уплаты ввозных таможенных пошлин в отношении товаров, определенных подпунктом 7.1.11 пункта 7 решения Комиссии Таможенного союза от 27 ноября 2009 года № 130 «О едином таможенно-тарифном регулировании Таможенного союза Республики Беларусь, Республики Казахстан, Российской Федерации», тарифная льгота, предусмотренная этим подпунктом, применяется государством — членом Таможенного союза в порядке, действующем в этом государстве.

4. Судебным органам государств — членов Таможенного союза учитывать правовые позиции, изложенные в решении Суда.

5. Решение Суда является обязательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу после его провозглашения и действует непосредственно на территории государств — членов Таможенного союза.

6. Решение Суда подлежит опубликованию на Интернет-сайте Суда, в печатном издании Суда, а также в официальных источниках опубликования Таможенного союза, государств — членов Таможенного союза, соответствующих реестрах правовой информации.

СУД ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО СООБЩЕСТВА

ОСОБОЕ МНЕНИЕ

(дело № 1-6/1-2013)

(Минск, 10 июля 2013 года)

10 июля 2013 года Большой коллегией Суда Евразийского экономического сообщества вынесено решение по запросу Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь о разъяснении порядка применения Решения Комиссии Таможенного союза от 15 июля 2011 года № 728 «О порядке применения освобождения от уплаты таможенных пошлин при ввозе отдельных категорий товаров на единую таможенную территорию Таможенного союза» (далее — Решение № 728) в части льготирования ввоза отдельных товаров применительно к содержанию пункта 3 этого Решения, согласно которому до установления Комиссией Таможенного союза порядка применения освобождения от уплаты ввозных таможенных пошлин в отношении категорий товаров, указанных в подпункте 7.1.11 пункта 7 Решения Комиссии Таможенного союза от 27 ноября 2009 года № 130 «О едином таможенно-тарифном регулировании Таможенного союза Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации» (далее — Решение № 130), льгота в виде освобождения плательщиков от уплаты ввозных таможенных пошлин на технологическое оборудование, ввозимое для исключительного использования на территории государств — членов Таможенного союза в рамках реализации инвестиционного проекта, применяется в порядке, действующем в государстве — члене Таможенного союза.

В соответствии со статьей 42 Регламента Суда Евразийского экономического сообщества, утвержденного решением Суда от 12 июля 2012 года № 21, и статьей 44 Регламента Суда Евразийского экономического сообщества по рассмотрению обращений хозяйствующих субъектов, утвержденного решением Суда от 22 мая 2012 года № 12, в случае несогласия с решением Суда или отдельными его положениями судья вправе заявить особое мнение до вынесения судебного акта.

Пользуясь предоставленным мне правом, заявляю особое мнение.

1. О правомерности рассмотрения дела по существу

В Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь находилась на рассмотрении кассационная жалоба юридического лица на вступившие в законную силу решение хозяйственного суда Минской области и постановление апелляционной коллегии этого хозяйственного суда по делу по заявлению юридического лица о проверке законности решения таможенного органа Республики Беларусь о взыскании неуплаченной юридическим лицом ввозной таможенной пошлины, исчисленной от величины таможенной стоимости товаров, ввезенных им в Республику Беларусь в рамках реализации инвестиционного проекта.

Таможенный орган в ходе проверки юридического лица сделал вывод о неправомерном использовании им тарифной льготы в виде освобождения от уплаты ввозной таможенной пошлины, поскольку предоставляющим эту льготу Решением № 130 предусмотрено освобождение плательщика (инвестора) от уплаты ввозной таможенной пошлины при условии соблюдения режима использования ввезенного товара (технологического оборудования) исключительно на территории государства — участника Таможенного союза, тогда как товар использовался юридическим лицом преимущественно за пределами Республики Беларусь (в частности, в странах Европы).

В ходе обжалования судебных постановлений в Кассационную коллегию Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь юридическое лицо обратилось в эту судебную инстанцию с ходатайством направить в Суд Евразийского экономического сообщества (далее — Суд) запрос о разъяснении порядка применения Решения № 728 в части льготирования ввоза отдельных товаров применительно к содержанию пункта 3 Решения № 728, согласно которому до установления Комиссией Таможенного союза порядка применения освобождения от уплаты ввозных таможенных пошлин в отношении категорий товаров, определенных подпунктом 7.1.11 пункта 7 Решения № 130, льгота в виде освобождения плательщиков от уплаты ввозных таможенных пошлин на технологическое оборудование, ввозимое для исключительного использования на территории государств — членов Таможенного союза в рамках реализации инвестиционного проекта, применяется в порядке, действующем в государстве — члене Таможенного союза.

Кассационная коллегия Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь, приостановив кассационное производство по жалобе, направила соответствующий запрос в Суд, который 22 апреля 2013 года в составе Большой коллегии вынес постановление о принятии этого запроса к своему производству.

6 мая 2013 года Кассационная коллегия Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь обратилась в Суд с заявлением об отзыве ранее направленного запроса и о прекращении производства по делу.

20 мая 2013 года Большая коллегия Суда большинством голосов, сославшись на пункт 1 статьи 40 Регламента Суда по рассмотрению обращений хозяйствующих субъектов, вынесла постановление об отказе в принятии отзыва запроса, мотивируя это решение тем, что, исходя из интересов процессуальной экономии, принятие отзыва запроса может повлечь необоснованные задержки в рассмотрении судебного дела в Высшем Хозяйственном Суде Республики Беларусь и схожих по существу дел в национальных судах, приостановленных до рассмотрения этого запроса.

Считаю отказ в удовлетворении заявления об отзыве запроса безосновательным.

Во-первых, в деле отсутствуют доказательства наличия в национальных судах других дел, приостановленных до рассмотрения вышеупомянутого запроса, а также возможной задержки рассмотрения кассационной жалобы Кассационной коллегией Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь при удовлетворении заявления об отзыве запроса.

Во-вторых, отказ в принятии заявления об отзыве запроса повлек искусственное удержание в производстве Суда запроса при наличии противоположного волеизъявления его заявителя, который был вправе свободно распоряжаться своими правами, предусмотренными названными регламентами Суда.

В-третьих, обращаясь к практике Суда ЕС, ссылки на решения которого стали традиционными при оформлении судебных постановлений Суда Евразийского экономического сообщества, обращает на себя внимание дело Lourenco Dias v. Director da Alfadega do Porto (Case C-343/90 [1992] ECR 1-4673), по которому Суд ЕС указал следующее: «...национальный суд, который единственный является полностью осведомленным обо всех фактах дела, находится в наилучшем положении при оценке необходимости обращения к предварительной процедуре».

Применительно к запросу судебной инстанции высшего органа судебной власти Республики Беларусь она, будучи наиболее осведомленной о фактических обстоятельствах дела, была вправе самостоятельно решить вопрос о том, нуждается ли она для вынесения постановления по кассационной жалобе в продолжении рассмотрения Судом направленного ему ранее запроса о разъяснении применения актов Комиссии Таможенного союза (далее — КТС). Так как судебная инстанция высшего органа судебной власти Республики Беларусь сочла возможным вынести постановление по результатам рассмотрения кассационной жалобы в отсутствие разъяснения Суда, ее заявление об отзыве запроса подлежало удовлетворению.

21 июня 2013 года заявитель запроса повторно заявил, что, учитывая возобновление кассационного производства, необходимость в консультативном заключении Суда отпала. Таким образом, заявитель запроса дважды изъявил свою волю на отзыв запроса и в отсутствие оснований для отказа в удовлетворении этого требования производство по делу следовало прекратить. Тем не менее, в состоявшемся 25 июня 2013 года судебном заседании Суда повторно заявленное заявителем запроса ходатайство об отзыве своего запроса было оглашено лишь на стадии исследования письменных материалов дела и не разрешалось по существу, что не отвечает требованиям статьи 37 Регламента Суда по рассмотрению обращений хозяйствующих субъектов и статьи 34 Регламента, утвержденного решением Суда от 12 июля 2012 года № 21.

2. О квалификации запроса

Принятие по настоящему делу решения по преюдициальному запросу национального суда считаю необоснованным, поскольку запрос инициирован Кассационной коллегией Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь — судебной инстанцией, которая в соответствии с Хозяйственным процессуальным кодексом Республики Беларусь не рассматривает дело по существу, а проверяет на основании кассационной жалобы (протеста) законность и обоснованность уже вступивших в силу судебных постановлений нижестоящих судебных инстанций по делу.

3. О процессуальном статусе участников дела и представленных ими документов

В соответствии со статьей 35 Регламента Суда, утвержденного решением от 12 июля 2012 года № 21, и статьей 38 Регламента Суда по рассмотрению обращений хозяйствующих субъектов по ходатайству заявителя запроса, а при необходимости по инициативе Суда в рассмотрении дела могут принимать участие эксперты, специалисты, свидетели. Перед их выступлением председательствующий разъясняет им их процессуальные права и обязанности, после чего у них отбирается письменное обязательство, которое приобщается к материалам дела.

В состоявшемся 25 июня 2013 года судебном заседании Суда представитель заявителя запроса (представитель Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь) не присутствовал. Вместе с тем в судебном заседании приняли участие представители Евразийской экономической комиссии, юридического лица, кассационная жалоба которого находилась в производстве Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь, а также факультета международных отношений Белорусского государственного университета, который выступил с заключением по вопросам применения Решения № 130.

Поскольку процессуальный статус этих представителей не выяснялся и не определялся, правомерность участия в судебном заседании в качестве эксперта или специалиста представителя высшего учебного учреждения Республики Беларусь, а также юридического лица, подавшего кассационную жалобу в Кассационную коллегию Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь, вызывает сомнение.

По ходатайству представителя упомянутого юридического лица в судебном заседании к материалам дела были приобщены копии документов, являвшихся предметом исследования национальным судом, но не представленных им как заявителем запроса ввиду подачи заявления об отзыве своего запроса.

Считаю, что эти документы нет оснований считать полученными в соответствии с требованиями названных регламентов Суда, поэтому не было оснований их исследовать и оценивать при вынесении решения по настоящему делу.

В связи с этим является неуместным упоминание в решениях Суда по запросам о толковании или о применении норм права каких-либо фактических обстоятельств по делам, рассмотренным либо рассматриваемым национальными судами, особенно в случаях, когда ни запрос национального суда, ни прилагаемые к нему материалы не содержат описание содержания фактических обстоятельств дела.

4. О порядке применения тарифной льготы

В соответствии со статьями 1, 3, 74 Таможенного кодекса Таможенного союза (приложение к Договору о Таможенном кодексе Таможенного союза; принят на основании Решения Межгосударственного Совета Евразийского экономического сообщества (Высшего органа Таможенного союза) от 27 ноября 2009 года № 17) таможенное регулирование в Таможенном союзе осуществляется в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза, а в части, не урегулированной им, в соответствии с законодательством государств — членов Таможенного союза до установления соответствующих правоотношений на уровне таможенного законодательства Таможенного союза.

Таможенное законодательство Таможенного союза состоит из Таможенного кодекса Таможенного союза, международных договоров государств — членов Таможенного союза, решений КТС (Евразийской экономической комиссии), регулирующих таможенные правоотношения в Таможенном союзе.

Под льготами по уплате таможенных платежей понимаются: тарифные преференции; тарифные льготы (льготы по уплате таможенных пошлин); льготы по уплате налогов; льготы по уплате таможенных сборов. Виды тарифных льгот, порядок и случаи их предоставления определяются в соответствии с Таможенным кодексом Таможенного союза и (или) международными договорами государств — членов Таможенного союза.

В соответствии с Соглашением о едином таможенно-тарифном регулировании от 25 января 2008 года на единой таможенной территории государств — членов Таможенного союза под ввозной таможенной пошлиной понимается обязательный платеж, взимаемый таможенными органами при ввозе товаров на единую таможенную территорию государств — членов Таможенного союза (статья 2 Соглашения). При ввозе товаров на единую таможенную территорию могут применяться тарифные льготы в виде освобождения от уплаты ввозной таможенной пошлины или снижения ее ставки (пункт 1 статьи 5 Соглашения). Порядок применения освобождения от уплаты таможенных пошлин устанавливается КТС (пункт 3 статьи 6 Соглашения).

Согласно Договору об учреждении Евразийского экономического сообщества от 10 октября 2000 года Суд обеспечивает единообразное применение Сторонами действующих в рамках Сообщества договоров и принимаемых органами ЕврАзЭС решений (статья 8 Договора). Межгосударственный Совет как высший орган Сообщества полномочен рассматривать принципиальные вопросы, связанные с общими интересами государств-участников, и принимать решения, направленные на реализацию целей и задач ЕврАзЭС (статьи 3 и 5 Договора).

Решением Межгосударственного Совета Евразийского экономического сообщества от 27 ноября 2009 года № 18 «О едином таможенно-тарифном регулировании Таможенного союза Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации» (далее — Решение Межгосударственного Совета № 18) с 1 января 2010 года определено вступление в силу Соглашения о едином таможенно-тарифном регулировании от 25 января 2008 года и Протокола о предоставлении тарифных льгот от 12 декабря 2008 года.

В соответствии с пунктом 6 этого Решения государствам — членам Таможенного союза предоставлена возможность помимо тарифных льгот, перечисленных в статье 5 и пункте 1 статьи 6 Соглашения о едином таможенно-тарифном регулировании от 25 января 2008 года, применять ряд дополнительных тарифных льгот, в том числе в виде освобождения от уплаты ввозной таможенной пошлины относительно технологического оборудования, ввозимого для исключительного использования на территории государства — члена Таможенного союза в рамках реализации инвестиционного проекта, соответствующего приоритетному виду деятельности (сектору экономики) этого государства в соответствии с его внутренним законодательством (подпункт 6.1.11 пункта 6 Решения Межгосударственного Совета № 18). На КТС названным Решением возложена функция составления, обновления на основании предложений государств — участников Таможенного союза перечней инвестиционных проектов, ввозимого технологического оборудования и определения порядка контроля за его целевым использованием. Таким образом, реализация этой функции обусловлена наличием инициативы государств — участников Таможенного союза в виде представления сведений для включения их в такие перечни. Соответственно, реализация предусмотренного подпунктом 7.4 пункта 7 Решения № 130 механизма согласования КТС предлагаемого ей государством — участником Таможенного союза порядка контроля за целевым использованием товара, в отношении которого применяется тарифная льгота, обусловлена инициативой этого государства.

Согласно статьям 2 и 3 Протокола о предоставлении тарифных льгот от 12 декабря 2008 года (далее — Протокол от 12 декабря 2008 года) с даты предоставления КТС государствами — членами Таможенного союза полномочий по ведению Единого таможенного тарифа применение тарифных льгот при ввозе товаров на таможенные территории этих государств или на единую таможенную территорию Таможенного союза в рамках Евразийского экономического сообщества в случаях, не предусмотренных статьей 5 и пунктом 1 статьи 6 Соглашения о едином таможенно-тарифном регулировании от 25 января 2008 года (далее — Соглашение), осуществляется на основании решений КТС.

Поскольку технологическое оборудование, комплектующие и запасные части к нему, ввозимые для исключительного использования на территории государства — члена Таможенного союза в рамках реализации инвестиционного проекта, не упомянуты в статье 5 и пункте 1 статьи 6 Соглашения, тарифная льгота в отношении этой категории товаров в силу статьи 3 Протокола от 12 декабря 2008 года устанавливается решением КТС.

Такая тарифная льгота введена вступившим в действие с 1 января 2010 года Решением № 130, принятым во исполнение Решения Межгосударственного Совета № 18 в рамках полномочий, предоставленных Соглашением и Протоколом от 12 декабря 2008 года.

В соответствии с подпунктом 7.1.11 пункта 7 Решения № 130 от ввозной таможенной пошлины освобождены технологическое оборудование, комплектующие и запасные части к нему, сырье и материалы, ввозимые для исключительного использования на территории государства — участника Таможенного союза в рамках реализации инвестиционного проекта, соответствующего приоритетному виду деятельности (сектору экономики) государства — участника Таможенного союза в соответствии с законодательством этого государства. В этом же подпункте Решения № 130 на КТС согласно Решению Межгосударственного Совета № 18 возложена функция составления, обновления на основании предложений государства — участника Таможенного союза перечней инвестиционных проектов, ввозимого технологического оборудования и определения порядка контроля за его целевым использованием.

Согласно подпункту 7.4 пункта 7 Решения № 130 при предоставлении льготы по уплате таможенных пошлин государство — член Таможенного союза, принимающее такое решение, определяет конкретных плательщиков, которым такая льгота предоставляется, и вносит в КТС предложение по механизму контроля за использованием ввозимых товаров, исключающему их нецелевое использование, а также вовлечение в экономический оборот на территориях других государств — участников Таможенного союза. Тарифная льгота применяется государством — участником Таможенного союза в случае согласия КТС с предложенным механизмом контроля за использованием ввозимых товаров, что, тем не менее, не ограничивает условия применения льгот, указанных в подпункте 7.1.11 пункта 7 Решения № 130.

Исходя из этих нормативных положений, реализация КТС указанной функции обусловлена наличием инициативы государства — члена Таможенного союза в виде представления сведений для включения их в упомянутые перечни. Соответственно, реализация предусмотренного подпунктом 7.4 пункта 7 Решения № 130 механизма согласования КТС предлагаемого ей государством — участником Таможенного союза порядка контроля за целевым использованием товара, в отношении которого применяется тарифная льгота, также обусловлена инициативой этого государства, в отсутствие которой не возникает необходимость получения согласия КТС на предоставление тарифной льготы.

Подпункт 7.4 пункта 7 Решения № 130, предусматривающий механизм согласования с КТС применения тарифных льгот, предоставляемых государством — членом Таможенного союза конкретным плательщикам, и контроля за использованием этих тарифных льгот, не затрагивает случаи предоставления государством — членом Таможенного союза указанной в подпункте 7.1.11 пункта 7 Решения № 130 тарифной льготы в отношении конкретного товара (в частности, технологического оборудования, ввозимого для использования на территории государства — члена Таможенного союза в рамках реализации инвестиционного проекта).

Предусмотренный пунктом 3 статьи 6 Соглашения порядок применения освобождения от уплаты таможенных пошлин утвержден Решением № 728, которое вступило в силу с 18 августа 2011 года.

Пунктом 3 Решения № 728 определено, что до установления КТС порядка применения освобождения от уплаты ввозных таможенных пошлин в отношении категорий товаров, определенных подпунктом 7.1.11 пункта 7 Решения № 130, тарифная льгота применяется в порядке, действующем в государстве — члене Таможенного союза.

Таким образом, КТС, обладая в силу Решения Межгосударственного Совета № 18 полномочием устанавливать как тарифные льготы, так и порядок их применения, на период до принятия Решения № 728 определила такой порядок посредством ссылки на национальный режим предоставления тарифных льгот, действующий в государствах — членах Таможенного союза. При этом обладающее ретроактивным свойством Решение № 728, предоставляющее приоритет актам внутреннего законодательства государств — членов Таможенного союза, регулирующим вопросы применения тарифных льгот, не противоречит таможенному законодательству Таможенного союза, согласно которому таможенное регулирование в Таможенном союзе в части, не урегулированной таможенным законодательством Таможенного союза, до установления соответствующих правоотношений на уровне таможенного законодательства Таможенного союза осуществляется в соответствии с законодательством государств — членов Таможенного союза.

5. О компетенции Суда

В резолютивной части решения Суда содержатся поручения Евразийской экономической комиссии и национальным судам государств — участников Таможенного союза.

Считаю включение в судебное решение такого рода поручений нецелесообразным, поскольку Статут Суда Евразийского экономического сообщества от 5 июля 2010 года (глава II «Компетенция Суда») не содержит положений, позволяющих этому судебному органу по результатам рассмотрения запросов высших органов судебной власти государств — участников Таможенного союза поручать другим органам Евразийского экономического сообщества или национальным судам совершать какие-либо действия или воздерживаться от их совершения.

СУД ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО СООБЩЕСТВА

ОСОБОЕ МНЕНИЕ

по решению о преюдициальном запросе (дело № 1-6/1-2013)

(Минск, 10 июля 2013 года)

В целом поддерживая выводы Большой коллегии Суда Евразийского экономического сообщества (далее — Суд ЕврАзЭС), содержащиеся в резолютивной и мотивировочной частях решения от 10 июля 2013 года по делу № 1-6/1-2013 касательно иерархии нормативно-правовых актов Таможенного союза, сожалею, что некоторые важные правовые позиции не нашли отражения в данном судебном акте. В связи с этим заявляю особое мнение в порядке пункта 1 статьи 44 Регламента Суда Евразийского экономического сообщества по рассмотрению обращений хозяйствующих субъектов, уважая при этом мнение своих коллег.

1. Имея ввиду, что запрос в Суд ЕврАзЭС состоялся по инициативе хозяйствующего субъекта, спор в отношении которого рассматривался в Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь, считаю необходимым выделить те вопросы, которые затрагивают права и законные интересы хозяйствующих субъектов, ведущих свою деятельность в Таможенном союзе. К сожалению, в настоящем решении не уделяется достаточного внимания этим вопросам. Большая Коллегия ограничилась проблемой иерархии нормативно-правовых актов, о которых и состоялся запрос. При этом Большая Коллегия пришла к выводу, что пункт 3 Решения Комиссии Таможенного союза № 728 от 15 июля 2011 года «О порядке применения освобождения от уплаты таможенных пошлин при ввозе отдельных категорий товаров на единую таможенную территорию Таможенного союза» (далее — Решение № 728) соответствует международным договорам, заключенным в рамках Таможенного союза. Согласно данному пункту до установления Комиссией порядка применения освобождения от уплаты ввозных таможенных пошлин в отношении категорий товаров, определенных подпунктом 7.1.11 пункта 7 Решения Комиссии Таможенного союза от 27 ноября 2009 года № 130 «О едином таможенно-тарифном регулировании Таможенного союза Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации» (далее — Решение № 130), указанная тарифная льгота применяется в порядке, действующем в государстве — члене Таможенного союза.

При этом в своем решении Большая коллегия Суда ЕврАзЭС указала, что данный пункт содержит положение исключительно о том, в каком праве — международном или национальном — содержится порядок применения освобождения от уплаты ввозных таможенных пошлин в отношении категорий товаров, определенных подпунктом 7.1.11 пункта 7 Решения № 130, если таковой порядок не установлен Комиссией. То есть данный пункт содержит отсылку к тому или иному правопорядку.

Не могу согласиться с данным выводом и полагаю, что правовая оценка Большой коллегии Суда ЕврАзЭС является излишне формальной, учитывающей исключительно буквальное значение пункта 3 Решения № 728, игнорирующей положения пунктов 2, 3 статьи 31 Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года о дополнительных средствах толкования международных договоров (не оценила среди прочего иные соглашения, относящиеся к Решению № 728, а также иные нормы международного права, действующие в Таможенном союзе).

Полагаю, что данным пунктом Комиссия Таможенного союза (далее — КТС) не устанавливала отсылку к правопорядку соответствующего государства — члена Таможенного союза, а осуществила завуалированное делегирование своих полномочий государствам — членам Таможенного союза по установлению порядка применения освобождения от уплаты ввозных таможенных пошлин в отношении категорий товаров, определенных подпунктом 7.1.11 пункта 7 Решения № 130.

Фактически государства — члены получили ничем не ограниченную дискрецию в принятии, изменении и отмене нормативных правовых актов в связи с установлением соответствующего порядка.

В данном контексте иллюстративна практика государств — членов Таможенного союза. В соответствии с процедурами, установленными национальным законодательством, в Декрет Президента Республики Беларусь от 6 августа 2009 года № 10 «О создании дополнительных условий для инвестиционной деятельности в Республике Беларусь» (далее — Декрет) неоднократно вносились изменения (13 сентября 2010 года, 6 июня 2011 года, 31 января 2013 года). Более того, по информации, предоставленной на рассмотрение Суда ЕврАзЭС национальными компетентными органами, соответствующие порядки в Российской Федерации и Республике Казахстан не установлены, из чего следует, что в данных государствах-членах физическим и юридическим лицам данное право не предоставляется. Эти факты являются неоспоримым свидетельством того, что завуалированное делегирование полномочий КТС на уровень государств — членов Таможенного союза подрывает идеи установления Единого экономического пространства: установление единых правил в целях реализации принципов свободного движения услуг, капитала, трудовых ресурсов и товаров, содержащихся в Декларации о Евразийской экономической интеграции 2011 года.

2. В преамбуле Соглашения о таможенно-тарифном регулировании от 25 января 2008 года указано, что при заключении данного международного договора стороны руководствовались общепризнанными принципами и нормами международного права. Аналогичная формулировка содержится во всех договорах, составляющих договорно-правовую базу Таможенного Союза.

Руководствуясь Венской конвенцией о праве международных договоров 1969 года, преамбула не возлагает на стороны каких-либо обязательств, однако она используется при толковании международного договора, составной частью которого она является, в силу пункта 2 статьи 31 Венской конвенции.

Проанализировав практику международных судов и арбитражей, прихожу к выводу о том, что принцип правовой определенности (principle of legal certainty) признается общепризнанным принципом международного права, в свете которого Суд ЕврАзЭС должен устанавливать действительное содержание норм права Таможенного союза. Следовательно, данный принцип входит в правовую систему Таможенного союза и должен считаться основополагающим началом функционирования органов Таможенного союза и государств-членов при реализации норм права Таможенного союза.

Принцип правовой определенности включает в себя, но не исключительно, следующее: нормативные акты должны быть опубликованы, должны быть ясными и точными, решения судов должны быть обязательными и исполняться, обратная сила нормативных актов должна устанавливаться в исключительных случаях, законные интересы и ожидания сторон должны быть защищены.

Полагаю, что пункт 3 Решения № 728 нарушает данный фундаментальный принцип в связи с нижеследующим.

Во-первых, даже если согласиться, что пункт 3 Решения № 728 отсылает к национальному правопорядку, а не является завуалированным делегированием полномочий, то данное положение не соотносится с принципом правовой определенности, поскольку не уточняет, а просто дублирует пункт 2 статьи 1 Кодекса Таможенного союза о том, «таможенное регулирование в Таможенном союзе осуществляется в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза, а в части, не урегулированной таким законодательством, до установления соответствующих правоотношений на уровне таможенного законодательства Таможенного союза, — в соответствии с законодательством государств — членов Таможенного союза».

Во-вторых, соглашаясь с доводом о том, что отсылка к национальному законодательству является средством, применяемым в исключительных случаях в целях недопущения возникновения пробелов правового регулирования (например, присутствуют какие-либо неустранимые препятствия для принятия соответствующего решения), считаю, что наднациональный регулирующий орган должен стремиться устранить данные препятствия и реализовать свою компетенцию в разумный срок, поскольку фундаментальным аспектом принципа правовой определенности является запрет регулирующему органу откладывать реализацию своих полномочий на неопределенный срок (см., например, решение Суда Справедливости Европейского союза Imperial Chemical Industries v Commission. Case 48/69. 1972. ECR 619.P.49).

Решение № 728 было принято 15 июля 2011 года, то есть практически за два года до вынесения судебного акта по запросу Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь. Тем не менее, по информации, предоставленной представителем Евразийской экономической комиссии (далее — ЕЭК) в судебном заседании, никакой деятельности по установлению наднационального порядка на уровне ЕЭК не проводится, поскольку ЕЭК убеждена, что отсылки к национальному законодательству достаточно для реализации ЕЭК своих полномочий.

Полагаю, что в данном случае налицо бездействие со стороны КТС (ЕЭК), выразившееся в непринятии мер по установлению универсального порядка по освобождению от обязательных таможенных платежей, что приводит к существованию дезинтегрированных правовых режимов для частных лиц, действующих в едином правовом пространстве Таможенного союза, и, как следствие, отсутствию правовой определенности.

3. Следует также отметить, что КТС (ЕЭК) не контролировала соблюдение государствами-членами положений собственных Решений № 130 и № 728, позволяя последним в противоречие с общими правилами изменять национальное законодательство и произвольно его толковать. Применительно к настоящему делу особое значение имеет соблюдение обязанности защиты законных ожиданий слабой стороны (частного лица — производственно-сервисного предприятия «Тур Транс Компани») в толковании Европейского суда по правам человека.

Так, 28 февраля 2011 года между производственно-сервисным предприятием «Тур Транс Компани» и Минским областным исполнительным комитетом был заключен инвестиционный договор, предметом которого является инвестиционная деятельность, осуществляемая предприятием по реализации инвестиционного проекта по строительству широкополосного сервисного центра по ремонту и техническому оборудованию автобусов и придорожного комплекса для оказания туристических услуг на территории Минского района.

Согласно пункту 2.5 инвестиционного договора первым этапом реализации данного инвестиционного проекта являлось приобретение и ввоз туристических автобусов для оказания туристических услуг. При этом предприятие имело право на освобождение от уплаты ввозных таможенных пошлин при ввозе автобусов на таможенную территорию Республики Беларусь в силу подпункта 3.1.5 инвестиционного договора, а также в силу подпункта 7.1.11 пункта 7 Решения № 130, подпункта 2.2 пункта 2 Декрета, поскольку автобусы являлись по смыслу данных нормативно-правовых актов технологическим оборудованием. Автобусы были ввезены в Республику Беларусь в апреле — июне 2011 года.

Предприятие получило таможенные льготы, легализованные органами исполнительной власти государства, но затем это же предприятие было привлечено к административной ответственности за несоблюдение порядка использования этих льгот.

Отсутствие контроля со стороны КТС (ЕЭК) привело к тому, что в настоящее время в правовом регулировании Таможенного союза существует правовая неопределенность в возможности отнесения автобусов к технологическому оборудованию в смысле, предаваемому данному понятию нормами права Таможенного союза, поскольку соответствующие критерии на уровне Таможенного союза не определены.

В результате отсутствия четкого правового регулирования на уровне Таможенного союза национальные органы в рамках своей правоприменительной практики могут создавать у хозяйствующих субъектов законные ожидания в возможности получения освобождения от уплаты таможенных платежей, а затем произвольно их отзывать, учитывая, что оборудование для международных перевозок пассажиров ни для чего иного использоваться не может. Подобная практика неизбежно приведет к созданию разных режимов хозяйствования в интегрированных сферах в государствах — членах Таможенного союза, разного положения хозяйствующих субъектов и, как следствие, не позволит создать единый режим для свободного движения услуг, капитала, трудовых ресурсов и товаров.

4. Если в очередной раз согласиться с возможностью установления отсылки со стороны КТС (ЕЭК) к национальному праву для целей правового регулирования, КТС следует учитывать возможные препятствия, которые влекут подобные отсылки.

В частности, со стороны национальных правоприменительных органов возможно отсутствие единообразного толкования положений международных договоров, заключенных в рамках Таможенного союза, а также решений КТС (ЕЭК), применяемых в совокупности с национальными правовыми актами по соответствующему предмету правового регулирования. Данные факты, безусловно, могут оказывать негативное влияние на реализацию прав, продекларированных как равные на территории Таможенного союза в договорах 2011 года.

Следует учитывать и тот факт, что Суд ЕврАзЭС обладает компетенцией по установлению единообразия в толковании и применении норм права Таможенного союза. Согласно международным договорам, регулирующим его деятельность (Статут Суда Евразийского экономического сообщества 2010 года, Договор об обращении в Суд Евразийского экономического сообщества хозяйствующих субъектов по спорам в рамках Таможенного союза и особенностях судопроизводства по ним 2010 года), Суду напрямую не предоставлено право рассматривать заявления по оспариванию нормативных правовых актов, а также действий и бездействий государств — членов Таможенного союза при реализации ими международных договоров, заключенных в рамках Таможенного союза. В этом случае единственными судебными органами, обладающими обязательной юрисдикцией и доступными хозяйствующим субъектам напрямую, — становятся национальные судебные органы государств и членов.

В свою очередь при установлении отсылки к национальному праву для каких-либо целей со стороны КТС (ЕЭК) Суд ЕврАзЭС будет выступать исключительно как «суд последнего убежища» (court of last resort), доступ в который для хозяйствующих субъектов возможен лишь в случае исчерпания внутренних средств правовой защиты исключительно в процедуре преюдициального запроса.

В то же время при установлении соответствующих норм права в решениях КТС (ЕЭК) без соответствующих отсылок на уровень национального законодательства хозяйствующие субъекты получают двухзвенную систему защиты прав со стороны Суда ЕврАзЭС. При данном правовом регулировании Суд ЕврАзЭС доступен для хозяйствующих субъектов в двух процедурах: прямое обжалование решений КТС (ЕЭК) согласно Договору об обращении в Суд Евразийского экономического сообщества хозяйствующих субъектов по спорам в рамках Таможенного союза и особенностях судопроизводства по ним 2010 года и косвенное обжалование в порядке преюдициального запроса о толковании, направляемого Высшим национальным судебным органом государства — члена Таможенного союза.

Учитывая изложенное, полагаю, что установление отсылок на уровень национального законодательства ограничивает право хозяйствующих субъектов на судебную защиту своих прав в Суде ЕврАзЭС, поскольку данный Суд становится доступным для данных лиц исключительно в процедуре преюдициального запроса.

Именно это обстоятельство делает вопрос бездействия единого наднационального регулирующего органа особенно чувствительным для хозяйствующих субъектов, чьи права и интересы нарушаются, так как ущемляются не только материальные права, но и процессуальные возможности физических и юридических лиц, свободное функционирование которых призвано обеспечить Единое экономическое пространство, формируемое ЕЭК.

---