Информация о Постановлении Суда ЕС (Большая палата) от 24.04.2018 по делу «МП (MP) против министра внутренних дел» (N C-353/16)
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Информация о Постановлении Суда ЕС (Большая палата) от 24.04.2018 по делу "МП (MP) против министра внутренних дел" (N C-353/16). C-353/16. 24.04.2018. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-c-35316
[MP v. Secretary of State for the Home Department] (дело № C-353/16)
По материалам Постановления Суда Европейского Союза от 24 апреля 2018 года (вынесено Большой Палатой)
В 2009 году гражданин острова Шри-Ланка подал в Соединенном Королевстве ходатайство о предоставлении убежища на том основании, что представители безопасности Шри-Ланка подвергали его пыткам и заключали под стражу, поскольку заявитель принадлежал к определенным организациям, и что по возвращении в страну с ним снова будут жестоко обращаться. Соответствующие государственные органы власти отклонили это ходатайство. Заявителю было отказано в дополнительной защите на том основании, что он не доказал, что в стране происхождения ему все еще угрожала опасность. Вместе с тем власти признали, что ввиду тяжести психологического заболевания заявителя, вызванного применением пыток, и поскольку заявитель не мог получать медицинские услуги, требуемые в связи с состоянием его здоровья, его высылка на остров Шри-Ланка была бы несовместима с требованиями статьи 3 Конвенции.
Рассмотрев жалобу, Верховный суд Соединенного Королевства запросил у Суда Европейского союза разъяснение вопроса о том, распространялось ли понятие дополнительной защиты согласно статьям 2 и 15 Директивы 2004/83/ЕС <1> на реальный риск причинения вреда психологическому или физическому здоровью заявителя, если бы заявителя вернули в страну его происхождения, обусловленный применением к заявителю ранее пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения, за которые несли ответственность власти страны происхождения заявителя.
<1> Директива Совета Европейского союза от 29 апреля 2004 г. № 2004/83/ЕС о минимальных стандартах квалификации и статуса граждан третьих стран или лиц без гражданства как беженцев или лиц, нуждающихся в силу иных причин в международной защите, и содержании предоставляемой защиты.
В своем Постановлении Суд Европейского союза повторил, что согласно пункту «e» статьи 2 Директивы 2004/83/ЕС гражданин третьей страны имел право на дополнительную защиту, только если были продемонстрированы достаточные основания полагать, что в случае возвращения в страну происхождения заявитель столкнется с реальным риском получения одного из трех видов серьезного вреда, определенных в статье 15 названной директивы, то есть, ссылаясь на пункт «b» статьи 15 указанной директивы, подвергнется пыткам или бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
Тот факт, что соответствующее лицо в прошлом подвергалось пыткам со стороны властей государства его происхождения, сам по себе не являлся достаточным оправданием для наделения этого лица правом на дополнительную защиту, если более не существует риска применения к нему пыток в случае его возвращения в страну своего происхождения.
Запрос о вынесении предварительного решения касался гражданина третьего государства, которого власти его родной страны не только подвергли пыткам в прошлом, но который, кроме того, даже хотя больше не было реального риска подвергнуться пыткам при возвращении в свою родную страну, все еще страдал от серьезных психологических последствий применения к нему пыток. В то же время согласно надлежащим образом обоснованным медицинским доказательствам указанные последствия серьезно бы усугубились и привели к высокой вероятности совершения заявителем самоубийства, если бы его вернули в страну происхождения.
Пункт «b» статьи 15 Директивы 2004/83/ЕС должен толковаться и применяться способом, совместимым с правами, гарантированными статьей 4 Хартии Европейского союза об основных правах (далее — Хартия), значение и пределы которых эквивалентны правам статьи 3 Конвенции. Кроме того, статья 4 и пункт 2 статьи 19 Хартии, истолкованные в свете статьи 3 Конвенции и недавней прецедентной практики Европейского Суда (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Папошвили против Бельгии» (Paposhvili v. Belgium) от 13 декабря 2016 г., жалоба № 41738/10), препятствовали высылке гражданина третьего государства, если такая высылка могла привести к серьезным, быстрым и необратимым изменениям в состоянии его психического здоровья, и особенно если отказ в дальнейшем пребывании в стране приведет к значительному сокращению ожидаемой продолжительности жизни заявителя.
Внутригосударственные суды постановили, что статья 3 Конвенции препятствовала высылке заявителя из Соединенного Королевства на остров Шри-Ланка. Таким образом, настоящее дело касалось не защиты от высылки, вытекающей согласно статье 3 Конвенции из запрета подвергать лицо бесчеловечному и унижающему достоинство обращению, а, скорее, отдельного вопроса о том, должно ли было высылающее государство предоставлять статус дополнительной защиты согласно Директиве 2004/83/ЕС гражданину третьего государства, к которому применяли пытки власти государства его происхождения и который вследствие этого получил серьезные психологические травмы, которые в случае возвращения этого лица в страну происхождения могли усугубиться и привести к высокому риску совершения самоубийства этим лицом.
Причины текущего состояния здоровья гражданина третьего государства в ситуациях, рассматриваемых в ходе основного разбирательства, а именно применение к лицу в прошлом пыток властями страны его происхождения, так и тот факт, что, если человека вернуть в страну происхождения, его психическое расстройство значительно усугубится в связи с психологической травмой, которую он продолжал испытывать в результате применения к нему пыток, являлись существенными факторами, которые следовало принимать во внимание при толковании пункта «b» статьи 15 Директивы 2004/83/ЕС. Тем не менее ухудшение психического состояния лица само по себе не могло рассматриваться как бесчеловечное или унижающее достоинство обращение, причиняемое гражданину третьего государства в стране его происхождения.
Так, пункт «e» статьи 2 и пункт «b» статьи 15 Директивы 2004/83/ЕС, рассмотренные в свете статьи 4 Хартии, должны толковаться как означающие, что гражданин третьего государства, к которому в прошлом власти государства его происхождения применяли пытки и которому более не грозили пытки в случае возвращения в страну происхождения, но чье физическое и психологическое состояние могло серьезно ухудшиться в случае возвращения в страну происхождения, приводя к серьезному риску совершения этим лицом самоубийства из-за полученных при применении пыток травм, имел право на дополнительную защиту, если существовала действительная опасность того, что в стране происхождения он будет умышленно лишен надлежащего лечения физических и психических последствий пыток, и данный вопрос должен был решить внутригосударственный суд.
(Применительно к прецедентной практике Европейского Суда см. также Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Саади против Италии» (Saadi v. Italia) от 28 февраля 2008 г., жалоба № 37201/06, и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Папошвили против Бельгии» (Paposhvili v. Belgium) от 13 декабря 2016 г., жалоба № 41738/10.)