Постановление ЕСПЧ от 15.05.2018
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 15.05.2018. 66921/16. 15.05.2018. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6692116
«Дело „Липаев (Lipayev) против Российской Федерации“ (жалоба № 66921/16) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <1>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ЛИПАЕВ (LIPAYEV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» <1>
(Жалоба № 66921/16)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ <2>
<1> Перевод с английского ООО «Развитие правовых систем».
<2> Настоящее Постановление вступило в силу 15 мая 2018 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 28 Конвенции (примеч. редактора).
По делу «Липаев против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая Комитетом в составе:
Алены Полачковой, Председателя Комитета Суда,
а также при участии Фатош Арачи, заместителя Секретаря Секции Суда,
рассмотрев дело в закрытом заседании 17 апреля 2018 г.,
вынес в указанный день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано на основании жалобы (N 66921/16), поступившей 10 ноября 2016 г. в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) и поданной в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином Российской Федерации Олегом Леонидовичем Липаевым (далее — заявитель).
2. Интересы заявителя представлял адвокат К. Терехов, практикующий в г. Москве. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде Г.О. Матюшкиным, а затем сменившим его в этой должности М.Л. Гальпериным.
3. 18 января 2017 г. жалоба на предполагаемую неспособность судов Российской Федерации безотлагательно рассмотреть жалобы заявителя на постановления о содержании под стражей была коммуницирована властям Российской Федерации, а остальная часть жалобы была признана неприемлемой для рассмотрения по существу на основании пункта 3 Правила 54 Регламента Европейского Суда.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
4. Заявитель, 1975 года рождения, в рассматриваемое время содержался под стражей в г. Владивостоке.
5. Обстоятельства дела, как они представлены сторонами, можно кратко изложить следующим образом.
6. 18 апреля 2016 г. заявитель был задержан по обвинению в мошенничестве. Через четыре дня Первореченский районный суд г. Владивостока санкционировал помещение заявителя под стражу. В дальнейшем срок содержания заявителя под стражей продлевался 15 июня и 14 сентября 2016 г.
7. 25 апреля, 20 июня и 16 сентября 2016 г. заявитель обжаловал постановления о помещении его под стражу от 22 апреля, 15 июня и 14 сентября 2016 г. Приморский краевой суд отклонил жалобы 1 июня, 5 июля и 25 октября 2016 г. соответственно.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции
8. Заявитель утверждал, что жалобы на постановления о содержании его под стражей не были рассмотрены незамедлительно. Он ссылался на пункт 4 статьи 5 Конвенции, который гласит следующее:
«Каждый, кто лишен свободы в результате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным».
9. Власти Российской Федерации не представили каких-либо замечаний по вопросу приемлемости или существа жалобы.
A. Приемлемость жалобы
10. Европейский Суд считает, что жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Европейский Суд также отмечает, что данная жалоба не является неприемлемой по каким-либо иным причинам. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
B. Существо жалобы
11. Европейский Суд повторяет, что он уже устанавливал нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции в ряде дел против Российской Федерации, в которых, например, рассмотрение вопроса о законности содержания заявителя под стражей длилось 27 дней (см. Постановление Европейского Суда по делу «Пичугин против Российской Федерации» (Pichugin v. Russia) от 23 октября 2012 г., жалоба № 38623/03 <3>, § 154 - 156), 20 дней (см. Постановление Европейского Суда по делу «Бутусов против Российской Федерации» (Butusov v. Russia) от 22 декабря 2009 г., жалоба № 7923/04 <4>, § 32 - 35) или 26 дней (Мамедова против Российской Федерации (Mamedova v. Russia) от 1 июня 2006 г., жалоба № 7064/05 <5>), подчеркивая, что ответственность за весь срок несли власти государства-ответчика.
<3> См.: Российская хроника Европейского Суда. 2014. № 4 (примеч. редактора).
<4> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2010. № 5 (примеч. редактора).
<5> См.: там же. 2006. № 12 (примеч. редактора).
12. Европейский Суд отмечает, что жалоба заявителя на постановление о содержании под стражей от 15 июня 2016 г. была рассмотрена через 15 дней, что соответствует требованию «безотлагательности», закрепленному в пункте 4 статьи 5 Конвенции (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу «Пичугин против Российской Федерации» (Pichugin v. Russia), § 154).
13. В то же время у судов Российской Федерации ушло 37 и 39 дней соответственно на рассмотрение жалоб на постановления о содержании под стражей от 22 апреля и 14 сентября 2016 г. (см. выше § 7). Эти периоды нельзя считать отвечающими требованию «безотлагательности» согласно пункту 4 статьи 5 Конвенции.
14. Обобщая сказанное, отсутствовало нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции в связи с длительностью производства по жалобе на постановление о содержании под стражей от 15 июня 2016 г., однако имелось нарушение указанного положения Конвенции в связи с длительным рассмотрением жалоб на постановления о содержании под стражей от 22 апреля и 14 сентября 2016 г.
II. Применение статьи 41 Конвенции
15. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
16. Заявитель потребовал 5 000 евро в качестве компенсации морального вреда. Он также потребовал 1 200 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных при рассмотрении его жалобы Европейским Судом, подлежащих выплате напрямую представителю заявителя К. Терехову. Заявитель приложил копии договоров с представителем и счетов, подтверждающих осуществленные заявителем платежи.
17. Власти Российской Федерации утверждали, что статья 41 Конвенции должна применяться в соответствии со сложившейся прецедентной практикой Европейского Суда.
18. Изучив все представленные ему материалы, а также прецедентную практику по данному вопросу (см. Постановление Европейского Суда по делу «Оравец против Хорватии» (Oravec v. Croatia) от 11 июля 2017 г., жалоба № 51249/11, § 78 — 80; Постановление Европейского Суда по делу «Айбоа и другие против Турции» ( Ayboða and Others v. Turkey) от 21 июня 2016 г., жалоба № 35302/08, § 28 — 30; Постановление Европейского Суда по делу «Доэрти против Соединенного Королевства» (Doherty v. United Kingdom) от 18 февраля 2016 г., жалоба № 76874/11, § 113 — 115; Постановление Европейского Суда по делу «Альбрехтас против Литвы» (Albrechtas v. Lithuania) от 19 января 2016 г., жалоба № 1886/06, § 87 — 89; Постановление Европейского Суда по делу «Караосманолю и Езден против Турции» ( Karaosmanoðlu and Özden v. Turkey) от 17 июня 2014 г., жалоба № 4807/08, § 89 — 91), Европейский Суд полагает разумным присудить заявителю 500 евро в качестве компенсации морального вреда плюс любой налог, которым может облагаться эта сумма.
19. Согласно прецедентной практике Европейского Суда заявители имеют право на возмещение судебных расходов и издержек, только если доказано, что они были понесены в действительности и по необходимости и являлись разумными по количеству. Более того, судебные расходы возмещаются только в той степени, в которой они относятся к установленному нарушению Конвенции (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «D.H. и другие против Чешской Республики» (D.H. and Others v. Czech Republic), жалоба № 57325/00, § 220, ECHR 2007-IV). Принимая во внимание упомянутые критерии и отмечая, что часть жалобы была объявлена неприемлемой для рассмотрения по существу (см. выше § 3), Европейский Суд полагает разумным присудить заявителю 240 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, подлежащих выплате представителю К. Терехову, плюс любой налог, которым может облагаться эта сумма.
20. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться, исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процентных пункта.
-
постановил, что отсутствовало нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции в связи с длительностью производства по жалобе на постановление о содержании под стражей от 15 июня 2016 г.;
-
постановил, что имело место нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции в связи с неспособностью судов Российской Федерации рассмотреть «безотлагательно» жалобы заявителя на постановления о содержании под стражей от 22 апреля и 14 сентября 2016 г.;
(a) что власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев выплатить заявителю следующие суммы, подлежащие переводу в валюту государства-ответчика по курсу, установленному на день выплаты:
(i) 500 (пятьсот) евро в качестве компенсации морального вреда плюс любой налог, которым может облагаться эта сумма;
(ii) 240 (двести сорок) евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, подлежащих выплате непосредственно представителю К. Терехову, плюс любой налог, которым может облагаться эта сумма;
(b) что по истечении трехмесячного срока и до произведения окончательной выплаты на указанные суммы начисляется простой процент в размере предельной годовой кредитной ставки Европейского центрального банка, существующей на период невыплаты, плюс три процентных пункта;
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 15 мая 2018 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 Правила 77 Регламента Европейского Суда.
<*> This judgment is final but it may be subject to editorial revision.
In the case of Lipayev v. Russia,
The European Court of Human Rights (Third Section), sitting as a Committee composed of:
and Fatoº Aracý , Deputy Section Registrar,
Having deliberated in private on 17 April 2018,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (no. 66921/16) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a Russian national, Mr Oleg Leonidovich Lipayev («the applicant»), on 10 November 2016.
2. The applicant was represented by Mr K. Terekhov, a lawyer practising in Moscow. The Russian Government («the Government») were represented initially by Mr G. Matyushkin, the Representative of the Russian Federation to the European Court of Human Rights, and then by his successor in that office, Mr M. Galperin.
3. On 18 January 2017 the complaint concerning alleged failure of the domestic courts to examine speedily the applicant's appeals against detention orders was communicated to the Government and the remainder of the application was declared inadmissible pursuant to Rule 54 § 3 of the Rules of Court.
THE FACTS
The circumstances of the case
4. The applicant was born in 1975 and was detained in Vladivostok at the relevant time.
5. The facts of the case, as submitted by the parties, may be summarised as follows.
6. On 18 April 2016 the applicant was arrested on charges of fraud. Four days later the Pervorechensky District Court of Vladivostok authorised his pre-trial detention. The detention was further extended on 15 June and 14 September 2016.
7. On 25 April, 20 June and 16 September 2016 the applicant appealed against the detention orders of 22 April, 15 June and 14 September 2016. The Primorye Regional Court dismissed the appeals on 1 June, 5 July and 25 October 2016, respectively.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 5 § 4 of the Convention
8. The applicant complained that his appeals against the detention orders had not been examined speedily. He relied on Article 5 § 4 of the Convention which reads as follows:
«4. Everyone who is deprived of his liberty by arrest or detention shall be entitled to take proceedings by which the lawfulness of his detention shall be decided speedily by a court and his release ordered if the detention is not lawful.»
9. The Government did not submit any observations on the admissibility and merits of the complaint.
A. Admissibility
10. The Court considers that the complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 (a) of the Convention and that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
11. The Court reiterates that it has already found a violation of Article 5 § 4 of the Convention in a number of cases against Russia, where, for instance, the proceedings by which the lawfulness of applicants' detention was decided lasted twenty-seven (see Pichugin v. Russia, no. 38623/03, §§ 154-56, 23 October 2012), twenty (see Butusov v. Russia, no. 7923/04, §§ 32-35, 22 December 2009) or twenty-six days (see Mamedova v. Russia, no. 7064/05, § 96, 1 June 2006), stressing that their entire duration was attributable to the authorities.
12. The Court observes that the appeal lodged by the applicant against the detention order of 15 June 2016 was examined fifteen days later, which is compatible with the «speediness» requirement laid down in Article 5 § 4 of the Convention (see Pichugin, cited above, § 154).
13. At the same time, it took the Russian courts thirty-seven and thirty-nine days, respectively, to examine the appeals against the detention orders of 22 April and 14 September 2016 (see paragraph 7 above). These periods cannot be considered compatible with the «speediness» requirement of Article 5 § 4 of the Convention.
14. To sum up, there has been no violation of Article 5 § 4 of the Convention on account of the length of the appeal proceedings in which the detention order of 15 June 2016 was examined and there has been a violation of that provision in view of the delays in examination of the appeals against the detention orders of 22 April and 14 September 2016.
II. Application of Article 41 of the Convention
15. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
16. The applicant claimed 5,000 euros (EUR) in respect of non-pecuniary damage. He also claimed EUR 1,200 in respect of costs and expenses incurred before the Court, to be paid directly to his representative, Mr K. Terekhov. The applicant enclosed copies of contracts with his representative and receipts confirming that the payments were made.
17. The Government submitted that Article 41 was to be applied in accordance with the established case-law of the Court.
18. Regard being had to the documents in its possession and to its case-law on the subject (see Oravec v. Croatia, no. 51249/11, §§ 78-80, 11 July 2017; Ayboða and Others v. Turkey, no. 35302/08, §§ 28-30, 21 June 2016; Doherty v. the United Kingdom, no. 76874/11, §§ 113-15, 18 February 2016; Albrechtas v. Lithuania, no. 1886/06, §§ 87-89, 19 January 2016; Karaosmanoðlu and Özden v. Turkey, no. 4807/08, §§ 89-91, 17 June 2014), the Court considers it reasonable to award the applicant EUR 500 in respect of non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable.
19. According to the Court's case-law, applicants are entitled to the reimbursement of their costs and expenses only in so far as it has been shown that these were actually and necessarily incurred and are reasonable as to quantum. Moreover, legal costs are only recoverable to the extent that they relate to any violation found (see D.H. and Others v. the Czech Republic [GC], no. 57325/00, § 220, ECHR 2007-IV). Having regard to the above criteria, and noting that part of the application was declared inadmissible (see paragraph 3 above), the Court considers it reasonable to award the applicant EUR 240, plus any tax that may be chargeable to him, in respect of costs and expenses, to be paid to his representative, Mr K. Terekhov.
20. The Court considers it appropriate that the default interest rate should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT, UNANIMOUSLY
1. Declares the application admissible;
2. Holds that there has been no violation of Article 5 § 4 of the Convention on account of the length of the proceedings in which the applicant's appeal against the detention order of 15 June 2016 was examined;
3. Holds that there has been a violation of Article 5 § 4 of the Convention on account of the domestic courts' failure to examine «speedily» the applicant's appeals against the detention orders of 22 April and 14 September 2016;
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months the following amounts, to be converted into the currency of the respondent State at the rate applicable at the date of settlement:
(i) EUR 500 (five hundred euros), plus any tax that may be chargeable, in respect of non-pecuniary damage;
(ii) EUR 240 (two hundred and forty euros), plus any tax that may be chargeable to the applicant, in respect of costs and expenses, payable directly to the applicant's representative, Mr K. Terekhov;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
5. Dismisses the remainder of the applicant's claims for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 15 May 2018, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.