Постановление ЕСПЧ от 07.02.2012
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 07.02.2012. 60641/08. 07.02.2012. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6064108
«Дело „Фон Ганновер (Von Hannover) против Германии (N 2)“ (жалобы № 40660/08 и 60641/08)»
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ФОН ГАННОВЕР (VON HANNOVER) ПРОТИВ ГЕРМАНИИ (N 2)» <1>
(Жалобы NN 40660/08 и 60641/08)
<1> Перевод с английского языка А.С. Новиковой.
<2> Настоящее Постановление вступило в силу 7 февраля 2012 г. в соответствии с пунктом 1 статьи 44 Конвенции (примеч. редактора).
По делу «Фон Ганновер против Германии (N 2)» Европейский Суд по правам человека, заседая Большой Палатой в составе:
Сэра Николаса Братцы, Председателя Большой Палаты Суда,
Мирьяны Лазаровой Трайковской,
а также при участии Майкла О'Бойла, заместителя Секретаря-канцлера Суда,
рассмотрев дело в открытых заседаниях 13 октября 2010 г. и 7 декабря 2011 г.,
вынес в последний указанный день следующее Постановление:
1. Дело было инициировано двумя жалобами NN 40660/08 и 60641/08, поданными против Федеральной Республики Германия в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) подданной княжества Монако принцессой Каролиной фон Ганновер (Carolina von Hannover) и гражданином Германии принцем Эрнстом Августом фон Ганновером (Ernst August von Hannover) (далее — заявительница и заявитель соответственно, вместе — заявители) 22 августа и 15 декабря 2008 г. соответственно.
2. Заявители жаловались на то, что отказ судов Германии запретить любые дальнейшие публикации их фотографий нарушил их право на уважение частной жизни, гарантированное статьей 8 Конвенции.
3. В соответствии с пунктом 1 правила 52 Регламента Европейского Суда жалобы были распределены в Пятую Секцию Европейского Суда. 13 ноября 2008 г. эта Палата, состоявшая из судей данной Секции Европейского Суда, решила коммуницировать жалобу № 40660/08 властям Германии. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции в редакции, действовавшей в период, относившийся к обстоятельствам дела, Палата Европейского Суда решила разрешить вопрос о приемлемости жалобы одновременно с ее рассмотрением по существу. 8 января 2009 г. Председатель Пятой Секции Европейского Суда решил коммуницировать жалобу № 60641/08 властям Германии. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции в редакции, действовавшей в период, относившийся к обстоятельствам дела, он также решил разрешить вопрос о приемлемости жалобы одновременно с ее рассмотрением по существу. 24 ноября 2009 г. Палата, состоявшая из судей Пятой Секции Европейского Суда, решила объединить рассмотрение обеих жалоб в одном производстве.
30 марта 2010 г. Палата Европейского Суда в следующем составе: Пэра Лоренсена, Председателя, Ренате Йегер, Карела Юнгвирта, Райта Марусте, Марка Виллигера, Мирьяны Лазаровой-Трайковской и Здравки Калайджиевой, судей, а также при участии Клаудии Вестердийк, Секретаря, — приняв решение объединить рассмотрение в одном производстве настоящие жалобы и жалобу № 39954/08 по делу «Издательство „Аксель Шпрингер АГ“ против Германии» (Axel Springer AG v. Germany), также коммуницированной 13 ноября 2008 г. и касавшейся вынесенного в отношении компании-заявительницы запрета публикаций об аресте и осуждении актера, уступила юрисдикцию в пользу Большой Палаты Европейского Суда, и ни одна из сторон не возражала против этого (статья 30 Конвенции и правило 72 Регламента Европейского Суда).
4. Состав Большой Палаты Европейского Суда был определен в соответствии с пунктами 2 и 3 бывшей статьи 27 Конвенции (ныне пункты 4 и 5 статьи 26 Конвенции) и правила 24 Регламента Европейского Суда. 3 ноября 2011 г. истек срок полномочий Жан-Поля Коста на посту Председателя Европейского Суда. На этом посту его сменил сэр Николас Братца, который стал также Председателем Большой Палаты Европейского Суда по настоящему делу (пункт 2 правила 9 Регламента Европейского Суда). В соответствии с пунктом 3 статьи 23 Конвенции и пунктом 4 правила 24 Регламента Европейского Суда Жан-Поль Коста продолжил участвовать в рассмотрении дела после истечения срока его полномочий. На последних стадиях рассмотрения дела Лех Гарлицкий и Нона Цоцория, запасные судьи, заменили судей Райта Марусте и Христоса Розакиса, которые не имели возможности принимать участие в дальнейшем рассмотрении дела (пункт 3 статьи 24 Регламента Европейского Суда).
5. Председатель Большой Палаты Европейского Суда принял решение о продолжении применения пункта 3 статьи 29 Конвенции в ходе производства в Большой Палате в отношении одновременного рассмотрения вопроса о приемлемости жалоб и жалоб по существу. Он также решил, что производство по настоящим жалобам должно вестись одновременно с производством по упоминавшемуся выше делу «Издательство „Аксель Шпрингер АГ“ против Германии» (пункт 2 правила 42 Регламента Европейского Суда).
6. Заявитель и власти Германии представили замечания относительно приемлемости жалобы для рассмотрения по существу и по существу дела. Каждая из сторон также дала ответы на замечания другой стороны.
7. Кроме того, были получены замечания от третьих сторон по делу: от Ассоциации издателей немецких журналов (Verband Deutscher Zeitungsverleger), от издательской компании, которая опубликовала одну из спорных фотографий, «Эрлих и сын ГмбХ и Ко. КГ» (Ehrlich and Sohn GmbH and Co. KG), от Ассоциации юристов по вопросам прессы (Media Lawyers Association), от Инициативы по юридической защите прессы (Media Legal Defence Initiative), от Международного института прессы (International Press Institute) и от Всемирной ассоциации газет и новостных изданий (World Association of Newspapers and News Publishers), — которым Председатель Большой Палаты Европейского Суда предоставил право участвовать в письменном разбирательстве по делу (пункт 2 статьи 36 Конвенции и пункт 2 статьи 44 Регламента Европейского Суда). Сторонам была предоставлена возможность ответить на данные замечания (пункт 5 правила 44 Регламента Европейского Суда).
8. 17 ноября 2008 г. власти Монако были уведомлены о своем праве представить замечания, но они информировали Европейский Суд об отсутствии у них намерения участвовать в производстве по делу. Будучи вновь информированными о данном праве 31 марта 2010 г., после принятия Палатой Европейского Суда решения об уступке юрисдикции в пользу Большой Палаты Европейского Суда, власти Монако не выразили намерения участвовать в производстве по делу.
9. Открытое слушание по делу состоялось 13 октября 2010 г. во Дворце прав человека в г. Страсбурге (пункт 3 правила 59 Регламента Европейского Суда).
В заседании Большой Палаты Европейского Суда приняли участие:
(a) со стороны властей Германии:
А. Виттлинг-Фогель (A. Wittling-Vogel), сотрудница Федерального министерства юстиции и защиты потребителей, Уполномоченная Германии при Европейском Суде,
С. Вальтер (C. Walter), профессор публичного права, советник,
А. фон Унгерн-Штернберг (A. von Ungern-Sternberg), ассистент,
Р. Зоммерлатте (R. Sommerlatte), сотрудник Федерального министерства культуры,
А. Маатш (A. Maatsch), судья Суда земли г. Гамбурга, консультанты;
М. Принц (M. Prinz), член Ганзейской палаты адвокатов г. Гамбурга,
М. Лер (M. Lehr), член Ганзейской палаты адвокатов г. Гамбурга, советник,
С. Лингенс (S. Lingens), юрист, консультант.
Большая Палата Европейского Суда заслушала выступления С. Вальтера и М. Принца.
10. Заявительница — старшая дочь скончавшегося князя Монако Ренье III, заявитель — ее муж. Они родились в 1957 и 1954 годах соответственно и проживают в Монако.
11. С 1990-х годов заявительница стала добиваться, часто в судебном порядке, запрета публикаций в прессе фотографий о ее личной жизни.
12. Две серии фотографий, опубликованные в 1993 и 1997 годах соответственно в трех немецких журналах и запечатлевшие заявительницу с актером Венсаном Линдоном (Vincent Lindon) или ее мужем, стали предметом трех производств в судах Германии, в частности, закончившихся принятием ведущих Постановлений Верховным федеральным судом от 19 декабря 1995 г. и Федеральным конституционным судом от 15 декабря 1999 г. об отказе в удовлетворении требований заявительницы.
13. Данные производства рассматривались в Постановлении Европейского Суда по делу «Фон Ганновер против Германии» (Von Hannover v. Germany) от 24 июня 2004 г., жалоба № 59320/00, в котором Европейский Суд пришел к выводу, что эти постановления судов нарушили право заявительницы на уважение ее частной жизни, гарантированное статьей 8 Конвенции.
14. Что касается рассуждений судов Германии, Европейский Суд сделал, в частности, следующие выводы:
«72. Европейскому Суду трудно согласиться с толкованием судами Германии части 1 статьи 23 Закона об авторском праве (в области искусств) относительно оснований считать человека известной фигурой современного общества par excellence. Поскольку данное определение предоставляет лицу очень ограниченную защиту его частной жизни и его права контролировать использование собственного изображения, оно, вероятно, могло бы предназначаться для политических деятелей, которые выполняют официальные функции. Однако не будет оправдано применение данного толкования к „частному“ лицу, такому, как заявительница в настоящем деле, интерес общественности и прессы к которой вызван исключительно ее принадлежностью к правящей семье, тогда как сама она не выполняет каких-либо официальных функций.»
В любом случае Европейский Суд считает, что в настоящем деле Закон об авторском праве необходимо толковать в узком смысле для того, чтобы обеспечить выполнение государством его позитивных обязательств согласно Конвенции ради защиты права на частную жизнь и права лица на контроль за использованием собственного изображения.
73. И наконец, различие, установленное между известными фигурами современности par excellence и «относительно» публичными лицами, должно быть четким и ясным, чтобы в государстве, в котором соблюдается принцип верховенства права, человеку должны быть предоставлены конкретные указания, как ему следует вести себя. Прежде всего эти люди должны точно знать, где и когда они находятся под защитой, и наоборот, в каких сферах им нужно ждать вмешательства со стороны других лиц, особенно бульварной прессы.
74. Таким образом, Европейский Суд считает критерии, которые легли в основу решений судов страны, недостаточными для эффективной защиты частной жизни заявительницы. Как известный человек она не может во имя свободы прессы и общественного интереса полагаться на защиту своей частной жизни, если только она не находится в уединенном месте вдали от внимания общественности и, более того, сможет это доказать, что может оказаться довольно сложным. В ином случае ей придется мириться с тем, что ее всегда могут фотографировать практически в любой момент, и что эти фотографии могут потом широко распространяться, даже если, как в настоящем деле, фотографии и сопровождающие их статьи касаются исключительно подробностей ее частной жизни.
75. По мнению Европейского Суда, критерий пространственной изоляции теоретически вполне удачен, на самом деле является весьма размытым и едва ли может быть заранее определен заинтересованным лицом. В настоящем деле отнесение заявительницы к известным фигурам современного общества par excellence не является достаточным для оправдания подобного вмешательства в ее частную жизнь».
15. Ссылаясь на Постановление Европейского Суда по первому делу заявительницы, заявители подали несколько гражданских исков в суды страны, требуя запрета любой дальнейшей публикации фотографий, которые появились в журналах Германии.
16. На первой фотографии, которая была опубликована в № 9/02 от 20 февраля 2002 г., заявители гуляют во время своего лыжного отдыха в г. Санкт-Морице (St Moritz), Швейцария. Фотография сопровождалась статьей под заголовком: «Князь Ренье — не один дома» (« Fürst Rainier — Nicht allein zu Haus»). В статье говорилось следующее:
«Первые цветы магнолии распускаются вокруг дворца Монако, но князь Ренье (78), по-видимому, не проявляет интереса к бурно развивающейся весне. Он отправляется на прогулку на свежем воздухе со своей дочерью Стефанией (Stéphanie) (37). Она поддерживает его, пока он идет медленным шагом. Ему холодно, несмотря на солнце. Старый джентльмен измотан. Жители Монако видели его в последний раз три недели назад на цирковом фестивале. Тогда он казался радостным и веселым, прогуливаясь рядом с дочерью, которая смеялась. Но с тех пор он не покидал дворца. Даже для праздника в честь святой Девоты, широко почитаемой в стране святой-покровительницы. Княжество обеспокоено, как и дети князя Ренье. Принц Альбер (Albert) (который в настоящее время принимает участие в Олимпийских играх в г. Солт-Лейк-Сити, США), принцесса Каролина (которая на отдыхе в г. Санкт-Морице с принцем Эрнстом Августом фон Ганновер) и принцесса Стефания по очереди ухаживают за отцом. Его нельзя оставлять дома одного, когда ему плохо. Без любви его детей».
17. На той же странице были размещены фотографии князя Ренье с его дочерью Стефанией, а также принца Монако Альбера, сделанная на Олимпийских играх в г. Солт-Лейк-Сити.
18. На второй фотографии, которая появилась в № 9/03 от 20 февраля 2003 г., заявители были изображены на прогулке в г. Санкт-Морице. Подпись к фотографии гласила: «Эрнст Август фон Ганновер и его жена, принцесса Монако Каролина, наслаждаются солнцем и снегом в г. Санкт-Морице» («Ernst August von Hannover and his wife, Princess Caroline of Monaco, enjoy the sun and snow in St Moritz»). На той же странице были опубликованы небольшая фотография принца Альбера и две фотографии членов европейской королевской семьи. В статье, сопровождавшей фотографии, под заголовком «Королевское веселье в снегах» («Royal fun in the snow»), рассказывалось о том, как люди, изображенные на фотографиях, были счастливы встретиться в г. Санкт-Морице.
19. На третьей фотографии, которая была опубликована в № 12/04 от 11 марта 2004 г., заявители были запечатлены на подъемнике в г. Цюрс (Zürs) в Арльберге (Arlberg), Австрия, во время лыжного отдыха. На той же странице была размещена маленькая фотография князя Ренье, заявительницы и принца Альбера, сделанная 19 ноября во время национального праздника, с подписью «Последнее появление принцессы на публике» («The princess's last appearance»). На другой фотографии, занимавшей половину страницы, заявительница была изображена на Балу роз.
Эти три фотографии являлись иллюстрациями к статье, озаглавленной «Принцесса Каролина. Все Монако ждет ее» («Princess Caroline. The whole of Monaco awaits her»). В соответствующих частях статьи говорилось следующее:
«Билеты на Бал роз, который пройдет 20 марта в Монако, начали продаваться за много недель до этого события. А гости приедут на него только ради нее: принцессы Каролины фон Ганновер (47). Она не посещала официальные мероприятия после национального праздника... Ее не было на цирковом фестивале или на празднике в честь святой Девоты, покровительницы Монако. По традиции бал открывает старшая дочь князя Ренье (80). Она унаследовала эту функцию от своей матери, которая погибла в результате несчастного случая, и этот бал любимый для Каролины... Князь, который тяжело болеет и только что был выписан из больницы после операции на сердце, еще слишком слаб, чтобы появляться на балу. Приветственная речь, с которой он обратится к гостям, будет транслироваться по телекамерам и показываться на большом экране. Принцесса Каролина и ее муж [принц] Эрнст Август фон Ганновер откроют бал вальсом.»
В январе они отметили пятую годовщину свадьбы. В семье фон Ганновер была еще одна причина для праздника: 26 января принцу исполнилось 50 лет. Он отметил свой день рождения с Каролиной и друзьями на модном курорте в г. Санкт-Морице, ослепительно белом от снега. Хотя пара отдыхала в г. Цюрс в Арльберге, для празднования дня рождения они на несколько дней приехали в Палац-отель в г. Санкт-Морице».
20. Издательская компания «Вестдейче Цайтшрифтенфераг ГмбХ и Ко. КГ» (WZV Westdeutsche Zeitschriftenverlag GmbH and Co. KG) опубликовала в № 9/02 от 20 февраля 2002 г. журнала Frau Aktuell ту же фотографию (или идентичную), которая была опубликована в тот же день в журнале Frau im Spiegel в № 9/02 (см. выше § 17). Статья, которой сопровождалась фотография в журнале Frau Aktuell, называлась «Вот настоящая любовь. Принцесса Стефания. Только она ухаживает за больным князем» («That is genuine love. Princess Stéphanie . She is the only one looking after the sick prince»). В соответствующей части статьи говорилось следующее:
«Ее личная жизнь может казаться беспорядочной. Но одно можно сказать точно: в том, что касается ее отца, принцесса Стефания знает, кому принадлежит ее сердце. В то время, когда другие члены семьи путешествуют по миру, она находится рядом с князем Ренье (78), который, по-видимому, серьезно болен. Только она ухаживает за больным князем. Сестра Стефании, Каролина (45), уехала отдыхать на несколько дней вместе со своим мужем Эрнстом Августом (48) и их дочерью Александрой (2) на модный горнолыжный курорт в г. Санкт-Морице в Швейцарии. Принц Альбер был на Олимпийских играх в г. Солт-Лейк-Сити, где участвовал в соревнованиях по бобслею. „В пятый и последний раз“, как он сказал. Периодически он исчезает на несколько дней. Говорят, что принц встречается со своей пассией, Алисией Варлик (Alicia Warlick) (24), американской прыгуньей с шестом, которая, по слухам, станет его будущей женой. [Князь Ренье], который теперь не выносит, когда его оставляют одного, был очень рад увидеть свою младшую дочь. Стефания посвящает ему много времени. Она сопровождает его в течение долгих прогулок, и они очень доверяют друг другу. „Ренье наслаждается общением с младшей дочерью. Когда она с ним, он прямо расцветает. В эти моменты он забывает, что стар и болен“, — говорят жители Монако. „Стефания должна приезжать чаще“.»
На той же странице были размещены фотографии принцессы Стефании вместе с отцом, которая была опубликована в тот же день в журнале Frau im Spiegel в № 9/02 (см. выше § 17), ее фото в анфас и две другие фотографии, на одной из которых был изображен только принц Альбер, а на другой он и Алисия Варлик.
(i) Постановление Суда земли г. Гамбурга от 29 апреля 2005 г.
21. В неустановленную дату в 2004 году заявительница обратилась в Суд земли г. Гамбурга (далее — Суд земли) с требованием запретить любую дальнейшую публикацию трех фотографий издательской компанией «Эрлих и сын ГмбХ и Ко. КГ».
22. 29 апреля 2005 г. Суд земли вынес запрет о публикации фотографий, поскольку заявительница не давала согласия на их публикацию, что было необходимо в соответствии со статьей 22 Закона об авторском праве в области искусств (далее — Закон об авторском праве). Вместе с тем Суд земли указал, что, даже если не требовалось согласие для публикации первой фотографии, поскольку она представляла собой изображение современного общества (Bildnis aus dem Bereich der Zeitgeschichte) по смыслу пункта 1 части 1 статьи 23 Закона об авторском праве, публикация этой фотографии не была оправдана. Согласно пункту 2 данной статьи Закона об авторском праве публикация такой фотографии была бы законной, если бы только она не нарушала правомерные интересы соответствующего лица. По мнению Суда земли, вопрос о том, имел ли место такой правомерный интерес в настоящем деле, должен был быть разрешен путем сопоставления интересов фотографируемого лица и права общества быть информированным.
23. Суд земли пришел к выводу, что в настоящем деле превалировало право заявительницы на защиту ее личных прав. При обосновании данного вывода Суд земли обширно ссылался на упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Фон Ганновер против Германии». Европейский Суд заключил, что отношения заявительницы с ее отцом, хотя он и был болен, не способствовали обсуждению вопросов, представлявших интерес для общества, особенно поскольку заявительница была связана с главой государства, которое не имело большого влияния в международной политике, только семейными узами, без выполнения какой-либо официальной функции.
24. Суд земли указал следующее: несмотря на то, что такой ход рассуждений не совсем соответствовал принципам, установленным Федеральным конституционным судом, который не признал наличия правомерного интереса, если фотографируемое лицо не находилось в уединенном месте вдали от внимания общества, суд не был связан этим выводом в такой степени, чтобы он не мог принять во внимание прецедентную практику Европейского Суда по данному вопросу.
(ii) Постановление Верховного суда земли г. Гамбурга <1> от 31 января 2006 г.
<1> Является судом апелляционной инстанции (примеч. редактора).
25. Издательская компания подала жалобу на данное постановление Суда земли.
26. 31 января 2006 г. Верховный суд земли г. Гамбурга (далее — Верховный суд земли) отменил обжалуемое постановление на основании того, что право заявительницы, гарантированное статьей 8 Конвенции, должно было отступить перед основополагающими правами прессы. Он счел, что, несмотря на то, что статьи имели в первую очередь развлекательный характер, публикация спорных фотографий, тем не менее, была правомерной по смыслу постановления Федерального конституционного суда от 15 января 1999 г., основная правовая мотивировка которого (tragende Erwägungen ) имела обязательный характер для Верховного суда земли. Европейский Суд отметил, что публичные люди, безусловно, должны пользоваться защитой от риска быть сфотографированными в любое время и в любом месте и от риска последующей публикации этих снимков. Однако, по мнению Верховного суда земли, правомерные интересы таких лиц по смыслу части 2 статьи 23 Закона об авторском праве не должны приводить к запрету любого информирования общества о публичных людях вне их официальных появлений на публике. В любом случае право на уважение частной жизни не требовало запрета публикаций фотографий, сделанных в общественных местах, доступных для всех лиц, в тот момент, когда соответствующий публичный человек находился в окружении других людей.
(iii) Постановление Верховного федерального суда Германии от 6 марта 2007 г.
27. Заявительница подала жалобу по вопросам права на данное постановление.
28. В Постановлении от 6 марта 2007 г. № VI ZR51/06 Верховный федеральный суд Германии (далее — Верховный федеральный суд) оставил жалобу заявительницы без удовлетворения в отношении первой фотографии. Что касается второй и третьей фотографий, он удовлетворил жалобу заявительницы, отменил постановление Верховного суда земли и оставил в силе запрет, наложенный Судом земли.
29. Верховный федеральный суд Германии решил, что мнение Верховного суда земли не отвечало концепции градуированной защиты (abgestuftes Schutzkonzept), которое получило развитие в прецедентной практике на основании статей 22 и 23 Закона об авторском праве и было разъяснено в ряде недавних постановлений, вынесенных после упоминавшегося выше Постановления Европейского Суда по делу «Фон Ганновер против Германии», в ответ на исключения из принципа, которые Европейский Суд установил в данном Постановлении. Согласно новому подходу к защите часть 1 статьи 23 Закона об авторском праве, в которой было предусмотрено исключение из правила, в соответствии с которым фотография не могла быть опубликована без предварительного согласия изображенного на ней лица, учитывала общественный интерес в получении информации и свободу прессы. Следовательно, при оценке того, изображала ли спорная публикация какой-либо аспект современного общества по смыслу пункта 1 части 1 статьи 23 Закона об авторском праве, необходимо было сопоставить права, предусмотренные пунктом 1 статьи 1 и пунктом 1 статьи 2 Основного закона и статьей 8 Конвенции, с одной стороны, и права, закрепленные во втором предложении пункта 1 статьи 5 Основного закона и в статье 10 Конвенции, с другой стороны.
30. Верховный федеральный суд добавил, что критика Европейского Суда в отношении выражения «известная фигура современного общества par excellence» в итоге касалась определения условий, при которых пресса могла писать о подобных людях. Верховный федеральный суд счел, что независимо от того, следует ли рассматривать заявительницу как известную фигуру современного общества par excellence, она в любом случае была очень знаменитым человеком, который особенно вызывал интерес общества. По мнению Верховного федерального суда, этот факт в совокупности с тем обстоятельством, что в момент, когда были сделаны фотографии, она не находилась в уединенном месте вдали от внимания общественности, был, тем не менее, недостаточен, чтобы лишить заявительницу защиты ее частной жизни. Этот вывод не только бы соответствовал позиции Европейского Суда, но и отражал бы надлежащее понимание раскрытой таким образом концепции защиты.
31. Исходя из изложенного Верховный федеральный суд решил, что публикация изображений лиц, которые в связи с их важностью в современном обществе теоретически должны были мириться в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 23 Закона об авторском праве с публикацией своих фотографий, будет, тем не менее, незаконной, если будут нарушены правомерные интересы заинтересованного лица (часть 2 статьи 23 Закона об авторском праве). Обязанность получения согласия соответствующего лица не предусматривала каких-либо исключений, если только публикация не касалась важного события современного общества. Выражение «современное общество», как и понятие «информативная ценность» должны толковаться в широком смысле и в зависимости от того, был ли в деле общественный интерес. Это понятие включало любой вопрос, который представлял интерес для общества и включал сведения для развлекательных целей, которые также могли играть роль в формировании мнений или даже способствовать или влиять на них в бульшей степени, чем просто фактическая информация.
32. Если свобода прессы и запрет цензуры требовали, чтобы средства массовой информации могли сами решать, о чем писать и что публиковать, пресса не освобождалась от обязанности сопоставлять свой интерес в публикации информации и защиту личной жизни соответствующего лица. Чем выше информативная ценность сведений для общества в целом, тем больше право на защиту должно уступать. И наоборот, если интерес информирования общества невелик, важность защиты соответствующего лица приобретает больший вес. Интерес читателя в том, чтобы развлечься, как правило, имеет меньшее значение по сравнению с защитой личной жизни, и в этом случае интерес читателя не заслуживает защиты.
33. Верховный федеральный суд, соответственно, указал, что, даже если речь идет о лицах, которые считаются известными в современном обществе, следует учитывать те факторы, способствовала ли публикация фактической дискуссии (mit Sachgehalt), и выходило ли содержание публикации за рамки того, чтобы просто удовлетворить любопытство публики. При рассмотрении данного вопроса ничто не препятствовало тому, чтобы принимать во внимание степень известности лица.
34. Верховный федеральный суд подчеркнул, что способ сопоставления различных затронутых в деле интересов соответствовал требованиям Европейского Суда в отношении эффективной защиты частной сферы и требований свободы прессы и что он не входил в противоречие с обязательной юридической силой Постановления Верховного федерального суда от 15 декабря 1999 г. Конечно, этот суд ограничил защиту, предоставляемую личной жизни лица, от публикации нежелательных фотографий случаями пространственной изоляции. Однако это не препятствовало судам при сравнении различных интересов в бульшей степени учитывать ценность информации для публики. Кроме того, Федеральный конституционный суд [недавно] одобрил то, как различные интересы были сопоставлены Верховным федеральным судом на основании данных критериев в деле, которое касалось заявителя (Постановление от 13 июня 2006 г., № 1 BvR565/06).
35. Верховный федеральный суд уточнил, что, так как определяющим критерием для сопоставления интересов была информативная ценность спорной фотографии, и поскольку она была опубликована в контексте печатной статьи, нельзя было игнорировать содержание текста, которым сопровождалась фотография.
36. Применяя подобным образом установленные критерии к рассматриваемому делу, Верховный федеральный суд, начав со второй и третьей фотографий, отметил, что на второй фотографии был изображен заявитель на оживленной улице в г. Санкт-Морице во время лыжного отдыха. Несмотря на то, что средства массовой информации, как правило, могли сами принимать решение относительно содержания публикаций, и что заявители действительно были сфотографированы в общественном месте в окружении других людей, ни статья, ни фотография не относились к событию, представлявшему интерес для современного общества. Отдых знаменитостей относился к центральной сфере (Kernbereich) их частной жизни. Таким образом, публикации статей и фотографий преследовали исключительно развлекательные цели и никоим образом не относились к вопросам, представлявшим интерес для общества, следовательно, они могли быть осуществлены только с согласия заявительницы.
37. Верховный федеральный суд отметил, что третья фотография изображала заявителей на лыжном подъемнике в г. Цюрс во время отдыха. Если предстоявший в Монако Бал роз, о котором шла речь в статье, сопровождавшей фотографию, мог рассматриваться как событие современного общества, представлявшее всеобщий интерес, не существовало какой-либо связи между фотографией и данным событием. Фотография была призвана дополнить ту часть статьи, которая была посвящена празднованию дня рождения заявителя в г. Санкт-Морице и лыжному отдыху заявителей в г. Цюрс. Таким образом, эта информация касалась исключительно личной жизни заявительницы и служила лишь для развлечения публики. Следовательно, третья фотография также не могла публиковаться без согласия заявительницы.
38. Что касается первой фотографии, Верховный федеральный суд отметил, что, хотя она не содержала информации, каким-либо образом связанной с событием современного общества или способствовавшей обсуждению общественно-значимых вопросов, нельзя было сказать того же о тексте, которым сопровождалась фотография. Конечно, та часть статьи, которая была посвящена отдыху заявительницы на лыжном курорте, не касалась событий современного общества или вопросов, представлявших общий интерес, даже если толковать данные термины широко. Однако, что касалось здоровья князя, Верховный федеральный суд указал следующее:
«Данная информация также касалась плохого состояния здоровья правящего князя Монако Ренье. Его плохое состояние здоровья, таким образом, относилось к событиям современного общества, о котором пресса имела право сообщить. Статус журналиста и цель статьи не являются решающими, поскольку принцип свободы прессы не допускает, чтобы основополагающее право зависело от качества распространяемой информации или от того, в каком стиле написана статья. Это также относится к комментариям, сделанным в статье по поводу членов семьи во время болезни князя, кроме того, заявительница на это не жаловалась. Спорная фотография иллюстрирует и подтверждает распространяемые сведения».
39. Верховный федеральный суд пришел к выводу, что при таких обстоятельствах, с учетом контекста публикации в целом, у заявительницы не было правомерного интереса, который мог бы препятствовать публикации фотографии заявителей, сделанной, когда они шли по улице. В частности, в самой фотографии не было ничего, что представляло бы собой нарушение ( eigenständiger Verletzungseffekt) и, таким образом, оправдывало бы иной вывод. Кроме того, в отношении этой фотографии также нельзя было предположить, что она была сделана тайно или с использованием скрытых технических средств, в результате чего она была бы незаконной.
(iv) Постановление Федерального конституционного суда от 26 февраля 2008 г.
40. В Постановлении от 26 февраля 2008 г. Первая секция (Senat) Федерального конституционного суда оставила без удовлетворения конституционные жалобы заявительницы (N 1 BvR1626/07) и издательской компании «Эрлих и сын ГмбХ и Ко. КГ» (1 BvR1602/07) на Постановление Верховного федерального суда (N VI ZR51/06).
В том же Постановлении Федеральный конституционный суд удовлетворил конституционную жалобу (N 1 BvR1606/07) издательской компании «Кламбт-Ферлаг ГмбХ и Ко.» (Klambt-Verlag GmbH and Co.) на запрет, наложенный Верховным федеральным судом (постановление от 6 марта 2007 г., № VI ZR52/06), в отношении любой дальнейшей публикации фотографии, размещенной в журнале 7 Tage, изображавшей заявителей в неизвестном месте и сопровождавшейся письменными комментариями и фотографиями относительно возможности аренды виллы для отдыха, которой семья фон Ганновер владела в Кении. Данное производство является предметом отдельной жалобы, поданной заявительницей в Европейский Суд (N 8772/10).
41. Прежде всего Федеральный конституционный суд отметил, что судебные решения представляли собой вмешательство в право заявительницы на защиту ее личных прав, гарантированных пунктом 1 статьи 1 и пунктом 1 статьи 2 Основного закона. Тем не менее как для защиты, предоставляемой для данного права, так и для свободы прессы установлены определенные пределы. В отношении свободы прессы были предусмотрены ограничения в статье 22 и последующих Закона об авторском праве и в статье 8 Конвенции, а положения Закона об авторском праве и статья 10 Конвенции ограничивали право на защиту личных прав. В законодательстве Германии Конвенция имеет статус обычного федерального закона. На конституционно-правовом уровне права и свободы, гарантированные Конвенцией и в прецедентной практике Европейского Суда, служили руководством для толкования при определении содержания и сферы действия основного права.
42. Федеральный конституционный суд напомнил о прецедентной практике Европейского Суда в отношении статей 8 и 10 Конвенции и о своей собственной практике в отношении различных затронутых в деле основных прав, ссылаясь на принципы, установленные в его ведущем постановлении от 15 декабря 1999 г. (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Фон Ганновер против Германии», § 25). Федеральный конституционный суд добавил, что постольку, поскольку изображение само по себе не вносило какого-либо вклада в формирование общественного мнения, его информативная ценность должна была оцениваться в контексте сопровождавшей фотографию статьи. Однако если данная статья была всего лишь предлогом для публикации фотографии известного человека, она не вносила какого-либо вклада в формирование общественного мнения, и, следовательно, не было оснований предоставлять приоритет интересам публикации, а не защите личных прав.
43. Федеральный конституционный суд указал также, что для того, чтобы определить, какое значение следует придавать личным правам, необходимо было принимать во внимание не только обстоятельства, при которых была сделана фотография, например, то, была ли она сделана тайно или в результате постоянного преследования со стороны фотографов, но и ситуацию, в которой соответствующее лицо было сфотографировано, и то, каким образом оно было при этом охарактеризовано. Следовательно, право на защиту личных прав обладало бульшим значением, если на фотографии изображались детали частной жизни лица, которые обычно не обсуждаются публично. То же самое можно было сказать, если соответствующее лицо могло правомерно ожидать, с учетом обстоятельств, что не будут опубликованы какие-либо фотографии, поскольку оно находилось в частном месте ( räumliche Privatheit), таком как специально защищенное место. Право на защиту личных прав также могло преобладать над интересом публикации фотографии в тех случаях, когда не имела места пространственная изоляция, в частности, когда соответствующее лицо было сфотографировано в моменты расслабления или отдыха, свободным от ограничений профессиональной или повседневной жизни.
44. Федеральный конституционный суд указал, что в этой связи необходимо было придавать важное значение распределению процессуальных обязанностей в отношении представления фактов и бремени доказывания. Необходимо было обеспечить, чтобы ни у средств массовой информации, ни у фотографируемого лица не было препятствий для представления доказательств тех фактов, которые являются надлежащими для сопоставления конкурирующих интересов. Если средства массовой информации планировали опубликовать фотографию без согласия заинтересованного лица, от них могло потребоваться представление доказательств, при которых эта фотография могла быть сделана, для того, чтобы позволить судам рассмотреть вопрос о том, могла ли публикация фотографии быть оспорена на основании правомерных ожиданий фотографируемого лица.
45. Федеральный конституционный суд отметил, что применение и толкование положений гражданского законодательства в свете основных прав, затронутых в деле, и с учетом Конвенции входило в задачу судов по гражданским делам. Он добавил, что его роль ограничена рассмотрением вопроса о том, приняли ли нижестоящие суды в достаточной мере во внимание основные права при толковании и применении закона и при сопоставлении конкурирующих между собой прав. Такой же была сфера полномочий Федерального конституционного суда в отношении вопроса о том, выполнили суды свою обязанность по интеграции соответствующей прецедентной практики Европейского Суда во внутригосударственное право (Teilrechtsordnung). Тот факт, что сопоставление судом различных прав в многосторонних спорах, то есть спорах, затрагивающих интересы нескольких лиц, и в сложных спорах могло также привести к различным исходам, не являлся достаточным основанием для того, чтобы требовать от Федерального конституционного суда исправить решение суда. Однако если сфера защиты (Schutzbereich) или пределы действия основного права были неверно определены и сопоставление прав было осуществлено неправильно, или если не были надлежащим образом приняты во внимание требования конституционного закона или Конвенции, то будут нарушены требования Основного закона.
46. Применяя данные принципы к рассматриваемому делу, Федеральный конституционный суд отметил, что Верховный федеральный суд и установленные им критерии не подлежали сомнению в соответствии с Основным законом. Федеральный конституционный суд решил, в частности, что с точки зрения Основного закона ничто не препятствовало Верховному федеральному суду отступить от своей собственной установившейся прецедентной практики по данному вопросу и сформулировать новый подход к защите. Тот факт, что сам Федеральный конституционный суд не поставил под сомнение в своем ведущем Постановлении от 15 декабря 1999 г. созданный им самим ранее подход к защите означал лишь то, что этот подход соответствовал конституционно-правовым критериям. Это не означало, что иной подход не соответствовал бы данным критериям. Ничто не препятствовало Верховному федеральному суду, в частности, обойтись без юридического понятия «известная личность в современном обществе» и вместо этого сравнить конкурирующие интересы при рассмотрении вопроса о том, являлась ли фотография аспектом современного общества, и могла ли она, следовательно, быть опубликована без согласия соответствующего лица (если она не нарушала законные интересы последнего).
47. Используя установленные критерии к спорным фотографиям, начав со второй и третьей из них, в отношении которых судом был наложен запрет публикации, который впоследствии был оспорен издательской компанией «Эрлих и сын ГмбХ и Ко. КГ» (см. выше § 40), Федеральный конституционный суд отметил, что Верховный федеральный суд принял во внимание тот факт, что вторая фотография изображала заявителей в общественном месте, которое не являлось ни изолированным, ни удаленным из сферы зрения общества. Однако Федеральный конституционный суд придал решающее значение тому факту, что статья касалась только отдыха заявителей на лыжном курорте, то есть ситуации, которая относилась к центральной сфере частной жизни и касалась потребности заявителей в мирной жизни и спокойствии, а также связанному с этим отсутствию общественного интереса, который не заключался бы в удовлетворении любопытства публики. В отличие от того, что утверждала издательская компания, интерес читателей к модному лыжному костюму заявителей не являлся общественным интересом. Кроме того, данный аспект не был упомянут в статье.
48. По мнению Федерального конституционного суда, тот же вывод следовало сделать в отношении третьей фотографии, на публикацию которой жаловалась заявительница. В данном случае отсутствовал интерес общества, а имело место только удовлетворение любопытства публики информацией, которая содержалась в статье о поездке заявительницы и ее мужа в г. Санкт-Мориц с целью отпраздновать день рождения последнего и в фотографии, на которой они оба были запечатлены на подъемнике. Хотя в статье также упоминался Бал роз, событие, которое, по мнению Верховного федерального суда, могло рассматриваться как аспект современного общества, между данным событием и фотографией отсутствовала какая-либо связь.
49. Что касается первой фотографии, Федеральный конституционный суд отметил, что у Верховного федерального суда имелись правомерные основания полагать, что плохое состояние здоровья правящего князя Монако представляло собой общественный интерес и что, следовательно, у прессы было право информировать общество о том, каким образом дети князя совмещали свои обязанности по оказанию ему семейной поддержки с правомерной необходимостью реализации ими права на частную жизнь, в том числе возможностью уехать в отпуск. Сделанный Верховным федеральным судом вывод, согласно которому опубликованная фотография имела достаточно тесную связь с событием, которому была посвящена статья, был безупречен с точки зрения Основного закона.
50. Федеральный конституционный суд подчеркнул, что Верховный федеральный суд указал, что защита личных прав могла превалировать в случаях, когда спорная фотография сделана в условиях, которые были особенно неблагоприятными для заинтересованного лица, например, тайно или в результате постоянного преследования со стороны фотографов. Однако издательская компания предоставила подробную информацию относительно того, как была сделана фотография, а заявительница не настаивала в нижестоящих судах или в Верховном федеральном суде, что данные сведения были неверными. В частности, она не утверждала, что фотография была сделана при неблагоприятных для нее условиях.
51. Федеральный конституционный суд также не согласился с утверждением заявительницы о том, что Верховный федеральный суд не учел или в недостаточной степени учел прецедентную практику Европейского Суда. Указав, что жалоба такого рода могла быть подана в ходе конституционного судопроизводства, только если она была основана на одном из основных прав, гарантированных в Основном законе, он отметил, что Верховный федеральный суд принял во внимание постановления, приведенные в упоминавшемся выше Постановлении Европейского Суда по делу «Фон Ганновер против Германии», а также по делу «Кархуваара и компания „Илталехти“ против Финляндии» (см. Постановление Европейского Суда по делу «Кархуваара и компания „Илталехти“ против Финляндии» (Karhuvaara and Iltalehti v. Finland) от 16 ноября 2004 г., жалоба № 53678/00), и выполнил свою обязанность по соблюдению критериев, установленных Конвенцией. Федеральный конституционный суд провел анализ соответствующей прецедентной практики Европейского Суда и отметил, что решающим критерием, который использовал Европейский Суд при сопоставлении конкурирующих прав, был вопрос о том, способствовала ли публикация в целом (статья и фото) свободному формированию общественного мнения. Кроме того, необходимо было проводить различие между политическими деятелями, публичными лицами и обычными людьми. Если последние пользовались наибольшей защитой из трех групп, политические деятели могли рассчитывать лишь на небольшую степень их защиты от публикаций в средствах массовой информации.
52. Согласно прецедентной практике Европейского Суда (см. Постановление Европейского Суда по делу «Гургенидзе против Грузии» (Gurguenidze v. Georgia) от 17 октября 2006 г., жалоба № 71678/01, § 57, и Постановление Европейского Суда по делу «Шиакка против Италии» (Sciacca v. Italy) от 11 января 2005 г., жалоба № 50774/99, § 27) заявительница являлась публичным человеком, что позволяло прессе при наличии интереса информирования общества публиковать фотографии даже тех лиц, которые занимаются своими повседневными делами на публике. Подобные публикации, которые, кроме того, пользуются защитой статьи 10 Конвенции, могли служить целям контроля со стороны общества за частными действиями лиц, которые пользовались влиянием в экономической, культурной или медийной сфере. Федеральный конституционный суд отметил, что Европейский Суд ранее критиковал подход, избранный внутригосударственными судами, которые применяли слишком строгие критерии к вопросу о том, представляли ли сообщения средств массовой информации общественный интерес, когда они информировали общество об обстоятельствах личной жизни лица, которое не участвовало в политической жизни (см. Постановление Европейского Суда по делу «Тенсбергс Блад А.С. и Хауком против Норвегии» ( Tønsbergs Blad A.S. and Haukom v. Norway) от 1 марта 2007 г., жалоба № 510/04, § 87). Достаточно было того факта, чтобы публикация касалась, по крайней мере, в какой-либо степени, важных вопросов, связанных с политикой или иной сферой (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу «Кархуваара и компания „Илталехти“ против Финляндии», § 45).
53. Федеральный конституционный суд пришел к выводу, что Верховный федеральный суд решил в настоящем деле, что спорная публикация касалась важных вопросов в демократическом обществе. В своем упоминавшемся выше Постановлении по делу «Фон Ганновер против Германии» Европейский Суд категорически исключил возможность того, что информация, которая способствует обсуждению вопросов, представляющих общественный интерес, может сопровождаться фотографиями, изображающими сцену из повседневной жизни политического деятеля или публичной фигуры. Даже несмотря на то, что Европейский Суд в упоминавшемся выше своем Постановлении по делу «Фон Ганновер против Германии» пришел к выводу, что спорные фотографии не имели информативной ценности, постановление, вынесенное Верховным федеральным судом, после оценки обстоятельств рассматриваемого им дела и с учетом прецедентной практики Европейского Суда о том, что спорная фотография имела информативную ценность, было безупречным с точки зрения Основного закона.
54. В неустановленную дату заявительница обратилась в Суд земли с требованием о запрете любой дальнейшей публикации фотографии, которая была размещена в журнале Frau Aktuell, в № 9/02 от 20 февраля 2002 г.
55. 1 июля 2005 г. Суд земли вынес постановление, которым удовлетворил требование заявительницы.
56. 13 декабря 2005 г. Верховный суд земли удовлетворил жалобу издательской компании и отменил постановление Суда земли.
57. 6 марта 2007 г. Верховный федеральный суд вынес Постановление № VI ZR14/06, в котором отказал в удовлетворении жалобы заявительницы на том же основании, которое было указано в другом его Постановлении, датированном тем же числом (N VI ZR51/06, см. выше §§ 28 - 39). Верховный федеральный суд указал, что заявительница не утверждала в ходе разбирательства дела в данном суде, и ничто не указывало на это, что фотография была сделана тайно или с использованием секретных технических средств, в результате чего она была бы незаконной.
58. 16 июня 2008 г. коллегия из трех судей Федерального конституционного суда вынесла Постановление № 1 BvR1625/07, в котором отказала в рассмотрении конституционной жалобы заявительницы без приведения какой-либо мотивировки.
59. 30 ноября 2004 г. заявитель обратился в Суд земли с требованием запретить любую дальнейшую публикацию издательской компанией «Эрлих и сын ГмбХ и Ко. КГ» трех фотографий, которые были размещены в журнале Frau im Spiegel.
60. 1 июля 2005 г. Суд земли вынес постановление, которым удовлетворил требование заявителя.
61. 31 января 2006 г. Верховный суд земли вынес постановление, в котором удовлетворил жалобу издательской компании.
62. 6 марта 2007 г. Верховный федеральный суд вынес Постановление № VI ZR50/06, в котором оставил без удовлетворения жалобу по вопросам права, поданную заявителем в отношении первой фотографии. Что касается второй и третьей фотографий, Верховный федеральный суд удовлетворил жалобу, отменил постановление Верховного суда земли и вновь вынес запрет на публикацию этих фотографий, как и Суд земли. Верховный федеральный суд обосновал свои выводы так же, как и в Постановлении № VI ZR51/06 от той же даты (см. выше §§ 28 - 39). Что касается высокого статуса заявителя, Верховный федеральный суд подтвердил позицию Верховного суда земли о том, что заявитель был широко известен публике, в частности, как муж заявительницы, которая являлась объектом особого внимания со стороны общества.
63. 16 июня 2008 г. коллегия из трех судей Федерального конституционного суда вынесла Постановление № 1 BvR1624/07, в котором оставила без рассмотрения конституционную жалобу заявителя без указания причин.
64. 29 ноября 2004 г. заявитель обратился Суд земли с требованием запретить любую дальнейшую публикацию издательской компанией «ВЗВ Вестдейче Цайтшрифтенфераг ГмбХ и Ко. КГ» фотографии, размещенной ранее в журнале Frau Aktuell.
65. 24 июня 2005 г. Суд земли удовлетворил требование заявителя.
66. 13 декабря 2005 г. Верховный суд земли вынес постановление, в котором удовлетворил жалобу издательской компании.
67. 6 марта 2007 г. Верховный федеральный суд вынес Постановление № VI ZR13/06, в котором оставил без удовлетворения жалобу по вопросам права, поданную заявителем, по тем же причинам, которые были указаны в Постановлении № VI ZR14/06 от той же даты (см. выше § 57).
68. 16 июня 2008 г. коллегия из трех судей Федерального конституционного суда вынесла Постановление № 1 BvR1622/07, в котором оставила без рассмотрения конституционную жалобу заявителя без указания причин.
69. Соответствующие положения Основного закона Германии гласят следующее:
1. Достоинство человека неприкосновенно. Уважать и защищать его — обязанность всей государственной власти...