Постановление ЕСПЧ от 09.05.2003
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 09.05.2003. 59506/00. 09.05.2003. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-5950600
«Дело „Георгиос Папагеоргиу (Georgios Papageorgiou) против Греции“ (жалоба № 59506/00)»
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ГЕОРГИОС ПАПАГЕОРГИУ (GEORGIOS PAPAGEORGIOU) ПРОТИВ ГРЕЦИИ» (Жалоба № 59506/00)
<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
По делу «Георгиос Папагеоргиу против Греции» Европейский суд по правам человека (первая секция), заседая Палатой в составе:
Дж. Бонелло, Председателя Палаты,
а также при участии С. Нильсена, заместителя Секретаря Секции Суда,
заседая 20 июня 2002 г. и 10 апреля 2003 г. за закрытыми дверями,
вынес 10 апреля 2003 г. следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 59506/00), поданной в Европейскую комиссию по правам человека 29 мая 2000 г. против Греческой Республики гражданином Греции Георгиосом Папагеоргиу (далее — заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителя в Европейском суде представлял Н. Франгакис (N. Frangakis), адвокат из г. Афины. Власти Греции были представлены представителем своего Уполномоченного при Европейском суде по правам человека, старшим советником Государственного Совета, М. Апессосом (M. Apessos).
3. Заявитель жаловался, в частности, на нарушение права на справедливое разбирательство дела в разумный срок (пункт 1 и подпункт «d» пункта 3 статьи 6 Конвенции).
4. Жалоба была передана на рассмотрение Второй секции Европейского суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда). В соответствии с пунктом 1 правила 26 Регламента в рамках Третьей секции была создана Палата, которая должна была рассматривать данное дело (пункт 1 статьи 27 Конвенции). 1 ноября 2001 г. был изменен состав секций Европейского суда (пункт 1 правила 25 Регламента). Дело было передано на рассмотрение Первой секции в новом составе (пункт 1 правила 52 Регламента).
5. 20 июня 2002 г. Европейский суд объявил жалобу заявителя частично приемлемой для рассмотрения по существу.
6. Заявитель и власти Греции представили письменные замечания по существу дела (пункт 1 правила 59 Регламента).
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
7. Заявитель родился в 1955 году и проживает в г. Агиос Стефанос (Аттика) (Aghios Stefanos (Attica)).
8. 30 мая 1990 г. Коммерческий банк Греции инициировал уголовное дело против нескольких служащих этого банка, в том числе против заявителя, обвинив их в утаивании документов, подлоге и использовании подложных документов, мошенничестве; по мнению банка, эти преступления нанесли ему ущерб в размере более 20 миллионов греческих драхм. Банк обвинил этих служащих в том, что они дебетовали счет компании «Греческие железные дороги» (Greek Railways (OSE)), использовав семь чеков из чековых книжек, предъявленных от имени железнодорожной компании, но в действительности никогда не выставлявшихся на банк. 2 июня 1990 г. прокурор возбудил уголовное дело против заявителя.
9. 27 марта 1991 г. заявитель был вызван к следственному судье, и к нему было применено предварительное заключение. 23 апреля 1991 г. заявитель был освобожден на поруки, оставшись под судебным наблюдением, вследствие которого ему, среди прочего, запрещалось покидать страну.
10. 26 июня 1992 г. обвинительное отделение апелляционного суда г. Афин приняло решение о передаче дел некоторых обвиняемых, включая заявителя, на рассмотрение апелляционного суда г. Афин в составе трех судей, что является обычным составом для рассмотрения апелляционным судом дел в первой инстанции.
11. Слушание, изначально назначенное на 27 мая 1994 г., было перенесено сначала на 26 января 1996 г. из-за забастовки адвокатуры г. Афин, а впоследствии на 31 мая 1996 г. из-за болезни одного из подсудимых. 31 мая 1996 г. слушание было в очередной раз перенесено, теперь на 13 октября 1997 г.
12. 4 июня 1996 г. заявитель, который до работы в банке служил в торговом флоте, подал ходатайство об отмене запрета покидать страну, чтобы он мог снова работать на флоте. Заявитель утверждал, что ему необходимо было найти доходное занятие для того, чтобы содержать жену и троих детей, и подчеркнул, что рассмотрение дела несколько раз переносилось самим судом. Но его ходатайство было отклонено прокурором, а потом и обвинительным отделением апелляционного суда; ранее апелляционный суд уже отклонял похожее ходатайство.
13. Слушание, наконец, состоялось 13 октября 1997 г., через пять лет три месяца и семнадцать дней после вынесения обвинительным отделением решения от 26 июня 1992 г. и более чем через семь лет после подачи банком жалобы, которой было инициировано данное дело. Слушания состоялись 13, 14, 15, 21 и 29 октября 1997 г. Один из подсудимых ходатайствовал о представлении в суд резервной записи банковского компьютера (а не чеков). Адвокат банка представил декларацию отдела информационных технологий банка, подтверждавшую аутентичность копий компьютерных записей в файле. Декларация была зачитана вслух во время слушания, не вызвав никакой реакции у подсудимых. Во время рассмотрения дела было зачитано, по крайней мере, шестьдесят шесть документов и допрошено три свидетеля.
Апелляционный суд вынес Решение 29 октября 1997 г. апелляционный суд признал заявителя виновным и приговорил его к пяти годам и четырем месяцам лишения свободы за вычетом срока, проведенного заявителем в предварительном заключении, и вынес приказ об изъятии и уничтожении семи представленных чеков. Наконец, суд решил, что, если заявитель захочет подать апелляцию, исполнение наказания будет приостановлено.
14. Заявитель подал апелляцию на Судебное решение в соответствующий суд, а именно в апелляционный суд г. Афин в составе пяти судей. 20 февраля 1998 г. суд подтвердил Решение суда первой инстанции, но снизил срок лишения свободы до четырех лет и десяти месяцев.
15. Во время слушания заявитель ходатайствовал о представлении некоторых частей системного журнала банковского компьютера и оригинальных чеков, а также просил о том, чтобы эксперт-почерковед, Халкиас (Chalkias), был вызван в суд и допрошен в присутствии другого эксперта-почерковеда.
16. Апелляционный суд отклонил эти ходатайства на следующих основаниях:
«Точность и аутентичность отрывков записей центрального компьютера банка вместе с заявлениями высших должностных лиц банка неоспорима, а предоставление отрывков необязательно. Также нет необходимости вызывать и допрашивать Халкиаса, так как он составил подробный отчет, зачитанный во время слушания. Наконец, ксерокопии соответствующих чеков, подложность которых не вызвала сомнений ни у одной из сторон, были удовлетворительным доказательством в процессе, поэтому представление оригиналов не имеет смысла».
17. Апелляционный суд зачитал документы, представленные в суде первой инстанции, и допросил двенадцать свидетелей со стороны обвинения и пять свидетелей со стороны защиты.
18. Апелляционный суд отметил, что вопреки утверждениям заявителя связь между чеками и счетом компании «Греческие железные дороги» (ГЖД) не могла быть установлена сотрудниками отдела информационных технологий банка, в обязанности которого входила только обработка данных из отделений. Кроме того, апелляционный суд отметил, что в день совершения преступления заявитель был единственным человеком, использовавшим компьютер, на котором было совершено преступление. Эксперт-почерковед сделал вывод, что признаки почерка заявителя и почерка, которым была сделана роспись на чеке, были очевидны. Наконец, апелляционный суд отметил, что заявитель был одним из немногих банковских служащих, которые знали номер счета и имена работников компании ГЖД, которые могли выписывать чеки.
19. Заявитель подал апелляцию по вопросам права. 20 октября 1998 г. Кассационный суд отменил обжалованное судебное решение по пунктам обвинения в утаивании документов, подлоге и использовании подложных документов и передал дело в апелляционный суд по пункту обвинения в мошенничестве.
20. Апелляционный суд провел слушание 2 декабря 1998 г. Заявитель снова ходатайствовал о представлении отрывков из системного журнала банковского компьютера и просил у адвоката банка предоставить декларацию, подтверждавшую аутентичность ксерокопий чеков. Апелляционный суд отклонил эти ходатайства. Что касается первого ходатайства, суд решил, что не было возможности извлечь отрывки из банковского системного журнала, так как не сохранились соответствующие бобины с лентой, и добавил, что аутентичность рассматриваемых документов была очевидна из других документов. Суд истолковал второе ходатайство как попытку установить, имел ли подсудимый сообщника, хотя его вина была очевидна из других доказательств. Апелляционный суд также признал, что не было доказано, что ксерокопии чеков были фальсифицированы. Суд пришел к выводу, что подсудимый совершил заранее обдуманное преступление, которое он рассчитывал повторить несколько раз, чтобы присвоить себе средства компании ГЖД.
21. 8 декабря 1998 г. апелляционный суд признал заявителя виновным в совершении мошенничества в соответствии со статьей 386 Уголовного кодекса Греции, постановив, что понесенные банком убытки стали результатом обмана со стороны его служащих, а вопрос о том, использовался компьютер или нет, не имел отношения к делу. Суд приговорил заявителя к трем годам и шести месяцам лишения свободы (минус 28 дней, которые заявитель уже отбыл в предварительном заключении) и вынес приказ об уничтожении фальсифицированных чеков.
22. 30 ноября 1999 г. Кассационный суд подтвердил решение апелляционного суда, обжалованное заявителем.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
23. Заявитель жаловался на превышение разумных сроков разбирательства его дела, гарантированных пунктом 1 статьи 6 Конвенции, который гласит:
«Каждый... при предъявлении ему уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок... судом...».
24. Власти Греции утверждали, что данное дело было сложным и серьезным и требовало проведения долгого и трудоемкого расследования. Общая продолжительность процесса объяснялась тем фактом, что дело три раза рассматривалось апелляционным судом и два раза Кассационным судом. Слушание в обвинительном отделении апелляционного суда в составе трех судей переносилось из-за забастовки адвокатов и болезни одного из подсудимых.
25. Заявитель отметил неразумность срока рассмотрения дела в суде первой инстанции и перерывы между датами отложения дела и датами очередных слушаний.
26. Рассматриваемый период начался 2 июня 1990 г., когда против заявителя было возбуждено уголовное дело, и завершился 30 ноября 1999 г., когда Кассационный суд вынес решение по делу. Следовательно, процесс длился девять лет, пять месяцев и двадцать восемь дней.
27. Европейский суд напомнил, что разумность срока рассмотрения дела должна оцениваться в соответствии с обстоятельствами дела и с учетом критериев, установленных прецедентным правом Европейского суда, в частности, сложности дела, поведения заявителя и компетентных органов власти (см., среди прочих, Постановление Европейского суда по делу «Ди Педе против Италии» (Di Pede v. Italy) от 26 сентября 1996 г., Reports 1996-IV, § 27), и Европейский суд в данном случае должен провести общую оценку.
28. Европейский суд отметил, что дело заявителя было передано в другую инстанцию 26 июня 1992 г. С этого дня и до 13 октября 1997 г., то есть пять лет, три месяца и семнадцать дней, дело находилось без движения в суде первой инстанции (обвинительное отделение апелляционного суда в составе трех судей). Слушания официально откладывались три раза: 27 мая 1994 г., 26 января 1996 г. и 31 мая 1996 г. Хотя дело переносилось из-за забастовки Афинской адвокатуры и состояния здоровья одного из подсудимых, апелляционный суд при отложении дела устанавливал слишком длинные паузы между заседаниями, и это несмотря на то, что долгие перерывы мешали рассмотрению дела. В частности, период между передачей дела заявителя в суд первой инстанции и назначением даты проведения слушания на 27 мая 1994 г. составлял почти два года, и в это время не предпринималось никаких процессуальных действий; также 26 января 1996 г. рассмотрение дела было без каких-либо оснований перенесено на 13 октября 1997 г., то есть пауза составила приблизительно один год и девять месяцев. Вина за подобные периоды отсутствия движения дела и длительность пауз между судебными заседаниями при рассмотрении дела в суде первой инстанции лежала на судебных органах; это привело к увеличению срока рассмотрения не самого сложного дела и нарушению требований пункта 1 статьи 6 Конвенции.
29. Соответственно, Европейский суд счел, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
II. Предполагаемое нарушение подпункта «d» пункта 3 статьи 6 Конвенции
30. Заявитель также жаловался на нарушение подпункта «d» пункта 3 статьи 6 Конвенции, которая гласит:
«Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права:»
d) допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него;
31. Заявитель утверждал, что его осуждение было основано на семи поддельных чеках, оригиналы которых ни разу не были представлены банком (гражданская сторона в процессе) в судах, рассматривавших дело. Заявитель просил у всех судов, рассматривавших его дело, вынести приказ о представлении оригиналов чеков или копий, подлинность которых была бы подтверждена самим банком, но все его ходатайства были отклонены. Эксперт-почерковед сделал вывод, что заявитель нес ответственность за подлог, но суды отказались допрашивать эксперта в присутствии другого эксперта-почерковеда. Также суды отказались вынести приказ о представлении оригиналов чеков или удостоверенных копий некоторых отрывков из системного журнала центрального банковского компьютера, в котором перечислялись все сделки, заключенные в день совершения мошенничества. Представленные документы были признаны судами достоверными и аутентичными единственно на основании заявлений руководителей банка, которые, однако, были противоречивыми. Заявитель отметил, что, если бы суды вынесли приказ о представлении оригиналов чеков, то появилось бы доказательство того, что он не был виновен в совершении мошенничества. Заявитель утверждал, что в представленных в суд ксерокопиях документов были сделаны изменения.
32. Заявитель утверждал, что при рассмотрении его дела национальные суды специально не давали ему эффективно рассмотреть доказательства, которые должны были представить его обвинители; для исполнения требований справедливого и открытого разбирательства дела необходимо провести эффективную оценку подлинности и относимости данного доказательства. Все остальные доказательства были противоречивыми и не являлись достаточным основанием для осуждения. Несмотря на тот факт, что заявитель был осужден только за мошенничество, из обоснования судов было видно, что преступление было совершено с использованием поддельных чеков.
33. Ссылаясь на Постановление Европейского суда по делу «Гарсиа Руис против Испании» ( García Ruiz v. Spain) (см. Постановление Большой палаты Европейского суда, жалоба № 30544/96, ECHR 1999-I), власти Греции утверждали, что жалоба заявителя на нарушение подпункта «d» пункта 3 статьи 6 Конвенции практически оспаривала оценку обстоятельств и доказательств национальными судами. Власти Греции подчеркнули, что дело пять раз рассматривалось в высших судах (апелляционный суд и Кассационный суд), и заявитель был осужден всего за одно преступление, а не за три, в которых он обвинялся изначально. Оценка судов основывалась не только на доказательствах, упомянутых заявителем в своей жалобе, но и на множестве документов и на показаниях свидетелей. 20 февраля и 8 декабря 1998 г. апелляционный суд в составе пяти судей также вынес решение после допроса нескольких свидетелей со стороны обвинения и со стороны защиты, основываясь в своих выводах соответственно на восьмидесяти четырех документах (первое судебное решение) и семидесяти одном документе (второе судебное решение), зачитанных в присутствии заявителя.
34. Власти Греции утверждали, что обстоятельства настоящего дела, в частности, тот факт, что оригиналы поддельных чеков и записи из банковского компьютера не были представлены в суд, отличались от обстоятельств дела «Барвера, Мессеге и Хавардо против Испании» ( Barberà , Messegué and Jabardo v. Spain) (см. Постановление Европейского суда от 6 декабря 1988 г., Series A № 146). Власти Греции подчеркнули, что апелляционный суд основывался в своих выводах на большом количестве документов, зачитанных во время слушаний (более шестидесяти шести в суде первой инстанции), и на показаниях нескольких свидетелей. При рассмотрении апелляции заявителя апелляционный суд учитывал те же документы и показания даже большего числа свидетелей, чем было допрошено в суде первой инстанции, и тщательно и детально обосновывал свое решение.
35. Европейский суд напомнил, что положения подпункта «d» пункта 3 статьи 6 Конвенции являются специфическими аспектами права на справедливое разбирательство дела, закрепленное в пункте 1 статьи 6 Конвенции. Как правило, именно на национальные суды, и, в частности, на суды первой инстанции, возлагается обязанность оценивать представленные доказательства, а также относимость доказательств, о представлении которых ходатайствует обвиняемый. Но Европейский суд должен определить, являлось ли судебное разбирательство в целом, в том числе то, как рассматривались доказательства стороны обвинения и стороны защиты, справедливым в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Конвенции (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Барвера, Мессеге и Хавардо против Испании», p. 31, § 67 — 68).
36. Кроме того, Европейский суд напомнил, что фундаментальным аспектом права на справедливое судебное разбирательство является состязательность уголовного процесса, в том числе процессуальных элементов уголовного процесса, и равенство стороны защиты и стороны обвинения. Право на состязательное судопроизводство в уголовном деле означает, что и стороне обвинения, и стороне защиты должна быть предоставлена возможность быть ознакомленными с поданными замечаниями и представленными другой стороной доказательствами, а также давать комментарии по ним. Помимо этого, в пункте 1 статьи 6 Конвенции содержится требование о том, что органы обвинения должны сообщать стороне защиты обо всех имеющихся в их распоряжении вещественных доказательствах, опровергающих или подтверждающих вину обвиняемого (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Фитт против Соединенного Королевства» (Fitt v. United Kingdom), жалоба № 29777/96, ECHR 2000-II).
37. Европейский суд отметил, что в отличие от вышеупомянутого дела «Фитт против Соединенного Королевства» в настоящем деле доказательства не утаивались, но было отказано в вынесении приказа о представлении оригиналов документов, используемых стороной обвинения в качестве доказательств. Во время разбирательства дела судам ни разу не представилось возможности изучить отрывки из системного журнала банковского компьютера или оригиналы чеков или проверить на предмет соответствия оригиналам представленных копий. Кроме того, суд первой инстанции постановил уничтожить чеки, которые были предположительно поддельными и оставались основным доказательством по делу заявителя. В добавок, заявитель был осужден за мошенничество в основном на основании данных ксерокопий чеков. Также из решения апелляционного суда было очевидно, что средствами совершения мошенничества были чеки и компьютер, который был необходим для внесения изменений в данные центрального компьютера банка. С учетом данных обстоятельств Европейский суд счел, что представление оригиналов чеков было необходимо для защиты заявителя, так как это позволило бы ему, как он сам это подчеркивал, доказать, что указания о проведении соответствующих платежей были даны другими служащими банка, а не заявителем, а это заставило бы судей прийти к выводу, что обвинение заявителя в мошенничестве было необоснованным.
38. Что касается остальных многочисленных документов, на которые ссылались власти Греции, Европейский суд согласился с заявителем, что эти документы очень сильно отличались друг от друга и относились к другим подсудимым или же не являлись основанием осуждения заявителя.
39. Учитывая тот факт, что, несмотря на повторяющиеся ходатайства заявителя, важные для дела доказательства не были представлены и не рассматривались в суде в присутствии заявителя, Европейский суд признал, что рассматриваемый судебный процесс в целом не соответствовал требованиям о справедливом судебном разбирательстве.
40. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 и подпункта «d» пункта 3 статьи 6 Конвенции.
III. Применение статьи 41 Конвенции
41. статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
42. Заявитель требовал компенсации материального вреда, возникшего вследствие потери доходов в течение всего процесса. Он подчеркнул, что после возбуждения уголовного дела против него банк расторгнул трудовой договор с ним, и заявитель стал безработным. Так как ему требовалось содержать свою семью после освобождения на поруки, он ходатайствовал об отмене запрета покидать страну, чтобы он мог работать капитаном на торговом судне, как и до устройства на работу в банк. Заявитель утверждал, что, если бы в это время он мог продолжить свою карьеру старшего офицера на танкере, он бы получал в течение 36 месяцев ежемесячную заработную плату в размере 1600000 греческих драхм, после чего он был бы повышен до ранга капитана (первого класса), получая в течение 60 месяцев ежемесячную заработную плату в размере 2800000 греческих драхм. Соответственно, вред в результате потери заработка составил 225600000 греческих драхм (662069 евро).
43. Заявитель утверждал, что унижение, общественное порицание и потеря моральной репутации, которые он испытывал в течение одиннадцати лет, в течение которых он считался преступником, а также постоянный страх, что его знакомые и коллеги узнают о его уголовном преследовании, причинили ему и его семье большой моральный вред, который не мог быть компенсирован никакой денежной суммой, независимо от ее размера. Его мать умерла от серьезной болезни, вызванной печалью и стыдом, которые она испытывала из-за сына. Его сестра несколько раз пыталась покончить жизнь самоубийством из-за уголовного дела против него. Поэтому заявитель потребовал 3000000 евро в качестве компенсации морального вреда.
44. Власти Греции отметили, что смерть матери заявителя и состояние его сестры были связаны с хроническими болезнями, которые ни при каких обстоятельствах не могли быть связаны с его осуждением. Власти Греции утверждали, что, если Европейский суд установит нарушение, компенсация морального вреда в размере 10000 евро была бы достаточной суммой. Что касается требования заявителя о компенсации материального вреда, власти Греции были готовы выплатить ему 10000 евро. Они подчеркнули, что работа в качестве капитана на торговом судне заявителю не была гарантирована, кроме того, она не была постоянной, а также власти Греции отметили, что, во-первых, заявитель не предоставил никаких доказательств о получении им доходов в период с 1991 по 2001 год, а, во-вторых, его доход в 2002 году не превысил 2935 евро в месяц. Кроме того, продвижение по рангу от старшего офицера до капитана первого класса было не автоматическим и зависело от результатов сданных экзаменов.
45. Европейский суд счел, что в настоящем деле присуждение справедливой компенсации может быть основано только на том факте, что заявитель не пользовался гарантиями статьи 6 Конвенции в национальных судах. Не имея возможности делать предположения об исходе дела при других обстоятельствах, Европейский суд счел, что заявитель должен был понести моральный вред в результате нарушения пункта 1 и подпункта «d» пункта 3 статьи 6 Конвенции. Исходя из принципа справедливости, Европейский суд в соответствии со статьей 41 Конвенции присудил заявителю 20000 евро в качестве компенсации морального вреда.
B. Другие средства судебной защиты
46. Заявитель просил у Европейского суда обязать властей Греции отменить его приговор и снять с него все последствия осуждения, в частности, судимость.
47. Европейский суд напомнил, что в соответствии с Конвенцией не имеет права принимать меру, предлагаемую заявителем (см. Постановление Европейского суда по делу «Хиггинс и другие против Франции» (Higgins and Others v. France) от 19 февраля 1998 г., Reports 1998-VI, p. 62, § 50).
C. Судебные расходы и издержки
48. Заявитель требовал в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных им при разбирательстве дела в национальных судах, следующие суммы: 1) 400000 греческих драхм за предварительное заключение; 2) 400000 греческих драхм за изучение материалов дела в 1991 г.; 3) 300000 греческих драхм за явку его адвоката на два слушания, которые были перенесены; 4) 800000 греческих драхм за представительство его в апелляционном суде в составе трех судей; 5) 300000 греческих драхм за изучение материалов дела другим адвокатом на стадии обжалования; 6) 700000 греческих драхм за представительство в апелляционном суде в составе пяти судей; 7) 500000 греческих драхм за изучение материалов дела другим адвокатом; 8) 1000000 греческих драхм за представительство его в апелляционном суде в составе пяти судей на заседании 20 февраля 1998 г.; 9) 600000 греческих драхм за ходатайство о приостановке исполнения его приговора; 10) 600000 греческих драхм за подачу первой апелляции в Кассационный суд; 11) 600000 греческих драхм за подачу второй апелляции в Кассационный суд; 12) 600000 греческих драхм за рассмотрение его второй апелляции в Кассационном суде; 13) 2100000 греческих драхм за разбирательство дела после его передачи в апелляционный суд. Общая истребуемая сумма равняется 8900000 греческих драхм (26119 евро). В поддержку своих требований заявитель представил пять квитанций об оплате на сумму 2900000 греческих драхм.
49. Кроме того, заявитель потребовал 39456 евро в качестве компенсации гонорара адвоката, представлявшего его в Европейском суде. В поддержку своего требования он представил три квитанции на сумму 7337 евро, уже выплаченных в качестве гонорара.
50. Заметив, что судебные расходы, понесенные заявителем в национальных судах, были связаны с обвинениями, за которые он был оправдан, власти Греции утверждали, что заявитель не имел права на их возмещение. Что касается судебных расходов, понесенных заявителем при рассмотрении дела в Европейском суде, власти Греции констатировали, что они готовы возместить заявителю 7337 евро, сумму, указанную в представленных заявителем квитанциях.
51. В соответствии с прецедентным правом Европейского суда подлежат возмещению только законные судебные расходы и издержки, понесенные в целях предотвращения или исправления нарушения Конвенции, в целях установления нарушения Европейским судом и получения компенсации за нарушение. Также необходимо доказать, что судебные расходы и издержки были действительно и вынужденно понесены, а их сумма была разумна (см. Постановление Европейского суда от 27 августа 1991 г. по делу «Филис против Греции (N 1)» (Philis v. Greece (No. 1)), Series A, № 209, p. 25, § 74).
52. Европейский суд заметил, что заявитель прямо просил апелляционный суд, как в первой инстанции, так и в апелляционной инстанции, вынести приказ о представлении оригиналов соответствующих доказательств, а суд раз за разом отклонял ходатайства заявителя по малоубедительным основаниям. Поэтому Европейский суд счел, что заявитель имеет право на возмещение сумм, заплаченных адвокату в национальных судах, в отношении которых он представил соответствующие квитанции. В соответствии с этими квитанциями общая сумма составляет 2900000 греческих драхм (8511 евро). Что касается разбирательства дела в Европейском суде, суммы, содержащиеся в представленных заявителем квитанциях (7337 евро), представляются Европейскому суду разумными. Эту сумму Европейский суд присудил в полном размере.
D. Процентная ставка при просрочке платежей
53. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в отношении продолжительности судебного разбирательства дела;
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 и подпункта «d» пункта 3 статьи 6 Конвенции;
a) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю 20000 (двадцать тысяч) евро в возмещение морального вреда и 15848 (пятнадцать тысяч восемьсот сорок восемь) евро в возмещение судебных расходов и издержек плюс любые налоги, которые могут быть взысканы с этой суммы;
b) что с даты истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты простые проценты должны начисляться на эти суммы в размере, равном минимальному ссудному проценту Европейского центрального банка плюс три процента;
Совершено на французском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 9 мая 2003 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.