Статья 2Постановление ЕСПЧ от 16.10.2008

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

---

<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.

По делу «Ренольд против Франции» Европейский суд по правам человека (Пятая секция), заседая Палатой в составе:

Пера Лоренсена, Председателя Палаты,

Райта Марусте,

Жан-Поля Коста,

Ренаты Йегер,

Марка Виллигера,

Изабел Берро-Лефевр,

Здравки Калайджиевой, судей,

а также при участии Клаудии Вестердийк, Секретаря Секции Суда,

заседая 9 и 25 сентября 2008 г. за закрытыми дверями,

вынес на последнем заседании следующее Постановление:

ПРОЦЕДУРА

1. Дело было инициировано жалобой (N 5608/05), поданной 3 февраля 2005 г. в Европейский суд против Французской Республики гражданкой этого государства Элен Ренольд ({Helene} <*> Renolde) (далее — заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции по защите прав человека и основных свобод.

---

<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.

2. Интересы заявителя в Европейском суде представлял Э. Ренольд (E. Renolde), отец заявителя, проживающий в г. Шату (Chatou). Власти Франции в Европейском суде были представлены Уполномоченным Франции при Европейском суде по правам человека Э. Бельяр (E. Belliard), директором Правового департамента Министерства иностранных дел Франции.

3. Заявитель утверждала, что власти Франции не приняли мер, необходимых для защиты жизни Хоселито Ренольд (Joselito Renolde), и что его помещение в карцер на 45 дней являлось чрезмерной мерой с учетом его психической неуравновешенности. В целом, заявитель ссылалась на статьи 2 и 3 Конвенции.

4. 3 ноября 2005 г. Европейский суд решил коммуницировать жалобу властям Франции. На основании положений пункта 3 статьи 29 Конвенции он принял решение об одновременном рассмотрении жалобы по вопросу приемлемости и по существу.

ФАКТЫ

I. Обстоятельства дела

5. Заявитель родилась в 1963 году и проживает в г. Шату.

6. Заявитель приходится сестрой Хоселито Ренольд, который родился 17 августа 1964 г. и скончался 20 июля 2000 г., повесившись в своей камере в тюрьме Буа-д'Арси (Bois-d'Arcy), где он содержался в предварительном заключении. Они принадлежали к семье, ведшей кочевой образ жизни.

A. Факты по делу

7. Хоселито Ренольд развелся со своей бывшей женой, с которой у них двое детей.

8. 12 апреля 2000 г. следственным судьей Суда большой инстанции г. Мо (Meaux) в отношении Х. Ренольд было возбуждено расследование по факту умышленных насильственных действий с применением оружия, имевших место 8 апреля 2000 г. в отношении его бывшей жены и их тринадцатилетней дочери, повлекших временную нетрудоспособность более восьми дней, а также по факту умышленного разрушения и повреждения имущества и кражи.

9. В тот же день Х. Ренольд был помещен в предварительное заключение в следственный изолятор г. Мо. 19 июля 2000 г. было представлено заключение медико-психологической экспертизы, назначенной следственным судьей, в котором был сделан вывод о том, что у него имеются отставания и недостатки в когнитивной области; что, имея невротический склад, он обладал незрелыми и инфантильными механизмами защиты и некоторыми параноидальными признаками; не обладая способностью мыслить, он проявлял вспыльчивость на физическом уровне.

10. 30 июня 2000 г. Х. Ренольд был переведен в следственный изолятор Буа-д'Арси (Bois-d'Arcy) для его приближения к месту проживания семьи. В его личной карточке было указано, что он является нормальным человеком, и отмечено лечение седативными средствами.

11. 2 июля 2000 г. Хоселито Ренольд совершил попытку самоубийства, порезав руку бритвой, и ему была оказана медицинская помощь в медпункте. Дежурный надзиратель нашел его немного «встревоженным» и подключил группу срочной психологической помощи (Equipe Rapide Intervention de Crise) психиатрического отделения госпиталя Шарко (Charcot) после того, как Х. Ренольд стал утверждать, что слышал голоса. Надзиратель также зафиксировал три других пореза на предплечье Х. Ренольд и отметил в карточке, что последний с трудом вышел из камеры.

12. В срочной записке, подготовленной группой срочной психологической помощи, было отмечено:

«Пациент, совершил П. С. [попытку самоубийства], порезав предплечье бритвой. Этот поступок был совершен в состоянии, характеризующемся галлюцинациями, которое со вчерашнего дня наблюдают сотрудники изолятора. Во время беседы речь пациента являлась бессвязной и разобщенной, он больше слушал, упоминал слуховые галлюцинации (неразборчивые слова) с бредом преследования... Пациент ссылался на психиатрический анамнез, до этого уже был госпитализирован и уже принимал терциан (Tercian)... Заключение: острый приступ бреда».

13. В результате этого группа срочной психологической помощи назначила антипсихопатическое лечение транквилизаторами, к которому впоследствии было добавлено анксиолитическое (устраняющее состояние тревоги) средство. Это лечение проводилось медицинскими сестрами со 2 июля 2000 г. два раза в неделю без осуществления контроля за действительным приемом этих медикаментов.

14. Начиная с 3 июля 2000 г. Х. Ренольдом занимались сотрудники Региональной медико-психологической службы (service medico-psychologique regional), и он был помещен в одиночную камеру под специальное наблюдение, которое проявлялось в более частых проверках. Он осматривался сотрудниками Региональной медико-психологической службы 3, 4, 5, 7, 8, 10, 13, 18, 19 и 20 июля 2000 г.

15. 4 июля 2000 г. надзиратель-стажер сделала выговор Х. Ренольд за то, что он бросил кусок хлеба за окно. Угрожая ей вилкой, Х. Ренольд сказал:

«Встретимся снаружи и увидим, у кого будет власть».

Затем он швырнул ей в лицо табурет. Надзиратель была признана нетрудоспособной сроком на пять дней.

16. Во время расследования этого происшествия речь Х. Ренольда была бессвязной, и он отрицал факт происшествия. В отчете о проведении расследования было отмечено, «заключенный сильно взволнован, в 7:50 он уже хотел отправиться в Региональную медико-психологическую службу, и был принят в ней во второй половине дня». В отношении последствий было указано:

«Заключенный, обследованный Региональной медико-психологической службой, очень возбужден, необходимо направление на дисциплинарную комиссию».

17. 5 июля 2000 г. Х. Ренольд был заслушан на дисциплинарной комиссии, перед которой он говорил связно. Он указал, что спал после приема лекарств, но надзиратель не оставляла его в покое; он отрицал, что бросил в нее табурет или угрожал вилкой, но признал, что бросил кусок хлеба за окно.

18. Дисциплинарная комиссия сочла установленными факты совершения физического насилия и квалифицировала их как действия, подлежащие дисциплинарному наказанию на основании статьи D.249-1 и части 1 статьи D.249-2 Уголовно-процессуального кодекса Франции. Х. Ренольду было вынесено наказание в виде помещения в карцер сроком на 45 дней, исполнение наказания было начато 5 июля 2000 г.

19. 6 июля 2000 г. он написал письмо своей сестре, в котором сравнивал свою камеру с могилой, писал, что доведен «до крайности» и примет таблетки. Он объяснил ей, что будет находиться 45 дней без телевидения и музыки в четырех стенах. На рисунке он представил себя распятым над могилой, на которой было указано его имя, рядом с кроватью в его карцере, и заканчивал письмо в таких выражениях:

«Лито (его прозвище) — это грустная история, ты знаешь мою жизнь, я не знаю, стоит ли мне жить со всеми несчастьями, которые у меня есть... и все-таки я никому не причинил зла. Ты знаешь, я жив, и я даже не знаю зачем. Я верю в небеса, возможно наверху лучше. Ты знаешь, я хотел бы уснуть и больше не просыпаться. Что меня держит, это наши малыши, так как я их люблю». <*>

---

<*> Орфография исправлена — примечание Секретариата Европейского суда.

20. Это письмо было отправлено 10 июля 2000 г. (согласно почтовому штампу).

21. Письмом от 12 июля 2000 г., полученным в секретариате следственного судьи 17 июля 2000 г., адвокат Х. Ренольда ходатайствовал перед судьей, чтобы его клиент подвергся психиатрическому обследованию в целях проверки соответствия его психического состояния возможности его помещения в карцер. Письмо адвоката было сформулировано следующим образом:

«...Я встретился с Хоселито Ренольдом в следственном изоляторе Буа-д'Арси, когда он находился в карцере, куда он помещен на 45 дней.»

Основанием настоящего ходатайства является психическое состояние Хоселито Ренольда.

Я попросил Хоселито Ренольда описать мне факты, которые привели к тому, что его подвергли этому дисциплинарному разбирательству. Помимо прочего, он сказал мне: «Я слышал голоса... Это была моя семья... Я просыпаюсь утром и говорю, что светло... Они мне говорят „нет“...» и т.д...

Я не смог установить с Хоселито Ренольдом связного диалога.

Принимая во внимание это состояние и ухудшение его здоровья, уточнив, исключив ошибку с моей стороны, что Хоселито Ренольд в прошлом находился в психиатрическом учреждении, мне представляется необходимым, чтобы он был как можно скорее осмотрен назначенным Вами экспертом врачом-психиатром.

Целью настоящего ходатайства является психиатрическое обследование Хоселито Ренольда, задачей которого, помимо прочего, является установление того, соответствует ли психическое или физическое состояние Хоселито Ренольда возможности его предварительного заключения, имеющего место в настоящее время, и, в частности, помещения в карцер, и того, должен ли он подвергаться лечению в связи с его состоянием здоровья».

22. По информации, представленной властями Франции, 19 июля 2000 г. это ходатайство было передано следственным судьей прокурору Республики, который в тот же день объявил, что не возражает против этой меры.

23. Последнее медицинское лечение было предоставлено Хоселито Ренольду 17 июля 2000 г. Ему были переданы медикаменты на несколько дней, контроль за их действительным приемом не осуществлялся.

24. В ночь с 19 на 20 июля 2000 г. в отчете о происшествиях было указано, что в 4:25 утра Хоселито Ренольд не спал, стучал по решетке своей камеры и хотел выйти.

25. 20 июля 2000 г. в период с 11:00 до полудня медицинская сестра психиатрического отделения встретила его и проинформировала о том, что сотрудник службы социального обеспечения хотел бы с ним встретиться позже. При выходе из камеры на прогулку в 15:00 он попросил встречи с врачом. В 16:00 он вернулся в камеру.

26. В 16:25 надзиратель, совершая обход, обнаружила его повешенным на простыне на решетке камеры. Врач и две медсестры из Отделения консультативного и амбулаторного лечения ({unite} de consultation et de soins ambulatoires) прибыли в 16:30, затем в 16:45 прибыли сотрудники скорой помощи и пожарная бригада. Несмотря на попытку реанимации в 17:00 была констатирована смерть.

B. Судебное разбирательство

27. Вызванные в 16:50 сотрудники полиции произвели осмотр места происшествия и допросили свидетелей. Прокурор Республики г. Версаля прибыл на место в 19:00 и было возбуждено предварительное расследование.

28. 21 июля 2000 г. судебно-медицинский эксперт провел вскрытие и сделал заключение о самоубийстве через повешение.

29. Токсикологическая экспертиза, назначенная прокурором 21 июля 2000 г., сделала вывод об отсутствии каких-либо лекарственных препаратов в организме Хоселито Ренольда, за исключением парацетамола.

30. Были допрошены надзиратели, присутствовавшие на месте происшествия, медицинский персонал и заключенные, содержавшиеся в соседних камерах.

31. Р. (R.), надзиратель, показал, что в день, когда наступила смерть, Х. Ренольд был на прогулке, не испытывал каких-либо проблем, в то же утро он был осмотрен в медико-психологическом отделении, где в отношении него не было дано каких-либо указаний. Р. уточнил:

«Х. Ренольд сказал нам, что он слышал голос своего сына, который разговаривал с ним ночью. Он объяснил, что в его камеру хотели войти люди».

32. Один из заключенных, содержавшихся в соседней камере, Н. (N.), показал:

«Во время наших разговоров он сказал мне, что плохо себя чувствует и находится в мрачном настроении, поскольку не привык к одиночеству, что он обращается к Богу, спрашивая его, что он здесь делает, он начинал плакать... Я обращался к нему, но он не отвечал, только плакал».

33. Р., надзиратель, уточнил, что 2 июля он должен был сделать запрос в группу срочной психологической помощи, поскольку Хоселито Ренольд вел странные разговоры, говорил, что слышит, как его зовет сын и говорит, что хочет убить его. Р. уточнил:

«Я со всей объективностью считаю, что у этого человека было не все в порядке с головой. Я знал, что он проходит лечение, поскольку наблюдается в Региональной медико-психологической службе. Следует отметить, что Х. Ренольд находился под специальным наблюдением в связи с тем, что он наблюдался в психиатрическом отделении».

34. Доктор Л. (L.), врач-психиатр, руководитель отделения Региональной медико-психологической службы, подтвердил, что Служба проводила медикаментозное лечение Хоселито Ренольда в камере несколько дней два раза в неделю — во вторник и пятницу, при этом медсестры не проверяли, действительно ли он принимал лекарство. Он уточнил, что когда психическое состояние заключенного потребовало постоянного внимания, врач назначил ежедневное принятие лекарства в помещении Региональной медико-психологической службы в присутствии медсестер. В отношении Х. Ренольда он указал, что персонал его отделения «никогда не отмечал признаков, указывающих на то, чтобы прием лекарств проводился в более короткие промежутки времени даже в помещении отделения». Кроме того, он уточнил, что проверка действительного приема лекарств, назначенных Региональной медико-психологической службой, была невозможна и «противоречила принципу доверия, который лежит в основе терапевтического союза в больничной среде».

35. Б. (B.), санитар психиатрического отделения, заявил, что поведение Хоселито Ренольда не давало оснований полагать, что он может не принимать лекарства.

36. Х. (H.), медсестра психиатрического отделения, которая видела Х. Ренольда утром в день его самоубийства, уточнила, что он не показался ей особенно угнетенным, и никакие его выражения, имеющие депрессивный характер, не привлекли ее внимание в тот день.

37. Бывшая жена Х. Ренольда, которая также была допрошена, указала, что Х. Ренольд несколько раз был госпитализирован в психиатрические медицинские учреждения.

38. 8 сентября 2000 г. прокурор потребовал возбуждения судебного расследования в отношении Х. по факту непредумышленного убийства, и для проведения этого расследования был назначен следственный судья Суда большой инстанции г. Версаля. 15 сентября 2000 г. братья и сестры Хоселито Ренольда, в числе которых была заявитель, подали гражданский иск.

39. 16 октября 2000 г. следственный судья назначил двух экспертов-психиатров, докторов Ж. (G.) и П. (P.), поставив перед ними задачу изучить медицинскую карту Хоселито Ренольда, проанализировать ее содержание и установить, являлась ли патология, которой он страдал, совместимой с пребыванием в дисциплинарном блоке, являлось ли нормальным отсутствие лекарственных веществ в его крови, следует ли сделать из этого вывод, что он по собственному желанию отказывался принимать назначенные лекарства, оказал ли такой отказ от медикаментов влияние на его поведение и, в частности, на самоубийство, уточнить причину вмешательства группы срочной психологической помощи 2 июля 2000 г., при необходимости, заслушать психиатра и медицинских сестер Региональной медико-психологической службы, а также членов группы срочной психологической помощи и установить, являлось ли самоубийство Хоселито Ренольда предвидимым с учетом его поведения и состояния здоровья.

40. Эксперты ознакомились с материалами разбирательства по уголовному делу, а также медицинской картой Хоселито Ренольда. 29 марта 2001 г. они представили свое заключение, в котором пришли к следующим выводам:

«Материалы медицинской карты, а также заслушивание лиц, находившихся в контакте с Х. Ренольдом, с очевидностью доказывают следующее:»

• Он страдал острыми психотическими расстройствами с момента поступления в следственный изолятор Буа-д'Арси. Как представляется, эти психотические расстройства были довольно быстро сокращены благодаря назначенному лечению. В любом случае, эти приступы бреда почти не возобновлялись при дальнейших наблюдениях, даже если надзиратель следственного изолятора отметил, что Х. Ренольд разговаривал ночью, находясь в одиночестве (галлюцинационный диалог?). Персонал Региональной медико-психологической службы счел, что его психическое состояние совместимо с содержанием в заключении и не требует госпитализации в психиатрическое учреждение. Письмо, которое заключенный послал своим родственникам 18 июля, показывает, что этот человек сохраняет определенную логику, даже если у него сохраняется бред и галлюцинационные расстройства.
• Никакой документ в медицинской карте не указывает на существование депрессивного синдрома как такового. Действительно, нет никаких признаков небрежности, никакой выраженной предрасположенности к самоубийству, никакой очевидной грусти, конечно, кроме обоснованной мрачности и уныния, связанных с лишением свободы, разделением с детьми и т.д.

Принимая во внимание контекст и документы, имевшиеся в нашем распоряжении, представляется, что совершение им самоубийства является скорее результатом психотического расстройства, чем депрессивного синдрома. Он мог совершить самоубийство под влиянием галлюцинаций (как представляется, иногда он слышал голоса, советующие ему лишить себя жизни), особенно если он не принимал надлежащим образом назначенные лекарства, как это показала токсикологическая экспертиза.

Установлено, что действия группы срочной психологической помощи, которая принимала участие в оказании помощи с момента поступления Х. Ренольда в изолятор вследствие попытки самоубийства, состояли в том, чтобы назначить успокаивающие средства, а не антидепрессанты, что подтверждает психотическую природу. Эти расстройства, возможно, требовали рассмотрения вопроса о госпитализации в психиатрическое отделение, если бы признаки галлюцинации, бессвязная речь и приступы бреда выступали на первый план, и, следовательно, являлись несовместимыми с содержанием под стражей. Однако поскольку состояние, вызванное этими расстройствами, быстро улучшалось, можно полагать, что содержание под стражей представлялось возможным, поскольку заключенный находился под очень пристальным наблюдением Региональной медико-психологической службы, хотя контроль за ежедневным приемом лекарств был бы также полезен.

Выводы:

1. Ренольд Хоселито страдал психотическими расстройствами с момента его поступления в следственный изолятор Буа-д'Арси. Эти психотические расстройства группа срочной психологической помощи квалифицировала как острые приступы бреда, и 2 июля 2000 г. заключенный совершил первую попытку самоубийства, вскрыв себе вену. Попытка самоубийства, которая могла являться членовредительством, вписывается в контекст бреда. Кроме того, можно поставить вопрос, не было ли обусловлено такой же патологией нападение на надзирателя в последующие дни. Незамедлительно было начато лечение транквилизаторами, которое, как представляется, являлось эффективным, поскольку речь Х. Ренольда стала более связной. Одновременно он был помещен в дисциплинарный блок. В то время как его состояние здоровья было совместимым с заключением, нам не кажется, что помещение в дисциплинарный блок могло действительно ухудшить его психологическое состояние, поскольку на первом плане было не депрессивное, а психотическое расстройство. Остается установить, могло ли лечение таких расстройств в заключении являться удовлетворительным в связи с тем, что заключенный получал лекарства только два раза в неделю, и они оставались в его распоряжении. Принимая во внимание, что он не осознавал свое состояние, возможно, было бы предпочтительнее выдавать ему лекарства каждый день и контролировать их прием.

2. Поскольку при проведении токсикологической экспертизы не было обнаружено никаких лекарственных веществ, можно сделать вывод, что заключенный добровольно (или в состоянии бреда?) отказывался принимать назначенные ему медикаменты (транквилизаторы и седативные средства). Следовательно, нельзя исключить, что такое ненадлежащее соблюдение лечения могло способствовать совершению самоубийства в состоянии бреда. Однако даже если Х. Ренольд больше не принимал лекарств, ни одним из членов персонала, в том числе медицинской сестрой, которая встретила его в день самоубийства, не было замечено усиления приступов бреда, противоречивого поведения или заметных признаков нарушения связности психических процессов. Попытка самоубийства не может быть отнесена только на счет психотических расстройств. Точно так же она может быть совершена в момент отчаяния или обоснованного уныния лицом, которое легко прибегает к внешнему выражению подсознательных психических процессов (попытка самоубийства 2 июля, нападение 5 июля, самоубийство 20 июля).

3. Группа срочной психологической помощи вмешалась 2 июля после умышленного пореза руки лезвием бритвы, который Х. Ренольд сделал в состоянии бреда. Специалисты не отметили у Х. Ренольда никаких признаков депрессии, но только психотические расстройства, проявлявшиеся в виде бреда, галлюцинации, положение слушания и т.д.

4. Принимая во внимание элементы, имевшиеся в нашем распоряжении, мы не сочли необходимым встречаться с персоналом Региональной медико-психологической службы и членами группы срочной психологической помощи.

5. Самоубийство этого заключенного не было предвидимым, во всяком случае, за короткое время, поскольку он не проявлял никакой склонности к самоубийству, и у него не было явно выраженного депрессивного синдрома, и поскольку он регулярно наблюдался персоналом Региональной медико-психологической службы, и в этот день его видела медсестра, которая не отметила ничего необычного в его поведении».

41. Гражданские истцы были заслушаны следственным судьей 23 мая 2001 г.

42. 23 июля 2001 г. судья официально сообщил сторонам о том, что расследование завершено. Письмом от 9 августа 2001 г. адвокат истцов подал ходатайство о том, чтобы были предприняты определенные действия, а именно возбуждено расследование по факту непредумышленного убийства Хоселито Ренольда в отношении ответственных лиц в связи с нарушением обязанности принимать меры предосторожности и безопасности, дополнительно в связи с тем, что он был подвергнут опасности в связи с вынесением наказания в виде помещения в карцер, в то время как было известно о его психической неуравновешенности, и еще дополнительно по факту оставления человека в опасности.

43. Постановлением от 14 августа 2001 г. судья отклонил ходатайство по следующим основаниям:

«Лица, которые „охраняли“ Хоселито Ренольда, не имели права оценивать его физическое и психическое состояние и вмешиваться в способ распределения и исполнения его лечения.»

Х. Ренольд находился под постоянным наблюдением персоналом Региональной медико-психологической службы сразу после его перевода в следственный изолятор Буа-д'Арси. В этом отделении его осматривали около 10 раз в период с 3 по 20 июля. Его попытка самоубийства 2 июля вызвала вмешательство группы срочной психологической помощи и назначение лечения, которое уменьшило психотическое расстройство Х. Ренольда. Персонал Региональной медико-психологической службы считал, что его психическое состояние совместимо с содержанием под стражей, включая карцер, поскольку не было принято решение о его госпитализации в психиатрическое отделение.

Эксперты не обнаружили в психиатрическом досье доказательств наличия депрессивного синдрома, что, по их мнению, совершение самоубийства скорее явилось следствием психотического расстройства, чем депрессивного синдрома.

Следовательно, доказательства по факту непреднамеренного убийства, оставление другого лица в опасности или оставление без помощи лица, находившегося в опасности, отсутствуют».

44. 11 сентября 2001 г. судья вынес Постановление о прекращении дела на том основании, что в ходе расследования не было выявлено какого-либо элемента, позволяющего привлечь кого-либо к уголовной ответственности.

45. Гражданские истцы подали апелляционную жалобу на постановление в следственную палату апелляционного суда г. Версаля, требуя провести дополнительное расследование с целью возбуждения уголовного преследования в отношении всех ответственных лиц по фактам непредумышленного убийства, поставления в опасность жизнь другого лица и оставление без помощи лица, находившегося в опасности. В своей жалобе от 12 марта 2002 г. они выразили, в частности, сомнения по поводу дисциплинарного наказания в виде помещения в карцер на 45 дней, вынесенного Хоселито Ренольду, который был признан лицом с неустойчивой психикой, уже совершавшим попытку самоубийства и высказывавшим намерение совершить самоубийство в своих письмах.

46. В частном определении от 29 марта 2002 г. следственная палата назначила дополнительное расследование и одного из судей палаты для его проведения.

47. 14 января 2003 г. судья затребовал копию материалов расследования по делу Хоселито Ренольда.

48. 19 мая 2003 г. судья заслушал К. (K.), заместителя начальника следственного изолятора Буа-д'Арси, ответственного за «взрослое» крыло, которое включало в себя приемный блок, блок заключения и дисциплинарный блок. К. указал, что Хоселито Ренольд был включен в специальный список для надзирателей со 2 июля 2000 г. после того, как порезал себе руку, и что тогда он был осмотрен в отделении срочной психиатрической помощи. Врач нашел, что он находился в состоянии бреда с острой психотической декомпенсацией. С этого дня он находился под особым наблюдением и был помещен в одиночную камеру. К. уточнил, что ответственность за прием медикаментов заключенным лежит на Региональной медико-психологической службе, а не на администрации пенитенциарного учреждения. Он также отметил, что контроль корреспонденции не мог выражаться в углубленном чтении каждого письма.

49. 29 сентября 2003 г. следственный судья назначил проведение дополнительной токсикологической экспертизы на основе образцов, взятых 21 июля 2000 г. с целью определения даты, когда Хоселито Ренольд прекратил принимать назначенные препараты. В заключении, представленном 4 февраля 2004 г., было установлено, что к моменту своей смерти Хоселито Ренольд не принимал назначенные ему транквилизаторы в течение, по меньшей мере, одного — двух дней, а антипсихотические средства — по меньшей мере в течение двух — трех дней.

50. 18 мая 2004 г. судья заслушал доктора Л., врача-психиатра, руководителя отделения Региональной медико-психологической службы тюрьмы Буа-д'Арси. Последний полагал, что состояние Хоселито Ренольда не требовало принятия особых мер предосторожности в отношении приема лекарств и что не существовало ясно выраженной или предполагаемой опасности совершения самоубийства, никаких серьезных нарушений в поведении и никакого подозрения в несоответствующем использовании медикаментов. Кроме того, по мнению психиатра, не было никакой несовместимости между назначением лечения транквилизаторами и помещением в карцер.

51. Результаты дополнительного расследования были изложены в Постановлении от 11 июня 2004 г.

52. 12 января 2005 г. было проведено слушание в следственной палате.

53. Постановлением от 26 января 2005 г. следственная палата оставила без изменения постановление о прекращении дела по следующим основаниям:

«Вследствие лечения транквилизаторами, назначенного медицинским отделением после инцидента, произошедшего 4 июля 2000 г., не наблюдалось никаких новых проявлений агрессии Хоселито Ренольда по отношению к другим или себе самому до полудня 20 июля. Следовательно, в течение этого периода назначенное лечение являлось эффективным.»

Медицинскими учреждениями в данном случае было решено, что Хоселито Ренольд может сам осуществлять свое лечение, и назначенные ему лекарства выдавались ему на несколько дней. Выдача лекарств была произведена 17 июля. Токсикологическая экспертиза установила, что заключенный не принял переданные ему лекарства.

Лечение Хоселито Ренольда проводилось в соответствии с положениями Циркуляра о здравоохранении заключенных от 8 декабря 1994 г. Хотя в случае Хоселито Ренольда соблюдался принцип, в соответствии с которым лечение принимается заключенным по своему усмотрению, нельзя считать, принимая во внимание препараты, имевшиеся в его распоряжении до полудня 20 июля 2000 г., что отказ отступить от этого принципа может быть вменен в вину врачу или членам медицинского персонала следственного изолятора Буа-д'Арси по смыслу части 4 статьи 121-3 Уголовного кодекса. Действительно, после помещения Хоселито Ренольда в карцер не было установлено никакой опасности самоубийства или серьезного нарушения в поведении. В неправильном применении медикаментов подозрений не имелось.

Следовательно, в отношении действий персонала пенитенциарного учреждения в ходе расследования и дополнительного расследования не было установлено доказательств вины по смыслу части 4 статьи 121-3 Уголовного кодекса.

Назначение дисциплинарного наказания Хоселито Ренольду не является явно умышленным нарушением обязательства обеспечения безопасности или применения процедуры, специально предусмотренной законодательством или нормативными актами, подвергающей заключенного опасности смерти или причинения телесных повреждений. Это также относится к отсутствию контроля за приемом медикаментов. Действительно, никакое положение законодательства не запрещало в деле Хоселито Ренольда выносить дисциплинарное наказание и (не обязывал) заставлять принимать медикаменты.

Наконец, никакой элемент расследования или дополнительного расследования не позволил установить, что кто-либо умышленно воздержался от того, чтобы помочь или заставить помочь Хоселито Ренольду, которому было назначено лечение и который не провоцировал никакой чрезвычайной ситуации в течение 15 дней».

Гражданские истцы не подали кассационной жалобы на это Постановление.

II. Применимое национальное законодательство и правоприменительная практика

A. Национальное законодательство

1. Психиатрическая помощь в пенитенциарных учреждениях

54. С 1986 года оказание психиатрической помощи заключенным обеспечивается государственными органами здравоохранения. Указ от 14 марта 1986 г. <*>, изданный во исполнение Закона о порядке оказания психиатрической помощи (Psychiatric Sectorisation Act) от 31 декабря 1985 г., в своей статье 11 предусматривает следующее:

---

<*> Эти положения содержатся в статье D.372 и последующих Уголовно-процессуального кодекса Франции.

«В каждом пенитенциарном округе создается один или несколько психиатрических секторов пенитенциарных учреждений [региональные медико-психологические службы], каждое из которых прикреплено к государственному медицинскому учреждению... Каждый из этих секторов, включает в себя, в частности, региональную медико-психологическую службу, находящуюся в пенитенциарном учреждении...»

Сектор находится под руководством психиатра больницы... и пользуется содействием многопрофильного штата больницы, к которой он прикреплен...».

55. Пункт 3 статьи 11 Указа предусматривает, что типовыми правилами внутреннего распорядка устанавливаются задачи региональных медико-психологических служб и определяется их организация и условия функционирования. Постановлением о типовых правилах внутреннего распорядка от 14 декабря 1986 г. установлено следующее:

«Региональная медико-психологическая служба... осуществляет профилактические действия, диагностику и лечение умственных расстройств лиц, содержащихся под стражей в учреждении, помещенных в них...».