Статья 61. Ни один военнопленный не может быть осужден без предоставления ему возможности защиты.Постановление ЕСПЧ от 21.10.2013

ПРОЦЕДУРА

1. Дело было инициировано двумя жалобами (N 55508/07 и 29529/09), поданными против Российской Федерации в Европейский суд по правам человека (далее — Европейский суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) пятью гражданами Польши (далее — заявители) 19 ноября 2007 г. и 24 мая 2009 г. соответственно.

2. Имена заявителей перечислены ниже, в § 25, 37 настоящего Постановления. Они проживают в Польше и Соединенных Штатах Америки. Интересы заявителей Яновца (Janowiec) и Трыбовского (Trybowski) в Европейском суде представлял Й. Шевчык (J. Szewczyk), адвокат, практикующий в Варшаве. Интересы остальных заявителей представляли профессор И. Каминьский (I. Kaminski) из Института правовых исследований, Р. Новосельский (R. Nowosielski) и Б. Соханьский (B. Sochanski), польские адвокаты, практикующие в городах Гданьск (Gdansk) и Щецин (Szczecin) соответственно, а также Р. Карпинский (R. Karpinskiy) и А. Ставицкая (A. Stavitskaya), адвокаты, практикующие в Москве.

3. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека Г.О. Матюшкиным.

4. Власти Польши, вступившие в дело в соответствии с пунктом 1 статьи 36 Конвенции, были изначально представлены своим Уполномоченным Й. Воласевичем (J. Wotasiewicz) из Министерства иностранных дел, а впоследствии заместителем Уполномоченного А. Межиковской (A. Mezykowska).

5. Жалобы были переданы в Пятую секцию Суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда). 7 октября 2008 г. и 24 ноября 2009 г. Председатель Секции принимал решения об уведомлении властей Российской Федерации и Польши о жалобах. Также было принято решение о рассмотрении жалоб в приоритетном порядке, согласно правилу 41 Регламента Суда.

6. Решением от 5 июля 2011 г. Европейский суд объединил производства по жалобам. Европейский суд также решил рассмотреть одновременно с существом дела возражения властей Российской Федерации относительно компетенции Европейского суда ratione temporis <*> в связи с жалобой на нарушение процессуальной составляющей статьи 2 Конвенции и признал жалобы частично приемлемыми для рассмотрения по существу.

---

<*> Компетенция ratione temporis (лат.) — Европейский суд по правам человека рассматривает на предмет соответствия Конвенции деяния, которые произошли после ратификации Конвенции государством-ответчиком, «временная компетенция Европейского суда» (прим. перев.).

7. 16 апреля 2012 г. Палата Пятой Секции в составе следующих судей: Председателя Д. Шпильманна, К. Юнгвирта, Б.-М. Цупанчича, А. Ковлера, М. Виллигера, Г. Юдкивской и А. Нюссбергер, — вынесла постановление. Четырьмя голосами против трех Палата признала, что не могла рассмотреть жалобу на нарушение статьи 2 Конвенции, пятью голосами против двух — что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в отношении десяти заявителей, и единогласно — что отсутствовало нарушение статьи 3 Конвенции в отношении остальных заявителей. Палата также признала четырьмя голосами против трех, что власти государства-ответчика не выполнили свои обязательства, предусмотренные статьей 38 Конвенции.

8. 5 июля 2012 г. заявители попросили о передаче дела на рассмотрение Большой палаты Европейского суда в соответствии со статьей 43 Конвенции и правилом 73 Регламента Суда. 24 сентября 2012 г. Большая палата Европейского суда удовлетворила ходатайство заявителей.

9. Состав Большой палаты был определен в соответствии с пунктами 4 и 5 статьи 26 Конвенции и правилом 24 Регламента Суда.

10. И заявители, и власти Российской Федерации представили в Большую палату Европейского суда свои замечания по существу дела.

11. Впоследствии Председатель Большой палаты Европейского суда разрешил, согласно пункту 2 статьи 36 Конвенции, следующим организациям представить свои замечания по делу в качестве третьих сторон: Правовая инициатива открытого общества (Open Society Justice Initiative), Международная амнистия (Amnesty International) и Группа публичного международного права и политики. Трем неправительственным организациям: Мемориалу (Memorial), Европейскому центру защиты прав человека (European Human Rights Advocacy Centre) и Сети правосудия переходного периода (Transitional Justice Network), — было также разрешено представить совместное письменное заявление в качестве третьих сторон.

12. Открытое слушание состоялось в здании Европейского суда в Страсбурге 19 октября 2011 г. (пункт 3 правила 59 Регламента Суда).

В Европейском суде выступили:

a) от властей Российской Федерации:

Г.О. Матюшкин, Уполномоченный Российской Федерации при Европейском суде по правам человека,

Н. Михайлов,

П. Смирнов, советники;

b) от заявителей:

Й. Шевчык,

И. Каминьский,

Б. Соханьский, адвокаты,

c) от властей Польши:

М. Шпунар (M. Szpunar), заместитель министра иностранных дел,

ФАКТЫ

I. Обстоятельства дела

A. Предыстория вопроса

14. 23 августа 1939 г. министры иностранных дел Советского Союза и нацистской Германии подписали Договор о ненападении (известный как Пакт Молотова — Риббентропа), к которому прилагался секретный дополнительный протокол, в котором стороны урегулировали «вопрос о границах своих соответствующих сфер влияния в Восточной Европе». В частности, указывалось следующее:

«...2. В случае территориальных или политических переустройств областей, принадлежащих Польше, граница сфер влияния Германии и СССР будет проходить приблизительно по линии рек Нарев, Висла и Сан...».

15. 1 сентября 1939 г. Германия вторглась на территорию Польши, начав Вторую мировую войну. 17 сентября 1939 г. советская Красная армия вошла на территорию Польши предположительно с целью защиты украинцев и белорусов, проживавших в Восточной Польше, поскольку польское государство было сломлено атакой Германии и не могло больше обеспечивать безопасность своих граждан. Польская армия не оказала вооруженного сопротивления. СССР аннексировал полученные под свой контроль территории и в ноябре 1939 года объявил, что 13,5 миллиона польских граждан, проживавших на указанных территориях, с упомянутого момента считались советскими гражданами.

16. После прихода Красной армии были задержаны около 250000 польских солдат, пограничников, сотрудников полиции, тюремных охранников, государственных должностных лиц и других служащих. После того, как их разоружили, некоторых отпустили, других направили в специальные лагеря для заключенных, организованные НКВД (Народный комиссариат внутренних дел, предшественник КГБ) в городах Козельске и Старобельске, деревне Осташково. 9 октября 1939 г. было принято решение, что польские офицеры должны быть размещены в лагерях в городах Козельск и Старобельск, а остальные служащие, включая сотрудников полиции и тюремных охранников, в деревне Осташково.

17. В начале марта 1940 года Л. Берия, глава НКВД, вынес на рассмотрение Генерального секретаря Коммунистической партии СССР И. Сталина предложение об одобрении расстрела польских военнопленных на том основании, что все они были «врагами советской власти, ненавидящими советскую систему правления», которые «пытались продолжить свою к[онтр]р[еволюционную] работу» и «проводили антисоветскую агитацию». В предложении указывалось, что в лагерях для военнопленных содержались 14736 бывших военных и полицейских офицеров, из которых более 97% были по национальности поляками, а также что еще 10685 поляков содержались в тюрьмах в Западной Украине и Белоруссии.

18. 5 марта 1940 г. Политбюро Центрального комитета Коммунистической партии СССР рассмотрело предложение и приняло следующее решение:

«I. Дает НКВД СССР следующие указания:»

1. дела 14700 лиц, находящихся в лагерях для военнопленных (бывших польских офицеров, государственных должностных лиц, землевладельцев, полицейских, агентов разведки, военных полицейских, осадников и тюремных охранников);

2. дела арестованных и находящихся в тюрьмах западных областей Украины и Белоруссии в количестве 11000 человек (членов различных контрреволюционных шпионских и саботажных организаций, бывших землевладельцев, бывших польских офицеров, государственных чиновников и беженцев) рассмотреть в особом порядке с применением высшей меры наказания — расстрела.

II. Дела должны быть рассмотрены без вызова арестованных или оглашения обвинения и без вынесения постановлений о завершении расследования или обвинительных заключений, в следующем порядке:

a) в отношении лиц, находящихся в лагерях военнопленных — на основании информации, предоставляемой Управлением по делам военнопленных НКВД СССР;

b) в отношении арестованных лиц — на основании информации, предоставляемой НКВД Украинской ССР и НКВД Белорусской ССР».

Решение было подписано И. Сталиным, К. Ворошиловым, А. Микояном, В. Молотовым и Л. Кагановичем.

19. Убийства произошли в апреле и мае 1940 года. Заключенных из лагеря в Козельске убили в месте под Смоленском, известном как Катынский лес. Заключенные из Старобельского лагеря были расстреляны в тюрьме Харьковского НКВД, а их тела захоронены рядом с деревней Пятихатки. Полицейские из лагеря в Осташково были убиты в тюрьме НКВД Калинина (Тверь) и похоронены в поселке Медное. Обстоятельства казни заключенных в тюрьмах в Западной Украине и Западной Белоруссии неизвестны до настоящего времени.

20. В 1942 и 1943 годах сначала железнодорожные рабочие в Польше, а затем германская армия обнаружили массовые захоронения рядом с Катынским лесом. Была создана международная комиссия из 12 судебно-медицинских экспертов и вспомогательного персонала из Венгрии, Бельгии, Болгарии, Дании, Италии, Нидерландов, Румынии, Словакии, Финляндии, Франции, Хорватии и Швеции, которая проводила эксгумационные работы с апреля по июнь 1943 года. Были извлечены останки 4243 польских офицеров, из которых были установлены личности 2730 человек. Комиссия пришла к выводу, что ответственность за произошедшее несли советские власти.

21. Советские власти обвинили Германию, которая, согласно утверждениям Москвы, летом 1942 года предположительно взяла под свой контроль польских заключенных и убила их. После освобождения Красной армией Смоленского района в сентябре 1943 года НКВД образовал Чрезвычайную государственную комиссию, возглавляемую Н. Бурденко, которая должна была собрать доказательства причастности Германии к убийствам польских офицеров. В заключении от 22 января 1944 года комиссия сообщила, что польские заключенные были казнены немцами осенью 1941 года.

22. В ходе суда над немецкими военными преступниками в Международном военном трибунале убийства под Катынью были упомянуты в обвинительном заключении как пример военного преступления (Обвинение: пункт три — военные преступления, раздел С (2)). 13 февраля 1946 г. заместитель Главного прокурора СССР Покровский обвинил подсудимых в казни 11000 польских военнопленных осенью 1941 года, ссылаясь на заключение Чрезвычайной комиссии (Суд над главными военными преступниками в Международном военном трибунале, том VII, стр. 425 — 427). Несмотря на возражения советских прокуроров относительно устных показаний, 1 и 2 июля 1946 г. трибунал заслушал показания трех свидетелей стороны обвинения и трех свидетелей стороны защиты (том XVII, стр. 270 — 371). По завершении судебного разбирательства катынские убийства не были упомянуты ни в решении Международного военного трибунала, ни в особом мнении советского судьи.

23. 3 марта 1959 г. председатель Комитета государственной безопасности А. Шелепин предложил Генеральному секретарю Коммунистической партии СССР Н. Хрущеву уничтожить документы о казни польских военнопленных:

«В Комитете государственной безопасности при Совете Министров СССР с 1940 года хранятся учетные дела и другие материалы на расстрелянных в том же году пленных и интернированных офицеров, жандармов, [военных] осадников, землевладельцев и других лиц бывшей буржуазной Польши. Всего по решениям специальной тройки НКВД СССР было расстреляно 21857 человек, из них: в Катынском лесу (Смоленская область) 4421 человек, в Старобельском лагере возле Харькова 3820 человек, в Осташковском лагере (Калининская область) 6311 человек, и 7305 человек были расстреляны в других лагерях и тюрьмах Западной Украины и Западной Белоруссии.»

Вся операция по ликвидации указанных лиц проводилась на основании Постановления Центрального комитета Коммунистической Партии СССР от 5 марта 1940 г. ...С момента проведения названной операции, то есть с 1940 года, никаких справок по этим делам никому не выдавалось и все 21857 дел хранятся в опечатанном помещении.

Для советских органов все эти дела не представляют ни оперативного интереса, ни исторической ценности. Вряд ли они могут представлять действительный интерес для наших польских друзей. Наоборот, какая-либо непредвиденная случайность может привести к расконспирации проведенной операции, со всеми нежелательными для нашего государства последствиями, особенно учитывая, что в отношении расстрелянных в Катынском лесу существует официальная версия, подтвержденная расследованием, проведенным по инициативе советских органов власти в 1944 году...

B. Заявители и их связь с жертвами

1. Заявители по жалобе № 55508/07

25. Первый заявитель, Ежи-Роман Яновец (Jersy-Roman Janowiec), родился в 1929 году. Он является сыном Анджея Яновца (Andrzej Janowiec), родившегося в 1890 году, который был поручиком Польской армии перед Второй мировой войной.

26. Второй заявитель, Антони-Станислав Трыбовский (Antoni-Stanislaw Trybowski), родился в 1940 году. Он является внуком Антони Навратиля (Antoni Nawratil), родившегося в 1883 году, бывшего подполковника Польской армии.

2. Заявители по жалобе № 29520/09

28. Первая и вторая заявительницы, Витомила Волк-Езерская (Witomila Wolk-Jezierska) и Ойцумила Волк (Ojcumila Wolk), родились в 1940 и 1917 годах соответственно. Они являются дочерью и женой Винсента Волка (Wincenty Wolk), родившегося в 1909 году, который был поручиком подразделения тяжелой артиллерии Польской армии перед Второй мировой войной. Он был захвачен в плен Красной армией 19 сентября 1939 г. и содержался в лагере в Козельске (назван в пункте 3 регистрационного списка НКВД 052/3 04.1940). Винсент Волк был убит 30 апреля 1940 г. и захоронен в Катыни. Его тело было идентифицировано в 1943 году во время эксгумации (N 2564).

29. Третья заявительница, Ванда Родович (Wanda Rodowicz), родилась в 1938 году. Она является дочерью Станислава Родовича (Stanislaw Rodowicz), родившегося в 1883 году, который был офицером запаса Польской армии. Он был захвачен Красной армией в плен на венгерской границе около 20 сентября 1939 г. и содержался в лагере в Козельске (записан под № 94 в списке 017/2). Он был убит и захоронен в Катыни. Его тело было идентифицировано в 1943 году во время эксгумации (N 970).

30. Четвертая заявительница, Халина Михальска (Halina Michalska), родилась в 1929 году. Она является дочерью Станислава Ужембло (Stanislaw Uziemblo), родившегося в 1889 году. С. Ужембло был офицером Польской армии. Его взяли в плен советские войска под Белостоком (Bialystok) (Польша) и содержали в лагере для военнопленных в Старобельске (пункт 3400). Предполагалось, что он был убит в Харькове и похоронен в поселке Пятихатки под Харьковом (теперь Украина).

31. Пятый заявитель, Артур Томашевский (Artur Tomaszewski), родился в 1930 году. Он является сыном Шимона Томашевского (Szymon Tomaszewski), родившегося в 1900 году. Отец пятого заявителя, начальник отделения полиции на польско-советской границе в районе Кобыля (Kobylia), был арестован советскими войсками и доставлен в специальный лагерь НКВД в Осташково (пункт 5 в списке 045/3). Он был убит в Твери и похоронен в поселке Медное.

32. Шестой заявитель, Ежи Лех Велебновский (Jerzy Lech Wielebnowski), родился в 1935 году. Его отец, Александр Велебновский (Aleksander Wielebnowski), родился в 1897 году и был офицером полиции в городе Луцк (Luck), в Восточной Польше. В октябре 1939 года он был арестован советскими войсками и доставлен в специальный лагерь НКВД в Осташково (пункт 10 в списке 033/2). Он был убит в Твери и похоронен в поселке Медное.

33. Седьмой заявитель, Густав Эрхард (Gustaw Erchard), родился в 1935 году. Его отец, Стефан Эрхард (Stefan Erchard), родился в 1900 году и был директором начальной школы в городе Рудка, Польша. Он был арестован советскими войсками и помещен в лагерь в Старобельске (пункт 3869). Предполагалось, что он был убит в Харькове и похоронен в поселке Пятихатки.

34. Восьмой и девятый заявители, Ежи Кароль Малевич (Jerzy Karol Malewicz) и Кшиштоф Ян Малевич (Krzysztof Jan Malewicz), родились соответственно в 1928 и 1931 годах и являются детьми Станислава Августа Малевича (Stanislaw August Malewicz). Отец заявителей родился в 1889 году и служил доктором в Польской армии. Его захватили в плен в Ровно (Rowne), Польша, и держали в лагере в Старобельске (пункт 2219). Предполагалось, что он был убит в Харькове и похоронен в поселке Пятихатки.

35. Десятая и одиннадцатая заявительницы, Кристина Кшышковяк (Krystyna Krzyszkowiak) и Ирена Эрхард (Irena Erchard), родились соответственно в 1940 и 1936 годах и являются дочерями Михаля Адамчика (Michal Adamczyk), который родился в 1903 году и являлся начальником отделения полиции в городе Сарнаки (Sarnaki). Он был арестован советскими войсками, помещен в лагерь в Осташково (пункт 5 в списке 037/2), убит в Твери и похоронен в поселке Медное.

C. Расследования по уголовному делу № 159

38. 13 апреля 1990 г., во время визита Президента Польши В. Ярузельского (W. Jaruzelski) в Москву, Президент СССР М. Горбачев передал ему документы по убийствам в Катыни. Официальные новостные агентства СССР опубликовали сообщение, в котором на базе рассекреченных архивных материалов подтверждалось, что «Берия, Меркулов и их подчиненные несли прямую ответственность за преступление, совершенное в Катынском лесу».

39. 22 марта 1990 г. Харьковская областная прокуратура возбудила уголовное дело по факту обнаружения массовых захоронений в районе городского лесопарка. 6 июня 1990 г. Калининская (Тверская) городская прокуратура возбудила уголовное дело по факту «исчезновения» в мае 1940 г. польских военнопленных, содержавшихся в лагере НКВД в Осташково. 27 сентября 1990 г. Главный военный прокурор СССР принял уголовное дело № 159 от Харьковской областной прокуратуры и передал его группе военных прокуроров.

40. Летом и осенью 1991 года польские и российские специалисты проводили эксгумации тел в массовых захоронениях под Харьковом, в Катыни и поселке Медное. Они также исследовали архивные документы, связанные с катынскими убийствами, допросили как минимум 40 свидетелей и назначили судебно-медицинские экспертизы.

41. 14 октября 1992 г. Президент Российской Федерации Б. Ельцин заявил, что польские офицеры были приговорены к смерти И. Сталиным и Политбюро Коммунистической партии СССР. Директор Российской государственной архивной службы передал польским властям ряд документов, включая Решение от 5 марта 1940 г. Во время официального визита в Польшу 25 августа 1993 г. Президент Б. Ельцин почтил память жертв Катыни перед Катынским крестом в Варшаве.

42. В конце мая 1995 года прокуроры из Белоруссии, Польши, России и Украины провели рабочее совещание в Варшаве, во время которого они оценили ход расследования по делу № 159. Участники совещания договорились, что российские прокуроры попросят коллег из Белоруссии и Украины о правовой помощи для установления обстоятельств казни в 1940 году 7305 польских граждан.

43. 13 мая 1997 года белорусские власти уведомили российскую сторону, что они не смогли найти каких-либо документов, касающихся казни польских военнопленных в 1940 году. В 2002 году украинские власти представили документы, касавшиеся перевода заключенных из Старобельского лагеря в тюрьму НКВД в Харьковской области.

44. В 2001, 2002 и 2004 годах президент Польского института национальной памяти неоднократно, но безуспешно обращался в Главную военную прокуратуру Российской Федерации с целью получения доступа к материалам следствия.

45. 21 сентября 2004 г. Главная военная прокуратура прекратила производство по делу № 159, по-видимому, на том основании, что лица, предположительно несущие ответственность за преступления, уже умерли. 22 декабря 2004 г. Межведомственная комиссия по защите государственной тайны присвоила 36 из 183 томам уголовного дела гриф «совершенно секретно», а еще восьми томам — гриф «только для внутреннего пользования». Постановление о прекращении расследования имело гриф «совершенно секретно», и о его существовании стало известно только 11 марта 2005 г. на пресс-конференции, которую давал Главный военный прокурор Российской Федерации.

46. На просьбу Европейского суда о предоставлении копии Постановления от 21 сентября 2004 г. власти Российской Федерации ответили отказом, ссылаясь на засекреченность документа. Из замечаний властей Российской Федерации следовало, что расследование было прекращено на основании пункта 1 части четвертой статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи со смертью подозреваемых.

D. Производство по делу № 55508/07

49. В 2003 году польский адвокат Шевчык, нанятый заявителем Яновцом и матерью заявительницы Трыбовской, обратился в Генеральную прокуратуру Российской Федерации с просьбой о предоставлении документов, касавшихся Анджея Яновца, Антони Навратиля и третьего лица.

50. 23 июня 2003 г. Генеральная прокуратура Российской Федерации ответила адвокату заявителей, что Главная военная прокуратура Российской Федерации расследовала уголовное дело по факту казни польских офицеров в 1940 году. В 1991 году в ходе следствия было найдено около 200 тел в Харьковской, Тверской и Смоленской областях, и среди них были идентифицированы А. Навратиль и А. Яновец. Их имена также были обнаружены в списках лиц из Старобельского лагеря. Любые другие касавшиеся указанных лиц документы были уничтожены ранее.

51. 4 декабря 2004 г. адвокат Шевчык официально обратился в Главную военную прокуратуру Российской Федерации с ходатайством о признании прав заявителей Яновца и Трыбовского в качестве родственников казненных польских офицеров и предоставить им копии процессуальных документов и личных документов, касавшихся Антони Навратиля и Анджея Яновца.

52. 10 февраля 2005 г. Главная военная прокуратура Российской Федерации ответила, что Антони Навратиль и Анджей Яновец числились в списках заключенных Старобельского лагеря, казненных НКВД в 1940 году и похороненных под Харьковом. Никаких других материалов по указанным лицам в наличии не было. Копии процессуальных документов могли быть выданы только официально признанным жертвам или их представителям.

53. Впоследствии заявители Яновец и Трыбовский наняли российского адвоката Бушуева, который обратился в Главную военную прокуратуру Российской Федерации с ходатайством об ознакомлении с материалами дела. 7 ноября 2006 г. Главная военная прокуратура Российской Федерации отказала адвокату в разрешении на ознакомление с материалами дела, поскольку его доверители не были официально признаны потерпевшими по делу.

54. Адвокат подал в суд жалобу на отказы Главной военной прокуратуры Российской Федерации от 10 февраля 2005 г. и 7 ноября 2006 г. Он утверждал, в частности, что статус жертвы в уголовном деле должен определяться со ссылкой на фактические обстоятельства, такие как понесло ли соответствующее лицо или нет ущерб от преступных действий. С этой точки зрения решение следователя о признании кого-либо потерпевшим по делу должно рассматриваться как формальное признание таких фактических обстоятельств. Адвокат требовал признания заявителей Яновца и Трыбовского потерпевшими по делу и получения разрешения для них на ознакомление с материалами дела.

E. Производство по жалобе № 29520/09

57. 20 августа 2008 г. группа юристов, действовавших в интересах заявителей, обжаловала в суд Постановление прокуратуры от 21 сентября 2004 г. Они утверждали, что родственники заявителей были среди заключенных польских офицеров, которые были расстреляны по Решению Политбюро Коммунистической партии СССР от 5 марта 1940 г. Однако заявители не были признаны потерпевшими по делу № 159 и не могли подавать ходатайства и заявления, иметь доступ к материалам дела или получать копии решений. Адвокаты также утверждали, что расследование не было эффективным, поскольку не было сделано никакой попытки взять биологические образцы заявителей с целью идентификации эксгумированных человеческих останков.

58. 14 октября 2008 г. Московский окружной военный суд отклонил жалобу. Было установлено, что в 1943 году Международная комиссия и Техническая комиссия Польского Красного Креста эксгумировали останки, а затем перезахоронили их, не пересчитав и не идентифицировав тела. В ходе последующих экскавационных работ, проводившихся в 1991 году, были идентифицированы 22 тела, и среди установленных лиц родственников заявителей не было. Военный суд признал, что имена родственников заявителей были включены в списки НКВД Осташковского, Старобелецкого и Козельского лагерей, тем не менее «Катынское расследование... не установило судьбу указанных лиц». Поскольку их тела не были идентифицированы, не существовало никаких доказательств того, что родственники заявителей погибли в результате преступления, заключавшегося в злоупотреблении властью (статья 193-17 Уголовного кодекса РСФСР от 1926 года), указанного в Постановлении от 21 сентября 2004 г. Следовательно, не было никаких оснований для признания заявителей потерпевшими в соответствии со статьей 42 Уголовно-процессуального кодекса. Более того, засекреченные документы не могли быть доступны для «представителей иностранных государств».

F. Производство по вопросу о рассекречивании Постановления от 21 сентября 2004 г.

61. 26 марта 2008 г. организация «Мемориал», неправительственная правозащитная организация, обратилась в Главную военную прокуратуру Российской Федерации с требованием рассекретить Постановление от 21 сентября 2004 г. В своем ответе от 22 апреля 2008 г. прокуратура проинформировала организацию «Мемориал» о том, что в ее компетенцию не входит решение вопроса о снятии грифа секретности, который был утвержден Межведомственной комиссией по защите государственной тайны.

62. 12 марта 2009 г. «Мемориал» обратился в Межведомственную комиссию по защите государственной тайны с требованием рассекретить Постановление от 21 сентября 2004 г., утверждая, что засекречивание материалов «Катынского» расследования было морально и юридически неприемлемым и что оно также нарушало статью 7 Закона о государственной тайне <*>, которая запрещает засекречивание любой информации, касающейся нарушения прав человека. В Письме от 27 августа 2009 г. Межведомственная комиссия по защите государственной тайны ответила организации «Мемориал», что их требование было рассмотрено и отклонено, но не предоставила дополнительных сведений.

---

<*> Так в тексте. Видимо, речь идет о Законе Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5485-I «О государственной тайне» (прим. перев.).

63. Организация «Мемориал» обжаловала отказ Межведомственной комиссии по защите государственной тайны в Московский городской суд. На слушании 13 июля 2010 г. суд ознакомился с Письмом комиссии от 25 июня 2010 г. на имя председательствующего судьи. В письме говорилось, что 22 декабря 2004 г. комиссия не принимала какого-либо решения о засекречивании Постановления Главной военной прокуратуры Российской Федерации от 21 сентября 2004 г.

64. В ходе проведения закрытого судебного заседания 2 ноября 2010 г. Московский городской суд отклонил ходатайство организации «Мемориала» о рассекречивании, установив, в частности, следующее:

«...Суд установил, что 21 сентября 2004 г. Главная военная прокуратура Российской Федерации вынесла постановление о прекращении уголовного дела, которое было возбуждено 22 марта 1990 г. Харьковской областной прокуратурой Украинской ССР в связи с обнаружением останков тел польских граждан в лесополосе Харькова...»

Следствие квалифицировало действия ряда известных высокопоставленных должностных лиц СССР как злоупотребление властью при особо отягчающих обстоятельствах, предусмотренное пунктом «б» статьи 193-17 Уголовного кодекса. Уголовное дело в отношении этих должностных лиц было прекращено на основании пункта 4 части первой статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (в связи со смертью обвиняемых). Дело в отношении остальных было прекращено на основании пункта 2 части первой статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (за отсутствием события преступления).

Главная военная прокуратура Российской Федерации направила проект постановления о прекращении производства по уголовному делу в Федеральную службу безопасности для экспертного заключения относительно того, не содержит ли проект какую-либо конфиденциальную или секретную информацию по смыслу статьи 9 Закона о государственной тайне, поскольку Федеральная служба безопасности имела право по своему усмотрению контролировать информацию, приведенную в постановлении Главной военной прокуратуры.

Комиссия экспертов из Федеральной службы безопасности установила, что проект постановления Главной военной прокуратуры содержал информацию, которая еще не была рассекречена. Кроме того, комиссия отметила, что в проекте постановления содержится информация, доступ к которой был ограничен...

21 сентября 2004 г. сотрудник Главной военной прокуратуры Российской Федерации вынес постановление о прекращении уголовного дела № 159. С учетом вышеупомянутых выводов, сделанных Федеральной службой безопасности, и на основании подпунктов 2 и 3 пункта 4 статьи 5 и статьи 8 Закона о государственной тайне, а также пункта 80 Указа Президента Российской Федерации от 30 ноября 1995 г. № 1203 документу была присвоена наивысшая степень секретности... Следовательно, нет никаких правовых оснований для удовлетворения требования организации «Мемориал» о признании постановления Главной военной прокуратуры Российской Федерации о засекречивании Постановления от 21 сентября 2004 г. незаконным и необоснованным...

G. Производство по вопросу «реабилитации» родственников заявителей

66. Большинство заявителей неоднократно обращались в различные российские органы власти, в первую очередь в Главную военную прокуратуру Российской Федерации, для получения информации о расследовании «Катынского» уголовного дела, а также для «реабилитации» их родственников в соответствии с положениями Закона о реабилитации 1991 года (см. § 86 настоящего Постановления).

67. В Письме от 21 апреля 1998 г., направленном в ответ на запрос о реабилитации, поданный Ойцумилой Волк (Ojcumila Wolk), Главная военная прокуратура Российской Федерации подтвердила, что ее муж, Винсент Волк (Wincenty Wolk), содержался в качестве военнопленного в Козельском лагере, а затем был казнен вместе с другими заключенными весной 1940 года. В письме говорилось, что ее запрос о реабилитации будет рассматриваться только после завершения расследования дела.

68. После завершения расследования по делу № 159, 25 октября 2005 г., Витомила Волк-Езерская (Witomila Wolk-Jezierska) обратилась в Главную военную прокуратуру Российской Федерации с просьбой предоставить ей копию постановления о прекращении расследования. В Письме от 23 ноября 2005 г. прокуратура отказалась предоставить документ, сославшись на высшую степень секретности постановления. 8 декабря 2005 г. Посольство Польши в Москве обратилось с ходатайством в прокуратуру с целью получить разъяснения, касающиеся реабилитации г-на Волк. В Письме от 18 января 2006 г. прокуратура выразила мнение, что отсутствовали правовые основания для реабилитации г-на Волк и других польских граждан, поскольку расследование не установило, какое из положений Уголовного кодекса 1926 года явилось основанием для репрессий, которым они были подвергнуты. В аналогично сформулированном Письме от 12 февраля 2007 г. была по тем же основаниям отклонена последующая просьба г-жи Волк.

69. 13 марта 2008 г. Главная военная прокуратура Российской Федерации отклонила ходатайство о реабилитации, представленное адвокатом, действующим от имени заявителей. Прокурор утверждал, что не было возможности установить правовую основу репрессий, которым подверглись польские граждане в 1940 году. Несмотря на наличие некоторых документов, устанавливающих, что родственники заявителей были переведены из лагерей НКВД в деревне Осташково, городах Козельск и Старобельск в города Калинин, Смоленск и Харьков, совместные усилия белорусских, польских, российских и украинских следователей не привели к обнаружению каких-либо уголовных дел или других документов, имеющих отношение к их преследованию в 1940 году. При отсутствии таких документов невозможно принять решение о том, применим ли Закон о реабилитации. Вместе с тем прокурор заявил, что останки тел родственников заявителей не были обнаружены среди человеческих останков во время эксгумационных работ.

70. Адвокат заявителей обжаловал отказ прокуратуры в суд.

H. Заявление Государственной Думы Российской Федерации о Катынской трагедии

73. 26 ноября 2010 г. Государственная Дума Российской Федерации, нижняя палата российского парламента, приняла заявление «О Катынской трагедии и ее жертвах», в котором говорится следующее:

«Семьдесят лет назад были расстреляны тысячи польских граждан, содержавшихся в лагерях для военнопленных НКВД СССР и тюрьмах западных областей Украинской ССР и Белорусской ССР.»

В официальной советской пропаганде ответственность за это злодеяние, получившее собирательное название Катынской трагедии, приписывалась нацистским преступникам... В начале 1990-х годов наша страна совершила важные шаги на пути к установлению истины в Катынской трагедии. Было признано, что массовое уничтожение польских граждан на территории СССР во время Второй мировой войны стало актом произвола тоталитарного государства...

II. Соответствующее международное право и правоприменительная практика

A. Гаагская конвенция IV

74. Конвенция IV о законах и обычаях сухопутной войны и, в частности, приложение к ней — Положения о законах и обычаях сухопутной войны (Гаага, 18 октября 1907 г.) предусматривают следующее:

«...Статья 4. Военнопленные находятся во власти неприятельского правительства, а не отдельных лиц или отрядов, взявших их в плен.»

С ними надлежит обращаться человеколюбиво...

Статья 23. Кроме ограничений, установленных особыми соглашениями, воспрещается:

...b) предательски убивать или ранить лиц, принадлежащих к населению или войскам неприятеля;

B. Женевская конвенция

75. Конвенция об обращении с военнопленными (Женева, 27 июля 1929 г.) предусматривает следующее:

«...Статья 2. Военнопленные находятся во власти неприятельского государства, но отнюдь не в отдельной воинской части, взявшей их в плен.»

С ними надо постоянно обходиться человечно, в особенности защищая от насилия, оскорблений и любопытства толпы.

Меры репрессий в отношении их воспрещаются...