III. Европейское право
Статья 1Постановление ЕСПЧ от 08.07.2004
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Статья 1. Постановление ЕСПЧ от 08.07.2004. 53924/00. 08.07.2004. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-5392400/statya-1
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
По делу «Во против Франции» Европейский суд по правам человека, заседая Большой палатой в составе:
а также при участии П.Дж. Махони, Секретаря-Канцлера Суда,
заседая за закрытыми дверями 10 декабря 2003 г. и 2 июня 2004 г.,
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 53924/00), поданной 20 декабря 1999 г. в Европейский суд по правам человека против Французской Республики гражданкой Франции Тхи-Нхо Во (Thi-Nho Vo) (далее — заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителя в Европейском суде представлял Б. Ле Гриель (B. Le Griel), адвокат из г. Парижа (Paris). Власти Франции в Европейском суде были представлены Уполномоченным Франции при Европейском суде по правам человека Р. Абраамом (R. Abraham), директором Правового департамента Министерства иностранных дел Франции.
3. Заявитель утверждала, в частности, что имело место нарушение статьи 2 Конвенции в связи с тем, что действия врача, по вине которого наступила смерть ее ребенка in utero (в период внутриутробного развития), не были квалифицированы как непредумышленное убийство.
4. Жалоба была передана на рассмотрение в Третью секцию Суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда). Палата, образованная из числа членов секции для рассмотрения дела, 22 мая 2003 г. приняла решение незамедлительно передать дело на рассмотрение в Большую палату, стороны не возражали против этого решения (статья 30 Конвенции и правило 72 Регламента Суда).
5. Состав Большой палаты Суда был определен в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 27 Конвенции и правилом 24 Регламента Суда.
6. Заявитель и власти Франции представили письменные доводы по вопросу приемлемости жалобы и по существу дела. В то же время были получены замечания Центра по защите репродуктивных прав (Center for Reproductive Rights) и Ассоциации планирования семьи (Family Planning Association), которые получили разрешение Председателя Суда участвовать в письменной процедуре (пункт 2 статьи 36 Конвенции и пункт 2 правила 44 Регламента Суда).
7. 10 декабря 2003 г. во Дворце прав человека в г. Страсбурге состоялись открытые слушания по вопросу приемлемости жалобы и по существу дела (пункт 3 правила 59 Регламента Суда).
Ф. Алабрюн (F. Alabrune), заместитель директора Правового департамента Министерства иностранных дел Франции, Уполномоченный Франции при Европейском суде по правам человека,
Ж. Дутертр (G. Dutertre), референт отдела прав человека Правового департамента Министерства иностранных дел Франции,
Ж. Вель (J. Vailhe), референт отдела по европейским и международным делам Министерства юстиции Франции,
П. Праш (P. Prache), департамент по уголовным делам и вопросам помилования Министерства юстиции Франции,
Х. Влонде (H. Blondet), советник кассационного суда Франции,
В. Саган (V. Sagant), отдел по европейским и международным делам Министерства юстиции Франции, советники;
Б. Ле Гриель (B. Le Griel), адвокат коллегии адвокатов г. Парижа, советник.
Европейский суд заслушал обращения Б. Ле Гриеля и Ф. Алабрюна.
8. В соответствии с положениями пункта 3 статьи 29 Конвенции и пунктом 3 правила 54 Регламента Европейский суд принял решение о рассмотрении дела одновременно по вопросу приемлемости жалобы и по существу.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
9. Заявитель 1967 года рождения проживает в г. Бурж-ан-Бресс (Bourg-en-Bresse).
10. 27 ноября 1991 г. заявитель Тхи-Нхо Во, вьетнамка по национальности, явилась в центральную больницу г. Лиона (Lyons) для посещения врача. Она находилась на шестом месяце беременности.
11. В тот же день другой пациентке по имени Тхи Тханх Ван Во (Thi Thanh Van Vo) должны были удалить внутриматочный контрацептив в этой же больнице. Врач, доктор П., который должен был провести эту операцию, вызвал из зала ожиданий «г-жу Во», на этот вызов откликнулась заявитель.
После короткой беседы врач понял, что заявитель плохо говорит по-французски. Изучив медицинскую карту, он начал удалять внутриматочный контрацептив без предварительного осмотра пациентки. Во время операции врач проткнул плодный пузырь, что привело к большой потере околоплодных вод.
После клинического обследования, которое показало увеличение матки, врач назначил проведение эхографии. Тогда он узнал, зачем заявитель пришла к врачу, и понял, что была совершена ошибка в отношении личности пациентки. Заявитель немедленно была госпитализирована.
Затем доктор G. попытался удалить внутриматочный контрацептив у Тхи Тханх Ван Во и, не добившись положительного результата, назначил операционное вмешательство под общим наркозом на следующее утро. После этого была совершена новая ошибка, и заявитель была направлена в операционный блок вместо Тхи Тханх Ван Во. Ей удалось избежать хирургического вмешательства, назначенного ее однофамилице, только благодаря ее возражениям и тому факту, что врач-анестезиолог ее узнал.
12. Заявитель покинула госпиталь 29 ноября 1991 г. 4 декабря 1991 г. она вновь явилась в больницу для осуществления контроля за ходом беременности; врачи установили, что околоплодные воды не восстановились и заявитель не может далее вынашивать беременность. 5 декабря 1991 г. было проведено прерывание беременности по медицинским показаниям.
13. 11 декабря 1991 г. заявитель и ее партнер подали жалобу с предъявлением гражданского иска в связи с непредумышленным причинением вреда здоровью заявителя, повлекшего полную потерю трудоспособности в течение трех месяцев, и совершением убийства ее ребенка. Вследствие этой жалобы были представлены три заключения о проведении экспертизы.
14. Вывод, содержащийся в первом заключении экспертизы от 16 января 1992 г., состоял в том, что плод женского пола должен находиться в возрасте между двадцатью и двадцатью одной неделями с момента зачатия, его вес составляет 375 г, рост — 28 см, объем черепа — 17 см, что при появлении на свет он не дышал. В ходе экспертизы также был сделан вывод о том, что на его теле не было обнаружено какого-либо следа насилия или порока развития, и ничто не позволяет признать причиной смерти строение организма или органическое поражение. Вместе с тем, вскрытие, проведенное после медицинского аборта, и патологоанатомическое исследование тела позволяют сделать вывод о том, что легкое плода имеет возраст от двадцати до двадцати четырех недель.
15. 3 августа 1992 г. было представлено второе заключение экспертизы в отношении телесных повреждений, нанесенных заявителю:
«a) имеет место период полной временной потери трудоспособности с 27 ноября 1991 г. по 13 декабря 1991 г., датой поступления в клинику Тонкина (Tonkin), в связи с совершенно несвязанной патологией (удаление аппендикса);»
b) датой стабилизации состояния можно считать 13 декабря 1991 г.;
c) потеря удобств не причинена;
d) эстетического ущерба не нанесено;
e) трудового увечья не нанесено;
f) стойкая частичная потеря трудоспособности отсутствует.
Остается определить ущерб, причиненный болью и страданием, являющимися следствием этого события. Эти оценки следует произвести с участием врача вьетнамского происхождения и психиатра или психолога».
16. Третье заключение экспертизы, полученное 29 сентября 1992 г., содержало вывод о неудовлетворительной работе соответствующего стационарного отделения и небрежности врача:
«1. Консультации, проводимые профессорами [T.] и [R.] в центральной больнице г. Лиона, были организованы не безупречно, в частности, в отношении путаницы частых случаев однофамильцев среди пациентов иностранного происхождения, увеличивающегося риска в связи с их незнанием или ограниченным пониманием французского языка.»
2. Нечеткое направление пациентов, недостаточно ясные назначения приемного отделения и врачей, проводящих в нем консультации, способствовали перемещению пациентов с похожими фамилиями и объясняют, почему после того, как доктор [G.] ознакомился с медицинской картой Тхи Тханх Ван Во, она [заявитель] явилась по вызову в кабинет.
3. Действия доктора отличались небрежностью, он совершил халатность и доверился только параклиническим обследованиям. Он не осмотрел пациентку и совершил досадную ошибку, которая привела к прерыванию беременности на пятом месяце в связи с проколом плодного пузыря. Он несет ответственность за эти действия, однако существуют смягчающие обстоятельства».
17. 25 февраля 1993 г. вследствие дополнительного требования прокурора Республики (о расследовании фактов, установленных в ходе предварительного следствия) от 26 апреля 1994 г. в отношении доктора G. было возбуждено дело по обвинению в непредумышленном нанесении вреда на 27 ноября 1991 г. в г. Лионе:
- в результате халатности, небрежности при проколе плодного пузыря, в котором развивался живой и жизнеспособный плод ребенка заявителя, что непредумышленно спровоцировало смерть этого ребенка (деяния, наказание за которые предусмотрено в статье 319 бывшего Уголовного кодекса Франции — норма, применявшаяся на момент событий — и в настоящее время — в статье 221-6 Уголовного кодекса Франции);
- в результате оплошности, неосторожности, невнимания, небрежности или неисполнения обязанности по безопасности или предосторожности, возложенной законом или регламентами, явившимися посягательством на физическую неприкосновенность заявителя, послужившими причиной полной недееспособности, не превышающей трех месяцев (деяния, наказание за которые предусмотрено статьей R. 40 4 бывшего Уголовного кодекса Франции — норма, применявшаяся на момент событий — и в настоящее время статьями R. 625-2 и R. 625-4 Уголовного кодекса Франции).
18. Постановлением от 31 августа 1995 г. дело в отношении доктора G. было направлено в суд по уголовным делам г. Лиона, ему было предъявлено обвинение в непредумышленном покушении на жизнь и непредумышленном причинении вреда здоровью.
19. Решением от 3 июня 1996 г. суд с полным основанием объявил амнистию в отношении обвинения в непредумышленном причинении вреда здоровью заявителя в соответствии с Законом об амнистии от 3 августа 1995 г. Относительно обвинения в непредумышленном покушении на жизнь плода суд высказался следующим образом:
«Вопросом, стоящим перед судом, являлось установление факта непредумышленного убийства или непредумышленного покушения на жизнь в случае, когда покушение на жизнь касалось плода, если плод на 20 — 21 неделе жизни является человеком (другое по смыслу статьи 221-6 Уголовного кодекса).»
Выводы экспертизы должны быть официально признанными. Плод имел возраст от 20 до 21 недели.
Закон от 17 января 1975 г. относительно умышленного прерывания беременности предусматривает: «закон гарантирует физическую неприкосновенность с начала жизни (с момента рождения)».
Закон от 29 июля 1994 г. (статья 16 Гражданского кодекса Франции) предусматривает: «закон устанавливает приоритет личности, запрещает любое посягательство на человеческое достоинство и гарантирует физическую неприкосновенность с начала жизни (с момента рождения)».
В Законе от 29 июля 1994 г. впервые специально используются термины «эмбрион» и «человеческий эмбрион». Однако ни в одной из этих норм не содержится определение человеческого эмбриона.
Многие парламентарии (депутаты или сенаторы) в ходе подготовительных работ над законодательством о биоэтике имели намерение определить понятие эмбриона. Шарль де Курзон (Charles de Courson) предложил определить его следующим образом: «каждый должен пользоваться правом на физическую неприкосновенность с начала жизни, человеческий эмбрион является человеком». Жан-Франсуа Матеи ({Jean-Francois Mattei} <*>) формулировал это следующим образом: «эмбрион в любом случае является только морфологическим выражением одной и той же жизни, которая начинается с момента оплодотворения и продолжается до смерти, пройдя различные этапы. В настоящее время мы не знаем точно, когда оплодотворенная яйцеклетка становится эмбрионом, эмбрион — плодом, единственно неоспоримым является начало жизненного процесса в момент оплодотворения».
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
Таким образом, как представляется, ни одна правовая норма не предусматривает правовой статус эмбриона с момента его возникновения и по мере его развития. При отсутствии правового определения следует обратиться к полученным знаниям. Установлено, что жизнеспособность плода определяется на шестом месяце, и при нынешнем состоянии знаний ни в коем случае на 20 или 21 неделе.
Суд может только принять во внимание этот аспект (жизнеспособность на шестом месяце) и не может создать правовую норму по вопросу, который еще не смогли определить законодатели.
Таким образом, суд принимает во внимание, что плод является жизнеспособным, начиная с шести месяцев, что плод в возрасте 20 — 21 недели не является жизнеспособным и не является человеком или другим по смыслу статей 319 бывшего Уголовного кодекса и 221-6 Уголовного кодекса.
Непредумышленное убийство или непредумышленное покушение на жизнь плода в возрасте 20 — 21 недель не является установленным, плод не является человеком или другим...
Суд оправдывает доктора G. в связи с отсутствием состава преступления, не устанавливает наказания и не присуждает компенсацию судебных издержек...».
20. 10 июня 1996 г. заявитель подала апелляционную жалобу на это решение. Она утверждала, что доктор G. совершил личную ошибку, не связанную с деятельностью публичной службы, и требовала предоставления следующих сумм: 1 миллион французских франков в качестве возмещения вреда, из которого 900000 французских франков за смерть ребенка и 100000 французских франков за причиненный вред здоровью. Прокурор, в качестве второго лица, подавшего жалобу, требовал отмены оправдательного приговора, отметив, что «обвиняемый, забыв произвести клинический осмотр, совершил ошибку, ставшую причиной смерти плода, который в момент совершения наносящего вреда действия находился в возрасте от двадцати до двадцати одной недели, нормально и непреклонно продолжает, без какого-либо сомнения в своем медицинском будущем, начатый им жизненный путь».
21. Постановлением от 13 марта 1997 г. апелляционный суд г. Лиона оставил без изменения решение суда первой инстанции в части прекращения уголовного преследования по факту непредумышленного нанесения вреда здоровью и отменил остальную часть решения, объявив врача виновным в непредумышленном убийстве. Он приговорил его к наказанию в виде лишения свободы сроком на шесть месяцев условно и штрафу в размере 10000 французских франков. Он вынес следующее решение:
«...Принимая во внимание, что в данном случае ошибка доктора [G.] является тем более явной, что пациентка, не имея достаточного знания французского языка, не могла сама рассказать свои жалобы, ответить на вопросы врача, уточнить ему дату последней менструации, элементы, которые тем более должны побудить врача произвести тщательный клинический осмотр; что утверждение, согласно которому он был вправе довериться только медицинским документам, доказывает, что этот компетентный молодой врач, тем не менее, нарушил основной аспект медицинской науки, состоящий в том, чтобы выслушать, узнать и осмотреть больного; что к тому же в суде доктор [G.] уточнил, что с момента этого происшествия он „одержимо предпринимает меры предосторожности“ перед тем как начать действовать;»
Принимая во внимание, что эта ошибка, совершенная по неосторожности и небрежности, имеет определенную причинную связь с потерей ребенка, которым была беременна Т. Во, обвиняемый с неоспоримой уверенностью сам признал, что клинический осмотр позволил бы ему установить беременность его пациентки и обнаружить произошедшую ошибку с подменой лиц;
Принимая во внимание, что в отношении квалификации деяния как непредумышленное убийство, в первую очередь, следует отметить руководящие правовые принципы в этой сфере;
Принимая во внимание, что различные конвенционные положения, такие, как статья 2 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, статья 6 Международного пакта о гражданских и политических правах, статья 6 Конвенции о защите прав ребенка, подписанная в г. Нью-Йорке 26 января 1990 г., признают существование для каждого лица и, в частности, ребенка, права на жизнь, защищаемого законом;
Принимая во внимание, что во внутригосударственном праве статья 1 Закона 75-17 от 17 января 1975 г. об умышленном прерывании беременности предусматривает, что «закон гарантирует физическую неприкосновенность с начала жизни, (что) этот принцип может быть нарушен только в случае необходимости и в соответствии с условиями, предусмотренными настоящим Законом»;
В то же время, принимая во внимание, что Закон 94-653 от 29 июля 1994 г. об уважении человеческого тела отмечает в статье 16 Гражданского кодекса, что «закон устанавливает приоритет личности, запрещает любое посягательство на человеческое достоинство и гарантирует физическую неприкосновенность с начала жизни»;
Принимая во внимание, что эти положения законодательства не должны рассматриваться как простые заявления о намерениях, лишенные какого-либо правового воздействия, в то время как статья 16-9 Гражданского кодекса указывает, что положения статьи 16 являются императивными;
Принимая во внимание, что, со своей стороны, Палата по уголовным делам кассационного суда в двух Постановлениях, вынесенных 27 ноября 1996 г., применила эти принципы международного и национального права, определив, что Закон от 17 января 1975 г. допускает, что нарушение принципа физической неприкосновенности с начала жизни, закрепленного в статье 1, возможно только в случае необходимости и в соответствии с условиями и ограничениями, предусмотренными настоящим Законом;
Что он добавил, что в связи с условиями, определенными законодательством, комплекс положений этого Закона и Закона от 31 декабря 1979 г. об умышленном прерывании беременности является совместимым с упомянутыми конвенционными положениями;
Что, вместе с тем, суд напоминает, что во время подписания в г. Нью-Йорке 26 января 1990 г. Конвенции о защите прав ребенка Франция сформулировала пояснительное заявление, в соответствии с которым эта Конвенция не должна истолковываться как создающая препятствие для применения положений французского законодательства в отношении умышленного прерывания беременности; что эта оговорка доказывает a contrario, что упомянутая Конвенция может иметь отношение к плоду в возрасте менее десяти недель — срока, установленного в законодательстве Франции для умышленного прерывания беременности;
Принимая во внимание, что из этого следует, что при условии соблюдения положений относительно умышленного прерывания беременности и медицинского аборта закон предусматривает физическую неприкосновенность каждого с начала жизни, не требуя, чтобы ребенок родился жизнеспособным, если он был жив, во время посягательства, которое было ему нанесено;
Принимая во внимание, что, к тому же, жизнеспособность является понятием научно вероятным и неопределенным, как это считает сам обвиняемый, который в настоящее время продолжает исследования в Соединенных Штатах Америки, указал в суде, что плодам, рожденным в возрасте 23 или 24 недель с момента зачатия, может быть сохранена жизнь, в то время как такая гипотеза была полностью исключена несколько лет назад; что при консультации, назначенной профессором [T.] и проведенной доктором [G.], был принят во внимание отчет профессора Матеи ({Mattei}), который указал, что эмбрион в любом случае является только морфологическим выражением одной и той же жизни, которая начинается с момента оплодотворения и продолжается до смерти, пройдя различные этапы. В настоящее время мы не знаем точно, когда оплодотворенная яйцеклетка становится эмбрионом, эмбрион — плодом, единственно неоспоримым является начало жизненного процесса в момент оплодотворения...
Принимая во внимание, что жизнеспособность во время рождения является научно неопределенным понятием, кроме того, лишенным всякого правового значения, закон не проводит никакого различия на этот счет;
Принимая во внимание, что в данном случае установлено, что во время эхографии, проведенной 27 ноября 1991 г., в тот же день, когда у заявителя отошли околоплодные воды, беременность [заявителя] проходила нормально и что ребенок, которого она носила, был жив; что во время медицинского аборта, проведенного 5 декабря 1991 г., было установлено, что на основании параметров ребенка в сравнении с опубликованными таблицами можно определить, что возраст этого плода равнялся от 20 до 21 недели и мог быть больше, поскольку не было установлено, что эти таблицы учитывают конституцию, присущую детям вьетнамского происхождения, доктор [G.], допрошенный по этому вопросу в ходе заседания, не смог дать какого-либо дополнительного уточнения; что патологоанатомическое обследование позволило сделать вывод о том, что легкое плода имело возраст от 20 до 24 недель; принимая во внимание, что из комплекса этих показаний следует, что возраст плода составлял от 20 до 24 недель, его параметры заставляют скорее склониться к низшей ветви эволюции; что в любом случае возраст этого плода очень близок к возрасту некоторых плодов, которые смогли выжить в Соединенных Штатах, как это указал доктор [G.]; что на фотографиях, фигурирующих в досье под номером D 32, изображен полностью сформировавшийся ребенок, чья жизнь была прервана в результате небрежности обвиняемого;
Принимая во внимание, что, как отметил апелляционный суд Дуэ (Douai) в своем Постановлении от 2 июля 1987 г., если повреждение, нанесенное ребенку, вызвало поражение, не повлекшее за собой смерть, квалификация непредумышленного нанесения вреда здоровью была признана без всякого колебания; что в отношении более тяжкого обвинения квалификация непредумышленного убийства должна быть признана в отношении повреждения, повлекшего смерть ребенка;
Принимая во внимание, что как строгое применение правовых принципов, так и научные данные, простые здравомыслящие рассуждения, приводят к тому, чтобы квалифицировать деяние как непредумышленное убийство в связи с повреждением, нанесенным по неосторожности или небрежности плоду в возрасте от 20 до 24 недель, находящемуся в полном здравии, в результате которого наступила его смерть;
Принимая во внимание, что, следовательно, судебное решение должно быть отменено...;
Принимая во внимание, что если гражданский иск [заявителя] приемлем, это будет лишь подтверждением уголовного преследования, суд не обладает компетенцией для того, чтобы высказываться в отношении требования о возмещении; что, действительно, ошибка, совершенная по неосторожности и небрежности доктором [G.], врачом общественной больницы, хотя не лишена тяжести, вместе с тем, не носит характер личной ошибки особой тяжести, отразившей общее нарушение основных принципов и обязанностей при выполнении задачи, определенной отдельно от медицинской службы;
Вместе с тем, принимая во внимание, что следует обязать доктора [G.] выплатить гражданскому истцу компенсацию в размере 5000 франков в соответствии со статьей 475-1 Уголовно-процессуального кодекса в качестве расходов, не возмещенных государством, и представленных этой стороной...».
22. Рассмотрев кассационную жалобу врача, Постановлением от 30 июня 1999 г. кассационный суд отменил постановление апелляционного суда г. Лиона и постановил, что не следует направлять дело на новое рассмотрение:
«В соответствии со статьей 111-4 Уголовного кодекса;»
Принимая во внимание, что уголовное законодательство имеет ограничительное толкование;
Принимая во внимание, что для того, чтобы признать [врача] виновным в непредумышленном убийстве суд второй инстанции отметил, что статья 2 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и статья 6 Международного пакта о гражданских и политических правах признают существование для каждого права на жизнь, защищаемое законом; что он отметил, что Закон от 17 января 1975 г. об умышленном прерывании беременности предусматривает принцип физической неприкосновенности человека с начала жизни, закрепленный в дальнейшем статьей 16 Гражданского кодекса в редакции Закона от 29 июля 1994 г.; что далее он сформулировал, что, предприняв действия без предварительного клинического осмотра, врач совершил ошибку по неосторожности и небрежности, что имело определенную причинную связь со смертью ребенка, которого носила пациентка;
Однако, принимая во внимание, что, высказываясь таким образом в то время, как факты обвинения, предъявленного обвиняемому, не предусмотрены статьями 319 бывшего и 221-6 Уголовного кодекса, апелляционный суд нарушил указанную выше норму...».
II. Применимое национальное законодательство и правоприменительная практика
23. Норма, применяемая в момент происходивших событий, предусматривающая наказание за непредумышленное покушение на жизнь, до 1 марта 1994 г. содержалась в статье 319 Уголовного кодекса Франции, которая была сформулирована следующим образом:
«Каждый, кто совершил непредумышленное убийство или непредумышленно явился его причиной в результате халатности, неосторожности, невнимания, небрежности или неисполнения установленных правил, подлежит наказанию в виде лишения свободы сроком от трех месяцев до двух лет и штрафу в размере от 1000 франков до 30000 франков».
24. С 1 марта 1994 г. соответствующей статьей является статья 221-6 Уголовного кодекса Франции (с изменениями, внесенными Законом № 2000-647 от 10 июля 2000 г. и Постановлением № 2000-916 от 19 сентября 2000 г.), входящая в состав раздела II («Непредумышленные посягательства на жизнь») главы II («Посягательства на жизнь человека») части II («Посягательства на человеческую личность») книги II («Преступления (crimes) и проступки ({delits}) против личности»). Статья 221-6 предусматривает:
«Причинение смерти другому лицу при условиях и в соответствии с различиями, предусмотренными в статье 121-3, в результате оплошности, неосторожности, невнимания, небрежности и неисполнения обязанности по безопасности или предосторожности, возложенной законом или иными положениями, образует непредумышленное убийство, которое наказывается лишением свободы сроком на три года лишения свободы и штрафом в размере 45000 евро.»
В случае умышленного неисполнения обязанности по безопасности или предосторожности, возложенной законом или иными положениями, предусмотренные наказания увеличиваются до пяти лет лишения свободы и штрафа в размере 75000 евро».
25. Статья 223-10 Уголовного кодекса Франции, которая касается умышленного прерывания беременности женщины без ее согласия третьим лицом, входит в состав раздела V («Незаконное прерывание беременности») главы III («Поставление лица в опасность») части II книги II:
«Прерывание беременности без согласия на это беременной женщины наказывается лишением свободы сроком на пять лет и штрафом в размере 75000 евро».
26. Раздел III («Защита человеческого эмбриона») главы I («Преступления в области биомедицинской этики») части I («Преступления в области здравоохранения») книги V («Иные преступления (crimes) и проступки ({delits})») содержит многочисленные запреты с точки зрения медицинской этики (статьи 511-15 — 511-25), среди которых, например, запрет на осуществление зачатия in vitro человеческих эмбрионов в исследовательских или экспериментаторских целях (статья 511-18).
B. Кодекс законов о здравоохранении
27. Во время происходивших событий срок давности действия, предусматривающего административную ответственность, составлял четыре года и период, в течение которого умышленное прерывание беременности являлось законным, составлял десять недель с момента зачатия.
28. Соответствующие положения Кодекса законов о здравоохранении, в частности после вступления в силу Закона № 2002-303 от 4 марта 2002 г. о правах пациентов и качестве системы здравоохранения, предусматривают следующее:
«Если ответственность накладывается в связи с дефектом продуктов здравоохранения, медицинские работники, упомянутые в части IV настоящего Кодекса, равно как и любое учреждение, служба или орган, в котором были предприняты индивидуальные меры по профилактике, диагностике или лечению несут ответственность за действия, которыми нанесен ущерб, по профилактике, диагностике или лечению только в случае совершения ошибки...».
«Практикующие частным образом медицинские работники, учреждения здравоохранения, службы здравоохранения и органы, упомянутые в статье L. 1142-1, и любое другое юридическое лицо, за исключением государства, осуществляющее действия по профилактике, диагностике или лечению, а также производители, поставщики и потребители продуктов здравоохранения, являющихся конечными продуктами, упомянутыми в статье L. 5311-1 за исключением пункта 5, при соблюдении положений статьи L. 1222-9 и L. 1222-11, L. 1222-14 и L. 1222-15, применяемых в случае таких действий, берут на себя страхование, с тем, чтобы гарантировать гражданскую или административную ответственность, которая может быть на них возложена в связи с причиненным вредом третьим лицам и в результате причинения вреда здоровью во время осуществления такой деятельности...».
«Действия, относящиеся к ответственности профессиональных сотрудников здравоохранения или учреждений здравоохранения или частных учреждений по профилактике, диагностике или лечению, имеют срок давности 10 лет, с учетом устранения вреда».
«Как указано в статье 16 Гражданского кодекса и воспроизводится в настоящей статье:»
«Закон устанавливает приоритет личности, запрещает любое посягательство на человеческое достоинство и гарантирует физическую неприкосновенность с начала жизни (момента рождения)».
«Принцип, упомянутый в статье L. 2211-1, может быть нарушен только в случае необходимости и в соответствии с условиями, определенными настоящей статьей.»
Изучение этого принципа и его последствий, информация о жизненно важных проблемах и национальной и международной демографии, воспитание ответственности, вступление ребенка в общество и семейная политика являются национальными обязательствами. Государство при содействии административно-территориальных образований исполняет эти обязательства и поддерживает способствующие этому инициативы».
«Беременная женщина, состояние здоровья которой ставит ее в опасность, может обратиться к врачу с просьбой о прерывании беременности. Такое прерывание беременности может быть осуществлено только до конца двенадцатой недели беременности».
«Умышленное прерывание беременности может быть осуществлено в любое время, если два врача, являющихся членами междисциплинарной бригады, удостоверяют, после того, как эта бригада вынесет свое консультативное заключение, о том, что продолжение беременности подвергает здоровье женщины серьезной опасности или что существует большая вероятность того, что ребенок родится с заболеванием особой тяжести, признанным неизлечимым на момент проведения диагностики...».
C. Позиция кассационного суда Франции
29. Дважды, несмотря на противоположные выводы генеральных адвокатов, кассационный суд Франции подтвердил свою позицию, занятую в данном отношении (см. выше § 22) в Постановлениях от 29 июня 2001 г. (Cass. ass. {plen}., Bull. № 165) и от 25 июня 2002 г. (Cass. crim., Bull. crim. № 144).
1. Постановление пленарного заседания от 29 июня 2001 г.
«В отношении двух доводов, выдвинутых генеральным прокурором при апелляционном суде г. Метца (Metz) и X.:»
Принимая во внимание, что 29 июля 1995 г. автомобиль, которым управлял Z..., ударил автомобиль, которым управляла Х., находившаяся на шестом месяце беременности, которая была ранена и вследствие удара потеряла вынашиваемого ею ребенка; что в соответствии с обжалуемым Постановлением (Метц, 3 сентября 1998 г.) Z... был приговорен за непредумышленное причинение вреда здоровью X..., с отягчающими обстоятельствами, поскольку управлял автомобилем, находясь в состоянии алкогольного опьянения, и оправдан в отношении обвинения в непредумышленном покушении на жизнь еще не рожденного ребенка;
Принимая во внимание, что он обжалует вынесенное постановление в связи с тем, что, с одной стороны, статья 221-6 Уголовного кодекса, предусматривающая наказание за действия, причиной которых стала смерть третьего лица, не исключает из поля применения еще не рожденного и жизнеспособного ребенка, ограничив сферу применения этого положения для ребенка, чье сердце забилось при рождении и который задышал, апелляционный суд добавил условие, не предусмотренное законом, и в связи с тем, что, с другой стороны, действие, непредумышленно вызвавшее смерть еще не родившегося ребенка, является непредумышленным убийством в связи с тем, что он был жизнеспособен в момент происходившего события, хотя он не дышал, когда был отделен от матери, таким образом, были нарушены статьи 111-3, 111-4 и 221-6 Уголовного кодекса и статья 593 Уголовно-процессуального кодекса;
Однако, принимая во внимание, что принцип законности преступлений и наказаний, который требует ограничительное толкование уголовного закона, препятствует тому, чтобы преступный характер деяния, предусмотренного статьей 221-6 Уголовного кодекса, определяющей наказание за непредумышленное убийство, распространялся на еще не рожденного ребенка, правовое положение которого регулируется специальными нормами об эмбрионе или плоде;
2. Постановление от 25 июня 2002 г. Палаты по уголовным делам
С учетом бывшей статьи 319, статей 221-6 и 111-4 Уголовного кодекса;
Принимая во внимание, что принцип законности преступлений и наказаний, который требует ограничительного толкования уголовного закона, препятствует тому, чтобы факт непредумышленного убийства вменялся в вину в случае смерти еще не родившегося ребенка;
Принимая во внимание, что из обжалуемого постановления следует, что Z., чья беременность, наблюдаемая X., подходила к концу 10 ноября 1991 г., поступила в клинику для проведения родов 17 ноября; что в 20:30, находясь под медицинским наблюдением, она сообщила об отклонении от нормы в сердечном ритме ребенка акушерке Y., которая отказалась вызвать врача; что новая проверка, проведенная на следующий день в 7:00, показала то же нарушение, а затем полную остановку сердца; что к 8:00 X... констатировала смерть; что вечером путем кесарева сечения было произведено извлечение мертворожденного ребенка, который согласно заключению о вскрытии не имел никаких пороков развития, однако страдал кислородным голоданием;
Принимая во внимание, что для того, чтобы признать Y... виновной в непредумышленном убийстве, и возложить на X..., которая была оправдана судом по уголовным делам, ответственность за гражданские последствия этого преступления, в постановлении указано, что смерть ребенка явилась следствием неосторожных и небрежных действий, совершенных врачом, воздержавшимся от усиленного наблюдения за пациенткой в связи с превышением срока беременности, акушеркой, забывшей уведомить о подозрительном нарушении сигнала сердечного ритма ребенка;
Что суды, отметив, что у мертворожденного ребенка не имелось каких-либо органических повреждений, которые могли объяснить причину смерти, высказались, «что этот ребенок являлся доношенным в течение нескольких дней и что, если бы не были совершены отмеченные ошибки, он имел возможность выжить сам, располагая человеческой природой, отличной от природы своей матери»;
Однако, принимая во внимание, что, высказываясь таким образом, апелляционный суд нарушил указанные выше нормы и принципы;
Из чего следует, что кассационная жалоба должна быть удовлетворена; что дело не должно быть направлено на новое рассмотрение в связи с тем, что действия не содержат какого-либо состава уголовно наказуемого преступления;
30. Палата по уголовным делам кассационного суда Франции сочла правомерными основания, выдвинутые в подтверждение своего решения апелляционным судом, который для того, чтобы признать обвиняемого виновным в непредумышленном убийстве ребенка, рожденного в день автомобильной аварии, в которой его мать, находившаяся на восьмом месяце беременности, была тяжело ранена, и умершего спустя час, признал, что водитель, потеряв контроль за управлением своего автомобиля, причинил смерть ребенку, который прожил час после рождения и умер в связи с необратимыми жизненно важными повреждениями, полученными в момент удара (Cass. crim., 2 декабря 2003 г.).
31. В статье, озаглавленной «Непредумышленные насильственные действия в отношении беременной женщины и непредумышленное убийство» (Recueil Dalloz 2004, p. 449) по поводу комментария Постановления, вынесенного Палатой по уголовным делам кассационного суда Франции 2 декабря 2003 г. (см. выше § 30), отмечается, что упомянутая судебная практика кассационного суда Франции (см. выше § 29) критиковалась 28 авторами статей из 34.
Среди критики в отношении толкования законов можно отметить краткую мотивацию постановлений кассационного суда Франции и непоследовательность защиты: было возможно применение уголовных санкций в отношении того, что причинил непредумышленный вред здоровью, в то время как оставался безнаказанным тот, кто непредумышленно явился причиной смерти плода; ребенок, который прожил несколько минут, признавался жертвой, а мертвый ребенок in utero был лишен этого права; свобода рожать должна быть защищена не меньше, чем свобода сделать аборт.
D. Поправка Гарро (Garraud)
32. 27 ноября 2003 г. Национальное собрание приняло во втором чтении законопроект об адаптации правосудия к развитию преступности; он включал в себя поправку Гарро, названную по имени депутата, инициировавшего поправку, в соответствии с которой предусматривался такой состав преступления, как непредумышленное прерывание беременности (НПБ).
33. Принятие этой поправки вызвало живую полемику, и Министр юстиции Пербан (Perben) после недели консультаций объявил 5 декабря 2003 г., что предложение депутата «ставит больше проблем, чем возможно», и высказался за ее отклонение. 23 января 2004 г. Сенат единогласно отклонил эту поправку. Это был уже второй раз, когда сенаторы отклонили такое предложение: в апреле 2003 года они уже высказались против при рассмотрении Закона об усилении борьбы с насилием на дорогах, принятого 12 июня 2003 г.
E. Законы о биоэтике
34. 11 декабря 2003 г. Национальное собрание приняло во втором чтении законопроект о биоэтике с целью внести изменения в Законы 1994 года о донорстве и использовании органов и тканей человеческого происхождения, о медицинской помощи при родах и предродовой диагностике в соответствии с тем, что было предусмотрено законодательством в тот период времени с учетом произошедшего за это время научного и медицинского прогресса и новых вопросов, вставших перед обществом. Законопроект усиливал гарантии в области информирования, а также исследования и получения согласия лиц в связи со стремительным техническим развитием, запрещал деятельность, признанную возможной с технической точки зрения (воспроизводительное клонирование), и регулировал деятельность, медицинская значимость которой была признана (исследования эмбриона in vitro). Он устанавливал регулирование и контроль (Агентство по рождаемости, эмбриологии и человеческой генетике), которые также обеспечивали функции сопровождения, дежурства и экспертизы в этих областях (http://www.assemblee-nationale.fr/dossiers/bioethique.asp).
III. Европейское право
A. Овьедская конвенция о правах человека и биомедицине
35. Конвенция о защите прав человека и человеческого достоинства в связи с применением достижений биологии и медицины, известная как Конвенция о правах человека и биомедицине, была открыта к подписанию 4 апреля 1997 г. в г. Овьедо (Oviedo) и вступила в силу 1 декабря 1999 г. Подписавшие эту Конвенцию государства-члены Совета Европы, прочие государства и Европейское сообщество:
будучи преисполнены решимости принять в области применения биологии и медицины меры, способные гарантировать человеческое достоинство и основные права и свободы личности,
Стороны настоящей Конвенции защищают достоинство человека и гарантируют каждому без исключения соблюдение личной неприкосновенности и других прав и основных свобод в связи с применением достижений биологии и медицины.
Каждая Сторона принимает в рамках своего внутреннего законодательства необходимые меры, отвечающие положениям настоящей Конвенции.
Переход между статьями: Ctrl + ← / →