Постановление ЕСПЧ от 04.10.2011
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 04.10.2011. 4056/08. 04.10.2011. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-405608
«Дело „Зафранас (Zafranas) против Греции“ (жалоба № 4056/08)»
с французского] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ЗАФРАНАС (ZAFRANAS) ПРОТИВ ГРЕЦИИ» (Жалоба № 4056/08)
(Страсбург, 4 октября 2011 года)
<*> Перевод с французского Ю.Ю. Берестнева.
По делу «Зафранас против Греции» Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Нины Ваич, Председателя Палаты,
Линоса-Александра Сицилианоса,
а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая 13 сентября 2011 г. за закрытыми дверями,
вынес следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 4056/08), поданной 10 января 2008 г. в Европейский суд против Греческой Республики двумя гражданами этого государства — Аристидисом Зафранасом (Aristidis Zafranas) и Вассилиосом Зафранасом (Vassilios Zafranas) (далее — первый заявитель, второй заявитель, заявители) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителей в Европейском суде представлял Д. Никопулос (D. Nikopoulos), член Коллегии адвокатов г. Салоники (Thessalonique). Власти Греции в Европейском суде были представлены представителем Уполномоченного Греции при Европейском суде по правам человека К. Георгиадисом (K. Georgiadis), советником Государственного совета Греции.
3. В частности, заявители утверждали о нарушении их права на уважение собственности.
4. 8 июня 2009 г. заместитель Председателя Первой секции Европейского суда принял решение коммуницировать жалобу властям Греции. Кроме того, на основании положений пункта 1 статьи 29 Конвенции он принял решение об одновременном рассмотрении жалобы по вопросу приемлемости и по существу.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
5. Заявители родились в 1937 и 1968 годах, соответственно, и проживают в г. Салоники.
A. Предыстория дела
6. Заявители владели тремя участками земли общей площадью около 29235 квадратных метров, расположенными в окрестностях г. Литохоро (Litohoro) в регионе Пиерия (Pieria) (район Маври Петра-Тополиани (Mavri Petra-Topoliani)). 19 апреля 1947 г. первый заявитель приобрел у М.К. (M.K.) два участка земли общей площадью 13000 квадратных метров на основании договора № 8341/1947. В 1986 году первый заявитель передал второму заявителю путем дарения право собственности без права пользования на один из этих земельных участков и сохранил право пользования этим участком. Кроме того, 5 июня 1991 г. на основании завещания № 13009/1981 мать первого заявителя Екатерини Зафрана (Ekaterini Zafrana) передала ему третий участок земли площадью 16235 квадратных метров. Покойный приобрел указанный участок земли 19 апреля 1947 г. у М.К. на основании договора № 8342/1947.
7. М.К. приобрел указанные участки земли 5 сентября 1936 г. на основании договора купли-продажи № 14868/1936, заключенного с Управлением церковным имуществом, которое распоряжалось имуществом монастыря Преподобного Дионисия Олимпийского (Saint Dionysios Olympou). Земельные участки являлись частью имущества, принадлежавшего монастырю, при этом на момент событий национальное законодательство предусматривало, что их последующая продажа частным лицам под угрозой признания сделки недействительной могла быть осуществлена по решению министра сельского хозяйства Греции об отмене запрета на сделку.
8. В соответствии с Решением № 119272 от 12 ноября 1946 г. министр сельского хозяйства Греции отменил запрет на продажу указанных земельных участков и разрешил М.К. «продать по своему усмотрению площади, приобретенные на основании Договора № 14868/1936». В этом Решении уточнялось, что М.К. приобрел соответствующий земельный участок через Управление церковным имуществом на основании Договора № 14868/1936.
B. Рассматриваемое разбирательство
9. 21 января 1988 г. на основании общеминистерского акта № M3553/844 вышеупомянутые земельные участки были экспроприированы для строительства железной дороги, соединяющей г. Лариссу (Larissa) с г. Платеос Иматиас (Plateos Imathias). Постановлением № 3050/1990 апелляционный суд г. Салоники установил единый, не подлежащий пересмотру размер компенсации за экспроприированную землю.
10. В ходе разбирательства по признанию лица, обладающего правом на компенсацию, предоставленную Постановлением апелляционного суда, государство оспорило право собственности заявителей в отношении экспроприированных земель и заявило о своих правах на нее. 31 августа 1990 г. суд первой инстанции г. Катерини (Katerini) отказал в вынесении решения по определению лица, обладающего правом на компенсацию за рассматриваемые земли, на том основании, что греческое государство подняло вопрос о своем праве собственности (Решение № 146/1990).
11. 28 ноября 1991 г. заявители обратились в суд большой инстанции г. Катерини с требованием признать их лицами, обладающими правом на компенсацию за отчужденное имущество, предоставляемую национальными судами.
12. 30 сентября 1998 г. суд большой инстанции г. Катерини удовлетворил их заявление. В частности, он установил, что экспроприированные участки являлись более значительной частью земли, которую М.К. приобрел у монастыря Преподобного Дионисия Олимпийского. Он приобрел указанные земли ipso jure в соответствии с церковным правом, когда монастырь Каналес (Kanales) был присоединен к монастырю Преподобного Дионисия Олимпийского вследствие пожара, разрушившего монастырь в 1933 году. Кроме того, суд большой инстанции признал, что монастырь Каналес, основанный в 1055 году, обрабатывал указанные земли и что по своей природе они не подлежали экспроприации, проводившейся в 1933 году с целью удовлетворения потребностей в жилье для переселенцев. Суд отметил, что вышеизложенное было подтверждено Решением министра сельского хозяйства Греции 1946 года, разрешившим М.К. продать свою собственность (Решение № 292/1998).
13. 5 февраля 1999 г. греческое государство подало апелляционную жалобу на это Судебное решение.
14. 20 сентября 1999 г. апелляционный суд г. Салоники оставил без изменения Судебное решение № 292/1998 (Постановление № 2730/1999).
15. 5 января 2000 г. государство предписало Депозитно-сохранной кассе (Caisse des {depots} <*> et consignations) выплатить заявителям во исполнение Постановления № 2730/1999 компенсацию, предоставляемую национальными судами в связи с экспроприацией их земель, а именно 64416450 драхм (около 198357 евро).
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
16. 14 марта 2000 г. греческое государство подало кассационную жалобу на указанные Судебные решения.
17. 20 февраля 2002 г. высшая судебная инстанция отменила Постановление № 2730/1999 и направила дело на новое рассмотрение в апелляционный суд в связи с тем, что указанный суд не принял во внимание документы, которые могли иметь существенное значение для решения по делу (Постановление № 315/2002).
18. 16 мая 2003 г. апелляционный суд г. Салоники отменил Решение № 292/1998 суда большой инстанции г. Катерини. Апелляционный суд отметил, что статья 21 Законодательного указа 22.4/16.5.1926 запрещала любое приобретение прав государства на земли, собственником которых оно являлось, исключая, таким образом, возможность их приобретения в силу приобретательной давности. Он напомнил, что из совокупности положений национального законодательства, в частности, Закона о вступлении в силу Гражданского кодекса Греции, статей 18 и 21 Закона 21.6/3.7.1837, Закона (...)/1912 <*> и статьи 21 Законодательного указа 22.4/16.5.1926, следует, что приобретение в силу обычной приобретательной давности земли, официальным собственником которой являлось государство, было разрешено, если заинтересованное лицо могло доказать непрерывное владение оспариваемой землей в течение не менее 30 лет, предшествовавших 11 сентября 1915 г., до даты предъявления заявления в компетентный судебный орган. Суд установил, что заинтересованные лица не смогли доказать, что предыдущие собственники непрерывно владели оспариваемыми землями в течение 30 лет до 1915 года.
<*> Текст на национальном языке не приводится.
19. Апелляционный суд признал, что, как следует из материалов дела, во время османской оккупации Греции оспариваемые земли служили пастбищами, являлись бесплодными и, следовательно, в соответствии с османским правом монастырь Каналес не мог быть их собственником. Апелляционный суд признал, что после освобождения Греции от турецкого влияния греческое государство стало собственником оспариваемых земель. Более того, суд установил, что М.К. никогда не являлся собственником рассматриваемых земель, поскольку он приобрел их у монастыря Каналес, который сам никогда не являлся их собственником. Кроме того, апелляционный суд признал, что М.К. «воспользовался неясностью и спорами, существовавшими между государственными органами о наличии и объеме права собственности государства на рассматриваемые земли, и добился принятия Решения министра сельского хозяйства Греции № 119272/1946, которое разрешало ему совершить их продажу». Апелляционный суд установил, что заявители не стали собственниками рассматриваемых земель, поскольку М.К. не являлся их собственником на момент совершения сделки, и в отношении последующего периода — приобретение в силу обычной давности владения у государства не допускалось. Кроме того, апелляционный суд установил, что в настоящем деле вопреки тому, что утверждали заявители, греческое государство не осуществляло свое право собственности неправомерно. Суд пришел к выводу, что заявители не являлись лицами, обладающими правом на компенсацию за отчужденное имущество (Постановление № 1498/2003).
20. 18 сентября 2003 г. заявители подали кассационную жалобу. В частности, они утверждали, что Постановление № 1498/2003 не было достаточным образом мотивировано и что упомянутый суд не произвел надлежащей оценки доказательств, в том числе документов о праве собственности.
21. 6 июня 2007 г. Кассационный суд Греции отказал в удовлетворении жалобы заявителей. Суд установил, что Постановление № 1498/2003 не страдало отсутствием мотивации и оценка доказательств апелляционным судом являлась надлежащей (Постановление № 1292/2007). Это Постановление было оформлено и надлежащим образом удостоверено 11 июля 2007 г.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение права на защиту собственности
22. Заявители утверждали, что в настоящем деле было нарушено их право на защиту собственности в связи с тем, что указанное разбирательство не было обеспечено процессуальными гарантиями, необходимыми для того, чтобы позволить компетентным судам справедливо разрешить спор. В связи с этим заявители отметили, что обязанность доказать в целях получения компенсации за отчужденное имущество, что они и предыдущие собственники непрерывно владели рассматриваемыми землями в течение 30 лет до 1915 года и до подачи их судебного иска, является невыполнимой процессуальной обязанностью. Заявители ссылались на пункт 1 статьи 6 Конвенции, статьи 13 и 14 Конвенции, а также на статью 1 Протокола № 1 к Конвенции. Европейский суд рассмотрит жалобу только в свете статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции — положения, в отношении которого заявители сформулировали точную жалобу и которое также является соответствующим в настоящем деле. Данная статья гласит:
«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.»
Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов».
A. Приемлемость жалобы
1. Доводы сторон
23. Во-первых, власти Греции утверждали, что в своих доводах заявители описали то, каким образом апелляционный суд и Кассационный суд Греции рассмотрели дело, употребив слова «откровенно и весьма абсурдно». Власти Греции считали, что в данном случае речь идет о злоупотреблении правом подачи индивидуальной жалобы, что должно повлечь за собой неприемлемость жалобы заявителей в соответствии с подпунктом «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции.
24. Во-вторых, власти Греции утверждали, что заявители не исчерпали внутригосударственные средства правовой защиты, поскольку они не обращались в национальные суды в отношении предполагаемого нарушения их права на защиту собственности. В частности, власти Греции ссылались на то, что заявители не поднимали в компетентных судах вопрос о том, что предусмотренное законом обязательство доказать непрерывное владение рассматриваемыми землями в течение 30 лет до 1915 года и до настоящего времени противоречит статье 1 Протокола № 1 к Конвенции. Наконец, власти Греции отметили, что жалоба заявителей является неприемлемой ratione materiae. Они утверждали, что национальные суды пришли к выводу о том, что заявители не являлись обладателями права на рассматриваемое недвижимое имущество. Следовательно, они не должны рассматриваться как владельцы «имущества» по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
25. Заявители утверждали, что существо спора, разрешавшегося в национальных судах, не касалось вопроса владения рассматриваемыми землями как такового, оно относилось к вопросу права на компенсацию за соответствующее отчужденное недвижимое имущество. Следовательно, вопрос, требовавший разрешения, относился только к праву собственности. Кроме того, он относился к реальной и определенной собственности, а именно выплате компенсации за отчужденное имущество.
2. Мнение Европейского суда
26. В отношении первого возражения властей Греции Европейский суд напомнил, что право на подачу индивидуальной жалобы осуществлено со злоупотреблением, например, если заявитель в переписке с Европейским судом использовал оскорбительные, обидные, угрожающие или провокационные выражения по отношению к властям государства-ответчика, его представителю при Европейском суде, его государственным органам, самому Европейскому суду, его судьям, Секретариату Суда или его сотрудникам (см. Постановление Европейского суда по делу «Миролюбов и другие против Латвии» ({Mirolubovs} and Others v. Latvia) от 15 сентября 2009 г., жалоба № 798/05, § 64, Решение Европейского суда по делу «Дюранже и Гранж против Франции» (Duringer and Grunge v. France), жалобы № 61164/00 и 18589/02, ECHR 2003-II, Решение Европейского суда по делу «Ржегак против Чешской Республики» ({Rehak} v. Czech Republic) от 18 мая 2004 г., жалоба № 67208/01). Кроме этого не достаточно, чтобы речь заявителя была просто разговорной, спорной или язвительной; он должен превысить «пределы обычной, присущей гражданину и правомерной критики» для того, чтобы быть квалифицированной как злоупотребление (см. Решение Европейского суда по делу «Ди Салво против Италии» (Di Salvo v. Italy) от 11 января 2007 г., жалоба № 16098/05). В настоящем деле Европейский суд отметил, что выражение «абсурдный», использованное заявителями, несомненно, является разговорным, тем более что оно относится к судебным постановлениям. Тем не менее оно не достигло уровня, требуемого для того, чтобы квалифицировать его как оскорбительное, обидное, угрожающее или провокационное. По этому пункту следует отметить, что речь не идет об отдельном выражении в замечаниях, представленных заявителями, что не подтверждает мысль о том, что они намеренно подали свою жалобу со злоупотреблением. Следовательно, Европейский суд отклонил данное возражение властей Греции.
27. В отношении двух других возражений, выдвинутых властями Греции, Европейский суд счел, что они тесно связаны с существом жалобы, изложенной заявителями на основании статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, и решил присоединить их к рассмотрению дела по существу. Европейский суд установил, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее он отметил, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Следовательно, данная часть жалобы должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
B. Существо жалобы
1. Доводы сторон
28. Власти Греции ссылались на возможность существования специальной нормы, примененной апелляционным судом г. Салоники в настоящем деле и относящейся к условиям приобретения в силу давности владения недвижимого имущества, принадлежащего государству. В частности, власти Греции ссылались на то, что различие между условиями приобретения в силу давности владения между отдельными физическими лицами, с одной стороны, и физическим лицом и государством, с другой, в принципе, является разумным. Таким образом, правильно принимать во внимание, в частности, соображения общественного интереса, которые диктуют усиленную защиту в отношении условий приобретения в силу давности владения земли, принадлежащей государству. Власти Греции отметили, в целом, что неприменимость срока давности к государственной собственности не противоречит статье 1 Протокола № 1 к Конвенции, поскольку речь идет о мере, которая служит общественным интересам. Власти Греции добавили, что национальное право, примененное в настоящем деле, являлось предвидимым и доступным заявителям, которые также должны были знать условия, позволяющие им стать собственниками земли, которая являлась частью государственного имущества. Кроме того, власти Греции утверждали, что национальные суды справедливо сделали вывод о том, что заявители не являются собственниками рассматриваемых земель, поскольку их прежний собственник, М.К., приобрел эти земли у юридического лица, которое не являлось собственником. Власти Греции утверждали, что заявители должны были тщательно изучить правовое состояние рассматриваемых земель до их приобретения у М.К. и что положение, в котором оказались заявители в настоящее время, не может быть вменено в вину государству, а является следствием упущения самих заявителей. По мнению властей Греции, компетенцией для разрешения вопроса о владении землей обладает суд по гражданским делам, а не юридическое лицо публичного права, такое как Управление церковным имуществом, или административные органы, выносившие решения по вопросам экспроприации. По мнению властей Греции, эти органы никогда не изучают углубленно правовое положение земли и в некоторых случаях могут ошибиться в отношении ее действительного собственника.
29. Заявители возразили, что их жалоба не направлена в целом на неприменимость срока давности к государственной собственности, которая на практике предусмотрена внутригосударственным правом. Они жаловались на то, что национальные суды фактически полностью не оценили документы на право владения собственностью, которые они представили в суды, рассматривавшие вопрос собственности оспариваемых земель. Они утверждали, что запрет приобретательной давности в отношении государства был применен в настоящем деле без соблюдения принципа nemo auditur propriam turpitudinem allegans, а именно что государство не может вменять в вину заявителям свои собственные ошибки. В частности, апелляционный суд г. Салоники поставил заявителям в вину то, что М.К. воспользовался неясностью и спорами между органами государственной власти о наличии и объеме права собственности государства на рассматриваемые земли. При этом компетентные суды полностью нарушили Решение министра сельского хозяйства Греции № 119272/1946. Такая оценка не может быть совместима с требованиями справедливого судебного разбирательства.
2. Мнение Европейского суда
30. Прежде всего, Европейский суд должен рассмотреть вопрос о том, обладали ли заявители «имуществом» по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции. Европейский суд напомнил, что в соответствии с его устоявшейся прецедентной практикой заявитель может утверждать о нарушении статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции только в том случае, если решения, на которые он жалуется, относятся к его «имуществу» по смыслу этого положения. Понятие «имущество» имеет автономное значение, которое не сводится к владению физическими вещами и не зависит от формальной классификации в национальном праве: некоторые другие права и интересы, представляющие собой активы, могут также рассматриваться как «имущественные права» и «имущество» для целей данного положения. В каждом деле необходимо изучить вопрос о том, можно ли с учетом обстоятельств дела, в целом, признать, что заявитель имел право на существенный интерес, охраняемый статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Иатридис против Греции» (Iatridis v. Greece), жалоба № 31107/96, § 54, ECHR 1999-II, и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Брониовски против Польши» (Broniowski v. Poland), жалоба № 31443/96, § 129, ECHR 2004-V).
31. В настоящем деле Европейский суд отметил, что рассматриваемое разбирательство касалось признания заявителей в качестве лиц, обладающих правом на компенсацию за отчужденное имущество, предоставляемую внутригосударственными судами (см. выше § 11). Вопрос о собственности на рассматриваемые земли был только косвенно связан с предметом разбирательства в национальных судах, поскольку он определял условия выплаты компенсации заявителям за отчужденное имущество. Европейский суд отметил три существенных элементы в отношении вопроса, являлись ли заявители обладателями «имущества» в настоящем деле. Во-первых, внутригосударственные суды установили окончательный единый размер компенсации в соответствии с Постановлением № 3050/1990 апелляционного суда г. Салоники. Во-вторых, заявители имели право на компенсацию за отчужденное имущество, тогда как апелляционный суд г. Афины сделал вывод на основании Постановления № 1498/2003, что они не являлись собственниками рассматриваемых земель и что, следовательно, они не имеют права на компенсацию за отчужденное имущество. В-третьих, заявители стали собственниками соответствующих земель на основании договоров № 8341 и 8342/1947, законность которых, как следует из материалов дела, не была оспорена в ходе указанного разбирательства. Принимая во внимание вышеизложенное, Европейский суд счел, что заявители основывались на элементах, достаточных для того, чтобы отстаивать в компетентных судах выплату компенсации за отчужденное имущество, поскольку их жалоба основывалась, в частности, на документах о праве собственности, имеющих законную силу. Следовательно, в интересах настоящего спора Европейский суд установил, что заявители имели имущественный интерес, образующий «имущество» по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу «Насту против Греции» (Nastou v. Greece) от 16 января 2003 г., жалоба № 51356/99, § 28).
b) Соблюдение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции
32. Европейский суд напомнил, что в соответствии с его устоявшейся прецедентной практикой статья 1 Протокола № 1 к Конвенции, которая по сути гарантирует право на защиту имущества, содержит три отдельных правила: первое правило, изложенное в первом предложении пункта 1, является основным правилом и формулирует принцип уважения собственности, второе правило, изложенное во втором предложении пункта 1, охватывает вопрос о лишении собственности и ставит ее в зависимость от определенных условий, третье правило, изложенное в пункте 2, признает, что Договаривающиеся Стороны имеют право помимо других действий осуществлять контроль за использованием собственности в соответствии с общими интересами. Второе и третье правила касаются определенных случаев ущемления права на уважение собственности и поэтому должны толковаться в свете основного принципа, отраженного в первом правиле (см., среди прочих прецедентов, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Анхойзер-Буш Инк.» против Португалии» (Anheuser-Busch Inc. v. Portugal), жалоба № 73049/01, § 62, ECHR 2007).
33. В настоящем деле вопрос, который необходимо рассмотреть, касается гарантий, присущих судебному разбирательству, которое окончилось непризнанием за заявителями права на получение компенсации за отчужденное имущество. Принимая во внимание особые обстоятельства дела, Европейский суд счел, что настоящее дело не относится ни к случаю непосредственного лишения имущества, принадлежавшего заявителям, ни к регламентации использования этого имущества. Следовательно, оно не может быть отнесено ни к одной отдельной категории, установленной статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции. В связи с этим Европейский суд установил, что необходимо рассмотреть дело в свете общего правила этой статьи.
34. Европейский суд вновь отметил, что его полномочия по рассмотрению вопросов о соблюдении национального законодательства ограничены (см. Постановление Европейского суда по делу «Хаканссон и Стурессон против Швеции» ({Hakansson} and Sturesson v. Sweden) от 21 февраля 1990 г., § 47, Series A, № 171-A) и что в его задачу не входит подмена собой внутригосударственных судов. Именно национальные органы власти, в частности, суды, должны решать вопрос толкования национального законодательства (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Уэйт и Кеннеди против Германии» (Waite et Kennedy v. Germany), жалоба № 26083/94, § 54, ECHR 1999-I). Тем не менее роль Европейского суда состоит в том, чтобы выяснить, являются ли выводы, к которым пришли национальные суды, совместимыми с правами, гарантированными Конвенцией и ее Протоколами.
35. Европейский суд напомнил, что в соответствии со статьей 1 Конвенции каждая из Высоких Договаривающихся Сторон «обеспечива[ет] каждому, находящемуся под их юрисдикцией, права и свободы, определенные в... Конвенции». Данное обязательство гарантировать эффективное осуществление прав, закрепленное в указанном положении, может повлечь за собой позитивные обязательства для государства. В подобном случае государство не должно ограничивать себя, оставаясь бездейственным, и «не должно проводиться различие между действиями и бездействием» (см. Постановление Европейского суда по делу «Совтрансавто Холдинг» против Украины» (Sovtransavto Holding v. Ukraine), жалоба № 48553/99, § 96, ECHR 2002-VII).
36. Европейский суд напомнил, что, несмотря на то, что статья 1 Протокола № 1 к Конвенции не содержит прямых процессуальных требований, судебное разбирательство, касающееся права на уважение собственности, должно также предоставить соответствующему лицу разумную возможность передать свое дело на рассмотрение компетентного органа с целью эффективного оспаривания мер, составляющих вмешательство в права, гарантированные данным положением. Для того, чтобы убедиться в соблюдении этого условия, необходимо всесторонне рассмотреть применимые процедуры (см. Постановление Европейского суда по делу «Йокела против Финляндии» (Jokela v. Finland), жалоба № 28856/95, § 45, ECHR 2002-IV, Постановление Европейского суда по делу «Капитал банк АД» против Болгарии» (Capital Bank AD v. Bulgaria), жалоба № 49429/99, § 134, ECHR 2005-XII).
37. В настоящем деле Европейский суд отметил, что национальное законодательство запрещает любое приобретение прав государства на земли, собственником которых оно является, также исключив возможность приобретения в силу давности владения. Кроме того, приобретение в силу обычной давности владения земли, официальным собственником которой является государство, разрешается в виде исключения в случае, когда заинтересованное лицо доказало непрерывное владение оспариваемыми землями в течение 30 лет до 11 сентября 1915 г. и до момента подачи жалобы в компетентный суд. В настоящем деле Постановлением № 1498/2003, вынесенном в соответствии с Постановлением Кассационного суда Греции № 315/2002, апелляционный суд г. Салоники, который вначале пришел к выводу, что заявители являлись собственниками указанных земель, отклонил иск заявителей о признании их в качестве лиц, имеющих право на компенсацию за отчужденное имущество. Данный суд установил, что заявителям не удалось доказать, что предыдущие собственники непрерывно владели указанными землями в течение 30 лет до 1915 года.
38. Европейский суд счел необходимым ограничить предмет настоящего дела. Прежде всего, он отметил, что обычно не рассматривает вопрос о совместимости правила неприменимости срока давности в отношении государственного имущества с правом на защиту имущества. По этому вопросу следует отметить, что, как следует из прецедентной практики Европейского суда, неприменимость срока давности и неотчуждаемость государственного имущества обычно не поднимают вопросы с точки зрения статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции (см. в этом отношении Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Броссе-Трибуле и другие против Франции» (Brosset-Triboulet and Others v. France) от 29 марта 2010 г., жалоба № 34078/02, § 67). К тому же Европейский суд счел, что существование различных условий приобретения в силу давности владения недвижимого имущества между физическими лицами, с одной стороны, и между физическим лицом и государством, с другой, в принципе не противоречит статье 1 Протокола № 1 к Конвенции. В отношении регламентации государством условий давности владения, когда это также касается вопроса освоения территории, Европейский суд напомнил, что в этой области государство пользуется широкими пределами усмотрения (см. Постановление Европейского суда по делу «Амер против Бельгии» (Hamer v. Belgium), жалоба № 21861/03, § 78, ECHR 2007-XIII). В частности, государство не находится в одинаковом положении с физическим лицом в отношении способности проверить состояние своей собственности и узнать о возможном посягательстве на эту собственность. В итоге условие более длительного промежутка времени для обычной давности владения физическим лицом в ущерб государству, чем для приобретения в силу давности владения между физическими лицами, оправдано защитой общественного интереса.
39. Кроме того, в настоящем деле Европейский суд не должен высказываться по вопросу владения указанными землями как таковому, он должен выяснить, была ли предоставлена заявителям национальными судами соответствующая возможность для того, чтобы были выслушаны их доводы по вопросу, который являлся предметом спора, а именно права на получение компенсации за отчужденное имущество. В этом отношении Европейский суд отметил, что, подав заявление в суды по гражданским делам, заявители требовали получения компенсации за отчужденное имущество в качестве владельцев указанных земель, что непосредственно относится к праву на защиту их имущества, гарантированному статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции. Более того, подав кассационную жалобу в Кассационный суд Греции на Постановление № 1498/2003 апелляционного суда г. Салоники, заявители поставили вопросы о надлежащем характере разбирательства, которое является предметом настоящего дела. Следовательно, они предоставили высшему суду возможность исправить положение, на которое они жалуются в настоящее время в Европейский суд, исчерпав доступные для этого средства правовой защиты (см. среди прочих прецедентов Постановление Европейского суда по делу «Вонтас и другие против Греции» (Vontas and Others v. Greece) от 5 февраля 2009 г., жалоба № 43588/06, § 22, и в принципе Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Фрессоз и Руар против Франции» (Fressoz and Roire v. France), жалоба № 29183/95, § 37, ECHR 1999-I).
40. Относительно существа жалобы Европейский суд, прежде всего, отметил, что заявители требовали признания их права на получение компенсации за отчужденное имущество на основании законных документов о праве собственности, которые были составлены в соответствии с процедурой, предусмотренной законом, а именно участием нотариусов и регистрацией документов о праве собственности в ипотечной службе. В частности, заявители ссылались на договоры № 8341 и 8342/1947, в соответствии с которыми первый заявитель и его мать приобрели в 1947 году указанную землю у М.К., договоре № 14868/1936, заключенном последним с Управлением церковным имуществом, и Разрешении министра сельского хозяйства Греции № 119272/1946. Таким образом, настоящее дело отличается от других дел, уже рассмотренных Европейским судом, в которых заявители обосновывали свое право на пользование недвижимым имуществом не документами о праве собственности, а разрешениями на владение, выданными государством, или простой терпимостью со стороны властей по отношению к незаконному положению (см., соответственно, упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Броссе-Трибуле и другие против Франции», § 70, и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Амер против Бельгии», § 76).
41. Европейский суд напомнил, что в большей части современных правовых систем права на недвижимое имущество четко определены законодательством; система документов о праве собственности существует для того, чтобы гарантировать правовую обеспеченность в отношении владельцев недвижимого имущества. Следовательно, заинтересованные лица, могут ссылаться на свои документы о праве собственности, при необходимости доказать, что недвижимое имущество принадлежит им (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Вонтас и другие против Греции», § 41). Следовательно, в настоящем деле заявители обоснованно ссылались не только на договоры № 8341 и 8342/1947, но также на договор № 14868/1936, заключенный предыдущим владельцем, для того, чтобы доказать свои права на владение соответствующими землями.
42. Европейский суд признал особое значение того факта, что предшественник заявителей получил Решение министра сельского хозяйства Греции № 119272/1946, в соответствии с которым ему недвусмысленно было разрешено «продать по своему усмотрению площади, приобретенные в соответствии с договором № 14868/1936». Такое разрешение в соответствии с законом было необходимо для любой земли, относящейся к монастырскому имуществу. В указанном Решении уточнялось, что М.К. приобрел соответствующую землю через Управление церковным имуществом в соответствии с Договором № 14868/1936. Таким образом, Европейский суд установил, что во внутригосударственных судах заявители ссылались на основательные правовые базы для того, чтобы обосновать свое право на собственность, а именно Договор № 14868/1936 и Решение министра сельского хозяйства Греции № 119272/1946 относительно правового статуса указанных земель до их приобретения. Действительно, не вызывает сомнения, что министр сельского хозяйства Греции не выдал бы разрешения М.К. продать указанные земли третьим лицам, если бы он считал, что эти земли являются частью государственного имущества.
43. Безусловно, апелляционный суд г. Салоники в ходе второго рассмотрения дела не учел Решение министра сельского хозяйства Греции № 119272/1946, признав, что М.К., предшественник заявителей, «воспользовался неясностью и спорами, существовавшими между государственными органами о наличии и объеме права собственности государства на эти земли, и добился принятия решения министра сельского хозяйства Греции, которое разрешало ему совершить их продажу». Европейский суд счел, что национальные власти не могли обоснованно пользоваться предполагаемым отсутствием согласованности своей внутренней организации, чтобы уклониться от применения законных административных актов (см. в этом отношении упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Амер против Бельгии», § 76). Кроме того, относительно специфической позиции, занятой национальным судом, такой способ рассмотрения дела равносилен тому, чтобы сделать отрицательные выводы в ущерб участникам судебного разбирательства в связи с качеством функционирования государственных органов, которое, однако, не было вменено им в вину. В этом отношении необходимо отметить, что законность Решения № 119272/1946 как таковая не была оспорена апелляционным судом г. Салоники в его Постановлении № 1498/2003.
44. Европейский суд принял к сведению довод властей Греции о том, что компетенцией для разрешения вопроса о собственности земли обладает суд по гражданским делам, а не административные органы, которые высказываются по вопросам отчуждения этой земли. Европейский суд согласен с властями Греции в том, что компетентный суд, несомненно, может разрешить по существу вопрос о собственности недвижимого имущества. Тем не менее это не должно означать, что законные административные акты, принятые в это время компетентными органами в отношении данного имущества, лишены правовых последствий в связи с простой ссылкой на неясность или отсутствие предполагаемой согласованности между различными органами государственной власти. Такой подход противоречит принципу правовой определенности, на который неизбежно рассчитывают лица, участвующие в разбирательстве, для того, чтобы приступить к осуществлению сделки купли-продажи недвижимого имущества.
45. Принимая во внимание изложенное, Европейский суд установил, что в Постановлении апелляционного суда г. Салоники № 1498/2003, оставленном без изменения Постановлением Кассационного суда Греции № 1292/2007, не были соблюдены вышеупомянутые правовые принципы и, в частности, принцип правовой определенности. Разбирательство, проведенное внутригосударственными судами, также нарушило «справедливый баланс» между требованиями общественного интереса и необходимыми условиями защиты права граждан на уважение их имущества. Следовательно, государство не выполнило свое обязательство по обеспечению заявителям эффективного пользования правом на собственность, гарантированным статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции.
Следовательно, Европейский суд отклонил возражения властей Греции о неприемлемости ratione materiae жалобы и неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты и постановил, что имело место нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
II. Применение статей 41 и 46 Конвенции
46. Статьи 41 и 46 Конвенции гласят:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
«1. Высокие Договаривающиеся Стороны обязуются исполнять окончательные постановления Суда по делам, в которых они являются сторонами.»
2. Окончательное постановление Суда направляется Комитету министров, который осуществляет надзор за его исполнением».
A. Ущерб
47. Заявители утверждали, что до настоящего времени органы власти не потребовали сумму, уже предоставленную им в качестве компенсации за отчужденное имущество. Они отметили, что испытывают обеспокоенность в связи с вероятностью, что они будут вынуждены возвратить государству компенсацию за отчужденное имущество на основании Постановления апелляционного суда г. Салоники № 1498/2003, оставленного без изменения Постановлением Кассационного суда Греции № 1292/2007. Таким образом, они просили предоставить им сумму в размере 20000 евро каждому в качестве компенсации причиненного им морального вреда.
48. Власти Греции утверждали, что сумма, требуемая заявителями, является завышенной. Они считали, что сам факт установления нарушения будет представлять собой достаточную справедливую компенсацию морального вреда. В качестве альтернативы они указывали, что сумма, которая может быть присуждена в качестве компенсации морального вреда, не должна превышать 10000 евро.
49. В отличие от властей Греции Европейский суд счел, что сам факт установления нарушения статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции не может достаточным образом компенсировать моральный вред, причиненный заявителям. Вместе с тем Европейский суд считает требуемую сумму завышенной. Исходя из принципа справедливости в соответствии со статьей 41 Конвенции, Европейский суд предоставил каждому из заявителей по 10000 евро в качестве компенсации причиненного морального вреда, а также сумму налогов, которые могут быть начислены на данную сумму.
50. Кроме того, Европейский суд подчеркнул, что в соответствии со статьей 46 Конвенции Высокие Договаривающиеся Стороны обязуются исполнять окончательные постановления Европейского суда по делам, в которых они являются сторонами, при этом Комитет министров Совета Европы осуществляет надзор за их исполнением. Из этого, в частности, следует, что государство-ответчик, признанное ответственным за нарушение Конвенции или ее Протоколов, должно не только выплатить заинтересованным лицам суммы, предоставленные в качестве справедливой компенсации, но также под надзором Комитета министров Совета Европы избрать меры общего характера и/или при необходимости индивидуальные меры, которые должны быть приняты в национальной правовой практике, чтобы положить конец нарушениям, установленным Европейским судом, и устранить, насколько возможно, их последствия (см. Постановление Европейского суда по делу «Де Клерк против Бельгии» (De Clerck v. Belgium) от 25 сентября 2007 г., жалоба № 34316/02, § 97). Кроме того, находясь под контролем Комитета министров Совета Европы, государство-ответчик свободно в выборе способов, которыми оно будет исполнять свои обязательства согласно статье 46 Конвенции, при условии, что такие способы не противоречат выводам, содержащимся в Постановлении Европейского суда (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Скоццари и Джунта против Италии» (Scozzari and Giunta v. Italy), жалобы № 39221/98 и 41963/98, ECHR 2000-VIII).
51. В настоящем деле Европейский суд отметил, что, как следует из материалов дела и как утверждали заявители, а также не оспаривалось властями Греции, последние были обязаны предоставить в соответствии с Постановлением апелляционного суда г. Салоники № 2730/1999 компенсацию в связи с отчуждением оспариваемых земель (см. выше § 15 и 47). В Постановлении апелляционного суда г. Салоники № 1498/2003, оставленном без изменения Постановлением Кассационного суда Греции № 1292/2007, содержится вывод о том, что заявители не являются собственниками рассматриваемого имущества и, следовательно, они не имеют права на получение компенсации за отчужденное имущество. Таким образом, в настоящее время заявители подвергнуты риску быть вынужденными возвратить органам власти компенсацию за отчужденное имущество. Однако Европейский суд в настоящем деле пришел к выводу, что Постановление апелляционного суда г. Салоники № 1498/2003 не соответствует принципу правовой определенности, в частности, признав, что заявители ссылались на законные документы о праве собственности для того, чтобы доказать свое право собственности в национальных судах. Следовательно, принимая во внимание особые обстоятельства дела, Европейский суд счел, что отсутствие требования со стороны национальных властей возвратить предоставленную заявителям компенсацию за отчужденное имущество является соответствующей формой устранения нарушения, которая позволит эффективно положить конец установленному нарушению статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
B. Судебные расходы и издержки
52. Заявители не представили требований о компенсации судебных расходов и издержек. Следовательно, Европейский суд решил не присуждать компенсации в этом отношении.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
53. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
-
присоединил к рассмотрению по существу возражения властей Греции о неприемлемости жалобы ratione materiae и неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты и отклонил их;
-
постановил, что имело место нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции;
-
постановил, что государство-ответчик должно воздержаться от требования возвратить компенсацию за отчужденное имущество, предоставленную заявителям в рамках настоящего дела;
a) государство-ответчик должно выплатить каждому из заявителей в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции по 10000 (десять тысяч) евро в качестве компенсации причиненного морального вреда плюс сумму любых налогов, которые могут быть начислены на эту сумму;
b) по истечении указанного трехмесячного срока и до произведения окончательной выплаты на указанные суммы начисляются простые проценты в размере предельной годовой ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента;
Совершено на французском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 4 октября 2011 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
Серен НИЛЬСЕН