Постановление ЕСПЧ от 15.02.2008
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 15.02.2008. 27278/03. 15.02.2008. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2727803
«Дело „Арванитаки-Роботи (Arvanitaki-Roboti) и другие против Греции“ (жалоба № 27278/03) [рус., англ.]»
(Вместе со «Списком заявителей»)
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «АРВАНИТАКИ-РОБОТИ (ARVANITAKI-ROBOTI) И ДРУГИЕ ПРОТИВ ГРЕЦИИ» (Жалоба № 27278/03)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 15 февраля 2008 года)
<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
По делу «Арванитаки-Роботи и другие против Греции» Европейский суд по правам человека, заседая Большой палатой в составе:
Жан-Поля Коста, Председателя Палаты,
а также при участии Венсена Берже, юрисконсульта Суда,
заседая 7 марта 2007 г. и 9 января 2008 г. за закрытыми дверями,
вынес на последнем заседании следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 27278/03), поданной 4 августа 2003 г. в Европейский суд против Греческой Республики 91 гражданином Греции, указанным в Приложении к настоящему Постановлению (далее — заявители), в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителей в Европейском суде представляли З. Цилиука-Мусмула (Z. Tsiliouka-Mousmoula) и И. Стамулис (I. Stamoulis), члены коллегии адвокатов г. Афин (Athens). Власти Греции в Европейском суде были представлены представителями Уполномоченного Греции при Европейском суде по правам человека Г. Скиани (G. Skiani) и К. Георгиадисом (K. Georgiadis), советниками Государственного совета Греции.
3. Заявители, ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции, жаловались, inter alia, на длительность судебного разбирательства в административных судах Греции.
4. Жалоба была передана на рассмотрение в Первую секцию Европейского суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда).
5. 12 ноября 2004 г. Европейский суд принял решение коммуницировать жалобу властям Греции и в соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции рассмотреть одновременно по вопросу приемлемости и по существу.
6. 18 мая 2006 г. Палата, образованная в рамках Первой секции для рассмотрения дела, в составе судей Лукиса Лукаидеса, Христоса Розакиса, Франсуазы Тюлькенс, Элизабет Штейнер, Ханлара Гаджиева, Дина Шпильманна и Сверре-Эрика Йебенса, а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда, объявила жалобу частично неприемлемой и единогласно постановила, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции вследствие чрезмерной длительности судебного разбирательства. Также Палата, четырьмя голосами против трех, решила присудить каждому заявителю денежную сумму в возмещение морального вреда в одинаковом размере для всех, за исключением одного заявителя.
7. 27 июля 2006 г. власти Греции направили обращение о передаче дела на рассмотрение в Большую палату в соответствии со статьей 43 Конвенции и правилом 72 Регламента Суда. 13 сентября 2006 г. Коллегия Большой палаты удовлетворила это обращение.
8. Состав Большой палаты был определен в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 27 Конвенции и правилом 24 Регламента Суда.
9. Как заявители, так и власти Греции представили письменные доводы по существу дела (пункт 1 правила 59 Регламента Суда).
10. 7 марта 2007 г. во Дворце прав человека в г. Страсбурге состоялись открытые слушания по делу (пункт 3 правила 59 Регламента Суда).
Г. Скиани, советник Государственного совета Греции,
К. Георгиадис, советник Государственного совета Греции, представители Уполномоченного Греции при Европейском суде по правам человека,
И. Бакопулос (I. Bakopoulos), юридический референт Государственного совета Греции, советник;
И. Стамулис, адвокат, советники.
Европейский суд заслушал обращения З. Цилиуки-Мусмулы, И. Стамулиса, Г. Скиани и К. Георгиадиса.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
11. Заявители, врачи по профессии, входят в Национальную систему здравоохранения (...) <*> и работают в государственной больнице «О Евангелисмос» (O Evangelismos).
12. 28 апреля 1994 г. они обратились в апелляционный административный суд г. Афин с заявлением об отмене отказа администрации больницы выплатить им вознаграждение за сверхурочную работу по ставке в 1/65-ая часть от их оклада. Данным заявлением заявители преследовали одну единственную цель, а именно пытались оспорить законность обжалуемого решения административного органа.
13. Судебное слушание, первоначально назначенное на 11 марта 1996 г., несколько раз переносилось, один раз из которых — по просьбе заявителей. В итоге, заседание состоялось 22 ноября 1999 г. Решением от 16 декабря 1999 г. апелляционный административный суд г. Афин отменил оспариваемое решение административного органа (Постановление № 2684/1999).
14. 18 апреля 2000 г. администрация больницы обжаловала данное постановление. Первоначально назначенное на 18 января 2001 г. судебное заседание, которое четыре раза переносилось, было проведено 18 октября 2001 г. Решением от 7 марта 2002 г. Третье отделение высшего административного суда Греции вследствие важности вопроса, который касался способа опубликования оспариваемого в данном деле документа, передало дело на рассмотрение коллегии данного суда в составе семи судей (Постановление № 763/2002).
15. 6 февраля 2003 г., после одного отложенного судебного заседания, высший административный суд Греции отменил решение апелляционного административного суда г. Афин и постановил, что постановление Министерства, на котором заявители основывали свое заявление о получении вознаграждении за сверхурочную работу, не было опубликовано надлежащим образом и, соответственно, не имело юридических оснований (Постановление № 307/2003).
16. Из материалов дела следует, что между тем заявители несколько раз подавали иски в административные суды, требуя выплаты различных денежных сумм в качестве вознаграждений за сверхурочную работу, которые предположительно выплатить им должна была соответствующая больница. Общая сумма, которую в связи с этим требовал выплатить каждый заявитель, составляла от 15000 до 20000 евро. Как следует из материалов дела, национальные суды отказали заявителям в удовлетворении данных исков.
II. Применимое национальное законодательство
17. Часть 1 статьи 115 Кодекса административного судопроизводства гласит:
«Несколько лиц могут одним документом подать совместное заявление в отношении одного и того же действия или бездействия, при условии, что представленные основания имеют по существу одинаковую правовую или фактическую основу в отношении главных аспектов заявления или основаны на одном и том же заявлении. [Совместное заявление также может быть подано,] если представленные основания касаются общего права или если используемые права имеют одинаковую правовую или фактическую основу в отношении главных аспектов заявления.»
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
18. Заявители утверждали, что длительность судебного производства, которое было возбуждено на основании поданных ими в административные суды заявлений, не соответствовала принципу «разумного срока», установленному в пункте 1 статьи 6 Конвенции, который гласит:
«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на... разбирательство дела в разумный срок... судом...».
19. В своем Постановлении от 18 мая 2006 г. Палата пришла к выводу, что длительность оспариваемого в данном деле судебного разбирательства являлась чрезмерной и что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
20. Европейский суд отметил, что обращение властей Греции о направлении дела на рассмотрение в Большую палату касалось только вывода Палаты относительно применения статьи 41 Конвенции. Однако принимая во внимание тот факт, что переданное в Большую палату на рассмотрение дело обязательно включает все аспекты жалобы, ранее рассмотренной Палатой в своем Постановлении (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Сысоева и другие против Латвии» (Sisojeva and Others v. Latvia), жалоба № 60654/00, § 61, ECHR 2007), жалоба на предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции также должна быть рассмотрена.
21. По причинам, изложенным Палатой, Европейский суд счел, что в настоящем деле имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
II. Применение статьи 41 Конвенции
22. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
1. Постановление Палаты
23. В своем Постановлении Палата отметила, что рассмотрение дела в течение периода, выходящего за рамки «разумного срока», несомненно, причинило заявителям моральный вред, который требует возмещения. Исходя из принципа справедливости, Палата присудила всю сумму, требуемую заявителем, указанным под номером 67, а именно 6895 евро, и по 7000 евро каждому из остальных заявителей, плюс сумму любого налога, который может быть начислен на эти суммы.
2. Доводы сторон
24. Заявители утверждали, что сумма, присужденная им в качестве справедливой компенсации, не является завышенной, а, напротив, составляет минимум, который Европейский суд мог им назначить. Они считали, что эта сумма соответствовала прецедентному праву Европейского суда в данной области и была вполне обоснованной с учетом финансового интереса заявителей в данном судебном споре, рассматривавшемся в национальных судах, а именно 17000 — 20000 евро. Ссылаясь на статью 115 Кодекса административного судопроизводства Греции, заявители утверждали, что само национальное законодательство предусматривало возможность подачи совместного заявления с целью облегчения отправления правосудия и обеспечения быстрой и эффективной судебной защиты. Наконец, они отметили, что возможное уменьшение суммы справедливой компенсации послужит неверным сигналом для истцов, подающих иск в национальные суды совместно. В частности, в случае последующего обращения с жалобой в Европейский суд они, скорее, подадут жалобы в индивидуальном порядке вместо объединения своих жалоб, что, несомненно, увеличит объем работы Европейского суда.
25. Власти Греции считали общую сумму компенсаций, присужденную Палатой, чрезмерной и не соответствующей духу статьи 41 Конвенции, которая предусматривает только присуждение справедливой компенсации за понесенный ущерб. Они добавили, что при рассмотрении иных дел против Греции, в которых Европейский суд устанавливал более серьезные нарушения по сравнению с нарушением права на разбирательство дела в разумный срок, Европейский суд присуждал меньшие суммы. Власти Греции утверждали, что в делах о длительности судебных разбирательств Европейский суд должен менять применение статьи 41 Конвенции в зависимости от количества лиц, участвующих в деле. В частности, они считали, что судебные расходы, связанные с разбирательством, и законные интересы участвующих в деле лиц являются совершенно разными в зависимости от того, обращались ли истцы в суд в индивидуальном порядке или подавали коллективный иск. То же касается и возможного разочарования, испытываемого в результате ненадлежащих задержек в судопроизводстве. Что касается обжалуемого в данном деле судебного производства, возбужденного на основании заявления об отмене решения, число заявителей никаким образом не могло повлиять на исход дела. В заключение, власти Греции отметили, что Европейский суд должен уменьшить общую сумму компенсации, присужденную Палатой в возмещение морального вреда.
3. Мнение Европейского суда
26. Прежде всего, Европейский суд отметил, что стороны не представили никаких замечаний относительно материального ущерба, который мог быть причинен заявителям. Соответственно, Европейский суд рассмотрит только вопрос о надлежащей компенсации морального вреда в настоящем деле, а именно в деле, касающемся длительности национального судопроизводства, возбужденного по коллективному заявлению заявителей, которые впоследствии подали совместную жалобу в Европейский суд.
27. Европейский суд, прежде всего, счел необходимым напомнить, что в тех случаях, когда он устанавливает наличие нарушения положений Конвенции, он может присудить заявителю некоторую сумму в качестве компенсации за причиненный моральный вред. Предполагается, что данная сумма должна возместить причиненные рассматриваемым нарушением беспокойство, неудобства и чувство неопределенности (см., Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «»Комингерсолль С.А.» против Португалии» (Comingersoll S.A. v. Portugal), жалоба № 35382/97, § 29, ECHR 2000-IV). Следовательно, если судебное разбирательство было чрезмерно долгим, то присужденная в возмещение морального вреда сумма должна учитывать такого рода ущерб, который мог быть причинен заявителю.
28. Однако невозможно детально оценить относительную важность каждого фактора, принимаемого во внимание при расчете суммы, подлежащей возмещению за причиненный моральный вред — суммы, которая определяется на основе принципа справедливости. Тем не менее прецедентное право Европейского суда содержит ряд основных принципов по данному вопросу (см., среди прочих прецедентов, Постановление Европейского суда по делу «Кениг против Германии» ({Konig} <*> v. Germany) от 10 марта 1980 г. (справедливая компенсация), Series A, № 36, pp. 16 — 17, § 19; и Постановление Европейского суда по делу «Дэвис против Соединенного Королевства» (Davies v. the United Kingdom) от 16 июля 2002 г., жалоба № 42007/98, § 38). Необходимо, однако, выделить эти принципы в отношении морального вреда, причиненного в результате чрезмерной продолжительности судебного производства, возбужденного по коллективному иску.
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
29. В частности, в том случае, если Европейский суд приходит к выводу, что продолжительность судебного разбирательства с общим предметом являлась чрезмерной, он должен учитывать тот факт, что число участников в таком судопроизводстве может повлиять на степень страданий, неудобств и неопределенности, испытываемых каждым из них. Таким образом, большое число участников может повлиять на сумму справедливой компенсации, присуждаемой в возмещение морального вреда. Такой подход основан на том факте, что количество лиц, участвующих в национальном судебном разбирательстве с общим предметом, не является нейтральным с точки зрения морального вреда, который может быть причинен каждому из них в отдельности вследствие длительного срока этого судебного разбирательства, по сравнению с моральным вредом, причиняемым отдельному лицу, которое возбудило аналогичное разбирательство в индивидуальном порядке. Принадлежность к группе лиц, которые решили обратиться в суд по одним и тем же фактическим или правовым основаниям, означает, что как преимущества, так и недостатки совместного разбирательства будут общими.
Кроме того, в том случае, если совместное производство ведет и координирует один и тот же законный представитель, судебные расходы и гонорары обычно составляют меньшую сумму для каждого заявителя, чем в том случае, если бы судебное производство было возбуждено по индивидуальной жалобе лица, что упрощает процесс обращения в суд. Равным образом, соединение жалоб обычно позволяет суду объединить аналогичные дела в одно производство и, тем самым, может облегчить надлежащее отправление правосудия; кроме того, это может способствовать более быстрому рассмотрению дел. Следовательно, такого рода судебные разбирательства имеют ряд преимуществ, которые необходимо принимать во внимание (см., mutatis mutandis, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Скордино против Италии (N 1)» (Scordino v. Italy (No. 1)), жалоба № 36813/97, § 268, ECHR 2006).
30. Вместе с тем эти последние характеристики совместного производства могут, в свою очередь, вызвать у заинтересованных лиц надежду на то, что государство приложит все усилия для рассмотрения и разрешения их дела. Поэтому необоснованные задержки в этой области могут увеличить понесенный ущерб.
31. Кроме того, Европейский суд счел, что интерес сторон в оспариваемом судебном разбирательстве является важным фактором при оценке морального вреда, который мог быть причинен заявителям. Чем больше личный интерес каждого заявителя в том или ином судебном разбирательстве, тем больше неудобств и неопределенности они испытывают (см. выше § 21).
32. Наконец, Европейский суд отметил, что он обладает определенной свободой усмотрения при осуществлении закрепленных статьей 41 Конвенции полномочий, что подтверждают слова «справедливая» и «в случае необходимости» (см. Постановление Европейского суда по делу «Гуццарди против Италии» (Guzzardi v. Italy) от 6 ноября 1980 г., Series A, № 39, p. 42, § 114). В таком случае и при отсутствии вывода о том, что сам факт установления нарушения представляет собой достаточную справедливую компенсацию заявителям за причиненный моральный вред, Европейский суд должен обеспечить, чтобы присужденная сумма являлась обоснованной с учетом тяжести установленного нарушения. В частности, при своей оценке Европейский суд должен принимать во внимание суммы, которые он уже присуждал в схожих делах, и, в случае совместного производства, число заявителей и общую сумму, присуждаемую им.
33. Европейский суд отметил, что из всех факторов, которые могут быть приняты во внимание при определении морального вреда, причиненного заявителям в данном деле, некоторые способны повлечь уменьшение суммы компенсации, но некоторые могут ее увеличить.
34. Что касается тех факторов, которые способны повлечь уменьшение присуждаемой в качестве компенсации суммы, Европейский суд, прежде всего, отметил, что на основании коллективного заявления, поданного 91 заявителем, в административных судах было возбуждено производство с целью обжалования законности решения административного органа. Таким образом, они не подавали в соответствующие компетентные суды отдельные заявления, а все преследовали одну и ту же цель, а именно добиться отмены обжалуемого решения. Кроме того, при рассмотрении в административных судах дела об отмене решения количество заявителей никаким образом не повлияло на исход данного разбирательства, которое касалось исключительно законности оспариваемого решения административного органа. Таким образом, Европейский суд счел, что по сравнению с гражданским судопроизводством, в котором истцы одновременно подают индивидуальные иски о получении компенсации, общая цель оспариваемого разбирательства заключалась в том, чтобы облегчить неудобства и неопределенность, испытываемые в связи с задержками в разбирательстве.
35. Что касается тех факторов, которые способны повлечь увеличение суммы, присуждаемой в качестве компенсации, Европейский суд принял во внимание следующие факторы. Финансовый интерес заявителей в обжалуемом судебном разбирательстве являлся не прямым, а лишь косвенным. Единственная цель данного разбирательства заключалась в том, чтобы оспорить законность обжалуемого решения административного органа. Тем не менее, заявители уже подали в административные суды иски о возмещении ущерба, потребовав компенсации за задержку выплаты различных сумм, которые причитаются им в качестве вознаграждения за сверхурочную работу и которые предположительно должна выплатить им администрация рассматриваемой в данном деле больницы. Общая сумма, требуемая каждым заявителем, являлась значительной и составляла от 15000 до 20000 евро. Поэтому Европейский суд счел, что интерес заявителей в оспариваемом разбирательстве, исход которого мог повлиять на решение административных судов по искам о возмещении ущерба, мог увеличить понесенный заявителями ущерб вследствие затяжного характера судебного разбирательства.
36. Принимая во внимание вышесказанное, Европейский суд счел, что длительность оспариваемого в данном деле разбирательства сверх «разумного срока», несомненно, причинила заявителям моральный вред, который требует возмещения. Также Европейский суд принял во внимание количество заявителей, характер установленного нарушения и необходимость определения размера компенсации таким образом, чтобы общая сумма соответствовала применимому прецедентному праву и была обоснована с точки зрения предмета рассматриваемого в данном деле судебного разбирательства. На основе изложенных доводов, исходя из принципа справедливости, Европейский суд присудил каждому заявителю по 3500 евро в качестве компенсации морального вреда плюс сумму любого налога, который может быть начислен на эту сумму.
B. Судебные расходы и издержки
1. Постановление Палаты
37. Палата присудила заявителям совместно 1500 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек плюс сумму любого налога, который может быть начислен на эту сумму.
2. Доводы сторон
38. Заявители потребовали присудить им компенсацию в полном размере судебных расходов и издержек, понесенных ими при рассмотрении их дела в национальных судах, а также при разбирательстве в Палате и в Большой палате. При разбирательстве их дела в Палате они представили 10 счетов на общую сумму в 29120 евро, не разделив судебные расходы и издержки на те, которые были понесены при рассмотрении их дела в национальных судах, и те, которые они понесли при разбирательстве в Европейском суде. Заявители не представили никаких подтверждающих документов в отношении судебных расходов и издержек, которые они понесли при разбирательстве их дела в Большой палате.
39. Власти Греции не представили доводы по данному вопросу.
3. Мнение Европейского суда
40. Согласно сложившемуся прецедентному праву Европейского суда только судебные расходы и издержки, которые являются действительно и понесенными по необходимости и размер которых является обоснованным, подлежат возмещению в соответствии со статьей 41 Конвенции. Кроме того, судебные издержки подлежат возмещению, только если они относятся к установленному нарушению (см., например, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Бейелер против Италии» (Beyeler v. Italy) от 28 мая 2002 г. (справедливая компенсация), жалоба № 33202/96, § 27; и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Сахин против Германии» (Sahin v. Germany), жалоба № 30943/96, § 105, ECHR 2003-VIII).
41. В свете вышеизложенного и по причинам, указанным Палатой, Европейский суд присудил заявителям в качестве компенсации судебных расходов и издержек сумму, уже назначенную Палатой, а именно 1500 евро совместно плюс сумму любого налога, который может быть начислен на эту сумму.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
42. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
-
единогласно постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
a) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев выплатить каждому заявителю по 3500 (три тысячи пятьсот) евро в качестве компенсации морального вреда и всем заявителям совместно 1500 (одну тысячу пятьсот) евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек плюс сумму любого налога, который может быть начислен на эти суммы;
b) что по истечении указанного трехмесячного срока и до произведения окончательной выплаты на указанные суммы начисляются простые проценты в размере предельной годовой ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента;
Совершено на английском и французском языках и оглашено на открытом слушании во Дворце прав человека в г. Страсбурге 15 февраля 2008 г.
Председатель Палаты Жан-Поль КОСТА
Юрисконсульт Суда Венсен БЕРЖЕ
В соответствии с пунктом 2 статьи 45 Конвенции и пунктом 2 правила 74 Регламента Суда к настоящему Постановлению прилагаются следующие особые мнения:
a) совпадающее с мнением большинства мнение судьи сэра Николаса Братца, к которому присоединился судья Х.Л. Розакис;
b) частично особое мнение судей Б.М. Цупанчича и В. Загребельского.
СОВПАДАЮЩЕЕ С МНЕНИЕМ БОЛЬШИНСТВА МНЕНИЕ СУДЬИ СЭРА НИКОЛАСА БРАТЦА, К КОТОРОМУ ПРИСОЕДИНИЛСЯ СУДЬЯ Х.Л. РОЗАКИС
Хотя я и согласился с мнением большинства судей Большой палаты по данному делу и по смежному делу «Какамукас и другие против Греции» (Kakamoukas and Others v. Greece), я хотел бы кратко своими словами объяснить свои причины такого решения.
Исходной точкой для рассмотрения вопроса, поднятого в обоих делах, является сама статья 41 Конвенции. Как ясно следует из условий данной статьи, не только присуждение Европейским судом заявителю финансовой или иной компенсации в том случае, когда нарушение положений Конвенции признано дискреционной мерой, но и любая компенсация, присуждаемая потерпевшей стороне, должна быть «справедливой». В случае причинения морального вреда это понятие подразумевает, что любая присуждаемая сумма должна отражать характер нарушенного права, закрепленного Конвенцией, тяжесть установленного нарушения и его влияние на отдельного заявителя.
Согласно своей устоявшейся практике в тех случаях, когда установленное нарушение статьи 6 Конвенции имело место вследствие чрезмерной длительности разбирательства в национальных судах, Европейский суд присуждает финансовую компенсацию выигравшему дело заявителю, чтобы отобразить разочарование, беспокойство и неудобства, причиненные заявителю недопустимыми задержками в ходе судебного разбирательства, произошедшие по вине национальных судебных органов. Когда заявителем выступает индивидуальный истец или лицо, входящее в состав небольшой группы истцов, которые являются участниками одного и того же судебного разбирательства в национальных судах, присуждение справедливой компенсации, как правило, не вызывает никаких сложностей. Для того чтобы, по возможности, обеспечить согласованность подхода, Европейский суд, исходя «из принципа справедливости», обычно присуждает в качестве компенсации некоторую сумму, которая учитывает суммарную продолжительность судебного разбирательства, количество судебных инстанций, через которые это судопроизводство прошло, и степень влияния заявителя на продолжительность всего производства в целом, а также суммы, которые присуждались в качестве компенсации в аналогичных делах, возбужденных против того же или иного государства-ответчика.
Однако в тех случаях, когда, как в настоящем деле, жалобу на чрезмерную длительность судебного разбирательства подает большое число участников одного и того же гражданского судопроизводства, появляется другой аспект, а именно соразмерность общей суммы присуждаемой компенсации. Хотя нарушенным признается гарантированное Конвенцией право каждого отдельного лица, общая сумма компенсации по статье 41 Конвенции должна быть соразмерна характеру и тяжести нарушения, установленного в деле, включая тот факт, что выявленное нарушение касается чрезмерной длительности судебного разбирательства, проходившего в один этап. Важность соблюдения этого принципа объясняет значительное уменьшение суммы, которая была бы присуждена каждому заявителю в том случае, если бы он являлся единственным заявителем по делу или входил в состав небольшой группы заявителей.
Я считаю, что сумма в размере 630000 евро, присужденная Палатой в качестве компенсации морального вреда за чрезмерную продолжительность судебного разбирательства, проходившего в один этап, нарушает этот принцип суммарности и должна быть значительно сокращена.
Заявители утверждали, что нет никакого основания для присуждения им суммы меньше той, какую Европейский суд присудил бы каждому из них, если бы каждый обратился в национальные суды с индивидуальным иском. Кроме того, они утверждали, что уменьшение суммы справедливой компенсации послужит неверным сигналом для истцов, подающих иск в национальные суды совместно, что приведет к тому, что в будущем вместо объединения своих жалоб заявители будут подавать в Европейский суд отдельные жалобы.
Я не могу принять ни один из этих доводов. Что касается первого, то, как правильно отмечено в Постановлении, объединение нескольких жалоб в одно производство по сравнению с рассмотрением одинаковых исков в отдельных производствах содержит в себе значительные преимущества для самих истцов, а также для эффективного отправления правосудия. Разделение ответственности за проведение судебного разбирательства, а также существенная экономия судебных расходов и издержек для отдельного заявителя, что обычно следует из участия в совместном производстве, которое ведут и координируют одни и те же законные представители, являются существенными преимуществами, которые Европейский суд обязательно должен учитывать при оценке степени разочарования, беспокойства и неудобств, которые вследствие задержек в судопроизводстве испытывает отдельный заявитель.
Меня также не убедил нереалистичный довод о том, что сокращение присуждаемой компенсации могло бы привести к тому, что заявители, являющиеся участниками одного и того же судопроизводства, будут подавать в Европейский суд отдельные жалобы, что в итоге приведет к нежелательному увеличению количества рассматриваемых Европейским судом дел. Как показывает практика Европейского суда, при возникновении такой ситуации Европейский Суд неизбежно объединит отдельные жалобы в одно производство в интересах экономии и эффективности правосудия и не приведет к присуждению повышенных индивидуальных выплат.
Хотя я вполне допускаю, что мнения обоснованно могут расходиться в вопросе о том, устанавливают ли суммы, присужденные Большой палатой в качестве компенсации в данном деле, необходимый справедливый баланс между возмещением ущерба, предоставляемым отдельным заявителям за нарушение гарантированных Конвенцией прав, и обеспечением соразмерности общей суммы компенсации, я готов согласиться с суммой компенсации в том размере, в каком она была присуждена большинством судей, исходя из принципа справедливости.
ЧАСТИЧНО ОСОБОЕ МНЕНИЕ СУДЕЙ Б.М. ЦУПАНЧИЧА И В. ЗАГРЕБЕЛЬСКОГО
Поскольку в настоящем деле было установлено нарушение права на разбирательство дела в разумный срок, то, к сожалению, мы не можем согласиться с мнением большинства в том, что касается применения статьи 41 Конвенции.
Вопрос, который надлежало рассмотреть Большой палате, заключался в том, можно ли было использовать тот факт, что в деле участвовало большое число заявителей, в качестве критерия, учитываемого при определении размера компенсации за причиненный моральный вред. Большинство судей ответило на этот вопрос утвердительно (в § 29 Постановления), отметив, что «большое число участников может повлиять на сумму справедливой компенсации, присуждаемой в возмещение морального вреда», что «количество лиц, участвующих в национальном судебном разбирательстве с общим предметом, не является нейтральным с точки зрения морального вреда, который может быть причинен каждому из них в отдельности вследствие длительного срока этого судебного разбирательства, по сравнению с моральным вредом, причиняемым отдельному лицу, которое возбудило аналогичное разбирательство в индивидуальном порядке» и что «принадлежность к группе лиц, которые решили обратиться в суд по одним и тем же фактическим или правовым основаниям, означает, что как преимущества, так и недостатки совместного разбирательства будут общими».
Несмотря на то, что согласно практике, которую мы считаем спорной, в Постановлении не дается ясного обоснования, которое привело к указанию, какая сумма подлежит присуждению (и того менее в Постановлении затрагивается вопрос о том, должен ли размер компенсации быть одинаковым для каждой жертвы нарушения), нельзя не отметить значение нового критерия, который привел к существенному уменьшению размера компенсации по сравнению с общей практикой Европейского суда.
Однако мы считаем, что отсутствует психологическая или какая-либо иная причина, способная обосновать заявление принципа, принятого Большой палатой. Не можем мы также установить в этой ситуации и какой-либо связи или сходства с областью коллективных исков и критериями, используемыми в подобных случаях для расчета суммы, присуждаемой каждой стороне, выигравшей дело (в отношении материального ущерба). Мы считаем, что независимо от числа жертв каждая из них должна получить, «в случае необходимости», компенсацию за последствия, к которым привело соответствующее нарушение. Статья 41 Конвенции должным образом предусматривает присуждение справедливой компенсации с целью возмещения, насколько это возможно, ущерба, который был причинен жертве нарушением. Мы полагаем, что интерес сторон в национальном судопроизводстве, и его влияние на заявителя являются решающими факторами, которые необходимо принимать во внимание.
В связи с этим мы считаем, что нет оснований принимать во внимание всю присужденную заявителям сумму с целью уменьшения этой суммы таким образом, чтобы это затронуло каждого заявителя (см. § 32 Постановления).
Вместе с тем, мы хотели бы добавить, что вполне понятна обеспокоенность Европейского суда градацией рассматриваемых в данном деле сумм в том случае, если бы размер компенсации не подлежал уменьшению. Однако мы считаем, что это является неизбежным последствием нескольких спорных аспектов практики Европейского суда по вопросу применения статьи 41 Конвенции в случае нарушения права на разбирательство дела судом в разумный срок. Эти аспекты колеблются от практически автоматического предположения, что моральный вред был причинен, без необходимости подтверждения этого доказательствами или доводами, и использования критериев математического расчета, учитывающих весь срок судебного разбирательства в целом, даже период, длительность которого признана разумной, до использования в этой сфере ставок, не связанных с практикой Европейского суда, касающейся нарушений, которые причиняют жертвам значительно более сильные страдания (статьи 2, 3, 8, 10 и другие Конвенции).
Мы считаем, что вместо того, чтобы вмешиваться в вопрос после уже произошедшего события путем введения нового и чрезвычайно сомнительного критерия, Европейскому суду следует пересмотреть причины, лежащие в основе последствий, которые он стремился избежать.
1. Ирини Арванитаки-Роботи (Irini Arvanitaki-Roboti)
2. Панайотис Альфарас-Мелаинис (Panagiotis Alfaras-Melainis)
3. Айкатерини Апостолопулу-Цафу (Aikaterini Apostolopoulou-Tsafou)
4. Константинос Вассилиу (Konstantinos Vassiliou)
5. Эммануил Ваидакис (Emmanouil {Vaidakis})
6. Эммануил Ваикусис (Emmanouil {Vaikousis})
7. Ники Василояннакопулу-Анзауи (Niki Vasilogiannakopoulou-Anzaoui)
8. Григорис Верикокакис (Grigoris Verykokakis)
9. Варвара-Георгия Влахопулу-Сфира (Varvara-Georgia Vlachopoulou-Sfyra)
10. Элефтерия Галанаки-Куцурелаки (Eleftheria Galanaki-Koutsourelaki)
11. Иоаннис Георгилас (Ioannis Georgilas)
12. Критолаос Даскалакис (Kritolaos Daskalakis)
13. Димитриос Димитроглу (Dimitrios Dimitroglou)
14. Анастасия Диамантопулу (Anastasia Diamantopoulou)
15. Спирос Дракопулос (Spyros Drakopoulos)
16. Николаос Экзархос (Nikolaos Exarchos)
17. Эпаминондас Закинтинос (Epaminondas Zakynthinos)
18. Жерар-Луи Жюлльян ({Gerard-Louis} Jullien)
19. Пенелопе Илиаду-Капсалопулу (Penelope Iliadou-Kapsalopoulou)
20. Альфредос Теодору (Alfredos Theodorou)
21. Лазарос Иосифидис (Lazaros Iosifidis)
22. Вассилис Кадас (Vassilis Kadas)
23. Кирьякос Калогеракис (Kyriakos Kalogerakis)
24. Кристина Кандараки-Сфарна (Christina Kandaraki-Sfarna)
25. Вассилики Канеллопулу (Vassiliki Kanellopoulou)
26. Димитриос Карамицос (Dimitrios Karamitsos)
27. Аристотель Кацас (Aristotelis Katsas)
28. Серафим Климопулос (Serafim Klimopoulos)
29. Эваггелос Коккинакис (Evaggelos Kokkinakis)
30. Афанасиос Колиос (Athanasios Kolios)
31. Вассилиос Комборозос (Vassilios Komborozos)
32. Хрисостомос Контаксис (Chrysostomos Kontaxis)
33. Деспина Короланоглу (Despina Korolanoglou)
34. Иоаннис Куцувелис (Ioannis Koutsouvelis)
35. Анастасия Критара-Кафкиа (Anastasia Krithara-Kafkia)
36. Георгиос Константину (Georgios Konstantinou)
37. Кула Константину (Koula Konstantinou)
38. Георгиос Константинидис (Georgios Konstantinidis)
39. София Ламбропулу-Ставропулу (Sophia Lambropoulou-Stavropoulou)
40. Константина Лариу-Маргари (Konstantina Lariou-Margari)
41. Мария Матиудаки-Амаранту (Maria Mathioudaki-Amarantou)
42. Димитриос Маловрувас (Dimitrios Malovrouvas)
43. Герасимос Мантзарис (Gerasimos Mantzaris)
44. Афанасиос Масурас (Athanasios Masouras)
45. Теодорос Мавроматис (Theodoros Mavromatis)
46. Хрисанти Мицули-Ментзикоф (Chrysanthi Mitsouli-Mentzikof)
47. Димитриос Минтзиас (Dimitrios Mintzias)
48. Мария Муцопулу-Мараггу (Maria Moutsopoulou-Maraggou)
49. Сотириос Барацис (Sotirios Baratsis)
50. Николаос Бонтозоглу (Nikolaos Bontozoglou)
51. Петрос Дадис (Petros Dadis)
52. Айкатерини Пантелидаки-Вассилиу (Aikaterini Pantelidaki-Vassiliou)
53. Георгиос Папагеоргиу (Georgios Papageorgiou)
54. Константинос Папаяннакос (Konstantinos Papagiannakos)
55. Эммануил Пападакис (Emmanouil Papadakis)
56. Вассилиос Пападакос (Vassilios Papadakos)
57. Александрос Папаконстантину (Alexandros Papakonstantinou)
58. Спиридон Папандреу (Spyridon Papandreou)
59. Мариос Парарас (Marios Pararas)
60. Георгиос Параскевас (Georgios Paraskevas)
61. Елени Плесиа-Якумелу (Eleni Plesia-Giakoumelou)
62. Христос Пеппас (Christos Peppas)
63. Константина Петраки (Konstantina Petraki)
64. Прокопис Пипис (Prokopis Pipis)
65. Эрси Пицигавдаки (Ersi Pitsigavdaki)
66. Маринос Питаридис (Marinos Pitaridis)
67. Иоаннис Пулантзас (Ioannis Poulantzas)
68. Афанасиос Прекатес (Athanasios Prekates)
69. Афанасиос Раицос (Athanasios {Raitsos})
70. Георгиос Рекумис (Georgios Rekoumis)
71. Антониос Салманидис (Antonios Salmanidis)
72. Флоренция Социу-Кандила (Florentia Sotsiou-Kandila)
73. Илиас Суртзис (Ilias Sourtzis)
74. Эпаминондас Статис (Epaminondas Stathis)
75. Михаил Стокос ({Michail} Stokos)
76. Елени Стофору (Eleni Stoforou)
77. Эваггелос Сиггунас (Evaggelos Syggounas)
78. Христос Сирмос (Christos Syrmos)
79. Георгиос Цаусис (Georgios Tsaousis)
80. Иоаннис Церонис (Ioannis Tseronis)
81. Александра Цироянни (Alexandra Tsirogianni)
82. Константинос Цирояннис (Konstantinos Tsirogiannis)
83. Марина Цицика (Marina Tsitsika)
84. Димитриос Цукатос (Dimitrios Tsoukatos)
85. Георгиос Фармакис (Georgios Farmakis)
86. Аггелики Ферти-Пасантопулу (Aggeliki Ferti-Pasantopoulou)
87. Флора Филиппиду (Flora Philippidou)
88. Эваггелос Хатзияннакис (Evaggelos Chatzigiannakis)
89. Георгиос Хатзиконстантину (Georgios Chatzikonstantinou)
90. Николаос Хатзис (Nikolaos Chatzis)
91. Вассилиос Христидис (Vassilios Christidis)
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF ARVANITAKI-ROBOTI AND OTHERS v. GREECE (Application No. 27278/03)
<*> This judgment is final but may be subject to editorial revision.
In the case of Arvanitaki-Roboti and Others v. Greece,
The European Court of Human Rights, sitting as a Grand Chamber composed of:
and Vincent Berger, Jurisconsult,
Having deliberated in private on 7 March 2007 and 9 January 2008,
Delivers the following judgment, which was adopted on the last-mentioned date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 27278/03) against the Greek Republic lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by ninety-one Greek nationals listed in the Appendix («the applicants»), on 4 August 2003.
2. The applicants were represented by Ms Z. Tsiliouka-Mousmoula and Mr I. Stamoulis, of the Athens Bar. The Greek Government («the Government») were represented by their Agent's delegates, Ms G. Skiani and Mr K. Georgiadis, Advisers, State Legal Council.
3. The applicants complained, inter alia, under Article 6 § 1 of the Convention, about the length of proceedings before the administrative courts.
4. The application was allocated to the First Section of the Court (Rule 52 § 1 of the Rules of Court).
5. On 12 November 2004 the Court decided to communicate the complaint concerning the length of proceedings to the Government. Under the provisions of Article 29 § 3 of the Convention, it decided to examine the merits of the application at the same time as its admissibility.
6. On 18 May 2006 the Chamber constituted within the First Section to examine the case and composed of the following judges: Loukis Loucaides, Christos Rozakis, {Francoise} Tulkens, Elisabeth Steiner, Khanlar Hajiyev, Dean Spielmann and Sverre Erik Jebens, and {Soren} Nielsen, Section Registrar, declared the application partly inadmissible and concluded unanimously that there had been a violation of Article 6 § 1 on account of the excessive length of the proceedings. The Chamber also decided, by four votes to three, to award each of the applicants a sum in non-pecuniary damage, the same for all but one of the applicants.
7. On 27 July 2006 the Government requested, in accordance with Article 43 of the Convention and Rule 73, that the case be referred to the Grand Chamber. On 13 September 2006 a panel of the Grand Chamber accepted this request.
8. The composition of the Grand Chamber was determined according to the provisions of Articles 27 §§ 2 and 3 of the Convention and Rule 24.
9. The applicants and the Government each filed observations on the merits (Rule 59 § 1).
10. A hearing took place in public in the Human Rights Building, Strasbourg, on 7 March 2007 (Rule 59 § 3).
There appeared before the Court:
Ms G. Skiani, Adviser, State Legal Council,
Mr K. Georgiadis, Adviser, State Legal Council, Agent's delegates,
Mr I. Bakopoulos, Legal Assistant, State Legal Council, Counsel;
Ms Z. Tsiliouka-Mousmoula, lawyer,
Mr I. Stamoulis, lawyer, Counsel.
The Court heard addresses by Ms Tsiliouka-Mousmoula, Mr Stamoulis, Ms Skiani and Mr Georgiadis.
THE FACTS
I. The circumstances of the case
11. In their capacity as doctors, the applicants are members of the National Health System (...) <*> and are employed by the public hospital «O Evangelismos».
12. On 28 April 1994 they applied to the Athens Administrative Court of Appeal seeking to have set aside the hospital's refusal to pay them an allowance for overtime work, set at 1/65th of their basic salary. The sole purpose of this application was to challenge the lawfulness of the disputed administrative decision.
13. Initially scheduled for 11 March 1996, the hearing was postponed seven times, one of these being at the applicants' request. It was eventually held on 22 November 1999. On 16 December 1999 the Athens Administrative Court of Appeal set aside the disputed administrative decision (decision No. 2684/1999).
14. On 18 April 2000 the hospital lodged an appeal against that decision. Initially scheduled for 18 January 2001, the hearing was held on 18 October 2001, after four postponements. On 7 March 2002 the Third Division of the Supreme Administrative Court sent the case for examination by that court's seven-judge bench on account of the importance of a question concerning the way in which the document in dispute had been published (judgment No. 763/2002).
15. On 6 February 2003, following the postponement of one hearing, the Supreme Administrative Court overturned the Athens Administrative Court of Appeal's decision. It held that the ministerial decree on which the applicants based their claim to receive an allowance for overtime work had not been published in due form and was therefore without foundation (judgment No. 307/2003).
16. It appears from the case file that, in the meantime, the applicants had on several occasions brought actions in the administrative courts, seeking payment of various amounts in respect of allowances for overtime work allegedly owed by the public hospital in question. The total sum claimed by each applicant in this connection varied between 15,000 and 20,000 euros (EUR). It appears from the case file that these actions were dismissed by the domestic courts.
II. Relevant domestic law
17. Article 115 § 1 of the Code of Administrative Procedure provides:
«Several persons may bring a joint action, in a single appeal, against the same act or omission, provided that the grounds advanced have, in substance, the same legal or factual basis with regard to the essential issues or are based on the same action. [A joint action may also be lodged] where the grounds advanced concern a shared right or where, in substance, the rights relied upon have the same legal or factual basis with regard to the key issues.»
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 § 1 of the Convention
18. The applicants alleged that the length of the proceedings before the administrative courts had breached the principle of a «reasonable time». They relied on Article 6 § 1 of the Convention, the relevant parts of which provide:
«In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a... hearing within a reasonable time by [a]... tribunal...»
19. The Chamber concluded in its judgment of 18 May 2006 that, in the instant case, the length of the impugned proceedings had been excessive and that there had been a violation of Article 6 § 1.
20. The Court notes that the Government's request that the case be referred to the Grand Chamber concerned only the Chamber's conclusions as to the application of Article 41 of the Convention. However, given that the case referred to the Grand Chamber necessarily embraces all aspects of the application previously examined by the Chamber in its judgment (see Sisojeva and Others v. Latvia [GC], No. 60654/00, § 61, ECHR 2007-...), the complaint alleging a violation of Article 6 § 1 of the Convention must also be examined.
21. For the reasons set out by the Chamber, the Court considers that there was a violation of Article 6 § 1 of the Convention.
II. Application of Article 41 of the Convention
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
1. The Chamber's judgment
23. In its judgment, the Chamber held that the extension of the disputed proceedings beyond a «reasonable time» had undoubtedly caused the applicants non-pecuniary damage which would justify an award. Ruling on an equitable basis, it awarded the entire sum claimed by the applicant listed under No. 67, namely EUR 6,895, and EUR 7,000 to each of the other applicants, plus any tax that might be chargeable.
2. The parties' submissions
24. The applicants considered that the amount they had been awarded in respect of just satisfaction was by no means excessive but that, on the contrary, it represented the minimum that the Court could have awarded them. In their opinion, this amount was consistent with the Court's case-law in this area. It was not unreasonable if one took into consideration the financial stake for the applicants of the dispute before the domestic courts, namely EUR 17,000 — 20,000. Referring to Article 115 of the Code of Civil Procedure, the applicants alleged that the domestic legislation itself provided for the introduction of a joint action with a view to facilitating the administration of justice and guaranteeing prompt and effective judicial protection. Finally, they stated that a possible reduction in the just satisfaction award would send out the wrong signal to claimants who brought joint proceedings before domestic courts. In particular, in the event of a subsequent application to the Court, they would be tempted to lodge their applications individually instead of joining their cases, which would undoubtedly increase the Court's workload.
25. The Government considered that the total amount awarded by the Chamber was exorbitant and inconsistent with the spirit of Article 41, which provided only for the award of just satisfaction for the damage sustained. They added that, when examining other cases concerning Greece in which it had found more serious violations than that of the right to a hearing within a reasonable time, the Court had awarded smaller sums. In their opinion, in cases concerning the length of proceedings, the Court should vary the application of Article 41 depending on the number of individuals involved. In particular, they considered that the costs of proceedings and the legitimate interests in issue were completely different according to whether the litigants had applied to the courts collectively or individually. The same was true in respect of the possible frustration experienced as a result of undue delay in judicial proceedings. Turning to the impugned proceedings, launched by an application to have a decision set aside, the number of applicants could have had no impact on the eventual outcome. The Government concluded that the Grand Chamber should reduce the total amount awarded by the Chamber in respect of non-pecuniary damage.
3. The Court's assessment
26. The Court notes at the outset that the parties have expressed no opinion as to the pecuniary damage that may have been sustained by the applicants. Accordingly, it will examine only the question of an appropriate award in respect of non-pecuniary damage in the instant case, that is, in a case concerning the length of joint proceedings before the domestic courts which were subsequently lodged collectively with the Court.
27. It should first of all be reiterated that, where it finds a violation of a Convention provision, the Court may award the applicant an amount for the non-pecuniary damage sustained. This amount is intended to make reparation for the state of distress, inconvenience and uncertainty resulting from the violation in question (see Comingersoll S.A. v. Portugal [GC], No. 35382/97, § 29, ECHR 2000-IV). Consequently, where proceedings have been excessively long, the amount awarded in respect of non-pecuniary damage must take account of prejudice of this type which the applicant may have sustained.
28. It is impossible, however, to account in detail for the relative importance of each of the factors taken into consideration in calculating the amount to be awarded for non-pecuniary damage, an amount which is determined on an equitable basis. Nonetheless, the case-law provides a number of guidelines on the subject (see, among other authorities, {Konig} v. Germany (Article 50), judgment of 10 March 1980, Series A No. 36, pp. 16 — 17, § 19, and Davies v. the United Kingdom, No. 42007/98, § 38, 16 July 2002). It is, necessary, however to specify these guidelines with regard to the non-pecuniary damage caused by the excessive length of joint proceedings.
29. In particular, where common proceedings have been found to be excessively long, the Court must take account of the manner in which the number of participants in such proceedings may influence the level of distress, inconvenience and uncertainty affecting each of them. Thus, a high number of participants will very probably have an impact on the amount of just satisfaction to be awarded in respect of non-pecuniary damage. Such an approach is based on the fact that the number of individuals participating in common proceedings before the domestic courts is not neutral from the perspective of the non-pecuniary damage that may be sustained by each of them as a result of the length of those proceedings when compared with the non-pecuniary damage that would be sustained by an individual who had brought identical proceedings on an individual basis. Membership of a group of people who have resolved to apply to a court on the same factual or legal basis means that both the advantages and disadvantages of common proceedings will be shared.
In addition, where joint proceedings are handled and coordinated by the same representative, the costs and fees are usually lower for each applicant than they are in the case of proceedings brought by an individual, which simplifies the process of applying to the courts. Equally, the grouping together of applications usually enables a court to join related cases and may thus facilitate the proper administration of justice; it may also enable proceedings to be conducted more speedily. Thus, such proceedings offer advantages that need to be taken into consideration (see, mutatis mutandis, Scordino v. Italy (No. 1) [GC], No. 36813/97, § 268, ECHR 2006-...).
30. On the other hand, these last characteristics of common proceedings may in turn give rise on the part of the persons concerned to an expectation that the State will act diligently in dealing with their case. Unjustified delay in this area is therefore likely to exacerbate any prejudice sustained.
31. In addition, the Court considers that what is at stake in disputed proceedings is a relevant factor in assessing any non-pecuniary damage that may have been sustained. The more each applicant's personal interests are at stake in the proceedings, the greater the inconvenience and uncertainty to which they are subjected (see paragraph 27 above).
32. Finally, the Court notes that it enjoys a certain discretion in the exercise of the power conferred by Article 41, as is borne out by the adjective «just» and the phrase «if necessary» (see Guzzardi v. Italy, judgment of 6 November 1980, Series A No. 39, p. 42, § 114). That being the case, and unless it concludes that the finding of a violation provides sufficient just satisfaction for the non-pecuniary damage sustained, the Court must ensure that the amount awarded is reasonable in terms of the seriousness of the violation that is found. In particular, it must take account in its assessment of the amounts already awarded in similar cases and, in the event of common proceedings, of the number of applicants and the total sum awarded to them.
(b) Application in the present case
33. The Court notes that, of all the elements that may be taken into consideration in determining the non-pecuniary damage sustained in the instant case, some entail a reduction, others an increase, in the amount to be awarded.
34. With regard to those which would entail a reduction in the amount to be awarded, the Court notes, firstly, that the ninety-one applicants had acted together in bringing the proceedings in issue before the administrative courts in order to challenge the lawfulness of an administrative decision. Thus, they did not lodge separate requests before the competent courts, but were all pursuing the same objective, namely that of having the disputed decision set aside. In addition, in proceedings before the administrative courts to have a decision set aside, the number of claimants has no impact whatsoever on the outcome of the proceedings, which concern exclusively the lawfulness of the contested administrative decision. The Court therefore considers that, in comparison with civil proceedings in which claimants lodge individual claims for compensation simultaneously, the shared objective of the impugned proceedings was such as to alleviate the inconvenience and uncertainty experienced on account of their delay.
35. With regard to those elements which would entail an increase in the amount to be awarded, the Court takes the following into account. Admittedly, the financial stakes for the applicants in the impugned proceedings were merely implicit, rather than direct. The sole purpose of those proceedings was to challenge the legality of the disputed administrative decision. Nevertheless, the applicants had already brought actions for damages before the administrative courts, seeking compensation for the delay in payment of various sums due as compensation for overtime work allegedly owed by the public hospital in question. The total amount claimed by each applicant was not insignificant; it varied between EUR 15,000 and 20,000. The Court therefore considers that what was at stake in the impugned proceedings, the outcome of which could influence the decision of the administrative courts in actions for compensation, was such as to exacerbate the prejudice sustained by the applicants on account of the protracted nature of the proceedings.
36. Having regard to the foregoing, the Court considers that the extension of the impugned proceedings beyond a «reasonable time» undoubtedly caused the applicants non-pecuniary damage which would justify an award. It also takes into consideration the number of applicants, the nature of the violation found and the need to determine the amount in such a way that the overall sum is compatible with the relevant case-law and is reasonable in the light of what was at stake in the proceedings in question. On the basis of the above considerations, and ruling on an equitable basis, the Court awards under this head EUR 3,500 to each of the applicants, plus any tax that may be chargeable.
B. Costs and expenses
1. The Chamber's judgment
37. The Chamber awarded the applicants EUR 1,500 jointly for costs and expenses, plus any tax that might be chargeable.
2. The parties' submissions
38. The applicants claimed the entirety of the costs and expenses incurred in the domestic proceedings and before the Chamber and the Grand Chamber. Before the Chamber, they had submitted ten bills totalling EUR 29,120, without distinguishing between those which concerned the domestic courts and those which concerned the Court. They did not produce supporting documents with regard to the costs and expenses incurred before the Grand Chamber.
39. The Government made no submissions on this point.
3. The Court's assessment
40. According to the Court's established case-law, costs and expenses will not be awarded under Article 41 unless it is established that they were actually and necessarily incurred and are also reasonable as to quantum. Furthermore, legal costs are only recoverable in so far as they relate to the violation found (see, for example, Beyeler v. Italy (just satisfaction) [GC], No. 33202/96, § 27, 28 May 2002, and Sahin v. Germany [GC], No. 30943/96, § 105, ECHR 2003-VIII).
41. In the light of the above, and for the reasons indicated by the Chamber, the Court awards the applicants the sum already awarded by the Chamber, namely EUR 1,500 jointly, plus any tax that may be chargeable.
C. Default interest
42. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT
1. Holds, unanimously, that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention;
2. Holds, by fifteen votes to two,
(a) that the respondent State is to pay, within three months, EUR 3,500 (three thousand five hundred euros) to each of the applicants in respect of non-pecuniary damage and EUR 1,500 (one thousand five hundred euros) to the applicants jointly in respect of costs and expenses, plus any tax that may be chargeable;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
3. Dismisses, unanimously, the remainder of the applicants' claims for just satisfaction.
Done in English and in French, and delivered at a public hearing in the Human Rights Building, Strasbourg, on 15 February 2008.
In accordance with Article 45 § 2 of the Convention and Rule 74 § 2 of the Rules of Court, the following separate opinions are annexed to this judgment:
- concurring opinion of Judge Bratza joined by Judge Rozakis;
- partly dissenting opinion of Judges {Zupancic} and Zagrebelsky.
CONCURRING OPINION OF JUDGE BRATZA JOINED BY JUDGE ROZAKIS
While I agree with the result reached by the majority of the Grand Chamber in this case and in the related case of Kakamoukas and Others v. Greece, I prefer to explain my reasons shortly in my own words.
The starting point for consideration of the question raised in both cases is Article 41 itself. As is clear from the terms of the Article, not only is the grant by the Court of financial or other reparation to the applicant where a violation of the Convention is found a discretionary measure, but any satisfaction awarded to the injured party must be «just». In the case of damage of a non-pecuniary nature, the term connotes that any sum awarded must reflect the nature of the Convention right violated, the gravity of the violation found and its impact on the individual applicant.
Where a violation of Article 6 of the Convention has been found on the grounds of the excessive length of domestic proceedings, it has been the usual practice of the Court to award financial compensation to the successful applicant to reflect the frustration, anxiety and inconvenience caused to the applicant by the unacceptable delays in the conduct of the proceedings for which the national courts or tribunals are responsible. Where the applicant is an individual litigant or a member of a small group of litigants who are parties to the same domestic proceedings, the award of just satisfaction has not in general caused problems. The Court, acting «on an equitable basis», will normally award a sum which takes account of the overall length of the proceedings, the number of levels of jurisdiction through which the proceedings have passed and the extent to which the applicant may have contributed to the overall length, as well as the awards made in comparable cases against the same or other respondent States, in order to ensure, so far as possible, consistency of approach.
However, where, as in the present case, the complaint of undue length of proceedings is made by a large number of parties to the same set of civil proceedings, a further consideration comes into play, namely the proportionality of the overall award. Although it is the Convention right of each individual which is found to have been violated, the total amount of the award under Article 41 should not be out of all proportion to the nature and seriousness of the violation found in the case, including the fact that the violation found relates to the excessive length of a single set of proceedings. The importance of upholding this principle justifies the making of a substantial reduction in the amount which would have been awarded to each applicant, had he or she been the only party, or one of a small number of parties, to the proceedings.
In my view an award such as that made by the Chamber, totalling over EUR 630,000 in respect of non-pecuniary damage for the excessive length of a single set of proceedings offends against this totality principle and requires to be substantially reduced.
The applicants argue that there is no justification for awarding them less than the Court would have awarded each of them had he or she been the only party to the domestic proceedings. It is further argued that to make a reduction in the award because of the number of claimants would send the wrong signal to claimants who brought joint proceedings before the domestic courts and would encourage them to lodge separate applications to the Court instead of joining their cases.
I am unable to accept either argument. As to the former, there are, as the judgment rightly points out, considerable advantages for the claimants themselves, as well as for the effective administration of justice in joining in a single set of proceedings rather than pursuing identical claims in separate proceedings. The sharing of the responsibility for the conduct of the proceedings, as well as the substantial saving of costs for the individual applicant which would normally follow from being a party to joint proceedings handled and coordinated by a single set of legal representatives, are significant benefits which must be taken into account by the Court when assessing the degree of frustration, anxiety and inconvenience caused to the individual applicants by delays in the proceedings.
I am similarly unpersuaded by the unrealistic argument that a reduction in the award which would otherwise be made would encourage applicants who are parties to the same proceedings to lodge separate applications to the Court with a consequent undesirable increase in the Court's case-load. As the practice of the Court makes clear, should such a situation arise, the separate applications would inevitably be joined by the Court in the interests of judicial economy and efficiency and would not result in the making of increased individual awards.
While views might legitimately differ as to whether the sums awarded by the Grand Chamber in the present case strike the requisite balance between compensating the individual applicants for a violation of their Convention rights and maintaining the proportionality of the overall award, I am willing to accept the sums awarded by the majority on an equitable basis.
PARTLY DISSENTING OPINION OF JUDGES {ZUPANCIC} AND ZAGREBELSKY
To our regret, we were unable to concur with the majority as regards the application of Article 41 of the Convention once it had been found that there had been a violation of the right to a reasonable length of proceedings in the case in issue.
The question before the Grand Chamber was whether the fact that there were numerous applicants could be included in the criteria to be used in determining the amount of compensation to be awarded in respect of non-pecuniary damage. The majority found (in paragraph 29 of the judgment) that it could, observing that «a high number of participants will very probably have an impact on the amount of just satisfaction to be awarded in respect of non-pecuniary damage», that «the number of individuals participating in common proceedings before the domestic courts is not neutral from the perspective of the non-pecuniary damage that may be sustained by each of them as a result of the length of those proceedings when compared with the non-pecuniary damage that would be sustained by an individual who had brought identical proceedings on an individual basis» and that «membership of a group of people who have resolved to apply to a court on the same factual or legal basis means that both the advantages and disadvantages of common proceedings will be shared».
Even though, in line with a practice which we find questionable, the judgment does not make explicit the reasoning which led to the indication of the amount to be awarded (still less does it touch on the issue of whether the level of compensation ought to be the same for each victim of the violation), the significance of the new criterion, which has resulted in a substantial reduction of the compensation in comparison to the Court's general practice, may be discerned.
In our opinion, however, there is no psychological or other reason which can justify the statement of principle adopted by the Grand Chamber. Nor can we identify in this situation any link or similarity with the area of class actions and the criteria which are used in such cases to calculate the amounts to be awarded to each of the successful parties (in respect of pecuniary damage). We consider that, whatever the number of victims, each of them must be compensated, «if necessary», for the consequences which he or she must have suffered as a result of the violation in question. Just satisfaction is rightly provided for in Article 41 to compensate the victim of a violation in so far as possible. What was at stake in the domestic proceedings and its effects on the person of the applicant are, we believe, the decisive factors to be taken into consideration.
In this connection, we consider that there is no reason to take into consideration the total sum awarded to the applicants, with a view to reducing that sum in a way that affects each victim (see paragraph 32).
That being said, we would add that it is understandable that the Court was concerned by the sheer scale of the amounts in question if they were not to be reduced. In our opinion, however, this is the inevitable consequence of several questionable aspects of the Court's practice with regard to the application of Article 41 in the event of a violation of the right to a reasonable length of proceedings. These range from an almost automatic assumption that non-pecuniary damage has been sustained, without the requirement of any evidence or argument, and the use of mathematical calculation criteria which take into account the entire length of the proceedings, even the period recognised as justified, to the use in this area of scales which are unrelated to the Court's practice concerning violations which cause considerably greater suffering to the victims (Articles 2, 3, 8, 10, etc.).
In our opinion, rather than intervening after the event by introducing a new and highly questionable criterion, the Court ought to re-examine the underlying reasons for the consequences which it was seeking to avoid.
2. Panagiotis Alfaras-Melainis
3. Aikaterini Apostolopoulou-Tsafou
7. Niki Vasilogiannakopoulou-Anzaoui
9. Varvara-Georgia Vlachopoulou-Sfyra
10. Eleftheria Galanaki-Koutsourelaki
19. Penelope Iliadou-Kapsalopoulou
24. Christina Kandaraki-Sfarna
39. Sophia Lambropoulou-Stavropoulou
40. Konstantina Lariou-Margari
41. Maria Mathioudaki-Amarantou
46. Chrysanthi Mitsouli-Mentzikof
48. Maria Moutsopoulou-Maraggou
52. Aikaterini Pantelidaki-Vassiliou
54. Konstantinos Papagiannakos
57. Alexandros Papakonstantinou
86. Aggeliki Ferti-Pasantopoulou