II. Применимое национальное законодательство
Статья 2Постановление ЕСПЧ от 08.12.1999
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Статья 2. Постановление ЕСПЧ от 08.12.1999. 23885/94. 08.12.1999. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2388594/statya-2
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
<**> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
По делу «Партия свободы и демократии (ЕЗДЕП) против Турции» Европейский суд по правам человека (далее — Европейский суд) в соответствии со статьей 27 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод с изменениями, внесенными Протоколом № 11 к Конвенции <> и соответствующими положениями Регламента Суда <>, заседая Большой палатой в составе:
<*> Примечание Секретаря-Канцлера. Протокол № 11 к Конвенции и Регламент Суда вступили в силу 1 ноября 1998 г.
Л. Вильдхабера, Председателя Палаты,
а также при участии П.Дж. Махони и М. Де Бур-Букиккио, Заместителей Секретаря-Канцлера Суда,
заседая 22 апреля и 24 ноября 1999 г. за закрытыми дверями,
вынес на последнем заседании следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было передано в Европейский суд 24 сентября 1998 г. Европейской комиссией по правам человека (далее — Европейская комиссия) в соответствии с бывшей статьей 19 Конвенции <*> в трехмесячный срок согласно требованиям пункта 1 бывшей статьи 32 и бывшей статьи 47 Конвенции. Дело было инициировано жалобой (N 23885/94), поданной 21 марта 1994 г. в Европейскую комиссию против Турецкой Республики турецкой политической партией «Партия свободы и демократии (ЕЗДЕП)», действовавшей через своего председателя Мевлюта Илика ({Mevlut Ilik}), в соответствии с бывшей статьей 25 Конвенции.
<*> С момента вступления в силу Протокола № 11 к Конвенции, который дополнил статью 19 Конвенции, Европейский суд начал действовать на постоянной основе.
Запрос Европейской комиссии относился к бывшим статьям 44 и 48 Конвенции и к декларации, которой Турция признавала обязательную юрисдикцию Европейского суда (бывшая статья 46 Конвенции). Целью запроса было получение решения относительно того, свидетельствуют ли приведенные в деле факты о нарушении государством-ответчиком своих обязательств согласно статье 11 Конвенции.
2. В ответе на запрос, подготовленный и направленный в соответствии с подпунктом «d» пункта 3 правила 33 бывшего Регламента Суда A <*>, партия-заявитель сообщила о своем желании принять участие в разбирательстве по данному делу и назначила адвоката для представления его интересов в Европейском суде (правило 30 Регламента). Р. Бернхардт, Председатель Суда в то время, дал адвокату разрешение использовать турецкий язык в письменном судебном производстве (пункт 3 бывшего правила 27 Регламента Суда).
<*> Регламент А применяется ко всем делам, переданным в Европейский суд до вступления в силу Протокола № 9 к Конвенции (1 октября 1994 г.), а после его вступления в силу и до 31 октября 1998 г. — только к делам, касающимся государств, не подписавших Протокол № 9 к Конвенции.
3. Как Председатель Палаты, изначально назначенный (бывшая статья 43 Конвенции и бывшее правило 21 Регламента Суда), чтобы регулировать, в частности, процессуальные вопросы, которые могут возникнуть до вступления в силу Протокола № 11 к Конвенции, Р. Бернхардт, действуя через Секретаря-Канцлера Суда, проконсультировался с Уполномоченным Турции при Европейском суде по правам человека, адвокатом партии-заявителя и представителем Европейской комиссии об организации письменного судопроизводства. В соответствии с последующим Указанием от 15 октября 1998 г. Секретарь-Канцлер Суда получил меморандум партии-заявителя 6 января 1999 г., а меморандум властей Турции — 8 февраля 1999 г.
4. После вступления в силу 1 ноября 1998 г. Протокола № 11 к Конвенции и в соответствии с пунктом 5 статьи 5 этого Протокола дело было передано в Большую палату Европейского суда. Большая палата включала ex officio Р. Тюрмена, судью, избранного от Турции (пункт 2 статьи 27 Конвенции и пункт 4 правила 24 Регламента Суда), Л. Вильдхабера, Председателя Суда, Э. Пальм, Заместителя Председателя Суда, а также Ж.-П. Коста и М. Фишбаха, Заместителей Председателей секций Суда (пункт 3 статьи 27 Конвенции и пункт 3 и подпункт «а» пункта 5 правила 24 Регламента Суда). Другими судьями Большой палаты стали А. Пастор Ридруехо, Дж. Бонелло, Ежи Макарчик, П. Курис, Ф. Тюлькенс, В. Стражничка, В. Буткевич, Йозеп Касадеваль, Х.С. Грев, А.Б. Бака, Р. Марусте, и С. Ботучарова (пункт 3 правила 24 и пункт 4 правила 100 Регламента Суда). Впоследствии Э. Пальм, В. Стражничка и Р. Марусте, которые не могли принять дальнейшее участие в рассмотрении дела, были заменены запасными судьями Л. Кафлишем, К. Юнгвиртом и В. Томассен (подпункт «b» пункта 5 правила 24 Регламента Суда).
5. 12 января 1999 г. Л. Вильдхабер освободил Р. Тюрмена по его просьбе от участия в разбирательстве в связи с его выходом из состава судей по данному делу в соответствии с Решением Большой палаты, принятым согласно пункту 4 правила 28 Регламента по делу «Огур против Турции» (Ogur v. Turkey) (жалоба № 21594/93).
2 февраля 1999 г. власти Турции проинформировали Секретариат Европейского суда о назначении Ф. Гюльчюклю в качестве судьи ad hoc (пункт 2 статьи 27 Конвенции и пункт 1 правила 29 Регламента Суда).
6. По приглашению Европейского суда (правило 99 Регламента) Европейская комиссия делегировала одного из своих членов, Ж.К. Геуса (J.-C. Geus), для участия в разбирательстве в Большой палате Суда.
7. По решению Председателя Суда, который разрешил адвокату партии-заявителя выступать в Европейском суде на турецком языке (пункт 3 правила 34 Регламента), открытые слушания состоялись во Дворце прав человека в г. Страсбурге 22 апреля 1999 г.
Д. Тезчан (D. Tezcan), Уполномоченный Турции при Европейском суде по правам человека,
Д. Акчай (D. Akcay), Со-Уполномоченные Турции при Европейском суде по правам человека,
И. Батмаз Керемоглу (I. Batmaz {Keremoglu}),
М. Карали (M. Karali), советники,
Х. Каплан (H. Kaplan), адвокат коллегии адвокатов г. Стамбула (Istanbul),
Ж.-К. Геус, представитель Европейской комиссии.
Европейский суд заслушал обращения Ж.-К. Геуса, Х. Каплана и Д. Тезчана.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
A. Формирование Партии свободы и демократии (ЕЗДЕП)
8. Партия свободы и демократии (ЕЗДЕП) была создана 19 октября 1992 г. В тот же день ее Устав был направлен в Министерство внутренних дел Турции. Ее Программа включала следующие положения.
«Вслед за войной „Освобождения“, проведенной совместно курдами, турками и другими национальными меньшинствами, в Турции был отменен Султанат и провозглашена Республика.»
Единственной целью Республики являлось установление национального суверенитета. Усилия по объединению Турции с Европой закончились ничем. Турция не преуспела в избавлении себя от бездарности.
С самых ранних дней Республики определенные партии обладали монополией власти наряду с сотрудничеством государственных и военных бюрократов.
В целях сохранения монополии политика тех, кто стоял у власти, заключалась в отказе признать существование курдского народа, а также в игнорировании их наиболее законных прав.
Господствующая «турецкая» философия сохранилась до настоящего времени, отвергая самые естественные права и требования курдского народа посредством военной и шовинистской пропаганды, а также политики изгнания и уничтожения. Государственная политика, основанная на капиталистической системе, предназначалась для притеснения меньшинства, в частности, курдского меньшинства, но даже сами турки преследовались во имя модернизации и введения западных идеалов.
Вследствие этой политики, которая приукрашивает политические, экономические и социальные аспекты территориальной целостности Турции, нет никакой возможности положить конец этой монополии государственной власти. Эта власть противоречит интересам подавляющего большинства населения.
Она использует силу, чтобы навязать людям существующую ситуацию в целях сохранения своих экономических интересов. Таким образом, она блокирует путь к какому-либо демократическому процессу, целью которого является защита интересов турецких и курдских рабочих.
Партия свободы и демократии предлагает создать систему, управляемую миром и содружеством, в котором наши люди будут иметь право на самоопределение.
Партия свободы и демократии использует политические, демократические и идеологические средства для борьбы со всеми фашистскими, фундаменталистскими, шовинистскими и расистскими движениями или организациями, препятствующими солидарности, сплоченности и дружеским отношениям между народами.
Как во внутренней, так и во внешней политике целью Партии свободы и демократии является защита интересов наших народов и всех рабочих. Партия свободы и демократии является гарантом культурных, профессиональных, экономических и политических ценностей различных национальных или религиозных меньшинств, а также каждой социально-профессиональной категории. Она добивается признания права на создание политической партии.
Наша Партия будет гарантировать религиозным и национальным меньшинствам право исповедовать религию, как они пожелают, свободу вероисповедания, свободу мысли и уважение их обычаев, культур и языков. Каждый будет иметь право пользоваться средствами массовой информации, в особенности радио и телевидением.
Партия свободы и демократии имеет предложения, как определить предпосылки для установления общественного строя, окружающего турецкий и курдский народы.
Партия свободы и демократии считает наши народы единственными собственниками государственного богатства, природных и минеральных ресурсов.
Партия свободы и демократии поддерживает справедливую и законную борьбу народов за независимость и свободу. В этой борьбе она стоит за них.
Наша Партия предлагает создание демократического собрания представителей людей, избранных всеобщим избирательным правом. Это собрание будет представлять интересы турецкого народа, курдского народа и любого другого меньшинства.
Это народное и демократическое собрание будет обладать теми же полномочиями, что и действующая законодательная власть, и будет гарантом национального суверенитета наших народов.
Средства массовой информации станут движущей силой консолидации братских отношений и дружбы между народами. Они будут поддерживать лучший подход к различным культурам и языкам и будут гарантировать национальную принадлежность каждой группы населения. Они будут ответственны за обеспечение того, чтобы политические, экономические, социальные и культурные права народов были признаны.
Будет отсутствовать государственное вмешательство в религиозные дела, которые будут поручены соответствующим институтам.
Для того чтобы сохранить право на самоопределение притесненных народов, наша Партия будет запрещать любую форму культурной, военной, политической или экономической агрессии.
Партия свободы и демократии проводит кампанию за добровольное объединение курдских и турецких народов, которые участвовали в создании страны.
Партия свободы и демократии считает, что демократия может иметь место, только если решена курдская проблема. Эта проблема относится к каждому турку и курду, который поддерживает свободу и демократию.
Партия свободы и демократии поддерживает мирное и демократическое решение курдской проблемы, при условии строгого применения международных инструментов, таких, как Хельсинский заключительный акт, Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод и Всеобщая декларация прав человека.
Партия свободы и демократии будет полностью уважать право курдского народа на самоопределение таким образом, чтобы могло быть найдено демократическое решение, основанное на самоопределении и равенстве народов.
В настоящее время наше законодательство и метод, которым действует правовая система, являются по сути антидемократическими, противоречат основополагающим правам и свободам человека и основаны на классовых интересах. Они не признают существования самобытности курдского народа и запрещают любую форму организаций или объединений рабочих. Они являются расистскими и реакционными.
Будет установлен порядок, разрешающий турецкому и курдскому народам, а также меньшинствам развиваться и свободно наслаждаться своими индивидуальными культурами. Каждый человек будет иметь право на обучение на своем родном языке, что является важнейшей предпосылкой для развития человека и нации.
Каждый будет иметь право на основное образование на своем родном языке. Система образования от начальной школы до университета будет основана на образовании на своем родном языке. Родной язык человека будет иметь превосходство в ходе судебного разбирательства...».
B. Заявление о роспуске Партии свободы и демократии
9. 29 января 1993 г. Главный государственный совет при Кассационном суде (далее — Главный государственный совет) обратился в Конституционный Суд Турции с заявлением о роспуске Партии свободы и демократии на тех основаниях, что она нарушила принципы Конституции Турции и Закона «Об упорядочивании политических партий». Он считал, что содержание и цели, изложенные в программе партии, были направлены на подрыв территориальной целостности и светской природы государства, а также на единство нации.
10. 25 февраля 1993 г. Председатель Конституционного Суда Турции направил жалобу Главного государственного совета председателю Партии свободы и демократии, предлагая ему представить в защиту свои предварительные замечания.
11. 29 марта 1993 г. адвокаты Партии свободы и демократии подали письменные предварительные замечания и потребовали проведения слушания дела. Они утверждали, inter alia, что Закон «Об упорядочивании политических партий» содержал положения, которые противоречили основополагающим правам, гарантированным Конституцией Турции. Они также утверждали, что роспуск партии нарушит положения таких международных инструментов, как Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод, Международный пакт гражданских и политических прав, Хельсинский заключительный акт и Парижская хартия для Новой Европы. Они доказывали, что было недопустимо под страхом роспуска заставить политическую партию придерживаться идеологии, которая соответствовала бы Конституции Турции.
C. Роспуск Партии свободы и демократии
12. 30 апреля 1993 г., в то время, как рассмотрение дела в Конституционном Суде все еще продолжалось, на заседании учредителей Партии свободы и демократии было принято решение о роспуске партии.
13. 11 мая 1993 г. Главный государственный совет представил свои замечания по существу дела в Конституционный Суд Турции. Так как Партия свободы и демократии приняла добровольное решение о своем роспуске, она не представила никаких замечаний по существу дела.
14. 14 июля 1993 г. Конституционный Суд Турции вынес Постановление о роспуске Партии свободы и демократии, а именно на том основании, что ее программа была склонна к подрыву территориальной целостности государства и единства нации, а также нарушила как Конституцию Турции, так и пункт «a» статьи 78 и пункты «a» и «b» статьи 81 Закона «Об упорядочивании политических партий». Постановление Конституционного Суда было направлено в Главный государственный совет, Председателю Великого Национального Собрания и в управление делами Премьер-министра Турции. Постановление Конституционного Суда было опубликовано в официальном бюллетене 14 февраля 1994 г.
Прежде всего, Конституционный Суд Турции постановил, что в соответствии со статьей 108 Закона «Об упорядочивании политических партий» решение Партии свободы и демократии о добровольном роспуске не препятствовало ему вынести постановление по существу дела, так как это решение было принято после начала судебного разбирательства.
Что касается существа дела, Конституционный Суд напомнил конституционные принципы, согласно которым все проживающие на территории Турции независимо от своего этнического происхождения формировали целое, объединенное своей общей культурой. Все народы, которые создали Турецкую Республику, назывались «турецкая нация». Различные этнические группы, формируя «турецкую нацию», не были разделены на большинство и меньшинства. Суд напомнил, что в соответствии с Конституцией Турции никакого политического или правового различия, основанного на этническом или расовом происхождении, не может быть проведено между гражданами: все турецкие граждане без какого-либо различия могут воспользоваться всеми гражданскими, политическими и экономическими правами.
Относительно ссылки турецких граждан курдского происхождения Конституционный Суд Турции постановил, что в любом регионе Турции эти лица пользуются теми же правами, что и другие турецкие граждане. Это не означало, что Конституция Турции не признавала существования курдской самобытности, так как гражданам курдского происхождения не запрещалось выражать свою курдскую самобытность. Курдский язык мог использоваться во всех частных помещениях, на рабочих местах, в прессе, а также в искусстве и литературе.
Конституционный Суд Турции напомнил принцип, согласно которому каждый был обязан соблюдать положения Конституции Турции, даже если он не был с ними согласен. Конституция Турции не препятствовала восхвалению различий, но запрещала пропаганду, основанную на расовом различии и направленную на подрыв конституционного порядка. Конституционный Суд Турции обратил внимание на то, что на основании Лозаннского договора обладание отдельным языком или этническим происхождением не являлось само по себе достаточным для того, чтобы группа считалась меньшинством.
Что касается содержания программы Партии свободы и демократии, Конституционный Суд Турции отметил, что она основывалась на предположении, что в Турции существовал отдельный курдский народ со своей собственной культурой и языком. Курды были представлены в программе в качестве притесненного народа, демократические права которого полностью игнорировались. По мнению Конституционного Суда Турции, Партия свободы и демократии требовала для курдов право на самоопределение и поддерживала их право вести «войну за независимость». Ее позиция была схожа с позицией террористических организаций и представляла собой подстрекательство к восстанию.
Относительно принципа отделения церкви от государства Конституционный Суд Турции отметил, что программа Партии свободы и демократии содержала предложение о ликвидации Департамента религиозных дел Правительства Турции на том основании, что религиозные дела должны сами по себе находиться под контролем религиозных институтов. После напоминания того, что подразумевалось под принципом отделения церкви от государства, Конституционный Суд Турции заявил, что пропаганда ликвидации Департамента религиозных дел Правительства Турции считается подрывом принципа отделения церкви от государства. Конституционный Суд Турции пришел к выводу, что этот аспект программы Партии свободы и демократии противоречил статье 89 Закона «Об упорядочивании политических партий».
Конституционный Суд Турции указал на тот факт, что Парижская хартия для Новой Европы осуждала расизм, этническую ненависть и терроризм, а также что Хельсинский заключительный акт гарантировал нерушимость национальных границ и территориальной целостности. Конституционный Суд Турции пришел к выводу, что деятельность Партии свободы и демократии была подвержена, inter alia, ограничениям, на которые ссылаются пункт 2 статьи 11 и статья 17 Конвенции.
II. Применимое национальное законодательство
A. Конституция Турции
15. Применимые положения Конституции Турции гласят:
«Турецкая Республика — демократическое, светское и социальное государство, основанное на нормах права, уважающее права человека в духе социального спокойствия, национальной солидарности и справедливости, придерживающееся национализма Ататюрка и опирающееся на основные принципы, изложенные в преамбуле».
«Турецкое государство составляет вместе со своей территорией и нацией неделимое целое. Официальным языком является турецкий».
Переход между статьями: Ctrl + ← / →