Постановление ЕСПЧ от 07.02.2008
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 07.02.2008. 23490/03. 07.02.2008. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2349003
«Дело „Костенко (Kostenko) против Российской Федерации“ (жалоба № 23490/03) [рус., англ.]»
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «КОСТЕНКО (KOSTENKO) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» (Жалоба № 23490/03)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Х. Розакиса, Председателя Палаты,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 17 января 2008 г.,
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 23490/03, поданной против Российской Федерации в Европейский суд по правам человека (далее — Европейский суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданкой Российской Федерации Лилией Петровной Костенко (далее — заявительница) 14 июля 2003 г.
2. Интересы заявительницы в Европейском суде представлял А.Н. Гапошкин, адвокат, практикующий в г. Магадане. Власти Российской Федерации были первоначально представлены бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптевым, а затем — новым Уполномоченным В.В. Милинчук.
3. 15 марта 2006 г. Европейский суд коммуницировал жалобу властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.
ФАКТЫ
Обстоятельства дела
4. Заявительница родилась в 1930 году и проживает в г. Магадане Магаданской области.
5. В 2000 году она попала под автомобиль пожарной службы Магаданской области, вследствие чего стала инвалидом.
6. 11 сентября 2001 г. Магаданский городской суд (далее — городской суд) удовлетворил требования заявительницы к пожарной охране и присудил ей 100000 рублей в счет компенсации морального вреда. Решение вступило в законную силу 26 сентября 2001 г. В ту же дату городской суд выдал исполнительный лист.
7. 4 октября 2001 г. служба судебных приставов г. Магадана возбудила исполнительное производство.
8. В неустановленную дату должник уведомил службу судебных приставов о том, что на Решение от 11 сентября 2001 г. подана жалоба. Судебный пристав-исполнитель обратился в городской суд по вопросу о приостановлении исполнительного производства решения на период рассмотрения жалобы. 21 декабря 2001 г. городской суд отклонил заявление судебного пристава-исполнителя, поскольку тем временем Магаданский областной суд (далее — областной суд) оставил Решение от 11 сентября 2001 г. без изменения. 8 января 2002 г. Решение от 21 декабря 2001 г. вступило в силу.
9. 11 февраля 2002 г. судебный пристав-исполнитель передал исполнительный лист в Федеральное казначейство для исполнения. Однако 4 марта 2002 г. Федеральное казначейство возвратило документы судебному приставу-исполнителю на том основании, что задолженность должна быть взыскана с администрации г. Магадана.
10. 17 июня 2002 г. пожарная охрана уведомила заявительницу о том, что решение может быть исполнено в рассрочку, ежемесячными платежами. В соответствии с графиком погашения последний платеж приходился на декабрь 2006 г. Заявительница отклонила это предложение и потребовала полного исполнения решения.
11. 21 июня 2002 г. судебный пристав-исполнитель прекратил исполнительное производство на том основании, что исполнительный лист был направлен в пожарную охрану, и что последняя изъявляет готовность производить ежемесячные платежи в пользу заявительницы.
12. 11 июля 2002 г. прокурор г. Магадана опротестовал решение о прекращении исполнительного производства.
13. 19 июля 2002 г. судебный пристав-исполнитель отменил по протесту прокурора Решение от 21 июня 2002 г. и возобновил исполнительное производство.
14. 16 апреля 2003 г. городской суд установил, что должник не имеет достаточных средств для исполнения Решения суда, и удовлетворил ходатайство судебного пристава-исполнителя о приостановлении Решения суда до 31 декабря 2003 года. 27 мая 2003 г. областной суд оставил без изменения Решение от 16 апреля 2003 г.
15. Между 18 ноября 2002 г. и 23 июня 2003 г. заявительница получила 17500 рублей.
16. 7 июня 2004 г. судебный пристав-исполнитель прекратил исполнительное производство на том основании, что должник не имеет достаточных средств.
17. 13 августа 2004 г. городской суд отменил Решение от 7 июня 2004 г. по жалобе заявительницы. Суд установил, что судебный пристав-исполнитель не принял всех необходимых мер для исполнения Решения от 11 сентября 2001 г. Решение вступило в силу 31 августа 2004 г.
18. 13 сентября 2004 г. городской суд повторно направил исполнительный лист судебным приставам-исполнителям.
19. 16 октября 2004 г. судебный пристав-исполнитель прекратил исполнительное производство на том основании, что должник не имеет достаточных средств. Заявительнице было рекомендовано направить исполнительный лист в Федеральное казначейство.
20. 10 декабря 2004 г. заявительница направила исполнительный лист в Федеральное казначейство.
21. 31 декабря 2004 г. она получила непогашенную задолженность в размере 82500 рублей, причитавшуюся ей на основании Решения суда от 11 сентября 2001 г.
22. 15 августа 2005 г. городской суд присудил заявительнице 536 рублей 07 копеек в связи с неисполнением Решения от 11 сентября 2001 г. Решение вступило в силу 31 августа 2005 г. и, по-видимому, не было исполнено.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции
23. Заявительница жаловалась, ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции и статью 1 Протокола № 1 к Конвенции, на длительное неисполнение вступившего в силу Решения суда, вынесенного в ее пользу. Эти статьи Конвенции в соответствующей части предусматривают следующее:
«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на... разбирательство дела в разумный срок... судом».
Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции
«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.»
Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов».
A. Приемлемость жалобы
24. Власти Российской Федерации утверждали, что 15 августа 2005 г. заявительнице была присуждена компенсация за задержку исполнения Решения от 11 сентября 2001 г. Решение от 15 августа 2005 г. не было исполнено, поскольку заявительница не вручила исполнительный лист ни должнику, ни в службу судебных приставов-исполнителей.
25. Заявительница не комментировала эти возражения.
26. Европейский суд отмечает, и это не оспаривается сторонами, что заявительнице была присуждена компенсация за задержку исполнения Решения от 11 сентября 2001 г. (см. § 23 настоящего Постановления). Европейский суд не исключает того, что такая компенсация могла составлять возмещение в связи с допущенным ранее уклонением государства от исполнения решения в разумный срок при условии, что эта компенсация выплачена в срок без какой-либо задержки. Власти Российской Федерации утверждали, что компенсация не была выплачена заявительнице, поскольку она не передала исполнительный лист ни должнику, ни в службу судебных приставов. Однако Европейский суд напоминает, что лицу, в пользу которого вынесено вступившее в силу решение против государства в результате успешного разбирательства, не может быть предъявлено требование об использовании исполнительного производства с целью обеспечения его исполнения (см. Постановление Европейского суда от 27 мая 2004 г. по делу «Метаксас против Греции» (Metaxas v. Greece), жалоба № 8415/02, § 19; и Постановление Европейского суда от 29 сентября 2005 г. по делу «Рейнбах против Российской Федерации» (Reynbakh v. Russia), жалоба № 23405/03, § 24). Государственные органы были осведомлены о требованиях заявительницы, и как только Решение от 15 августа 2005 г. вступило в силу, государство было обязано исполнить его. Однако власти Российской Федерации не представили каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что эта компенсация была выплачена заявительнице полностью и своевременно. Соответственно, Европейский суд полагает, что заявительница по-прежнему может считаться «жертвой» в отношении ее жалобы на задержку исполнения Решения от 11 сентября 2001 г.
27. В связи с этим Европейский суд заключает, что жалоба заявительницы не является явно необоснованной в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, жалоба должна быть объявлена приемлемой.
B. Существо жалобы
28. Власти Российской Федерации утверждали, что для исполнения Решения суда от 11 сентября 2001 г. были приняты необходимые меры. Они указывали, что исполнительное производство было приостановлено Судебным решением от 31 декабря 2003 г., и что судебный пристав-исполнитель действовал в соответствии с законодательством, когда прекращал его 16 октября 2004 г. Власти Российской Федерации также отмечали, что Федеральное казначейство получило исполнительный лист только 10 декабря 2004 г. Недостающая сумма была уплачена 31 декабря 2004 г., то есть своевременно. Поэтому власти Российской Федерации полагали, что несут ответственность только за два периода задержки исполнения Решения от 11 сентября 2001 г.: с 26 сентября 2001 г. по 17 ноября 2002 г., и с 1 января по 16 октября 2004 г.
29. Заявительница поддержала свои требования.
30. Европейский суд отмечает, что 11 сентября 2001 г. в пользу заявительницы было вынесено Решение, которым на пожарную охрану Магаданской области, государственное учреждение, была возложена обязанность выплаты в ее пользу значительной денежной суммы. Решение вступило в законную силу 26 сентября 2001 г. Оно было полностью исполнено 31 декабря 2004 г., то есть приблизительно через три года и три месяца после его вступления в силу.
31. Европейский суд не может согласиться с доводом властей Российской Федерации о принятии необходимых мер для своевременного исполнения Решения от 11 сентября 2001 г. Исполнительное производство приостанавливалось и впоследствии несколько раз прекращалось на том основании, что должник не имеет достаточных средств. Тем не менее Европейский суд напоминает, что государственный орган не вправе ссылаться на отсутствие средств или иных ресурсов в качестве оправдания для неисполнения Судебного решения (см. Постановление Европейского суда от 24 февраля 2005 г. по делу «Плотниковы против Российской Федерации» (Plotnikovy v. Russia), жалоба № 43883/02, § 23; и Постановление Европейского суда от 16 июня 2005 г. по делу «Малиновский против Российской Федерации» (Malinovskiy v. Russia), жалоба № 41302/02, § 35). Можно предположить, что задержка исполнения Судебного решения при некоторых обстоятельствах может быть оправданной, однако она не должна умалять сущности права, гарантированного пунктом 1 статьи 6 Конвенции. Заявители не могут лишаться преимуществ, вытекающих из успешного разбирательства, на основании предполагаемых финансовых трудностей, испытываемых государством (см. Постановление Европейского суда по делу «Бурдов против Российской Федерации» (Burdov v. Russia), жалоба № 59498/00, § 35, ECHR 2002-III).
32. Европейский суд отвергает довод властей Российской Федерации о том, что Федеральное казначейство исполнило Решение суда от 11 сентября 2001 г. своевременно, после того, как заявительница представила ему исполнительный лист. Европейский суд отмечает, и это не оспаривалось сторонами, что первоначально исполнительный лист был представлен в Федеральное казначейство судебными приставами-исполнителями 11 февраля 2002 г. Однако Федеральное казначейство отказалось исполнять Решение суда.
33. В связи с этим Европейский суд полагает, что органы государственной власти несут ответственность за весь период неисполнения Судебного решения от 11 сентября 2001 г.
34. Европейский суд часто устанавливал нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в делах, затрагивающих аналогичные проблемы (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Бурдов против Российской Федерации»; и Постановление Европейского суда от 5 июля 2007 г. по делу «Байгаев против Российской Федерации» (Baygayev v. Russia), жалоба № 36398/04).
35. Рассмотрев представленные ему материалы, Европейский суд отмечает, что власти Российской Федерации не указали фактов или доводов, которые оправдывали бы длительное неисполнение Решения, вынесенного в пользу заявительницы. Европейский суд находит, что, не исполняя в течение длительного срока вступившее в силу Решение, вынесенное в пользу заявительницы, национальные власти умалили сущность ее права на доступ к правосудию и лишили ее возможности получения денежных средств, которые она обоснованно могла рассчитывать получить.
36. Соответственно, имело место нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
II. Применение статьи 41 Конвенции
37. Статья 41 Конвенции предусматривает:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
38. Заявительница требовала 10000 евро в счет компенсации морального вреда.
39. Власти Российской Федерации утверждали, что эти требования чрезмерны и необоснованны.
40. Европейский суд находит, что заявительница должна была претерпеть страдания и чувство разочарования в связи с уклонением властей от своевременного исполнения решения, вынесенного в ее пользу. Однако требуемая сумма выглядит чрезмерной. Принимая во внимание длительность исполнительного производства, характер компенсации и оценивая указанные обстоятельства на справедливой основе, Европейский суд присуждает заявительнице 2700 евро в счет компенсации морального вреда, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанную выше сумму.
B. Судебные расходы и издержки
41. Заявительница не требовала возмещения судебных расходов и издержек, понесенных в судах страны и Европейском суде. Соответственно, Европейский суд не присуждает ей каких-либо сумм по данному основанию.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
42. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции;
a) что власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявительнице 2700 евро (две тысячи семьсот евро) в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в российские рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанную сумму;
b) что с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 7 февраля 2008 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF KOSTENKO v. RUSSIA (Application No. 23490/03)
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Kostenko v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
and {Soren} Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 17 January 2008,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 23490/03) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a Russian national, Ms Liliya Petrovna Kostenko («the applicant»), on 14 July 2003.
2. The applicant was represented before the Court by Mr A.N. Gaposhkin, a lawyer practising in Magadan. The Russian Government («the Government») were initially represented by Mr P. Laptev, the former Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights, and subsequently by their new Representative, Mrs V. Milinchuk.
3. On 15 March 2006 the Court decided to give notice of the application to the Government. Under the provisions of Article 29 § 3 of the Convention, it decided to examine the merits of the application at the same time as its admissibility.
THE FACTS
The circumstances of the case
4. The applicant was born in 1930 and lives in Magadan, the Magadan Region.
5. In 2000 she was run over by a car of the Fire Service of the Magadan Region. As a result she became disabled.
6. On 11 September 2001 the Magadan Town Court («the Town Court») granted the applicant's claim against the Fire Service and awarded her 100,000 Russian roubles (RUB) in compensation for non-pecuniary damage. The judgment entered into force on 26 September 2001. On the same date the Town Court issued a writ of execution.
7. On 4 October 2001 the Bailiffs' Office of Magadan initiated the enforcement proceedings.
8. On an unspecified date the defendant informed the bailiff that an appeal had been lodged against the judgment of 11 September 2001. The bailiff requested the Town Court to postpone the execution of the judgment pending the proceedings before the appeal court. On 21 December 2001 the Town Court rejected the bailiff's request, as in the meantime the Magadan Regional Court («the Regional Court») upheld the judgment of 11 September 2001. On 8 January 2002 the decision of 21 December 2001 became final.
9. On 11 February 2002 the bailiff submitted the writ of execution to the Federal Treasury for enforcement. However, on 4 March 2002 the Federal Treasury returned the enforcement materials to the bailiff on the ground that the debt had to be recovered from the administration of Magadan.
10. On 17 June 2002 the Fire Service informed the applicant that the judgment would be enforced by monthly payments. According to the schedule, the final payment was to take place in December 2006. The applicant rejected the proposal and requested to enforce the judgment in full.
11. On 21 June 2002 the bailiff terminated the enforcement proceedings on the ground that the writ of execution had been forwarded to the Fire Service and that the latter would make monthly payments to the applicant.
12. On 11 July 2002 the Prosecutor of Magadan contested the decision to terminate the enforcement proceedings.
13. On 19 July 2002, the bailiff quashed the decision of 21 June 2002, upon the Prosecutor's request, and reopened the enforcement proceedings.
14. On 16 April 2003 the Town Court found that the debtor had no sufficient funds to honour the judgment debt and granted the Bailiff's request to postpone the enforcement of the judgment until 31 December 2003. On 27 May 2003 the Regional Court upheld the decision of 16 April 2003.
15. Between 18 November 2002 and 23 June 2003 the applicant received RUB 17,500.
16. On 7 June 2004 the bailiff terminated the enforcement proceedings on the ground that the debtor had no sufficient funds.
17. On 13 August 2004 the Town Court quashed the decision of 7 June 2004, upon the applicant's appeal. The court found that the bailiff had failed to take necessary measures for the enforcement of the judgment of 11 September 2001. The decision entered into force on 31 August 2004.
18. On 13 September 2004 the Town Court resubmitted the writ of execution to the bailiffs.
19. On 16 October 2004 the bailiff discontinued the enforcement proceedings on the ground that the debtor had no sufficient funds. The applicant was advised to submit the writ of execution to the Federal Treasury.
20. On 10 December 2004 the applicant forwarded the writ of execution to the Federal Treasury.
21. On 31 December 2004 she received the outstanding debt of RUB 82,500 due to her under the judgment of 11 September 2001.
22. On 15 August 2005 the Town Court awarded the applicant RUB 536.07 in penalties for the delayed enforcement of the judgment of 11 September 2001. The decision entered into force on 31 August 2005. It appears that it has not been enforced.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1
23. The applicant complained under Article 6 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 to the Convention about the lengthy non-enforcement of the final judgment in her favour. These Articles, in so far as relevant, read as follows:
«In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a fair... hearing... by [a]... tribunal...»
«Every natural or legal person is entitled to the peaceful enjoyment of his possessions. No one shall be deprived of his possessions except in the public interest and subject to the conditions provided for by law and by the general principles of international law.»
The preceding provisions shall not, however, in any way impair the right of a State to enforce such laws as it deems necessary to control the use of property in accordance with the general interest or to secure the payment of taxes or other contributions or penalties.»
A. Admissibility
24. The Government submitted that on 15 August 2005 the applicant had been awarded the compensation for the delay in the enforcement of the judgment of 11 September 2001. The decision of 15 August 2005 had not been enforced because the applicant had not submitted the writ of execution neither to the defendant nor to the bailiffs.
25. The applicant did not comment.
26. The Court observes, and it is not contested by the parties, that the applicant was awarded compensation for the delay in the enforcement of the judgment of 11 September 2001 (see paragraph 23 above). The Court does not exclude that such a compensation award could constitute redress of the State's previous failure to comply with the judgment within a reasonable time, provided that this award has been paid in full without any delay. The Government argued that the compensation award had not been paid to the applicant because she had not submitted the writ of execution neither to the defendant nor to the bailiffs. However, the Court reiterates that a person who has obtained an enforceable judgment against the State as a result of successful litigation cannot be required to resort to enforcement proceedings in order to have it executed (see Metaxas v. Greece, No. 8415/02, § 19, 27 May 2004, and Reynbakh v. Russia, No. 23405/03, § 24, 29 September 2005). The State authorities were aware of the applicant's claims, and, as soon as the decision of 15 August 2005 became enforceable, it was incumbent on the State to comply with it. However, the Government did not adduce any evidence showing that this award had been paid to the applicant in full and in good time. Accordingly, the Court considers that the applicant may still claim to be a «victim» in respect of her complaint about the delayed enforcement of the judgment of 11 September 2001.
27. The Court, therefore, concludes that the application is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
28. The Government submitted that the authorities took necessary measures to enforce the judgment of 11 September 2001. They argued that the enforcement proceedings were postponed by a court decision until 31 December 2003 and that the bailiff had acted in accordance with law when he had discontinued them on 16 October 2004. The Government further pointed out that the Federal Treasury had received the writ of execution only on 10 December 2004. The outstanding debt was paid to the applicant on 31 December 2004, i.e. in good time. Therefore, the Government considered that they were responsible only for two periods of delay in the enforcement of the judgment of 11 September 2001: from 26 September 2001 to 17 November 2002, and from 1 January to 16 October 2004.
29. The applicant maintained her complaint.
30. The Court observes that on 11 September 2001 the applicant obtained a judgment, by which the Fire Service of the Magadan Region, a state body, was to pay her a substantial amount of money. The judgment acquired legal force on 26 September 2001. It was fully enforced on 31 December 2004, i.e. in approximately three years and three months after it became final.
31. The Court cannot accept the Government's argument that the authorities had taken necessary measures to enforce the judgment of 11 September 2001 in good time. The enforcement proceedings were postponed and subsequently terminated on several occasions on the ground that the debtor had no sufficient funds. However, the Court reiterates that it is not open to a State authority to cite the lack of funds or other resources, as an excuse for not honouring a judgment debt (see Plotnikovy v. Russia, No. 43883/02, § 23, 24 February 2005, and Malinovskiy v. Russia, No. 41302/02, § 35, 16 June 2005). Admittedly, a delay in the execution of a judgment may be justified in particular circumstances, but the delay may not be such as to impair the essence of the right protected under Article 6 § 1. The applicant should not be prevented from benefiting from the success of the litigation on the ground of alleged financial difficulties experienced by the State (see Burdov v. Russia, No. 59498/00, § 35, ECHR 2002-III).
32. The Court rejects the Government's argument that the Federal Treasury enforced the judgment of 11 September 2001 in good time after the applicant had submitted the writ of execution. The Court observes, and, it is not contested by the Government, that for the first time the writ of execution was submitted to the Federal Treasury by the bailiffs on 11 February 2002. However, the Treasury refused to enforce the judgment.
33. The Court therefore considers that the state authorities are responsible for the whole period of the non-enforcement of the judgment of 11 September 2001.
34. The Court has frequently found violations of Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1 in cases raising issues similar to the ones in the present case (see Burdov, cited above, and Baygayev v. Russia, No. 36398/04, 5 July 2007).
35. Having examined the materials submitted to it, the Court notes that the Government have not put forward any fact or argument capable of justifying the lengthy non-enforcement of the judgment in the applicant's favour. The Court finds that by failing, for long period of time, to comply with the enforceable judgment in the applicant's favour the domestic authorities impaired the essence of her right to a court and prevented her from receiving the money she had legitimately expected to receive.
36. There has accordingly been a violation of Article 6 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1.
II. Application of Article 41 of the Convention
37. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
38. The applicant claimed 10,000 euros (EUR) in respect of non-pecuniary damage.
39. The Government submitted that the applicant's claim was excessive and unsubstantiated.
40. The Court considers that the applicant must have suffered certain distress and frustration resulting from the authorities' failure to enforce the final judgment in her favour in good time. However, the amount claimed appears to be excessive. Taking into account the length of the enforcement proceedings, the nature of the award and making its assessment on an equitable basis, the Court awards the applicant EUR 2,700 in respect of non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable on that amount.
B. Costs and expenses
41. The applicant did not make any claim for costs and expenses incurred before the domestic courts and before the Court. Accordingly, the Court makes no award under this head.
C. Default interest
42. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the application admissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1;
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, EUR 2,700 (two thousand seven hundred euros) in respect of non-pecuniary damage, to be converted into Russian roubles at the rate applicable at the date of settlement, plus any tax that may be chargeable;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amount at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
4. Dismisses the remainder of the applicant's claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 7 February 2008, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.