Постановление ЕСПЧ от 30.04.2009
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 30.04.2009. 23310/04. 30.04.2009. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2331004
«Дело „Гасанова (Gasanova) против Российской Федерации“ (жалоба № 23310/04) [рус., англ.]»
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ГАСАНОВА (GASANOVA) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» (Жалоба № 23310/04)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 30 апреля 2009 года)
По делу «Гасанова против Российской Федерации» Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Христоса Розакиса, Председателя Палаты,
а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 7 апреля 2009 г.,
вынес в тот же день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 23310/04, поданной против Российской Федерации в Европейский суд по правам человека (далее — Европейский суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданкой Российской Федерации Людмилой Михайловной Гасановой (далее — заявительница) 5 июня 2004 г.
2. Власти Российской Федерации были первоначально представлены бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека В.В. Милинчук, а впоследствии Уполномоченным Г.О. Матюшкиным.
3. 7 марта 2008 г. председатель Первой секции коммуницировал жалобу властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд также решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.
ФАКТЫ
Обстоятельства дела
4. Заявительница родилась в 1935 году и проживает в поселке Менделеево Московской области.
5. В 1995 году заявительница предъявила иск в суд к жилищно-эксплуатационной организации. На протяжении разбирательства она представляла свои интересы сама. Она просила взыскать компенсацию вреда, причиненного неудовлетворительным качеством ремонта, который был произведен ответчиком в ее квартире, и просила о повторном ремонте. Она также требовала неустойку за задержку ремонта квартиры. В процессе разбирательства заявительница изменяла свои требования.
A. Первое рассмотрение дела
6. 27 ноября 1995 г. Солнечногорский городской суд Московской области (далее — городской суд) отклонил ее требования. 6 февраля 1996 г. Московский областной суд (далее — областной суд) оставил решение без изменения.
B. Надзорная процедура и второе рассмотрение дела
7. 28 мая 1996 г. президиум областного суда отменил Решение от 27 ноября 1995 г. и возвратил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
8. Тем временем администрация Солнечногорского района передала муниципальное жилье в ведение муниципального предприятия «Менделеево-сервис».
9. 10 октября 1997 г. городской суд удовлетворил требования заявительницы частично. 18 февраля 1998 г. областной суд оставил решение без изменения.
C. Надзорная процедура и третье рассмотрение дела
10. 13 января 1999 г. президиум областного суда отменил Решение от 10 октября 1997 г. и возвратил дело на новое рассмотрение в городской суд. Он, в частности, указал, что нижестоящие суды неправильно определили надлежащего ответчика по делу. Он также отметил, что для разрешения вопроса о неустойке суду первой инстанции следовало выяснить, установили ли стороны предельный срок ремонта.
11. 5 марта 1999 г. городской суд назначил рассмотрение дела на 9 апреля 1999 г. В апреле — октябре 1999 г. было назначено шесть заседаний, однако они были отложены в основном из-за неявки ответчика и третьего лица.
12. 26 октября 1999 г. городской суд установил, что муниципальное предприятие «Менделеево-сервис» является надлежащим ответчиком по делу и обязал его отремонтировать квартиру заявительницы. В связи с задержкой ремонта квартиры он присудил заявительнице неустойку и компенсацию морального вреда. Кроме того, он установил, что ответчик недобросовестно препятствовал правильному и своевременному рассмотрению дела и обязал его выплатить заявительнице компенсацию за потерю времени.
13. 2 февраля 2000 г. областной суд отменил Решение от 26 октября 1999 г. и возвратил дело в суд первой инстанции для нового рассмотрения. Он установил, что городской суд не указал в своем решении, какой ремонт должен быть произведен в квартире заявительницы, что он не учел Постановление президиума от 13 января 1999 г. и не мотивировал свое заключение о недобросовестности ответчика при затягивании процесса.
D. Четвертое рассмотрение дела
14. 3 мая 2000 г. городской суд назначил рассмотрение дела на 29 июня 2000 г. B июне — декабре 2000 г. было назначено девять заседаний. Три из них не состоялись из-за неявки ответчика, одно было отложено из-за неявки заявительницы и три были отложены, поскольку заявительница просила об отложении для изменения своих требований или ответчик просил об отложении для представления доказательств. Одно заседание было отложено для вызова эксперта.
15. 19 декабря 2000 г. городской суд установил, что, поскольку эксплуатирующая организация более не существует, на нее не может быть возложена обязанность ремонта квартиры заявительницы. Поэтому он взыскал в пользу заявительницы необходимую стоимость такого ремонта и компенсацию морального вреда. Он также обязал ответчика заменить часть оборудования в квартире заявительницы. Он указал, что стороны не заключили письменный договор о ремонте в квартире и не установили сроков, поэтому основания для присуждения заявительнице неустойки в этом отношении отсутствуют. В ту же дату городской суд решил рассмотреть требование заявительницы о неустойке в связи с задержкой замены санитарного оборудования и компенсации за потерю времени в отдельном производстве.
16. 18 апреля 2001 г. областной суд отменил Решение от 19 декабря 2000 г. и передал дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции на том основании, что суд первой инстанции не учел его указаний, содержавшихся в Определении от 2 февраля 2000 г.
E. Пятое рассмотрение дела
17. 6 августа 2001 г. рассмотрение дела было отложено до 26 сентября 2001 г. из-за неявки сторон.
18. Как утверждают власти Российской Федерации, 26 сентября 2001 г. разбирательство было прекращено по ходатайству заявительницы, однако 16 января 2002 г. президиум областного суда отменил это решение в порядке надзора по протесту прокурора. Власти Российской Федерации не представили Европейскому суду копии этих решений.
19. 15 февраля 2002 г. городской суд назначил разбирательство на 13 марта 2002 г. В эту дату рассмотрение дела было отложено до 11 апреля 2002 г. из-за неявки сторон.
20. 11 апреля 2002 г. городской суд оставил иск заявительницы без рассмотрения на том основании, что она не явилась на два заседания.
21. 16 января 2003 г. заявительница просила городской суд восстановить срок на обжалование Определения от 11 апреля 2002 г. Она указывала, что не явилась на два заседания, поскольку она не была надлежащим образом уведомлена о них, и что она не получила копию Определения от 11 апреля 2002 года. 21 января 2003 г. городской суд удовлетворил ее ходатайство, отменил Определение от 11 апреля 2002 г. и назначил рассмотрение дела на 12 марта 2003 г. В эту дату рассмотрение было вновь отложено из-за неявки сторон.
22. 29 мая 2003 г. рассмотрение дела было отложено на 23 июля 2003 г. по болезни судьи. В эту дату заявительница изменила свои требования. Она утверждала, что, поскольку рассмотрение дела было слишком длительным, она отремонтировала квартиру за счет собственных средств и просила суд взыскать компенсацию этих расходов. В ту же дату рассмотрение дела было отложено до 25 августа 2003 г. Три следующих заседания были отложены из-за неявки предприятия-ответчика или по его ходатайству об отсрочке для представления доказательств и подготовки отзыва на иск заявительницы.
23. 24 ноября 2003 г. городской суд взыскал с муниципального предприятия «Менделеево-сервис» компенсацию расходов заявительницы на ремонт и компенсацию морального вреда в связи с неудовлетворительным качеством ремонта. Кроме того, он обязал ответчика заменить санитарное оборудование в квартире заявительницы. Он отклонил остальную часть требований заявительницы.
24. 16 марта 2004 г. областной суд оставил Решение от 24 ноября 2003 г. без изменения.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с длительностью разбирательства
25. Заявительница жаловалась на то, что длительность разбирательства в ее деле была несовместима с требованием «разумного срока», предусмотренным в пункте 1 статьи 6 Конвенции, который устанавливает следующее:
«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на... разбирательство дела в разумный срок... судом...».
26. Разбирательство началось в 1995 году, когда заявительница предъявила иск в городской суд. Однако Европейский суд обладает компетенцией ratione temporis <*> только в отношении периода после 5 мая 1998 г., когда Конвенция вступила в силу в отношении России. При оценке разумности срока, истекшего после этой даты, должно учитываться состояние разбирательства в тот период. Кроме того, во внимание должны приниматься только те периоды, когда дело реально рассматривалось национальными судами, то есть периоды, когда отсутствовало действующее решение по существу спора заявительницы, и власти были обязаны вынести такое решение (см., например, Постановление Европейского суда от 1 декабря 2005 г. «Скоробогатова против Российской Федерации» (Skorobogatova v. Russia), жалоба № 33914/02, § 39, с дополнительными ссылками). В настоящем деле разбирательство длилось с 13 января 1999 г., когда президиум областного суда отменил Решение от 10 октября 1997 г., до 16 марта 2004 г., когда областной суд принял окончательное решение по делу. С учетом вышеизложенного период, который должен приниматься во внимание, составляет примерно пять лет и два месяца. На протяжении этого периода дело было рассмотрено три раза в двух судебных инстанциях.
<*> Ratione temporis (лат.) — «ввиду обстоятельств, связанных с временем», критерий времени, применяемый при оценке приемлемости жалобы Европейским судом (прим. переводчика).
A. Приемлемость жалобы
27. Европейский суд отмечает, что жалоба заявительницы не является явно необоснованной в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, жалоба должна быть объявлена приемлемой.
B. Существо жалобы
28. Во-первых, власти Российской Федерации утверждали, что дело было очень сложным. Разбирательство несколько раз откладывалось для вызова в судебные заседания экспертов и третьих лиц, три раза по просьбе заявительницы для изменения ее требований и сбора доказательств и три раза по просьбе ответчика. Кроме того, в ходе разбирательства предприятие-ответчик было реорганизовано, и суды должны были установить его законного правопреемника. Власти Российской Федерации также утверждали, что рассмотрение дела пять раз откладывалось из-за неявки заявительницы, что повлекло задержку в четыре месяца. 11 апреля 2002 г. иск был оставлен без рассмотрения из-за неявки заявительницы на два заседания. Заявительница не обжаловала это определение, но просила о возобновлении разбирательства только 16 января 2003 г. В результате разбирательство было отложено на девять месяцев. Национальные суды проводили разбирательство надлежащим образом. Заседания назначались регулярно. Рассмотрение дела было отложено только два раза, когда судья находился на больничном и был занят в других разбирательствах. Дело было рассмотрено несколько раз. Решения нижестоящих судов были отменены не из-за серьезных судебных ошибок, а вследствие сложных вопросов права и факта, затронутых данным делом.
29. Главный довод заявительницы сводился к тому, что национальные суды не провели разбирательство должным образом. 13 января 1999 г. президиум областного суда должен был вынести решение по ее делу, а не возвращать его на новое рассмотрение.
30. Европейский суд напоминает, что разумность длительности судебного разбирательства подлежит оценке с учетом обстоятельств дела и следующих критериев: сложность дела и поведение заявителя и соответствующих должностных лиц, а также значение предмета спора для заявителя (см., в частности, Постановление Большой палаты по делу «Фридлендер против Франции» (Frydlender v. France), жалоба № 30979/96, § 43, ECHR 2000-VII).
31. Европейский суд готов принять довод властей Российской Федерации о том, что судебное разбирательство по его предмету было достаточно сложным. Тем не менее Европейский суд не может согласиться с тем, что сложность дела сама по себе являлась достаточным оправданием общей длительности судебного разбирательства.
32. Что касается поведения заявительницы, Европейский суд отмечает, что она не оспаривала доводов властей Российской Федерации относительно задержек, которые произошли из-за ее неявки на заседания. Поэтому Европейский суд может считать ее ответственной за задержку только в течение четырех месяцев. Однако Европейский суд не может возложить на заявительницу ответственность за задержки, произошедшие в результате Определения от 11 апреля 2002 г. Он отмечает, что 21 января 2003 г. областной суд отменил решение по делу заявительницы, установив, что она не явилась на два заседания по уважительным причинам. В итоге Европейский суд полагает, что заявительница не несет ответственности за какие-либо существенные задержки в разбирательстве.
33. Что касается поведения судебных органов, Европейский суд отмечает довод властей Российской Федерации о том, что за период разбирательства национальные власти рассматривали дело в нескольких судебных инстанциях. Однако Европейский суд не разделяет довод властей Российской Федерации о том, что отмена решений нижестоящих судов не являлась следствием судебных ошибок. Европейский суд отмечает, что 13 января 1999 г. суд надзорной инстанции отменил решения нижестоящих судов из-за серьезных недостатков и дал им подробные указания относительно того, какие процессуальные действия должны быть совершены в данном случае. Тем не менее городской суд не исполнил данные указания, и суд кассационной инстанции отменил его решение 26 октября 1999 г. на этом основании. Он также указал на другие недостатки в мотивировочной части решения городского суда. На следующем этапе разбирательства городской суд не исполнил указания суда кассационной инстанции, что повлекло новое разбирательство. Европейский суд полагает, что главной причиной длительности рассмотрения дела послужил неоднократный пересмотр дела в нескольких судебных инстанциях. За эти задержки и невозможность рассмотреть дело надлежащим образом полностью несут ответственность национальные власти. Тот факт, что дело рассматривается национальными судами неоднократно, не освобождает их от соблюдения требования разумного срока, предусмотренного пунктом 1 статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского суда от 5 февраля 2004 г. по делу «Литоселитис против Греции» (Litoselitis v. Greece), жалоба № 62771/00, § 32).
34. Наконец, Европейский суд отмечает, что заявительница была уже в преклонном возрасте, когда предъявила иск, и требования касались ее квартиры. Европейский суд считает, что предмет спора и преклонный возраст заявительницы требовали от национальных судов особой тщательности.
35. В свете критериев, установленных в его прецедентной практике, и с учетом конкретных обстоятельств дела Европейский суд полагает, что в данном деле длительность разбирательств была чрезмерной и не отвечала требованию «разумного срока». Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
II. Иные предполагаемые нарушения статьи 6 Конвенции
36. Наконец, заявительница жаловалась, что разбирательство против жилищно-эксплуатационной организации было несправедливым, так как национальные суды не удовлетворили ее требования полностью. Принимая во внимание представленные материалы, и постольку, поскольку предмет жалоб находится в его компетенции, Европейский суд не усматривает в них признаков нарушения прав и свобод, предусмотренных Конвенцией или Протоколами к ней. Следовательно, жалоба в данной части подлежит отклонению в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.
III. Применение статьи 41 Конвенции
37. Статья 41 Конвенции предусматривает:
«Если Европейский суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
38. Заявительница требовала 242393 российских рубля в качестве компенсации материального ущерба, эта сумма включала в себя компенсацию за ремонт, который она произвела в своей квартире, индексированную в соответствии со ставкой рефинансирования, установленной Центральным банком России. Она также требовала 10000 евро в качестве компенсации морального вреда.
39. Власти Российской Федерации оспаривали ее требования. Они утверждали, что заявительница не доказала причинную связь между длительностью разбирательства ее дела и своими требованиями.
40. Европейский суд не усматривает причинной связи между установленными нарушениями и предполагаемым материальным ущербом; соответственно, он отклоняет эту часть требований. С другой стороны, Европейский суд полагает, что заявительница должна была претерпеть моральный вред в результате длительности судебных разбирательств. На справедливой основе он присуждает ей 2400 евро по данному основанию, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанную выше сумму.
B. Судебные расходы и издержки
41. Заявительница также требовала 74466 рублей в отношении судебных расходов и издержек, связанных с юридическим представительством в национальных разбирательствах. В подтверждение своего требования она представила договор, заключенный между ней и А. Согласно этому договору А. должен был обеспечить заявительнице юридическую поддержку при предъявлении в суд любых требований заявительницы. Заявительница также требовала 428 рублей в качестве компенсации почтовых расходов, понесенных в связи с ее обращением в Европейский суд.
42. Власти Российской Федерации оспаривали эти требования.
43. Согласно прецедентной практике Европейского суда заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек только в части, в которой они были действительно понесены, являлись необходимыми и разумными по размеру. В настоящем деле Европейский суд отмечает, что на протяжении разбирательства заявительница представляла себя сама. Договор, заключенный с А., указывал, что последний будет обеспечивать юридическую поддержку заявительницы при предъявлении в суд любых ее требований. Европейский суд полагает, что из этого документа не следует, что заявительница оплатила юридическое представительство при разбирательстве настоящего дела. С учетом представленной информации и в соответствии с вышеизложенным критерием Европейский суд отклоняет требование о компенсации расходов и издержек, понесенных в судах страны. С другой стороны, Европейский суд признает разумным присудить заявительнице 10 евро в качестве компенсации почтовых расходов, понесенных в связи с ее обращением в Европейский суд, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанную выше сумму.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
44. Европейский суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
-
признал жалобу на чрезмерную длительность разбирательства приемлемой, а в остальной части неприемлемой;
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
a) что власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявительнице 2400 евро (две тысячи четыреста евро) в качестве компенсации морального вреда и 10 евро (десять евро) в качестве компенсации судебных расходов и издержек, подлежащие переводу в рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанные суммы;
b) что с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 30 апреля 2009 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF GASANOVA v. RUSSIA (Application No. 23310/04)
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Gasanova v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
and {Soren} Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 7 April 2009,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 23310/04) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a Russian national, Ms Lyudmila Mikhaylovna Gasanova («the applicant»), on 5 June 2004.
2. The Russian Government («the Government») were initially represented by Ms V. Milinchuk, former representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights, and subsequently, by Mr G. Matyushkin, their Representative.
3. On 7 March 2008 the President of the First Section decided to give notice of the application to the Government. It was also decided to rule on the admissibility and merits of the application at the same time (Article 29 § 3).
THE FACTS
The circumstances of the case
4. The applicant was born in 1935 and lives in Mendeleyevo, a town in the Moscow Region.
5. In 1995 the applicant brought a court action against a housing maintenance service. Throughout the proceedings she represented herself. She claimed compensation for damages sustained as a result of poor quality repairs carried out by the respondent in her flat and requested that the works be done again. She also claimed penalties for the delays in the reparation of her flat. In course of the proceedings the applicant amended her claims.
A. First examination of the case
6. On 27 November 1995 the Solnechnogorskiy Town Court of the Moscow Region («the Town Court») dismissed her claim. On 6 February 1996 the Moscow Regional Court («the Regional Court») upheld that judgment.
B. Supervisory review and second examination of the case
7. On 28 May 1996 the Presidium of the Regional Court quashed the judgment of 27 November 1995 and remitted the case for a fresh examination to the first-instance court.
8. In the meantime the administration of the Solnechnogorskiy District transferred the municipal housing into the authority of a municipal enterprise, Mendeleyevo Service.
9. On 10 October 1997 the Town Court granted the applicant's claim in part. On 18 February 1998 the Regional Court upheld that judgment.
C. Supervisory review and third examination of the case
10. On 13 January 1999 the Presidium of the Regional Court quashed the judgment of 10 October 1997 and remitted the case for a new examination to the Town Court. It held in particular that the lower courts had failed to establish the proper defendant in the case. It also indicated that in order to decide on the penalties the first-instance court had to establish whether the parties had previously set any deadlines for the repairs.
11. On 5 March 1999 the Town Court set the examination of the case for 9 April 1999. Between April and October 1999 six hearings were scheduled, however they were adjourned mainly because the respondent and the third party failed to appear.
12. On 26 October 1999 the Town Court established that the municipal enterprise Mendeleyevo Service was the proper respondent in the case and ordered it to repair the applicant's flat. It awarded the applicant penalties for the delays in the repair of her flat and compensation for non-pecuniary damage. Furthermore, it held that the respondent had been in bad faith in opposing a correct and quick examination of the case and ordered it to pay the applicant compensation for the lost time.
13. On 2 February 2000 the Regional Court quashed the judgment of 26 October 1999 and remitted the case to the first-instance court for a fresh examination. It found that the Town Court had not indicated in its decision which repairs had to be done in the applicant's flat, it had not followed the Presidium's decision of 13 January 1999 and it had not given reasons for its conclusions as regards the respondent's bad faith in delaying the proceedings.
D. Fourth examination of the case
14. On 3 May 2000 the Town Court set the examination of the case for 29 June 2000. Between June and December 2000 nine hearings were scheduled. Three of them did not take place because the respondent failed to appear, one hearing was postponed because the applicant did not appear and three hearings were adjourned either because the applicant asked for additional time to amend her claims or because the respondent asked for additional time to submit evidence. One hearing was postponed in order to call an expert to trial.
15. On 19 December 2000 the Town Court held that since the maintenance service no longer existed it was impossible for it to repair the applicant's flat. Therefore, it awarded the applicant the money necessary for such repairs and compensation for non-pecuniary damage. It also ordered the respondent to replace some equipment in the applicant's flat. It further established that the parties had not concluded any written contract in respect of the repairs in the flat and had not set any time-limits; therefore there was no call to award the applicant any penalties in that respect. On the same date the Town Court decided to examine the applicant's claim for payment of penalties for the delayed replacement of sanitary equipment and for compensation for loss of time in separate proceedings.
16. On 18 April 2001 the Regional Court quashed the judgment of 19 December 2000 and referred the case to the first-instance court for a new examination on the ground that the first-instance court had failed to follow its decision of 2 February 2000.
E. Fifth examination of the case
17. On 6 August 2001 the case was adjourned until 26 September 2001 because the parties failed to appear.
18. According to the Government, on 26 September 2001 the proceedings were discontinued at the applicant's request, however on 16 January 2002 the Presidium of the Regional Court quashed that decision in supervisory review on the prosecutor's application. The Government did not provide the Court with copies of those decisions.
19. On 15 February 2002 the Town Court set the examination of the case for 13 March 2002. On that date the case was adjourned until 11 April 2002 because the parties failed to appear.
20. On 11 April 2002 the Town Court left the applicant's claim unexamined on the ground that she had failed to appear at two hearings.
21. On 16 January 2003 the applicant requested the Town Court to reinstate the time-limit for lodging an appeal against the decision of 11 April 2002. In her appeal she claimed that she had failed to appear at two hearings because she had not been duly notified of them and that she had not received a copy of the decision of 11 April 2002. On 21 January 2003 the Town Court granted her appeal, quashed the decision of 11 April 2002 and scheduled the examination of the case for 12 March 2003. On that date the case was again adjourned because the parties failed to appear.
22. On 29 May 2003 the case was adjourned until 23 July 2003 because the judge was on sick leave. On that date the applicant amended her claims. She submitted that since the examination of the case was very lengthy, she had repaired her flat at her own expense and she requested the court to reimburse her those expenses. On the same date the case was adjourned until 25 August 2003. The next three hearings were adjourned either because the respondent company did not appear or because it asked for additional time to submit evidence and comments on the applicant's claims.
23. On 24 November 2003 the Town Court ordered the municipal enterprise Mendeleyevo Service to reimburse the applicant for the repair expenses and pay her non-pecuniary damage sustained as a result of poor-quality repair works. Furthermore, it ordered the defendant to replace the sanitary installations in the applicant's flat. It dismissed the remainder of the applicant's claims.
24. On 16 March 2004 the Regional Court upheld the judgment of 24 November 2003.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 § 1 of the Convention in respect of the length of the proceedings
25. The applicant complained that the length of the proceedings in her case had been incompatible with the «reasonable time» requirement, laid down in Article 6 § 1 of the Convention, which reads as follows:
«In the determination of his civil rights and obligations ..., everyone is entitled to a ... hearing within a reasonable time by [a] ... tribunal ...»
26. The proceedings commenced in 1995, when the applicant lodged her claim with the Town Court. However, the Court has competence ratione temporis to examine only the period after 5 May 1998, when the Convention entered into force in respect of Russia. In assessing the reasonableness of the time that elapsed after that date, account must be taken of the state of proceedings at the time. Furthermore, only those periods when the case was actually pending before the domestic courts, that is the periods when there was no effective judgment in the determination of the merits of the applicant's dispute and when the authorities were under an obligation to pass such a judgment, should be taken into account (see, for example, Skorobogatova v. Russia, No. 33914/02, § 39, 1 December 2005 with further references). In the present case the proceedings were pending from 13 January 1999, when the Presidium of the Regional Court quashed the judgment of 10 October 1997, until 16 March 2004, when the Regional Court adopted a final decision in the case. Taking into account the above, the period to be considered is approximately five years and two months. During that period the case was examined three times at two levels of jurisdiction.
A. Admissibility
27. The Court notes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
28. The Government firstly argued that the case was particularly complex. The proceedings were adjourned several times in order to call experts and third parties to the hearing, three times at the applicant's request to give her time to amend her claims and gather evidence, and three times at the respondent's request. Moreover, the respondent had been reorganised in the course of the proceedings and the courts had had to establish its legal successor. The Government further claimed that the case was adjourned five times because of the applicant's failure to appear, which resulted in four months' delay. On 11 April 2002 the claim was left unexamined because the applicant failed to appear at two hearings. The applicant did not appeal against that decision, but requested that the proceedings be resumed only on 16 January 2003. As a result, the proceedings were delayed by nine months. The domestic courts conducted the proceedings properly. The hearings were scheduled at regular intervals. Only on two occasions was the case adjourned because the judge was on sick leave and was busy in unrelated proceedings. The case was examined several times. The decisions of lower courts were quashed because the case involved complex legal issues and facts, but not because of serious mistakes committed by judges.
29. The applicant's main argument was that the domestic courts had not conducted the proceedings properly. On 13 January 1999 the Presidium of the Regional Court should have decided her case, instead of sending the case for a fresh examination.
30. The Court reiterates that the reasonableness of the length of proceedings must be assessed in the light of the circumstances of the case and with reference to the following criteria: the complexity of the case, the conduct of the applicant and the relevant authorities and what was at stake for the applicant in the dispute (see, among many other authorities, Frydlender v. France [GC], No. 30979/96, § 43, ECHR 2000-VII).
31. The Court is ready to agree with the Government that the proceedings at issue were of a certain complexity. However, the Court cannot accept that the complexity of the case, taken on its own, was such as to justify the overall length of proceedings.
32. As regards the applicant's conduct, the Court notes that she did not contest the Government's submissions regarding the delays which occurred because of her failure to appear at hearings. Therefore, the Court may conclude she may be deemed responsible for four months' delay. However, the Court cannot agree that the applicant should be held responsible for the delays occurred as a result of the decision of 11 April 2002. It observes that on 21 January 2003 the Regional Court quashed that decision on the applicant's appeal, having found that the she had failed to appear at two hearings for valid reasons. In sum, the Court considers that the applicant was not responsible for any substantial delays in the proceedings.
33. As regards the conduct of the judicial authorities, the Court notes the Government's argument that during the period under consideration the domestic authorities examined the case in several rounds of proceedings. However, the Court does not share the Government's view that the quashing of the lower courts' decisions was not the result of mistakes committed by the judges. The Court observes that on 13 January 1999 the supervisory court quashed the decisions of lower courts on the ground of serious shortcomings and it gave them detailed indications as to how to proceed with the case. However, the Town Court had failed to implement those instructions and the appeal court quashed its decision of 26 October 1999 on those grounds. It had also pointed out other shortcomings in the reasoning of the Town Court's judgment. In the next round of proceedings the Town Court had not followed the appeal court's indications, which led to a new round of proceedings. The Court considers that the shifting of the case between several levels of jurisdictions several times was the main reason for the lengthy examination of the case. Those delays are entirely attributable to the domestic authorities and their failure to examine the case properly. The fact that the domestic courts heard the case several times did not absolve them from complying with the reasonable time requirement of Article 6 § 1 (see Litoselitis v. Greece, No. 62771/00, § 32, 5 February 2004).
34. Finally, the Court observes that the applicant was already very elderly when she brought her action and her claim concerned her flat. The Court is of the opinion that the nature of the dispute and the applicant's advanced age called for particular diligence on the part of the domestic courts.
35. In the light of the criteria laid down in its case-law and having regard to all the circumstances of the case, the Court considers that in the instant case the length of the proceedings was excessive and failed to meet the «reasonable time» requirement. There has accordingly been a breach of Article 6 § 1.
II. Other alleged violation of Article 6 of the Convention
36. The applicant lastly complained that the proceedings against the housing maintenance service had been unfair because the domestic courts had not granted her claims in full. Having regard to all the material in its possession, and in so far as this complaint falls within its competence, the Court finds that it does not disclose any appearance of a violation of the rights and freedoms set out in the Convention or its Protocols. It follows that this part of the application must be rejected as being manifestly ill-founded, pursuant to Article 35 §§ 3 and 4 of the Convention.
III. Application of Article 41 of the Convention
37. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
38. The applicant claimed 242,393 Russian roubles (RUB) in respect of pecuniary damage which included the compensation for the repairs which she had carried out in her flat together with indexation in accordance with the refinancing rate of the Russian Central Bank. She also claimed 10,000 euros (EUR) in respect of non-pecuniary damage.
39. The Government contested her claims. They submitted that the applicant had failed to prove a causal relationship between the length of proceedings in her case and her claims.
40. The Court does not discern any causal link between the violation found and the pecuniary damage alleged; it therefore rejects this claim. On the other hand, the Court considers that the applicant must have sustained non-pecuniary damage resulting from the lengthy examination of her case. Ruling on an equitable basis, it awards award her EUR 2,400 under that head, plus any tax that may be chargeable on that amount.
B. Costs and expenses
41. The applicant also claimed RUB 74,466 for expenses related to legal representation in the domestic proceedings. In support of her claim she submitted a contract concluded between her and a certain A. Under that contract A. was to provide the applicant with legal support for any claims the applicant would bring before the courts. The applicant also claimed RUB 428 for postal expenses incurred before the Court.
42. The Government contested these claims.
43. According to the Court's case-law, an applicant is entitled to the reimbursement of costs and expenses only in so far as it has been shown that these have been actually and necessarily incurred and are reasonable as to quantum. In the present case, the Court notes that throughout the proceedings the applicant represented herself. The contract concluded with A. indicated that the latter would provide the applicant with legal advice for any claims brought by the applicant before courts. The Court considers that from that document it is not clear that the applicant has paid for legal advice related to the proceedings examined in the present case. Regard being had to the information in its possession and the above criteria, the Court rejects the claim for costs and expenses in the domestic proceedings. On the other hand the Court considers it reasonable to award the applicant EUR 10 in respect of postal expenses occurred before the Court, plus any tax that may be chargeable on that amount.
C. Default interest
44. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the complaint concerning the excessive length of the proceedings admissible and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention;
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, EUR 2,400 (two thousand four hundred euros) in respect of non-pecuniary damage and EUR 10 (ten euros) in respect of costs and expenses, plus any tax that may be chargeable on those amounts, to be converted into Russian roubles at the rate applicable at the date of settlement;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
4. Dismisses the remainder of the applicant's claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 30 April 2009, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.