Постановление ЕСПЧ от 10.01.2017
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 10.01.2017. 18130/04. 10.01.2017. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1813004
«Дело „Труфанов и другие (Trufanov and Others) против Российской Федерации“ (жалоба № 18130/04) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <1>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ТРУФАНОВ И ДРУГИЕ (TRUFANOV AND OTHERS)
ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» <1>
(Жалоба № 18130/04)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ <2>
<1> Перевод с английского языка к. ю. н. Н.В. Прусаковой.
<2> Настоящее Постановление вступило в силу 10 января 2017 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 28 Конвенции (примеч. редактора).
По делу «Труфанов и другие против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая Комитетом в составе:
Бранко Лубарды, Председателя Комитета,
а также при участии Фатош Арачи, заместителя Секретаря Секции Суда,
рассмотрев дело в закрытом заседании 6 декабря 2016 г.,
вынес в указанный день следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 18130/04, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) тремя гражданами Российской Федерации: Иваном Эдуардовичем Труфановым, Георгием Юрьевичем Седовым и Сергеем Витальевичем Посоховым (далее — заявители), — 13 апреля 2004 г.
2. Интересы заявителей представляли А.В. Кирьянов и Е.В. Кирьянова, адвокаты, практикующие в г. Таганроге. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде Г.О. Матюшкиным.
3. Заявители жаловались на то, что отказ судов Российской Федерации присудить им компенсацию в связи с предположительно незаконным уголовным преследованием нарушил принцип презумпции невиновности, предусмотренный пунктом 2 статьи 6 Конвенции, и их право на компенсацию в связи с ошибочным осуждением, предусмотренное статьей 3 Протокола № 7 Конвенции.
4. 16 сентября 2008 г. жалоба была коммуницирована властям Российской Федерации.
ФАКТЫ
Обстоятельства дела
5. Заявители родились в 1961, 1963 и 1966 годах соответственно и проживают в г. Таганроге.
A. Производство по уголовному делу
6. 2 июля 2001 г. Неклиновский районный суд Ростовской области признал заявителей виновными в различных преступлениях, но постановил, что они не должны нести соответствующее наказание в связи с истечением сроков давности. 2 октября 2001 г. Ростовский областной суд оставил приговор без изменений.
7. 31 января 2002 г. Президиум Ростовского областного суда отменил в порядке надзора постановления от 2 июля и 2 октября 2001 г. и прекратил производство по уголовному делу заявителей. Он установил что суды были не вправе решать вопрос о вине заявителей, поскольку сроки давности по делу истекли.
B. Производство о компенсации
8. Заявители подали иск против Министерства финансов Российской Федерации с требованием, помимо прочего, о компенсации морального вреда в связи с их уголовным преследованием.
9. В своем постановлении от 1 марта 2005 г. Таганрогский городской суд Ростовской области отклонил их требования. Суд привел следующие доводы:
«...Суд полагает, что, поскольку вина заявителей в совершении указанных преступлений была установлена, применение мер пресечения было обоснованным. Таким образом, суд не находит оснований для удовлетворения требований заявителей о компенсации морального вреда в связи с незаконным заключением под стражу и взятием подписки о невыезде...».
10. 11 мая 2005 г. Ростовский областной суд оставил постановление от 1 марта 2005 г. без изменения. Суд постановил, что:
«...Суд первой инстанции в своем решении об отказе в удовлетворении требований заявителей о компенсации морального вреда правомерно установил, что решением Президиума Ростовского областного суда от 31 января 2002 г. они были освобождены от уголовной ответственности по не реабилитирующим основаниям. По мнению суда, поскольку вина заявителей в совершении указанных преступлений была установлена, применение мер пресечения во время расследования было обоснованно.»
Выводы суда являются правильными, основанными на надлежащем изучении и оценке соответствующих обстоятельств дела...».
ПРАВО
I. Предварительные объяснения
11. В своих объяснениях заявители подали дополнительные жалобы, связанные с незаконным содержанием под стражей и изъятием собственности второго заявителя в качестве доказательства по делу. Европейский Суд не будет принимать во внимание эти доводы, поскольку они выходят за пределы жалобы, коммуницированной государству-ответчику (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу «Павленко против Российской Федерации» (Pavlenko v. Russia) от 1 апреля 2010 г., жалоба № 42371/02 <1>, § 94, а также Постановление Европейского Суда по делу «Антонюк против Российской Федерации» (Antonyuk v. Russia) о 1 августа 2013 г., жалоба № 47721/10 <2>, §§ 93 - 94).
<1> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2010. № 10 (примеч. редактора).
<2> См.: там же. 2014. № 8 (примеч. редактора).
II. Предполагаемое нарушение пункта 2 статьи 6 Конвенции
12. Заявители жаловались на то, что отказ судов Российской Федерации присудить им компенсацию в связи с предположительно незаконным уголовным преследованием нарушил принцип презумпции невиновности. Заявители ссылались на пункт 2 статьи 6 Конвенции, который гласит:
«Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления считается невиновным, до тех пор пока его виновность не будет установлена законным порядком».
A. Приемлемость жалобы
13. Европейский Суд считает, что настоящая жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта «a» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он далее отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
B. Существо жалобы
1. Доводы сторон
14. Заявители утверждали, что им должна была быть присуждена компенсация в связи с незаконным осуждением, поскольку они не были признаны виновными каким-либо судом.
15. С учетом формулировки отказа судов в присуждении им компенсации заявители утверждали, что они, тем не менее, были названы виновными.
(b) Власти Российской Федерации
16. Власти Российской Федерации утверждали, что заявители не имеют права на какую-либо компенсацию, поскольку их уголовное дело было прекращено в связи с истечением сроков давности, а не по каким-либо «реабилитирующим» основаниям.
17. Власти Российской Федерации указали, что обвиняемый имеет право обжаловать решение о прекращении производства по делу по «не реабилитирующим» основаниям и требовать от властей прекращения уголовного дела до установления его вины или невиновности. Они отмечали, что заявители не воспользовались этим правом.
18. Что касается ссылки заявителей на «вину» в постановлении Таганрогского городского суда Ростовской области от 1 марта 2005 г. и постановлении Ростовского областного суда от 11 мая 2005 г., власти Российской Федерации признали, что внутригосударственные суды нарушили принцип презумпции невиновности.
2. Мнение Европейского Суда
19. Европейский Суд не усматривает в настоящем деле необходимости определять, нарушил ли отказ в присуждении компенсации принцип презумпции невиновности в связи с тем, что производство по делу было прекращено по «не реабилитирующим основаниям».
20. Европейский Суд напоминает, что согласно его устоявшейся прецедентной практике судебное решение может нарушить принцип презумпции невиновности, если при отсутствии формальных выводов существуют какие-либо доводы, подтверждающие, что суд считает заявителя виновным (см. обобщение соответствующих выводов в Постановлении Европейского Суда по делу «Пантелеенко против Украины» (Panteleyenko v. Ukraine) от 29 июня 2006 г., жалоба № 11901/02, §§ 66 — 70, с дальнейшими ссылками).
21. В настоящем деле решения судов об отказе в выплате компенсации были формулированы таким образом, что отсутствуют сомнения в том, что, по мнению судов, заявители совершили преступления, в которых они обвинялись. В частности, Таганрогский городской суд Ростовской области признал, что «...вина заявителей в совершении преступлений [...] [была] установлена» (см. § 9 настоящего Постановления). Ростовский областной суд оставил это постановление без изменения, используя схожие формулировки: «их вина в совершении указанных преступлений [была] установлена» (см. § 10 настоящего Постановления).
22. По мнению Европейского Суда, выражений, использованных Таганрогским городским судом и Ростовским областным судом, самих по себе достаточно для установления нарушения принципа презумпции невиновности.
23. Следовательно, имело место нарушение пункта 2 статьи 6 Конвенции.
III. Предполагаемое нарушение статьи 3 Протокола № 7 к Конвенции
24. Заявители жаловались на отказ присудить им компенсацию за незаконное уголовное преследование. Они ссылались на статью 3 Протокола № 7 к Конвенции, которая гласит:
«Если какое-либо лицо на основании окончательного приговора было осуждено за совершение уголовного преступления, а вынесенный ему приговор впоследствии был отменен, или оно было помиловано на том основании, что какое-либо новое или вновь открывшееся обстоятельство убедительно доказывает, что имела место судебная ошибка, то лицо, понесшее наказание в результате такого осуждения, получает компенсацию согласно закону или существующей практике соответствующего Государства, если только не будет доказано, что ранее неизвестное обстоятельство не было своевременно обнаружено полностью или частично по его вине».
25. Прежде всего Европейский Суд рассмотрит вопрос о наличии юрисдикции ratione materiae <1> в отношении жалоб заявителей на нарушение статьи 3 Протокола № 7 к Конвенции.
<1> Ratione materiae (лат.) — ввиду обстоятельств, связанных с предметом рассмотрения (примеч. переводчика).
26. Европейский Суд напоминает, что Пояснительный доклад к статье 3 Протокола № 7 Конвенции предусматривает, что:
«Статья применима только в случае, когда приговор лица был отменен... на том основании, что новое или вновь открывшееся обстоятельство убедительно доказывает наличие судебной ошибки...».
27. В настоящем деле заявители изначально были признаны виновными в совершении различных преступлений, но освобождены от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности. Президиум Ростовского областного суда впоследствии отменил их приговор на том основании, что суды были не вправе принимать решение о виновности заявителей, поскольку сроки давности по делу истекли.
28. Соответственно, приговор заявителей был отменен, поскольку нижестоящие суды неправильно определили применимые сроки давности, а не потому, что имелись «новые или вновь открывшиеся обстоятельства, убедительно [доказывающие] наличие судебной ошибки» (см. аналогичные выводы в Постановлении Европейского Суда по делу «Матвеев против Российской Федерации» (Matveyev v. Russia) от 3 июля 2008 г., жалоба № 26601/02 <2>, § 43).
<2> См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2009. № 6 (примеч. редактора).
29. В свете изложенного выше Европейский Суд полагает, что условия применимости статьи 3 Протокола № 7 Конвенции соблюдены не были.
30. Следовательно, настоящая жалоба несовместима ratione materiae с положениями Конвенции по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции.
IV. Применение статьи 41 Конвенции
31. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
32. Каждый из заявителей требовал выплаты 5 000 евро в качестве компенсации морального вреда, причиненного нарушением принципа презумпции невиновности.
33. Власти Российской Федерации считали эти требования чрезмерными.
34. Европейский Суд присуждает каждому заявителю по 5 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
B. Судебные расходы и издержки
35. Заявители не представили каких-либо требований в этом отношении, поэтому Европейский Суд не присуждает им каких-либо сумм по этому основанию.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
36. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
-
объявил жалобу на то, что ссылка в решениях судов Российской Федерации на «вину» заявителей нарушила принцип презумпции невиновности, приемлемой для рассмотрения по существу, а в остальной части — неприемлемой;
-
постановил, что имело место нарушение пункта 2 статьи 6 Конвенции;
(a) государство-ответчик в течение трех месяцев обязано выплатить каждому заявителю по 5 000 (пять тысяч) евро в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в рубли по курсу, действующему на день выплаты, а также любые налоги, которые могут быть начислены на эту сумму;
(b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента.
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 10 января 2017 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
<*> This judgment is final but it may be subject to editorial revision.
In the case of Trufanov and Others v. Russia,
The European Court of Human Rights (Third Section), sitting as a Committee composed of:
Georgios A. Serghides, judges,
and Fatoº Aracý , Deputy Section Registrar,
Having deliberated in private on 6 December 2016,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (no. 18130/04) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by three Russian nationals, Mr Ivan Eduardovich Trufanov, Mr Georgiy Yuriyevich Sedov and Mr Sergey Vitaliyevich Posokhov, («the applicants»), on 13 April 2004.
2. The applicants were represented by Mr A.V. Kiryanov and Mrs E.V. Kiriyanova, lawyers practising in Taganrog. The Russian Government («the Government») were represented by Mr G. Matyushkin, Representative of the Russian Federation to the European Court of Human Rights.
3. The applicants claimed that the national courts' refusal to award them compensation for allegedly unlawful prosecution violated the principle of the presumption of innocence under Article 6 § 2 of the Convention and their right to compensation for wrongful conviction under Article 3 of Protocol No. 7 to the Convention.
4. On 16 September 2008 the application was communicated to the Government.
THE FACTS
The circumstances of the case
5. The applicants were born in 1961, 1963 and 1966 respectively and live in the town of Taganrog.
A. Criminal proceedings
6. On 2 July 2001 the Neklinovskiy District Court of the Rostov Region found the applicants guilty of various offences but declared that they need not serve their respective sentences because the case was time-barred. On 2 October 2001 the Rostov Regional Court upheld the judgment on appeal.
7. On 31 January 2002 the Presidium of the Rostov Regional Court quashed by way of supervisory review the decisions of 2 July and 2 October 2001 and discontinued criminal proceedings against the applicants. It found that the courts had not been in a position to decide on the applicants' guilt because the whole case had been time-barred.
B. Compensation proceedings
8. The applicants sued the Ministry of Finance of the Russian Federation for, among other things, compensation in respect of non-pecuniary damage in connection with their prosecution.
9. In its judgment of 1 March 2005 the Taganrog Town Court of the Rostov Region rejected their claims. It reasoned as follows:
«...The court finds that, since the applicants' guilt of the commission of the above-mentioned crimes was established, the use of the measure of restraint was justified. This being so, the court has no reason to grant the applicants' claims for compensation in respect of the non-pecuniary damage resulting from their unlawful detention and the obligation not to leave their usual place of residence...»
10. On 11 May 2005 the Rostov Regional Court upheld the judgment of 1 March 2005 on appeal. It stated that:
«...The first instance court, in reaching its decision refusing to grant the applicants' claims for compensation in respect of non-pecuniary damage, correctly assumed that the decision of the Presidium of the Rostov Regional Court dated 31 January 2002 cleared them of liability on non-exonerating grounds. In the court's view, since the applicants' guilt of the commission of the above-mentioned crimes was established, the application of the measure of restraint during the investigation was justified.»
The court's conclusion is a correct one, made following the examination and proper assessment of the legally relevant circumstances of the case...»
THE LAW
I. Preliminary observations
11. In their observations the applicants raised additional complaints related to their unlawful detention and the seizure of the second applicant's property as evidence. The Court will not consider these new aspects as they fall outside the scope of the case which has been communicated to the respondent Government (see, mutatis mutandis, Pavlenko v. Russia, no. 42371/02, § 94, 1 April 2010, and Antonyuk v. Russia, no. 47721/10, §§ 93 — 94, 1 August 2013).
II. Alleged violation of Article 6 § 2 of the Convention
12. The applicants complained that the national courts' refusal to award them compensation for allegedly unlawful prosecution violated the principle of the presumption of innocence. The applicants relied on Article 6 § 2 of the Convention, which reads as follows:
«Everyone charged with a criminal offence shall be presumed innocent until proved guilty according to law.»
A. Admissibility
13. The Court notes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 (a) of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
1. Submissions by the parties
14. The applicants claimed that they should have been awarded compensation for unlawful prosecution because they had not been found guilty by any court.
15. In the light of the wording of the courts' refusal to award them compensation, the applicants argued that they had nevertheless been considered guilty.
16. The Government submitted that the applicants were not entitled to compensation because their criminal case had been closed due to the statutory limitation period and not on any «exonerating» grounds.
17. The Government pointed out that the accused had had the right to object to the decision to discontinue the proceedings on «non-exonerating» grounds and to request that the authorities continue the proceedings until their guilt or innocence was established. They noted that the applicants had not made use of that right.
18. As for the reference to the applicants' «guilt» in the judgment of 1 March 2005 of the Taganrog Town Court of the Rostov Region and the appeal decision of 11 May 2005 of the Rostov Regional Court, the Government conceded that the national courts had failed to respect the principle of the presumption of innocence.
2. The Court's assessment
19. The Court does not consider it necessary to determine in the present case whether, as a matter of principle, the refusal to award compensation because the criminal proceedings were terminated on «non-exonerating» grounds violates the presumption of innocence.
20. The Court reiterates that, according to its settled case-law, a judicial decision may violate the principle of the presumption of innocence if, even in the absence of any formal finding, there is some reasoning suggesting that the court regards the accused as guilty (see the summary of the relevant aspects in Panteleyenko v. Ukraine, no. 11901/02, §§ 66 — 70, 29 June 2006 with further references).
21. In the present case the court decisions refusing to award compensation were couched in terms which left no doubt as to the courts' view that the applicants had committed the offences with which they had been charged. In particular, the Taganrog Town Court of the Rostov Region found that the «...applicants' guilt of the commission of the crimes [...], [had been] established» (see paragraph 9 above). The Rostov Regional Court upheld that judgment on appeal in similar terms: «their guilt of the commission of the above-mentioned crimes [had been] established» (see paragraph 10 above).
22. In the Court's view, the language employed by the Taganrog Town Court of the Rostov Region and the Rostov Regional Court was in itself sufficient to constitute a violation of the principle of the presumption of innocence.
23. In conclusion, there has been a violation of Article 6 § 2 of the Convention.
III. Alleged violation of Article 3 of Protocol No. 7 to the Convention
24. The applicants complained about the refusal of an award of compensation for their unlawful prosecution. They relied on Article 3 of Protocol No. 7 to the Convention which reads as follows:
«When a person has by a final decision been convicted of a criminal offence and when subsequently his conviction has been reversed, or he has been pardoned, on the ground that a new or newly discovered fact shows conclusively that there has been a miscarriage of justice, the person who has suffered punishment as a result of such conviction shall be compensated according to the law or the practice of the State concerned, unless it is proved that the non-disclosure of the unknown fact in time is wholly or partly attributable to him.»
25. The Court will first determine whether it has ratione materiae competence to examine the applicants' complaints under Article 3 of Protocol No. 7 to the Convention.
26. The Court reiterates that the Explanatory Report to Article 3 of Protocol No. 7 to the Convention provides:
«[T]he article applies only where the person's conviction has been reversed... on the ground that a new or newly discovered fact shows conclusively that there has been a miscarriage of justice...»
27. In the present case the applicants were initially convicted of various offences, but were exempted from serving their sentences because their case was time-barred. The Presidium of the Rostov Regional Court subsequently quashed their conviction on the grounds that the courts had not been in a position to pronounce on the applicants' guilt as the whole case had been time-barred.
28. Accordingly, the applicants' conviction was reversed because the lower courts had applied the rule governing statutory limitation periods incorrectly and not because there had been «a new or newly discovered fact [showing] conclusively that there [had] been a miscarriage of justice» (see, similarly, Matveyev v. Russia, no. 26601/02, § 43, 3 July 2008).
29. In the light of the above, the Court considers that the conditions of applicability of Article 3 of Protocol No. 7 to the Convention have not been complied with.
30. It follows that this complaint is incompatible ratione materiae with the provisions of the Convention within the meaning of Article 35 § 3.
IV. Application of Article 41 of the Convention
31. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
32. Each of the applicants claimed 5,000 euros (EUR) in respect of non-pecuniary damage caused by the violation of the principle of the presumption of innocence.
33. The Government considered that the amount claimed was excessive.
34. The Court awards each of the applicants EUR 5,000 in respect of non-pecuniary damage.
B. Costs and expenses
35. The applicants did not submit any claim under this head; the Court thus makes no award in this respect.
C. Default interest
36. The Court considers it appropriate that the default interest rate should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
1. Declares admissible the complaint that the national courts' decisions referring to the applicants' «guilt» violated the principle of the presumption of innocence and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 § 2 of the Convention;
(a) that the respondent State is to pay each of the applicants, within three months, EUR 5,000 (five thousand euros), to be converted into the currency of the respondent State at the date of settlement, plus any tax that may be chargeable, in respect of non-pecuniary damage.
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points.
Done in English, and notified in writing on 10 January 2017, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.