Статья 293Постановление ЕСПЧ от 25.04.2006

«1. Любое требование о компенсации вреда, причиненного судебной ошибкой должно предшествовать судебному решению, в котором определенно признается ошибка. Это предварительное решение может непосредственно вытекать из решения, вынесенного по жалобе о пересмотре судебного постановления. Во всех иных случаях применяются следующие правила:»

a) судебный иск в связи с признанием ошибки должен быть императивно предъявлен в течение трех месяцев, начиная со дня возникновения возможности его подачи;

/.../

2. В случае судебной ошибки или вреда, причиненного неправильными действиями при отправлении правосудия, заинтересованное лицо направляет свое требование о компенсации непосредственно в Министерство юстиции. Это требование рассматривается на основании положений, применяемых в отношении материальной ответственности государства. Решение Министерства юстиции может быть обжаловано в органы по рассмотрению административных споров. Право требования компенсации предусматривается в течение одного года, начиная со дня, когда оно может быть осуществлено».

Часть 1 статьи 294

«1. Каждый, кто после предварительного содержания под стражей был оправдан в связи с отсутствием состава преступления в деяниях, обвинение в которых ему было предъявлено, или в отношении которого было вынесено вступившее в силу постановление о прекращении дела в связи с отсутствием состава преступления, имеет право на компенсацию причиненного вреда.»

2. Сумма компенсации устанавливается с учетом срока лишения свободы и личных и семейных последствий.

3. Требование о компенсации рассматривается на основании положений части 2 статьи 293 настоящего Закона».

37. Заявитель жаловался на то, в то время как он был объявлен невиновным, ему было отказано в требуемой компенсации в связи с сомнением относительно его виновности в нарушение презумпции невиновности, гарантируемой пунктом 2 статьи 6 Конвенции. Данное положение гласит:

«Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления считается невиновным, до тех пор пока его виновность не будет установлена законным порядком».

1. Заявитель

38. Прежде всего, заявитель подчеркнул, что его право на соблюдение презумпции невиновности в ходе разбирательства по уголовному делу было признано в Постановлении Конституционного суда Испании от 28 мая 1992 г. Он отметил, что целью его жалобы в Европейский суд являлось не признание его права на компенсацию, а установление нарушения властями Испании пункта 2 статьи 6 Конвенции. Действительно, это положение не было соблюдено в ходе административного разбирательства, поскольку, несмотря на отсутствие решения по уголовному делу о признании заявителя виновным, ему было отказано в предоставлении права на компенсацию за годы, проведенные в заключении, тогда как это наказание было отменено, поскольку не было соблюдено право на справедливое судебное разбирательство и нарушена презумпция невиновности.

39. Нарушение пункта 2 статьи 6 Конвенции имело место в связи с тем, что для испанских судов лицо, в отношении которого органы юстиции вынесли решение о том, что оно не является исполнителем преступления (позитивная невиновность), имеет право на компенсацию, в то время как лицо, которое не было осуждено в связи с отсутствием доказательств (негативная невиновность или невиновность за недостаточностью), не имеет права на компенсацию. В первом случае признается судебная ошибка, которая дает право на компенсацию; во втором — судебная ошибка не признается, хотя постановление самого Конституционного суда Испании исправляет, отклоняет или отменяет вынесенные ранее приговоры в связи с несоблюдением презумпции невиновности. Несмотря на отсутствие судебного решения, устанавливающего виновность обвиняемого, его обязывают дискриминационным образом отбыть в полном объеме наказание в виде лишения свободы, вынесенное вследствие судебной ошибки.

40. Заявитель утверждал, что в случае, когда не имелось достаточных доказательств, подтверждающих обвинение и представляющих необходимые гарантии, или когда они не могли быть собраны, законодательство Испании устанавливает, что, хотя обвиняемый был объявлен невиновным, продолжает существовать сомнение относительно его виновности; по этой причине заявителю было отказано в компенсации, несмотря на формальное объявление о его невиновности. Так, по мнению заявителя, объявленная невиновность является «недоказанной невиновностью» или в утвердительной форме «возможной виновностью», что полностью противоречит принципу, согласно которому обязанность доказывания возлагается на обвинение.

41. В связи с этим заявитель отметил, что его дело отличается от дела «Капо против Бельгии» (Capeau v. Belgium) (см. Постановление Европейского суда от 13 января 2005 г., жалоба № 42914/98), в котором суды вынесли решение о прекращении дела, поскольку Постановление Конституционного суда Бельгии является окончательным объявлением невиновности, которое впоследствии не допускает, чтобы дело было вновь рассмотрено в рамках национального права. В отношении своего требования, поданного в Министерство юстиции Испании, которое не основывалось на какой-либо определенной статье Органического закона о судебной защите, заявитель отметил, что оно должно было быть рассмотрено в свете статьи 292 этого Закона, которая главным образом касается судебных ошибок, а не в свете части 1 статьи 294, которая ограничивается особым случаем предварительного содержания под стражей. Заявитель окончательно был приговорен к наказанию в виде лишения свободы 27 октября 1983 г., таким образом, ситуация, на которую он жаловался, не могла больше рассматриваться как предварительное содержание под стражей, и, следовательно, часть 1 статьи 294 Закона была неприменима.

42. Наконец, в своих доводах от 24 июня 2005 г. заявитель не согласился с доводом властей Испании о том, что статья 294 Органического закона была применена «по аналогии». Он отметил, что, в любом случае, помимо обсуждения о применении той или иной статьи Органического закона о судебной защите пункт 2 статьи 6 Конвенции был нарушен в связи с тем, что он был представлен как «возможно виновный», несмотря на Постановление Конституционного суда Испании, следствием которого явилась отмена его осуждения. Кроме того, он напомнил, что, как к тому же признали власти Испании, его обвинительный приговор по-прежнему фигурирует в центральном досье криминалистического учета.

43. В заключение, заявитель высказал мнение, что имело место нарушение пункта 2 статьи 6 Конвенции.

2. Власти Испании

44. Власти Испании напомнили, что Конвенция не предоставляет «обвиняемому» право на компенсацию в связи с законным предварительным заключением в случае вынесения постановления о возбуждении в отношении него уголовного преследования (см. Постановление Европейского суда по делу «Энглерт против Германии» (Englert v. Germany) от 25 августа 1987 г., Series A, № 123), но решение, отказывающее обвиняемому, после вынесения постановления о привлечении к ответственности, в компенсации за предварительное заключение, может поднимать проблему в свете пункта 2 статьи 6 Конвенции; они сослались на устоявшуюся прецедентную практику Европейского суда в связи с этим (см., среди прочих прецедентов, Постановление Европейского суда по делу «Лойтшер против Нидерландов» (Leutscher v. Netherlands) от 26 марта 1996 г., Reports of Judgments and Decisions 1996-II; Постановление Европейского суда по делу «Минелли против Швейцарии» (Minelli v. Switzerland) от 25 марта 1983 г., Series A, № 62; и Постановление Европейского суда по делу «Шеканина против Австрии» (Sekanina v. Austria) от 25 августа 1993 г., Series A, № 266-A).

45. Власти Испании отметили, что право на компенсацию за предварительное заключение в случае оправдания или отмены обвинительного приговора предоставляется в соответствии с национальным законодательством: в законодательстве Испании такая компенсация предусмотрена статьей 121 Конституции Испании и статьей 292 и следующими Органического закона о судебной защите. В частности, они ссылались на часть 3 статьи 292 Органического закона о судебной защите, воспроизведенной выше, и на ограничения, предусмотренные статьей 294 этого же Закона. Следовательно, для того, чтобы вред, причиненный предварительным заключением, мог быть компенсирован, необходимо, чтобы оправдание или отмена обвинительного приговора были вынесены по определенным основаниям, а не только в связи с отсутствием доказательств, подтверждающих обвинение.

46. Власти Испании отметили, что в настоящем деле как Министерство юстиции Испании, так и суды по рассмотрению административных споров ограничились тем, что констатировали, что Конституционный суд Испании обосновал отмену обвинительного приговора только мотивом, связанным с презумпцией невиновности, то есть отсутствием доказательств, подтверждающих обвинение (в связи с тем, что доказательства, полученные в ходе следствия, не были воспроизведены в ходе судебного заседания), а не объективным или субъективным отсутствием состава преступления. Таким образом, условия, предусмотренные статьей 294 Органического закона о судебной защите, не были выполнены. Власти Испании отметили, что суды по рассмотрению административных споров, которые рассматривали требование заявителя о компенсации, никоим образом не пытались установить, являлся заявитель виновным или нет.

47. По утверждению властей Испании, ни Министерство юстиции Испании, ни суды, рассматривавшие решение Министерства отклонить требование о компенсации, никогда не требовали от заявителя доказать свою невиновность; они ограничились применением порядка имущественной ответственности, который действовал в области отправления правосудия. В связи с этим власти Испании отметили, что часть 3 статьи 292 Органического закона о судебной защите предусматривает, что только отмена судебного решения сама по себе не предполагает права на компенсацию, что, по мнению властей Испании, соответствует прецедентной практике Европейского суда (см. Решение Европейского суда по делу «Динарес Пеньяльвер против Испании» (Dinares {Penalver} v. Spain) от 23 марта 2000 г., жалоба № 44301/98; упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Энглерт против Германии»; и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Шеканина против Австрии»). В отношении мотивов, приведших к применению скорее статьи 294 Органического закона о судебной защите, чем статьи 292, власти Испании сочли, что только лишь отмена Конституционным судом Испании предыдущих обвинительных приговоров не означает, что заявитель являлся жертвой судебной ошибки (которая в любом случае должна быть прямо признана судами) или неправильных действий при отправлении правосудия. В настоящем деле национальные суды применили наиболее соответствующее положение, поскольку лишение свободы, на которое жаловался заявитель, неопровержимо было раньше, чем Конституционный суд Испании отменил действовавшие приговоры; следовательно, эта ситуация сравнима с предварительным заключением, сопровождающим оправдательный приговор или окончательное прекращение дела, прямо предусмотренными статьей 294 Органического закона о судебной защите. В отношении настоящего положения заявителя власти Испании подтвердили, что отмененный приговор все еще фигурирует в досье криминалистического учета, хотя ничто не мешает, чтобы он был удален официально или по требованию заявителя.

48. Наконец, власти Испании отметили, что в данном деле не имела места судебная ошибка. Даже если это не так, надлежащее функционирование внутригосударственной судебной системы дало возможность признать презумпцию невиновности заявителя. В то же время порядок имущественной ответственности государства не должен возлагать на суды ответственность предусматривать компенсацию за все отмены обвинительных приговоров судами второй инстанции.

49. В заключение, власти Испании сделали вывод, что нарушение указанного положения места не имело.

50. Прежде всего, Европейский суд напомнил, что пункт 2 статьи 6 Конвенции может также применяться к ситуациям, когда соответствующее лицо не являлось или больше не является объектом уголовного обвинения, поскольку вопросы уголовной ответственности обвиняемого и права на получение компенсации за содержание под стражей тесно связаны (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Шеканина против Австрии», p. 13, § 22). Кроме того, Европейский суд отметил, что Конвенция должна толковаться таким образом, чтобы гарантировать конкретные и эффективные, а не теоретические или иллюзорные права (см., среди прочих прецедентов, Постановление Европейского суда по делу «Артико против Италии» (Artico v. Italy) от 13 мая 1980 г., Series A, № 37, p. 16, § 33; Постановление Европейского суда по делу «Серинг против Соединенного Королевства» (Soering v. the United Kingdom) от 7 июля 1989 г., Series A, № 161, p. 34, § 87; и Постановление Европейского суда по делу «Крус Барас и другие против Швеции» (Cruz Varas and Others v. Sweden) от 20 марта 1991 г., Series A, № 201, p. 36, § 99). Это также относится к праву, гарантированному пунктом 2 статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу «Аллене де Рибемон против Франции» (Allenet de Ribemont v. France) от 10 февраля 1995 г., Series A, № 308, § 35).

51. В соответствии с прецедентной практикой Европейского суда презумпция невиновности нарушается, если судебное решение в отношении подсудимого отражает понимание, что он виновен, в то время как его виновность не была предварительно установлена на законных основаниях. Даже при отсутствии формального установления достаточно мотивации, которая дает возможность полагать, что суд считает заинтересованное лицо виновным. Таким образом, сфера применения пункта 2 статьи 6 Конвенции не ограничивается продолжающимися уголовными разбирательствами, а относится к судебным решениям, принятым после вынесения постановления о привлечении к ответственности (см., в частности, упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Минелли против Швейцарии» и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Энглерт против Германии»; Постановление Европейского суда по делу «Нелькенбокхофф против Германии» ({Nolkenbockhoff} v. Germany) от 25 августа 1987 г., Series A, № 123) или после вынесения оправдательного приговора (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Шеканина против Австрии»; Постановление Европейского суда по делу «Асан Рушити против Австрии» (Asan Rushiti v. Austria) от 21 марта 2000 г., жалоба № 28389/95; и Постановление Европейского суда по делу «Ламанна против Австрии» (Lamanna v. Austria) от 10 июля 2001 г., жалоба № 28923/95). Так, решение, которым «обвиняемому» после вынесения постановления о привлечении к ответственности отказано в компенсации за предварительное заключение, может поднимать проблему в свете пункта 2 статьи 6 Конвенции, если мотивы, неотделимые от резолютивной части, по сути, равноценны установлению виновности без ее предварительного законного установления (см., mutatis mutandis, упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Энглерт против Германии», § 36 — 37; и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Лойтшер против Нидерландов», p. 436, § 29).

52. Кроме того, Европейский суд напомнил, что в соответствии с его устоявшейся прецедентной практикой ни пункт 2 статьи 6 Конвенции, ни какое-либо другое положение Конвенции не предоставляет «обвиняемому» право на возмещение расходов или право на компенсацию за предварительное заключение на законных основаниях в случае отказа от привлечения его к ответственности (см. упоминавшееся выше Решение Европейского суда по делу «Динарес Пеньяльвер против Испании»; а также упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Энглерт против Германии», § 36; и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Шеканина против Австрии», § 25). Следовательно, простой отказ в предоставлении компенсации сам по себе не вступает в противоречие с презумпцией невиновности (см., mutatis mutandis, упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Нелькенбокхофф против Германии», § 36; и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Минелли против Швейцарии», § 34 — 35).

53. Европейский суд отметил, что в настоящем деле требование о компенсации было предъявлено заявителем на основании решения Конституционного суда Испании, установившего нарушение презумпции невиновности и вследствие этого отменившего предыдущие обвинительные приговоры. Это разбирательство было тесно связано с процессуальными действиями, которые были проведены в отношении заявителя, поскольку его целью являлось установление того, обязано ли государство выплатить заявителю финансовую компенсацию в связи с лишением свободы, которому он был подвергнут, и которое в дальнейшем не являлось «обоснованным», поскольку вынесенный судами обвинительный приговор был отменен. Таким образом, настоящее дело отличается от дел, в которых заявитель требовал права на компенсацию за предварительное заключение после того, как в отношении него было вынесено постановление о прекращении дела в ходе предварительного следствия или в случае отказа от привлечения к ответственности (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Капо против Бельгии»; и упоминавшееся выше Решение Европейского суда по делу «Динарес Пеньяльвер против Испании»).

54. Следовательно, Европейский суд должен рассмотреть, являлись ли образ действий, мотивы решений или способ, использованные в заключении Министерства юстиции Испании и внутригосударственных судов, нарушением права заявителя, чья виновность предварительно была снята Конституционным судом Испании, на презумпцию невиновности.

55. Европейский суд установил, что отказ Министерства юстиции Испании основывался только на отсутствии доказательства неучастия заявителя в деяниях, обвинение в которых ему было предъявлено. Из мотивации решения Министерства юстиции Испании ясно следует, что именно в связи с предполагаемой виновностью (или отсутствием «полной убежденности в невиновности») заявителю было отказано в удовлетворении его требования. Несмотря на то, что решение основывалось на части 1 статьи 294 Органического закона о судебной защите, который предусматривает, что право на компенсацию имеют только лица, в отношении которых вынесен оправдательный приговор или окончательное постановление о прекращении дела в связи с отсутствием (объективным или субъективным) состава преступления, обвинение в котором было предъявлено заявителю, подобное требование, без нюансов и оговорок, с учетом обстоятельств дела вызывает сомнение относительно невиновности заявителя. Действительно, заявитель не был призван доказывать свою невиновность ни в ходе рассмотрения его требования Министерством юстиции Испании, ни позднее в ходе разбирательства по разрешению административных споров (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Капо против Бельгии»). Однако решения Министерства и административных судов основывались на том факте, что Конституционный суд Испании в своем Постановлении по жалобе amparo, отменившем приговор в связи с несоблюдением презумпции невиновности, тем не менее, не установил неучастие заявителя в деяниях, за совершение которых он был привлечен к ответственности.

56. Что касается толкования сферы применения статей Органического закона о судебной защите, касавшихся имущественной ответственности государства, Европейский суд напомнил, что его задачей не является подмена собой внутригосударственных судов. Именно национальным властям, в частности, судам, надлежит толковать национальное законодательство (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу «Бруалья Гомес де ла Торре против Испании» (Brualla {Gomez} de la Torre v. Spain) от 19 декабря 1997 г., Reports 1997-VIII, p. 2955, § 31; и Постановление Европейского суда по делу «Эдификасьонес Марч Гальего С.А.» против Испании» (Edificaciones March Gallego S.A. v. Spain) от 19 февраля 1998 г., Reports 1998-I, p. 290, § 33), и Европейский суд не должен подменять их правовую оценку своей при отсутствии нарушения Конвенции (см., среди прочих прецедентов, Постановление Европейского суда по делу «Техедор Гарсия против Испании» (Tejedor {Garcia} v. Spain) от 16 декабря 1997 г., Reports 1997-VIII, p. 2796, § 31). В настоящем деле Европейский суд не должен определять, какая из статей Органического закона о судебной защите должна была быть применена Министерством юстиции Испании и административными судами, которые рассматривали жалобы. Вместе с тем, Европейский суд отметил, что заявитель, который не ссылался в своем требовании, поданном в Министерство, на какое-либо определенное положение упомянутого Закона, отмечал в своей жалобе amparo невозможность применения статьи 294 Органического закона с учетом того, что он жаловался на отбытие наказания в тюрьме закрытого типа, а не на предварительное заключение. Европейский суд отметил, что Конституционный суд Испании ошибочно утверждал, что требование заявителя было основано на возможности, предусмотренной в статье 294 Органического закона о судебной защите, а именно компенсации за предварительное заключение. Представляется, что национальные власти проявили чрезмерную строгость, применив эту статью, принимая во внимание, что заявитель не жаловался на свое предварительное заключение и что в отношении него не был вынесен ни оправдательный приговор, ни постановление о прекращении дела. Действительно, применение этой статьи по аналогии вместо статьи 292, которая предусматривает более общие ситуации (судебная ошибка или неправильные действия при отправлении правосудия), привело Министерство и национальные суды к рассмотрению вопроса о том, было ли в достаточной степени установлено неучастие заявителя, и вследствие этого отказать в удовлетворении его требования.

57. Этот вывод внушает сомнение в невиновности заявителя, несмотря на Постановление Конституционного суда Испании, который удовлетворил жалобу amparo заявителя, восстановив его право на презумпцию невиновности. Выражение подозрения в невиновности обвиняемого предполагает, что прекращение уголовного преследования не влечет за собой решения о необоснованности обвинения, и нельзя с полным основанием полагаться на такие подозрения после вынесения оправдательного приговора, вступившего в законную силу (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Асан Рушити против Австрии», § 31; и Постановление Европейского суда по делу «Востич против Австрии» (Vostic v. Austria) от 17 октября 2002 г., жалоба № 38549/97, § 19). Это подходит a fortiori и к настоящему делу, в котором Министерство юстиции Испании основывалось на отсутствии полной убежденности в невиновности заявителя при отказе в удовлетворении его требования компенсации, несмотря на существование Постановления Конституционного суда, который восстановил его право на презумпцию невиновности. В этих условиях заключение Министерства юстиции Испании, утвержденное впоследствии внутригосударственными судами, рассматривавшими дело, является несовместимым с презумпцией невиновности.

58. Кроме того, Европейский суд придал значение тому факту, что, как это признали власти Испании, обвинительный приговор, вынесенный заявителю, в течение более 13 лет фигурировал в досье криминалистического учета, несмотря на то, что он был окончательно отменен Конституционным судом Испании.

59. Следовательно, имело место нарушение пункта 2 статьи 6 Конвенции.

60. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

1. Материальный ущерб

61. В качестве компенсации материального ущерба заявитель потребовал присудить ему 72002 евро, поскольку он не мог работать и зарабатывать на жизнь во время заключения, которое продолжалось с 27 ноября 1980 г. по 18 июня 1985 г.

62. Власти Испании сочли, что сумма, требуемая заявителем в этом качестве, является завышенной и превышает сумму, которая была предъявлена в качестве требования национальным властям.

63. Поскольку на основании материалов дела не может быть установлена какая-либо причинно-следственная связь между предполагаемым материальным ущербом и установленным нарушением Конвенции, Европейский суд отклонил это требование.

2. Моральный вред

64. Кроме того, заявитель требовал присудить ему 150000 евро в качестве компенсации морального вреда. Он обосновывал свое требование, утверждая, что с ним обращались как с возможно виновным или как с «не-невиновным» до окончания разбирательства, длившегося более 24 лет с момента возбуждения в отношении него уголовного преследования.

65. Власти Испании сочли, что в качестве справедливой компенсации должен быть принят во внимание только период предварительного заключения заявителя, превысивший максимальный предусмотренный законом срок.

66. Европейский суд согласился с тем, что заявителю был причинен моральный вред в связи с несоблюдением принципа невиновности в ходе разбирательства по вопросу компенсации. Исходя из принципа справедливости, Европейский суд присудил заявителю 12000 евро в этом качестве.

67. Заявитель потребовал присудить ему 9000 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных в национальных судах. Он потребовал также присудить ему 1500 евро в качестве возмещения вознаграждения, выплаченного адвокату в ходе разбирательства в Европейском суде, за вычетом суммы, предоставленной Советом Европы в качестве правовой помощи.

68. Власти Испании не представили какого-либо возражения на этот счет.

69. В соответствии с устоявшейся прецедентной практикой Европейского суда заявитель может получить компенсацию судебных расходов и издержек, только если установлено, что они были реальными, понесены по необходимости и являлись разумными в своем размере. В настоящем деле, принимая во внимание материалы, имеющиеся в его распоряжении и вышеупомянутые критерии, Европейский суд счел разумным присудить заявителю в качестве компенсации судебных расходов и издержек 5000 евро за вычетом 701 евро, предоставленных заявителю Советом Европы в качестве правовой помощи. Таким образом, он предоставил заявителю 4299 евро.

70. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.

1. постановил, что имело место нарушение пункта 2 статьи 6 Конвенции;

2. постановил,

a) что государство-ответчик должно выплатить заявителю в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции 12000 (двенадцать тысяч) евро в качестве компенсации морального вреда и 4299 (четыре тысячи двести девяносто девять) евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек плюс сумму налогов, которая может быть начислена на эти суммы;

b) что с даты истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты простые проценты должны начисляться на эти суммы в размере, равном предельной годовой процентной ставке Европейского центрального банка плюс три процента;

3. отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации.

Совершено на французском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 25 апреля 2006 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

---