Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 04.12.1969 № 11

«О практике применения судами законодательства о необходимой обороне»

Право на необходимую оборону, закрепленное в ст. 13 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, является серьезной гарантией охраны интересов Советского государства, общественных интересов, прав и интересов граждан от общественно опасных посягательств, служит делу воспитания советских людей в духе товарищеской взаимопомощи и нетерпимости к нарушениям социалистического правопорядка.

Важным условием дальнейшего повышения активности граждан в деле предупреждения и пресечения преступных посягательств является правильное применение судами законодательства о необходимой обороне.

Принятое Пленумом Верховного Суда СССР 23 октября 1956 г. Постановление «О недостатках судебной практики по делам, связанным с применением законодательства о необходимой обороне» оказало положительное влияние на улучшение качества рассмотрения в судах дел этой категории. Однако, как показало изучение судебной практики, в деятельности судов по применению законодательства о необходимой обороне все еще имеют место недостатки и ошибки.

Некоторые суды не учитывают, что законодательство Союза ССР и союзных республик, принятое в развитие ст. 13 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, по-новому сформулировало ряд важных положений института необходимой обороны в направлении дальнейшей активизации участия граждан в борьбе с преступными посягательствами и усиления охраны их законных прав и личной безопасности.

До настоящего времени имеют место случаи необоснованного осуждения лиц, действовавших в состоянии необходимой обороны без превышения ее пределов.

Так, в некоторых случаях суды неправильно признают право обороны за лицом только в случае посягательства на него самого или на его права, тогда как согласно закону граждане имеют право защищать от посягательства интересы Советского государства, общественные интересы, а также личность и права другого лица, подвергающегося преступному посягательству.

Отдельные суды, неправильно понимая закон, полагают, что лицо, подвергшееся нападению, не вправе активно защищаться, если имеет возможность спастись бегством, обратиться за помощью к гражданам, к органам власти или избрать какие-либо иные способы, не носящие характера активного противодействия посягавшему.

Такая точка зрения чужда принципам советской морали и социалистическому правосознанию.

В ряде случаев суды не признают состояния необходимой обороны при наличии реальной угрозы посягательства либо когда оборонявшемуся по обстоятельствам дела не был ясен момент окончания посягательства.

С другой стороны, имеют место факты, когда суды, неправильно оценивая мотивы и действия подсудимых, применяют законодательство о необходимой обороне к лицам, которые не руководствовались целью защиты интересов Советского государства, общественных интересов, личности или прав обороняющегося или другого лица от общественно опасного посягательства, а причинили вред гражданам по мотивам мести, расправы и поэтому подлежали уголовной ответственности на общих основаниях.

Отмечаются также случаи, когда суды необоснованно применяют законодательство о необходимой обороне к лицам, причинившим гражданам тяжкий вред при устранении малозначительных, не представлявших общественной опасности посягательств.

Отдельные суды иногда формально подходят к анализу доказательств и при решении вопроса о том, действовало ли лицо в состоянии необходимой обороны или же допустило превышение ее пределов, не исследуют или не учитывают всех обстоятельств, имеющих значение для правильного определения характера действий подсудимого и его ответственности.

В частности, по некоторым делам судами не учитывается степень опасности, интенсивность посягательства, численность посягавших, душевное состояние оборонявшегося, его силы и возможности по отражению посягательства и другие обстоятельства.

Некоторые суды полагают, что защищающийся имеет право отразить нападение только соразмерными средствами, и без учета конкретных обстоятельств дела признают превышение пределов необходимой обороны в тех случаях, когда налицо нет соразмерности между актом нападения и актом защиты как в отношении средств защиты, так и наступивших последствий. Нередко факт перехода оружия из рук нападавшего в руки оборонявшегося и применение его для отражения продолжавшегося посягательства либо использование оружия для отражения невооруженного нападения также рассматривается, без учета конкретных обстоятельств, как безусловное свидетельство наличия в действиях оборонявшегося превышения пределов необходимой обороны, что иногда приводит к необоснованному осуждению отдельных лиц, в действительности оборонявшихся правомерно.

Ошибки судов по этой категории дел во многом обусловлены тем, что суды, исходя зачастую лишь из тяжести последствий, судебное разбирательство сводят только к доказыванию виновности подсудимого в причинении посягавшему вреда, а вопрос о том, в чем именно заключалось превышение пределов необходимой обороны, тщательно не исследуется и в нарушение требований ст. 314 УПК РСФСР и соответствующих статей УПК других союзных республик не находит отражения в приговоре.

Следует также указать, что в ряде случаев за действия, совершенные в состоянии так называемой мнимой обороны, суды осуждают по закону, предусматривающему ответственность за умышленное преступление против личности, тогда как в таких случаях в зависимости от конкретных обстоятельств дела указанные действия могут рассматриваться лишь как совершенные по неосторожности либо вообще не содержат состава преступления.

Изучение уголовных дел показало, что суды не во всех случаях реагируют на нарушения требований закона, допущенные органами следствия и дознания при расследовании дел этой категории, в том числе на неполноту материалов расследования, а также на случаи необоснованного отказа в возбуждении уголовных дел или прекращения дел производством в отношении посягавшего по тем основаниям, что ему при отражении посягательства были причинены телесные повреждения.

Имеются недостатки и при назначении судами мер уголовного наказания лицам, признанным виновными в убийстве или причинении тяжких или менее тяжких телесных повреждений при превышении пределов необходимой обороны. Не полностью используя предоставленные законом возможности для индивидуализации наказания, некоторые суды без учета смягчающих ответственность виновного обстоятельств и его личности иногда назначают наказание в виде максимального срока лишения свободы, предусмотренного ст. ст. 105, 111 УК РСФСР и соответствующими статьями УК других союзных республик, исходя лишь из тяжести наступивших последствий.

В судебной практике нет единства по вопросу о том, в каких случаях действия граждан по задержанию преступника следует рассматривать как совершенные в состоянии необходимой обороны.

По-разному квалифицируются судами действия лиц, совершивших убийство с превышением пределов необходимой обороны при обстоятельствах, предусмотренных в пунктах «д», «ж», «з», «и», «л» ст. 102 УК РСФСР и соответствующих статьях УК других союзных республик.

Не всегда правильно разграничивается убийство, причинение тяжких или менее тяжких телесных повреждений при превышении пределов необходимой обороны соответственно от умышленного убийства, умышленного причинения тяжких или менее тяжких телесных повреждений, совершенных в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения.

Неправильное понимание и применение некоторыми судебными органами закона о необходимой обороне, приводящее к судебным ошибкам, ограничивает право граждан на законную защиту и содействует созданию обстановки безнаказанности хулиганов, грабителей и иных антиобщественных элементов, что вызывает справедливое недовольство граждан и затрудняет борьбу с преступностью.

В целях правильного и единообразного применения законодательства о необходимой обороне и устранения недостатков в судебной практике Пленум Верховного Суда СССР постановляет:

1. Обратить внимание судебных органов на указанные серьезные недостатки в применении ст. 13 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик (ст. 13 УК РСФСР и соответствующих статей УК других союзных республик), согласно которой не является преступлением действие, хотя и подпадающее под признаки деяния, предусмотренного уголовным законом, но совершенное в состоянии необходимой обороны, то есть при защите интересов Советского государства, общественных интересов, личности или прав обороняющегося или другого лица от общественно опасного посягательства путем причинения посягающему вреда, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны.

Такого рода действия, вытекающие из неотъемлемого права граждан на оборону, не только не содержат состава преступления, как не представляющие общественной опасности, но, наоборот, содействуют укреплению должного социалистического правопорядка, а правильное разрешение этих дел способствует активизации населения в борьбе с преступностью.

2. Разъяснить судам, что согласно закону уголовная ответственность за причинение вреда посягающему наступает для обороняющегося лишь в случае превышения пределов необходимой обороны, то есть когда по делу будет установлено, что обороняющийся прибегнул к защите такими средствами и методами, применение которых явно не вызывалось ни характером и опасностью посягательства, ни реальной обстановкой, и без необходимости причинил посягавшему тяжкий вред.

3. Разрешая вопрос о наличии или отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны, суды не должны механически исходить из требования соразмерности средств защиты и средств нападения, а также соразмерности интенсивности защиты и нападения, а должны учитывать как степень и характер опасности, угрожавшей обороняющемуся, так и его силы и возможности по отражению нападения (количество нападавших и оборонявшихся, их возраст, физическое состояние, наличие оружия, место и время посягательства и др. обстоятельства, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и защищавшегося).

При решении этого вопроса необходимо учитывать то обстоятельство, что в случаях душевного волнения, вызванного нападением, его внезапностью, обороняющийся не всегда в состоянии точно взвесить характер опасности и избрать соразмерные средства защиты, что, естественно, может иногда повлечь и более тяжкие последствия, за которые он не может нести ответственность.

Усматривая в действиях подсудимого превышение пределов необходимой обороны, суды не должны ограничиваться в приговоре лишь общей формулировкой о явном несоответствии защиты характеру и опасности посягательства, а должны конкретно указать, в чем именно выразилось превышение пределов необходимой обороны.

4. Разъяснить судам, что состояние необходимой обороны наступает не только в самый момент нападения, но и в тех случаях, когда налицо реальная угроза нападения. Точно так же состояние необходимой обороны не может считаться устраненным и в том случае, когда акт самозащиты последовал непосредственно за актом хотя бы и оконченного нападения, но по обстоятельствам дела для обороняющегося не был ясен момент окончания нападения.

Не признаются законом совершенными в состоянии необходимой обороны действия обороняющегося, причинившие вред нападавшему, лишь в том случае, если они были совершены уже после того, как нападение было предотвращено или окончено и в применении средств защиты уже явно миновала необходимость, и, следовательно, эти действия выступали как акт мести — самочинной расправы.

В этих случаях ответственность наступает на общих основаниях, как за умышленное преступление.

5. Обратить внимание судов на то, что действия граждан по задержанию преступника, в целях пресечения его преступного посягательства или предпринятые непосредственно после посягательства для доставления преступника в соответствующие органы власти, должны рассматриваться судами как совершенные в состоянии необходимой обороны. Уголовная ответственность за причинение вреда преступнику в указанных случаях может наступить лишь при условиях, если действия, причинившие вред преступнику, не являлись необходимыми для его задержания, явно не соответствовали характеру и опасности посягательства и обстановке задержания.

6. Суды должны различать состояние необходимой обороны и так называемой мнимой обороны, когда отсутствует реальное общественно опасное посягательство и лицо лишь ошибочно предполагает наличие такого посягательства. В этом случае, в зависимости от обстоятельств дела, лицо может отвечать либо за неосторожные действия, либо вообще не подлежит привлечению к уголовной ответственности. Однако необходимо иметь в виду, что мнимая оборона исключает уголовную ответственность лишь в тех случаях, когда вся обстановка происшествия давала достаточные основания полагать лицу, применившему средства защиты, что имело место реальное посягательство, и оно не сознавало ошибочности своего предположения.

Вместе с тем в тех случаях, когда при мнимой обороне лицо причинило потерпевшему вред, явно превышающий пределы допустимого вреда в условиях соответствующего реального посягательства, оно подлежит ответственности, как за превышение пределов необходимой обороны.

7. Убийство, совершенное с превышением пределов необходимой обороны при обстоятельствах, предусмотренных в пунктах «д», «ж», «з», «и», «л» ст. 102 УК РСФСР и соответствующих статьях УК других союзных республик, должно квалифицироваться не как умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах, а как убийство при превышении пределов необходимой обороны.

8. Суды должны отграничивать убийство, причинение тяжкого или менее тяжкого телесного повреждения при превышении пределов необходимой обороны от умышленного убийства, умышленного причинения тяжкого или менее тяжкого телесного повреждения в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, имея в виду, что для преступлений, совершенных в состоянии сильного душевного волнения, характерно причинение вреда потерпевшему не с целью защиты и, следовательно, не в состоянии необходимой обороны. Кроме того, для преступлений, совершенных в состоянии сильного душевного волнения, обязательным признаком является причинение вреда потерпевшему именно в результате внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного действиями потерпевшего, указанными в ст. ст. 104, 110 УК РСФСР и соответствующих статьях УК других союзных республик, тогда как при совершении преступлений с превышением пределов необходимой обороны состояние сильного душевного волнения не является обязательным признаком.

9. Указать судам на необходимость повышения требовательности к качеству проведения предварительного расследования дел, связанных с применением законодательства о необходимой обороне, и более острого реагирования на факты поверхностного расследования, а также неосновательного прекращения уголовных дел в отношении посягавшего только по тем мотивам, что посягавшему были причинены телесные повреждения при отражении его преступного посягательства.

10. Обязать Верховные суды союзных республик усилить контроль за рассмотрением в судах дел, связанных с применением законодательства о необходимой обороне, периодически обобщать судебную практику по делам этой категории.

11. В связи с изданием настоящего Постановления считать утратившим силу Постановление Пленума Верховного Суда СССР № 8 от 23 октября 1956 г. «О недостатках судебной практики по делам, связанным с применением законодательства о необходимой обороне».

---