Постановление ЕСПЧ от 12.10.2006
Актуально на 03.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 12.10.2006. 10929/03. 12.10.2006. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1092903
«Дело „Глазков (Glazkov) против Российской Федерации“ (жалоба № 10929/03) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ГЛАЗКОВ (GLAZKOV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» (Жалоба № 10929/03)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 12 октября 2006 года)
<*> Перевод предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека.
Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 21 сентября 2006 г.,
вынес следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 10929/03), поданной 19 февраля 2003 г. в Европейский суд против Российской Федерации гражданином России Глазковым Станиславом Ивановичем (далее — заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Власти Российской Федерации в Европейском суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптевым.
3. 13 декабря 2004 г. Европейский суд решил коммуницировать жалобу властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу о приемлемости и по существу.
4. 21 сентября 2006 г. Европейский суд отклонил возражения властей Российской Федерации в отношении применения пункта 3 статьи 29 Конвенции.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
5. Заявитель, 1958 года рождения, проживает в г. Москве.
6. 11 сентября 1996 г. заявителю был причинен вред здоровью легкой степени тяжести в результате дорожно-транспортного происшествия.
7. 24 февраля 1997 г. заявитель обратился в Тушинский районный суд г. Москвы с иском к причинителю вреда, признанному виновным в совершении дорожно-транспортного происшествия, который был подвергнут наложению административного штрафа решением органа Государственной инспекции по безопасности дорожного движения от 26 сентября 1996 г.
8. В Письмах от 9 января и 2 июля 1998 г. заявитель жаловался в Министерство юстиции Российской Федерации на отсутствие какого-либо движения по его делу.
9. 6 июля 1999 г. Тушинский районный суд г. Москвы назначил проведение медицинского обследования заявителя Московским городским учреждением судебно-медицинской экспертизы. Данное определение суда не было выполнено.
10. 11 января 2001 г. Тушинский районный суд г. Москвы вновь назначил проведение медицинской экспертизы судебно-медицинским учреждением Комитета здравоохранения Правительства Москвы. В соответствии с этим определением суда, медицинская экспертиза была проведена с 24 января по 9 февраля 2001 г. В пункте 8 отчета экспертов от 9 февраля 2001 г. указано, что ответить на поставленные судом вопросы возможно только после стационарного обследования заявителя с целью определения причинно-следственной связи между произошедшим 11 сентября 1996 г. дорожно-транспортным происшествием и состоянием здоровья заявителя в настоящее время.
11. 28 июня 2001 г. Тушинский районный суд г. Москвы назначил в отношении заявителя проведение стационарного медицинского обследования.
12. 20 января 2003 г. Тушинский районный суд г. Москвы назначил проведение судебно-медицинским учреждением Комитета здравоохранения Правительства Москвы медицинской экспертизы состояния здоровья заявителя в связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием.
13. По ходатайству заявителя Тушинский районный суд г. Москвы запросил в различных медицинских учреждениях необходимую для экспертов информацию из истории болезни заявителя.
14. 14 марта 2003 г. заявитель обратился в Московский городской суд с жалобой на длительность судебного разбирательства.
15. Медицинское обследование заявителя, назначенное определением Тушинского районного суда г. Москвы от 20 января 2003 г., было проведено судебно-медицинским учреждением Комитета здравоохранения Правительства Москвы с 16 по 18 марта 2005 г. Отчет экспертов от 18 марта 2005 г. № 22 подтвердил, что заявителю в результате дорожно-транспортного происшествия 11 сентября 1996 г. был причинен вред здоровью легкой тяжести. Состояние его здоровья в настоящее время не связано с данным инцидентом.
16. 18 апреля 2005 г. заявитель выдвинул дополнительные требования к ответчику. Суд отложил слушание дела на 4 мая 2005 г., чтобы предоставить ответчику возможность ознакомиться с новыми требованиями заявителя.
17. 4 мая 2005 г. Тушинский районный суд г. Москвы, рассмотрев данное дело, вынес Решение, которым частично удовлетворил требования заявителя. Суд обязал ответчика выплатить заявителю компенсацию причиненного вреда здоровью, возмещение морального вреда и судебных расходов.
18. Заявитель и ответчик обжаловали данное Судебное решение.
19. 6 июня 2005 г. судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда оставила кассационные жалобы без удовлетворения, а Решение суда первой инстанции — без изменения.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 и статьи 13 Конвенции
20. Заявитель жаловался на то, что длительность судебного разбирательства по его делу несовместима с правом на рассмотрение дела в разумные сроки, гарантированные пунктом 1 статьи 6 Конвенции. Заявитель также жаловался в соответствии со статьей 13 Конвенции на отсутствие эффективных средств защиты его прав в отношении чрезмерной длительности судебного разбирательства по его делу. Указанные положения Конвенции в части, применимой к настоящему делу, гласят:
«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на... разбирательство дела в разумный срок... судом...».
«Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве».
21. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель несколько раз расширял объем своих требований, ходатайствовал о проведение повторных медицинских экспертиз и изменял показания о характере травм, предположительно полученных им в результате дорожно-транспортного происшествия. Следовательно, суды различных инстанций были вынуждены назначать проведение повторных медицинских обследований, запрашивать историю болезни заявителя из различных медицинских учреждений, в которых он проходил лечение, что неблагоприятным образом отразилось на сроках судопроизводства по данному делу. 4 мая 2005 г. Тушинский районный суд г. Москвы частично удовлетворил требования заявителя. Таким образом, заявитель в полной мере воспользовался эффективными средствами правовой защиты его прав. Заявитель не смог доказать неэффективность судопроизводства по его делу в судах Российской Федерации. Продолжительность рассмотрения данного дела объяснялась его сложностью и необходимостью проведения огромного количества дополнительных экспертиз. Суды Российской Федерации приняли все законные меры для обеспечения заявителю доступа к суду и рассмотрения его дела в максимально возможные кратчайшие сроки. Власти Российской Федерации пришли к выводу, что заявитель не являлся жертвой нарушения пункта 1 статьи 6 и статьи 13 Конвенции. В своих возражениях от 5 мая 2005 г. власти Российской Федерации также утверждали, что жалоба подана преждевременно, поскольку Судебное решение к тому времени еще не вступило в законную силу.
22. Заявитель не согласился с возражениями властей Российской Федерации. Он заявил, что на него не может быть возложена вина за то, что он трижды увеличивал объем требований в связи с тем, что его фактические медицинские и судебные расходы увеличивались с течением времени. Ходатайства заявителя о проведении повторных медицинских обследований основывались на рекомендациях экспертов, содержащихся в их отчете за 2001 год. Дело, по его мнению, не являлось сложным. В первом отчете экспертов за февраль 2001 года указывалось на необходимость проведения простого стационарного обследования заявителя для того, чтобы дать возможность экспертам ответить на поставленные судом вопросы. Суд мог назначить проведение стационарного обследования и экспертной оценки без задержки. В этом случае разбирательство дела могло быть окончено в 2001 году.
23. Европейский суд отметил, что принимаемый к рассмотрению период начался 5 мая 1998 г., когда Конвенция вступила в силу для Российской Федерации. Тем не менее, оценивая обоснованность длительности судебного разбирательства после указанный даты, необходимо принять в расчет ход судебного разбирательства по данному делу на момент вступления Конвенции в силу для Российской Федерации. Судебное разбирательство было окончено 6 июня 2005 г. Таким образом, дело заявителя рассматривалось судами двух инстанций в течение семи лет и одного месяца.
A. Приемлемость жалобы
24. В отношении возражения властей Российской Федерации от 5 мая 2005 г. относительно того, что жалоба подана преждевременно, Европейский суд отметил, что судебное разбирательство по делу заявителя окончилось вынесением 6 июня 2005 г. Решения Московского городского суда. Европейский суд счел, что жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее Европейский суд отметил, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Таким образом, жалоба заявителя должна быть объявлена приемлемой.
B. По существу
1. Пункт 1 статьи 6 Конвенции
25. Европейский суд напомнил, что обоснованность продолжительности судебного разбирательства должна быть оценена с учетом обстоятельств дела и по следующим критериям: сложность дела, поведение заявителя и соответствующих органов власти, а также с учетом требований, заявленных истцом в споре (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Фридлендер против Франции» (Frydlender v. France), жалоба № 30979/96, § 43, ECHR 2000-VII).
26. Европейский суд отметил, что при рассмотрении данного дела Тушинским районным судом г. Москвы были допущены значительные перерывы — от одного года (с 5 мая 1998 г. по 6 июля 1999 г. и далее — до 11 января 2001 г., а также с 28 июня 2001 г. по 20 января 2003 г.), до более чем двух лет (с 20 января 2003 г. по март 2005 г.). Европейский суд счел, что значительная часть этих задержек произошла по вине властей Российской Федерации. Европейский суд не может согласиться с доводами властей Российской Федерации о том, что дело являлось трудноразрешимым. Необходимо было провести медицинскую экспертизу состояния здоровья заявителя, получившего легкий вред здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия. Тем не менее задержка в более чем пять лет и восемь месяцев с того момента, как суд впервые назначил проведение медицинской экспертизы (6 июля 1999 г.) до того, как данная экспертная оценка, проведенная государственным учреждением, в итоге была получена судом, в значительной степени должна быть вменена в вину властям Российской Федерации.
27. Европейский суд ранее неоднократно признавал нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции по многим жалобам, аналогичным данному делу (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Фридлендер против Франции»).
28. Изучив предоставленные материалы, Европейский суд счел, что власти Российской Федерации не предоставили каких-либо фактов или доводов, способных убедить его прийти к иному выводу по данной жалобе. Принимая во внимание свое прецедентное право по данному вопросу, Европейский суд счел, что длительность судебного разбирательства по данному делу была чрезмерной и превысила требование «разумного срока».
Следовательно, имеет место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
2. Статья 13 Конвенции
29. Европейский суд напомнил, что статья 13 Конвенции гарантирует право на эффективную правовую защиту органами государства в случае предполагаемого нарушения положений пункта 1 статьи 6 Конвенции, гарантирующего право на разбирательство дела в разумный срок (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Кудла против Польши» ({Kudla} <*> v. Poland), жалоба № 30210/96, § 156, ECHR 2000-XI). Европейский суд отметил, что власти Российской Федерации не указали на наличие каких-либо средств правовой защиты, которые могли бы ускорить вынесение окончательного решения по делу заявителя или обеспечить ему адекватное возмещение за длительные перерывы, произошедшие в ходе судебного разбирательства (см. Постановление Европейского суда по делу «Кормачева против России» (Kormacheva v. Russia) от 29 января 2004 г, жалоба № 53084/99, § 64).
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
30. Таким образом, Европейский суд счел, что в данном деле имеет место нарушение статьи 13 Конвенции в связи с отсутствием в национальном законодательстве каких-либо средств правовой защиты, в соответствии с которыми заявитель мог бы получить решение об обеспечении его права на рассмотрение дела в разумный срок, как это установлено пунктом 1 статьи 6 Конвенции.
II. Применение статьи 41 Конвенции
31. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
32. Заявитель потребовал сумму в размере 138260 долларов США в качестве компенсации материального ущерба. Данная сумма включает в себя: 1900 долларов США — расходы на медицинское лечение; 2870 долларов США — расходы на почтовые отправления, копирование документов, транспортные расходы, переобучение, страхование ответственности; 133490 долларов США в возмещение упущенной выгоды в связи с потерей трудоспособности в результате травм, полученных им в дорожно-транспортном происшествии.
33. Заявитель также потребовал сумму в размере 100 тысяч долларов США в качестве компенсации морального вреда, полученного, inter alia, в связи с неоправданно долгим рассмотрением его дела.
34. Власти Российской Федерации оспаривали указанные требования, утверждая, что заявителю не должна быть присуждена никакая компенсация в связи с отсутствием факта нарушения его прав. В случае установления нарушения Конвенции будет достаточно простой констатации данного факта. Власти Российской Федерации отметили, что требования заявителя имеют прямую связь с ущербом, причиненным ответчиком по гражданскому делу, и никак не связаны с длительностью судебного разбирательства. В любом случае, требования являются чрезмерными и необоснованными.
35. Европейский суд не установил какой-либо причинно-следственной связи между нарушением Конвенции и заявляемым размером материального ущерба и, таким образом, отклонил данные требования. Вместе с тем Европейский суд счел, что заявителю, очевидно, был нанесен моральный вред. Исходя из принципа справедливости, Европейский суд присудил заявителю 3 тысячи евро в качестве компенсации морального вреда.
B. Судебные расходы и издержки
36. Заявитель также потребовал 14250 евро в возмещение расходов и издержек, понесенных в ходе разбирательства в судах Российской Федерации и в связи с подачей жалобы в Европейский суд. Заявитель пояснил, что указанная сумма представляет собой расходы на оплату работы трех адвокатов, представлявших его интересы в судах Российской Федерации по делу о понесенном ущербе в результате дорожно-транспортного происшествия, а также в связи с судопроизводством в Европейском суде.
37. Власти Российской Федерации оспаривали данные требования, заявив, что указанные расходы были связаны с разбирательством в российских судах по гражданскому делу, а также в связи с тем, что заявитель не смог предоставить документы, подтверждающие расходы, понесенные им при рассмотрении его жалобы в Европейском суде.
38. В соответствии с прецедентным правом Европейского суда заявителю возмещаются расходы и издержки только в том случае, если было наглядно продемонстрировано, что расходы в действительности имели место, были необходимы и носили по своей величине разумный характер. По данному делу, принимая во внимание имевшуюся в распоряжение Европейского суда информацию и на основании обозначенных выше критериев, Европейский суд счел обоснованным присудить заявителю, не представленному адвокатом при рассмотрении его жалобы, сумму в размере 200 евро в качестве возмещения расходов, понесенных в связи с подачей жалобы в Европейский суд.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
32. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
-
постановил, что имело место нарушение статьи 13 Конвенции;
a) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю следующие суммы, подлежащие переводу в национальную валюту Российской Федерации по курсу на день произведения выплаты:
i) 3000 (три тысячи) евро в качестве компенсации морального вреда;
ii) 200 (двести) евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек;
iii) сумму налогов, которые могут быть начислены на указанные выше выплаты;
b) что простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 12 октября 2006 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF GLAZKOV v. RUSSIA (Application No. 10929/03)
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Glazkov v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
and Mr S. Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 21 September 2006,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 10929/03) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a Russian national, Mr Stanislav Ivanovich Glazkov («the applicant»), on 19 February 2003.
2. The Russian Government («the Government») were represented by Mr P.A. Laptev, Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. On 13 December 2004 the Court decided to communicate the application. Applying Article 29 § 3 of the Convention, it decided to rule on the admissibility and merits of the application at the same time.
4. On 21 September 2006 the Court dismissed the Government's objection concerning the application of Article 29 § 3 of the Convention.
THE FACTS
The circumstances of the case
5. The applicant was born in 1958 and lives in Moscow.
6. On 11 September 1996 he was injured in a traffic accident. He was found to have suffered light bodily injury.
7. On 24 February 1997 the applicant brought proceedings, in the Tushinskiy District Court of Moscow, for damages against an individual, who had been found guilty of causing the accident and subjected to administrative liability by a decision of the police of 26 September 1996.
8. In letters dated 9 January and 2 July 1998 the applicant complained to the Ministry of Justice about the lack of any developments in his case.
9. On 6 July 1999 the District Court ordered the applicant's medical examination to be carried out by the Moscow City Bureau of Forensic Medical Examinations. The decision was not executed.
10. On 11 January 2001 the District Court again ordered the applicant's medical examination by the Forensic Medical Examination Bureau of the Public Health Committee of the Government of Moscow. Pursuant to this decision, the examination was carried out from 24 January to 9 February 2001. The experts' report of 9 February 2001 No. 8 stated that it would be possible to answer the questions put by the court only after the applicant's in-patient examination with a view to determine the causation between the accident on 11 September 1996 and his present health condition.
11. On 28 June 2001 the District Court ordered the applicant's in-patient examination.
12. On 20 January 2003 the District Court ordered the expert assessment of the applicant's state of health and its connection with the accident, to be carried out by the Forensic Medical Examination Bureau of the Public Health Committee of the Government of Moscow.
13. Following the applicant's requests the District Court demanded various medical institutions to issue the applicant's medical records needed for the expert assessment.
14. On 14 March 2003 the applicant complained to the Moscow City Court about the delay in the proceedings in his case.
15. The applicant's expert medical examination ordered by the decision of the District Court of 20 January 2003 was carried out by the Forensic Medical Examination Bureau of the Public Health Committee of the Government of Moscow from 16 March 2005 to 18 March 2005. The experts' report of 18 March 2005 No. 22 confirmed that the applicant had suffered light bodily injury in the accident on 11 September 1996 and that his present health condition had no connection with the accident.
16. On 18 April 2005 the applicant submitted additional claims and the court adjourned the hearing to 4 May 2005 in order to allow the defendant to get acquainted with the new claims.
17. On 4 May 2005 the Tushinskiy District Court of Moscow examined the case and delivered a judgment in which it granted the applicant's claims in part. It ordered the defendant to pay the applicant compensation in respect of the health damage, moral harm and costs.
18. The applicant and the defendant appealed against the judgment.
19. On 6 June 2005 the Moscow City Court dismissed the appeals and upheld the judgment.
THE LAW
I. Alleged violation of Articles 6 § 1 and 13 of the Convention
20. The applicant complained that the length of the proceedings had been incompatible with the «reasonable time» requirement, provided in Article 6 § 1 of the Convention. He also complained under Article 13 of the Convention about the lack of an effective remedy against the excessive length of the proceedings. The relevant parts of Articles 6 § 1 and 13 read as follows:
«In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a... hearing within a reasonable time by [a]... tribunal...»
«Everyone whose rights and freedoms as set forth in [the] Convention are violated shall have an effective remedy before a national authority notwithstanding that the violation has been committed by persons acting in an official capacity.»
21. The Government submitted that the applicant had several times extended the scope of his claims, requested repeated medical examinations, and altered the nature of the injuries allegedly suffered in the traffic accident. As a result, the courts of different levels of jurisdiction had had to order the applicant's repeated medical examinations, request his medical records from various medical institutions where he had undergone treatment, which had adversely affected the length of the proceedings. On 4 May 2005 the Tushinskiy District Court of Moscow had granted the applicant's claims in part. Therefore, the applicant had fully availed himself of the effective remedy for the legal protection of his rights. He had failed to prove the inefficiency of the domestic proceedings in his case. The length of the proceedings had been explained by the complexity of the case and a large number of comprehensive examinations. The domestic courts had taken all legitimate measures for ensuring the applicant's access to a court and for examining his case within the shortest possible time. The Government concluded that the applicant was not a victim of a violation of Articles 6 § 1 and 13 of the Convention. They also argued, in their observations of 5 May 2005, that the application was premature as the judgment had not yet come into effect.
22. The applicant disagreed. He submitted that he could not be blamed for enlarging the scope of his claims three times because of the increase, with time, of his actual medical and legal costs. His requests for the repeated medical examination had been based on the experts' recommendation in their report of 2001. The case had not been complex. The first expert report had indicated, in February 2001, a need for the applicant's simple in-patient examination to enable the experts to answer the questions put by the court. The court could have ordered the in-patient examination and the expert assessment without delay in which case it could have finished the proceedings in 2001.
23. The Court notes that the period to be taken into consideration began only on 5 May 1998, when the Convention came into effect in respect of Russia. However, in assessing the reasonableness of the time that elapsed after that date, account must be taken of the state of proceedings at the time. The period in question ended on 6 June 2005. It thus lasted seven years and one month for two levels of jurisdiction.
A. Admissibility
24. As for the Government's objection of 5 May 2005 that the application is premature, the Court notes that the proceedings in the applicant's case ended with a decision of the Moscow City Court of 6 June 2005. The Court considers that the application is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
1. Article 6 § 1
25. The Court reiterates that the reasonableness of the length of proceedings must be assessed in the light of the circumstances of the case and with reference to the following criteria: the complexity of the case, the conduct of the applicant and the relevant authorities and what was at stake for the applicant in the dispute (see, among many other authorities, Frydlender v. France [GC], No. 30979/96, § 43, ECHR 2000-VII).
26. The Court notes that the present case involves significant delays in the proceedings when they were pending before the Tushinskiy District Court of Moscow, ranging from more than one year (between 5 May 1998 and 6 July 1999, then until 11 January 2001, and between 28 June 2001 and 20 January 2003) to more than two years (between 20 January 2003 and March 2005). The Court finds that the substantial part of those delays had been imputable to the authorities. It cannot agree with the Government that the case had been complex. The case required the expert medical assessment of the applicant who had suffered light bodily injury in the traffic accident. However, the delay of more than five years and eight months, after the court had first ordered the expert opinion (on 6 July 1999) before such an assessment by a State-run expert institution was obtained by the court (18 March 2005), is largely attributable to the authorities.
27. The Court has frequently found violations of Article 6 § 1 of the Convention in cases raising issues similar to the one in the present case (see Frydlender, cited above).
28. Having examined all the material submitted to it, the Court considers that the Government have not put forward any fact or argument capable of persuading it to reach a different conclusion in the present case. Having regard to its case-law on the subject, the Court considers that in the instant case the length of the proceedings was excessive and failed to meet the «reasonable time» requirement.
There has accordingly been a breach of Article 6 § 1.
2. Article 13
29. The Court reiterates that Article 13 guarantees an effective remedy before a national authority for an alleged breach of the requirement under Article 6 § 1 to hear a case within a reasonable time (see {Kudla} v. Poland [GC], No. 30210/96, § 156, ECHR 2000-XI). It notes that the Government did not indicate any remedy that could have expedited the determination of the applicant's case or provided him with adequate redress for delays that had already occurred (see Kormacheva v. Russia, No. 53084/99, 29 January 2004, § 64).
30. Accordingly, the Court considers that in the present case there has been a violation of Article 13 of the Convention on account of the lack of a remedy under domestic law whereby the applicant could have obtained a ruling upholding his right to have his case heard within a reasonable time, as set forth in Article 6 § 1 of the Convention.
II. Application of Article 41 of the Convention
31. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
32. The applicant claimed 138,260 US dollars (USD) in respect of pecuniary damage. This amount included USD 1,900 as his medical treatment costs following the traffic accident, USD 2,870 as costs covering postage, photocopying, transport, retraining, liability insurance, and USD 133,490 as his lost profit in connection with the injury suffered in the traffic accident.
33. The applicant further claimed USD 100,000 in respect of non-pecuniary damage suffered in connection with, inter alia, unjustifiably long examination of his case.
34. The Government contested these claims. They submitted that no just satisfaction should be awarded to the applicant, as there had been no violation of his rights. In case of finding a violation of the Convention such a finding would be adequate just satisfaction. The Government noted that the claims were linked to the harm caused by the defendant in the civil case and not to the length of the proceedings. In any event, the claims were excessive and unreasonable.
35. The Court does not discern any causal link between the violation found and the pecuniary damage alleged; it therefore rejects this claim. On the other hand, it considers that the applicant must have sustained non-pecuniary damage. Ruling on an equitable basis, it awards him 3,000 euros (EUR) under that head.
B. Costs and expenses
36. The applicant also claimed EUR 14,250 for the costs and expenses incurred before the domestic courts and for those incurred before the Court. He explained that this amount represents legal costs covering the 285-hour work done by three lawyers who had assisted him in the domestic proceedings concerning the damages caused by the traffic accident, as well as in the proceedings before the Court.
37. The Government contested the claim. They submitted that it was linked to the domestic proceedings in the civil case, and that the applicant had failed to list the costs incurred in the proceedings before the Court.
38. According to the Court's case-law, an applicant is entitled to reimbursement of his costs and expenses only in so far as it has been shown that these have been actually and necessarily incurred and were reasonable as to quantum. In the present case, regard being had to the information in its possession and the above criteria, the Court considers it reasonable to award the applicant, who was not represented by a lawyer, the sum of EUR 200 under this head in respect of the proceedings before the Court.
C. Default interest
39. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the application admissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention;
3. Holds that there has been a violation of Article 13 of the Convention;
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, the following amounts, to be converted into Russian roubles at the rate applicable at the date of settlement:
(i) EUR 3,000 (three thousand euros) in respect of non-pecuniary damage;
(ii) EUR 200 (two hundred euros) in respect of costs and expenses;
(iii) any tax that may be chargeable on the above amounts;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
5. Dismisses the remainder of the applicant's claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 12 October 2006, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.