Письмо ФНС России от 30.12.2022 № КВ-4-14/17900@

<О направлении Обзора судебной практики по спорам с участием регистрирующих органов № 4 (2022)>

ПИСЬМО

Федеральная налоговая служба в целях формирования положительной судебной практики направляет «Обзор судебной практики по спорам с участием регистрирующих органов № 4 (2022)» (далее — Обзор).

Управлениям ФНС России по субъектам Российской Федерации довести данное письмо и прилагаемый к нему Обзор до нижестоящих территориальных органов ФНС России для руководства и применения в работе.

1. Споры о признании недействительными решений об отказе в государственной регистрации юридического лица и индивидуального предпринимателя.

1.1. Установив, что общество представило на государственную регистрацию документы, оформленные с нарушением требований Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», указав в заявлении сведения о несуществующем адресе, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии у регистрирующего органа оснований для отказа в государственной регистрации. При этом суд апелляционной инстанции отметил, что сам по себе факт регистрации договора аренды недвижимости Управлением Росреестра не свидетельствует о наличии соответствующего адреса в границах населенного пункта, в котором общество планирует осуществлять предпринимательскую деятельность.

По делу № А07-9326/2021 общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения Инспекции № 50755А от 30.11.2020 об отказе в государственной регистрации в отношении юридического лица-общества.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.03.2022 заявление общества удовлетворено.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Инспекция обратилась в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просила решение суда первой инстанции отменить полностью и прекратить производство по делу.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

23.11.2020 общество обратилось в регистрирующий орган — Инспекцию с заявлением по форме № Р13001 об изменении адреса общества на Республика Башкортостан, Кушнаренковский район, с. Воецкое, ул. Полевая, д. 1 (вх. № 50755А), к заявлению прилагалась копия договора аренды нежилого помещения (строения).

В листе «Б» представленного в регистрирующий орган заявления по форме № Р13001 в качестве заявленного адреса общества было указано: Республика Башкортостан, Кушнаренковский район, с. Воецкое, ул. Полевая, д. 1.

По результатам рассмотрения представленного пакета документов, регистрирующим органом 30.11.2020 принято решение об отказе в государственной регистрации № 50755А по основаниям, указанным в подпункте «ц» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ). Регистрирующим органом указано, что в федеральной государственной информационной системе (ФИАС) отсутствуют сведения об объекте недвижимости, расположенного по адресу, указанному заявителем.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что предоставленные на государственную регистрацию обществом документы отвечают требованиям законности и достоверности, содержащейся в них информации, так как новый адрес, предоставленный для государственной регистрации обществом — действительный, фактически существует, не является вымышленным, иного материалы дела не содержат. Доводы регистрирующего органа о том, что в перечне существующих адресов в ФИАС заявленный адрес отсутствует, тем самым внести изменения не представляется возможным, судом отклонены как необоснованные.

Записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации (пункт 4 статьи 5 Закона № 129-ФЗ).

Требования к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган, устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (подпункт 1.1 статьи 9 Закона № 129-ФЗ).

Нарушение требований к оформлению заявления является основанием для отказа в государственной регистрации (подпункт «ц» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ).

В заявлении общества, поданного по форме № Р130001, в листе «Б» в качестве заявленного адреса указано: Республика Башкортостан, Кушнаренковский район, с. Воецкое, ул. Полевая, д. 1.

Податель заявления на государственную регистрацию — общество не является собственником недвижимого имущества.

Указанное помещение передано заявителю по договору аренды нежилого помещения (строения) № 1-8/20-АР от 18.08.2020, заключенного с ООО «У.», договор аренды зарегистрирован в установленном порядке.

Вместе с тем, сам по себе факт регистрации договора Управлением Росреестра не свидетельствует о наличии такого адреса в границах населенного пункта, в котором общество планирует осуществлять предпринимательскую деятельность, поскольку Управлением Росреестра при совершении регистрационных действий руководствуется положениями Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», проверяя лишь наличие у сторон сделки прав на недвижимое имущество.

В настоящем деле факт наличия у ООО «У.» прав на недвижимое имущество — нежилое помещение (строение) Склад, 1-этажный, общая площадь 1015 кв. м, инв. № 9732, лит. А, кадастровый номер 02:36:000000:1087, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, Кушнаренковский район, с. Воецкое, ул. Полевая, д. 1, никем не оспаривается и подтверждается материалами дела.

Вместе с тем наличие объекта недвижимости и прав собственности на него у третьего лица, предоставившего объект для аренды, не является безусловным основанием для регистрации изменений, вносимых в учредительные документы заявителя, в части адреса.

Решение инспекции об отказе в государственной регистрации мотивировано тем, что в перечне существующих адресов в ФИАС заявленный адрес местонахождения заявителя отсутствует.

Отношения, возникающие в связи с ведением государственного адресного реестра, осуществлением эксплуатации федеральной информационной адресной системы, а также отношения по использованию содержащихся в государственном адресном реестре сведений об адресах регулируются Федеральным законом от 28.12.2013 № 443-ФЗ «О федеральной информационной адресной системе и о внесении изменений в Федеральный закон „Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации“.»

Во исполнение данной нормы Правительством РФ постановлением от 19.11.2014 № 1221 утверждены Правила присвоения, изменения и аннулирования адресов (далее — Правила № 1221).

В соответствии с пунктом 6 Правил № 1221 присвоение объекту адресации адреса, изменение и аннулирование такого адреса осуществляется органами местного самоуправления, органами государственной власти субъектов Российской Федерации — городов федерального значения или органами местного самоуправления внутригородских муниципальных образований городов федерального значения, уполномоченными законами указанных субъектов Российской Федерации на присвоение объектам адресации адресов (далее — уполномоченные органы), с использованием федеральной информационной адресной системы.

В соответствии с пунктом 7 названных Правил № 1221 присвоение объектам адресации адресов и аннулирование таких адресов осуществляется как по собственной инициативе уполномоченными органами, так и на основании заявлений физических или юридических лиц, указанных в пунктах 27, 29 Правил № 1221.

Как следует из содержания пункта 27 Правил № 1221, заявление о присвоении объекту адресации адреса или об аннулировании его адреса подается собственником объекта адресации по собственной инициативе.

Источником информации об адресе, в том числе о наименованиях элементов планировочной структуры, элементов улично-дорожной сети, номерной части являются соответствующие уполномоченные органы.

В данном деле органом являющимся источником информации является — Администрация сельского поселения Шариповский сельсовет Муниципального района Кушнаренковский район Республики Башкортостан, которая была привлечена судом к участию в деле в качестве третьего лица.

В своих пояснениях, представленных суду как первой, так и апелляционной инстанций, Администрация сельского поселения Шариповский сельсовет муниципального района Кушнаренковский район Республики Башкортостан пояснила обстоятельства смены адресов и исключения адреса ул. Полевая из улично-дорожной сети с. Воецкое.

Решением № 236 Совета сельского поселения Шариповский сельсовет муниципального района Куншаренковский район от 10.06.2020 присвоены наименования улицам, расположенным в границах населенного пункта с. Воецкое сельского поселения Шариповский сельсовет муниципального района Кушнаренковский район Республики Башкортостан: а) Павловой, б) Покровская, в) Николаева.

Постановлением Главы сельского поселения Шариповский сельсовет МР Кушнаренковский район Республики Башкортостан № 74 от 15.06.2020 присвоены наименования улично-дорожной сети с. Воецкое: ул. Павловой, ул. Покровская, ул. Николаева.

Таким образом, в связи с присвоением наименований улицам, расположенным в границах населенного пункта с. Воецкое сельского поселения Шариповский сельсовет муниципального района Кушнаренковский район Республики Башкортостан в с. Воецкое, в настоящее время нет ул. Полевая.

В квартале 02:36:180202 располагается новый квартал с тремя улицами: ул. Николаева, ул. Покровская и ул. Павловой, которые находятся в частной собственности. Объект с кадастровым номером 02:36:180202:149 фактически расположен по ул. Павловой.

Доказательств того, что до даты вынесения оспариваемого решения № 50755А от 30.11.2020 собственник обращался в Администрацию с заявлением о присвоения адреса, в материалы дела не представлено.

В связи с этим, отказ Инспекции в государственной регистрации изменений в части адреса общества на основании подпункта «ц» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ является правомерным, поскольку общество представило на государственную регистрацию документы, оформленные с нарушением требований Закона № 129-ФЗ, указав в заявлении по форме № Р13001 в листе «Б» сведения о несуществующем адресе.

1.2. Указание регистрирующего органа в оспариваемом решении об отказе в государственной регистрации на выявленные расхождения в налоговой отчетности, приводящими к занижению налоговой базы, суды посчитали несостоятельным. Положениями Федерального закона от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» не предусмотрено такого основания для отказа в государственной регистрации изменений, внесенных в учредительные документы юридического лица.

По делу № А19-6157/2022 общество обратилось в арбитражный суд с заявлением к инспекции о признании недействительным решения инспекции от 18.02.2022 № 134А об отказе в государственной регистрации.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 25 мая 2022 года по делу № А19-6157/2022 заявленные требования удовлетворены.

Инспекция обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просила отменить обжалуемый судебный акт в полном объеме по мотивам, изложенным в жалобе.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

Как следует из материалов дела, 11.01.2022 А.С.А. в регистрирующий орган были представлены документы для государственной регистрации изменений, внесенных в учредительные документы.

По результатам рассмотрения представленных документов инспекцией 18.02.2022 принято решение № 134А об отказе в государственной регистрации в связи с недостоверностью содержащихся в представленных документах сведений.

Судом установлено, что в заявлении о государственной регистрации в качестве места нахождения общества указан адрес: 664514, Иркутская область, Иркутский район, д. Грановщина, ул. Василия Шукшина, 27. Данный адрес является местом регистрации единоличного исполнительного органа общества А.С.А.

Согласно представленному в инспекцию нотариально заверенному согласию 38 АА 3671920 от 11.01.2022, собственник помещения, расположенного по адресу: Иркутская область, Иркутский район, д. Грановщина, ул. Василия Шукшина, 27 А.С.А. выразил согласие на регистрацию общества по вышеуказанному адресу.

Доказательств, свидетельствующих о том, что регистрация Общества по адресу который является местом регистрации его постоянно действующего исполнительного органа нарушает права и законные интересы других граждан инспекцией не представлено. Учитывая, что Жилищный кодекс РФ допускает использование жилого помещения в предпринимательской деятельности, суд считает, что у регистрирующего органа не имелось оснований для вывода о формальном намерении изменить адрес общества.

Указание регистрирующего органа в оспариваемом решении на выявленные расхождения в налоговой отчетности, приводящими к занижению налоговой базы, суд считает несостоятельным. Положениями Федерального закона от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» не предусмотрено такого основания для отказа в государственной регистрации изменений, внесенных в учредительные документы юридического лица.

1.3. Использование в фирменном наименовании юридических лиц двух организационно-правовых форм недопустимо, независимо от того, является это именем собственным, заключенным в кавычки, или нет.

По делу № А40-126394/22-94-952 Г.Е.В. обратилась в арбитражный суд с заявлением об оспаривании решения Инспекция № 74634А от 10.03.2022 г. об отказе в государственной регистрации.

Суд признал заявление не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 04.03.2022 в Инспекцию учредителями юридического лица — Ш.А.С., М.Е.Г., Ш.П.М., Г.Е.В. в электронном виде представлен комплект документов, в том числе Заявление о государственной регистрации юридического лица ООО «АССОЦИАЦИЯ ЖЕНЩИН КИНОПРОДЮСЕРОВ» при создании на основании решения учредителей об учреждении ООО «АССОЦИАЦИЯ ЖЕНЩИН КИНОПРОДЮСЕРОВ» (протокол № 1 общего собрания учредителей) от 02.03.2022.

По результатам рассмотрения представленных документов Инспекцией 10.03.2022 принято решение № 74634А об отказе в государственной регистрации по основаниям, предусмотренными подпунктом «ж» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» в связи с несоответствием наименования юридического лица требованиям федерального закона.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах и включается в единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица.

Фирменное наименование юридического лица должно содержать указание на его организационно-правовую форму и собственно наименование юридического лица, которое не может состоять только из слов, обозначающих род деятельности.

Согласно пункту 1 статьи 4 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» полное фирменное наименование общества на русском языке должно содержать полное наименование общества и слова «с ограниченной ответственностью». Сокращенное фирменное наименование общества на русском языке должно содержать полное или сокращенное наименование общества и слова «с ограниченной ответственностью» или аббревиатуру ООО.

Фирменное наименование общества на русском языке и на языках народов Российской Федерации может содержать иноязычные заимствования в русской транскрипции или в транскрипциях языков народов Российской Федерации, за исключением терминов и аббревиатур, отражающих организационно-правовую форму общества.

Учитывая изложенное, фирменное наименование общества на русском языке, помимо слов «с ограниченной ответственностью» и (или) аббревиатуры «ООО», не может содержать иные термины и аббревиатуры, отражающие его организационно-правовую форму.

В силу пункта 3 статьи 50 ГК РФ юридические лица, являющиеся некоммерческими организациями, могут создаваться в различных организационно-правовых формах.

В соответствии с пунктом 1 статьи 123.8 ГК РФ, пунктом 1 статьи 11 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» ассоциацией (союзом) признается объединение юридических лиц и (или) граждан, основанное на добровольном или в установленных законом случаях на обязательном членстве и созданное для представления и защиты общих, в том числе профессиональных, интересов, для достижения общественно полезных целей, а также иных не противоречащих закону и имеющих некоммерческий характер целей.

Наименование заявителя на момент обращения в регистрирующий орган содержало словосочетание «общество с ограниченной ответственностью» и слово «ассоциация», то есть наименование юридического лица содержало две организационно-правовые формы.

Вместе с тем, из спорного наименования юридического лица не следует, в какой организационно-правовой форме оно будет осуществлять свою деятельность: общества с ограниченной ответственностью либо ассоциации.

В данном случае смешение в наименования ООО «АССОЦИАЦИЯ ЖЕНЩИН КИНОПРОДЮСЕРОВ» двух организационно-правовых форм «общество с ограниченной ответственностью» и «ассоциация» может вводить участников гражданского оборота в заблуждение относительно вида деятельности заявителя.

Следовательно, использование в фирменном наименовании юридических лиц двух организационно-правовых форм недопустимо, независимо от того, является это именем собственным, заключенным в кавычки, или нет.

В данном случае судом установлено, что оспариваемое решение действующему законодательству не противоречит.

1.4. Делая вывод об отсутствии со стороны Инспекции нарушений подпункта «з» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», суды исходили из того, что поскольку с 29.07.2020 в силу статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации к ликвидатору перешли полномочия по управлению делами юридического лица и право выступать от его имени без доверенности, применительно к статьям 15, 16, 273 Трудового кодекса Российской Федерации в отношении ликвидатора Общества, являющегося застрахованным лицом, Общество обязано было представлять соответствующие сведения в Пенсионный фонд Российской Федерации.

По делу № А56-104433/2021 Общество обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением, в котором просило: признать недействительным решение Инспекция от 03.08.2021 № 149282А об отказе в государственной регистрации; обязать Инспекцию зарегистрировать произведенные Обществом изменения (о ликвидации), сведения о которых предоставлены в регистрирующий орган 27.07.2021.

Решением суда от 23.03.2022 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым решением, Общество подало апелляционную жалобу, в которой просило решение от 23.03.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы и отмены принятого по делу решения.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 10.09.2015.

По результатам рассмотрения представленных документов Инспекций принято решение от 03.08.2021 № 149282А об отказе в государственной регистрации ликвидации Общества в связи с наличием сведений о невыполнении требований о предоставлении в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации сведений в соответствии с подпунктами 1 - 8 пункта 2 статьи 6 и пунктом 2 статьи 11 Федерального закона от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» (далее — Закон № 27-ФЗ).

Отношения, связанные с государственной регистрацией юридических лиц при их создании, реорганизации и ликвидации, при внесении изменений в их учредительные документы, регулируются Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

Перечень документов, которые должны быть представлены для государственной регистрации при ликвидации юридического лица, определен статьей 21 Закона № 129-ФЗ.

Согласно подпункту «г» пункта 1 данной статьи в состав таких документов входит, в том числе документ, подтверждающий представление в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации сведений в соответствии с подпунктами 1 - 8 пункта 2 статьи 6 и пунктами 2 и 2.4 статьи 11 Федерального закона «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» и в соответствии с частью 4 статьи 9 Федерального закона «О дополнительных страховых взносах на накопительную пенсию и государственной поддержке формирования пенсионных накоплений». В случае, если предусмотренный настоящим подпунктом документ не представлен заявителем, указанный документ (содержащиеся в нем сведения) предоставляется по межведомственному запросу регистрирующего органа или органа, который в соответствии с настоящим Федеральным законом или федеральными законами, устанавливающими специальный порядок регистрации отдельных видов юридических лиц, уполномочен принимать решение о государственной регистрации юридического лица (в том числе Банка России), соответствующим территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации в электронной форме в порядке и сроки, которые установлены Правительством Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ предусмотрен исчерпывающий перечень оснований, при которых допускается отказ в государственной регистрации. К таким основаниям, в частности, относится наличие в регистрирующем органе сведений о невыполнении требований, предусмотренных подпунктом «г» пункта 1 статьи 21 указанного Закона (подпункт «з» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ).

В рассматриваемом случае из материалов дела следует и судом первой инстанции верно установлено, что Обществом при подаче заявления в Инспекцию в числе документов, представленных на государственную регистрацию ликвидации Общества, не было представлено документа, предусмотренного «г» пункта 1 статьи 21 Закона № 129-ФЗ, что также подтверждается ответом Отделения ПФР от 22.10.2021 № 4274/90501, согласно которому Обществом не были выполнены требования подпункта «г» пункта 1 статьи 21 Закона № 129-ФЗ.

Обязанность страхователя — юридического лица представлять при ликвидации либо реорганизации в соответствующий орган Пенсионного фонда Российской Федерации сведения о работающих у него застрахованных лицах, предусмотренные подпунктами 1 - 8 пункта 2 статьи 6 Закона № 27-ФЗ, предусмотрена пунктом 1 статьи 9 указанного закона.

Пункт 2 статьи 11 Закона № 27-ФЗ также предусматривает представление перечисленных в нем сведений страхователем о каждом работающем у него застрахованном лице один раз в год, но не позднее 11 марта.

В соответствии с частью 4 статьи 9 Федерального закона от 30.04.2008 № 56-ФЗ «О дополнительных страховых взносах на накопительную пенсию и государственной поддержке формирования пенсионных накоплений» обязанность по формированию реестра застрахованных лиц, содержащего необходимые сведения, одновременно с перечислением дополнительных страховых взносов на накопительную часть трудовой пенсии возложена на работодателя.

При таких обстоятельствах, Инспекция, исходя из находящихся в ее распоряжении документов, обоснованно посчитала, что имеется предусмотренное подпунктом «з» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ основание для отказа в государственной регистрации ликвидации юридического лица, а судом первой инстанции правомерно сделан вывод об отсутствии со стороны Инспекции нарушений пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ.

Довод подателя жалобы о том, что основания для направления сведений в Пенсионный фонд отсутствовали со ссылкой на то, что 28.07.2020 все трудовые отношения с работниками Общества были прекращены, правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку протоколом общего собрания участников Общества от 29.07.2020 № 3 А.Е.Е. только назначена на должность ликвидатора Общества.

При этом суд первой инстанции правомерно исходил из того, что поскольку с 29.07.2020 в силу статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации к ликвидатору перешли полномочия по управлению делами юридического лица и право выступать от его имени без доверенности, применительно к статьям 15, 16, 273 Трудового кодекса Российской Федерации в отношении ликвидатора Общества, являющегося застрахованным лицом, Общество обязано было представлять соответствующие сведения в Пенсионный фонд Российской Федерации.

1.5. Любая недостоверность сведений, включаемых в ЕГРЮЛ, должна быть доказана регистрирующим органом, именно для этих целей Инспекции предоставлены полномочия осуществлять проверку сведений, включаемых или включенных в ЕГРЮЛ, так как отказ в регистрации на основании предположительных сведений недопустим. Исходя из этого, суд кассационной инстанции нашел заслуживающим внимания вывод суда апелляционной инстанции о том, что получение Инспекций немотивированных возражений Комитета относительно ликвидации Общества без приложения доказательств обращения к ликвидационной комиссии и (или) в суд с соответствующим требованием не могло служить основанием для отказа в государственной регистрации ликвидации Общества.

По делу № А56-85332/2021 Общество обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании незаконным решения Инспекции от 26.04.2021 № 53011А об отказе в государственной регистрации ликвидации Общества и обязании Инспекции произвести государственную регистрацию ликвидации Общества в связи с завершением его ликвидации и внести в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) соответствующую запись.

Решением суда от 21.04.2022 в иске отказано.

Постановлением апелляционного суда от 15.09.2022, решение от 21.04.2022, отменено; решение Инспекции от 26.04.2021 № 53011А признано незаконным. Кроме того, суд апелляционной инстанции обязал Инспекцию произвести государственную регистрацию ликвидации Общества в связи с завершением его ликвидации и внести в ЕГРЮЛ соответствующую запись.

В кассационной жалобе Комитет, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права и несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, просила постановление отменить, в иске отказать.

Кассационная инстанция не нашла оснований для отмены постановления.

Как следует из материалов дела, Общество 19.03.2021 обратилось в регистрирующий орган с заявлением о государственной регистрации юридического лица в связи его ликвидацией, приложив соответствующий пакет документов.

Инспекцией 26.03.2021 принято решение о приостановлении государственной регистрации ликвидации Общества для проверки достоверности, включаемых в ЕГРЮЛ сведений, в частности достоверности сведений в ликвидационном балансе — задолженности перед бюджетом, а также завершения расчетов с кредиторами.

Установив, что у Общества имеется непогашенная задолженность перед Комитетом, размер которой составляет 17 409 038 руб. 62 коп., Инспекция решением от 26.04.2021 отказало в государственной регистрации ликвидации Общества, указав в качестве обоснования на наличие задолженности перед Комитетом без указания оснований ее возникновения, сославшись на подпункт «х» и подпункт «ч» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

Суд первой инстанции в удовлетворении заявления Общества отказал, поскольку пришел к выводу о том, что установленная действующим законодательством процедура государственной регистрации носит строго формализованный характер, и данная процедура соблюдена регистрирующим органом в полном объеме, поскольку при наличии сведений о непогашенной задолженности перед Комитетом у Инспекции имелись основания полагать, что необходимые для государственной регистрации документы не соответствовали требованиям закона, так как ликвидационный баланс отражал недостоверные сведения.

Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание, что Инспекция, вопреки положениям части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) не доказала соответствия оспариваемого решения от 26.04.2021 Закону № 129-ФЗ, пришел к выводу об отсутствии оснований у суда первой инстанции для отказа Обществу в удовлетворении заявленных требований, в связи с этим решение от 21.04.2022 отменил, иск удовлетворил.

Подпункты «х», «ч» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ предусматривают отказ в государственной регистрации в случае несоблюдения установленного законодательством Российской Федерации порядка проведения процедуры ликвидации или реорганизации юридического лица, а также иных требований, установленных названным Федеральным законом в качестве обязательных для осуществления государственной регистрации, и представления документов, содержащих недостоверные сведения.

Как следует из содержания оспариваемого решения регистрирующего органа, в его основу положены выводы о нарушении Обществом проведения процедуры ликвидации юридического лица, выразившиеся в предоставлении ликвидационного баланса с недостоверными сведениями о завершении расчетов с кредиторами в соответствии с пунктом 6 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (имеется задолженность перед Комитетом).

Таким образом, Обществу фактически вменено наличие на момент подачи ликвидационного баланса задолженности в размере 17 409 038 руб. 62 коп.

Между тем, вопреки выводам суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции обоснованно отметил, что, отказывая в удовлетворении заявления Общества, суд первой инстанции не принял во внимание доводы заявителя о том, что какая-либо задолженность Общества перед Комитетом не подтверждена судебным актом, и, более того, Комитетом не были совершены действия по направлению требования о включении задолженности в ликвидационный баланс и по взысканию задолженности в принудительном порядке (доказательств обратного, несмотря на соответствующие доводы Общества, Комитетом в материалы дела не представлено). Любая недостоверность сведений, включаемых в ЕГРЮЛ, должна быть доказана регистрирующим органом, именно для этих целей Инспекции предоставлены полномочия осуществлять проверку сведений, включаемых или включенных в ЕГРЮЛ, так как отказ в регистрации на основании предположительных сведений недопустим.

Таким образом, суд апелляционной инстанции правомерно указал, что, вопреки позиции суда первой инстанции, формализованность процедуры государственной регистрации не может являться основанием для освобождения регистрирующего органа от доказывания правомерности оснований отказа в государственной регистрации, тем более с учетом положений части 5 статьи 200 АПК РФ.

Из материалов дела следует, что Инспекция осуществила проверку сведений о наличии задолженности перед Комитетом формально, а не по существу, сделав не основанный на вышеприведенных надлежащих доказательствах вывод о наличии задолженности перед Комитетом только на основании его немотивированного заявления и отказав по этой причине в государственной регистрации ликвидации Общества.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд округа находит заслуживающим внимания вывод суда апелляционной инстанции о получение Инспекций немотивированных возражений Комитета относительно ликвидации Общества без приложения доказательств обращения к ликвидационной комиссии и (или) в суд с соответствующим требованием, что не могло служить основанием для отказа в государственной регистрации ликвидации последнего, в том числе с учетом того, что задолженность считается доказанной в случае ее признания ликвидационной комиссией, а при отказе ликвидационной комиссии удовлетворить требование кредитора или уклонении от его рассмотрения имеется спор о праве, который компетентен рассматривать только суд и ввиду того, что в случае, если требования кредитора ликвидационной комиссией не были признаны и кредиторы по таким требованиям не обращались с исками в суд, такие требования считаются погашенными при ликвидации.

1.6. Исходя из конкретных обстоятельств дела, суды констатировали неправомерность решения об отказе в государственной регистрации, принятого на основании подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

По делу № А70-5008/2021 Б.Р.Р. обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением к Инспекции о признании недействительным решения от 11.12.2020 № 25305А.

Решением от 27.08.2021 Арбитражного суда Тюменской области требование заявителя удовлетворено.

Постановлением от 16.11.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда решение суда отменено, принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Постановлением от 08.02.2022 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа решение от 27.08.2021 Арбитражного суда Тюменской области и постановление от 16.11.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела решением от 22.03.2022 Арбитражного суда Тюменской области, оставленным без изменения постановлением от 17.06.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда, требование удовлетворено.

В кассационной жалобе Инспекция, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, просила принятые по делу судебные акты отменить, вынести новое решение об отказе в удовлетворении требования заявителя.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены принятых по делу решения и постановления судов.

04.12.2020 в регистрирующий орган Б.Р.Р. на государственную регистрацию представлены документы в отношении Общества в целях изменения сведений о физическом лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица: заявление по форме № Р13014, в котором содержались сведения о прекращении полномочий руководителя Общества Г.Н.В. и сведения о возложении полномочий на заявителя; протокол от 03.12.2020 № 2 внеочередного собрания участников Общества; изменения к уставу.

В ходе рассмотрения представленных документов регистрирующим органом установлено, что Б.Р.Р. является лицом, подпадающим под условия, предусмотренные абзацем четвертым подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ), а именно выявлена причастность к юридическому лицу, в отношении которого имеется неисполненное решение суда о ликвидации.

11.12.2020 Инспекцией на основании подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ принято решение от 11.12.2020 № 25305А об отказе в государственной регистрации.

Суды, руководствуясь положениями статей 4, 5, 17, 23 Закона № 129-ФЗ, правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О, № 582-О, от 25.10.2018 № 2616-О, от 19.12.2019 № 3435-О, № 3441-О, от 29.09.2020 № 2128-О, пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения требования и признания решения Инспекции недействительным.

Решением от 17.10.2019 Центрального районного суда г. Тюмени по делу № 2а-9571/2019, оставленным без изменения апелляционным определением от 27.01.2020 судебной коллегии по административным делам Тюменского областного суда, ликвидирован Кооператив, учредителем которого являлся, в том числе Б.Р.Р., в связи с неисполнением Кооперативом обязанности по вступлению в саморегулируемую организацию.

Кассационным определением от 03.06.2020 № 88А-10102/2020 судебной коллегии по административным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции указанные судебные акты отменены в части возложения обязанности по осуществлению ликвидации Кооператива на ООО «К.» и ООО «К-К»; в названной части дело направлено на новое рассмотрение в Центральный районный суд г. Тюмени.

При новом рассмотрении дела Центральным районным судом г. Тюмени принято решение от 22.07.2020 о ликвидации Кооператива с возложением, в том числе на Б.Р.Р. обязанности по представлению в течение шести месяцев со дня вступления решения в законную силу ликвидационного баланса и завершению ликвидационной процедуры в отношении Кооператива. Судебный акт вступил в законную силу 31.08.2020.

Определением от 16.02.2021 Центрального районного суда г. Тюмени Кооперативу предоставлена отсрочка исполнения судебного акта на четыре месяца.

Таким образом, как верно указал суд, срок для исполнения обязанности по представлению ликвидационного баланса и завершению ликвидационной процедуры в отношении Кооператива истек 17.07.2021.

Фактически запись о ликвидации Кооператива внесена в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) 30.06.2021. При этом согласно сведениям ЕГРЮЛ лицом, имевшим право действовать без доверенности от имени Кооператива, являлся заявитель.

Таким образом, судами установлено, что на момент обращения Б.Р.Р. в регистрирующий орган за регистрацией изменений относительно Общества (04.12.2020), а также на момент принятия Инспекцией оспариваемого решения (11.12.2020) не истек шестимесячный срок исполнения обязанности по представлению в регистрирующий орган ликвидационного баланса и завершению ликвидационной процедуры, установленный решением от 22.07.2020 Центрального районного суда г. Тюмени по делу о ликвидации Кооператива с учетом определения о предоставлении отсрочки на четыре месяца.

Суды, правильно отметив, что целью введения абзаца четвертого подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ являлось установление ограничений на участие в создании юридических лиц на определенный срок для физических лиц, ранее задействованных в создании и деятельности юридических лиц с признаками фиктивной деятельности, нарушавших законодательство Российской Федерации, направленных на исключение злоупотребления процедурами регистрации при ликвидации юридического лица, в том числе в целях уклонения от исполнения обязательств перед третьими лицами, тем не менее в рамках настоящего дела не установили в действиях заявителя признаков недобросовестности, а также совершения им каких-либо виновных противоправных деяний при исполнении решения суда о ликвидации Кооператива.

1.7. Отметив, что с требованиями об оспаривании решения Инспекции об отказе в государственной регистрации юридического лица, создаваемого путем реорганизации, заявитель обратился в суд после его регистрации в качестве юридического лица, суды не установили совокупности предусмотренных статьей 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации условий для признания оспариваемого решения Инспекции незаконным.

По делу № А56-79430/2021 Общество обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительным решения Инспекции от 24.06.2021 № 120475А об отказе в государственной регистрации юридического лица путем реорганизации в форме слияния.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.02.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2022 данное решение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Общество просило отменить решение от 14.02.2022 и постановление от 04.07.2022, принять новый судебный акт — об удовлетворении заявления.

Кассационная инстанция не нашла оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ООО «А.» 17.06.2021 обратилось в Инспекцию с заявлением по форме № Р12016 о завершении реорганизации юридического лица — Общества в результате слияния ООО «А.» и ООО «А.-В.».

По результатам рассмотрения названного заявления Инспекцией принято решение от 24.06.2018 № 120475А об отказе в государственной регистрации юридического лица путем реорганизации в форме слияния на основании «б» и «г» пункта 1 статьи 14 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ), пункта 2 статьи 52 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с непредставлением заявителем учредительного документа юридического лица, утвержденного решениями каждого общества, участвующего в реорганизации, а также договора о слиянии.

Согласно части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) для признания ненормативного акта недействительным, решений и действий (бездействий) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, незаконными необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие ненормативного правового акта, решений, действий (бездействия) закону и нарушение актом, решениями, действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя.

Отказ в государственной регистрации допускается в случае непредставления заявителем определенных названным законом необходимых для государственной регистрации документов (подпункт «а» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ).

Такими документами согласно требованиям «б» и «г» пункта 1 статьи 14 Закона № 129-ФЗ являются учредительные документы юридического лица, создаваемого путем реорганизации, и договор о слиянии в случаях, предусмотренных федеральными законами.

Как установили суды и не оспаривает податель жалобы, в составе поданных для регистрации Общества документов, по результатам рассмотрения которых Инспекцией принято оспариваемое решение, был представлен устав, не содержащий в себе отметок об его утверждении, и не был представлен договор о слиянии.

Как следует из материалов дела, в дальнейшем 07.08.2021 правопредшественником Общества в Инспекцию были представлены документы о завершении реорганизации, в том числе устав Общества с грифами о его утверждении, договор о слиянии, по результатам рассмотрения которых Инспекцией 13.08.2021 было принято решение о государственной регистрации Общества, созданного путем слияния ООО «А.» и ООО «А.-В.».

С требованиями об оспаривании решения Инспекции от 24.06.2021 заявитель обратился в суд после его регистрации в качестве юридического лица.

При таком положении суды, не установив совокупности предусмотренных статьей 198 АПК РФ условий для признания оспариваемого решения Инспекции незаконным, правомерно отказали в удовлетворении требований Общества.

2. Споры о признании недействительными решений о государственной регистрации юридического лица и индивидуального предпринимателя.

2.1. Наличие спора, связанного с управлением юридическим лицом, не возлагает на регистрирующий орган обязанности проверять и затребовать дополнительные документы, которые составлены правильно и удостоверены нотариусом.

По делу № А41-7723/2022 Внешний управляющий общества А.Л.М. обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением к Инспекции и Управлению о признании решения Инспекции от 27.12.2021 № 2215002776107 о внесении сведений в ЕГРЮЛ (запись) о единоличном исполнительном органе общества (генеральном директоре), незаконным; об обязании восстановить в ЕГРЮЛ запись о полномочиях внешнего управляющего.

Решением Арбитражного суда Московской области от 10.06.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, заявитель обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил вышеуказанные судебные акты отменить.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что отсутствуют основания, предусмотренные статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ), для отмены или изменения оспариваемых судебных актов.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество зарегистрировано в качестве юридического лица 07.10.2005.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ участниками общества являются М.М.М. и М.Э.М., которыми принадлежит по 33% доли в уставном капитале общества; 34% доли в уставном капитале принадлежит обществу.

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.01.2021 по делу № А41-1036/2020 в отношении должника общества введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утверждена А.Л.М.

Определением Арбитражного суда Московской области от 10.12.2021 (резолютивная часть определения от 08.11.2021) производство по делу № А41-1036/2020 о признании общества несостоятельным (банкротом) прекращено ввиду удовлетворения всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов (абзац седьмой пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве).

20.12.2021 в регистрирующий орган нотариусом Х.И.Е. в электронном виде представлен комплект документов вх. № 8189227А, содержащий: заявление по форме Р13014 о внесении изменений в сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ в отношении общества, в части сведений о лице, имеющем право действовать от имени общества (генеральном директоре); протокол решения внеочередного общего собрания участников от 06.12.2021 и определение Арбитражного суда Московской области от 08.11.2021 по делу № А41-1036/2020.

Согласно представленному в Инспекцию заявлению по форме Р13014 изменения вносились в сведения об органах управления общества: из ЕГРЮЛ исключались сведения об А.Л.П., полномочия генерального директора общества возлагались на А.М.Х.

27.12.2021 регистрирующим органом принято решение № 8189227А о государственной регистрации А.М.Х. в качестве генерального директора общества в связи с отсутствием оснований для отказа в государственной регистрации, предусмотренных пунктом 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон о государственной регистрации), о чем в ЕГРЮЛ внесена запись ГРН 2215002776107.

Отказывая в удовлетворении заявления, проанализировав в совокупности и взаимной связи представленные сторонами доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, руководствуясь положениями Закона о государственной регистрации, установив, что к заявлению о внесении изменений в сведения об органах управления общества (исключение сведений об А.Л.П., возложение полномочий генерального директора общества на А.М.Х.) представлены резолютивная часть определения Арбитражного суда Московской области от 08.11.2021 по делу № А41-1036/2020, содержащая отметку о вступлении указанного судебного акта в законную силу, и протокол внеочередного общего собрания участников общества от 06.12.2021, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что правовых оснований для отказа в государственной регистрации применительно к статье 23 Закона о государственной регистрации у налогового органа не имелось, поскольку в Инспекцию представлен полный пакет документов, соответствующий по форме установленным для него требованиям.

Отклоняя доводы заявителя о наличии у внешнего управляющего после прекращения производства по делу обязанности по сохранению имущества должника, суды исходили из того, что из положений пункта 2 статьи 123 и пункта 4 статьи 159 Закона о банкротстве наделение внешнего управляющего или конкурсного управляющего полномочиями руководителя должника до даты назначения (избрания) руководителя должника в случае прекращения производства по делу о банкротстве направлено на недопущение ситуации, при которой должник может остаться без руководителя. Иное приведет к фактической невозможности осуществления должником финансово-хозяйственной деятельности, что противоречит общим началам и смыслу гражданского законодательства.

Особый публично-правовой статус арбитражного управляющего, как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 19.12.2005 № 12-П, Определениях от 01.11.2012 № 2047-О, от 03.07.2014 № 1552-О, реализуется в делах о несостоятельности (банкротстве) в целях гарантии баланса прав и законных интересов участников дела о несостоятельности (банкротстве).

Таким образом, арбитражный управляющий не имеет никакого самостоятельного материально-правового интереса в деле о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку в рассматриваемом случае дело о несостоятельности (банкротстве) должника общества прекращено судом в связи с удовлетворением всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, с данного момента публично-правовая функция внешнего управляющего не осуществляется и его полномочия носят исключительно технический характер в целях осуществления должником финансово-хозяйственной деятельности до избрания нового органа управления. При этом внешний управляющий не приобретает каких-либо самостоятельных прав применительно к формированию и избранию этих органов управления.

06.12.2021 внеочередным общим собранием участников общества в связи с прекращением производства по делу № А41-1036/20220 о банкротстве общества принято решение об избрании генеральным директором А.М.Х.

При таких обстоятельствах, запись о том, что А.М.Х. является руководителем общества, внесена регистрирующим органом законно, наличие спора, связанного с управлением юридическим лицом, не возлагает на налоговый орган обязанности проверять и затребовать дополнительные документы, которые составлены правильно и удостоверены нотариусом.

2.2. Применительно к положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве уважительной причины пропуска процессуального срока, установленного частью 4 статьи 198 данного Кодекса, может быть признано только наличие обстоятельств, не зависящих от заявителя, объективно препятствовавших ему своевременно обратиться в суд и имевших место в период, в течение которого подлежало совершению данное процессуальное действие. Отметив, что в рассматриваемой ситуации выбор момента предъявления своих требований обусловлен исключительно волеизъявлением заявителя, а не какими-либо не зависящими от него обстоятельствами, суды пришли к выводу о необоснованности требований о признании недействительными и удалении записей, внесенных в Единый государственный реестр юридических лиц.

По делу № А13-45/2022 общество в лице конкурсного управляющего Г.Д.А. обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением к инспекции о признании недействительными и удалении записей, внесенных в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ, реестр) 14.01.2019, 15.01.2019, 30.01.2019.

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 18 мая 2022 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Общество с таким решением не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило решение суда отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

Как усматривается в материалах дела, общество зарегистрировано в ЕГРЮЛ в качестве юридического лица 23.06.2017.

В реестр 14.01.2019 в отношении общества внесены сведения о К.А.С. как лице, имеющего право без доверенности действовать от имени юридического лица (запись от 14.01.2019 № 2193525036329), 15.01.2019 внесена запись № 2193525039640 о выделе К.А.С. доли в уставном капитале общества в размере 20%, а 30.01.2019 внесена запись № 2193525064522 о выходе А.М.В. из состава учредителей общества.

По результатам проверки на основании обращения конкурсного управляющего общества от 09.12.2021 инспекцией 01.02.2022 внесена запись № 2223500035515 о недостоверности сведений о К.А.С. как учредителе общества.

Не согласившись с записями в отношении общества от 14.01.2019, 15.01.2019 и 30.01.2019, общество обратилось в суд.

Согласно статьям 198 и 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц необходимо установление одновременно двух условий: несоответствие оспариваемого акта, решения, действия (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение оспариваемым актом, решением, действиями (бездействием) прав и охраняемых законом интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности. Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено Федеральным законом.

Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом (часть 4 статьи 198 АПК РФ). В силу части 2 статьи 117 АПК РФ заявитель вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если срок пропущен по уважительной причине, ходатайство подлежит удовлетворению. Отсутствие уважительных причин к восстановлению срока является основанием для отказа в удовлетворении ходатайства. Установление причин пропуска процессуального срока и их оценка находятся в компетенции суда, результаты их рассмотрения отражаются в решении арбитражного суда по делу.

Таким образом, установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ срок для подачи соответствующего заявления не является пресекательным и может быть восстановлен арбитражным судом, но только по ходатайству лица, участвующего в деле, обратившегося с таким заявлением.

Согласно части 1 статьи 115 АПК РФ лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных данным Кодексом или иным Федеральным законом либо арбитражным судом.

Ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока подается в арбитражный суд, в котором должно быть совершено процессуальное действие. Одновременно с подачей ходатайства совершаются необходимые процессуальные действия (подается заявление, жалоба, представляются документы и другое), в отношении которых пропущен срок (часть 3 статьи 117 АПК РФ).

Нормы АПК РФ не содержат перечня уважительных причин, при наличии которых суд может восстановить срок, установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ, поэтому право установления наличия этих причин и их оценки по правилам статей 65 и 71 Кодекса принадлежит суду.

Признание тех или иных причин пропуска срока уважительными относится к компетенции суда, рассматривающего вопрос о восстановлении указанного срока, а возможность восстановления процессуального срока ставится законом в зависимость от усмотрения суда при наличии соответствующего ходатайства со стороны заявителя и мотивов обращения с таким ходатайством.

Нахождение представителя заявителя в командировке (отпуске), кадровые перестановки, отсутствие в штате организации юриста, смена руководителя (его нахождение в длительной командировке, отпуске), а также иные внутренние организационные проблемы юридического лица, обратившегося с суд, исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 34 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках», пункте 15 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», не могут рассматриваться в качестве уважительных причин пропуска процессуального срока.

В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Как установлено судом первой инстанции, в основание своих требований об оспаривании внесенных в реестр записей заявитель указал, что К.А.С. не мог являться учредителем или руководителем общества, при этом заявитель сослался на показания К.А.С., полученные сотрудниками органов внутренних дел, а также полученные в ходе личной беседы конкурсного управляющего общества и К.А.С. о том, что фактически К.А.С. не являлся руководителем и учредителем общества, документы в инспекцию не направлял.

Вместе с тем по сведениям сервиса «Картотека арбитражных дел» в карточке дела № А13-10308/20220 судом первой инстанции установлено, что 15.07.2021 конкурсный управляющий общества в отзыве на заявление ссылался на показания К.А.С., приложив к данному отзыву постановление от 30.03.2021 об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором отражены показания К.А.С.

Данные обстоятельства апеллянтом не опровергнуты.

Таким образом, суд первой инстанции верно заключил, что не позднее 15.07.2021 общество располагало сведениями, на которые сослалось в обоснование предъявленных требований.

Доводы апеллянта о необходимости принятия мер к проверке достоверности показаний К.А.С., в том числе сопоставления подписей последнего в материалах проверки, проводимой органами внутренних дел, с подписями на имеющихся у общества документах, поскольку данное сопоставление не является обязательным условием предъявления настоящих требований.

Обращение заявителя в инспекцию с заявлением о недостоверности записей в ЕГРЮЛ в отношении К.А.С. как директора и учредителя общества также не влияет на момент, когда заявитель мог и должен был узнать о нарушении его прав оспариваемыми записями.

При этом суд первой инстанции правомерно учел, что с 12.04.2021 (дата объявления резолютивной части решения суда о признании общества несостоятельным (банкротом) конкурсный управляющий, обладающий полномочиями руководителя заявителя, мог получить доступ к регистрационному делу и оспорить соответствующие записи.

Рассматриваемое заявление направлено в суд 29.12.2021, то есть с пропуском установленного срока более двух месяцев.

Обществом в суде первой инстанции заявлено ходатайство о восстановлении срока на обращение в суд со ссылкой на то, что конкурсному управляющему документы общества не переданы, информацию о деятельности общества Г.Д.А. получает путем направления запросов.

Вместе с тем данные доводы и доводы жалобы исходя из установленного выше факта, что об обстоятельствах отрицания К.А.С. факта совершения регистрационных действий в отношении общества конкурсный управляющий общества осведомлен не позднее 15.07.2021, не свидетельствуют об отсутствии у общества возможности в установленный срок обратиться в суд.

Также следует учитывать, что момент направления запросов в банк и лице, имеющем право распоряжаться счетом общества, в инспекцию о предоставлении копии регистрационного дела и о проведении проверки достоверности записей, в орган внутренних дел об ознакомлении с материалами проверки, на что общество сослалось в своем заявлении и жалобе, обусловлен волеизъявлением конкурсного управляющего общества, а не какими-либо объективными обстоятельствами. Иного в материалах дела не усматривается.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 17.03.2010 № 6-П, на судебной власти лежит обязанность по предотвращению злоупотребления правом на судебную защиту со стороны лиц, требующих восстановления пропущенного процессуального срока при отсутствии к тому объективных оснований. Произвольное восстановление процессуальных сроков противоречило бы целям их установления, и нарушало бы баланс интересов сторон.

В данном случае апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии уважительных причин пропуска заявителем процессуального срока и соответственно оснований для его восстановления.

Применительно к положениям АПК РФ в качестве уважительной причины пропуска такого срока может быть признано только наличие обстоятельств, не зависящих от заявителя, объективно препятствовавших ему своевременно обратиться в суд и имевших место в период, в течение которого подлежало совершению данное процессуальное действие.

Фактически отсутствие своевременного обращения в суд обусловлено не какими-либо объективными препятствиями, а субъективной правовой позицией заявителя, выразившейся в его бездействии в реализации права на судебную защиту в установленный срок.

В рассматриваемой ситуации выбор момента предъявления своих требований обусловлен исключительно волеизъявлением заявителя, а не какими-либо не зависящими от него обстоятельствами.

Иного в материалах дела не усматривается.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно не удовлетворил ходатайство общества о восстановлении пропущенного срока обращения в суд.

Пропуск срока на подачу рассматриваемого заявления является самостоятельным достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, что отвечает требованиям статьи 9 АПК РФ и принципу правовой определенности.

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований заявителя.

2.3. Суд кассационной инстанции не усмотрел оснований для отмены судебных актов, которыми было отказано в удовлетворении требований о признании недействительным решения о государственной регистрации общества, указав на то, что на дату рассмотрения кассационной жалобы регистрирующим органом во внесудебном порядке принят исчерпывающий комплекс мер по внесению в ЕГРЮЛ информации о недостоверности сведений об учредителе, руководителе, адресе общества, а также по исключению общества из ЕГРЮЛ, в связи с чем необходимость дополнительного признания недействительным решения о государственной регистрации в судебном порядке по заявлению прокурора отсутствует.

По делу № А70-2258/2022 прокурор обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением к Инспекции о признании недействительным решения от 12.12.2018 № 21876А о государственной регистрации общества.

Решением от 26.04.2022 Арбитражного суда Тюменской области, оставленным без изменения постановлением от 05.08.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявленного требования отказано.

Прокурор обратился с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам, просил отменить состоявшиеся по делу судебные акты и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленного требования.

Суд кассационной инстанции не усмотрел оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Судами установлено и подтверждено материалами дела, что от имени А.Р.Х., заявленного в качестве учредителя общества, 07.12.2018 в Инспекцию по электронным каналам связи представлены документы на государственную регистрацию создания юридического лица в соответствии со статьей 12 Федерального закона от 08.08.2021 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

По результатам рассмотрения заявления и приложенных к нему документов Инспекцией 12.12.2018 принято решение № 21876А о государственной регистрации общества при создании.

В ходе осуществления надзора за исполнением законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма прокуратурой Тюменской области установлено, что А.Р.Х. по просьбе ранее знакомого лица, известного ему как С., за денежное вознаграждение согласился выступить в качестве директора и учредителя создаваемого юридического лица — общества в отсутствие собственного волеизъявления на создание и деятельность данного юридического лица; в последующем А.Р.Х. в управлении деятельностью общества участия не принимал, какого-либо отношения к финансовой деятельности общества не имеет.

По признакам совершения преступления, ответственность за совершение которого предусмотрена частью 1 статьи 173.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (образование юридического лица через подставных лиц), следователем по ОВД СЧ СУ УМВД России по Тюменской области проведена доследственная проверка, по результатам которой 25.11.2021 принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В рассматриваемой ситуации судами установлено, что на дату принятия оспариваемого решения о государственной регистрации у Инспекции не имелось предусмотренных пунктом 4.2 статьи 9 Закона № 129-ФЗ, пунктом 2 приложения к приказу ФНС России от 11.02.2016 № ММВ-7-14/72@ «Об утверждении оснований, условий и способов проведения указанных в пункте 4.2 статьи 9 Федерального закона „О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей“ мероприятий, порядка использования результатов этих мероприятий, формы письменного возражения относительно предстоящей государственной регистрации изменений устава юридического лица или предстоящего внесения сведений в Единый государственный реестр юридических лиц, формы заявления физического лица о недостоверности сведений о нем в Едином государственном реестре юридических лиц» оснований для предварительной проверки достоверности сведений, включаемых в ЕГРЮЛ.

Вместе с тем, после получения от прокурора и самого заинтересованного лица (А.Р.Х.) информации о недостоверности сведений об учредителе и руководителе общества Инспекцией в полной мере реализован комплекс мероприятий, направленных на проверку достоверности включенных в ЕГРЮЛ сведений, с последующим внесением в ЕГРЮЛ записи об их недостоверности.

Судами установлено, что 27.06.2022 в ЕГРЮЛ регистрирующим органом внесена запись о недостоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений в отношении учредителя и руководителя общества А.Р.Х., а также о недостоверности сведений о юридическом лице.

Кроме того, 23.06.2022 в адрес общества, учредителя и руководителя Инспекцией направлено уведомление № 4 о необходимости представления в регистрирующий орган сведений об адресе юридического лица.

В связи с невыполнением об предусмотренной пунктом 6 статьи 11 Закона № 129-ФЗ обязанности в течение тридцати дней с момента направления уведомления сообщить в установленном названным Законом порядке достоверные сведения об адресе, 25.07.2022 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений об адресе юридического лица общества.

Помимо этого, согласно сведениям из ЕГРЮЛ 15.08.2022 Инспекцией принято решение № 1273 о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица; запись за номером 2227200286784, содержащая указанные сведения, внесена в ЕГРЮЛ 17.08.2022, решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ опубликовано в журнале «Вестник государственной регистрации» от 17.08.2022 № 32.

Таким образом, на дату рассмотрения кассационной жалобы регистрирующим органом во внесудебном порядке принят исчерпывающий комплекс мер по внесению в ЕГРЮЛ информации о недостоверности сведений об учредителе, руководителе, адресе общества, а также по исключению общества из ЕГРЮЛ, что также соответствует цели обращения прокурора в суд и свидетельствует об устранении допущенных нарушений. Соответственно, в силу пункта 6 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимость дополнительного признания недействительным решения о государственной регистрации в судебном порядке по заявлению прокурора отсутствует.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

2.4. При рассмотрении спора о признании незаконными действий Инспекции по внесению в Единый государственный реестр юридических лиц записи о недостоверности сведений о физическом лице как руководителе и участнике общества суд апелляционной инстанции отметил, что сами по себе предположения налогового органа о причастности общества к действиям по составлению и предоставлению подложной и (или) недостоверной налоговой отчетности к данному спору отношения не имеют. Суд апелляционной инстанции также отклонил ссылку ответчика на отсутствие обратной связи с обществом по адресу государственной регистрации, так как обозначенный факт не свидетельствует о недостоверности сведений об учредителе и руководителе.

По делу № А17-2390/2022 Общество обратилось в Арбитражный суд Ивановской области с заявлением о признании незаконными действий Инспекции по внесению в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) записи ГРН 2223700044291 от 02.03.2022 о недостоверности сведений о руководителе, о недостоверности сведений об участнике юридического лица Д.А.И.; об обязании Инспекции исключить из ЕГРЮЛ записи ГРН 2223700044291 от 02.03.2022 о недостоверности сведений о руководителе, о недостоверности сведений об участнике юридического лица Д.А.И.

Решением Арбитражного суда Ивановской области от 26.05.2022 заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым судебным актом, считая его незаконным и необоснованным, Инспекция обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просила решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, Общество создано и зарегистрировано в качестве юридического лица 18.10.2011. Согласно выписке из ЕГРЮЛ единственным учредителем и руководителем Общества является Д.А.И.

18.01.2022 в Единый регистрационный центр (ЕРЦ) поступило заявление ИФНС по форме № Р34002 о недостоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, об учредителе и лице, имеющим право без доверенности действовать от имени Общества — Д.А.И.

В качестве обстоятельств, на которых основано заявление налогового органа, указано на результаты проведенных в отношении Общества мероприятий, которыми выявлено, что участник и руководитель Общества Д.А.И. не явился на комиссию по уведомлениям и на допрос по повесткам. В заявлении отражено, что у налогового органа есть основания полагать, что Общество причастно к действиям по составлению и предоставлению подложной и (или) недостоверной налоговой отчетности, составленной с целью незаконной минимизации налоговых обязательств налогоплательщиками «выгодоприобретателями» и выведением ими из легального оборота денежных средств посредством обоснования платежей подложными документами. Отсутствие работников, имущества, транспортных средств, иных активов, необходимых для осуществления финансово-экономической деятельности общества, могут свидетельствовать о фиктивности руководителя.

21.01.2021 по адресу Общества и по адресу регистрации руководителя и участника Общества Д.А.И. Инспекцией направлено уведомление № 21 о необходимости представления в регистрирующий орган достоверных сведений об участнике и лице, имеющем право без доверенности действовать от имени Общества, в течение тридцати дней с момента направления уведомления.

По сведениям официального сайта «Почта России» в сети Интернет (www.pochta.ru) указанное уведомление в течение одного месяца адресатами не получено.

02.03.2022 Инспекцией внесена запись за ГРН 2223700044291 о недостоверности сведений об участнике и руководителе Общества Д.А.И.

Из пояснений Д.А.И., представленных в суд первой инстанции, следует, что Д.А.И. не подавал заявлений о недостоверности сведений об учредителе (участнике) и руководителе Общества. При его допросе в качестве свидетеля 05.03.2022 Д.А.И. указывал, что является учредителем и руководителем Общества, и фактически осуществляет руководство Обществом, давал пояснения по видам деятельности Общества, порядку осуществления руководства и заключению договоров.

В рассматриваемом случае основанием для проведения регистрирующим органом проверки достоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, в отношении учредителя (участника) и директора Общества является заявление ИФНС по форме № Р34002 о недостоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, об учредителе и лице, имеющим право без доверенности действовать от имени Общества — Д.А.И.

Однако сами по себе предположения ИФНС о причастности Общества к действиям по составлению и предоставлению подложной и (или) недостоверной налоговой отчетности, к настоящему спору, связанному с достоверностью сведений об учредителе и руководителе Общества, отношения не имеют. По обоснованному замечанию суда первой инстанции, выявленные ИФНС нарушения требований налогового законодательства, могут являться основанием для привлечения налогоплательщика к налоговой ответственности и не могут являться основанием для внесения в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений об учредителе и руководителе юридического лица.

Ссылка ответчика на отсутствие обратной связи с Обществом по адресу государственной регистрации апелляционным судом не принимается, так как обозначенный факт не свидетельствует о недостоверности сведений об учредителе и руководителе.

Иных оснований для внесения спорной записи Инспекцией не заявлено.

Ссылка Инспекции на соблюдение процедуры внесения спорных сведений не свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения заявления применительно к конкретным установленным по делу обстоятельствам.

Отсутствие вины органов и лиц, наделенных публичными полномочиями, в нарушении прав, свобод и законных интересов административного истца (заявителя) не является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (заявления) (пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации»).

3. Иные споры с участием регистрирующих органов.

3.1. Признавая необоснованными требования Общества о взыскании убытков, суды отметили, что даже в случае ошибочности решения о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ, истец при должной степени заботливости и осмотрительности располагал предусмотренной законом возможностью и достаточным временем предупредить свою ликвидацию в административном порядке.

По делу № А56-81995/2021 Общество обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском о взыскании с Российской Федерации в лице Федеральной налоговой службы за счет средств казны Российской Федерации 171 022 руб. 78 коп. убытков.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 06.05.2022, решение от 22.11.2021 отменено ввиду отсутствия в материалах дела доказательства извещения ФНС в соответствии с положениями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) о времени и месте судебного заседания; в иске отказано.

В кассационной жалобе Общество, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального права и несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, просило указанный судебный акт отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Кассационная инстанция не нашла оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, Инспекция на основании справок от 09.12.2015 № 863-О и № 863-С, поступивших из МИФНС о непредставлении налоговой отчетности и об отсутствии в течение последних 12 месяцев движения денежных средств по банковским счетам, 18.12.2015 приняла решение о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица.

Регистрирующим органом 13.04.2016 в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 6167847199657 об исключении Общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица.

Решение от 18.12.2015 о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ, действия (бездействие) регистрирующего органа, содержащиеся в ЕГРЮЛ сведения об исключении из ЕГРЮЛ обжалованы Обществом в вышестоящий регистрирующий орган, при рассмотрении которого Управлением установлено несоответствие действительности информации указанной в справке № 863-С, поскольку на счет юридического лица в Банке 10.07.2015 и 25.11.2015 поступали платежи от Уланова Сергея Федоровича (единственного учредителя и генерального директора) на сумму 20 руб. и 100 руб. соответственно.

Решением Управления от 18.04.2017 № 16-09/20126в связи с отсутствием одного из обязательных признаков недействующего юридического лица, установленного пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» запись об исключении Общества из ЕГРЮЛ отменена.

Инспекцией в отношении заявителя в ЕГРЮЛ 30.06.2017 внесены записи: за ГРН 7177847652954 и ГРН 7177847652965 о признании вышестоящим регистрирующим органом недействительной записи от 13.04.2016 за ГРН 6167847199657 и от 13.04.2016 за ГРН 6167847207412 соответственно.

Общество, ссылаясь на то, что в связи с неправомерным исключением из ЕГРЮЛ из-за простоя в период с 13.04.2016 по 30.06.2017 ему причинены 171 022 руб. 78 коп. убытков, в том числе: 105 750 руб. — оплата сотрудникам вынужденного простоя; 15 810 руб. — налог на доходы физических лиц; 36 670 руб. 67 коп. — страховые взносы на обязательное страхование во внебюджетные фонды; 12 792 руб. 11 коп. — пени на страховые взносы, обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьей 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Как указано в статье 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, его причинившего, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом (статья 1064 ГК РФ).

Таким образом, применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности нескольких условий (основания возмещения убытков): противоправность действий причинителя убытков, причинная связь между противоправными действиями и возникшими убытками, наличие и размер понесенных убытков.

Кроме того, такое лицо должно доказать, что принимало все зависящие от него меры для предотвращения (уменьшения) убытков. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности в виде взыскания убытков, влечет отказ в удовлетворении иска.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями названных норм, суд апелляционной инстанции с достаточной полнотой выяснил имеющие значение для дела обстоятельства, установив недоказанность наличия причинно-следственной связи между действиями регистрирующего органа и заявленными убытками, пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требования о взыскании 171 022 руб. 78 коп. убытков.

Отказывая в иске суд апелляционной инстанции правомерно исходил из того, что даже в случае ошибочности решения о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ, истец при должной степени заботливости и осмотрительности располагал предусмотренной законом возможностью и достаточным временем предупредить свою ликвидацию в административном порядке.

Выводы суда апелляционной инстанции мотивированы тем, что в данном случае именно бездействие Общества, выразившееся в непринятии своевременных мер по предупреждению его ликвидации путем сообщения регистрирующему органу соответствующих сведений, привело к исключению общества из ЕГРЮЛ и, соответственно, к простою организации.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции, правильно распределив бремя доказывания, пришел к выводу о недоказанности Обществом совокупности обстоятельств, необходимых для взыскания убытков

3.2. Учитывая сферу деятельности общества «АПА», его место нахождения, суды заключили, что в существующем виде наименование ответчика не создает и не может создавать ассоциации возможного участия в обществе иностранных государств или узнаваемых и общеизвестных межгосударственных союзов, ни у рядового потребителя, ни у контрагентов ответчика в сфере предпринимательской деятельности, поскольку аббревиатура «APA» (от английского Asian Parliamentary Assembly) и АПА (в переводе на русский язык Азиатская парламентская ассамблея) не является общеизвестной и общеузнаваемой.

По делу № А19-5615/2022 инспекция обратилась к обществу «АПА» с требованиями о понуждении к изменению фирменного наименования.

Решением Арбитражного суда Иркутской области истцу отказано в удовлетворении требований.

Истец, не согласившись с выводами суда первой инстанции, заявил апелляционную жалобу, в которой просил решение отменить, заявленные требования удовлетворить.

Суд апелляционной инстанции посчитал, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в рамках осуществления возложенных на инспекцию полномочий последняя производила мониторинг зарегистрированных на территории Иркутской области налогоплательщиков и пришла к выводу, что в Едином государственном реестре зарегистрировано юридическое лицо — общество «АПА», полное и сокращенное наименование которого — «АПА» является сокращенным наименованием международной парламентской организации — Азиатская парламентская ассамблея, что противоречит общественным интересам и положениям статьи 1231.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ).

В этой связи, уведомлением от 08.11.2021 № 12-11/0025875 инспекция потребовала от общества и его участника А.Т.А. обратиться в регистрирующий орган с заявлением об изменении фирменного наименования общества в порядке, установленном статьей 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Общество требование регистрирующего органа проигнорировало, за государственной регистрацией изменений своего фирменного наименования в части изменения полного и сокращенного наименования юридического лица не обратилось.

Как отмечено в пункте 4 статьи 1473 ГК РФ, в фирменное наименование юридического лица не могут включаться полные или сокращенные официальные наименования иностранных государств, а также слова, производные от таких наименований.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 149 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», применительно к подпункту 1 пункта 4 статьи 1473 ГК РФ в фирменное наименование юридического лица не могут включаться также полные или сокращенные наименования межгосударственных союзов (например: Содружество Независимых Государств, СНГ; Евразийский экономический союз, ЕАЭС, ЕврАзЭС).

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, Азиатская парламентская ассамблея не является межгосударственным союзом, следовательно, данная правовая норма в свете разъяснений Верховного Суда РФ по отношению к ответчику не применима.

Более того, целью введенного на законодательном уровне запрета на использование в фирменном наименовании обществ как официальных наименований иностранных государств, а также слов, производные от таких наименований, так и полных или сокращенных наименований межгосударственных союзов являлось избежание возникновения у рядовых потребителей или контрагентов обществ в сфере предпринимательской деятельности заблуждений относительно возможного участия в обществе иностранных государств или узнаваемых и общеизвестных межгосударственных союзов.

Учитывая же сферу деятельности ООО «АПА», его место нахождения, обоснован вывод суда первой инстанции о том, что в существующем виде наименование ответчика не создает и не может создавать ассоциации возможного участия в обществе иностранных государств или узнаваемых и общеизвестных межгосударственных союзов, ни у рядового потребителя, ни у контрагентов ответчика в сфере предпринимательской деятельности, поскольку аббревиатура «APA» (от английского Asian Parliamentary Assembly и АПА (в переводе на русский язык Азиатская парламентская ассамблея) не является общеизвестной и общеузнаваемой.

---