Письмо ФНС России от 07.08.2023 № КВ-4-14/10121@

<О направлении Обзора судебной практики по спорам с участием регистрирующих органов № 1 (2023)>

ПИСЬМО

от 7 августа 2023 г. № КВ-4-14/10121@

Федеральная налоговая служба в целях формирования положительной судебной практики направляет «Обзор судебной практики по спорам с участием регистрирующих органов № 1 (2023)» (далее — Обзор).

Управлениям ФНС России по субъектам Российской Федерации довести данное письмо и прилагаемый к нему Обзор до нижестоящих территориальных органов ФНС России для руководства и применения в работе.

1. Споры о признании недействительными решений об отказе в государственной регистрации юридического лица и индивидуального предпринимателя.

1.1. Законодателем установлен конкретный срок для реализации права, предусмотренного пунктом 7 статьи 9 Федерального закона от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», и в случае, когда заявитель в течение трех месяцев со дня принятия регистрирующим органом решения об отказе в государственной регистрации, если такое решение не отменено, не пожелал воспользоваться возможностью исправить недостатки, дополнительно представив необходимые для государственной регистрации документы, при повторном обращении за государственной регистрацией заявителем должен быть представлен регистрирующему органу весь перечень документов, предусмотренный законом, вне зависимости от того, представлялись ли какие-либо документы ранее.

По делу № А40-102163/22 Общество обратилось в Арбитражный суд города Москвы к Инспекции, Управлению с заявлением о признании незаконным решения Инспекции от 16.12.2021 № 525242А об отказе в государственной регистрации изменений в Едином государственном реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ), решения Управления, обязании Инспекции произвести государственную регистрацию изменений в ЕГРЮЛ в отношении общества.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.09.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2022, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, Общество обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просило отменить решение и постановление суда апелляционной инстанции и направить дело на повторное рассмотрение в новом составе в объеме заявленных требований.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что отсутствуют основания, предусмотренные статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения оспариваемых судебных актов.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 09.12.2021 в Инспекцию от Общества поступил комплект документов (вх. № 525242А) с целью внесения изменения в содержащиеся в ЕГРЮЛ сведения о номере типового устава (20), об адресе электронной почты, адресе месте нахождения и видах экономической деятельности указанного юридического лица.

Представленный пакет документов содержал заявление по форме № Р13014, утвержденной Приказом ФНС России от 31.08.2020 № ЕД-7-14/617@ «Об утверждении форм и требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган при государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств», согласно которому в пункте 2 проставлено цифровое значение 3 (общество с ограниченной ответственностью будет действовать/не будет действовать на основании типового устава и (при необходимости) изменение иных сведений об обществе, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц); протокол № 55 Общего собрания участников Общества от 08.12.2021.

По результатам рассмотрения представленного на государственную регистрации комплекта документов Инспекцией принято решение от 16.12.2021 № 525242А об отказе в государственной регистрации по основаниям, предусмотренным подпунктом «а» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ), с указание на то, что среди представленных для государственной регистрации документов отсутствует решение (протокол) о внесении изменений в учредительные документы юридического лица Общества, соответствующее пункту 2.1 статьи 17 Закона № 129-ФЗ.

Разрешая спор по существу, исследовав и оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в дело доказательства, руководствуясь положениями статьи 52 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 5, 17, 23 Закона № 129-ФЗ, статей 11, 12 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» суды, установив, что для перехода на типовой устав юридическому лицу необходимо представить заявление по форме № Р13014, а также решение его участников о переходе на типовой устав, при этом в протоколе общего собрания участников общества от 08.12.2021 № 55 отсутствует положение о том, что участниками принято решение о том, что общество будет действовать на основании типового устава, учитывая, что иной документ, содержащий решение участников Общества о том, что юридическое лицо будет действовать на основании типового устава, заявителем в пакете документов от 09.12.2021 представлен также не был, исходя из несоблюдения заявителем требований абзаца второго пункта 2.1 статьи 17 Закона № 129-ФЗ, пришли к выводу о правомерности действий регистрирующего органа по отказу во внесении изменений в единый государственный реестр юридических лиц.

Отклоняя доводы заявителя о том, что протокол общего собрания участников общества от 08.12.2021 № 55 представлен при повторном обращении в регистрирующий орган заявления по форме Р13014 с учетом ранее поданных и находящихся в регистрирующем органе документов (вх. № 554408А от 29.10.2020), включая решение о том, что общество будет действовать на основании типового устава № 20, о новом адресе, о кодах ОКВЭД, в связи с чем повторное представление данного решения не требовалось, суды указали, что в соответствии с пунктом 7 статьи 9 Закона № 129-ФЗ заявитель после устранения причин, которые послужили основанием для отказа в государственной регистрации в соответствии с подпунктами «а», «ц» пункта 1 статьи 23 данного Федерального закона, в течение трех месяцев со дня принятия регистрирующим органом решения об отказе в государственной регистрации по указанным основаниям, если такое решение не отменено, вправе дополнительно однократно представить необходимые для государственной регистрации документы без повторной уплаты государственной пошлины. При этом заявитель вправе не представлять повторно документы, которые имеются у регистрирующего органа в связи с принятием указанного решения об отказе в государственной регистрации.

В данном случае судами установлено и материалами дела подтверждается, что решение Инспекции об отказе в государственной регистрации, принятое в соответствии с подпунктом «а» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ по результатам рассмотрения пакета документов вх. № 554408А от 29.10.2020, было вынесено 06.11.2020 и отменено не было.

Учитывая, что заявитель обратился с заявлением вх. № 525242А лишь 09.12.2021, т.е. спустя более года с даты принятия решения от 06.11.2020, правила пункта 7 статьи 9 Закона № 129-ФЗ к рассматриваемым правоотношениям не применимы, и на заявителя распространялась обязанность представить полный пакет документов, поименованных в абзаце 2 пункта 2.1 статьи 17 Закона № 129-ФЗ, включая решение о переходе на типовой устав, которое в рассматриваемом случае было оформлено протоколом № 53 от 29.10.2020. Однако данное решение заявителем с пакетом документов от 09.12.2021 представлено не было.

Доводы заявителя о том, что в решении об отказе в государственной регистрации от 09.12.2021 № 525242А указано на отсутствие решения (протокола) о внесении изменений в учредительные документы юридического лица, рассмотрены и отклонены судами, которые обоснованно заключили, что из оспариваемого решения однозначно следует, что заявителем не представлено решение, предусмотренное пунктом 2.1 статьи 17 Закона № 129-ФЗ, а также процитированы положения абзаца второго пункта 2.1 статьи 17 Закона № 129-ФЗ о необходимости представить в регистрирующий орган решение участников юридического лица о том, что оно будет действовать на основании типового устава, что в совокупности содержанием заявления по форме Р13014 исключает возможность неоднозначного толкования принятого решения.

1.2. Несоответствие поданного обществом в марте 2022 года заявления форме, утвержденной приказом Федеральной налоговой службы от 01.11.2021 № ЕД-7-14/948@, позволило судам сделать вывод о правомерности оспариваемого решения об отказе в государственной регистрации. То обстоятельство, что обществом была отражена необходимая идентичная информация, требуемая и в форме новой редакции заявления, не освобождает заявителя от обязанности соблюдать требования, предъявляемые к оформлению документов при государственной регистрации юридических лиц, поскольку установленная законодательством процедура государственной регистрации носит формализованный характер, в связи с чем для ее проведения необходимо не только выполнение требований в части предоставления полного пакета документов, но и в части их соответствия по форме и содержанию установленным нормативными актами формам и порядку их заполнения.

По делу № А50-14367/2022 общество обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением к инспекции о признании незаконным решения от 11.03.2022 № 4449А об отказе в государственной регистрации изменения сведений о юридическом лице, содержащихся в едином государственном реестре юридических лиц.

Решением суда первой инстанции от 13.09.2022 в удовлетворении заявленного требования отказано.

Обществом подана апелляционная жалоба, в которой оно просило отменить решение и принять новый судебный акт об удовлетворении требования.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, общество 03.03.2022 представило в регистрирующий орган заявление по форме № Р 13014 (входящий № 4449А) для внесения в ЕГРЮЛ сведений о прекращении у К.В.А. полномочий лица, имеющего право без доверенности действовать от имени общества, и возникновении у Д.С.В. полномочий временно исполняющего обязанности директора общества.

Регистрирующим органом 11.03.2022 принято решение № 4449А об отказе в государственной регистрации изменений ввиду отсутствия заявления по форме № Р13014 в редакции, утвержденной приказом ФНС России от 01.11.2021 № ЕД-7-14/948@.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о том, что действия регистрирующего органа соответствуют положениям подпункта «а» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ, что исключает возможность признания решения № 4449А незаконным.

В апелляционной жалобе заявитель возражает против выводов суда первой инстанции, ссылается на то, что недостоверные сведения в заявлении общества отсутствовали и поданное заявление полностью соответствовало форме Р13014. Так, общество представило лист «сведения о заявителе», что следует из страницы 5 заявления; форма данного листа и содержащиеся в нем сведения полностью соответствуют действующей форме № Р13014, единственное отличие — вместо буквы «П» в номере листа стоит буква «Н».

По мнению заявителя жалобы, у регистрирующего органа отсутствовали предусмотренные законом основания для отказа в государственной регистрации, поскольку недостоверных сведений заявление общества от 03.03.2022 не содержало.

Также заявитель указывает на то, что заявление по форме № Р13014, поступившее в регистрирующий орган 03.03.2022, составлено в программе подготовки документов для государственной регистрации, версия 2.2 которой была скачана с сайта Федеральной налоговой службы.

Данные доводы не принимаются апелляционным судом, поскольку само по себе использование при составлении заявления по форме № Р13014 программы не освобождает заявителя от обязанности соблюдать требования, предъявляемые к оформлению документов при государственной регистрации юридических лиц, в том числе проверять соответствие формы таких документов установленным законом требованиям.

В данном случае из материалов дела следует, что приказом Федеральной налоговой службы от 01.11.2021 № ЕД-7-14/948@ внесены изменения в приложения к приказу ФНС России от 31.08.2020 № ЕД-7-14/617@ «Об утверждении форм и требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган при государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств» (зарегистрирован Министерством юстиции Российской Федерации 15.09.2020, регистрационный номер 59872) с изменениями, внесенными приказом ФНС России от 06.11.2020 № ЕД-7-14/794@ «Об утверждении формы и содержания документа, подтверждающего факт внесения записи в Единый государственный реестр юридических лиц или Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей, и о внесении изменений в приказ ФНС России от 31.08.2020 № ЕД-7-14/617@» (зарегистрирован Министерством юстиции Российской Федерации 31.12.2020, регистрационный номер 62020).

В новой форме заявления в сравнении с действовавшей ранее редакцией, изменены штрихкоды; добавлены поля, в которых отражаются сведения о договоре конвертируемого займа (лист Н, лист О, лист П); лист В заявления дополнен страницами 8 — 10, на которых приводятся сведения о доверительном управлении; страница 8 листа Д также дополнена разделом, в который вносятся данные о доверительном управлении; произведены отдельные технические правки.

Обновленная форма Р13014 действует с 18.12.2021, то есть заявитель, обращаясь в марте 2022 года с заявлением в регистрирующий орган, должен был использовать актуальную форму № Р13014 заявления.

Между тем поданное обществом 03.03.2022 заявление не соответствовало утвержденной приказом Федеральной налоговой службы от 01.11.2021 № ЕД-7-14/948@ форме.

В связи с тем, что заявителем не представлены определенные Законом № 129-ФЗ необходимые для государственной регистрации документы, решение регистрирующего органа об отказе в государственной регистрации от 11.03.2022 принято законно.

1.3. Несоблюдение положений пункта 14 Требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган, утвержденных приказом ФНС России от 31.08.2020 № ЕД-7-14/617@, является основанием для отказа в государственной регистрации в соответствии с подпунктом «ц» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

По делу № А73-11355/2022 общество обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением к инспекции, Управлению о признании незаконными решения инспекции от 14.02.2022 № 1914А об отказе в государственной регистрации адреса общества и решения Управления от 26.05.2022 № 13-12/09475@ по результатам рассмотрения жалобы; об обязании устранить допущенные нарушения путем регистрации изменения адреса места нахождения общества.

Решением суда от 05.10.2022 заявленные требования удовлетворены частично: решение инспекции признано незаконным; на инспекцию возложена обязанность в течение 15 дней с даты вступления в законную силу решения суда устранить допущенные нарушения, зарегистрировав изменение адреса места нахождения общества; производство по делу в части оспаривания решения Управления от 26.05.2022 № 13-12/09475@ по результатам рассмотрения жалобы прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2023 решение отменено, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, общество обратилось с кассационной жалобой, в которой (с учетом письменных дополнений к ней) просило отменить постановление апелляционного суда, оставить в силе решение суда первой инстанции.

Арбитражный суд Дальневосточного округа пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В заявлении указан адрес юридического лица в пределах места нахождения юридического лица: Хабаровский край, Хабаровский муниципальный район; в показателе «элемент улично-дорожной сети» в графе «наименование» указано «в районе 1-го километра автодороги пос. Горького — 8 километр автодороги Хабаровск-Находка (нечетная сторона)»; в показателе «здание/сооружение» в графе «номер» — 27:17:0329201:1071; в показателе «помещение в пределах здания, сооружения» в графе «тип» — этаж/помещ, в графе «номер» — 2/14.

К заявлению приложено решение единственного участника общества от 03.12.2021 № 9 об изменении адреса и места нахождения общества; решение от 09.02.2022 № 10 об утверждении изменений в устав; договор аренды нежилого помещения от 01.12.2020, заключенный между индивидуальным предпринимателем М.Д.В. (арендодатель) и общества (арендатор), предметом которого является нежилое помещение общей площадью 12,3 кв. м, расположенное по адресу: г. Хабаровск, ул. Новая, 37, а именно помещение № 14 на поэтажном плане 2 этажа с кадастровым номером 17:27:0329201:1071; акт приема-передачи от 01.12.2020; дополнительное соглашение от 13.09.2020 № 1 о внесении изменений в предмет договора, согласно которому арендодатель передает, а арендатор принимает в возмездное срочное пользование по целевому назначению под офис нежилое помещение общей площадью 12,3 кв. м, расположенное по адресу: Хабаровский край, р-н Хабаровский, в районе 1-го километра автодороги пос. Горького — 8 километр автодороги Хабаровск-Находка (нечетная сторона).

Решением инспекции от 14.02.2022 № 1914А отказано в государственной регистрации изменения адреса общества со ссылкой на подпункт «ц» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

Основанием для отказа в регистрации послужило отсутствие в Государственном адресном реестре указанного в заявлении адреса и неверное заполнение адресных элементов объекта адресации.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление общества и признавая решение инспекции недействительным, исходил из того, что общество с 2017 года на праве аренды занимает помещение в здании с кадастровым номером 17:27:0329201:1071, которое согласно сведениям из ЕГРН имеет адрес: Хабаровский край, муниципальный район Хабаровский, в районе 1-го километра автодороги пос. Горького — 8 километр автодороги Хабаровск-Находка (нечетная сторона), а отсутствие адреса в перечне существующих адресов не является основанием для отказа в государственной регистрации.

В свою очередь, апелляционный суд, руководствуясь пунктом 2 статьи 54 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом «в» части 1 статьи 5, пунктами 4.2, 4.4 статьи 9, подпунктами «а», «ц» пункта 1 статьи 23, частью 1 статьи 25 Закона № 129-ФЗ, пунктом 2 статьи 4 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», частью 1 статьи 2, частью 2 статьи 4, частью 3 статьи 4, частью 3 статьи 5, статьей 8 Закона от 28.12.2013 № 443-ФЗ «О федеральной информационной адресной системе и о внесении изменений в Федеральный закон „Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации“, Правилами присвоения, изменения и аннулирования адресов, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 19.11.2014 № 1221, приказом Минфина России от 05.11.2015 № 171н „Об утверждении Перечня элементов планировочной структуры, элементов улично-дорожной сети, элементов объектов адресации, типов зданий (сооружений), помещений, используемых в качестве реквизитов адреса, и Правил сокращенного наименования адресообразующих элементов“, приказом ФНС России от 31.08.2020 № ЕД-7-14/617@ „Об утверждении форм и требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган при государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств“, приняв во внимание письмо ФНС России от 02.12.2020 № 14-1-04/0053ДСП@ „О разъяснениях по указанию адресообразующих элементов о месте нахождения и адресе юридического лица, адреса места жительства индивидуального предпринимателя в формах заявлений, утвержденных приказом ФНС России от 31.08.2020 № ЕД-7-14/617@“, пришел к выводу о законности оспариваемого решения, в связи с чем отменил решение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении заявленного требования.»

Согласно пунктам 1.1 и 1.2 статьи 9 Закона № 129-ФЗ требования к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган, устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. Необходимые для государственной регистрации заявление, уведомление или сообщение представляются в регистрирующий орган по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 14 Требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган, утвержденных приказом ФНС России от 31.08.2020 № ЕД-7-14/617@ (далее — Требования), установлено, что указание в форме заявления о государственной регистрации сведений о месте нахождения и адресе юридического лица осуществляется в структурированном виде в соответствии со сведениями, содержащимися в Государственном адресном реестре в муниципальном делении. Структура адреса, последовательность адресообразующих элементов установлена Правилами присвоения, изменения и аннулирования адресов, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 19.11.2014 № 1221 «Об утверждении Правил присвоения, изменения и аннулирования адресов».

Таким образом, сведения об адресе юридического лица в заявлении о государственной регистрации должны соответствовать сведениям, имеющимся в Государственном адресном реестре.

Несоблюдение положений пункта 14 Требований является основанием для отказа в государственной регистрации в соответствии с подпунктом «ц» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в заявлении общества, поданном по форме № Р13014, адресом общества в пределах местонахождения юридического лица указан: Хабаровский муниципальный район, в районе 1-го км автодороги п. Горького — 8 километр автодороги Хабаровск-Находка (нечетная сторона), здание 17:27:0329201:1071, этаж/помещ 2/14.

При установленном апелляционная инстанция обоснованно согласилась с позицией регистрирующего органа о том, что обществом при заполнении заявления допущены нарушения установленных Требований, и о наличии основания для отказа в государственной регистрации, предусмотренного подпунктом «ц» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

Как следствие, апелляционным судом отменено решение суда первой инстанции; в признании незаконными решений инспекции и Управления судом отказано.

1.4. В заявлении (уведомлении) по форме № Р15016 предусмотрено указание срока ликвидации только для обществ с ограниченной ответственностью. Для других юридических лиц законом такого права не предусмотрено. Исходя из этого, суд кассационной инстанции поддержал выводы судов о правомерности оспариваемого решения об отказе в государственной регистрации, принятого в отношении кооператива.

По делу № А62489/2022 кооператив в лице ликвидатора Д.В.А. обратился в Арбитражный суд Смоленской области с заявлением о признании незаконным решения инспекция от 06.12.2021 № 13409А об отказе в государственной регистрации.

Решением суда от 26.05.2022 в удовлетворении заявленного требования отказано.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2022 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе кооператив просил состоявшиеся судебные акты отменить, требование кооператива удовлетворить.

Суд кассационной инстанции не усмотрел оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, в связи с принятием решения о ликвидации кооператива и назначении ликвидатора 29.11.2021 кооператив представил в инспекцию заявление (уведомление) о ликвидации юридического лица по форме № Р15016, подписанное Д.В.А.

6 декабря 2021 г. инспекцией принято решение № 13409А об отказе в государственной регистрации со ссылкой на подпункт «ц» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

Установив, что форма заявления заполнена кооперативом с нарушением Требований к оформлению заявления (уведомления) о ликвидации юридического лица (форма № Р15016), утвержденных приказом ФНС России от 31.08.2020 № ЕД-7-14/617@ (далее — Требования № ЕД-7-14/617@), суд первой инстанции пришел к выводу о законности оспариваемого решения инспекции и отказал кооперативу в удовлетворении его заявления.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Заявление (уведомление) о ликвидации юридического лица (форма № Р15016) заполняется в соответствии с положениями Требований № ЕД-7-14/617@, а именно пункта 102.

И в пункте 102 Требований № ЕД-7-14/617@ и в форме № Р15016 отмечено, что срок ликвидации в форме указывается лишь при ликвидации общества с ограниченной ответственностью.

При заполнении формы № Р15016 Д.В.А. проставил срок ликвидации кооператива.

В судебном заседании представитель налоговой инспекции пояснила, что кооперативом неверно составлено заявление (уведомление) о ликвидации юридического лица, в форме № Р15016 предусмотрено указание срока ликвидации только для обществ с ограниченной ответственностью, так как Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрена возможность продления срока ликвидации в судебном порядке, если ликвидация общества не может быть завершена в указанный срок. Для других юридических лиц законом такого права не предусмотрено. Поэтому указание кооперативом в форме Р15016 срока ликвидации в случае пропуска этого срока приведет к автоматическому внесению в Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ) записи об истечении срока ликвидации организации. Кроме того, указание в форме ошибочной информации (срока ликвидации) может привести к искажению сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ в отношении кооператива, в том числе и для третьих лиц.

Подпунктом «ц» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ определено, что отказ в государственной регистрации допускается в случае представления документов, оформленных с нарушением требований, установленных в соответствии с пунктом 1.1 и абзацем первым пункта 1.2 статьи 9 данного Федерального закона.

Исходя из изложенного, суды пришли к выводу, что оспариваемое решение налоговой инспекции вынесено в соответствии с требованиями действующего законодательства, а поэтому в удовлетворении заявления кооператива отказали.

1.5. Поскольку при обращении в регистрирующий орган с заявлением о внесении спорных изменений в ЕГРЮЛ заявителем не был представлен документ, подтверждающий основания перехода к обществу доли в его уставном капитале, а представленные документы оформлены с нарушением требований, установленных в соответствии с пунктом 1.1 и абзацем 1 пункта 1.2 статьи 9 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», суды заключили, что регистрирующий орган правомерно отказал в государственной регистрации.

По делу № А40-175214/22 Общество обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании незаконным решения Инспекции об отказе в государственной регистрации № 117570А от 06.04.2022; об обязании произвести государственную регистрацию изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 08.12.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме, ввиду отсутствия к тому правовых и фактических оснований.

Не согласившись с решением суда, заявитель обратился с апелляционной жалобой, в которой просил его отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для отмены решения суда и удовлетворения жалобы

30.03.2022 Обществом в электронном виде в Инспекцию были поданы документы о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц (ЕГРЮЛ).

06.04.2022 Инспекцией было принято Решение № 117570А об отказе в государственной регистрации.

Как следует из материалов дела, 30.03.2022 в Инспекцию представлены документы для государственной регистрации изменений в сведения об Обществе, содержащихся в ЕГРЮЛ.

Из содержания документов следовало, что они представлены в связи с изменениями сведений об участниках Общества, а именно, в связи с прекращением корпоративных прав Ч.К.Н. и переходом его доли в уставном капитале 39% (3900 рублей) к Обществу.

Согласно протоколу № 28 внеочередного общего собрания участников Общества от 30.03.2022 (п. 2, 3 протокола), в связи со смертью участника Ч.К.Н. принято решение о переходе его доли обществу в размере 39% (3900 рублей) по причине отсутствия заявлений от заинтересованных лиц, являющихся наследниками умершего по закону/завещанию, с просьбой включить его в состав участников общества, в связи с приобретением им, как наследником, права собственности на долю умершего участника Ч.К.Н. в уставном капитале общества.

В соответствии с п. 6.16 Устава, утвержденного протоколом общего собрания учредителей от 28.02.2019 № 1, доли в уставном капитале Общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками Общества. При этом, необходимость получения согласия участников при переходе доли к наследникам в порядке правопреемства, не предусмотрена.

В соответствии с пунктом 8 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» доли в уставном капитале общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, если иное не предусмотрено уставом общества с ограниченной ответственностью.

В силу пункта 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятое наследство признается принадлежащим наследнику в полном объеме со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия.

Вопрос о моменте возникновения у наследника статуса участника общества и, как следствие, прав на участие в управлении делами общества, был предметом рассмотрения Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и отражен в постановлении от 20.12.2011 № 10107/1, согласно которому, со дня открытия наследства к наследнику переходят все права, удостоверяемые долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, и он приобретает статус участника общества, если уставом прямо не предусмотрено право участников давать согласие на переход доли в уставном капитале такого общества к наследникам участников общества.

Таким образом, у наследников умершего участника Ч.К.Н. возникли права на долю в уставном капитале Общества в порядке наследования.

Представленная в комплекте документов копия справки о смерти № А-03621 от 03.09.2021 в настоящем случае не может служить законным основанием (надлежащим документом) перехода доли, подтверждающим основание перехода к обществу доли в уставном капитале общества в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) и пунктом 6 статьи 24 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Приказом ФНС России от 31.08.2020 № ЕД-7-14/617@ утверждена форма № Р13014 «Заявление о государственной регистрации изменений, внесенных в учредительный документ юридического лица, и (или) о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц» (далее — заявление по форме № Р13014), а также требования к оформлению данной формы заявления.

Приказом ФНС России от 01.11.2021 № ЕД-7-14/948@ в форму заявления по форме № Р13014, а также в Требования к оформлению рассматриваемых документов внесены отдельные изменения. Обновленная форма № Р13014 действует с 18.12.2021.

Так, при необходимости изменения сведений:

• об участниках/учредителях юридического лица, являющихся физическими лицами, заполняется Лист Г «Сведения об участнике/учредителе — физическом лице»;
• в случае приобретения обществом с ограниченной ответственностью доли в своем уставном капитале и (или) распределения, и (или) продажи, и (или) погашения принадлежащей обществу доли в уставном капитале — Лист 3 «Сведения о доле в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, принадлежащей обществу»;
• о заявителях — Лист П «Сведения о заявителе».

Таким образом, для внесения изменений в сведения, содержащиеся о юридическом лице в ЕГРЮЛ, необходимо заполнить заявление по новой форме, в том числе соответствующие приложения к нему.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям ЕГРЮЛ участниками Общества на момент принятия решения № 117570А об отказе в государственной регистрации от 06.04.2022 являлись:

Ч.К.Н. с долей в уставном капитале 39% (3900 рублей);

С.Н.П. с долей в уставном капитале 51% (5100 рублей);

доля, принадлежавшая обществу, составляла 10% (1000 рублей).

Вместе с тем, Лист 3 «Сведения о доле в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, принадлежащей обществу» заявления по форме № Р13014 содержал сведения о доле, принадлежащей обществу в размере 3900 рублей, что не соответствует размеру доли, принадлежащей обществу, поскольку согласно сведениям, содержащимся в реестре, доля в уставном капитале Общества, принадлежавшая обществу на момент рассмотрения представленного 30.03.2022 комплекта документов составляла 10% (1000 рублей).

В случае перехода доли обществу, в связи с прекращением корпоративных прав участника и, с учетом содержащихся в тот момент сведений о принадлежавшей доли обществу, при заполнении Листа 3 «Сведения о доле в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, принадлежащей обществу» следует указывать размер доли в их совокупности.

Таким образом, Лист 3 «Сведения о доле в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, принадлежащей обществу» должен содержать сведения о принадлежавшей доли обществу в размере 4900 рублей (49%).

Как верно установил суд, поступившее на регистрацию заявление по форме № Р13014 оформлено с нарушением Требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган, утвержденных приказом ФНС России от 31.08.2020 № ЕД-7-14/617@.

Коллегия приходит к выводу о том, что поскольку при обращении в регистрирующий орган с заявлением о внесении спорных изменений в ЕГРЮЛ заявителем не был представлен документ, подтверждающий основания перехода к обществу доли в его уставном капитале, а представленные документы оформлены с нарушением требований, установленных в соответствии с пунктом 1.1 и абзацем 1 пункта 1.2 статьи 9 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», регистрирующий орган правомерно отказал в государственной регистрации.

1.6. Констатировав, что заявление об изменении размера уставного капитала было подано акционерным обществом в регистрирующий орган в связи с необходимостью устранения недостоверных сведений о юридическом лице в ЕГРЮЛ и их приведения в соответствие с действующим уставом общества и сведениями из Реестра эмиссионных ценных бумаг, суды признали неправомерным требование регистрирующего орган о необходимости представления решения об уменьшении уставного капитала юридического лица, а также сообщения в Журнале «Вестник государственной регистрации» ввиду отсутствия в рассматриваемом случае факта уменьшения обществом своего уставного капитала.

По делу № А55-3382/2022 общество обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании незаконным решения инспекции от 20.10.2021 № 21856А об отказе в государственной регистрации.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 01.06.2022 по делу № А55-3382/2022, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022, требования заявителя удовлетворены.

В кассационной жалобе инспекция просила отменить принятые по делу судебные акты, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Кассационная инстанция не нашла оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как установлено судами и следует из материалов дела, обществом, в инспекцию направлено заявление от 13.10.2021 о государственной регистрации изменений сведений о юридическом лице, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ), в части размера уставного капитала данного акционерного общества.

Решением инспекции от 20.10.2021 № 21856А обществу отказано в регистрации соответствующих изменений с указанием на несоблюдение данным акционерным обществом процедуры уменьшения размера уставного капитала.

Согласно статье 7.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Федеральный закон № 129-ФЗ) обязательному внесению в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц подлежит уведомление об уменьшении уставного (складочного) капитала юридического лица с указанием способа, порядка и условий уменьшения уставного (складочного) капитала, описания порядка, сроков и условий для предъявления требований его кредиторами, иных сведений, предусмотренных федеральным законом.

Невнесение юридическим лицом вышеуказанных сведений в данный реестр является неисполнением юридическим лицом в процессе уменьшения уставного капитала обязанности уведомить кредиторов и в связи с этим является основанием для отказа в государственной регистрации.

В силу пункта 1 статьи 25 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее — Федеральный закон № 208-ФЗ) уставный капитал общества составляется из номинальной стоимости акций общества, приобретенных акционерами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 29 Федерального закона № 208-ФЗ уставный капитал общества может быть уменьшен путем уменьшения номинальной стоимости акций или сокращения их общего количества, в том числе путем приобретения части акций, в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Уменьшение уставного капитала общества путем приобретения и погашения части акций допускается, если такая возможность предусмотрена уставом общества.

Согласно статье 72 Федерального закона № 208-ФЗ акционерное общество вправе приобретать размещенные им акции по решению общего собрания акционеров об уменьшении уставного капитала общества путем приобретения части размещенных акций в целях сокращения их общего количества, если это предусмотрено уставом общества.

Судами установлено, что в 2003 году плодосовхозом была проведена процедура реорганизации путем преобразования плодосовхоза в общество.

В 2004 году была проведена процедура регистрации первого выпуска обыкновенных именных бездокументарных акций в количестве 75 897 штук номинальной стоимостью 100 руб. 00 коп. каждая. Данный факт подтверждается отчетом об итогах выпуска ценных бумаг от 03.04.2004 и Уведомлением о регистрации ценных бумаг.

В 2010 году обществом была утверждена новая редакция Устава, из подпункта 8.1 пункта 8 которого следует, что уставный капитал юридического лица состоит из номинальной стоимости обыкновенных именных акций в количестве 75 897 штук номинальной стоимостью 100 руб. 00 коп. каждая.

Подпунктом 8.2 пункта 8 данного Устава предусмотрено, что общество вправе разместить дополнительно к размещенным акциям 7 983 штуки обыкновенных именных бездокументарных акций номинальной стоимостью 100 руб. 00 коп. каждая.

Судами установлено, что сложение количества зарегистрированных акций и акций, в отношении которых имеется право дополнительного выпуска, привело к возникновению неверной информации о размере уставного капитала общества.

Указанное обстоятельство повлекло отражение недостоверных сведений в ЕГРЮЛ, а именно, — была внесена запись ГРН 1036303162092, согласно которой размер уставного капитала общества составляет 8 388 000 руб. 00 коп.

Обществом от главного управления Центрального Банка Российской Федерации было получено сообщение от 27.01.2021 о несоответствии сведений о размере уставного капитала, содержащихся в ЕГРЮЛ, сведениям, содержащихся в Реестре эмиссионных ценных бумаг (ГРН выпуска 1-01-02481-Е от 03.03.2004) (далее — Реестр ЦБ).

По результатам проверки указанной информации на предмет соответствия фактическим обстоятельствам в размере уставного капитала была обнаружена ошибка. На общем собрании акционеров общества было принято решение об утверждении Устава в новой редакции.

Обществом было направлено заявление от 20.09.2021 о регистрации учредительного документа.

Регистрирующим органом была внесена запись ГРН 2216304044240 о регистрации Устава общества в новой редакции. Подпунктом 2.1 пункта 2 Устава в новой редакции был установлен верный размер уставного капитала общества (7 589 700 руб. 00 коп.).

Из материалов по делу следует, что заявление об изменении размера уставного капитала было подано обществом в регистрирующий орган в связи с необходимостью устранения недостоверных сведений о юридическом лице в ЕГРЮЛ и их приведения в соответствие с действующим уставом общества и сведениями из Реестра ЦБ.

В свою очередь, по мнению регистрирующего органа, обществом должны были представляться:

1. заявление о государственной регистрации изменений, внесенных в учредительный документ юридического лица, и (или) о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ по форме № Р13014;

2. решение об уменьшении уставного капитала юридического лица.

Также вышеуказанные сведения подлежали внесению в реестр о фактах деятельности юридических лиц, и на юридическом лице лежит обязанность сообщить об уменьшении уставного капитала кредиторам путем размещения сообщения в Журнале «Вестник государственной регистрации».

Таким образом, по мнению регистрирующего органа, заявление по форме № Р13014 было представлено обществом с нарушением процедуры уменьшения уставного капитала юридического лица.

Размер уставного капитала, указанный обществом в представленном заявлении от 13.10.2021, образовался не в результате его уменьшения, а в результате регистрации основного выпуска ценных бумаг, приобретенных обществом.

Так, в период с 03.03.2004 по настоящее время действия по выпуску дополнительных ценных бумаг или уменьшению размера уставного капитала не выполнялись, что также подтверждается информацией о выпусках именных ценных бумаг, представленной держателем реестра акционеров общества.

Судами установлено, что с момента создания общества его уставный капитал состоит из номинальной стоимости обыкновенных именных акций в количестве 75 897 штук номинальной стоимостью 100 руб. 00 коп. каждая. При этом дополнительные выпуски акций обществом не производились. Таким образом, размер уставного капитала общества составляет 7 589 700 руб. 00 коп. (75 897 акций x 100 руб. 00 коп.).

С учетом изложенного суды признали, что оснований для сокращения количества акций, либо уменьшения их номинала у общества не имелось. При этом иных способов уменьшения размера уставного капитала общества законодательством Российской Федерации не предусмотрено. В рассматриваемом случае фактически заявитель исправил техническую ошибку, допущенную в ЕГРЮЛ.

Представленные обществом на регистрацию документы соответствовали требованиям статьи 17 Федерального закона № 129-ФЗ. При этом требование регистрирующего органа о необходимости представления решения об уменьшении уставного капитала юридического лица, а также сообщения в Журнале «Вестник государственной регистрации» признано неправомерным ввиду отсутствия в рассматриваемом случае факта уменьшения обществом своего уставного капитала.

При таких обстоятельствах суды удовлетворили заявленные требования.

1.7. Выводы судов о том, что ограничения, введенные судебным приставом, не имеют правого значения для регистрирующего органа при наличии сведений о введении наблюдения в отношении общества, суд кассационной инстанции признал ошибочным. При этом кассационная инстанция отметила, что положения Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» не устанавливают полномочий регистрирующего самостоятельно принимать решение о снятии запрета на совершение регистрационных действий либо отменять постановление судебного пристава-исполнителя о наложении ареста.

По делу № А40-61179/2022 общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения инспекции от 11.01.2022 № 558234 об отказе в государственной регистрации изменения сведений о юридическом лице в ЕГРЮЛ.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.09.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2022, заявление удовлетворено.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, инспекция обратилась с кассационной жалобой, в которой просила отменить решение и постановление суда апелляционной инстанции и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что принятые по делу решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене с принятием по делу нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, 18.11.2021, путем нотариального удостоверения заключен договор купли — продажи 100% долей уставного капитала общества, согласно которому 95% уставного капитала, принадлежащих обществу, и 5% уставного капитала, принадлежащих Р.С.В. переходит ООО «Т.».

Из материалов дела следует, что решением инспекции от 11.01.2022 № 558234А в совершении заявленных регистрационных действий отказано со ссылкой на пункт 1 статьи 23 Федерального закона от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон о государственной регистрации).

На момент рассмотрения документов, представленных в регистрирующий орган за вх. № 558234А, и принятия по ним соответствующего решения, Инспекция располагала постановлением от 22.07.2020, вынесенным судебным приставом-исполнителем ОСП по ЦАО № 3 ГУФССП России по г. Москве в рамках сводного исполнительного производства № 78256/20/77055-ИП, которым объявлен запрет совершения следующих регистрационных действий по внесению изменений данных должника общества в ЕГРЮЛ: изменений в сведения о размере уставного капитала; изменений в сведения о составе участников общества с ограниченной ответственностью; записи о принятии решения о ликвидации юридического лица, о формировании ликвидационной комиссии или о назначении ликвидатора, о составлении промежуточного ликвидационного баланса; записи о начале процедуры реорганизации; записи о прекращении юридического лица в результате реорганизации и (или) государственной регистрации юридического лица путем реорганизации. Поручено не производить регистрационных действий по внесению изменений в вышеуказанные сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ.

Из картотеки арбитражных дел следует и сторонами не оспаривается, что определением Арбитражного суда города Москвы от 12.04.21 по делу А40-125809/20 в отношении общества введена процедура наблюдения.

Обосновывая незаконность принятого инспекцией решения, заявители указывали на то, что нотариус неоднократно представлял документы на государственную регистрацию, однако инспекция возвращала их по разным основаниям, вместе с тем в заявлении от 27 декабря 2021 г. вх. № 558234А ранее указанные регистратором ошибки отсутствовали, исполнительное производство подлежит приостановлению с даты вынесения определения о введении наблюдения и вынесения отдельного судебного акта по данному вопросу не требуется, в силу чего оснований для отказа в регистрационных действиях, по мнению заявителей, не имелось.

Обосновывая позицию по делу, заявители ссылались на положения пункта 1 статьи 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве) и разъяснения, данные в пунктах 6 и 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 59 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона „Об исполнительном производстве“ в случае возбуждения дела о банкротстве».

Суды первой и апелляционной инстанций, установив, что договор купли-продажи заключен в надлежащей форме, заявление на регистрацию представлено в установленной законом форме, к заявлению представлены все необходимые документы, согласились с доводами заявителей, указав, что постановление судебного пристава от 22.07.2020 само по себе вынесено с нарушением закона и превышением полномочий и в отсутствии сведений о судебном запрете, наличие постановления от 22.07.2020, принятого в рамках приостановленного исполнительного производства, значения не имело, оснований для отказа в регистрационных действиях у заинтересованного лица не имелось.

Между тем судами первой и апелляционной инстанции не учтено следующее.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. № 59 N «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона „Об исполнительном производстве“, в соответствии с абзацем четвертым пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве с даты вынесения судом определения о введении наблюдения снимаются аресты на имущество должника и иные ограничения в части распоряжения имуществом должника, наложенные в ходе исполнительного производства по имущественным взысканиям, за исключением случаев, названных в этой норме. Судам необходимо учитывать, что в силу указанной нормы снимаются аресты и иные ограничения, наложенные в ходе исполнительного производства судебными приставами-исполнителями, а также судами в обеспечение исполнения судебных актов. Принятые судами меры (в виде арестов и иных ограничений по распоряжению имуществом должника), направленные на обеспечение иска, сохраняются.»

В системе действующего правового регулирования для разрешения вопросов, связанных с несостоятельностью (банкротством), но являющихся предметом иного отраслевого законодательства, указанная норма должна применяться во взаимосвязи с требованиями такого законодательства.

Частью 1 статьи 96 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее — Закона об исполнительном производстве) установлено, что на основании определения арбитражного суда о введении процедур наблюдения, финансового оздоровления или внешнего управления судебный пристав-исполнитель приостанавливает исполнение исполнительных документов по имущественным взысканиям, за исключением исполнительных документов, выданных на основании вступивших в законную силу до даты введения указанных процедур судебных актов или являющихся судебными актами, о выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, а также о взыскании задолженности по текущим платежам и исполнительных документов о взыскании задолженности по заработной плате.

На основании части 2 статьи 96 Закона об исполнительном производстве при приостановлении исполнительного производства судебный пристав-исполнитель снимает аресты с имущества должника и иные ограничения по распоряжению этим имуществом, наложенные в ходе исполнительного производства.

В данном деле суды пришли к выводу, что определение арбитражного суда о введении процедуры наблюдения само по себе является актом, отменяющим ранее наложенный арест, и заключили, что исполнительное производство является приостановленным, а сами ограничения, введенные судебным приставом, не имеют правого значения для регистрирующего органа при наличии сведений о введении наблюдения в отношении общества.

Между тем, материалы дела не содержат доказательств того, что исполнительное производство № 78256/20/7755-ИП от 22.06.2020 было приостановлено, запрет, объявленный судебным приставом на совершение регистрационных действий по внесению данных должника в ЕГРЮЛ постановлением от 22.07.2020, был снят в установленном законом порядке.

Согласно пункту 1 статьи 6 Закона об исполнительном производстве законные требования судебного пристава-исполнителя обязательны для всех государственных органов, органов местного самоуправления, граждан и организаций и подлежат неукоснительному выполнению на всей территории Российской Федерации.

Вопреки позиции заявителя по делу, положения Закона о государственной регистрации не устанавливают полномочий регистрирующего органа самостоятельно принимать решение о снятии запрета на совершение регистрационных действий либо отменять постановление судебного пристава-исполнителя о наложении ареста.

Необходимость обращения непосредственно к органу или должностному лицу, уполномоченным на снятие ареста на имущество должника и иных ограничений по распоряжению имуществом, обусловлена не только смысловым содержанием указанных положений Закона о банкротстве, но и соблюдением требований иных законов, при применении которых был наложен арест на имущество должника.

В ввиду наличия в регистрирующем органе акта судебного пристава-исполнителя, содержащего запрет на совершение регистрирующим органом определенных регистрационных действий, решение инспекции от 11.01.2022 № 558234 об отказе в государственной регистрации сведений, вносимых в ЕГРЮЛ в отношении общества является законным.

1.8. Суд согласился с позицией регистрирующего органа о том, что что продление установленного участниками общества или органом, принявшим решение о ликвидации общества, срока ликвидации общества, даже если он был менее года, возможно только в судебном порядке. При этом суд отметил, что предусмотренное статьей 57 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» требование о внесении регистрирующим органом в ЕГРЮЛ сведений об истечении срока ликвидации общества, установленного его участниками или органом, принявшим решение о ликвидации общества, свидетельствует о том, что право данных лиц на определение периода ликвидации носит однократный характер. Регистрирующий орган не наделен полномочиями на внесение в ЕГРЮЛ сведений о принятом во внесудебном порядке решении о продлении срока ликвидации общества с ограниченной ответственностью.

По делу № А26-9419/2022 ликвидатор общества Ш.М.В. обратился в арбитражный суд с заявлением к Управлению о признании незаконным решения Управления от 15.08.2022 № 3567А и возложении на ответчика обязанности зарегистрировать ликвидацию Общества в Едином государственном реестре юридических лиц решения от 11.12.2020 № 25305А.

Суд не нашел оснований для удовлетворения заявления.

27.12.2021 Ш.М.В. приняла решение о ликвидации Общества и возложила обязанности ликвидатора на себя.

29.12.2021 в регистрирующий орган поступило заявление (уведомление) Ш.М.В. о ликвидации Общества, на основании этого заявления 13.01.2022 в ЕГРЮЛ внесена запись за номером 2221000005763.

Порядок ликвидации обществ с ограниченной ответственностью определен в статье 57 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В соответствии с названной нормой срок ликвидации общества, установленный его участниками или органом, принявшим решение о ликвидации общества, не может превышать один год, а в случае, если ликвидация общества не может быть завершена в указанный срок, этот срок может быть продлен в судебном порядке, но не более чем на шесть месяцев (пункт 6). В случае отмены участниками общества или органом, принявшим решение о ликвидации общества, ранее принятого решения о ликвидации общества либо истечения срока, указанного в пункте 6 настоящей статьи, повторное принятие решения о добровольной ликвидации данного общества возможно не ранее чем по истечении шести месяцев со дня внесения сведений об этом в единый государственный реестр юридических лиц (пункт 7).

Как следует из материалов дела, решением участника Общества от 27.12.2021 срок ликвидации был установлен в шесть месяцев, то есть до 30.06.2022.

07.07.2022 в ЕГРЮЛ внесена запись за номером 2221000772287 о принятом регистрирующим органом решении о государственной регистрации истечения срока ликвидации Общества.

08.08.2022 в регистрирующий орган поступило заявление (уведомление) Ш.М.В. (направлено почтой 05.08.2022) с приложением решения от 28.07.2022 о продлении срока ликвидации Общества до 1 года (до 27.12.2022) и ликвидационного баланса.

Подпунктом «х» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» предусмотрено, что отказ в государственной регистрации допускается в случае несоблюдения установленного законодательством Российской Федерации порядка проведения процедуры ликвидации или реорганизации юридического лица, а также иных требований, установленных данным Федеральным законом в качестве обязательных для осуществления государственной регистрации.

Основываясь на названной норме и указав, что Обществом не соблюден порядок проведения ликвидации, поскольку срок ликвидации установлен до 30.06.2022 и в судебном порядке данный срок не продлевался, Управление вынесло оспариваемое решение, которым отказало в государственной регистрации по заявлению, поступившему 08.08.2022.

Разногласия сторон возникли в результате различного толкования положений пунктов 6 и 7 статьи 57 Федерального закона 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Так, заявитель считает, что примененная в названной норме формулировка «не может превышать один год» свидетельствует о праве участников общества или органа, принявшего решение о ликвидации общества, по своему усмотрению неоднократно изменять ранее принятое решение о сроке ликвидации, лишь бы эти сроки в совокупности не превышали один год. Судебное же продление такого срока возможно только в тех случаях, когда ликвидация общества не состоялась в течение года.

В свою очередь, регистрирующий орган считает, что продление установленного участниками общества или органом, принявшим решение о ликвидации общества, срока ликвидации общества, даже если он был менее года, возможно только в судебном порядке.

Исходя из буквального толкования спорных законоположений суд соглашается с позицией ответчика, поскольку предусмотренное требование о внесении регистрирующим органом в ЕГРЮЛ сведений об истечении срока ликвидации общества, установленного его участниками или органом, принявшим решение о ликвидации общества, свидетельствует о том, что право данных лиц на определение периода ликвидации носит однократный характер. Регистрирующий орган не наделен полномочиями на внесение в ЕГРЮЛ сведений о принятом во внесудебном порядке решении о продлении срока ликвидации общества с ограниченной ответственностью.

С учетом изложенного, суд посчитал, что у регистрирующего органа отсутствовали основания для проведения государственной регистрации по заявлению ликвидатора Общества от 08.08.2022.

2. Споры о признании недействительными решений о государственной регистрации юридического лица и индивидуального предпринимателя.

2.1. С учетом конкретных обстоятельств дела суды апелляционной и кассационной инстанций заключили, что регистрирующий орган, внося в ЕГРЮЛ запись о переходе доли в уставном капитале общества, действовал в пределах полномочий, предоставленных ему Федеральным законом от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», при отсутствии в момент совершения записи судебных запретов, в связи с чем основания для признания оспариваемой записи незаконной отсутствуют.

По делу № А76-2834/2022 Б.Д.Ю. обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к инспекции о признании незаконными действий по внесению в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) записи за ГРН 2217400961424 от 29.12.2021, об обязании регистрирующего органа устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем внесения в ЕГРЮЛ записи о признании недействительной записи за ГРН 2217400961424 от 29.12.2021.

Решением суда от 16.06.2022 исковые требования удовлетворены, оспариваемые действия инспекции по внесению в ЕГРЮЛ записи за ГРН 2217400961424 от 29.12.2021 признаны недействительными. Суд обязал регистрирующий орган внести в ЕГРЮЛ запись о недействительности записи за ГРН 2217400961424 от 29.12.2021.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2022 решение суда отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе заявитель просил постановление апелляционного суда отменить, решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

Судами установлено и из материалов дела следует, что Б.Д.Ю. 28.12.2021 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с иском о понуждении к заключению договора купли-продажи доли в уставном капитале общества, делу присвоен номер № А76-45827/2021.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 29.12.2021 по делу № А76-45827/2021 по ходатайству заявителя приняты обеспечительные меры в виде запрета ООО «У.» совершать распорядительные действия в отношении доли в размере 50% в уставном капитале общества; обществу запрещено производить действия, направленные на его реорганизацию в любой форме, на изменение размера уставного капитала, а также ввода в свой состав новых участников; регистрирующему органу запрещено совершать любые регистрационные действия в отношении 50% доли в уставном капитале общества, принадлежащей ООО «У.», а также регистрационные действия, связанные с реорганизацией общества, с любыми изменениями размера уставного капитала общества, а также вхождением в состав общества новых участников.

Инспекцией 29.12.2021 в отношении общества в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 2217400961424, в соответствии с которой ООО «У.» становится участником общества с долей в уставном капитале в размере 0,01%, а также ООО «Т.» становится участником общества с долей в уставном капитале в размере 99,99%.

Удовлетворяя требования заявителя, суд первой инстанции руководствовался тем, что оспоренная запись внесена регистрирующим органом в нарушение установленного судебного запрета.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявленных требований, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой записи в ЕГРЮЛ незаконной.

Судами установлено, что 29.12.2021 в регистрирующий орган поступил комплект документов (входящие номера 46687А и 46711А) о внесении изменений в ЕГРЮЛ в отношении общества, заявителем выступил нотариус. Данные изменения касались продажи доли в уставном капитале названного общества в размере 99,9% третьему лицу — ООО «Т.».

Поскольку документы оформлены в соответствии с требованиями действующего законодательства, оснований для отказа в регистрации изменений не имелось, налоговым органом принято решение о внесении изменений в ЕГРЮЛ, 29.12.2021 внесена запись в ЕГРЮЛ за ГРН 2217400961424.

Судом апелляционной инстанции верно отмечено, что на момент принятия судом определения Арбитражного суда Челябинской области от 29.12.2021 по делу № А76-45827/2021 о принятии обеспечительных мер запись в ЕГРЮЛ за ГРН 2217400961424 о том, что ООО «У.» принадлежит доля в уставном капитале общества в размере 0,01%, а ООО «Т.» — в размере 99,99%, уже существовала, что прямо следует из текста данного определения, где на странице 5 указано, что участниками общества являются 2 лица — ООО «Т.» и ООО «У».

С учетом изложенного апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что в рассматриваемом случае регистрирующий орган, внося в ЕГРЮЛ 29.12.2021 запись за ГРН 217400961424, действовал в пределах полномочий, предоставленных ему Федеральным законом от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», при отсутствии в момент совершения записи судебных запретов, в связи с чем основания для признания оспариваемой записи незаконной отсутствуют.

2.2. Отказывая в удовлетворении заявления Компании, суды исходили из представления Инспекцией в материалы дела доказательств соблюдения установленной законом процедуры ликвидации юридического лица и отсутствия сведений о возбуждении в отношении Общества дела о банкротстве либо иных судебных дел, а также исполнительных производств. При этом суды приняли во внимание непредставление Компанией в материалы дела доказательств направления своих требований ликвидатору Общества в установленный срок.

По делу № А56-1556/2022 Компания обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании незаконными действий Инспекции по внесению 01.12.2021 в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) записи о ликвидации Общество и обязании Инспекции погасить запись об исключении Общества из ЕГРЮЛ.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.05.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 данное решение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просила отменить решение от 24.05.2022 и постановление от 20.10.2022, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

Как следует из материалов дела, 09.07.2021 единственным участником Общества принято решение о его ликвидации, ликвидатором назначен Р.Г.Н.

На основании представленного пакета документов Инспекцией 16.07.2021 в отношении Общества внесена в ЕГРЮЛ запись о формировании ликвидационной комиссии и назначении ликвидатора.

Сведения о принятии решения о ликвидации Общества и сроке для заявления требований кредиторов опубликованы 28.07.2021 в журнале «Вестник государственной регистрации» № 29 (848).

18.10.2021 в ЕГРЮЛ внесена запись о составлении промежуточного ликвидационного баланса юридического лица.

После представления ликвидационного баланса, утвержденного решением единственного участника Общества, 01.12.2021 Инспекцией в ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации Общества.

Компания, ссылаясь на наличие у Общества задолженности перед ней в размере 25 000 руб. по договору аренды от 01.10.2020 № 041-20 нежилого помещения площадью 8 кв. м, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Свердловская наб., д. 58, лит. А, пом. 4-Н, заключенному на срок с 01.01.2020 по 31.08.2021, и невключение указанной задолженности в промежуточный ликвидационный баланс, обратилась в арбитражный суд с заявлением по настоящему делу.

Порядок ликвидации юридического лица установлен статьями 61 - 64.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 62 ГК РФ учредители (участники) юридического лица или орган, принявшие решение о ликвидации юридического лица, в течение трех рабочих дней после даты принятия данного решения обязаны сообщить в письменной форме об этом в уполномоченный государственный орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, для внесения в ЕГРЮЛ записи о том, что юридическое лицо находится в процессе ликвидации, а также опубликовать сведения о принятии данного решения в порядке, установленном законом.

В пунктах 3, 4 статьи 62 ГК РФ установлено, что учредители (участники) юридического лица или орган, принявшие решение о ликвидации юридического лица, назначают ликвидационную комиссию (ликвидатора) и устанавливают порядок и сроки ликвидации в соответствии с законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 63 ГК РФ ликвидационная комиссия опубликовывает в средствах массовой информации, в которых опубликовываются данные о государственной регистрации юридического лица, сообщение о его ликвидации и о порядке и сроке заявления требований его кредиторами. Этот срок не может быть менее двух месяцев с момента опубликования сообщения о ликвидации.

После окончания срока предъявления требований кредиторами ликвидационная комиссия составляет промежуточный ликвидационный баланс, который утверждается учредителями (участниками) юридического лица и содержит сведения о составе имущества ликвидируемого юридического лица, перечне требований, предъявленных кредиторами, результатах их рассмотрения, а также о перечне требований, удовлетворенных вступившим в законную силу решением суда, независимо от того, были ли такие требования приняты ликвидационной комиссией (пункт 2 статьи 63 ГК РФ).

Согласно пункту 6 статьи 63 ГК РФ после завершения расчетов с кредиторами ликвидационная комиссия составляет ликвидационный баланс, который утверждается учредителями (участниками) юридического лица или органом, принявшими решение о ликвидации юридического лица.

Из приведенных норм следует, что процедура ликвидации и порядок удовлетворения требований кредиторов предусматривают необходимость обращения кредитора в срок, установленный в публикации о начале процедуры ликвидации организации, с требованием к ликвидационной комиссии (ликвидатору) ликвидируемого юридического лица, а при отказе в удовлетворении требования — оспаривание такого отказа в суд.

Согласно пункту 1 статьи 21 Федерального закона от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» для государственной регистрации в связи с ликвидацией юридического лица в регистрирующий орган представляются документы: подписанное заявителем заявление о государственной регистрации по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, в котором подтверждается, что соблюден установленный федеральным законом порядок ликвидации юридического лица, расчеты с его кредиторами завершены и вопросы ликвидации юридического лица согласованы с соответствующими государственными органами и (или) муниципальными органами в установленных федеральным законом случаях; ликвидационный баланс.

Отказывая в удовлетворении заявления Компании, суды правомерно исходили из представления Инспекцией в материалы дела доказательств соблюдения установленной законом процедуры ликвидации юридического лица и отсутствия сведений о возбуждении в отношении Общества дела о банкротстве либо иных судебных дел, а также исполнительных производств. При этом суды обоснованно приняли во внимание непредставление Компанией в материалы дела доказательств направления своих требований ликвидатору Общества в установленный срок.

2.3. Оценив представленные в дело доказательства, суд апелляционной инстанции, с которым согласился суд округа, пришел к выводу, что проверка достоверности, включенных в ЕГРЮЛ сведений о руководителе Общества, проводилась формально, в связи с чем действия Инспекции по внесению в ЕГРЮЛ записи о недостоверности соответствующих сведений признаны незаконными. Суды также отметили, что в нарушение положений пункта 6 статьи 11 Федерального закона от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» регистрирующим органом не представлены доказательства направления уведомления о недостоверности по адресу электронной почты, несмотря на наличие таких сведений об Обществе в ЕГРЮЛ.

По делу № А65-11707/2022 общество обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением, в частности, к Инспекции о признании незаконными действий Инспекции по внесению в ЕГРЮЛ записи за ГРН 2211601495939 от 20.12.2021 г. о недостоверности сведений о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени общества, А.Д.А.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 5 июля 2022 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 октября 2022 года решение Арбитражного суда Республики Татарстан отменено. Требования общества удовлетворены.

Не согласившись с постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции, Инспекция обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просила отменить постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 октября 2022 года, а решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 5 июля 2022 года оставить в силе.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

Как следует из материалов дела, в журнале работы с недостоверными сведениями содержится заявление заинтересованного лица (ИФНС) о недостоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, по форме № Р34002 в отношении сведений, касающихся исполнительного органа юридического лица общества — А.Д.А.

Регистрирующим органом в соответствии с пунктом 6 статьи 11 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) в адрес общества, а также в адрес единственного участника и руководителя общества направлены уведомления о необходимости в течение 30 дней с момента направления настоящего уведомления представить документы, подтверждающие достоверность содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о руководителе общества — А.Д.А.

В связи с непредставлением в указанные сроки обществом сведений или документов, свидетельствующих о достоверности сведений об исполнительном органе, 20.12.2021 регистрирующим органом в ЕГРЮЛ за ГРН 2211601495939 внесена запись о недостоверности сведений об исполнительном органе общества — А.Д.А.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований общества, исходил из того, что обществом не приняты надлежащие меры к получению адресованной ему почтовой корреспонденции, в связи с чем суд пришел к выводу о законности оспариваемых действий

Исходя из норм Закона № 129-ФЗ направлению уведомления о недостоверности в адрес юридического лица, его участников и руководителя должна предшествовать проверка достоверности сведений ЕГРЮЛ, проводимая регистрирующим органом.

Суд апелляционной инстанции, оценив представленные в дело доказательства, пришел к выводу, что такая проверка проводилась формально. Действия регистрирующего органа заключались к направлению в адрес юридического лица уведомления о необходимости представления достоверных сведений о руководителе общества. Неявка директора и непредставление в установленный срок запрошенных сведений сами по себе не свидетельствуют о недостоверности сведений о нем как директоре (как о лице, имеющим право без доверенности действовать от имени общества) и участнике общества.

Как отмечено судом апелляционной инстанции, в нарушение положений пункта 6 статьи 11 Закона № 129-ФЗ регистрирующим органом не представлены доказательства направления уведомления по адресу электронной почты, несмотря на наличие таких сведений об обществе в ЕГРЮЛ.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что неявка директора и неполучение однократного уведомления, которое, к тому же не направлено регистрирующим органом по электронному адресу общества, указанному в ЕГРЮЛ, не является достаточным основанием для внесения записи в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений об А.Д.А., как о директоре и участнике общества.

Суд апелляционной инстанции установил, что А.Д.А. является действительным директором общества. Так, в материалы дела представлены документы, подтверждающие фактическое руководство со стороны А.Д.А. обществом, а именно: копии различных договоров, актов и т.п.

Таким образом, суд апелляционной инстанции правомерно удовлетворил требования общества.

2.4. Доводы инспекции о наличии у организации признаков «фирмы-однодневки» и о несоблюдении обществом требований налогового законодательства (непредставление отчетности) признаны судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку они не имеют отношения к предмету спора, связанного с достоверностью адреса юридического лица: выявленные нарушения требований налогового законодательства являются основанием для привлечения налогоплательщика к налоговой ответственности и сами по себе не могут являться основанием для внесения в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений.

По делу № А34-15448/2021 Общество обратилось в Арбитражный суд Курганской области с заявлением о признании незаконными действий Инспекции по внесению в Единый государственный реестр юридических лиц записи за государственным регистрационным номером 2214500093960 от 23.07.2021 о недостоверности сведений об адресе юридического лица; об обязании исключить из Единого государственного реестра юридических лиц записи за государственным регистрационным номером 2214500093960 от 23.07.2021 о недостоверности сведений об адресе юридического лица.

Решением Арбитражного суда Курганской области от 01.09.2022 по делу № А34-15448/2021 иск удовлетворен.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Управление обратилось в апелляционный суд с жалобой, в которой просил отменить решение, в удовлетворении исковых требований отказать полностью.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Курганской области от 24.08.2020 (резолютивная часть от 18.08.2020) по делу № А34-954/2020 15.08.2019, общество обратилось в Инспекцию с заявлением об изменении сведений об адресе по форме № Р13001.

22.08.2019 года регистрирующим органом принято решение № 5330А о приостановлении государственной регистрации для проверки достоверности сведений, включаемых в единый государственный реестр юридических лиц.

20.09.2019 регистрирующим органом принято решение № 5330А об отказе в государственной регистрации.

В рамках дела № А34-954/2020 заявление Общества судом удовлетворено, признано незаконным решение Инспекции № 5330А об отказе в государственной регистрации.

18.11.2020 регистрирующим органом в Единый реестр юридических лиц внесена запись 2204500163184 о регистрации Общества адресу: 640014, Курганская область, г. Курган, ул. 9 мая, д. 43, офис 6.

23.07.2021 в ЕГРЮЛ в отношении адреса внесена запись о недостоверности сведений об адресе юридического лица за государственным регистрационным номером 2214500093960.

Апелляционный суд считает, что представленные в дело документальные доказательства и свидетельские показания, а также тот факт, что осмотр в настоящем случае проводился однократно, подтверждают правильность вывода суда о том, что в материалы дела представлены доказательства, опровергающие результаты проверочных мероприятий, результаты осмотра объекта достоверно не свидетельствуют о фактическом отсутствии постоянно действующего исполнительного органа общества по указанному адресу.

Правильность выводов суда подтверждается тем, что направляемые судом копии судебных актов общество получает по адресу; согласно общедоступному сервису «Картотека арбитражных дел» общество является участником судебных дел, принимает участие в судебных заседаниях; руководитель общества Б.А.К., допрошенный в качестве свидетеля, подтвердил нахождение организации по юридическому адресу, вместе с тем указал, что в период пандемии сотрудники постоянно там не находились. Организация является действующей.

Доводы Инспекции о наличии у организации признаков «фирмы-однодневки» и о несоблюдении обществом требований налогового законодательства (непредставление отчетности), не имеют отношения к предмету спора, связанного с достоверностью адреса юридического лица: выявленные нарушения требований налогового законодательства являются основанием для привлечения налогоплательщика к налоговой ответственности и сами по себе не могут являться основанием для внесения в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений.

Более того, регистрирующим органом не представлено каких-либо решений по результатам налоговых проверок Обществом, либо его контрагентов, вынесенных в порядке, установленном Налоговым кодексом Российской Федерации и подтверждающих, что вся деятельность Общества была направлена на создание формального документооборота в целях получение необоснованной налоговой выгоды.

2.5. Принимая во внимание судебные акты судов общей юрисдикции и арбитражных судов, осведомленность регистрирующего органа на момент внесения оспариваемых сведений в ЕГРЮЛ об обстоятельствах рассмотрения судами соответствующих дел, учитывая наличие корпоративного конфликта, отсутствие доказательств номинальности участника Общества физического лица, а также доказательств соблюдения Инспекцией порядка проверки недостоверности сведений в отношении участника Общества физического лица, суды апелляционной и кассационной инстанций заключили, что спорная запись о номинальности участника Общества физического лица недостоверна и опровергается материалами дела, в связи с чем действия Инспекции по внесению соответствующей записи в ЕГРЮЛ являются незаконными.

По делу № А46-8544/2022 Е.Е.Н. обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании незаконными действий Инспекции по внесению 11.10.2021 записи о недостоверности сведений в отношении участника Общества Е.Е.Н.

Решением от 11.10.2022 Арбитражного суда Омской области в удовлетворении заявленного требования отказано.

Постановлением от 19.01.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда решение суда первой инстанции отменено, принят новый судебный акт об удовлетворении заявленного требования.

В кассационной жалобе Общество, ссылаясь на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, просило постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены принятого по делу постановления суда апелляционной инстанции.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано 28.03.2005, его уставный капитал составлял 30 000 руб., единственным участником и генеральным директором являлся К.Г.Н.

17.05.2018 единственным участником Общества было принято решение принять в Общество Е.Е.Н., увеличить уставный капитал до 50 000 руб. за счет вклада Е.Е.Н., который вносится в виде 20 000 руб. в уставный капитал Общества, изменить размер долей участников Общества, доли распределить следующим образом: К.Г.Н. — 30 000 руб., что соответствует 60% долей в уставном капитале Общества; Е.Е.Н. — 20 000 руб., что соответствует 40% долей в уставном капитале Общества; утвердить лист изменений № 3 к Уставу Общества.

28.04.2021 в регистрирующий орган от генерального директора Общества К.Г.Н. поступило заявление о признании «номинальным» участником Общества Е.Е.Н.

Инспекцией направлено поручение МИФНС по факту возможного «номинального» участия Е.Е.Н. в деятельности Общества.

В ответ на вышеуказанное поручение из МИФНС поступил протокол опроса Е.Е.Н. от 26.05.2021, в котором последний пояснил, что является «номинальным» учредителем Общества, в состав участников Общества вошел по просьбе директора К.Г.Н., на вопросы о видах деятельности и местонахождении организации ответить не смог.

26.08.2021 в адрес Общества, его руководителя К.Г.Н. и участника Е.Е.Н. регистрирующим органом направлены уведомления о необходимости представления достоверных сведений об учредителе (участнике) Общества — Е.Е.Н., или документов, свидетельствующих о достоверности сведений, в отношении которых регистрирующим органом направлено уведомление.

Уведомления получены Обществом и К.Г.Н.

Уведомление, адресованное Е.Е.Н., ввиду неудачной попытки вручения и истечении срока хранения возвращено отправителю 08.10.2021 (почтовый идентификатор 80098763022205).

11.10.2021 в связи с непредставлением в регистрирующий орган документов, опровергающих недостоверность сведений в отношении учредителя (участника) Общества Е.Е.Н., Инспекцией в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений об учредителе (участнике) Общества Е.Е.Н.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что запись о недостоверности сведений об учредителе (участнике) Общества Е.Е.Н. внесена законно и обоснованно, в соответствии с действующим законодательством о государственной регистрации юридических лиц.

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя заявленное требование, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии в рассматриваемом случае совокупности условий, необходимых для удовлетворения заявленного Е.Е.Н. требования.

Из материалов дела следует, что основанием для внесения в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений об учредителе (участнике) Общества Е.Е.Н. явилось заявление К.Г.Н. о признании «номинальным» участником Общества Е.Е.Н. и непредставление документов, свидетельствующих о достоверности спорных сведений.

Между тем, судом апелляционной инстанции установлено, что на основании решения единственного участника Общества от 17.05.2018 в Общество принят Е.Е.Н.; принятие Е.Е.Н. в участники Общества привело к увеличению капитала Общества за счет внесения Е.Е.Н. вклада в виде 20 000 руб.

Решение единственного участника Общества от 17.05.2018, а также обстоятельства его принятия были предметом рассмотрения Первомайского районного суда г. Омска (дело № 2-146/2021), а также арбитражных судов (дело № А46-19478/2020).

В рамках рассмотрения дела № А46-19478/2020 суд апелляционной инстанции констатировал недоказанность того обстоятельства, что Е.Е.Н. не имел намерений стать реальным участником Общества, признав, что сделка была направлена на создание правовых последствий, на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания недействительным решения единственного участника Общества от 17.05.2018 о принятии Е.Е.Н. в Общество.

Названные обстоятельства свидетельствуют о том, что Е.Е.Н. с даты принятия его в участники Общества является реальным его участником.

В свою очередь, участником Общества К.Г.Н. не указаны обстоятельства, подтверждающие недостоверность сведений об участнике Общества Е.Е.Н., что, в частности, отражено в ответе Инспекции на заявление К.Г.Н. от 27.04.2021.

Пояснения Е.Е.Н., содержащиеся в протоколе опроса от 26.05.2021, вопреки доводам Общества, не могут нивелировать установленные судебными актами по вышеприведенным делам обстоятельства реальности сделки по увеличению уставного капитала Общества и включения Е.Е.Н. в состав его участников.

В рассматриваемом случае с учетом наличия корпоративного конфликта действия Общества и К.Г.Н. по инициированию проверки достоверности сведений в отношении участника Общества Е.Е.Н. расценены судом апелляционной инстанции как попытка исключить из состава участников Общества Е.Е.Н. в административном порядке.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения сторон, суд апелляционной инстанции, принимая во внимание судебные акты судов общей юрисдикции и арбитражных судов по делам № 2-146/2021, № А46-19478/2020, осведомленность регистрирующего органа на момент внесения оспариваемых сведений в ЕГРЮЛ об обстоятельствах рассмотрения судами названных дел, учитывая наличие корпоративного конфликта, отсутствие доказательств номинальности участника Общества Е.Е.Н., а также доказательств соблюдения Инспекцией порядка проверки недостоверности сведений в отношении участника Общества Е.Е.Н., пришел к выводу о том, что спорная запись о номинальности участника Общества Е.Е.Н. недостоверна и опровергается материалами дела, в связи с чем действия Инспекции по внесению соответствующей записи в ЕГРЮЛ являются незаконными, нарушают права и законные интересы заявителя.

3. Иные споры с участием регистрирующих органов.

3.1. Ссылки ответчика и суда апелляционной инстанции на применение в спорном фирменном наименовании товарного знака по определенному свидетельству признаны судом кассационной инстанции несостоятельными, поскольку наличие регистрации товарного знака по свидетельству само по себе не исключает вывод о противоречии фирменного наименования ответчика требованиям пункта 5 статьи 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По делу № А40-288364/21 инспекция обратилась в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к обществу «Клиника челюстно-лицевой хирургии и стоматологии Росдент-ЧЛХ» (далее — общество) об обязании изменить фирменное наименование и привести фирменное наименование в соответствие со статьей 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2022, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, уполномоченный орган обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой.

Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения жалобы.

Как следует из материалов дела, общество «Клиника челюстно-лицевой хирургии и стоматологии Росдент-ЧЛХ» зарегистрировано в качестве юридического лица 23.01.2003.

Полагая, что использование фирменного наименования общества «Клиника челюстно-лицевой хирургии и стоматологии Росдент-ЧЛХ» влечет за собой ввод в заблуждение потенциальных потребителей услуг такой коммерческой организации в отношении содержания, качества предоставляемых услуг и принадлежности такой организации к федеральным органам исполнительной власти, органам государственной власти субъектов Российской Федерации и органам местного самоуправления, уполномоченный орган обратился в суд с настоящими исковыми требованиями.

Оценив доводы и возражения сторон в совокупности с представленными доказательствами, руководствуясь статьями 54, 1473 ГК РФ, установив, что ответчик зарегистрирован 23.01.2003, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что фирменное наименование ответчика не представляет собой устойчивое общеизвестное буквенное сочетание и не является производным от слов «Российская Федерация» и «Россия».

Суд первой инстанции также указал на то, что фирменное наименование ответчика не влечет за собой ввод в заблуждение потенциальных потребителей услуг такой коммерческой организации в отношении содержания, качества предоставляемых услуг и принадлежности такой организации к федеральным органам исполнительной власти, органам государственной власти субъектов Российской Федерации и органам местного самоуправления, поскольку в нем отсутствуют слова «Россия», «российский».

При таких выводах, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требования.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, оставив обжалуемое решение без изменения.

При этом суд апелляционной инстанции установил, что на сайте клиники www.rosdeNt.ru.com, РОСДЕНТ-ЧЛХ указано — что они являются частной медицинской клиникой, не имеющей отношения к государству — они предоставляют медицинскую помощь по специализации «стоматология и челюстно-лицевая хирургия», что полностью совпадает с расшифровкой аббревиатуры фирменного названия: «РОС — Русская Общая Стоматология, ДЕНТ — зуб, ЧЛХ — челюстно-лицевая хирургия»; Название клиники РОСДЕНТ-ЧЛХ не содержит корень Росс и является буквенной аббревиатурой.

Кроме того принимая во внимание, что ответчик является правообладателем исключительного права на товарный знак (знак обслуживания) «РОСДЕНТ» по свидетельству Российской Федерации № 33954, суд апелляционной инстанции указал на то, что факт государственной регистрации товарного знака, свидетельствует о том, что уполномоченным государственным органом, выражена позиция о том, что торговая марка «РОСДЕНТ» не включает, не воспроизводит, не имитирует какое-либо официальное наименование и в том числе не является производным от слова «Россия», «Российская Федерация», «Российский».

Пунктом 1 статьи 1474 ГК РФ предусмотрено, что юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках.

Вместе с тем, как отмечено в пункте 4 статьи 1473 ГК РФ, включение в фирменное наименование юридического лица официального наименования Российская Федерация или Россия, а также слов, производных от этого наименования, допускается по разрешению, выдаваемому в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

В случае отзыва разрешения на включение в фирменное наименование юридического лица официального наименования Российская Федерация или Россия, а также слов, производных от этого наименования, юридическое лицо в течение трех месяцев обязано внести соответствующие изменения в свои учредительные документы.

Таким образом, в случае отсутствия разрешения юридическое лицо не вправе использовать в своем фирменном наименовании слова, производные от слов «Российская Федерация» или «Россия».

Пунктом 5 статьи 1473 ГК РФ прямо предусмотрено последствие несоответствия фирменного наименования юридического лица законодательству, а именно, право органа, осуществляющего государственную регистрацию юридических лиц, предъявлять иски о понуждении к изменению фирменного наименования.

Суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанции о том, что словесный элемент «рос» в слове «РОСДЕНТ» не имеет очевидного толкования как производный от «Россия» или «Российская Федерация».

Как разъяснено в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», под словами, производными от официального наименования «Российская Федерация» или «Россия», в смысле абзаца восьмого пункта 4 статьи 1473 ГК РФ следует понимать в том числе слово «российский» (и производные от него) как на русском языке, так и на иностранных языках в русской транскрипции, но не слово «русский» (и производные от него).

В данном случае, обращаясь с заявленными требованиями уполномоченный орган указывал на то, что содержащееся в фирменном наименовании ответчика сокращение «РОС» представляет собой устойчивое общеизвестное буквенное сочетание, производное от слов «Российский», «Россия» и вызывает у потребителя стойкую ассоциацию об участии государства в деятельности организации либо об особой значимости такой деятельности для государственных интересов.

Между тем, суды указав на то, что фирменное наименование ответчика не представляет собой устойчивое общеизвестное буквенное сочетание и не является производным от «Российская Федерация», «Россия» не приняли во внимание что словесный элемент «РОСДЕНТ» фирменного наименования ответчика включает в себя сокращение «РОС».

При этом судебная коллегия обращает внимание на то, что сокращение «РОС» чаще всего используется в наименованиях организаций, в которых Российская Федерация является участником, либо в наименованиях организаций, осуществляющих государственные функции либо особо значимую деятельность для государственных интересов, например, Росреестр, Роспатент, Роскосмос, Роснано и пр.

Указанная правовая позиция нашла свое отражение в сложившейся практике Суда по интеллектуальным правам по рассмотрению аналогичных споров, в частности в постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 26.12.2017 по делу № А03-21240/2016, от 19.03.2018 по делу № А67-6003/2017, от 17.04.2018 по делу № А68-3513/2017.

При таких обстоятельствах выводы судов первой и апелляционной инстанции об обратном основаны на неверном применении норм права, и как следствие, повлекли собою ошибочные выводы.

Из материалов дела не следует, что у ответчика имеется соответствующее разрешение, выдаваемого в установленном законом порядке.

Также суд кассационной инстанции полагает заслуживающим внимание довод кассационной жалобы об ошибочности вывода апелляционного суда о том, что «РОС» является аббревиатурой словосочетания «Русская общая стоматология».

Как верно указывает уполномоченный орган тот факт, что «РОС» является аббревиатурой словосочетания «Русская общая стоматология» должна быть доведена до сведения потенциальных потребителей путем расшифровки данной аббревиатуры.

Вместе с тем ни в едином государственном реестре юридических лиц, ни в уставе ответчика не содержится расшифровка сокращения «РОС» как «Русская общая стоматология» и то, что данное обозначение является аббревиатурой.

Ссылки ответчика и суда апелляционной инстанции на применение в спорном фирменном наименовании товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 478057 являются несостоятельными в силу следующего.

В соответствии с подпунктами 13 и 14 пункта 1 статьи 1225 ГК РФ фирменное наименование и товарный знак (знак обслуживания) являются самостоятельными объектами интеллектуальной собственности, имеющими целью индивидуализировать в первом случае участника гражданского оборота, во втором — товары и/или услуги, производимые им. Фирменное наименование, включенное в товарный знак или знак обслуживания, охраняется независимо от охраны товарного знака или знака обслуживания (абзац второй пункта 2 статьи 1476).

Между тем на основании абзаца третьего пункта 5 статьи 1473 ГК РФ устанавливается общий запрет на включение в фирменное наименование юридического лица официального наименования Российская Федерация или Россия, а также производных от этого наименования слов при условии отсутствия выданного в установленном порядке разрешения.

Таким образом, вопреки выводу апелляционного суда об обратном, наличие регистрации товарного знака по свидетельству Российской Федерации само по себе не исключает вывод о противоречии фирменного наименования ответчика требованиям пункта 5 статьи 1473 ГК РФ.

В силу изложенного Суд по интеллектуальным правам полагает, что выводы судов основаны на неверном понимании норм права, в связи с чем не могут быть признаны правомерными.

В соответствии с подпунктами 13 и 14 пункта 1 статьи 1225 ГК РФ фирменное наименование и товарный знак (знак обслуживания) являются самостоятельными объектами интеллектуальной собственности, имеющими целью индивидуализировать в первом случае участника гражданского оборота, во втором — товары и/или услуги, производимые им. Фирменное наименование, включенное в товарный знак или знак обслуживания, охраняется независимо от охраны товарного знака или знака обслуживания (абзац второй пункта 2 статьи 1476).

3.2. Включение в фирменное наименование фамилии и инициалов публичного человека вместе со словом «взяточник» расценивается как распространение сведений клеветнического характера, порочащих честь и достоинство другого лица и подрывающих его репутацию, что противоречит нормам гуманности и морали, правовым основам общественного порядка.

По делу № А43-21534/2022 Инспекция обратилась в Арбитражный суд Нижегородской области с иском к обществу «ГЕРЖИКАДВЗЯТОЧНИК» (далее — Общество) о понуждении к изменению фирменного наименования.

Решением от 15.12.2022 Арбитражный суд Нижегородской области удовлетворил иск Инспекции и обязал Общество изменить фирменное наименование на иное фирменное наименование, не включающее полного или сокращенного наименования производного от слов «ГЕРЖИК АД» или «Взяточник», и представить в регистрирующий орган документы для внесения изменений в связи со сменой наименования в срок не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу решения суда по делу.

Не согласившись с принятым по делу решением, Общество и Х.Р.Ф. обратились в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просили принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

07.06.2022 в регистрирующий орган при помощи электронных сервисов, размещенных на официальном сайте ФНС России, поступил комплект документов за № 17419А, подписанный электронно-цифровой подписью заявителя, для государственной регистрации создания Общества.

08.06.2022 регистрирующим органом принято решение о государственной регистрации создания Общества.

После регистрации данного юридического лица регистрирующий орган пришел к выводу, что в наименовании Общества присутствует фамилия и инициалы министра транспорта и дорожной инфраструктуры Московской области (Г.А.Д.), а также слово «взяточник».

Инспекция, посчитав, что фирменное наименование Общества содержит обозначение, оскорбляющее человеческое достоинство, направила единственному участнику и генеральному директору Х.Р.Ф. уведомление № 04-20/008999 от 21.06.2022 с требованием в срок до 20.07.2022 представить в регистрирующий орган документы для приведения наименования юридического лица в соответствие с требованием действующего законодательства.

В установленный срок, данное требование юридическим лицом не исполнено.

Пунктом 1 статьи 1474 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) предусмотрено, что юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках.

Однако, как отмечено в пункте 4 статьи 1473 ГК РФ, в фирменное наименование юридического лица не могут включаться обозначения, противоречащие общественным интересам, а также принципам гуманности и морали.

В Большом энциклопедическом словаре под ред. Прохорова А.М. представлены следующие определения вышеуказанных понятий: гуманность — любовь и внимание к человеку, уважение к человеческой личности: мораль — нравственность, совокупность принципов и норм общепринятого поведения в обществе.

В постатейном комментарии к Гражданскому кодексу под ред. Гришаева С.П. указывается, что под обозначениями, противоречащими общественным интересам, а также принципам гуманности и морали, которые не могут включаться в фирменные наименования, понимаются слова и словосочетания, оскорбляющие человеческое достоинство, разжигающие межнациональную рознь, представляющие собой антигосударственные лозунги, носящие антигуманный характер.

Запрет на включение указанных обозначений в фирменные наименования юридических лиц вызван необходимостью поддержания правопорядка, защиты культурных и моральных ценностей общества. Наряду с этим упомянутое выше положение законодательства служит цели предотвращения недобросовестных действий.

В рассматриваемом случае фирменное наименование Общества содержит обозначение («взяточник»), оскорбляющее человеческое достоинство.

Включение в фирменное наименование фамилии и инициалов публичного человека вместе со словом «взяточник» расценивается как распространение сведений клеветнического характера, порочащих честь и достоинство другого лица и подрывающих его репутацию, что противоречит нормам гуманности и морали, правовым основам общественного порядка.

Кроме того, вышеуказанное фирменное наименование может быть неоднозначно воспринято обществом, что в свою очередь, вводит в заблуждение участников гражданского оборота в отношении содержания и качества предоставляемых услуг, учитывая, что согласно данным ЕГРЮЛ, основным видом деятельности данного юридического лица заявлена «Деятельность по оказанию консультационных и информационных услуг» (63.99.1).

Заявитель не представил допустимых доказательств и пояснений относительно образования буквосочетаний, не представлено отдельное толкование буквосочетаний, ответчик не доказал, что данные части имеют какое-либо смысловое наполнение, которое бы отличалось от оскорбляющих человеческое достоинство конкретного гражданина.

Принимая во внимание вышеизложенное, требования регистрирующего органа основаны на законе, обоснованы и правомерно удовлетворены судом первой инстанции.

3.3. Рассмотрев ходатайство о восстановлении пропущенного срока подачи заявления об оспаривании исключения Общества из ЕГРЮЛ с учетом приведенных в его обоснование доводов о преклонном возрасте заявителя, наличии хронических заболеваний, а также о том, что об исключении Общества заявитель узнала только в марте 2022 года путем получения выписки из ЕГРЮЛ и никаких уведомлений о предстоящем исключении Общества не получала, суды не нашли оснований для его удовлетворения. При этом суды отметили, что заявитель с момента вступления в права наследования длительное время (девять лет) не интересовалась судьбой юридического лица, не исполняла и не пыталась исполнять законно установленные обязанности участника Общества, доверительного управления в отношении доли в уставном капитале Общества на период принятия наследства заявителем не учреждалось. Действуя добросовестно, заявитель должна была узнать о совершении оспариваемых действий.

По делу № А82-5064/2022 Г.А.А. обратилась в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о признании незаконным внесения Инспекцией в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) записи об исключении Общество и обязании Инспекции исключить из реестра сведения о прекращении деятельности Общества. Одновременно Г.А.А. заявила ходатайство о восстановлении срока, установленного для обжалования действий Инспекции.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 02.09.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано в связи с пропуском заявителем срока, установленного для обжалования действий регистрирующего органа.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 13.10.2022 решение суда оставлено без изменения.

Рассмотрев кассационную жалобу, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не нашел правовых оснований для ее удовлетворения.

Как следует из материалов дела и установили суды, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 09.01.2003; единственным учредителем Общества являлся Г.Р.К., который умер 19.07.2012.

Согласно завещанию от 13.08.2009 № 23АА1246990 Г.Р.К. распорядился передать уставный капитал Общества Г.А.А.

Изменения в сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ, в установленном законом порядке внесены не были.

Инспекция, выявив наличие у Общества признаков недействующего юридического лица, а именно непредставление им в течение последних двенадцати месяцев документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, а также отсутствие в течение последних двенадцати месяцев движения денежных средств по банковским счетам, приняла решение от 19.10.2012 № 627 о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ.

Данная информация опубликована регистрирующим органом в журнале «Вестник государственной регистрации» от 24.10.2012 № 42 (400), часть 2.

Ввиду отсутствия заявлений кредиторов и иных заинтересованных лиц, чьи права и законные интересы могли быть затронуты в связи с исключением Общества из ЕГРЮЛ, Инспекция 18.02.2013 внесла в реестр запись № 2137608002651 о прекращении деятельности Общества.

Руководствуясь статьей 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — Кодекс), Арбитражный суд Ярославской области отказал в удовлетворении заявленных требований в связи с пропуском заявителем срока на обжалование действий регистрирующего органа по исключению недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ и отсутствием оснований для восстановления данного срока.

Второй арбитражный апелляционный суд, дополнительно руководствуясь статьями 115, 117 Кодекса, статьей 22 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ), согласился с выводом суда первой инстанции и оставил его решение без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Кодекса граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 198 Кодекса заявление о признании ненормативных правовых актов недействительными, решений и действий (бездействия) незаконными может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

В силу пункта 8 статьи 22 Закона № 129-ФЗ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц может быть обжаловано кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, в течение года со дня, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав.

В части 1 статьи 115 Кодекса установлено, что лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных названным Кодексом или иным федеральным законом либо арбитражным судом.

На основании частей 1 и 2 статьи 117 Кодекса процессуальный срок подлежит восстановлению по ходатайству лица, участвующего в деле, если иное не предусмотрено кодексом. Арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными и если не истекли предусмотренные статьями 259, 276, 291.2, 308.1 и 312 названного Кодекса предельные допустимые сроки для восстановления.

Суды установили, что основанием для принятия решения о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица послужило непредставление им в течение последних 12 месяцев документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, а также отсутствие в течение последних 12 месяцев движения денежных средств по банковским счетам (справки от 15.10.2012 № 879-С, 879-О); сведения о принятом решении опубликованы регистрирующим органом в установленном порядке в журнале «Вестник государственной регистрации» 24.10.2012 и размещены в ЕГРЮЛ; заявления от Общества и возражения иных заинтересованных лиц в трехмесячный срок со дня опубликования решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ в Инспекцию не поступили.

Установленные судами обстоятельства в силу закона являются основанием для исключения юридического лица из ЕГРЮЛ.

С заявлением о признании незаконными действий Инспекции по внесению в ЕГРЮЛ записи об исключении Общества из реестра Г.А.А. обратилась в суд первой инстанции в апреле 2022 года, то есть с пропуском установленного срока.

Рассмотрев ходатайство о восстановлении пропущенного срока подачи заявления с учетом приведенных в его обоснование доводов о преклонном возрасте заявителя, наличии хронических заболеваний, а также о том, что об исключении Общества Г.А.С. узнала только в марте 2022 года путем получения выписки из ЕГРЮЛ и никаких уведомлений о предстоящем исключении Общества не получала, суды не нашли оснований для его удовлетворения. Доказательства наличия уважительных причин пропуска срока заявитель не представил. Обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии у Г.А.А. возможности подать заявление в арбитражный суд до истечения установленного срока, судами не установлены.

При этом суды верно отметили, что Г.А.А. с момента вступления в права наследования длительное время (девять лет) не интересовалась судьбой юридического лица, не исполняла и не пыталась исполнять законно установленные обязанности участника Общества, доверительного управления в отношении доли в уставном капитале Общества на период принятия наследства Г.А.А. не учреждалось. Действуя добросовестно, заявитель должна была узнать о совершении оспариваемых действий.

На основании изложенного, учитывая, что пропуск срока на подачу заявления и отсутствие уважительных причин для его восстановления является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования, суды обоснованно отказали Г.А.А. в удовлетворении заявления.

---