Письмо ФНС России от 30.10.2020 № КВ-4-14/17869@

<О направлении Обзора судебной практики по спорам с участием регистрирующих органов № 3 (2020)>

ПИСЬМО

Федеральная налоговая служба в целях формирования положительной судебной практики направляет «Обзор судебной практики по спорам с участием регистрирующих органов № 3 (2020)» (далее — Обзор).

Управлениям ФНС России по субъектам Российской Федерации довести данное письмо и прилагаемый к нему Обзор до нижестоящих территориальных органов ФНС России для руководства и применения в работе.

1. Споры о признании недействительными решений об отказе в государственной регистрации юридического лица и индивидуального предпринимателя.

1.1. Учитывая, что поступившее в регистрирующий орган Заявление по форме № Р14001 было оформлено с нарушением норм действующего законодательства, суды пришли к выводу о том, что инспекцией правомерно отказано в регистрации заявленных изменений.

По делу № А12-43307/2019 Общество обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области к Инспекции с заявлением о признании незаконным, в частности, решения № 4313521А от 26.07.2019 об отказе в государственной регистрации изменений, не связанных с внесением изменений в учредительные документы юридического лица.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 21 февраля 2020 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Общество не согласилось с решением суда первой инстанции и обратилось в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило решение суда первой инстанции отменить, заявленные требования удовлетворить.

Суд апелляционной инстанции не нашел правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 18 июля 2019 года на заседании Совета директоров Общества принято решение об увольнении генерального директора Общества Т.В.С. и назначении на должность генерального директора Т.А.С.

В целях внесения изменении в ЕГРЮЛ в отношении лица, имеющего право без доверенности действовать от имени общества, Общество 19.07.2019 обратилось в регистрирующий орган с соответствующим заявлением.

По результатам рассмотрения представленных для государственной регистрации документов регистрирующим органом в соответствии с подпунктами «г», «ц» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) вынесено решение № 4313521А от 26.07.2019 об отказе в государственной регистрации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 17 Закона № 129-ФЗ для внесения в единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся сведений о юридическом лице, но не связанных с внесением изменений в учредительные документы юридического лица, в регистрирующий орган представляется подписанное заявителем заявление о внесении изменений в единый государственный реестр юридических лиц по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. В заявлении подтверждается, что вносимые изменения соответствуют установленным законодательством Российской Федерации требованиям и содержащиеся в заявлении сведения достоверны.

В соответствии с абзацем первым пункта 1.2 статьи 9 Закона № 129-ФЗ, необходимые для государственной регистрации заявление, уведомление или сообщение представляются в регистрирующий орган по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, и удостоверяются подписью заявителя, подлинность которой должна быть засвидетельствована в нотариальном порядке.

Порядок свидетельствования подлинности подписи на документе установлен «Основами законодательства Российской Федерации о нотариате» (утв. ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1).

Приказом Минюста России от 27.12.2016 № 313 «Об утверждении форм реестров регистрации нотариальных действий, нотариальных свидетельств, удостоверительных надписей на сделках и свидетельствуемых документах и порядка их оформления», утверждена форма удостоверительной надписи № 2.9 «Удостоверительная надпись о свидетельствовании подлинности подписи на документе» и Порядок оформления форм реестров регистрации нотариальных действий, нотариальных свидетельств, удостоверительных надписей на сделках и свидетельствуемых документах.

Обязательным реквизитом данной формы является, в том числе, подпись и печать нотариуса.

Судом первой инстанции правомерно указано, что в нарушение вышеуказанных норм удостоверительная надпись от 19.07.2019 о свидетельствовании подлинности подписи Т.А.С. в Заявлении не содержит печати должностного лица, уполномоченного на совершение нотариального действия (нотариуса).

Приказом ФНС России от 25 января 2012 г. № ММВ-7-6/25@ «Об утверждении форм и требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган при государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств», утверждена форма № Р14001 «Заявление о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц».

Пунктом 4 Приказа утверждены Требования к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган.

Апелляционная коллегия соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что представленное в регистрирующий орган Заявление оформлено с нарушением Требований, поскольку в представленном Заявлении в разделе 6 «Сведения о лице, засвидетельствовавшем подлинность подписи заявителя в нотариальном порядке» в пункте 6.1 не проставлено соответствующее цифровое значение.

Учитывая, что поступившее в регистрирующий орган Заявление было оформлено с нарушением норм действующего законодательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что Инспекцией правомерно решением № 4313521А от 26.07.2019 отказано в регистрации заявленных изменений.

1.2. Право на долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью после смерти его участника переходит либо к наследникам участника, либо Российской Федерации, а факт перехода к наследникам доли и права на участие в управлении делами общества не ставится в зависимость от таких обстоятельств, как обращение наследников к нотариусу, открытие наследственного дела, получение свидетельства о праве на наследство, обращение наследников с заявлениями к обществу и т.д.; единственным препятствием перехода права, удостоверяемого долей в уставном капитале общества, к наследникам может являться закрепленное в уставе Общества право общества (участников) отказать в таком переходе прав участника к наследникам ввиду необходимости получения согласия участников общества.

По делу № А46-19903/2019 Общество обратилось в Арбитражный суд Омской области с заявлением к Инспекции о признании недействительным решения от 17.09.2019 № 20686А об отказе в государственной регистрации и обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов путем государственной регистрации изменений в сведения о юридическом лице — Обществе, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ), на основании документов, поданных 17.09.2019 в Инспекцию.

Решением от 16.01.2020 Арбитражного суда Омской области заявленные требования удовлетворены.

Постановлением от 26.06.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда решение суда отменено, принят по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Общество обратилось с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального права, просило отменить постановление от 26.06.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда и оставить в силе решение суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения постановления суда апелляционной инстанции и удовлетворения кассационной жалобы.

Общество зарегистрировано в качестве юридического лица в ЕГРЮЛ 10.12.2002.

В ЕГРЮЛ 26.01.2017 внесена запись об уставном капитале Общества номинальной стоимостью 10 000 руб. Согласно сведений из ЕГРЮЛ учредителями Общества являются П.М.Ю. и П.А.В., размер доли каждого из которых в уставном капитале Общества составляет 50% (номинальная стоимость 5 000 руб.).

П.М.Ю. умер 11.08.2018 (свидетельство о смерти I-KH № 753891 от 13.08.2018). В ответ на обращение о предоставлении информации нотариальная палата Омской области уведомила Общество о том, что наследственное дело после смерти П.М.Ю. не регистрировалось (письмо от 04.06.2019 № 02-12/1162).

Решением внеочередного собрания участников Общества от 30.05.2019 № 3 П.М.Ю. признан выбывшим из состава учредителей Общества в связи со смертью, а его доля — 50% в уставном капитале Общества номиналом 5 000 руб. передана Обществу ввиду отсутствия заявлений наследников. При этом при обращении наследников за долей, решено выплатить последним действительную стоимость доли умершего в уставном капитале Общества.

На основании указанного решения 17.09.2019 заявитель обратился в Инспекцию с заявлением по форме № Р14001 о внесении изменений в сведения об Обществе, содержащиеся в ЕГРЮЛ, к которому приложены копии свидетельства о смерти и решение внеочередного собрания участников от 30.05.2019 № 3.

По результатам рассмотрения заявления регистрирующим органом на основании подпункта «а» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) принято решение об отказе в государственной регистрации от 24.09.2019 № 20686А с указанием на непредставление заявителем определенных документов, необходимых для государственной регистрации изменений.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 93, 128, 1110, 1112, 1113, 1152, 1162, 1176 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), статей 21, 23 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Закон № 14-ФЗ), статей 5, 9, 17, 23 Закона № 129-ФЗ, во взаимосвязи с установленными по делу обстоятельствами, свидетельствующими о том, что наследники за вступлением в права наследования на долю Общества не обращались, свидетельств о принятии наследства и свидетельств о смерти в Общество от наследников не поступало, по состоянию на 04.06.2019 наследственное дело не зарегистрировано, представитель несовершеннолетнего ребенка умершего П.М.Ю. на его долю в уставном капитале Общества не претендует и не возражает против передачи Обществу доли в размере 50%, принимая во внимание, что пакет необходимых для регистрации документов Обществом представлен, а наличие в сведениях о юридическом лице Обществе умершего участника затрудняет его деятельность в связи с невозможностью принятия организационных решений, пришел к выводу об отсутствии у регистрирующего органа оснований для отказа в государственной регистрации изменений в сведения о юридическом лице.

Отменяя решение суда и отказывая в удовлетворении заявленных требований, арбитражный суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 93, 1113, 1114, 1141, 1142, 1146, 1151, 1152, 1158, 1176 ГК РФ, статьи 21 Закона № 14-ФЗ, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пунктах 34, 35 постановления от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» (далее — Постановление № 9), исходил из того, что право на долю в уставном капитале общества после смерти его участника переходит либо к наследникам участника, либо к Российской Федерации, а факт перехода к наследникам доли и права на участие в управлении делами общества не ставится в зависимость от таких обстоятельств, как обращение наследников к нотариусу, открытие наследственного дела, получение свидетельства о праве на наследство, обращение наследников с заявлениями к обществу и т.д.; единственным препятствием перехода права, удостоверяемого долей в уставном капитале общества, к наследникам может являться закрепленное в уставе Общества право общества (участников) отказать в таком переходе прав участника к наследникам ввиду необходимости получения согласия участников общества.

Установив, что в рассматриваемом случае уставом Общества не предусмотрен запрет на переход доли по наследству, не предусмотрено получение согласия остальных участников на переход доли к наследнику, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что доля умершего участника общества не может перейти в собственность Общества.

Поскольку наследник умершего участника общества наследство не приняла, соответственно не приобрела права, предоставляемые долей размером 50% в уставном капитале Общества, включая право на участие в управлении делами общества с ограниченной ответственностью со дня открытия наследства (даты смерти наследодателя П.М.Ю. — 11.08.2018), другие наследники иных очередей наследство также не приняли, суд апелляционной инстанции обоснованно со ссылкой на статью 1151 ГК РФ, пункты 49, 50 Постановления № 9 указал, что доля умершего участника общества будет входить в состав выморочного имущества, при наследовании которого отказ от наследства не допускается, и со дня открытия наследства переходит в порядке наследования по закону (без согласия остальных участников) в собственность соответственно Российской Федерации в лице органа Росимущества, который со дня открытия наследства П.М.Ю. стал участником общества, обладающим соответствующими правами участника общества, в том числе правом на участие в управлении делами общества; при этом неполучение свидетельства о праве на наследство при наследовании выморочного имущества не освобождает орган Росимущества, приобретший наследство, от возникших в связи с этим обязанностей.

Доказательств того, что участник Общества обращался в суд с заявлением об обжаловании бездействия государственного органа или исключении наследников выморочного имущества из состава участников общества, в материалы дела не представлено.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции сделал правильный вывод о том, что действия по принятию участником Общества решения от 30.05.2019 № 3 о переходе доли умершего участника П.М.Ю. к Обществу не соответствуют нормам действующего законодательства, регулирующего порядок такого перехода, совершены в отсутствие кворума.

Согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 90, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 09.12.1999 «О некоторых вопросах применения Федерального закона „Об обществах с ограниченной ответственностью“ в случаях, когда стороны, участвующие в рассматриваемом судом споре, ссылаются в обоснование своих требований или возражений по иску на решение общего собрания участников общества, однако судом установлено, что данное решение принято с существенными нарушениями закона или иных правовых актов (с нарушением компетенции этого органа, при отсутствии кворума и т.д.), суд должен исходить из того, что такое решение не имеет юридической силы (в целом или в соответствующей части) независимо от того, было оно оспорено кем-либо из участников общества или нет, и разрешить спор, руководствуясь нормами закона.»

Согласно подпункту «а» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ отказ в государственной регистрации допускается, в том числе в случае непредставления заявителем определенных указанным Федеральным законом необходимых для государственной регистрации документов.

Установив, что принятое 30.05.2019 общим собранием участников Общества решение № 3 противоречит законодательству, суд апелляционной инстанции правильно признал обоснованным отказ регистрирующего органа в государственной регистрации, отказав Обществу в удовлетворении заявленных требований.

1.3. Вопрос о возможности заключения брачного договора, направленного на прекращение прав на долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью супруга — участника общества и, как следствие, на изменение состава участников общества, подпадает под регулирование положений статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», устанавливающих правила перехода доли в уставном капитале общества к третьим лицам.

По делу № А40-28265/2020 Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене решения инспекции от 25.12.2019 № 662719А, о признании незаконным и отмене решения Управления, о возложении обязанности на инспекцию произвести государственную регистрацию изменений.

Арбитражный суд пришел к выводу о том, что заявленные требования не подлежат удовлетворению.

Из материалов дела усматривается, что 18.12.2019 общество обратилось в Инспекцию с заявлением по форме № Р14001 в связи с изменениями в составе участников общества, а именно в связи с прекращением участия Т.А.Б. в обществе и передачей его доли Т.С.И.

По результатам рассмотрения представленных на государственную регистрацию документов Инспекцией принято решение № 662719А на основании подпункта «х» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) в связи с нарушением положений пункта 14 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Закон № 14-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 21 Закона № 14-ФЗ переход доли или части доли в уставном капитале общества к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам осуществляется на основании сделки, в порядке правопреемства или на ином законном основании.

Согласно пункту 11 статьи 21 Закона № 14-ФЗ сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению путем составления одного документа, подписанного сторонами. Несоблюдение нотариальной формы влечет за собой недействительность этой сделки. Нотариальное удостоверение этой сделки не требуется в случаях перехода доли или части доли к обществу, предусмотренных пунктом 18 статьи 21 Закона № 14-ФЗ и пунктами 4-6 статьи 23 Закона № 14-ФЗ, и в случаях распределения доли между участниками общества и продажи доли всем или некоторым участникам общества либо третьим лицам в соответствии со статьей 24 Закона № 14-ФЗ.

В соответствии с пунктом 14 статьи 21 Закона № 14-ФЗ нотариус, удостоверивший договор об отчуждении доли или части доли в уставном капитале общества или акцепт безотзывной оферты, в течение двух рабочих дней со дня данного удостоверения, если больший срок не предусмотрен договором, подает в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, заявление о внесении соответствующих изменений в единый государственный реестр юридических лиц.

Согласно пункту 1.4 статьи 9 Закона № 129-ФЗ при внесении в единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся перехода либо залога доли или части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью на основании сделки (договора), подлежащей (подлежащего) обязательному нотариальному удостоверению, заявителем является нотариус, удостоверивший соответствующую сделку (соответствующий договор). В иных случаях, касающихся перехода либо залога доли или части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, заявителями могут быть участник общества, учредитель (участник) ликвидированного юридического лица — участника общества, имеющий вещные права на его имущество или обязательственные права в отношении этого ликвидированного юридического лица, правопреемник реорганизованного юридического лица — участника общества, исполнитель завещания, залогодержатель, лицо, в пользу которого вынесен вступивший в законную силу судебный акт, являющийся основанием для внесения изменений в единый государственный реестр юридических лиц в связи с переходом или залогом доли или части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, иное лицо, которое в силу закона может быть заявителем при внесении в единый государственный реестр юридических лиц изменений в связи с переходом или залогом доли или части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью.

В соответствии с пунктом 2 статьи 17 Закона № 129-ФЗ для внесения в единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся сведений о документы юридического лица, в регистрирующий орган представляется подписанное заявителем заявление о внесении изменений в единый государственный реестр юридических лиц по форме № Р14001, утвержденной приказом ФНС России от 25.01.2012 № ММВ-7-6/25@ «Об утверждении форм и требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган при государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств». В заявлении подтверждается, что вносимые изменения соответствуют установленным законодательством Российской Федерации требованиям и содержащиеся в заявлении сведения достоверны. В предусмотренных Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» случаях для внесения в единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся перехода доли или части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, представляются документы, подтверждающие основание перехода доли или части доли.

Таким образом, заявление направляется в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью нотариуса, удостоверившего договор, направленный на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества.

При этом заявление, представленное во вх. № 662719а, было направлено в адрес Инспекции не нотариусом, а непосредственно представителем по доверенности, действующим от имени Т.С.И.

Заявитель настаивает на том, что брачный договор (на основании которого осуществлен переход доли) не является отчуждающей сделкой, переход доли в данном случае в уставном капитале от одного супруга к другому на основании брачного договора не является сделкой, направленной на отчуждение доли в уставном капитале, поскольку отсутствует переход права собственности, ввиду чего представитель по доверенности имел правомочия подать заявление в регистрирующий орган.

Данный довод суд считает ошибочным.

Согласно статье 40 Семейного кодекса Российской Федерации, брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Содержание брачного договора определено статьей 42 Семейного кодекса Российской Федерации. Так, брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Согласно пункту 2.3 представленного на государственную регистрацию нотариально удостоверенного брачного договора, заключенного между Т.А.Б. и Т.С.И., доля в уставном капитале общества, корпоративные права и дивиденды, приобретенные в период брака супругов на имя Т.А.Б., по соглашению супругов признаются во время брака и в случае его расторжения принадлежащими Т.С.И. Ответственность, связанная с осуществлением предпринимательской деятельности ложится на Т.С.И.

Таким образом, пунктом 2.3 представленного на государственную регистрацию брачного договора прямо закреплен переход доли Т.А.Б. в уставном капитале общества Т.С.И., что в свою очередь является непосредственным отчуждением доли.

Кроме того, суд отмечает тот факт, что помимо норм действующего законодательства, заявителем не учтены положения Рекомендаций по применению отдельных положений Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», утвержденных Федеральной нотариальной палатой («Нотариальный вестник», № 12, 2009) с целью обеспечения единообразного применения положений законодательства Российской Федерации, затрагивающих прав и обязанности участников обществ с ограниченной ответственностью при совершении ими сделок с долями общества (далее — рекомендации).

Так, согласно рекомендациям, исходя из правовой природы корпоративной составляющей права на долю общества, это право может осуществляться только самим участником общества. В случае приобретения доли общества лицом, состоящим в браке, указанная доля в силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации поступает в общую совместную собственность супругов (при отсутствии брачного договора), однако участником общества является только один супруг — тот, на чье имя оформлена доля общества.

Таким образом, супруг участника общества, являющийся сособственником доли общества в силу ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации, должен рассматриваться по отношению к самому обществу как третье лицо, а не как участник общества. Брачный договор, устанавливающий режим раздельной собственности на долю общества того супруга, который не является участником общества, направлен на прекращение всех прав на указанную долю, принадлежащих супругу — участнику общества. По своей сути рассматриваемый брачный договор является договором отчуждения доли третьему лицу, влекущим переход не только имущественных, но и корпоративных прав: права участвовать в управлении обществом (присутствовать на общем собрании участников общества, голосовать при принятии решений), получать информацию о деятельности общества, знакомить его с документацией и т.д.

Правовое положение общества с ограниченной ответственностью и правовой статус его участников регулируются специальным нормативным актом - Законом № 14-ФЗ. Вопросы, связанные с переходом доли к третьему лицу, с возможным изменением субъектного состава участников общества, подпадают под действие данного Федерального закона, в соответствии с которым (п. 1 ст. 8) участник общества вправе осуществить отчуждение своей доли общества в порядке, предусмотренном Федеральным законом и уставом общества. Вопрос о возможности заключения брачного договора, направленного на прекращение прав на долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью супруга — участника общества и, как следствие, на изменение состава участников общества, подпадает под регулирование положений статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», устанавливающих правила перехода доли в уставном капитале общества к третьим лицам.

На основании изложенного решение инспекции от 25.12.2019 № 662719А и решение Управления от 06.02.2020 № 12-13/023448@ основано на нормах действующего законодательства.

1.4. Формулируя вывод о правомерности решения об отказе в государственной регистрации записи о недостоверности сведений о физическом лице как лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица — общества, суды исходили из того, что на момент обращения заявителя в регистрирующий орган в ЕГРЮЛ сведения о нем как руководителе общества отсутствовали, а имелась запись об ином лице — конкурсном управляющем. При этом суды отметили, что доводы заявителя фактически сводятся к неправомерности принятия регистрирующим органом решения о государственной регистрации и внесения записи о назначении заявителя директором общества. Вместе с тем правомерность принятия указанного решения в установленном порядке заявителем не обжаловалась, в предмет заявленных в рамках рассматриваемого дела требований оспаривание указанного решения не входит.

По делу № А27-17503/2019 З.Н.И. обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о признании незаконным решения Инспекции № 6836А/1405 от 15.04.2019 об отказе в государственной регистрации записи о недостоверности сведений о З.Н.И. как лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица — общества, и обязании Инспекции устранить допущенные нарушения права и законных интересов заявителя.

Решением суда от 03.12.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с решением суда, заявитель обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил его отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционный суд посчитал, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела, общество создано в качестве юридического лица решением общего собрания участников 28.01.2003, руководителем и участником общества с долей участия 50% являлся З.Н.И.

Решением единственного участника общества от 26.02.2018 З.Н.И. по собственному заявлению выведен из состава участников общества, а также уволен с должности директора, на должность директора с 27.02.2018 назначена Ж.М.Д.

На основании заявления общества 09.04.2018 регистрирующим органом в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 2184205188430 в связи с выходом из состава участников общества З.Н.И. и передачей полномочий руководителя общества Ж.М.Д.

На основании поданного обществом 29.11.2018 в Инспекцию заявления регистрирующим органом принято решение № 24413А от 06.12.2018 о государственной регистрации, согласно которому в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении полномочий руководителя общества Ж.М.Д. и возложений полномочий руководителя на З.Н.И.

В связи с признанием решением Арбитражного суда Кемеровской области от 28.03.2019 по делу № А27-26751/2018 общества несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении должника конкурсного производства в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 2194205181311 о конкурсном управляющем общества П.П.С. как лице, осуществляющем полномочия руководителя должника.

08.04.2019 З.Н.И. в регистрирующий орган представлено заявление физического лица по форме № Р34001 в связи с недостоверностью сведений о нем как о лице, имеющем право действовать от имени юридического лица (общества) без доверенности.

15.04.2019 Инспекцией принято решение № 6836А/1405 об отказе в государственной регистрации в отношении юридического лица общества, мотивированное тем, что в ЕГРЮЛ содержатся сведения о другом лице, имеющем право действовать без доверенности от имени юридического лица, — конкурсном управляющем общества П.П.С.

Отношения, возникающие в связи с государственной регистрацией юридических лиц при их создании, реорганизации и ликвидации, при внесении изменений в их учредительные документы, регулируются Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон о государственной регистрации).

Согласно пункту 4 статьи 5 Закона о государственной регистрации записи вносятся в Единый государственный реестр юридических лиц на основании документов, представленных при государственной регистрации.

Из материалов дела следует, что регистрирующий орган отказал З.Н.И. внести запись в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений о нем в ЕГРЮЛ ввиду того, что согласно сведениям ЕГРЮЛ на момент рассмотрения заявления З.Н.И. лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица общества являлся конкурсный управляющий П.П.С., сведения о котором внесены в ЕГРЮЛ на основании определения Арбитражного суда Кемеровской области от 28.03.2019 по делу № А27-26751/2018.

Как верно отметил суд первой инстанции, с момента утверждения конкурсным управляющим общества П.П.С. указанное лицо осуществляет полномочия руководителя общества, в связи чем, вопреки доводам заявителя, данные сведения содержатся в ЕГРЮЛ и являются актуальной и достоверной информацией для третьих лиц.

На основании изложенного следует признать обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что у Инспекции отсутствовали правовые основания для проведения регистрационных действий по внесению в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений о З.Н.И. как руководителе обществе, поскольку на момент обращения заявителя в регистрирующий орган в ЕГРЮЛ сведений о З.Н.И. как руководителе общества отсутствовали, а имелась запись об ином лице — конкурсном управляющем П.П.С.

Суд первой инстанции, отклоняя доводы заявителя, исходил из того, что они фактически сводятся к неправомерности принятия регистрирующим органом решения № 24413А от 06.12.2018 о государственной регистрации и внесения записи ГРН 2184205759087 о назначении З.Н.И. директором общества и прекращении полномочий руководителя общества Ж.М.Д.

При этом судом учтено, что правомерность принятия указанного решения в установленном порядке заявителем не обжаловалась, в предмет заявленных в рамках настоящего дела требований оспаривание указанного решения не входит.

1.5. Приведенный в обоснование законности решения об отказе в государственной регистрации, обусловленного отсутствием общества по адресу, указанному в ЕГРЮЛ, довод о том, что Инспекция как регистрирующий орган наделена правом по осуществлению мероприятий, направленных на противодействие включению в ЕГРЮЛ недостоверных сведений, был признан судом апелляционной инстанции необоснованным, поскольку в данном случае заявитель просил внести изменения, касающиеся сведений об участниках. Сведений об адресе юридического лица в настоящем случае заявителем не представлялось. Данные сведения были зарегистрированы регистрирующим органом в 2015 году и надлежащим образом не оспорены.

По делу № А42-9911/2019 учредитель общества Б.Е.М. обратилась в Арбитражный суд Мурманской области с заявлением о признании незаконным решения Инспекции от 27.03.2019 № 849А об отказе в государственной регистрации внесения изменений в сведения о юридическом лице обществе, обязании Инспекции осуществить регистрационные действия по внесению изменений в сведения о юридическом лице обществе.

Решением от 20.01.2020 заявление удовлетворено; суд первой инстанции признал незаконным решение Инспекции об отказе в государственной регистрации изменений, вносимых в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц; обязал Инспекцию зарегистрировать изменения, вносимые в сведения об обществе, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц, не связанные с внесением изменений в учредительные документы по заявлению, на основании представленного 20.02.2019 заявления вх. № 849А.

Не согласившись с решением суда, Инспекция подала апелляционную жалобу, в которой просила решение отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления, ссылаясь на неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, общество зарегистрировано в качестве юридического лица 21.09.2015, единственным участником (учредителем) и директором которого является Б.Е.М. (ранее У.).

Между У.Е.М. (продавец) и Р.В.В. (покупатель) был заключен договор от 13.02.2019 купли-продажи доли в уставном капитале общества в размере 100% уставного капитала общества номинальной стоимостью 10000 руб. (далее — договор).

Данный договор удостоверен нотариусом города Москвы М.М.В., что подтверждается имеющейся на договоре удостоверительной надписью нотариуса.

Нотариус 20.02.2019 обратился в Инспекцию с заявлением (в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью) по форме № Р14001 о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, не связанных с внесением изменений в учредительные документы, в части сведений об участниках общества, а именно прекращении участия У.Е.М. путем продажи ее доли в уставном капитале Общества новому участнику Р.В.В.

Инспекция решением от 27.02.2019 приостановила государственную регистрацию для проверки достоверности включаемых в ЕГРЮЛ сведений.

По результатам проведенной на основании пункта 4.2 статьи 9 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) Инспекцией проверки достоверности сведений, включаемых в ЕГРЮЛ по представленному Нотариусом заявлению по форме № Р14001 было установлено, что общество по адресу, указанному в ЕГРЮЛ, не находится, установлено отсутствие постоянно действующего исполнительного органа общества по данному адресу.

27.03.2019 Инспекцией принято решение № 849А об отказе в государственной регистрации соответствующих изменений со ссылкой на подпункт «х» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ, поскольку заявителем не соблюдены требования, установленные Законом № 129-ФЗ в качестве обязательных для осуществления государственной регистрации.

Правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности его участников, порядок создания, реорганизации и ликвидации общества определяет в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Закон № 14-ФЗ).

В соответствии с пунктами 1 и 2 Закона № 14-ФЗ переход доли или части доли в уставном капитале общества к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам осуществляется на основании сделки, в порядке правопреемства или на ином законном основании. Продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных данным Федеральным законом, если это не запрещено уставом общества.

В силу пункта 11 статьи 21 Закона № 14-ФЗ сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению путем составления одного документа, подписанного сторонами. Несоблюдение нотариальной формы влечет за собой недействительность этой сделки.

Согласно пункту 13 статьи 21 Закона № 14-ФЗ нотариус, совершающий нотариальное удостоверение сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, проверяет полномочие отчуждающего их лица на распоряжение такими долей или частью доли, а также удостоверяется в том, что отчуждаемые доля или часть доли полностью оплачены (статья 15 Закона № 14-ФЗ).

Полномочие лица, отчуждающего долю или часть доли в уставном капитале общества, на распоряжение ими подтверждается документами, на основании которых доля или часть доли ранее была приобретена соответствующим лицом, а также выпиской из единого государственного реестра юридических лиц, содержащей сведения о принадлежности лицу отчуждаемых доли или части доли в уставном капитале общества и полученной нотариусом в электронной форме в день удостоверения сделки.

В соответствии с пунктом 14 статьи 21 Закона № 14-ФЗ нотариус, удостоверивший договор об отчуждении доли или части доли в уставном капитале общества или акцепт безотзывной оферты, в течение двух рабочих дней со дня данного удостоверения, если больший срок не предусмотрен договором, подает в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, заявление о внесении соответствующих изменений в единый государственный реестр юридических лиц.

Заявление направляется в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью нотариуса, удостоверившего договор, направленный на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества.

Согласно пункту 2 статьи 17 Закона № 129-ФЗ для внесения в единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся сведений о юридическом лице, но не связанных с внесением изменений в учредительные документы юридического лица, в регистрирующий орган представляется подписанное заявителем заявление о внесении изменений в единый государственный реестр юридических лиц по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. В заявлении подтверждается, что вносимые изменения соответствуют установленным законодательством Российской Федерации требованиям и содержащиеся в заявлении сведения достоверны.

Как верно установлено судом первой инстанции, в настоящем случае формальные требования, предъявляемые к оформлению заявления, представленного для проведения государственной регистрации, не нарушены. Данное обстоятельство Инспекцией по существу не оспаривается. Недостоверность сведений, содержащихся в представленном на регистрацию 20.02.2019 заявлении, Инспекцией не доказана.

Представленное в Инспекцию заявление не содержало сведения об адресе общества.

Суд апелляционной инстанции полагает правомерным вывод суда первой инстанции о необходимости удовлетворения заявления учредителя общества и признания решения Инспекции от 27.03.2019 № 849А об отказе в государственной регистрации изменений, вносимых в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц, незаконным.

Доводы подателя жалобы о том, что в силу положений пункта 4 статьи 5, пункта 2 статьи 17, пункта 1 статьи 25 Закона № 129-ФЗ обязанность по представлению при государственной регистрации достоверной информации о юридическом лице возложена на заявителя; Инспекция как регистрирующий орган наделена правом по осуществлению мероприятий, направленных на противодействие включению в ЕГРЮЛ недостоверных сведений, признаны судом апелляционной инстанции необоснованными, поскольку в данном случае заявитель просил внести изменения, касающиеся сведений об участниках общества. Сведений об адресе юридического лица в настоящем случае заявителем не представлялось. Данные сведения были зарегистрированы регистрирующим органом в 2015 году и надлежащим образом не оспорены.

1.6. Проведение выездной налоговой проверки в отношении консолидированной группы налогоплательщиков является достаточным основанием для отказа в государственной регистрации записи в ЕГРЮЛ о составлении промежуточного ликвидационного баланс юридического лица, являвшегося участником соответствующей консолидированной группы налогоплательщиков в проверяемый период.

По делу № А75-21292/2019 Общество обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа — Югры с заявлением к Инспекции о признании недействительным решения Инспекции от 06.09.2019 № 5728А об отказе во внесении в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) записи о составлении промежуточного ликвидационного баланса.

Решением от 18.12.2019 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры, оставленным без изменения постановлением от 23.06.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявленного требования отказано.

В кассационной жалобе Общество, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, просило принятые по делу судебные акты отменить, вынести новое решение.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены принятых по делу судебных актов.

Судами установлено и материалами подтверждено следующее.

В период с 01.01.2013 по 31.12.2014 Общество являлось участником консолидированной группы налогоплательщиков (далее — КГН) ПАО на основании соглашения об изменении № 1 договора от 22.03.2012 (зарегистрировано 13.12.2012); ответственным участником КГН является ПАО.

10.04.2019 единственным участником Общества принято решение о добровольной ликвидации юридического лица, о чем 19.04.2019 в ЕГРЮЛ сделана соответствующая запись № 2198617130810.

30.04.2019 информация о ликвидации Общества опубликована в журнале «Вестник государственной регистрации» № 17 (733) 2019.

15.08.2019 ликвидатор Общества составил промежуточный ликвидационный баланс.

23.08.2019 единственный участник Общества принял решение об утверждении промежуточного ликвидационного баланса общества.

30.08.2019 ликвидатор Общества на основании пункта 3 статьи 20 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) уведомил Инспекцию о составлении промежуточного ликвидационного баланса.

Решением регистрирующего органа от 06.09.2019 № 5728А Обществу отказано в государственной регистрации записи в ЕГРЮЛ о составлении промежуточного ликвидационного баланса на основании подпункта «в» пункта 4 статьи 20 Закона № 129-ФЗ.

Как установлено судами и следует из материалов дела, основанием для отказа во внесении в ЕГРЮЛ записи о составлении промежуточного ликвидационного баланса послужил факт проведения выездной проверки в отношении КГН, где ответственным участником является ПАО за период с 01.01.2014 по 31.12.2015.

Кассационная инстанция полагает, что суды, руководствуясь, в том числе положениями статей 61-63 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 25.1, 89, 89.1, 101 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 20 Закона № 129-ФЗ, пришли к верным выводам о том, что в рассматриваемом случае решение регистрирующего органа соответствует действующему законодательству.

Как обоснованно указано судами, из совокупности приведенных норм права следует, что при проведении выездной налоговой проверки в отношении КГН, каждый участник такой группы является лицом, участвующим в проверке, так как у каждого участника имеются права и обязанности при проведении контрольного мероприятия и любой из участников КГН может быть привлечен к ответственности за совершение правонарушения.

Регистрирующий орган пришел к правильному выводу о том, что проведение выездной проверки в отношении КГН, участником которой было Общество, является достаточным основанием для отказа в государственной регистрации записи в ЕГРЮЛ о составлении промежуточного ликвидационного баланса, поскольку результаты выездной проверки могут повлиять на размер обязательств Общества, подлежащих включению в промежуточный ликвидационный баланс.

1.7. Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» императивно установлена невозможность обращения в суд до обжалования в вышестоящий регистрирующий орган решения об отказе в государственной регистрации. При этом каких-либо исключений по видам отказов в государственной регистрации названное правило не содержит. Исходя из этого, вывод суда первой инстанции о том, что действующее законодательство не предусматривает обязательного оспаривания в вышестоящий регистрирующий орган действий (решения) регистрирующего органа, связанных с отказом в государственной регистрации изменения адреса юридического лица, суд апелляционной инстанции расценил как ошибочный.

По делу № А51-21548/2019 общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения № 7497А от 24.05.2019 Инспекция об отказе в государственной регистрации изменения адреса общества, об обязании Инспекции внести в Единый государственный реестр юридических лиц запись об изменении адреса общества на основании ранее представленного пакета документов к заявлению от 17.04.2019 вх. № 7497А.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 06.02.2020 заявленные требования удовлетворены, признано недействительным решение Инспекции Федеральной налоговой службы по Ленинскому району г. Владивостока от 24.05.2019 № 7497А.

Не согласившись с принятым судебным актом, Инспекция обратилась в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда от 06.02.2020 изменить, принять по делу новый судебный акт об оставлении заявленных требований без рассмотрения ввиду несоблюдения заявителем досудебного порядка.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

17.04.2019 от генерального директора А.В.В. в Инспекцию представлено заявление по форме № Р13001. Данным заявлением вносились изменения в сведения об адресе постоянно действующего исполнительного органа юридического лица.

Инспекцией было вынесено решение № 7497А от 24.05.2019 об отказе в государственной регистрации изменения адреса общества.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 5, 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ), рассмотрел заявленные требования по существу и удовлетворил их.

При этом доводы Инспекции о несоблюдении досудебного порядка обжалования решений регистрирующего органа были судом первой инстанции отклонены со ссылкой на то, что нормы действующего законодательства не предусматривают обязательного оспаривания в вышестоящий налоговый орган действий (решения) регистрирующего органа, связанных с отказом в государственной регистрации изменения адреса юридического лица.

Как усматривается из материалов дела, спорные правоотношения возникли в связи с отказом Инспекции осуществить на основании поданного по форме № Р13001 заявления государственную регистрацию изменений, связанных с изменением адреса места нахождения общества.

Федеральным законом от 21.07.2014 № 241-ФЗ внесены изменения в Закон № 129-ФЗ, введена глава VIII.1 «Порядок обжалования решения о государственной регистрации или об отказе в государственной регистрации».

В соответствии с пунктом 1 статьи 25.1 Закона № 129-ФЗ заинтересованное лицо имеет право обжаловать решение регистрирующего органа о государственной регистрации или об отказе в государственной регистрации, если, по мнению этого лица, такое решение нарушает его права.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 25.2 Закона № 129-ФЗ (в действующей редакции, с учетом изменений, внесенных Федеральным законом от 21.07.2014 № 241-ФЗ) с 22 августа 2014 года решение территориального регистрирующего органа об отказе в государственной регистрации может быть обжаловано в вышестоящий регистрирующий орган путем подачи жалобы в порядке, установленном данным Федеральным законом. Решение территориального регистрирующего органа об отказе в государственной регистрации может быть обжаловано в суд и (или) в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный в соответствии со статьей 2 данного Федерального закона, только после его обжалования в вышестоящий регистрирующий орган.

Таким образом, названными нормами императивно установлена невозможность обращения в суд до обжалования в вышестоящий регистрирующий орган решения об отказе в государственной регистрации.

При этом каких-либо исключений по видам отказов в государственной регистрации названное правило не содержит.

При таких условиях, вывод суда первой инстанции о том, что действующее законодательство не предусматривает обязательного оспаривания в вышестоящий налоговый орган действий (решения) регистрирующего органа, связанных с отказом в государственной регистрации изменения адреса юридического лица, расценивается апелляционной коллегией как ошибочный.

С 01.01.2017 Инспекции переданы все полномочия по осуществлению функций, связанных с государственной регистрацией на территории Приморского края.

Инспекция является территориальным органом Федеральной налоговой службы и входит в единую централизованную систему налоговых органов, находится в непосредственном подчинении Управления, которое является по отношению к Инспекции вышестоящим регистрирующим органом.

Между тем, материалы дела не содержат доказательств того, что заявитель до подачи рассматриваемого заявления в арбитражный суд обращался для обжалования спорного отказа в государственной регистрации в вышестоящий регистрирующий орган.

Следовательно, заявителем не соблюдено установленное абзацем 2 пункта 1 статьи 25.2 Закона № 129-ФЗ требование об обязательном досудебном обжаловании решения, принятого регистрирующим органом.

Положениями, предусмотренными частью 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ), установлено, что экономические споры, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после соблюдения досудебного порядка урегулирования спора, если он установлен федеральным законом.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет заявление без рассмотрения, если истцом не соблюден претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора с ответчиком, если это предусмотрено федеральным законом.

Согласно пункту 3 статьи 269 АПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить решение полностью и оставить исковое заявление без рассмотрения полностью или в части.

При таких обстоятельствах в силу положений пункта 2 части 1 статьи 148 АПК РФ заявление общества подлежит оставлению без рассмотрения, а решение суда первой инстанции — отмене как принятое с неправильным применением норм процессуального права.

2. Споры о признании недействительными решений о государственной регистрации юридического лица и индивидуального предпринимателя.

2.1. Приняв во внимание отсутствие данных, позволяющих прийти к выводу о том, что регистрирующий орган на основании представленных документов имел возможность сделать вывод о недостоверности сведений, содержащихся в представленных на государственную регистрацию документах, учитывая отсутствие доказательств того, что решение единственного участника общества, послужившее основанием для государственной регистрации изменений было признано недействительным в судебном порядке, а также то, что действия нотариуса, связанные с удостоверением подписи на спорном заявлении, также не оспорены, незаконными не признаны, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных обществом требований.

По делу № А40-288185/2019 общество обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к инспекции о признании незаконным решения инспекции от 04.09.2019 № 456615А, на основании которого в Единый государственный реестр юридических лиц была внесена запись за государственным регистрационным номером 6197748211369 от 04.09.2019, о признании недействительной вышеуказанной записи.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11 февраля 2020 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 июня 2020 года решение Арбитражного суда города Москвы от 11 февраля 2020 года оставлено без изменения, а апелляционная жалоба — без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми судами первой и апелляционной инстанции судебными актами, истец обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в который просило оспариваемые судебные акты судов отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что судебные акты судов первой и апелляционной инстанции подлежат оставлению без изменения.

Как установлено судами, инспекцией на основании представленного 28.08.2019 Д.М.Н. комплекта документов для внесения в ЕГРЮЛ изменений в сведения о генеральном директоре общества было принято решение от 04.09.2019 № 456615А о государственной регистрации соответствующих изменений и в ЕГРЮЛ внесены сведения о Д.М.Н. как о генеральном директоре общества (запись ГРН 6197748211369 от 04.09.2019).

Ссылаясь на то, что единственным участником общества Ч.Д.Н. решение о смене генерального директора общества (прекращении полномочий Ч.Д.Н. и назначении генеральным директором общества Д.М.Н.) не принималось, в связи с чем на государственную регистрацию были представлены документы, содержащие недостоверные сведения, истец обратился в арбитражный суд с иском.

В рассматриваемом случае, как установлено судами, в инспекцию были представлены все необходимые документы, предусмотренные пунктом 2 статьи 17 Федерального закона Российской Федерации от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», при этом в полномочия регистрирующего органа не входит проведение обязательной правовой экспертизы документов, представленных на государственную регистрацию.

Приняв во внимание отсутствие данных, позволяющих прийти к выводу о том, что регистрирующий орган на основании представленных документов имел возможность сделать вывод о недостоверности сведений, содержащихся в представленных на государственную регистрацию документах, учитывая отсутствие доказательств того, что решение единственного участника общества № 2 от 28.08.2019, послужившее основанием для государственной регистрации указанных изменений было признано недействительным в судебном порядке, а также то, что действия нотариуса, связанные с удостоверением подписи на спорном заявлении, также не оспорены, незаконными не признаны, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных обществом требований.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом доводы истца о том, что судами не дана оценка доводам о том, что данное решение не принималось Ч.Д.Н., а его подпись на нем сфальсифицирована, подлежат отклонению, поскольку правомерность его принятия не входит в предмет доказывания по настоящему делу, в рамках которого подлежит оценке только законность решения регистрирующего органа.

Доводы кассационной жалобы заявителя сводятся к несогласию с решением об избрании нового генерального директора, однако как правомерно указано судами настоящий спор рассматривается в порядке главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку заявителем оспаривается решение государственного органа.

2.2. Признавая необоснованными требования банка, направленные на оспаривание государственной регистрации юридического лица, суды указали, что из представленных на государственную регистрацию документов не следовало наличие какой-либо задолженности перед кредиторами. Сведений об информированности регистрирующего органа относительно задолженности перед банком из иных источников не представлено (в инспекцию с соответствующим уведомлением заявитель не обращался).

По делу № А65-5493/2019 банк обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением, в частности, к инспекции о признании незаконными решения и действия инспекции по внесению записи в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) от 17.01.2019 за государственным регистрационным номером 2191690087500 о прекращении деятельности общества, и обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем внесения в единый государственный реестр юридических лиц соответствующих сведений об обществе как о действующем юридическом лице.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.03.2020 по делу № А65-5493/2019, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2020, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе банк просил отменить принятые по делу судебные акты, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как следует из материалов дела, в адрес инспекции 12.01.2019 по каналам связи в электронном виде через сайт ФНС России были направлены документы в связи с ликвидацией юридического лица общества.

Инспекцией установлено отсутствие оснований для отказа в государственной регистрации, предусмотренных пунктом 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ), в этой связи инспекцией в ЕГРЮЛ 18.01.2019 была внесена запись за государственным регистрационным номером (ГРН) 2191690087500 о ликвидации юридического лица общества.

Согласно правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в постановлениях от 13.10.2011 № 7075/11, от 15.07.2014 № 4407/14, необходимые для государственной регистрации документы должны соответствовать требованиям закона и как составляющая часть государственных реестров, являющихся федеральным информационным ресурсом, содержать достоверную информацию.

Представление ликвидационного баланса, не отражающего действительного имущественного положения ликвидируемого юридического лица и его расчеты с кредиторами, следует рассматривать как непредставление в регистрирующий орган документа, содержащего необходимые сведения, что является основанием для отказа в государственной регистрации ликвидации юридического лица в силу подпункта «а» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ.

В соответствии с подпунктом «б» пункта 4 статьи 20 Закона № 129-ФЗ уведомление о составлении промежуточного ликвидационного баланса не может быть представлено в регистрирующий орган ранее срока вступления в законную силу решения суда или арбитражного суда по делу (иного судебного акта, которым завершается производство по делу), по которому судом или арбитражным судом было принято к производству исковое заявление, содержащее требования, предъявленные к юридическому лицу, находящемуся в процессе ликвидации.

В случае поступления в регистрирующий орган из суда или арбитражного суда судебного акта о принятии к производству искового заявления, содержащего требования, предъявленные к юридическому лицу, находящемуся в процессе ликвидации, государственная регистрация юридического лица в связи с его ликвидацией не осуществляется до момента поступления в регистрирующий орган решения (иного судебного акта, которым завершается производство по делу) по такому исковому заявлению (пункт 5 статьи 20 Закона № 129-ФЗ).

Судами установлено, что инспекцией была внесена в единый государственный реестр юридических лиц запись от 20.08.2018 о принятии решения о ликвидации юридического лица общества и о назначении ликвидационной комиссии (ликвидатора) за государственным регистрационным номером (ГРН) 6181690107197.

Сообщение о ликвидации общества было опубликовано в журнале «Вестник государственной регистрации» № 35 (700) от 05.09.2018/130.

Суды признали, что в рассматриваемом случае в регистрирующий орган уполномоченным лицом представлены все необходимые документы, предусмотренные Законом № 129-ФЗ.

На основании данных документов и в отсутствие оснований для отказа в государственной регистрации, предусмотренных пунктом 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ, инспекцией в единый государственный реестр юридических лиц 18.01.2019 была внесена запись за государственным регистрационным номером (ГРН) 2191690087500 о ликвидации юридического лица общества.

Из представленных на регистрацию документов (промежуточного и ликвидационного балансов) не следовало наличие какой-либо задолженности перед кредиторами. Сведений об информированности регистрирующего органа относительно задолженности перед банком из иных источников не представлено (в инспекции с соответствующим уведомлением заявитель не обращался, иного из материалов дела не следует).

Судами проверены доводы заявителя о наличии в ликвидационном балансе недостоверных сведений, им дана надлежащая правовая оценка.

Как указали суды, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что на момент внесения записи о ликвидации общества регистрирующий орган обладал сведениями о каком-либо судебном споре по взысканию денежных средств в отношении данной организации.

Следовательно, у инспекции не было оснований считать, что представленный обществом баланс не отражает действительное имущественное положение ликвидируемого юридического лица и его расчеты с кредиторами и является недостоверным. Основания для отказа в государственной регистрации ликвидации юридического лица на основании пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ отсутствовали.

Явных и очевидных признаков злоупотребления правом при ликвидации общества суды не усмотрели.

Судами отмечено, что отсутствует совокупность условий, предусмотренных частью 4 статьи 200 и частью 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для признания оспариваемой записи из ЕГРЮЛ недействительной, также отсутствует какое-либо незаконное бездействие со стороны ликвидатора.

2.3. Отметив, что смена адреса должником сама по себе не препятствует исполнению судебного решения о взыскании задолженности в пользу взыскателей, суды пришли к выводу о недоказанности заявителем нарушения его прав и законных интересов оспариваемым решением о государственной регистрации изменения адреса юридического лица.

По делу № А60-36433/2019 общество обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением к инспекции, управление о признании недействительным решения о государственной регистрации смены адреса места нахождения ООО «С».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.10.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2020 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество просило указанные судебные акты отменить, заявленные требования удовлетворить, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, ненадлежащую оценку фактических обстоятельств дела.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как следует из материалов дела, ООО «С.» зарегистрировано в качестве юридического лица 26.05.2011 в г. Санкт-Петербург. Руководителем и единственным участником этого общества является В.И.И., которым 18.09.2018 представлены в регистрирующий орган документы для государственной регистрации изменений в учредительные документы, связанные со сменой адреса места нахождения ООО «С.» на адрес: 620076, Свердловская область, г. Екатеринбург, ул. Щербакова, д. 141б, кв. 92.

Инспекцией 25.10.2018 принято решение о государственной регистрации изменений, внесенных в учредительные документы ООО «С.», связанные с изменением места нахождения, внесена запись за ГРН 6186658911985.

В соответствии с частью 1 статьи 198 и статьей 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ненормативный правовой акт может быть признан недействительным при наличии одновременно двух условий: если он не соответствует закону или иному правовому акту и нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, наличия у органа надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, возлагается на орган, который принял акт (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом нарушение прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности должен в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать заявитель.

Полно и всесторонне исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, фактические обстоятельства, имеющие в материалах дела доказательства, в их совокупности и взаимосвязи, руководствуясь приведенными нормами права, приняв во внимание, что комплект документов, представленный руководителем ООО «С.» В.И.И. соответствовал положениям пункта 1 статьи 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», суды сделали обоснованный вывод, что по результатам рассмотрения заявления, представленных для государственной регистрации документов и проведенных мероприятий, у инспекции отсутствовали основания, предусмотренные пунктом 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», для отказа в государственной регистрации, в связи с чем регистрирующий орган правомерно принял решение от 25.10.2018 № 52901А о государственной регистрации изменения адреса ООО «С.», о чем внесена соответствующая запись (ГРН 6186658911895) в ЕГРЮЛ.

Судами верно отмечено, что смена адреса должником сама по себе не препятствует исполнению судебного решения о взыскании задолженности в пользу взыскателей.

Доказательств обратного заявителем в материалы дела не представлено.

Доказательств, подтверждающих нарушение оспариваемым решением его прав и законных интересов, ООО «С.» в материалы дела, суду не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах, суды правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований, признав оспариваемое решение инспекции соответствующим нормам действующего законодательства.

2.4. С учетом того, что решений, предусмотренных пунктом 3 статьи 25.6 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», вышестоящим регистрирующим органом или федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в соответствии со статьей 2 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», не принималось (жалоба Общества оставлена без рассмотрения), суды констатировали отсутствие оснований для исчисления срока на обжалование решений регистрирующего органа о государственной регистрации в порядке пункта 3 статьи 25.2 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

По делу № А56-104510/2019 Общество обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании незаконными решений Инспекции о государственной регистрации изменений сведений, не связанных с изменением учредительных документов от 20.02.2017 (ГРН 2177847770615), от 20.08.2017 (ГРН 8177847446054), от 14.09.2017 (ГРН 8177847824762).

Решением от 21.01.2020 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в удовлетворении заявленных требований отказал.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, Общество подало апелляционную жалобу, в которой просило решение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 13.02.2017 в Инспекцию поступил комплект документов с заявлением по форме № Р14001 для государственных регистрации изменений, вносимых в сведения об Обществе, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ), в том числе решение от 01.02.2017 единственного участника Общества о назначении на должность генерального директора С.Е.А.

Решением Инспекции от 20.02.2017 № 21833А внесены изменения в сведения ЕГРЮЛ о юридическом лице — Обществе, в соответствии с которыми лицом, имеющим право действовать от имени Общества без доверенности, является С.Е.А. (ГРН 2177847770615).

17.08.2017 в Инспекцию поступил комплект документов с заявлением по форме № Р14001 для государственных регистрации изменений, вносимых в сведения об Обществе, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ), в том числе решение от 17.08.2017 единственного участника Общества о назначении на должность генерального директора С.А.В.

Решением Инспекции от 24.08.2017 № 147711А внесены изменения в сведения Единого государственного реестра юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) о юридическом лице — Обществе, в соответствии с которыми лицом, имеющим право действовать от имени Общества без доверенности, является С.А.В. (ГРН 8177847446054).

07.09.2017 в Инспекцию поступил комплект документов с заявлением по форме № Р14001 для государственных регистрации изменений, вносимых в сведения об Обществе, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ), в том числе решение от 05.09.2017 единственного участника Общества о назначении на должность генерального директора У.Т.Ю.

Решением Инспекции от 14.09.2017 № 158660А внесены изменения в сведения Единого государственного реестра юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) о юридическом лице — Обществе, в соответствии с которыми лицом, имеющим право действовать от имени Общества без доверенности, является У.Т.Ю. (ГРН 8177847824762).

15.02.2019 С.Е.А. выдано свидетельство о праве на наследство — доли в уставном капитале Общества в размере 100%.

Как указывает заявитель, в ЕГРЮЛ внесена запись о государственной регистрации изменений в сведения об участниках 15.03.2019.

Решением единственного участника Общества (С.Е.А.) от 15.03.2019 № 1/2019 генеральным директором Общества назначена Е.-В. С.Е.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ по состоянию на 20.09.2019 единственным участником Общества (запись от 30.04.2019 ГРН 9197847621974) и лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени Общества (запись от 28.03.2019 № 6197847329256), является Е.-В. С.Е.

Общество обратилось в Управление с жалобой на решения Инспекции от 20.02.2017 № 21833А, от 24.08.2017 № 147711А, от 14.09.2017 № 158660А, в которой просило признать их незаконными и отменить.

Письмом от 06.06.2019 № 16-13/34115 Управление Федеральной налоговой службы по Санкт-Петербургу сообщило об оставлении жалобы без рассмотрения на основании подпункта «б» пункта 1 статьи 25.5 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

Заявитель, ссылаясь на то, что единственный участник Общества Я.А.А. умер в марте 2016 года, в связи с чем решения, принятые в период с 06.03.2016 по 15.03.2019 от имени Я.А.А. являются ничтожными, что влечет недействительность решений Инспекции от 20.02.2017 № 21833А, от 24.08.2017 № 147711А, от 14.09.2017 № 158660А, которые нарушают его права и законные интересы в сфере предпринимательской деятельности, обратился в суд с настоящим заявлением.

Оценив собранные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу, что с заявлением по настоящему делу Общество обратилось 20.09.2019, то есть с пропуском срока, предусмотренного частью 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исчисляемого как с момента внесения сведений в ЕГРЮЛ и их опубликовании, так и с момента, указанного заявителем — назначение генеральным директором Е-В. С.Е. (15.03.2019), в связи с чем, отказал в удовлетворении заявленных требований.

Апелляционная коллегия полагает обоснованным вывод суда первой инстанции относительно того, что с заявлением по настоящему делу Общество обратилось с пропуском срока, предусмотренного частью 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителя о том, что срок на обжалование решений не пропущен с учетом положений статьи 25.2 Закона № 129-ФЗ, также правомерно отклонен судом первой инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 25.2 Закона № 129-ФЗ решение территориального регистрирующего органа о государственной регистрации может быть обжаловано в вышестоящий регистрирующий орган, а также в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный в соответствии со статьей 2 названного Закона, путем подачи жалобы в порядке, установленном названным Законом, и (или) обжаловано в судебном порядке.

Как следует из пункта 2 указанной статьи, решение, принятое вышестоящим регистрирующим органом по результатам рассмотрения жалобы на решение о государственной регистрации или об отказе в государственной регистрации, может быть обжаловано в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный в соответствии со статьей 2 названного Закона, и (или) в суд.

В соответствии с пунктом 3 статьи 25.6 Закона № 129-ФЗ по результатам рассмотрения жалобы вышестоящий регистрирующий орган или федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный в соответствии со статьей 2 названного Закона, принимает одно из следующих решений: а) об отмене решения регистрирующего органа; б) об оставлении жалобы без удовлетворения.

В силу подпункта «б» пункта 1 статьи 25.5 Закона № 129-ФЗ вышестоящий регистрирующий орган или федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный в соответствии со статьей 2 названного Закона, оставляет жалобу без рассмотрения, если установит, что жалоба подана после истечения срока подачи жалобы, установленного названным Законом, и не содержит ходатайство о его восстановлении или в восстановлении пропущенного срока на подачу жалобы отказано.

Согласно пункту 3 статьи 25.2 Закона № 129-ФЗ в случае обжалования в судебном порядке решения регистрирующего органа, оставленного без изменения вышестоящим регистрирующим органом или федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в соответствии со статьей 2 Закона № 129-ФЗ, срок для обращения в суд исчисляется с момента, когда лицо, подавшее жалобу, получило уведомление о принятом решении либо решение регистрирующего органа, уполномоченного рассматривать жалобу.

Решений, предусмотренных пунктом 3 статьи 25.6 Закона № 129-ФЗ, вышестоящим регистрирующим органом или федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в соответствии со статьей 2 Закона № 129-ФЗ, не принималось. Жалоба Общества оставлена без рассмотрения, по существу жалобы решений не принималось.

Следовательно, оснований для исчисления срока на обжалование решений регистрирующего органа в порядке пункта 3 статьи 25.2 Закона № 129-ФЗ не имелось.

3. Иные споры с участием регистрирующих органов.

3.1. При рассмотрении спора об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ суд кассационной инстанции отметил, что решение об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является законным и обоснованным, если соблюден порядок, установленный законом. Между тем, не проверив соблюдение заинтересованным лицом порядка исключения общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица, не исследовав вопрос, обращался ли заявитель в установленный статьей 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» срок в инспекцию с соответствующим заявлением, суды удовлетворили заявление, указав лишь на нарушение прав и законных интересов заявителя обжалуемым решением, в связи с чем суд кассационной инстанции отменил решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и направил дело на новое рассмотрение.

По делу № А40-142150/2019 Фонд обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к инспекции о признании недействительным решения от 10.09.2018 № 119275 и возложении обязанности на инспекцию в Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ) сведений об обществе как о действующем юридическом лице.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.11.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2020, заявление удовлетворено.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, инспекция обратилась с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просила решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить ввиду их незаконности, неполного выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушения норм материального и процессуального права.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене.

Как следует из заявления Фонда кино при обращении в арбитражный суд, заявитель является взыскателем по возбужденному 19.02.2019 судебным приставом-исполнителем ОСП по СЗАО в отношении общества исполнительному производству на основании исполнительного листа, выданного по делу № А40-72071/2018 (решение Арбитражного суда города Москвы от 21.11.2018 по делу № А40-72071/2018).

27.12.2018 инспекцией в ЕГРЮЛ внесена запись за государственным регистрационным номером 6187750591000 об исключении юридического лица — общества из реестра юридических лиц как недействующего юридического лица.

Ссылаясь на то, что решение инспекции повлекло формальную утрату правоспособности должника, противоречит принципу обязательности исполнения судебных актов и нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, Фонд кино обратился в арбитражный суд с указанными выше требованиями.

Так, в соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В связи с вышеизложенным, для признания ненормативного правового акта недействительным необходимо наличие двух условий: несоответствие оспариваемого ненормативного акта требованиям закона и иных нормативных правовых актов и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон о государственной регистрации) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее — недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном данным Федеральным законом.

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 данной статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее — решение о предстоящем исключении).

Решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее — заявления), с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

Заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. Эти заявления могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в пункте 6 статьи 9 данного Федерального закона. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается.

Решение об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является законным и обоснованным, если соблюден порядок, установленный указанными выше правовыми нормами.

Между тем, не проверив соблюдение заинтересованным лицом порядка исключения общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица, не исследовав вопрос, обращался ли заявитель в установленный статьей 21.1 Закона о государственной регистрации срок в инспекцию с соответствующим заявлением, суды удовлетворили заявление, указав лишь на нарушение прав и законных интересов Фонда обжалуемым решением.

С учетом изложенного, вывод судов об удовлетворении заявления является преждевременным, сделанным при не исследовании материалов дела.

3.2. Такой способ защиты нарушенных прав как признание недостоверными сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ в отношении юридического лица, главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не предусмотрен.

По делу № А29-7978/2019 Фонд обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением к Инспекции о признании недостоверными сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц в отношении Фонда, а именно: об учредителях, о лицах, имевших право без доверенности действовать от имени Фона, об адресе.

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 17.03.2020 в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, К.Н.И. обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просила решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

Конкурсный управляющий Фонда обратилась в Инспекцию с заявлением от 13.06.2019, в котором просила провести проверку достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений в отношении Фонда в части информации об учредителях, о лицах, имеющих право без доверенности действовать от имени Фонда, о юридическом адресе Фонда и др.

Письмом от 25.06.2019 № 10-07/10138 Инспекция отказала Фонду в проверке достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ.

Посчитав, что сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ в отношении Фонда, об учредителях, о лицах, имеющих право без доверенности действовать от имени Фонда, о юридическом адресе являются недостоверными, заявитель обратился в Арбитражный суд Республики Коми с рассматриваемыми требованиями.

Суд первой инстанции, придя к выводу избрание лицом о ненадлежащем способе защиты заявителем своего нарушенного права, в удовлетворении заявленных требований отказал.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется способами, перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными законом.

При этом способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты.

По смыслу статей 4, 40, 41, 44, 49, 125 АПК РФ исключительное право определения предмета исковых (заявленных) требований принадлежит истцу (заявителю). Однако способы защиты гражданских прав предопределяются правовыми нормами, регулирующими конкретное правоотношение.

Из содержания заявления следует обращение Фонда в арбитражный суд в порядке главы 24 АПК РФ.

Согласно части 1 статьи 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Суд первой инстанции установил, что 13.06.2019 конкурсный управляющий Фонда обратилась в Инспекцию с заявлением, в котором просила провести проверку достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений в отношении Фонда в части информации об учредителях, о лицах, имеющих право без доверенности действовать от имени Фонда, о юридическом адресе Фонда.

Письмом от 25.06.2019 № 10-07/10138 Инспекция отказала Фонду в проверке достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ.

Вместе с тем заявитель требование о признании незаконным изложенного в письме от 25.06.2019 № 10-07/10138 отказа Инспекции в проведении проверки достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, не сформулировал.

Таким образом, доводы К.Н.И. о незаконности отказа Инспекции в проведении проверки достоверности сведений о Фонде, содержащихся в ЕГРЮЛ, к предмету спора не относятся, основанием для признания незаконным решения суда первой инстанции не являются.

Оспариваемые заявителем сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ в отношении Фонда, предметом требований по части 1 статьи 198 АПК РФ не являются, такой способ защиты нарушенных прав, как признание недостоверными сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ в отношении юридического лица, главой 24 АПК РФ не предусмотрен.

В соответствии с пунктом 4.2 статьи 9 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» проверка достоверности сведений, включаемых или включенных в единый государственный реестр юридических лиц, относится к исключительной компетенции регистрирующего органа.

По смыслу статьи 2 АПК РФ судебные акты арбитражного суда не могут подменять собой решения административных органов по вопросам, отнесенным к их компетенции, тем более в случаях, когда на эти органы законом прямо возложена обязанность принятия соответствующих решений, поскольку это будет противоречить принципу разделения полномочий исполнительной и судебной ветвей власти, установленному статьей 10 Конституции Российской Федерации.

Следовательно, при отсутствии требования заявителя о проверке законности конкретных решений и действий регистрирующего органа суд не вправе давать оценку достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ.

Проанализировав возникшие между сторонами правоотношения с учетом подлежащих применению к ним норм права, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о выборе Фондом неверного способа защиты нарушенного права, не соответствующего содержанию взаимоотношений сторон и характеру нарушения, обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

3.3. Судом кассационной инстанции не принял довод регистрирующего органа о том, что используемый в фирменном наименовании ответчика словесный элемент «рос» однозначно вызывает у потребителя стойкую ассоциацию с участием государства в деятельности этой организации либо с особой значимостью деятельности данной организации в государственных интересах. Словесный элемент «рос» является составляющим элементом многих слов русского языка (например, россыпь, роспуск, роспись, рослый, роскошь, ростовщик, альбатрос, матрос, купорос, нарост и пр.), географических наименований (Ростов, Ярославль, Рославль). Традиционным в целях придания деятельности организации причастности к деятельности государства является указание словесного элемента «Рос» в начале слова (Роснефть, Роскосмос, Роснано, Ростех, Росатом и пр.).

По делу № А42-2536/2019 инспекция обратилась в Арбитражный суд Мурманской области с исковым заявлением к обществу «Севрос» об изменении фирменного наименования и приведении его в соответствие с нормами параграфа 1 главы 76 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), об обязании внести изменения в учредительные документы и Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) в течение месяца с даты вступления в законную силу решения суда первой инстанции.

Решением Арбитражного суда Мурманской области от 11.06.2019 исковые требования удовлетворены.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2020 решение Арбитражного суда Мурманской области от 11.06.2019 отменено, по делу принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В кассационной жалобе, поданной в Суд по интеллектуальным правам, регистрирующий орган, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального права и норм процессуального права, на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просил обжалуемое постановление отменить.

Суд по интеллектуальным правам не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

Письмом от 31.10.2018 регистрирующий орган уведомил общество о несоответствии фирменного наименования положениям пункта 4 статьи 1473 ГК РФ и необходимости в тридцатидневный срок устранить выявленное нарушение путем представления в регистрирующий орган необходимых для государственной регистрации документов, определенных пунктом 1 статьи 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Принимая во внимание неисполнение обществом требований, содержащихся в данном письме, и полагая, что словесный элемент «рос» в произвольной части фирменного наименования «Севрос» несет общепринятую смысловую нагрузку, ассоциируясь исключительно со словом «Россия», регистрирующий орган обратился в Арбитражный суд Мурманской области с настоящим исковым заявлением.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что наличие в фирменном наименовании ответчика словесного элемента, производного от официального наименования «Россия», — сокращения «рос», использование которого допускается при наличии специального разрешения, выдаваемого уполномоченным органом, противоречит нормам ГК РФ и постановления Правительства Российской Федерации от 03.02.2010 № 52 «Об утверждении Правил включения в фирменное наименование юридического лица официального наименования „Российская Федерация“ или „Россия“, в связи с чем обращение регистрирующего органа в суд с требованием о приведении этого наименования в соответствие с нормативно-правовыми предписаниями является правомерным.»

При этом суд первой инстанции отметил, что содержащееся как в полном фирменном наименовании общества, так и в сокращенном наименовании общества сокращение «рос» представляет собой устойчивое общеизвестное буквенное сочетание, сокращенное от «Российский», «Россия», однозначно вызывающее стойкую ассоциацию потребителя с участием государства в деятельности организации либо с особой значимостью деятельности данной организации в государственных интересах.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении исковых требований, основывался на том, что словесный элемент «рос» в слове «Севрос» не имеет обязательного и единственного толкования как элемент, производный от «Россия» или «Российская Федерация», так как правилами современного русского языка не исключены иные возможности толкования этого компонента.

При этом судом приняты во внимание выводы, сделанные в заключении от 23.12.2019 № 3532/15-3 федерального бюджетного учреждения «Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» (далее — заключение лингвистической экспертизы).

Согласно пункту 1 статьи 1473 ГК РФ юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах и включается в единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица.

Пунктом 1 статьи 1474 ГК РФ предусмотрено, что юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках.

Вместе с тем, как отмечено в пункте 4 статьи 1473 ГК РФ, включение в фирменное наименование юридического лица официального наименования Российская Федерация или Россия, а также слов, производных от этого наименования, допускается по разрешению, выдаваемому в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

В случае отзыва разрешения на включение в фирменное наименование юридического лица официального наименования Российская Федерация или Россия, а также слов, производных от этого наименования, юридическое лицо в течение трех месяцев обязано внести соответствующие изменения в свои учредительные документы.

Несоблюдение названных требований влечет для юридического лица неблагоприятные последствия в виде принудительного изменения наименования организации на основании решения суда.

Так, пунктом 5 статьи 1473 ГК РФ предусмотрено последствие несоответствия фирменного наименования юридического лица законодательству, а именно, право органа, осуществляющего государственную регистрацию юридических лиц, предъявлять иски о понуждении к изменению фирменного наименования.

Запрет на использование юридическим лицом в своем фирменном наименовании официальных наименований «Российская Федерация» или «Россия», а также слов, производных от этих наименований, направлен на предотвращение введения потребителей в заблуждение относительно участия государства в деятельности данного юридического лица либо особой значимости деятельности этой организации для государственных интересов.

Судом кассационной инстанции не принимается довод заявителя кассационной жалобы о том, что используемый в фирменном наименовании ответчика словесный элемент «рос» однозначно вызывает у потребителя стойкую ассоциацию с участием государства в деятельности этой организации либо с особой значимостью деятельности данной организации в государственных интересах.

Словесный элемент «рос» является составляющим элементом многих слов русского языка (например, россыпь, роспуск, роспись, рослый, роскошь, ростовщик, альбатрос, матрос, купорос, нарост и пр.), географических наименований (Ростов, Ярославль, Рославль).

Доказательства того, что слово «Севрос» является сложносокращенным словом, образованным путем соединения сокращения от слова «Россия» и другого слова или его части, при рассмотрении дела регистрирующим органом не представлялись.

Наличие у потребителей стойкой ассоциации между словом «Севрос», составляющим произвольную часть фирменного наименования ответчика, и участием государства в деятельности этой организации либо с особой значимостью деятельности данной организации в государственных интересах, в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит доказыванию истцом.

Вместе с тем в рассматриваемом деле регистрирующий орган ограничился лишь утверждением о том, что словесный элемент «рос» в любом случае вызывает названную ассоциацию, что с учетом вышеизложенного не может быть признано в достаточной степени обоснованным.

Кроме того, Суд по интеллектуальным правам отмечает, что традиционным в целях придания деятельности организации причастности к деятельности государства является указание словесного элемента «Рос» в начале слова (Роснефть, Роскосмос, Роснано, Ростех, Росатом и пр.).

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2019 по настоящему делу была назначена судебная лингвистическая экспертиза, перед экспертом были поставлены следующие вопросы:

• исходя из норм и правил современного русского языка как государственного языка Российской Федерации, используются ли в фирменном наименовании ООО «Севрос» какие-либо слова, морфемы, иные элементы, для которых возможной является их интерпретация (толкование) как производных от официальных наименований «Российская Федерация» или «Россия»?
• имеет ли компонент «РОС» в аббревиатуре «СЕВРОС» обязательное и единственное толкование как компонент, производный от «Россия» или «Российская Федерация», или правилами современного русского языка не исключены иные возможности толкования этого компонента?

Согласно поступившему в материалы дела заключению лингвистической экспертизы, словесный элемент «рос» действительно может иметь интерпретацию (толкование) (наряду с другими равными толкованиями) как производный от официального наименования «Россия», «Российский», вместе с тем данный элемент в слове «Севрос» не имеет обязательное и единственное толкование как компонент, производный от официальных наименований «Россия» или «Российская Федерация», так как правилами современного русского языка не исключены иные возможности толкования этого словесного элемента.

При проведении лингвистического исследования произвольной части фирменного наименований «Севрос» эксперт исходил из того, что:

• данное слово в современном русском языке закреплено недостаточно прочно, чтобы члены языкового коллектива могли распознать в нем форманты (составные части), изначально присвоенные слову создателем, в том числе форманты, образованные от слова «Россия» и производные от него («российский» и др.);
• восстановление основы спорного буквосочетания «рос» в качестве единого форманта лингвистически не обоснованно;
• выделению элемента «рос» в значении «российский» (в соответствии с типичной словообразовательной моделью, существующей в русском языке), противоречит графическое оформление и постпозиция «рос» в слове;
• наличие элемента «рос» в конечной части наименования не означает принадлежности к «России»;
• в слове «СЕВРОС», имеющем фантазийный характер, не может быть выделен формант «рос» как единственно верный и обязательный.

Суд апелляционной инстанции на основе оценки имеющихся в деле доказательств установил, что использование в полном и сокращенном фирменном наименовании общества «Севрос» словесного элемента «рос» однозначно не свидетельствует об использовании официальных наименований «Россия» или «Российская Федерация», а также элементов, производных от этих наименований.

Суд по интеллектуальным правам отмечает, что в соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая, что настоящий спор рассматривался в порядке искового производства и в ходе него истец не подтвердил необходимыми и достаточными доказательствами обстоятельства, свидетельствующие о наличии у потребителей ассоциаций между фирменным наименованием ответчика и участием государства в его деятельности, а ответчик, напротив, представил доказательства, опровергающие соответствующее утверждение истца, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу о недоказанности оснований для удовлетворения исковых требований регистрирующего органа.

Довод регистрирующего органа о том, что суд апелляционной инстанции неправомерно не принял во внимание тот факт, что Арбитражным судом Мурманской области принято решение от 11.10.2019 по делу № А42-7320/2019, которым удовлетворен иск регистрирующего органа к юридическому лицу, обладающему аналогичным фирменным наименованием, также не может быть признан обоснованным.

Так, из материалов дела не следует, что истец при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции ссылался на это обстоятельство.

Анализ решения Арбитражного суда Мурманской области от 11.10.2019 по делу № А42-7320/2019 позволяет прийти к выводу о том, что ответчиком по названному делу было иное лицо (имеющее иные государственный регистрационный номер, юридический адрес и состав учредителей), которое признало исковые требования регистрирующего органа, не представляло доводов и доказательств, опровергающих позицию регистрирующего органа, не обжаловало решение суда.

Таким образом, в силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные в решении Арбитражного суда Мурманской области от 11.10.2019 по делу № А42-7320/2019, не имеют преюдициального значения для настоящего дела.

---