Письмо ФНС России от 31.07.2020 № КВ-4-14/12315@

<О направлении Обзора судебной практики по спорам с участием регистрирующих органов № 2 (2020)>

ПИСЬМО

от 31 июля 2020 г. № КВ-4-14/12315@

Федеральная налоговая служба в целях формирования положительной судебной практики направляет «Обзор судебной практики по спорам с участием регистрирующих органов № 2 (2020)» (далее — Обзор).

Управлениям ФНС России по субъектам Российской Федерации довести данное письмо и прилагаемый к нему Обзор до нижестоящих территориальных органов ФНС России для руководства и применения в работе.

1. Споры о признании недействительными решений об отказе в государственной регистрации юридического лица и индивидуального предпринимателя.

1.1. Действующее законодательство не предусматривает внесение в ЕГРЮЛ сведений о членах крестьянского (фермерского) хозяйства.

По делу № А53-27152/2019 Хозяйство обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения инспекции от 08.02.2019 № 261А об отказе в государственной регистрации изменения сведений о хозяйстве, обязании осуществить государственную регистрацию изменений, содержащихся в ЕГРЮЛ, поданных по форме № Р14001, путем включения в ЕГРЮЛ сведений о новых членах хозяйства — С.Д.А., С.Р.А.

Решением от 20.09.2019, оставленным без изменения постановлением от 17.12.2019, отказано в удовлетворении заявленных требований.

В кассационной жалобе хозяйство просило судебные акты отменить и удовлетворить заявленные требования.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа посчитал, что жалоба не подлежит удовлетворению.

1 февраля 2019 года в электронном виде в инспекцию направлены заявление от С.Д.А. и Сухарева Р.А. от 24.01.019 о приеме их в члены хозяйства, соглашение от 25.01.2019 № 1, решение главы хозяйства от 25.01.2019; заявление по форме № Р14001 о внесении изменений в сведения о хозяйстве в ЕГРЮЛ.

8 февраля 2019 года инспекция приняла решение от 08.02.2019 № 2761А об отказе в государственной регистрации вышеуказанных изменений со ссылкой на то, что действующим законодательством не предусмотрена возможность внесения (изменения) сведений об участниках юридических лиц, отличных от перечисленных в пункте 7.12 Требований к оформлению документов, представленных в регистрирующий орган, утвержденных приказом Федеральной налоговой службы от 25.01.2012 № ММВ-7-6/25@.

В соответствии с частью 2 статьи 1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» государственная регистрация юридических лиц и индивидуальных предпринимателей акты уполномоченного федерального органа исполнительной власти, осуществляемые посредством внесения в государственные реестры сведений о создании, реорганизации и ликвидации юридических лиц, приобретении физическими лицами статуса индивидуального предпринимателя, прекращении физическими лицами деятельности в качестве индивидуальных предпринимателей, иных сведений о юридических лицах и об индивидуальных предпринимателях осуществляется в соответствии с указанным законом.

Пунктом 1 статьи 86.1 Гражданского кодекса Российской Федерации крестьянским (фермерским) хозяйством, создаваемым в соответствии с данной статьей в качестве юридического лица, признается добровольное объединение граждан на основе членства для совместной производственной или иной хозяйственной деятельности в области сельского хозяйства, основанной на их личном участии и объединении членами крестьянского (фермерского) хозяйства имущественных вкладов.

Действующее законодательство не предусматривает внесение в ЕГРЮЛ сведений о членах крестьянского (фермерского) хозяйства.

Податель жалобы не привел правовые нормы, которые обязывают инспекцию по внесению сведений в ЕГРЮЛ о членах хозяйства.

Суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали и оценили представленные доказательства, установили имеющие значение для дела фактические обстоятельства, правильно применили нормы права.

1.2. Несоблюдение заявителем установленных законодательством Российской Федерации требований к минимальному количеству членов сельскохозяйственного производственного кооператива позволило судам сделать вывод о правомерности оспариваемого решения об отказе в государственной регистрации юридического лица.

По делу № А12-42753/2019 сельскохозяйственный производственный кооператив обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о признании незаконным решения инспекции от 30.07.2019 об отказе в государственной регистрации.

Решением суда первой инстанции от 17 января 2020 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Ф.К.В. не согласился с принятым судебным актом и обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела, сельскохозяйственный производственный кооператив зарегистрирован в качестве юридического лица 12.08.1999, членами кооператива являются Ф.В.А., С.Я.В., К.Т.А., Ф.К.В., Б.А.С.

18.07.2019 членами кооператива принято решение, оформленное протоколом, о передаче Ф.К.В. пая Ф.В.А. на основании договора дарения пая от 18.07.2019, прекращении членства Ф.К.В. в кооперативе.

23.07.2019 сельскохозяйственный производственный кооператив обратился в ИФНС России по Дзержинскому району г. Волгограда с заявлением (форма № Р14001) о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственной реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ), с приложением протокола заседания членов кооператива от 18.07.2019, договора дарения пая от 18.07.2019.

23.07.2019 инспекцией принято решение об отказе в государственной регистрации изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, ввиду наличия в представленном заявлении недостоверных сведений о соблюдении установленных законодательством Российской Федерации требований.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее — Федеральный закон от 08.12.1995 № 193-ФЗ) сельскохозяйственный кооператив — это организация, созданная сельскохозяйственными товаропроизводителями и (или) ведущими личные подсобные хозяйства гражданами на основе добровольного членства для совместной производственной или иной хозяйственной деятельности, основанной на объединении их имущественных паевых взносов в целях удовлетворения материальных и иных потребностей членов кооператива. Сельскохозяйственный кооператив (далее также — кооператив) может быть создан в форме сельскохозяйственного производственного кооператива (далее также — производственный кооператив) или сельскохозяйственного потребительского кооператива (далее также — потребительский кооператив).

Пунктом 5 статьи 3 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ число членов производственного кооператива должно быть не менее пяти.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, членами сельскохозяйственного производственного кооператива являются Ф.В.А., С.Я.В., К.Т.А., Ф.К.В., Б.А.С.

Поданное кооперативом в регистрирующий орган заявление (форма № Р14001) о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, содержало сведения о прекращении участия Ф.К.В. в сельскохозяйственном производственном кооперативе.

После внесения соответствующих изменений в сведения о юридическом лица число членов сельскохозяйственного производственного кооператива не будут соответствовать требованиям пункта 5 статьи 3 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что заявителем не соблюдены установленные законодательством Российской Федерации требования к минимальному количеству участников юридического лица указанной организационно-правовой формы, представленное заявления (форма № Р14001) содержало недостоверные сведения о соблюдении установленных законодательством Российской Федерации требований, в связи с чем инспекция правомерно отказала кооперативу в государственной регистрации соответствующих изменений.

С учетом изложенного, суд первой 1.3. Поскольку продажа доли или части доли в уставном капитале общества с публичных торгов не отнесена статьей 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» к случаям, когда нотариальное удостоверение сделки не требуется, суд признал законным решение об отказе в государственной регистрации, обусловленное отсутствием нотариального удостоверения соответствующего договора.

1.3. Создаваемое путем реорганизации общество с ограниченной ответственностью должно отвечать всем требованиям, предъявляемым к обществам с ограниченной ответственностью. Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не содержит исключений в части размера уставного капитала обществ с ограниченной ответственностью, создаваемых путем реорганизации.

По делу № А32-7808/2020 ОАО «Щ.» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительным решения инспекции от 24.12.2019 № 6300745А об отказе в государственной регистрации создания юридического лица путем реорганизации в обязании провести государственную регистрацию.

Арбитражный суд Краснодарского края посчитал, что требования являются необоснованными.

Как следует из материалов дела, открытое акционерное общество «Щ.» было создано по решению Администрация Щербиновского района Краснодарского края № 300 от 31.07.1997, 25.10.2002 обществу присвоен ОГРН 1022305030516. Уставный капитал ОАО «Щ.» составляет 5546 рублей.

5 июня 2019 года состоялось годовое общее собрание акционеров Открытого акционерного общества «Щ.», на котором, помимо прочих, приняты решения:

• реорганизовать открытое акционерное общество «Щ.» в форме преобразования в общество с ограниченной ответственностью «Щ.»;
• считать ООО «Щ.» полным правопреемником имущественных и неимущественных прав, обязанностей и обязательств реорганизуемого ОАО «Щ.», при этом права и обязанности реорганизованного юридического лица в отношении других лиц не изменяются, за исключением прав и обязанностей в отношении учредителей (участников), изменение которых вызвано реорганизацией.

Решения, принятые годовым общим собранием акционеров, оформлены протоколом от 10.06.2019 № 1.

Ш.А.С. 17.12.2019 в адрес Инспекции представлены документы для государственной регистрации юридического лица при создании путем реорганизации.

24 декабря 2019 года Инспекцией принято решение об отказе в государственной регистрации № 6300745А. Отказ в государственной регистрации мотивирован тем, что размер уставного капитала ООО «Щ.» составляет менее 10 000 рублей.

Перечень документов, представляемых при государственной регистрации создаваемого путем реорганизации юридического лица, установлен главой V Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

В силу пункта 2 статьи 104 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 20 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» акционерное общество вправе преобразоваться в общество с ограниченной ответственностью, хозяйственное товарищество или производственный кооператив с соблюдением требований, установленных федеральными законами.

Таким образом, создаваемое путем реорганизации общество с ограниченной ответственностью должно отвечать всем требованиям, предъявляемым к обществам с ограниченной ответственностью.

В силу п. 1 ст. 14 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Федеральный закон № 14-ФЗ) размер уставного капитала общества должен быть не менее чем десять тысяч рублей.

Федеральный закон № 14-ФЗ не содержит исключений в части размера уставного капитала обществ с ограниченной ответственностью, создаваемых путем реорганизации.

Поскольку размер уставного капитала вновь создаваемого юридического лица на дату представления документов для государственной регистрации общества составлял 5546 рублей, то есть менее предусмотренного статьей 14 Федерального закона № 14-ФЗ, регистрирующий орган правомерно принял решение об отказе в государственной регистрации № 6300745А.

1.4. Приведенный регистрирующим органом довод о том, что иные юридические лица, руководимые заявителем, осуществляли деятельность с нарушениями норм налогового законодательства, был признан судом апелляционной инстанции несостоятельным, поскольку нарушения налогового законодательства директором и участником общества не являются основаниями для отказа в государственной регистрации изменений адреса юридического лица. Ответственность за нарушения налогового законодательства предусмотрена специальными нормами Налогового кодекса Российской Федерации.

По делу № А74-12137/2019 учредитель и директор общества В.А.Ф. обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к инспекции с требованиями: признать незаконным решение инспекции № 2010А от 31.07.2019 об отказе в государственной регистрации в отношении общества; обязать инспекцию зарегистрировать изменение адреса общества.

Решением Арбитражного суда Республики Хакасия от 17 декабря 2019 года требования удовлетворены.

Не согласившись с данным судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

20.06.2019 единственный учредитель общества В.А.Ф. принял решение: изменить местонахождение общества (Республика Тыва, город Кызыл, улица Ангарский бульвар, дом 29/1, квартира 25) на адрес: Республика Хакасия, город Абакан, улица Чертыгашева, дом 236. В связи с изменением местонахождения общества утвердить устав общества в новой редакции.

31.07.2019 инспекцией принято решение № 2010А об отказе в государственной регистрации в связи с недостоверностью сведений об адресе юридического лица, представленных заявителем в заявлении о государственной регистрации. В заявлении по форме № Р13001 указаны неполные сведения об адресе юридического лица (без указания конкретных строения, корпуса, помещения, офиса, квартиры). Установление недостоверности сведений, подлежащих обязательному отражению в заявлении о государственной регистрации, в отношении которых заявитель дал в установленном порядке гарантии достоверности, рассматривается как непредставление в регистрирующий орган документов, содержащих необходимые сведения.

Решение № 2010А принято на основании 23 Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ): подпункта «а» (непредставление заявителем определенных в законе необходимых для государственной регистрации документов) и подпункта «ц» (представление документов, оформленных с нарушением требований, установленных в соответствии с пунктом 1.1 и абзацем первым пункта 1.2 статьи 9 статьи Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ).

Судом первой инстанции установлено, что к заявлению по форме № Р13001 были приложены все документы, предусмотренные статьей 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ для регистрации изменения адреса (местонахождения) общества и внесения изменений в устав общества. Заявление и документы переданы в регистрирующий орган 25.06.2019 лично В.А.Ф. по расписке в получении документов, представленной в дело. Данные выводы регистрирующим органом не оспариваются.

Решение об отказе в государственной регистрации от 31.07.2019 не содержит указания на то, какие именно документы, предусмотренные статьей 17 названного закона, не представлены заявителем.

Возражая против удовлетворения требований заявителя, регистрирующий орган в апелляционной жалобе указывает на то, что заявителем отражены неполные сведения об адресе постоянно действующего исполнительного органа общества (без надлежащего указания офиса, кабинета и т.п.). Также, указывает на то, что указанный адрес в заявлении является адресом регистрации других юридических лиц (связь с ними по данному адресу невозможна).

Судом первой инстанции установлено, что заявитель В.А.Ф. зарегистрирован в Российской Федерации по адресу, указанному в заявлении от 25.06.2019, в жилом доме, принадлежащем на праве собственности его супруге, что подтверждается копиями свидетельства о регистрации права собственности, регистрации брака, а также наличие произведенной Отделом УФМС по Республике Хакасия в городе Абакане отметки о регистрации 08.02.2019.

Поскольку адресом регистрации постоянно действующего исполнительного органа общества директора В.А.Ф., указанным в заявлении от 25.06.2019, является жилой дом, в котором он зарегистрирован, регистрация принадлежащей ему организации по такому адресу является объективно необходимой для осуществления им предпринимательской деятельности и не противоречит требованиям действующего законодательства.

В апелляционной жалобе регистрирующий орган указывает на то, что В.А.Ф. является руководителем нескольких организаций, относящихся к категории «проблемных и недобросовестных налогоплательщиков».

Данный довод подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку на момент рассмотрения дела в суде первой инстанции ООО «О.» и ООО «У.» исключены из ЕГРЮЛ как недействующие, директором ООО «П.» В.А.Ф. с 2017 года не является; директором ООО «К.» В.А.Ф. зарегистрирован после отказа в государственной регистрации — 01.08.2019.

Также суд апелляционной инстанции не может признать состоятельным довод налогового органа о то, что указанные юридические лица, руководимые В.А.Ф., осуществляли деятельность с нарушениями норм налогового законодательства, поскольку нарушения налогового законодательства директором и участником общества не являются основаниями для отказа в государственной регистрации изменений адреса общества, так как они не указаны в качестве таковых в статье 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ. Ответственность за нарушения налогового законодательства предусмотрена специальными нормами Налогового кодекса Российской Федерации.

Также стоит обратить внимание на то, что ссылка регистрирующего органа в решении об отказе в государственной регистрации от 31.07.2019 на неполноту сведений об адресе в листе «Б» заявления по форме № Р13001, основана на Требованиях к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган, утвержденных приказом ФНС России от 25.01.2012 № ММВ-7-6/25@.

Согласно пунктам 2.3 - 2.9 указанных Требований показатели заполняются при наличии в адресе сведений о соответствующем элементе путем обязательного заполнения двух полей. В первом указывается тип адресного объекта, во втором — соответственно наименование или номер адресного объекта.

Суд первой инстанции установил, что по свидетельству о государственной регистрации площадь жилого дома составляет 35,3 кв., дополнительных элементов адрес дома не содержит.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии объективных оснований указывать дополнительные элементы адреса в документах, представленных для государственной регистрации. Документов, подтверждающих необходимость указания дополнительных элементов адреса, ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции не представлено.

1.5. Само по себе наличие записи о недостоверности адреса, указанного в ЕГРЮЛ, не свидетельствует о нарушении порядка уведомления кредиторов при осуществлении добровольной ликвидации юридического лица.

По делу № А65-17195/2019 Общество обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением к инспекции и Управлению о признании незаконным и отмене решения инспекции от 12.04.2019 № 23570А об отказе в государственной регистрации составления промежуточного ликвидационного баланса общества и решения Управления от 27.05.2019 № 2.8.-181014522@, а также об обязании инспекции провести государственную регистрацию промежуточного ликвидационного баланса общества.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.10.2019, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2019, заявленные требования удовлетворены. Признано незаконными решение инспекции от 18.04.2019 № 23570А об отказе в государственной регистрации составления промежуточного ликвидационного баланса общества и решение Управления от 27.05.2019 № 2.8.-181014622@. На инспекцию возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем осуществления государственной регистрации промежуточного ликвидационного баланса общества.

Инспекция, не согласившись с решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.10.2019 и постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2019, обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просила их отменить как несоответствующие нормам материального права, фактическим обстоятельствам дела, и принять по делу новый судебный акт.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как следует из материалов дела, 12.04.2019 ликвидатором общества Д.А.С. в инспекцию представлены документы для государственной регистрации юридического лица:

• уведомление о ликвидации юридического лица по форме № Р15001 в связи с составлением промежуточного ликвидационного баланса общества;
• решение единственного участника общества от 12.04.2019, согласно которому единственный участник общества принял решение утвердить промежуточный ликвидационный баланс от 06.04.2019;
• промежуточный ликвидационный баланс по состоянию на 06.04.2019.

18.04.2019 инспекцией принято решение № 23570А об отказе в государственной регистрации по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

В государственной регистрации отказано по причине: «Неисполнения юридическим лицом в процессе ликвидации обязанности уведомить кредиторов в соответствии с пунктом 1 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), Публикация в журнале „Вестник государственной регистрации“ от 06.02.2019/207 № 5 (721) содержит недостоверные сведения в отношении адреса места нахождения и для заявления кредиторами своих требований».

Статьей 63 ГК РФ предусмотрено, что ликвидационная комиссия опубликовывает в средствах массовой информации, в которых опубликовываются данные о государственной регистрации юридического лица, сообщение о его ликвидации и о порядке и сроке заявления требований его кредиторами. Этот срок не может быть менее двух месяцев с момента опубликования сообщения о ликвидации. Ликвидационная комиссия принимает меры по выявлению кредиторов и получению дебиторской задолженности, а также уведомляет в письменной форме кредиторов о ликвидации юридического лица (пункт 1).

После окончания срока предъявления требований кредиторами ликвидационная комиссия составляет промежуточный ликвидационный баланс, который содержит сведения о составе имущества ликвидируемого юридического лица, перечне требований, предъявленных кредиторами, результатах их рассмотрения. Промежуточный ликвидационный баланс утверждается учредителями (участниками) юридического лица или органом, принявшими решение о ликвидации юридического лица (пункт 2).

В соответствии с подпунктом «т» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ отказ в государственной регистрации допускается в случае неисполнения юридическим лицом в процессе ликвидации обязанности уведомить кредиторов в соответствии с пунктом 1 статьи 63 ГК РФ и со статьей 7.1 указанного Федерального закона.

Судами первой и апелляционной инстанций из материалов дела установлено, что 21.01.2019 единственный участник общества принял решение о ликвидации общества и назначении ликвидатором общества Д.А.С.

28.01.2019 Инспекцией в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) внесена запись о принятии участником общества решения о ликвидации юридического лица и о назначении ликвидатора за государственным регистрационным номером (ГРН) 2191690126208.

Сообщение о ликвидации общества опубликовано в журнале «Вестник государственной регистрации» от 06.02.2019 № 5 (721) (N 207).

Согласно сообщению Общество уведомляло, что единственным участником принято решение о ликвидации (решение от 21.01.2019), требования кредиторов могут быть заявлены в течение двух месяцев с момента опубликования настоящего сообщения по адресу: 420030, Республика Татарстан, г. Казань, улица Набережная, дом 11, офис 305.

23.01.2019 Инспекцией проведены контрольные мероприятия по установлению факта нахождения общества по указанному в ЕГРЮЛ адресу, в ходе которых выявлено, что организация по указанному адресу не находится. На момент осмотра вывеска, представители или иная информация об обществе отсутствовали.

18.02.2019 Инспекцией в адрес единственного участника общества К.Р.М. и ликвидатора общества Д.А.С. направлено уведомление о необходимости представления достоверных сведений, которое получено ликвидатором обществом 27.02.2019.

Общество с ограниченной ответственностью «З.» направило в адрес ликвидатора общества Д.А.С. по адресу указанному сообщении о ликвидации опубликованному в журнале «Вестник государственной регистрации» требование от 19.02.2019 о включении задолженности в промежуточный ликвидационный баланс, которое получено ликвидатором общества Д.А.С. 27.02.2019.

Согласно расшифровке заемных средств (строка баланса 1510) у общества по состоянию на 06.04.2019 имелся один кредитор — общество с ограниченной ответственностью «З».

12.04.2019 уведомление по форме № Р15001 о составлении промежуточного ликвидационного баланса общества представлено в Инспекцию по истечении двух месяцев с момента публикации сообщения о ликвидации юридического лица в журнале «Вестник государственной регистрации».

Исследовав и оценив представленные в дело документы в их взаимосвязи и совокупности в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь пунктами 1, 3 статьи 20, пунктом 1 статьи 21 Закона № 129-ФЗ, пунктом 3 статьи 54, пунктом 2 статьи 61, пунктом 3 статьи 62 ГК РФ, приказом Федеральной налоговой службы от 16.06.2006 № САЭ-3-09/355@ «Об обеспечении публикации и издания сведений о государственной регистрации юридических лиц в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной регистрации», установив, что почтовая корреспонденция, в том числе требование кредитора, уведомление межрайонной инспекции о вызове в налоговый орган, уведомление Инспекции, уведомление обслуживающего банка, направленные обществу по адресу, указанному в журнале «Вестник государственной регистрации», получены Обществом; Инспекцией не представлено доказательств наличия возвращенной корреспонденции, направленной по адресу регистрации общества; запись о недостоверности адреса внесена Инспекцией в ЕГРЮЛ за 3 дня до истечения срока предъявления требований кредиторами, судами первой и апелляционной инстанции сделан вывод о добросовестности действия ликвидатора общества, направленными на надлежащее выявление кредиторов и предоставление им реальной возможности реализовать свои права на предъявление требований к ликвидационной комиссии, что имело место в рассматриваемом случае.

В свою очередь, регистрирующим органом не представлено доказательств, подтверждающих, что кредиторы общества были не уведомлены и их требования не были получены ликвидатором общества.

Само по себе наличие записи о недостоверности адреса, указанного в ЕГРЮЛ, не свидетельствует о нарушении порядка уведомления кредиторов при осуществлении добровольной ликвидации юридического лица.

С учетом изложенного, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу, в соответствии с требованиями пункта 1 статьи 63 ГК РФ кредиторы о ликвидации общества были надлежащим образом уведомлены ликвидатором о возможности предъявления своих требований, о чем также может свидетельствовать и требование единственного кредитора общества, полученное ликвидатором общества, которое в последующем было отражено в промежуточном ликвидационном балансе.

Таким образом, оспариваемое решение ответчика от 18.04.2019 № 23570А, содержит ошибочные основания для отказа в государственной регистрации, не подтвержденные фактическими обстоятельствами.

1.6. Отклоняя доводы заявителя о том, что участником общества он становится на основании определения Арбитражного суда, суды указали, что действующим законодательством с 01.01.2016 запрещено включать в ЕГРЮЛ сведения о руководителях (участниках), которые являлись мажоритарными участниками юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ как недействующие и имеющаяся у них задолженность перед бюджетом Российской Федерации признана безнадежной к взысканию, до истечения трех лет с даты исключения из реестра этих юридических лиц. При этом сам факт распределения обнаруженного имущества заявителю сам по себе не является основанием для внесения в ЕГРЮЛ сведений о составе участников общества при наличии прямого законодательного запрета. Суды также отметили, что определение не содержит положений, обязывающих инспекцию произвести какие-либо регистрационные действия в отношении включения заявителя в состав участников общества.

По делу № А41-54658/19 С.А.В. обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением к инспекции о признании недействительным решения об отказе в государственной регистрации № 876А от 27.03.2019, обязании внести изменения в Единый государственный реестр юридических лиц в соответствии с поданным заявителем заявлением по форме № Р14001.

Решением Арбитражного суда Московской области от 24.09.2019 по делу № А41-54658/19 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2019 решение Арбитражного суда Московской области от 24.09.2019 по делу № А41-54658/19 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, заявитель — С.А.В. обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просит отменить решение Арбитражного суда Московской области от 24.09.2019 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2019 по делу № А41-54658/19 полностью и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд.

Суд кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения оспариваемых судебных актов.

Из материалов дела следует и установлено судами, 20.03.2019 С.А.В. обратился в инспекцию с заявлением о государственной регистрации изменений в сведений о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, не связанных с внесением изменений в учредительные документы, а именно в части изменения сведений об участниках общества.

27.03.2019 регистрирующим органом было принято решение об отказе в государственной регистрации № 876А на основании подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

Согласно подпункту «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ, отказ в государственной регистрации допускается, среди прочего, в случае если в регистрирующий орган представлены документы для включения сведений об учредителе (участнике) юридического лица либо о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, в том числе: владевших на момент исключения общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц как недействующего юридического лица не менее чем пятьюдесятью процентами голосов от общего количества голосов участников данного общества с ограниченной ответственностью, которое на момент его исключения из единого государственного реестра юридических лиц имело задолженность перед бюджетом или бюджетами бюджетной системы Российской Федерации либо в отношении которого указанная задолженность была признана безнадежной к взысканию в связи с наличием признаков недействующего юридического лица, при условии, что на момент представления документов в регистрирующий орган не истекли три года с момента исключения данного общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц.

Судами установлено и следует из материалов дела, что С.А.В. являлся участником ООО «К.» и ООО «А.» с долей участия 100% уставного капитала в каждом из обществ.

При этом, ООО «К.» и ООО «А.» были исключены из ЕГРЮЛ как недействующие юридические лица и на момент подачи заявления (20.03.2019) не истекли три года с момента исключения ООО «К.» и ООО «А.» из ЕГРЮЛ, что в силу подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ является одним из условий для вынесения оспариваемого отказа в государственной регистрации.

Более того, судами на основании протокола проверки документов, представленных к регистрации С.А.В., сформированном в электронном информационном ресурсе системы налоговых органов, установлено наличие задолженности перед бюджетом или бюджетами бюджетной системы Российской Федерации на момент исключения ООО «К.» и ООО «А.» из ЕГРЮЛ.

При этом, доказательства, опровергающие наличие задолженности перед бюджетом или бюджетами бюджетной системы Российской Федерации на момент исключения ООО «К.» и ООО «А.» из ЕГРЮЛ заявителем в материалы дела не представлены.

Отклоняя доводы заявителя о том, что участником общества он становится на основании определения Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2018 по делу № А40-27864/18-178-35, суды правомерно указали, что действующим законодательством с 01.01.2016 запрещено включать в ЕГРЮЛ сведения о руководителях (участниках), которые являлись мажоритарными участниками юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ как недействующие и имеющаяся у них задолженность перед бюджетом Российской Федерации признана безнадежной к взысканию, до истечения трех лет с даты исключения из реестра этих юридических лиц. При этом сам факт распределения обнаруженного имущества заявителю сам по себе не является основанием для внесения в ЕГРЮЛ сведений о составе участников общества при наличии прямого законодательного запрета.

Более того, как верно указали суды, определение по делу № А40-27864/18-178-35 не содержит положений, обязывающих Инспекцию произвести какие-либо регистрационные действия в отношении включения заявителя в состав участников общества.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

1.7. Поскольку государственная пошлина за государственную регистрацию изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, по чеку-ордеру была уплачена физическим лицом, являющимся законным представителем общества, в установленном размере и на должный КБК, суды, принимая во внимание соблюдение заявителем положений статьи 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», пришли к выводу об отсутствии у регистрирующего органа оснований отказывать в государственной регистрации изменений применительно к подпункту «х» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

По делу № А73-20776/2019 А.А.В. обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании незаконным решения инспекции от 19.07.2019 № 11650А об отказе в государственной регистрации.

Решением суда от 09.01.2020, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2020, требование удовлетворено, оспариваемое решение регистрирующего органа признано незаконным.

Регистрирующий орган, не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ссылаясь на неполное выяснение имеющих значение для дела обстоятельств, указывая на неправильное применение норм материального и процессуального права, подал в Арбитражный суд Дальневосточного округа кассационную жалобу, в которой предлагал решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, приняв по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требования.

Арбитражный суд Дальневосточного округа не усмотрел правовых оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Судами из материалов дела установлено, что А.А.В. является генеральным директором общества.

12.07.2019 А.А.В. представил в инспекцию документы для государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы общества.

Рассмотрев заявление и приложенные к нему документы, решением от 19.07.2019 № 11650А регистрирующий орган в государственной регистрации испрашиваемых изменений отказал на основании подпункта «х» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон о государственной регистрации). Как установила инспекция, из представленного чека-ордера об уплате государственной пошлины не усматривается, что государственная пошлина уплачена за осуществление соответствующей государственной регистрации.

Судами установлено, материалами дела подтверждается и кассатором не опровергнуто, что 12.07.2019 генеральный директор общества А.А.В. представил в инспекцию заявление о государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица. К заявлению прилагались: решение участника общества от 11.07.2019 об определении нового адреса общества, изменения в Устав общества, утвержденные решением участника общества от 11.07.2019, а также чек-ордер от 12.07.2019 об уплате государственной пошлины в размере 800 руб.

Регистрирующий орган, отказывая в государственной регистрации испрашиваемых изменений по основанию подпункта «х» пункта 1 статьи 23 Закона о государственной регистрации, исходил из того, что представленный чек-ордер от 12.07.2019 не может являться доказательством уплаты государственной пошлины за общество, поскольку в названном чеке-ордере не указано, кто является плательщиком сбора, и в поле «Назначение платежа» отсутствует наименование общества.

Судебные инстанции, в свою очередь, оценив содержание спорного чека-ордера от 12.07.2019, руководствуясь нормами Налогового кодекса Российской Федерации (далее — НК РФ), пришли к обоснованному и мотивированному выводу об отсутствии у инспекции законных оснований не принимать названный чек-ордер от 12.07.2019 в качестве документа об уплате государственной пошлины.

По правилам статьи 333.17 НК РФ плательщик государственной пошлины обязан самостоятельно, то есть от своего имени, уплатить ее в бюджет. Вместе с тем, налогоплательщик согласно положениям статьи 26 НК РФ может участвовать в отношениях, регулируемых законодательством о налогах и сборах, через законного или уполномоченного представителя.

В силу указаний статьи 27 НК РФ законными представителями налогоплательщика-организации признаются лица, уполномоченные представлять указанную организацию на основании закона или ее учредительных документов. Действия законных представителей организации, совершенные в связи с участием этой организации в отношениях, регулируемых законодательством о налогах и сборах, признаются действиями этой организации (статьи 28 НК РФ).

Из вышеизложенных норм налогового законодательства следует, что А.А.В., будучи генеральным директором общества, то есть его законным представителем, вправе уплатить за общество государственную пошлину.

Как определили суды и не опроверг кассатор, в спорном чеке-ордере от 12.07.2019 указан ИНН, принадлежащий А.А.В.; данный чек-ордер прилагался к поданному последним заявлению по форме № Р13001, в связи с чем произведенный по чеку-ордеру платеж относится к указанному заявлению.

Судами также установлено, что государственная пошлина по чеку-ордеру от 12.07.2019 уплачена А.А.В. в размере 800 руб., то есть в размере, установленном подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.33 НК РФ, за государственную регистрацию изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица (4000 руб. x 20%), на КБК 18210807010011000110, предназначенный для уплаты государственной пошлины за государственную регистрацию юридического лица, физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей, изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, за государственную регистрацию ликвидации юридического лица и другие юридически значимые действия.

Рассматриваемый платеж фактически перечислен по реквизитам получателя УФК (инспекции); возврат денежных средств не зафиксирован.

Учитывая вышеизложенное, поскольку государственная пошлина за регистрацию изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, по чеку-ордеру от 12.07.2019 была уплачена А.А.В., являющимся законным представителем общества, в установленном размере и на должный КБК, так как денежные средства в размере 800 руб. поступили в бюджет и учтены по получателю (инспекции), суды, принимая во внимание соблюдение А.А.В. положений статьи 17 Закона о государственной регистрации, пришли к верному выводу об отсутствии у регистрирующего органа оснований отказывать в государственной регистрации изменений применительно к подпункту «х» пункта 1 статьи 23 Закона о государственной регистрации.

Таким образом, судебные инстанции верно удовлетворили требование А.А.В., признав незаконным оспариваемое решение инспекции от 19.07.2019 № 11650А.

1.8. При рассмотрении спора об отказе в государственной регистрации юридического лица суды пришли к выводу, что общество не является тем заинтересованным лицом, которому в силу закона предоставлено право в судебном порядке оспаривать отказ в государственной регистрации другого юридического лица. Принятие Инспекцией оспариваемого решения не затрагивает прав общества, не возлагает на него какой-либо обязанности, создании иных препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. В рассматриваемом случае общество непосредственно не вступало в правоотношения, возникающие в связи с государственной регистрацией юридических лиц.

По делу № А73-20776/2019 общество обратилось с иском в Арбитражный суд Пермского края к инспекции о признании незаконным решения инспекции об отказе в государственной регистрации юридического лица от 22.02.2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью «А.», об обязании осуществить государственную регистрацию юридического лица и внести изменения в ЕГРЮЛ на основании представленных 16.01.2019 г. (вх. № 824А) документов, а также о взыскании за счет средств казны 1 000 руб. причиненных незаконными действиями регистрирующего органа.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 20.11.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Общество обжаловало решение от 20.11.2019 в апелляционном порядке, просило его отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и на неправильное применение норм материального права.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

Как следует из материалов дела, единственным участником ООО «А.» принято решение от 20.11.2018 об изменении адреса организации, новый адрес: 617120, Пермский край, г. Верещагино, ул. Энергетиков, д. 13.

В целях совершения регистрационных действий 14.01.2019 между обществом (исполнитель) и ООО «И.» (заказчик) был заключен договор возмездного оказания услуг № 4/А, в соответствии с которым исполнитель обязан подготовить проект заявления по форме № Р13001 для государственной регистрации ООО «А.», а также заключение об отсутствии (наличии) оснований для принятия регистрирующим органом решения о приостановлении государственной регистрации и (или) об отказе в государственной регистрации при направлении в регистрирующий орган такого заявления для государственной регистрации (пункт 2.1 Договора).

Стоимость услуг составляет 5 000 руб. (пункт 2.1 договора).

При этом согласно пункту 4.3 Договора возмездного оказания услуг, предусмотрено, что в случае вынесения регистрирующим органом (его должностным лицом) решения о приостановлении государственной регистрации по результатам рассмотрения документов, проекты которых подготовлены на основании пункта 2.1 Договора, общество обязано выплатить ООО «И.» неустойку в размере 500.000 руб.

Обществом было подготовлено заявление по форме № Р13001 о государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы ООО «А.», а также дано заключение от 14.01.2019 об отсутствии оснований для принятия решений об отказе в государственной регистрации и о приостановлении государственной регистрации.

В связи с этим, 16.01.2019 в инспекцию было представлено заявление (вх. № 824А) по форме № Р13001 о государственной регистрации изменений, внесенных в учредительные документы ООО «А.».

Решением № 824А от 22.02.2019 в государственной регистрации вносимых изменений было отказано ввиду наличия у регистрирующего органа подтвержденной информации о недостоверности содержащихся в представленных в регистрирующий орган документах сведений об адресе.

Порядок обжалования решения о государственной регистрации или об отказе в государственной регистрации предусмотрен главой VIII.1 Федерального закона от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 25.1 Закона № 129-ФЗ заинтересованное лицо имеет право обжаловать решение регистрирующего органа о государственной регистрации или об отказе в государственной регистрации, если, по мнению этого лица, такое решение нарушает его права.

Согласно подпункту «г» пункта 1 статьи 25.4 Закона № 129-ФЗ в жалобе указываются основания, по которым лицо, подающее жалобу, считает, что его права нарушены.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ), статьей 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, действий (бездействия) госорганов входят проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту, проверка факта нарушения оспариваемым актом, действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя, а также соблюдение срока на подачу заявления в суд.

Из приведенных положений следует, что одним из условий обжалования ненормативных правовых актов, как в судебном, так и в административном порядке является нарушение этими актами прав и законных интересов лица, обратившегося за защитой.

Наличие условий, указанных в части 4 статьи 200 АПК РФ, заявителем не доказано.

Ни в суде первой инстанции ни в апелляционной жалобе не указано доводов, свидетельствующих о нарушении прав именно самого заявителя — общества.

В соответствии с частью 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что общество не является тем заинтересованным лицом, которому в силу закона предоставлено право в судебном порядке оспаривать отказ в государственной регистрации другого юридического лица. Принятие Инспекцией оспариваемого решения не затрагивает прав общества, не возлагает на него какой-либо обязанности, создании иных препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. В рассматриваемом случае общество непосредственно не вступало в правоотношения, возникающие в связи с государственной регистрацией юридических лиц.

Общество полагая, что его права нарушены оспариваемым решением налогового органа, указывает на то, что в связи с принятием неправомерного решения об отказе в государственной регистрации, общество было вынуждено заплатить неустойку по договору возмездного оказания услуг № 4/А от 14.01.2019.

Вместе с тем, обстоятельства, с которым связана уплата неустойки в связи с нарушением обществом договорных обязательств, стороной которых Инспекция не выступала, не связаны с отношениями, возникающими в связи с государственной регистрацией юридических лиц при их создании реорганизации и ликвидации, при внесении изменений в их учредительные документы, а также сведениями ЕГРЮЛ. Следовательно, нужно признать, что состав убытков в настоящем случае, в том числе ввиду отсутствия причинно-следственной связи между оспариваемым решением и предусмотренной договорной неустойкой, квалифицированной Заявителем в качестве убытков, не доказан.

Общество фактически пытается разрешить гражданско-правовой спор связанный с добросовестным исполнением договора возмездного оказания услуг № 4/А от 14.01.2019, т.е. имеет место использования права не в связи с защитой нарушенных прав заявителя.

2. Споры о признании недействительными решений о государственной регистрации юридического лица и индивидуального предпринимателя.

2.1. Исходя из конкретных обстоятельств дела, суды признали правомерным оспариваемое решение регистрирующего органа о государственной регистрации. При этом суды указали на то, что полномочия физического на подписание заявления по форме № Р14001 были проверены нотариусом, необходимость их дополнительной проверки со стороны Инспекции с учетом пункта 4.2 статьи 9 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» отсутствовала, нотариальные действия не оспорены и не признаны недействительными.

По делу № А82-13141/2019 К.О.В. и Т.А.С. обратились в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о признании незаконным решения Инспекции регистрирующий орган от 31.05.2019 № 99901А о внесении в Единый государственный реестр юридических лиц записи от 31.05.2019 за государственным регистрационным номером 2197627296931 о директоре С.А.Е.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 23.12.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, К.О.В. обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 24.05.2019 в Инспекцию поступило заявление С.А.Е. о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц, в части сведений о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица. В заявлении по форме № Р14001 указывалось на необходимость внесения в государственный реестр сведений о С.А.Е. как о генеральном директоре общества. Подлинность подписи С.А.Е. на заявлении засвидетельствована нотариусом, полномочия проверены. Вместе с заявлением на государственную регистрацию представлены решения Арбитражного суда Ярославской области от 07.05.2018 по делу № А82-847/2018, от 03.04.2019 по делу № А82-2518/2019.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 07.05.2018 по делу № А82-847/2018 признаны недействительными решение внеочередного общего собрания акционеров общества 20.09.2017, оформленное протоколом от 20.09.2017, решение заседания совета директоров общества 21.09.2017, оформленное протоколом от 21.09.2017 № 5. Решением от 21.09.2017 К.С.В. был избран генеральным директором общества.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 03.04.2019 по делу № А82-2518/2019 удовлетворены исковые требования акционера общества С.А.Е., признано недействительным решение заседания совета директоров общества 30.10.2018, оформленное протоколом от 30.10.2018. Указанным решением в качестве директора общества была избрана К.О.В.

По итогам рассмотрения поступивших документов Инспекция приняла решение от 31.05.2019 № 9901А о государственной регистрации, в Единый государственный реестр юридических лиц внесена соответствующая запись за государственным регистрационным номером 2197627296931. Данная запись содержалась в государственном реестре в период с 31.05.2019 до 09.10.2019.

В пункте 2 статьи 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) установлено, что для внесения в Единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся сведений о юридическом лице, но не связанных с внесением изменений в учредительные документы юридического лица, в регистрирующий орган представляется подписанное заявителем заявление о внесении изменений в Единый государственный реестр юридических лиц по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. В заявлении подтверждается, что вносимые изменения соответствуют установленным законодательством Российской Федерации требованиям и содержащиеся в заявлении сведения достоверны.

При государственной регистрации юридического лица заявителями могут быть руководитель постоянно действующего исполнительного органа регистрируемого юридического лица или иное лицо, имеющие право без доверенности действовать от имени этого юридического лица (подпункт «а» пункта 1.3 статьи 9 Закона № 129-ФЗ).

Регистрирующий орган не вправе требовать представление других документов кроме документов, установленных названным Федеральным законом. Регистрирующий орган не проверяет на предмет соответствия федеральным законам или иным нормативным правовым актам Российской Федерации форму представленных документов (за исключением заявления о государственной регистрации) и содержащиеся в представленных документах сведения, за исключением случаев, предусмотренных указанным законом. Проверка достоверности сведений, включаемых в Единый государственный реестр юридических лиц, проводится регистрирующим органом в случае возникновения обоснованных сомнений в их достоверности, в том числе в случае поступления возражений заинтересованных лиц относительно предстоящего включения сведений в Единый государственный реестр юридических лиц. Государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в Единый государственный реестр юридических лиц (пункты 4, 4.1, 4.2 и 4.4 статьи 9 Закона № 129-ФЗ).

Перечень оснований для отказа в государственной регистрации установлен в пункте 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ и носит исчерпывающий характер.

Из материалов настоящего дела следует, что 24.05.2019 в Инспекцию поступило заявление С.А.Е. об изменении сведений о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица (форма № Р14001). Вместе с заявлением представлены решения Арбитражного суда Ярославской области от 07.05.2018 по делу № А82-847/2018, от 03.04.2019 по делу № А82-2518/2019. Данное заявление представлено в Инспекцию по установленной форме, заявление подписано лично С.А.Е. как директором общества, в порядке пункта 1.2 статьи 9 Закона № 129-ФЗ его подпись засвидетельствована нотариусом, полномочия проверены. В заявлении С.А.Е. подтвердил, что изменения, вносимые в государственный реестр, соответствуют установленным законодательством Российской Федерации требованиям, содержащиеся в заявлении сведения достоверны.

Признав, что заявление подано в соответствии с Законом № 129-ФЗ, на государственную регистрацию представлены все предусмотренные данным Законом документы, необходимость проведения дополнительной проверки заявления третьего лица отсутствует с учетом проверки полномочий нотариусом, Инспекция приняла решение от 31.05.2019 о внесении в реестр записи о С.А.Е. как директоре Общества. Представленные вместе с заявлением судебные акты, свидетельствовавшие о прекращении полномочий директора у К.С.В., К.О.В., признаны достаточными для совершения испрашиваемых регистрационных действий.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что Инспекция при принятии оспариваемого решения действовала в пределах предоставленных законом полномочий и при наличии к тому достаточных оснований. Нарушений законодательства о государственной регистрации ответчиком не допущено.

Доводы подателя жалобы о том, что заявление от 24.05.2019 подписано неуполномоченным лицом, С.А.Е. не является легитимным директором Общества, соответствующие полномочия имела лишь З.С.В., апелляционным судом рассмотрены. Однако, как указывалось выше, полномочия С.А.Е. на подписание заявления по форме № Р14001 были проверены нотариусом, необходимость их дополнительной проверки со стороны Инспекции с учетом пункта 4.2 статьи 9 Закона № 129-ФЗ отсутствовала, нотариальные действия не оспорены и не признаны недействительными.

Указывая на нарушение прав оспариваемым решением Инспекции, заявители в суде первой инстанции пояснили, что в период после внесения записи о директоре С.А.Е. (с 31.05.2019 по 09.10.2019) Общество приняло на себя обязательства по сделкам, не отвечающие интересам Общества и акционерам. Между тем с учетом заявленного в настоящем деле предмета спора апелляционный суд полагает, что при наличии определенных обстоятельств лицо, считающее свои права нарушенными, не лишено возможности защитить их в установленном законом порядке.

2.2. Поддерживая вывод суда первой инстанции о пропуске процессуального срока на обжалование решения о государственной регистрации, на основании которого в ЕГРЮЛ были внесены сведения о заявителе как об участнике общества, суд апелляционной инстанции отметил, что поскольку заявитель являлся участником и единоличным исполнительным органом (директором) значительного количества юридических лиц, он имел возможность и в силу добросовестного поведения должен был контролировать сведения о себе как участнике юридических лиц. Обстоятельства, препятствующие такому контролю, заявителем не приведены.

По делу № А13-23522/2019 Б.В.Р. обратился в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением к инспекцией о признании недействительным решения от 26.11.2010 № 6538 о государственной регистрации внесения изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ), не связанных с внесением изменений в учредительные документы.

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 5 февраля 2020 года по делу № А13-23522/2019 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Б.В.Р. с судебным актом не согласился и обратился с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям ЕГРЮЛ Б.В.Р. являлся участником общества. Сведения о нем как участнике общества внесены 26.11.2010 на основании решения № 6538 о государственной регистрации внесения изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, не связанных с внесением изменений в учредительные документы.

Межрайонной инспекцией 17.01.2018 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности общества в связи с его исключением на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

Б.В.Р. 24.06.2019 обратился в регистрирующий орган с заявлением по форме № Р34001 о недостоверности сведений о себе как участнике общества.

По результатам рассмотрения заявления от 24.06.2019 Межрайонная инспекция решением от 01.07.2019 № 9806А отказала в государственной регистрации на основании пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ.

Б.В.Р. не согласился с решением от 01.07.2019 № 9806А, обратился в арбитражный суд с заявлением о его оспаривании. Решением Арбитражного суда Вологодской области от 18 ноября 2019 года по делу № А13-19071/2019 в удовлетворении требований о признании недействительным решения Межрайонной инспекции от 01.07.2019 № 9806А отказано.

Б.В.Р. 25.12.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения инспекции от 26.11.2010 № 6538, поскольку этим решением внесены в ЕГРЮЛ сведения о нем как участнике общества, о чем свидетельствует запись ЕГРЮЛ 2103528201984.

Суд первой инстанции установил, что срок на обращение с указанным заявлением в суд пропущен и в удовлетворении заявленных требований отказал.

Б.В.Р. в суде первой инстанции и в апелляционной жалобе указал, что ему о нарушении прав и законных интересов оспариваемым решением стало достоверно известно 18.11.2019 после принятия Арбитражным судом Вологодской области решения по делу № А13-19071/2019. При этом заявитель считает, что данный срок не пропущен, ходатайство о восстановлении срока для обращения с заявлением о признании недействительным решения инспекции от 26.11.2010 № 6538 о государственной регистрации не представлял.

При оценке начала течения срока на подачу заявления в суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Согласно правовой позиции, содержащейся в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02.12.2013 № 1908-О, по своему буквальному смыслу положение части 4 статьи 198 АПК РФ для исчисления закрепленного им процессуального срока исходит не из презумпции разумно предполагаемой осведомленности лица о нарушении его прав и законных интересов, а из того, что начало течения этого срока определяется в каждом конкретном случае судом на основе установления момента, когда заинтересованное лицо реально узнало о соответствующем нарушении.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Закона № 129-ФЗ решение о государственной регистрации, принятое регистрирующим органом, является основанием внесения соответствующей записи в соответствующий государственный реестр.

Судом первой инстанции установлено, что запись в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности общества в связи с его исключением на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ внесена 17.01.2018, Б.В.Р. 24.06.2019 обратился в регистрирующий орган с заявлением по форме № Р34001 о недостоверности сведений о себе как участнике общества, в связи с этим суд первой инстанции пришел к выводу о том, что Б.В.Р. узнал о решения инспекции от 26.11.2010 № 6538 не позднее 24.06.2019.

Учитывая открытый характер сведений о государственной регистрации юридических лиц, заявитель имел возможность с 2010 года проверить наличие таких сведений и своевременно обратиться в арбитражный суд с требованием о признании недействительным решения инспекции от 26.11.2010 № 6538.

При этом судом первой инстанции учтено, что инспекцией представлены сведения о Б.В.Р. как о массовом участнике и директоре юридических лиц. Так, Б.В.Р. являлся участником 16 юридических лиц, директором 28 юридических лиц.

Поскольку заявитель являлся участником и единоличным исполнительным органом (директором) значительного количества юридических лиц, он имел возможность и в силу добросовестного поведения должен был контролировать сведения о себе как участнике юридических лиц. Обстоятельства, препятствующие такому контролю, заявителем не приведены.

Учитывая вышеизложенное, Б.В.Р. мог обратиться в арбитражный суд с требованиями к инспекции с заявлением о признании недействительным решения от 26.11.2010 № 6538 в срок до 24.09.2019, обратился в арбитражный суд лишь 25.12.2019, то есть с пропуском срока, установленного частью 4 статьи 198 АПК РФ.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, объективно препятствующих своевременному обращению в арбитражный суд и подаче заявления о восстановлении указанного срока, заявителем не представлено.

Ссылки апеллянта о том, что он узнал о нарушении своих прав и законных интересов в момент рассмотрения дела № А13-19071/2019 в суде, до указанного момента он полагал, что недостоверные сведения в ЕГРЮЛ являются технической ошибкой и не нарушают его права, коллегией судей не принимаются, поскольку не опровергают выводов суда о том, что в момент подачи заявления по указанному делу Б.В.Р. было известно о принятии оспариваемого решения инспекции, а нарушение его прав выражалось в содержании спорных сведений в ЕГРЮЛ, с чем он был не согласен.

2.3. Сославшись на то, что наличие неразрешенного корпоративного спора исключает возможность проведения регистрирующим органом самостоятельной проверки достоверности включенных в ЕГРЮЛ сведений о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, в рамках пункта 4.2 статьи 9 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», суды признали незаконной запись о недостоверности соответствующих сведений.

По делу № А54-7075/2019 Н.М.С. обратился в Арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением к инспекции о признании незаконной записи ГРН 2196234136680 от 30.04.2019

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 05.12.2019 по делу № А54-7075/2019 заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с данным решением, Л.Н.С. обратилась в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для изменения либо отмены обжалуемого решения суда первой инстанции ввиду следующего.

В ЕГРЮЛ 22 мая 2018 внесена запись о том, что лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени общества, является директор Н.М.С.

22 марта 2019 в инспекцию поступило письмо старшего следователя от 21.03.2019 № 18/270621, в котором указано, что 22.02.2019 Назарьеву М.С. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 170.1, части 1 статьи 185.5 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ), а именно: фальсификация протокола общего собрания от 15.02.2018, на котором якобы было принято решение о назначении Н.М.С. на должность директора общества. Кроме того, указано, что в настоящее время достоверно установлено, что Н.М.С. был незаконно назначен на должность директора общества, в связи с чем, оставаясь на указанной должности, может воспрепятствовать нормальной и эффективной деятельности общества, совершить хищение денежных средств, находящихся на счетах общества, а также совершить иные действия в ущерб деятельности организации. В связи с чем следователь просит внести сведения в ЕГРЮЛ о незаконном назначении на должность директора общества Н.М.С.

Регистрирующий орган 29.03.2019 направил в адрес общества, Н.М.С., Н.С.А., Н.М.А., Л.Н.С., К.Г.Н. уведомление от 27.03.2019 № 165 о необходимости представления достоверных сведений о физическом лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица Назарьев М.С. или представить документы, свидетельствующие о достоверности сведений, в отношении которых направлено уведомление.

Ответ на уведомление в инспекцию не поступил.

Инспекцией 30.04.2019 в отношении общества внесена в ЕГРЮЛ запись за ГРН 2196234136680 о недостоверности сведений о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица.

Пунктом 4.2 статьи 9 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) предусмотрено, что проверка достоверности сведений, включаемых или включенных в единый государственный реестр юридических лиц, проводится регистрирующим органом в случае возникновения обоснованных сомнений в их достоверности, в том числе в случае поступления возражений заинтересованных лиц относительно предстоящей государственной регистрации изменений устава юридического лица или предстоящего включения сведений в единый государственный реестр юридических лиц, посредством изучения документов и сведений, имеющихся у регистрирующего органа, в том числе возражений заинтересованных лиц, а также документов и пояснений, представленных заявителем; получения необходимых объяснений от лиц, которым могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для проведения проверки; получения справок и сведений по вопросам, возникающим при проведении проверки; проведения осмотра объектов недвижимости; привлечения специалиста или эксперта для участия в проведении проверки.

Согласно пункту 4.3 статьи 9 Законом № 129-ФЗ основания, условия и способы проведения указанных в пункте 4.2 настоящей статьи мероприятий, порядок использования результатов этих мероприятий устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Основания, условия и способы проведения мероприятия, порядок использования результатов этих мероприятий утверждены приказом Федеральной налоговой службы от 11.02.2016 № ММВ-7-14/72@ «Об утверждении оснований, условий и способов проведения указанных в пункте 4.2 статьи 9 Федерального закона „О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей“ мероприятий, порядка использования результатов этих мероприятий, формы письменного возражения относительно предстоящей государственной регистрации изменений устава юридического лица или предстоящего внесения сведений в Единый государственный реестр юридических лиц, формы заявления физического лица о недостоверности сведений о нем в Едином государственном реестре юридических лиц» (далее — Основания).

Пунктом 4 Оснований установлено, что основанием для проведения мероприятий по проверке достоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, является получение регистрирующим органом заявления заинтересованного лица о недостоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, а также иной информации о несоответствии сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, сведениям, полученным территориальными органами ФНС России после включения в ЕГРЮЛ таких сведений.

Из подпункта 8 пункта 5 Оснований следует, что заявление заинтересованного лица о недостоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, не является основанием для проведения мероприятий по проверке достоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, в случае, если в поступившем в регистрирующий орган заявлении о недостоверности сведений ЕГРЮЛ в качестве обстоятельства, на котором основаны такие возражение или заявление, указывается на оспоримость решения органа юридического лица или сделки, направленной на возникновение, изменение или прекращение прав заинтересованного лица в отношении юридического лица.

Как установлено судом, в письме старшего следователя от 21.03.2019 № 18/270621 указано, что 22.02.2019 Н.М.С. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 170.1, части 1 статьи 185.5 УК РФ, а именно: фальсификация протокола общего собрания от 15.02.2018, на котором якобы было принято решение о назначении Н.М.С. на должность директора общества. А также, что в настоящее время было достоверно установлено, что Н.М.С. незаконно назначен на должность директора общества, в связи с чем, оставаясь на указанной должности, может воспрепятствовать нормальной и эффективной деятельности общества, совершить хищение денежных средств, находящихся на счетах общества, а также совершить иные действия в ущерб деятельности организации. В связи с этим следователь просит внести сведения в ЕГРЮЛ о незаконном назначении на должность директора общества Н.М.С.

В свою очередь, указывая на фальсификацию протокола общего собрания от 15.02.2018, следователь фактически ставит под сомнение действительность решения общества, то есть оспаривает решение общества, что, в свою очередь, свидетельствует о наличии корпоративного спора.

Довод регистрирующего органа о том, что оспариваемая запись сделана в связи с непредставлением заинтересованными лицами достоверных сведений и пояснений относительно Н.М.С., как директора общества, правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку инспекция не имела права проводить проверку заявления следователя о недостоверности сведений, оснований для направление уведомления в адрес заинтересованных лиц у налоговой инспекцией не имелось.

Кроме того, суд первой инстанции верно отметил, что уведомление инспекции Н.М.С. получил позже даты внесения оспариваемых сведений в ЕГРЮЛ.

С учетом изложенного суд первой инстанции справедливо заключил, что решение регистрирующего органа от 30.04.2019 о внесении государственной регистрационной записи в ЕГРЮЛ в отношении общества за номером 2196234136680 о недостоверности сведений о юридическом лице является незаконным и нарушает права и законные интересы Н.М.С., в связи с чем обосновано удовлетворил заявленные требования.

Доводы заявителя жалобы о том, что суд первой инстанции в нарушение действующих процессуальных норм не истребовал у Н.М.С. протокол общего собрания от 15.02.2018, не исследовал вопрос, по каким основаниям оспаривается данный протокол в рамках дела № А54-5146/2018, не истребовал выписку из ЕГРЮЛ по состоянию на 15.02.2018, с целью проверки объективной возможности проведения общего собрания участников общества, выписку из ЕГРЮЛ по состоянию на 15.05.2018 с целью проверки возможности провести нотариальные и регистрационные действия в отношении общества, не принимаются во внимание судом апелляционной инстанции, поскольку являются предметом рассмотрения иного спора, а именно дела № А54-5146/2018, предметом которого является признание недействительным решения общего собрания участников общества от 15.02.2018.

Вместе с тем, как верно отметил суд первой инстанции, подпунктом 8 пункта 5 Оснований, условий и способов проведения указанных в пункте 4.2. статьи 9 Закона № 129-ФЗ мероприятий, порядка использования этих мероприятий, утвержденных приказом ФНС от 11.02.2016 № ММВ-7-14/72@, содержится прямой запрет на право проведения регистрирующим органом мероприятий по проверке, указанных в пункте 4.2 статьи 9 Закона № 129-ФЗ, если в заявлении о недостоверности сведений указывается на оспоримость решения органа юридического лица или сделки, направленной на возникновение, изменение или прекращение прав заинтересованного лица в отношении юридического лица.

Таким образом, наличие неразрешенного корпоративного спора исключает возможность проведения самостоятельной проверки регистрирующим органом в рамках пункта 4.2 статьи 9 Закона № 129-ФЗ.

2.4. Констатируя незаконность действий инспекции по внесению в ЕГРЮЛ записей о недостоверности сведений в отношении физического лица как об учредителе и руководителе общества, суды отметили, что само по себе соблюдение порядка внесения соответствующих записей однозначно не свидетельствует о недостоверности сведений о руководителе и учредителе общества; в любом случае инспекция, исходя из имеющихся правовых последствий установления факта недостоверности сведений ЕГРЮЛ, должна документально подтвердить, что физическое лицо в действительности не является руководителем и учредителем общества. Суд кассационной инстанции также отметил, что сами по себе суждения инспекции об участии общества в схеме минимизации налогов к настоящему спору, связанному с установлением обстоятельства учреждения и руководства обществом именно физическим лицом, отношения не имеют.

По делу № А16-3304/2018 К.Ю.Б. обратилась в Арбитражный суд Еврейской автономной области с заявлением о признании незаконными действий инспекции по внесению 14.08.2018 записи в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) о недостоверности сведений в отношении К.Ю.Б. как об учредителе и руководителе общества.

Решением суда от 28.02.2019, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2019, требование К.Ю.Б. удовлетворено, оспариваемые действия инспекции признаны незаконными ввиду их несоответствия Федеральному закону от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон о государственной регистрации).

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 27.08.2019 вышеуказанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Еврейской автономной области.

Принятыми при новом рассмотрении решением от 16.12.2019, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2020, требование К.Ю.Б. удовлетворено, оспариваемые действия инспекции признаны незаконными.

Регистрирующий орган, не согласившись с данными судебными актами, ссылаясь на нарушения норм материального права, подал в Арбитражный суд Дальневосточного округа кассационную жалобу, в которой предлагал решение суда от 16.12.2019 и постановление от 06.03.2020 отменить, приняв по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований.

Суд кассационной инстанции не установил оснований к отмене принятых по делу судебных актов.

Судами из материалов дела установлено, что общество зарегистрировано в качестве юридического лица 20.11.2017 с указанием в качестве учредителя и руководителя К.Ю.Б., о чем в ЕГРЮЛ регистрирующим органом внесены соответствующие записи.

Управление письмом от 22.05.2018 обратилось в УФНС с просьбой провести проверку достоверности сведений, внесенных в ЕГРЮЛ в отношении общества в части адреса организации, его руководителя и учредителя. В обоснование необходимости проверки указано, что К.Ю.Б., постоянно проживающая в Хабаровске, является руководителем и учредителем общества, зарегистрированного в Еврейской автономной области, и что применительно к ООО «П.» и ООО «С.» в ЕГРЮЛ внесены записи о недостоверности сведений о К.Ю.Б. как учредителе и руководителе названных юридических лиц.

Данное письмо Управления перенаправлено в целях исполнения в адрес инспекции с указанием на представление необходимой информации в срок не позднее 08.06.2018.

Для дачи пояснений по факту достоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ в отношении общества, регистрирующий орган уведомлениями от 30.05.2018 № 03-46/04816 и 09.07.2018 № 03-46/06002 вызывал К.Ю.Б., но последняя по вызовам не явилась.

Письмом от 11.07.2018 № 03-46/06061 инспекция сообщила К.Ю.Б. об установлении факта недостоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений об учредителе и руководителе общества, а также на основании пункта 6 статьи 11 Закона о государственной регистрации предложила Коровиной Ю.Б. представить достоверные сведения.

14.08.2018 в ЕГРЮЛ внесены записи о недостоверности сведений о К.Ю.Б. как об учредителе и руководителе общества.

В силу положений пункта 6 статьи 11 Закона о государственной регистрации в случае, если по результатам проведения проверки достоверности сведений, включенных в единый государственный реестр юридических лиц, установлена недостоверность содержащихся в нем сведений о юридическом лице, предусмотренных подпунктами «д» и (или) «л» пункта 1 статьи 5 Закона о государственной регистрации, регистрирующий орган направляет юридическому лицу, недостоверность сведений о котором установлена, а также его учредителям (участникам) и лицу, имеющему право действовать без доверенности от имени указанного юридического лица (в том числе по адресу электронной почты указанного юридического лица при наличии таких сведений в едином государственном реестре юридических лиц), уведомление о необходимости представления в регистрирующий орган достоверных сведений. В течение тридцати дней с момента направления уведомления о недостоверности юридическое лицо обязано сообщить в регистрирующий орган в порядке, установленном данным Федеральным законом, соответствующие сведения или представить документы, свидетельствующие о достоверности сведений, в отношении которых регистрирующим органом направлено уведомление о недостоверности. В случае невыполнения юридическим лицом данной обязанности, а также в случае, если представленные юридическим лицом документы не свидетельствуют о достоверности сведений, в отношении которых регистрирующим органом направлено уведомление о недостоверности, регистрирующий орган вносит в единый государственный реестр юридических лиц запись о недостоверности содержащихся в едином государственном реестре юридических лиц сведений о юридическом лице.

Действительно, судами подтверждено, что алгоритм действий, обозначенный указанной выше нормой, формально инспекцией соблюден: уведомление о недостоверности направлено в адрес К.Ю.Б. инспекцией 11.07.2018 по результатам проверки, проведенной на основании письма Управления от 22.05.2018, а записи в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений о руководителе и учредителе общества внесены 14.08.2018, то есть за пределами тридцати дней с момента направления уведомления о недостоверности.

Между тем, как обоснованно отметили судебные инстанции, само по себе соблюдение приведенного выше порядка однозначно не свидетельствует о недостоверности сведений о руководителе и учредителе общества; в любом случае инспекция, исходя из имеющихся правовых последствий установления факта недостоверности сведений ЕГРЮЛ, должна документально подтвердить, что К.Ю.Б. в действительности не является руководителем и учредителем общества.

Суды, исследовав и оценив в порядке главы 7 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, подтверждающие статус К.Ю.Б. в обществе, в частности, решение от 14.11.2017 № 1 об учреждении общества, о назначении генерального директора, документы, подтверждающие ведение хозяйственной деятельности от имени общества, подписанные К.Ю.Б., мотивированно установили, что именно К.Ю.Б. является руководителем и учредителем общества, а не какое-либо иное лицо.

В этой связи, поскольку инспекцией не был доказан факт недостоверности сведений о К.Ю.Б. как об учредителе и руководителе общества, судебные инстанции обоснованно признали незаконными оспариваемые действия регистрирующего органа.

Сами по себе суждения инспекции об участии общества в схеме минимизации налогов к настоящему спору, связанному с установлением обстоятельства учреждения и руководства обществом именно Коровиной Ю.Б., отношения не имеют.

2.5. При решении вопроса о наличии условий для взыскания судебных расходов с регистрирующего органа необходимо принимать во внимание суть спорных правоотношений, причины возникновения таковых и предусмотренные законом обязанности и полномочия при совершении соответствующих регистрационных действий.

По делу № А65-1186/2019 Г.С.В. обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан к обществу, инспекции с требованиями о признании недействительным решение регистрирующего органа о внесении в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) записей от 05.06.2018 № 2181690795251, № 2181690795284 и № 2181690833597; обязании инспекции внести в ЕГРЮЛ изменения о юридическом лице обществе в части изменения состава участников общества и смены исполнительного органа.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.11.2019 заявленные требования удовлетворены. Решение инспекции о внесении в ЕГРЮЛ записей от 05.06.2018 № 2181690795251, № 2181690795284 и № 2181690833597 признано недействительным, суд обязал регистрирующий орган внести в ЕГРЮЛ изменения сведений о юридическом лице обществе и смене исполнительного органа.

С инспекции за счет средств бюджетной системы Российской Федерации, в пользу Г.С.В., взыскано 300 руб. в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины, а также 15 494 руб. в счет возмещения расходов за проведение экспертизы.

Не согласившись с решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.11.2019 в части взыскания с инспекции в пользу Г.С.В. расходов на проведение экспертизы, регистрирующий орган обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, просит судебный акт в обжалуемой части отменить и принять по делу новый судебный акт.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения жалобы.

В силу пункта 1.2 статьи 9 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) заявление, уведомление или сообщение представляется в регистрирующий орган по форме и удостоверяется подписью заявителя, подлинность, которой должна быть засвидетельствована в нотариальном порядке, если иное не установлено данным пунктом.

В целях государственной регистрации юридического лица не требуется нотариальное свидетельствование подписи в случае направления документов в регистрирующий орган в форме электронных документов, подписанных усиленной квалифицированной электронной подписью заявителя (абзац 5 подпункта 1.2 статьи 9 Закон № 129-ФЗ).

Отношения по использованию электронных подписей при совершении гражданско-правовых сделок, оказании государственных и муниципальных услуг, исполнении государственных и муниципальных функций, а также при совершении иных юридических значимых действий регулируются Федеральным законом от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» (далее — Закон № 63-ФЗ).

Положениями статьи 14 данного Закона предусмотрено создание и выдача квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи.

В соответствии с частью 2 статьи 14 Закон № 63-ФЗ в сертификат ключа подписи, в том числе включаются сведения о владельце сертификата — фамилия, имя и отчество (если имеется) — для физических лиц, наименование и место нахождения — для юридических лиц или иную информация, позволяющую идентифицировать владельца сертификата ключа проверки электронной подписи.

Сертификат ключа проверки электронной подписи юридического лица в качестве владельца сертификата ключа, проверки электронной подписи наряду с указанием наименования юридического лица указывается физическое лицо, действующее от имени юридического лица на основании учредительных документов юридического лица или доверенности.

В случае выдачи сертификат ключа проверки электронной подписи юридическому лицу в качестве владельца сертификата ключа проверки электронной подписи, наряду с указанием наименования юридического лица указывается физическое лицо, действующее от имени юридического лица на основании учредительных документов юридического лица.

Как следует из материалов дела, 20.05.2018 в инспекцию от общества по электронным каналам связи были направлены документы с целью внесения в ЕГРЮЛ изменений о юридическом лице обществе.

Все документы, представленные для государственной регистрации от общества были направлены в регистрирующий орган по электронным каналам связи и содержали усиленную квалифицированную электронную подпись директора общества — Г.С.В.

Усиленная квалифицированная электронная подпись Г.С.В. как директору общества была выдана удостоверяющим центром — ООО «Л.».

Поскольку представленные для государственной регистрации документы содержали усиленную квалифицированную электронную подпись директора общества — Г.С.В., соответствующую требованиям действующего законодательства, у инспекции отсутствовали основания для принятия решения об отказе в соответствии с подпунктом «д» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ, в связи с чем регистрирующим органом было приняты решения о государственной регистрации.

Обращаясь в суд с требованием о признании недействительным решения регистрирующего органа о внесении в ЕГРЮЛ записей от 05.06.2018 № 2181690795251, № 2181690795284 и № 2181690833597, Г.С.В. указано, что заявление в регистрирующий орган ей не подавалось, в ООО «Л.» с целью изготовления сертификата ключа проверки электронной подписи она не обращалась.

Согласно заключению судебной экспертизы, проведенной по ходатайству Г.С.В., установлено, что она не обращалась в общество с целью изготовления сертификата ключа проверки электронной подписи, а равно не имела намерения подавать в регистрирующий орган заявления, по итогам которых приняты оспариваемые решения.

На основании изложенного, Арбитражный суд Республики Татарстан обоснованно признал решение инспекции о внесении в ЕГРЮЛ записей от 05.06.2018 № 2181690795251, № 2181690795284 и № 2181690833597 недействительными.

Судом также в пользу Г.С.В. с инспекции за счет средств бюджетной системы Российской Федерации, взыскано 15 494 руб. в счет возмещения расходов за проведение экспертизы.

Судебная коллегия кассационной инстанции не может согласиться с указанным выводом суда первой инстанции по следующим основаниям.

Частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) установлено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее — Постановление Пленума от 21.01.2016 № 1) принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Пунктом 5 указанного Постановления Пленума предусмотрено, что распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них.

В силу пункта 19 Постановление Пленума от 21.01.2016 № 1 не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, издержки, понесенные в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком, административным ответчиком.

С учетом особенностей статуса ответчика как субъекта, несущего ответственность за законность принимаемых актов в сфере государственной регистрации, в том числе и при отсутствии с его стороны действий, направленных на нарушение права заявителя, не во всех случаях принятие решения в пользу заявителя может быть квалифицировано как решение не в пользу государственного органа (в данном случае инспекции), поскольку отсутствует заинтересованность последнего в исходе спора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 25 Закона № 129-ФЗ за непредставление или несвоевременное представление необходимых для включения в государственные реестры сведений, а также за представление недостоверных сведений заявители, юридические лица и (или) индивидуальные предприниматели несут ответственность, установленную законодательством Российской Федерации.

Пунктом 4.1 статьи 9 названного Закона предусмотрено, что регистрирующий орган не проверяет на предмет соответствия федеральным законам или иным нормативным правовым актам Российской Федерации форму представленных документов (за исключением заявления о государственной регистрации) и содержащиеся в представленных документах сведения, за исключением случаев, предусмотренных данным Федеральным законом.

При решении вопроса о наличии условий для взыскания судебных расходов с регистрирующего органа необходимо принимать во внимание суть спорных правоотношений, причины возникновения таковых и предусмотренные законом обязанности и полномочия при совершении соответствующих регистрационных действий.

При таких обстоятельствах, выводы суда о необходимости взыскания с инспекции за счет средств бюджетной системы Российской Федерации, в пользу Г.С.В., в счет возмещения расходов за проведение экспертизы 15 494 руб., нельзя признать основанным на приведенных нормах права, регулирующих данные правоотношения.

Поскольку для принятия обоснованного и законного решения требуется исследование и оценка доказательств, а также иные процессуальные действия, установленные для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

3. Иные споры с участием регистрирующих органов.

3.1. Принимая во внимание, что срок с момента прекращения процедуры исключения общества из ЕГРЮЛ и до момента ее возобновления является незначительным (13 дней), и у Министерства отсутствовали основания считать, что в отношении общества регистрирующим органом вновь рассматривается вопрос об исключении его из ЕГРЮЛ в административном (внесудебном) порядке, суды пришли к выводу о том, что в рассмотренном случае оспариваемые действия Инспекции по внесению в ЕГРЮЛ записи об исключении общества из указанного реестра не соответствуют требованиям Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

По делу № А38-5375/2019 Министерство обратилось в Арбитражный суд с заявлением о признании незаконным внесения Инспекцией в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) записи об исключении общества из реестра.

Решением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 06.11.2019 заявленные требования удовлетворены.

Постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2020 решение суда оставлено без изменения.

Инспекция не согласилась с принятыми судебными актами и обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа не нашел правовых оснований для удовлетворения жалобы.

По результатам проведенного 06.02.2017 осмотра объекта недвижимости Инспекция установила, что Общество по адресу регистрации не находится.

Общество письмом от 06.02.2017 № 1 уведомило регистрирующий орган о том, что не находится по адресу регистрации, поскольку финансово-хозяйственная деятельность им не ведется более двух лет.

Инспекция 07.02.2017 направила Обществу и его учредителю и директору К.А.Н. уведомления о необходимости представления достоверных сведений о юридическом лице (адрес).

Инспекция 17.03.2017 внесена в ЕГРЮЛ запись о недостоверности сведений об адресе Общества и 06.11.2018 приняла решение № 1537 о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Сообщение о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ опубликовано в журнале «Вестник государственной регистрации» от 07.11.2018 № 44 (709).

В Инспекцию 30.01.2019 от Министерства поступило возражение на решение о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ, в котором оно просило не исключать Общество из ЕГРЮЛ в связи с непогашенной задолженностью по аренде лесного участка, что подтверждается судебными решениями и возбужденным исполнительным производством, указало, что намерено признать Общество несостоятельным (банкротом).

В ЕГРЮЛ 05.02.2019 внесена запись о представлении заявления лицом, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением юридического лица из ЕГРЮЛ. На основании пункта 4 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) Инспекцией не было принято решение об исключении юридического лица из реестра.

Регистрирующий орган 18.02.2019 принял решение № 656 о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ. Сообщение о принятии данного решения опубликовано в журнале «Вестник государственной регистрации» от 20.02.2019 № 386.

В течение трех месяцев с момента публикации указанного сообщения заявления от Общества, его кредиторов или иных лиц, чьи права и законные интересы затрагивает исключение юридического лица из ЕГРЮЛ, в регистрирующий орган не поступили, в связи с чем Инспекция 05.06.2019 внесла в ЕГРЮЛ запись под государственным регистрационным номером 2191215113582 об исключении Общества из ЕГРЮЛ (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ определен в статье 21.1 Закона № 129-ФЗ, который в соответствии с подпунктом «б» пункта 5 названной статьи применяется также в случае наличия в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

На основании пункта 3 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

Заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. Эти заявления могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в пункте 6 статьи 9 указанного Федерального закона. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не принимается (пункт 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ).

В силу пункта 7 статьи 22 Закона № 129-ФЗ если в течение срока, предусмотренного пунктом 4 статьи 21.1 указанного Федерального закона, заявления не направлены, регистрирующий орган исключает недействующее юридическое лицо из ЕГРЮЛ путем внесения в него соответствующей записи.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства в совокупности и взаимосвязи, приняв во внимание, что Министерство заявляло возражения относительно исключения Общества из ЕГРЮЛ, в связи с чем первая процедура исключения Общества из реестра была прекращена регистрирующим органом; повторная процедура исключения Общества из ЕГРЮЛ была инициирована Инспекцией по истечении 13 дней со дня прекращения предыдущей процедуры, следовательно, на момент принятия решений о предстоящем исключении и на момент исключения Общества из реестра ей было достоверно известно о возражениях Министерства и его заинтересованности в сохранении правоспособности должника и в защите своих прав и законных интересов; срок с момента прекращения процедуры исключения и до момента ее возобновления является незначительным, и у Министерства отсутствовали основания считать, что в отношении Общества регистрирующим органом вновь рассматривается вопрос об исключении его из ЕГРЮЛ в административном (внесудебном) порядке, суды пришли к выводу о том, что в рассмотренном случае оспариваемые действия Инспекции по внесению в ЕГРЮЛ записи об исключении Общества не соответствуют требованиям Закона № 129-ФЗ и нарушают права и законные интересы Министерства.

3.2. В связи с тем, что в нарушение пункта 3 статьи 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации в фирменном наименовании ответчика содержится аббревиатура «ЛТД», отражающая в русскоязычной транскрипции англоязычную аббревиатуру «Ltd.» (от англ. «Limited»), использующуюся в английском языке для обозначения организационно-правовой формы хозяйственного общества — «с ограниченной ответственностью», суды апелляционной и кассационной инстанций пришли к выводу об обоснованности заявленных регистрирующим органом требований об обязании общества привести фирменное наименование в соответствие с законом и внести изменения в учредительные документы. Суд кассационной инстанции также отклонил довод ответчика о необходимости детального соответствия заимствованной аббревиатуры организационно-правовой форме, предусмотренной иностранным законодательством, поскольку в рассматриваемом случае имеет значение общее впечатление, создающееся у участников гражданского оборота при восприятии средства индивидуализации, которые не зависит от размера букв, составляющих аббревиатуру, и наличия либо отсутствия точки в конце словесного элемента, так как вероятность введения иных лиц в заблуждение возникает и при отсутствии тождества при воспроизведении аббревиатуры в русской транскрипции.

По делу № А59-5086/2019 инспекция обратилась в Арбитражный суд Сахалинской области с исковым заявлением к обществу «Альбатрос Ко.ЛТД» (далее — общество) о понуждении к изменению фирменного наименования.

Решением Арбитражного суда Сахалинской области от 22.10.2019 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2019 решение Арбитражного суда Сахалинской области от 22.10.2019 отменено, исковые требования регистрирующего органа удовлетворены: суд обязал общество изменить фирменное наименование, исключив из него аббревиатуру «ЛТД», с общества также взысканы судебные расходы.

В кассационной жалобе, поданной в Суд по интеллектуальным правам, общество, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, просило постановление суда апелляционной инстанции отменить, решение суда первой инстанции оставить в силе.

Суд по интеллектуальным правам не усмотрел оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, общество зарегистрировано в качестве юридического лица 25.11.2007.

Письмом от 15.02.2018 регистрирующий орган уведомил общество о несоответствии фирменного наименования положениям пункта 3 статьи 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) и необходимости в срок до 02.03.2018 года устранить выявленное нарушение путем представления в регистрирующий орган необходимых для государственной регистрации документов, определенных пунктом 1 статьи 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Принимая во внимание неисполнение обществом требований, содержащихся в данном письме, и полагая, что фирменное наименование общества содержит в своем составе аббревиатуру «ЛТД», отражающую в русскоязычной транскрипции англоязычную аббревиатуру «LTD» (от англ. слова «Limited»), использующуюся в английском языке для обозначения организационно-правовой формы хозяйственного общества — «с ограниченной ответственностью», регистрирующий орган обратился в Арбитражный суд Сахалинской области с настоящим исковым заявлением.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, исходил из того, что закон распространяет запрет на использование терминов и аббревиатур, отражающих организационно-правовую форму юридического лица иностранного государства.

Вместе с тем суд первой инстанции указал, что именно при использовании аббревиатуры, определяющей организационно-правовую форму иностранного юридического лица, особое значение имеет ее воспроизведение именно в том виде, в котором аббревиатура используется при определении организационно-правовой формы иностранного юридического лица.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что поскольку сама по себе аббревиатура не отражает смысла, содержащегося в полном наименовании организационно-правовой формы юридического лица, для создания общего впечатления у участников гражданского оборота при восприятии средств индивидуализации, необходимо ее детальное соответствие заимствованной.

При этом суд первой инстанции обратил внимание на то, что аббревиатура «ЛТД» в наименовании ответчика является русской транскрипцией английского «Ltd», в то же время общепринятой аббревиатурой от слова «Limited» является «Ltd.» (с точкой в конце), а не «Ltd» (без точки на конце); в аббревиатуре «Ltd.» используется одна заглавная и две строчные буквы английского алфавита с точкой на конце.

Исходя из этого, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности истцом того, что использование аббревиатуры «ЛТД» в наименовании ответчика является иноязычной аббревиатурой в русской транскрипции, отражающей организационно-правовую форму юридического лица.

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя исковые требования, суд апелляционной инстанции исходил из того, что в нарушение пункта 3 статьи 1473 ГК РФ фирменное наименование общества содержит в своем составе аббревиатуру «ЛТД», отражающую в русскоязычной транскрипции англоязычную аббревиатуру «Ltd.» (от англ. «Limited»), использующуюся в английском языке для обозначения организационно-правовой формы хозяйственного общества — «с ограниченной ответственностью».

При этом суд апелляционной инстанции отметил, что при рассмотрении вопроса о правомерности использования фирменного наименования имеет значение не семантика спорного обозначения, предполагавшаяся правообладателем, а общее впечатление, создающееся у участников гражданского оборота при восприятии средства индивидуализации.

Суд апелляционной инстанции признал необоснованным вывод суда первой инстанции о том, что использование спорных аббревиатур является неправомерным только в случае точного соответствия написания.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1473 ГК РФ юридическое лицо должно иметь одно полное фирменное наименование и вправе иметь одно сокращенное фирменное наименование на русском языке. Юридическое лицо вправе иметь также одно полное фирменное наименование и (или) одно сокращенное фирменное наименование на любом языке народов Российской Федерации и (или) иностранном языке.

Фирменное наименование юридического лица на русском языке и языках народов Российской Федерации может содержать иноязычные заимствования в русской транскрипции или соответственно в транскрипциях языков народов Российской Федерации, за исключением терминов и аббревиатур, отражающих организационно-правовую форму юридического лица.

Несоблюдение названных требований влечет для юридического лица неблагоприятные последствия в виде принудительного изменения наименования организации на основании решения суда.

Так, пунктом 5 статьи 1473 ГК РФ прямо предусмотрено последствие несоответствия фирменного наименования юридического лица законодательству, а именно, право органа, осуществляющего государственную регистрацию юридических лиц, предъявлять иски о понуждении к изменению фирменного наименования.

Таким образом, законом установлен запрет на использование юридическим лицом в своем фирменном наименовании иноязычных заимствований в русской транскрипции, являющихся терминами и аббревиатурами, отражающими организационно-правовую форму юридического лица, а также право налогового органа предъявлять иски о понуждении к изменению фирменного наименования, нарушающего названный запрет. Указанный запрет направлен на предотвращение введения в заблуждение иных лиц относительно принадлежности юридического лица к определенной государственной юрисдикции.

Суд по интеллектуальным правам полагает, что суд апелляционной инстанции, установив, что в фирменном наименовании ответчика содержится аббревиатура «ЛТД», отражающая в русскоязычной транскрипции англоязычную аббревиатуру «Ltd.» (от англ. «Limited»), использующуюся в английском языке для обозначения организационно-правовой формы хозяйственного общества — «с ограниченной ответственностью», пришел к правильному выводу об обоснованности заявленных налоговым органом требований об обязании общества привести фирменное наименование в соответствие с законом и внести изменения в учредительные документы.

Судом кассационной инстанции не принимается ссылка заявителя кассационной жалобы на неправильное применение судом апелляционной инстанции нормы пункта 3 статьи 1473 ГК РФ, мотивированная тем, что аббревиатура «ЛТД» не относится к организационно-правовым формам юридических лиц, предусмотренным российским законодательством, а прямого запрета иноязычных заимствований в русской транскрипции, содержащих термины и аббревиатуры, отражающие организационно-правовые формы юридических лиц, в нормах действующего законодательства не содержится.

При этом коллегия судей отмечает, что из буквального толкования нормы, содержащейся в абзаце втором пункта 3 статьи 1473 ГК РФ, не следует, что законодатель имел в виду запрет на использование в фирменном наименовании терминов и аббревиатур, отражающих организационно-правовые формы юридического лица, предусмотренные исключительно российским законодательством.

Суд кассационной инстанции также отклоняет довод ответчика о необходимости детального соответствия заимствованной аббревиатуры организационно-правовой форме, предусмотренной иностранным законодательством, поскольку судом апелляционной инстанции верно отмечено, что в рассматриваемом случае имеет значение общее впечатление, создающееся у участников гражданского оборота при восприятии средства индивидуализации, которые не зависит от размера букв, составляющих аббревиатуру, и наличия либо отсутствия точки в конце словесного элемента, так как вероятность введения иных лиц в заблуждение возникает и при отсутствии тождества при воспроизведении аббревиатуры в русской транскрипции.

---