Апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 21.03.2024 № АПЛ24-33

<Об оставлении без изменения решения Верховного Суда РФ от 20.12.2023 № АКПИ23-985, которым отказано в удовлетворении административного искового заявления о признании частично недействующим абзаца четвертого письма Банка России от 28.08.2020 № 12-4-4/3641>

от 21 марта 2024 г. № АПЛ24-33

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Зайцева В.Ю.,

членов коллегии Зинченко И.Н., Рыженкова А.М.

при секретаре Иванове В.Н.

с участием прокурора Клевцовой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Аматуни Левона Арташесовича о признании частично недействующим абзаца четвертого письма Центрального банка Российской Федерации от 28 августа 2020 г. № 12-4-4/3641

по апелляционной жалобе Аматуни Л.А. на решение Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2023 г. по делу № АКПИ23-985, которым в удовлетворении административного искового заявления отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зинченко И.Н., возражения относительно доводов апелляционной жалобы представителей Центрального банка Российской Федерации Акимовой Т.А., Терентьева И.А., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Клевцовой Е.А., считавшей апелляционную жалобу необоснованной, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

установила:

28 августа 2020 г. Центральный банк Российской Федерации (далее также — Банк России) в ответ на запрос негосударственного пенсионного фонда издал письмо № 12-4-4/3641 (далее — Письмо), которое размещено на официальном сайте Банка России в сети «Интернет» (www.cbr.ru).

В абзаце первом Письма департамент финансового мониторинга и валютного контроля Банка России доводит со сведения адресата, что совокупность требований, которые должны выполняться негосударственными пенсионными фондами при проведении идентификации, упрощенной идентификации клиентов — физических лиц, содержится в Федеральном законе от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее — Закон о противодействии легализации (отмыванию) доходов) и Положении Банка России от 12 декабря 2014 г. № 444-П «Об идентификации некредитными финансовыми организациями клиентов, представителей клиента, выгодоприобретателей, бенефициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее — Положение № 444-П).

Требования по идентификации считаются выполненными негосударственными пенсионными фондами при условии получения сведений о клиенте (представителе клиента, выгодоприобретателе) в объеме, установленном статьей 7 Закона о противодействии легализации (отмыванию) доходов и соответствующим приложением к Положению № 444-П, а также принятия обоснованных и доступных в сложившихся обстоятельствах мер по идентификации бенефициарных владельцев клиентов и подтверждения достоверности таких сведений с использованием оригиналов документов и (или) надлежащим образом заверенных копий и (или) государственных и иных информационных систем (абзац второй).

При этом Закон о противодействии легализации (отмыванию) доходов не содержит запрета на использование электронных средств связи с целью получения сведений и документов, необходимых для проведения идентификации клиентов, а также заверение представляемых в целях идентификации клиентов сведений и документов простой электронной подписью клиента при условии соблюдения иных положений законодательства в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, а также требований Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ «Об электронной подписи» (абзац третий).

Абзац четвертый Письма разъясняет, что в случае если негосударственный пенсионный фонд планирует использовать дистанционный способ получения сведений и документов, необходимых для идентификации клиентов, то он самостоятельно в своих внутренних документах определяет порядок и форму представления сведений и документов (например, нотариальное заверение, заверение документов клиентом, заверение документов самим негосударственным пенсионным фондом, в котором обслуживается данный клиент, представление сведений и документов в форме электронного документа, подписанного его простой электронной подписью или усиленной квалифицированной электронной подписью).

В абзаце пятом Письма отмечается, что представление клиентом документов, необходимых для идентификации, через незащищенные каналы связи и без криптографических средств защиты информации может не обеспечить необходимый уровень безопасности, нести высокие риски мошенничества и утечки данных и не гарантировать достоверную идентификацию клиентов.

Аматуни Л.А. оспорил в Верховный Суд Российской Федерации Письмо в той части, в которой разъяснено, что негосударственный пенсионный фонд в своих внутренних документах вправе определить возможность использования для идентификации клиента сведений и документов в форме электронного документа, подписанного простой электронной подписью. Из административного иска следует, что Письмо имеет нормативные свойства, по своему содержанию не соответствует абзацу четырнадцатому статьи 3, абзацу второму пункта 5.4 статьи 7 Закона о противодействии легализации (отмыванию) доходов, пункту 2.4 Положения № 444-П, пункту 3.2 Положения Банка России от 15 октября 2015 г. № 499-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов, представителей клиента, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее — Положение № 499-П), так как обязательным условием подтверждения идентификационных сведений и документов и их копий в электронной форме, по мнению административного истца, является использование исключительно усиленной квалифицированной электронной подписи.

Банк России заявленное требование не признал, ссылаясь на то, что Письмо издано в пределах предоставленных ему федеральным законом полномочий и в соответствии с действующим законодательством, не обладает нормативными свойствами, не содержит правил поведения, обязательных для неопределенного круга лиц, не устанавливает новые и не изменяет действующие нормы права.

Привлеченное к участию в деле в качестве заинтересованного лица Министерство юстиции Российской Федерации (далее — Минюст России) полагало, что Письмо не обладает признаками, характеризующими нормативный правовой акт, носит информационно-разъяснительный характер.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2023 г. в удовлетворении административного искового заявления отказано.

В апелляционной жалобе Аматуни Л.А. просит судебное решение отменить ввиду его незаконности и необоснованности и принять новое решение об удовлетворении административного иска. Полагает, что содержание Письма противоречит действительному смыслу разъясняемых им нормативных положений и искажает суть правовых норм Закона о противодействии легализации (отмыванию) доходов, не соответствует разъяснениям относительного надлежащего заверения документов, приведенным в пункте 17 письма Федеральной службы по финансовому мониторингу (далее также — Росфинмониторинг) от 15 февраля 2019 г. № 04-02-01/3276 «О направлении ответов на вопросы о применении отдельных требований законодательства в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Указывает, что Письмо в оспариваемой части изменяет действующее правовое регулирование, имеет признаки нормативного правового акта, позволяющие применять его неоднократно в качестве общеобязательного предписания в отношении неопределенного круга лиц, и оказывает влияние на практику применения законодательства как в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, так и в сфере заключения договоров потребительского займа; оспариваемое разъяснение распространяется на кредитные и некредитные финансовые организации в отношениях с гражданами и позволяет им предоставлять потребительские займы дистанционным способом без надлежащей идентификации физических лиц.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу Банк России просит в ее удовлетворении отказать, считая, что решение суда первой инстанции вынесено в соответствии с нормами материального и процессуального права, основания, предусмотренные статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, для отмены решения суда отсутствуют.

Минюст России представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором поддержал свою позицию по настоящему административному делу, изложенную суду первой инстанции, и просил рассмотреть жалобу без участия своего представителя.

Проверив материалы административного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации оснований для ее удовлетворения и отмены обжалуемого решения суда не нашла.

В силу пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 50 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами» существенными признаками, характеризующими акты, содержащие разъяснения законодательства и обладающие нормативными свойствами (далее — акты, обладающие нормативными свойствами), являются: издание их органами государственной власти, органами местного самоуправления, иными органами, уполномоченными организациями или должностными лицами, наличие в них результатов толкования норм права, которые используются в качестве общеобязательных в правоприменительной деятельности в отношении неопределенного круга лиц.